Жанр: Боевик
Невезуха на все сто
... сидят себе, треплются по мобильнику в дорогушей
машине...
Ну да, старая песня о главном. Могла бы и не рассказывать. Только самые
крепкие орешки вроде меня в состоянии держать
в узде свои страсти, когда по ящику с утра до вечера талдычат: срочно бросайте
все живое и мертвое и приезжайте к нам. Нет,
лучше к нам! А у нас проверенные временем кондиционеры! А у нас стиральные
машины! А у нас замечательные машинки,
которыми можно обрить любимого мужа под Котовского! И что с того, что ты в этот
момент сидишь в пятиметровой кухне и
под аккомпанемент протекающего крана грызешь засохший бутерброд с позавчерашней
колбасой? Такое впечатление, что уже
у всех есть ЭТО и только ты одна на всем свете осталась в линялом халате и
колготках со стрелками!
- Это гедонизм. Ты пала жертвой гедонизма! - Я с ходу поставила Инге
неутешительный диагноз.
- Ты же обещала не перебивать, - сверкнула она полными слез глазами.
- Ладно, молчу, - пообещала я, хотя одному богу известно, до чего трудно
мне было сдерживаться, имея острое желание от
души "повоспитывать" свою малодушную подружку.
- А к черту, пусть будет бл...дунизм, наплевать! - Инга перестала плакать и
громко шмыгнула носом. - Не всем же быть
такими идейными, чтобы выходить замуж по любви. - Не ведая того, Инга влепила
мне звонкую оплеуху - в фигуральном
смысле, конечно, а не в прямом. Я ведь тоже вышла замуж не по любви. Но и не по
расчету, как Инга, а только чтобы не
засидеться в девках. Так чем я лучше ее, спрашивается? Мне бы молчать в
тряпочку, а я еще пытаюсь других поучать. Вот вам
типичнейший пример, элементарно доказывающий, что проповедовать всегда легче,
чем исповедовать!
- Все эти моральные штучки - они уже сто лет как устарели, - продолжала
Инга в запале. - Вот когда у тебя все есть, тогда,
пожалуйста, а с голой задницей - сиди и не вякай. Что интересно, Ованес то же
самое говорит, только с сильным акцентом, -
усмехнулась она сквозь слезы. - Он вообще... Он вообще... По большому счету, он,
может, и Покемон, как ты его называешь.
Он никогда не скрывал, что купил меня, так и говорил... При других говорил, что
самое обидное. И не только при этих
Джульеттах и Гамлетах, но и при людях, которые ко мне нормально относятся. Ты...
Ты не знаешь, что он со мной сделал! -
Инга закрыла лицо руками. - Он меня всю выел изнутри, как червь, и однажды я с
ужасом обнаружила, что я пустая, ПУСТАЯ!
Инга замолчала. Молчала и я, потому что не знала, что сказать. Редкий
случай, между прочим. Даже редчайший.
- Ну вот, - Инга изливала душу на полную катушку, - теперь можно перейти к
самому главному. Как я собралась его убить.
Только не затем, чтобы сделаться богатой вдовой, хотя и от его состояния я
отказываться не собиралась, потому что
рассматривала его в качестве компенсации за понесенные мной моральные потери. Я
хотела казнить Ованеса по суду, как
совершившего преступление против человечности. Суд, как ты понимаешь, был мой и
Приговор тоже. Оставалось только
найти его исполнителя. Я искала его долго...
- Эти твои романы?.. - внезапно прозрела я.
- Вот именно, - кивнула она, - нужны мне были эти козлы! Я просто
подыскивала нужного человека. Юрис показался мне
подходящим на эту роль. Потому-то наши отношения и затянулись, я его изучала,
годится он или нет. Мы с ним даже
договорились, я пообещала заплатить ему крупную сумму. Думаю, что слишком
крупную, я ведь не знаю расценок на такие
дела... Короче, все было на мази, но тут в дело вмешались эти моральные штучкидрючки,
про которые ты так любишь
распространяться. Замучили меня угрызения совести проклятущие, замучили - и все!
Поняла я, что потом мне до конца дней
каяться, и решила: пусть живет. В общем, я его помиловала или амнистировала - не
знаю, как правильно.
Не поверите, но с моей души громадный булыжник свалился. Ованеса, как вы
уже догадались, я никогда не любила, местами
даже ненавидела, но смерти ему не желала. Особенно от Ингиной руки. При том что,
если бы его, к примеру, машина случайно
сбила или, скажем, внезапный инфаркт хватил, я бы сильно убиваться не стала.
- А Юрис, - Инга опустила глаза и уперлась взглядом в валявшийся на ковре
пистолет, - он не мог так просто отказаться от
этой идеи. Вернее, все было еще ужаснее. Он... Он заявил, что все равно убьет
Ованеса, и теперь... Теперь мне пришлось
обещать, что я заплачу ему еще больше, лишь бы он этого не делал. А пистолет я у
него потихоньку вытащила. Он разделся и
лег в постель, а я сказала, что приму душ и, приду. А сама сунула пистолет в
сумку - и за дверь. Это было как раз в тот день,
когда все это случилось, ну, когда его кто-то убил... Но это не я, не я! И
почему я этот поганый пистолет сразу не выбросила?! А
теперь ты мне не веришь, я же вижу, не веришь!
- А ты бы поверила? - спросила я, изо всех сил стараясь быть строгой, но
справедливой.
- Я бы? - Инга задумалась, а потом призналась с тяжким вздохом:
- Пожалуй, нет. Слишком все не правдоподобно выглядит. Но клянусь, все
именно так и было. Ну поверь мне, поверь в
последний раз!
- Допустим, я тебе поверю, - отозвалась я со вздохом. - Где гарантии, что
ты меня не обманешь в очередной раз? Ну кто тебе
не давал рассказать об этом еще тогда?
- Сначала я растерялась. - Инга с невероятной тщательностью разглаживала
невидимые морщинки на своей коротенькой
юбочке. - Потом подумала, что не так уж это и важно, если мы решили избавиться
от... От трупа. Мне даже казалось, что это
всего лишь дурной сон. Наступит утро, выглянет солнышко, и от него не останется
и следа.
- Но солнышко не выглянуло, - едко заметила я, - а ты продолжала делать
вид, будто ничего не случилось. И тебе это вполне
удавалось. Конечно, ведь не в твоей кровати его застрелили, а в моей. Ты
благополучно взвалила все это на мои плечи.
Конечно, я же двужильная, все выдержу. - Черт, до чего же мне стало себя жалко,
я с трудом слезы сдерживала!
Я-то сдержалась, а вот Инга снова заревела.
- Ну Танечка, ну лапочка, - выводила она почему-то басом, наверное, потому,
что нос у нее распух от слез, - ну прости меня,
подлую, я не со зла, честное слово, не со зла-а-а... Ты же моя единственная
подруга, без тебя я пропаду, пропаду-у-у...
Считайте меня кем хотите, но очень скоро я составила Инге компанию - в
смысле, тоже стала выводить рулады носом и
приговаривать, давясь слезами:
- А я не двужильная...Я.., я тоже хочу тепла и.., и любви, между прочим...
И в дружбу верить хочу... А ты меня так, так!..
- Ну-у Танечка, ну-у ягодка, - Инга уже сипела от избытка чувств, - хочешь,
я перед тобой на колени встану! - И, не
дожидаясь моего на то благословения, с размаху плюхнулась на ковер, прямо на
злосчастный пистолет. Чуть коленную
чашечку не расшибла!
Не знаю, как на вас, а на меня подобные сцены действуют почище "мыльных"
сериалов. Я заголосила и бросилась Инге на
шею.
Не представляю, сколько мы так просидели, уткнувшись мокрыми хлюпающими
носами друг дружке в плечо, поминутно
всхлипывая и посылая господу малоразборчивые молитвы дрожащими жалобными
голосами. А кончилось это - чем бы вы
думали? Полным примирением, естественно. Для порядка и острастки я, конечно,
взяла с Инги парочку страшных клятв, но
тем, собственно, и ограничилась. Вот такая я великодушная. Дура из Виллабаджо.
- С этого дня никаких тайн от меня, никаких! - несколько раз повторила я
как заклинание. Инга кивала, изо всех сил сжимая
мне руку.
- А пистолет я сегодня же выброшу, сегодня же, - божилась Инга, - у нас
здесь неподалеку есть озеро, очень глубокое.
Поедем туда вечером на прогулку и утопим вместе, а? - Инга смотрела мне в глаза,
как преданная собачонка. Как давно уже не
смотрела, с тех самых пор, как снюхалась с Покемоном, будь он неладен!
- Утопим, утопим, - вторила я, полная торжества.
А потом в голове у меня что-то щелкнуло, словно невидимый тумблер
переключился. А зачем нам его топить? Утопить-то
мы его всегда успеем. К тому же еще неизвестно, как дело обернется. Может,
придется им кого-нибудь попугать. Я вспомнила
бородатого бандита, в лапы которого попала, пытаясь разузнать хоть что-нибудь о
Юрисе, и окончательно утвердилась в этом
решении. С одной оговоркой: Инга больше не должна иметь доступа к пистолету, а
еще лучше - вообще что-либо знать о нем.
Не то чтобы я ей совсем не доверяла, просто уж очень утомилась от всяческих
потрясений.
Пусть вам не покажется странным, но остаток дня мы провели очень даже
неплохо. Сначала я позвонила маме, узнала, что у
них все в порядке (хоть у них!), и поговорила с Петькой.
- Ма, я хочу домой, - заканючил он в трубку, даже не поздоровавшись, - тут
скучно. И порядки как в концлагере: в девять
вечера - ноги мыть и спать. Даже телевизор не посмотришь! Забери меня, а то я
сбегу! - пригрозил этот паршивец.
- Ну потерпи еще немного, буквально недельку, - уговаривала я, - зато там
фрукты и солнце, а в Москве целыми днями
дождь хлещет.
- Не ври! В Москве жара, плюс двадцать восемь. Сам прогноз видел! - заорал
Петька. Да так громко, словно нас разделяли
не полторы тысячи километров родных просторов, а каких-нибудь пара шагов.
- Как ты с матерью разговариваешь? - немедленно вызверилась я. - Я тебе
что, девочка? Вот оставлю тебя у бабушки еще на
год, пусть научит тебя со старшими разговаривать!
Петька замолчал и обиженно засопел, а я велела, чтобы он снова передал
трубку бабушке.
- Вы что, с ним не ладите? - спросила я ее.
- Да все у нас отлично, - оптимистично заверила она. - Тут к нам один
родственник заезжал, от какой-то тети Любы...
- А, знаю. - Я сообразила, что речь идет об Отто. - Он у меня тоже был.
Затем разговор переключился на житейские проблемы, как-то: почем нынче
помидоры на рынке, какие виды на урожай и
прочее.
Я рассеянно поддакивала, не в силах сосредоточиться. В голове как заноза
засела Петькина угроза. А что как вправду
сбежит? Короче, я не выдержала, во второй раз истребовала Петьку к телефону и
затараторила примирительно: "
- Ну Пит, будь же ты человеком, в конце концов. Понимаешь, я сейчас не
могу, очень много дел. Но как только освобожусь,
сразу за тобой приеду. Потерпишь, а?
- Ладно, неделю я еще потерплю, - пообещал Петька после продолжительной
паузы и тут же выставил условие:
- Если ты мне новые ролики купишь. И не с барахолки, а настоящие.
- Хорошо, куплю, - устало выдохнула я. Вот такая из меня мать, никудышная.
Кого я, интересно, воспитаю при такой-то
непоследовательности? Буду потом себе локти кусать до мяса, всенепременно буду!
- И учти: детей обманывать непедагогично, - предупредил меня Петька строгим
голосом, - иначе я могу потерять к тебе
доверие.
Ну ты посмотри, какой нахал на мою шею! А где я ему деньги возьму на эти
настоящие ролики, нарисую, что ли? Придется
у Инги одолжить. Вот вам, кстати, и еще одна причина для того, чтобы не сдавать
ее в милицию.
Уладив дела с Петькой, я почувствовала некоторое облегчение, а заодно и
чувство голода. И это было неудивительно,
учитывая, когда я ела в последний раз (еще утром) и что именно: чипсы и
просроченный йогурт. А тут такие катаклизмы,
потребовавшие от меня немереное количество килокалорий! Инга сбегала вниз, на
кухню, и притащила поднос с неизвестными
как мне, так и ей блюдами кавказской кухни, приготовленными усатыми тетушками.
Мы дружно поужинали, а потом
отправились к тому самому озеру, в котором Инга собиралась утопить пистолет
Юриса.
Озеро оказалось на редкость живописное, одно плохо - комаров в его
окрестностях было невпроворот. Что, впрочем, здорово
облегчило мою задачу - не выбросить пистолет, а спрятать, причем сделать это
так, чтобы Инга ни о чем не догадалась. Как раз
из-за комаров Инга, опасаясь за свою нежную кожу, предпочла остаться в машине,
тем самым возложив на меня обязанность
по избавлению от Юрисовой пушки.
Ну что ж, тем лучше, обрадовалась я и резво нырнула в прибрежные камыши,
где и собиралась, скрывшись от Ингиных глаз,
осуществить заранее разработанный план. Спрятать пистолет под одеждой, а в воду
для видимости зашвырнуть какой-нибудь
булыжник. Но в последний момент я отказалась от мысли держать при себе оружие -
как-никак в доме полным-полно народу -
и придумала кое-что получше. Оставить пистолет в укромном местечке прямо здесь,
на берегу: и карман не тянет, и в то же
время всегда можно в случае чего вернуться и отыскать его.
К счастью, с укромным местечком проблемы не было. Таковым я назначила кемто
выброшенную старую автомобильную
покрышку, успевшую основательно завязнуть в песке. В ее резиновое нутро я и
засунула пистолет Юриса, убедилась, что
тайник надежный, и швырнула в воду найденный поблизости кусок кирпича. Его
отчетливое бульканье специально
предназначалось для сидящей в машине Инги. Ну все, дело сделано. Нет, еще коечто.
Ориентир нужен, а то камыши везде
одинаковые. Я приподнялась на цыпочки и огляделась. Так, а это что за деревянная
хибара виднеется? Ладно, неважно, главное,
что в качестве ориентира сгодится.
И все-таки про развалюху я Ингу как бы между прочим расспросила.
- Говорят, лесничество когда-то было, - равнодушно отозвалась она.
Потом мы еще немного посидели на берегу на поваленном дереве. Отгоняли от
себя назойливых комаров и ностальгически
вспоминали школьные годы чудесные. А Инга в припадке умиления вырезала пилкой
для ногтей на бревне наши бессмертные
имена. Не иначе в назидание потомкам.
Не знаю, с чего мне вдруг пришел на ум мистер Тореро.
- Слушай, - спросила я Ингу, - а Юрис, он в каком виде задницей вертел? Ну,
в смысле, в каком он был костюме, до того как
раздеться?
- Кажется, он был рыцарем... - рассеянно отозвалась разомлевшая от
воспоминаний Инга.
- Рыцарем?! - Я попыталась вообразить, как Юрис, покачивая бедрами под
музыку, сбрасывал с себя гремящие доспехи. -
Что, в прямом смысле: в латах, в шлеме?
- Да все было из картона, а сверху оклеено фольгой, - успокоила меня Инга.
- А почему, интересно, бандит с бородой сказал мне, что Юрис "голубой"? -
подумала я вслух.
- "Голубой"? Чушь какая-то, - нервно дернулась Инга. - По крайней мере
когда мы с ним.., гм-гм.., у него все было на месте.
Стыдно признаться, но на языке у меня вертелся еще один вопрос. Про мистера
Тореро. Мысль о том, что он запросто мог
быть одним из Ингиных Адамов, упорно не давала мне покоя. Но пока я изобретала
обтекаемую формулировку, измученная
комарами Инга засобиралась домой. В результате допрос так и остался открытым.
Часть III
МЕСТЬ ДОЛГОНОСИКОВ
Глава 19
Я сладко потянулась, открыла глаза, скользнула взглядом по белым стенам и,
убаюканная плавным колыханием тюля на
распахнутых окнах, приготовилась снова погрузиться в приятную дремоту, когда
кто-то плюхнулся со мною рядом и
бесцеремонно сцапал меня рукой чуть пониже талии. А еще этот кто-то самым
мерзким образом захрапел. Первое, что я
сделала, - избавилась от граблей, царапающих мою нежную плоть, применив простой,
но весьма эффективный прием. И уж
только потом повернулась, чтобы рассмотреть, кого это я так удачно
нокаутировала. Глянула и испугалась, потому что
обнаружила в непосредственной близости от себя существо, обросшее волосами с
головы до ног. Впечатление усиливали и
звуки, которые оно издавало: то ли стоны, то ли скрежетание вперемежку с
завыванием. Снежный человек, пронеслось у меня
в подсознании, йети!
Я открыла рот, чтобы заорать во всю глотку, и точно в это мгновение
углядела на лапе у мастодонта большие золотые часы.
Это навело меня на размышления, поскольку представить себе снежного человека,
совершенно голого, но с золотыми часами,
довольно затруднительно даже с моим богатым воображением. А волосатый урод
потянул на себя простыню и издал гортанный
вопль, отдаленно напоминающий человеческую речь. Только после этого я наконец
догадалась, кто передо мной: Ованес,
ненавистный мне Покемон. Чудовище, заполучившее себе красавицу Ингу с помощью
наворованных в смутные времена
стихийного рынка денег!
Но какого черта он полез ко мне в кровать? А теперь, смотри-ка, корчится...
Ничего, будет знать в другой раз. Думал, что ему
все можно, если он пивной король, а фигу не хотел? Да чтобы по моему телу ползал
такой паук! Кстати, откуда он взялся? Ведь
он же должен быть в Голландии. Так Инга мне вчера сказала. Гм-гм, а может, это
все-таки не он? Надо бы получше
присмотреться.
- Эй, ты кто? - спросила я копошащегося под простыней волосатика.
- Это ти хто? - Из-под простыни показалась взлохмаченная голова Ованеса.
Все, последние сомнения отпали. Это Покемон, точно Покемон.
Наконец и он меня опознал, продрал глаза и уставился, будто на Мону Лизу в
Лувре. Говорят, она там всегда облеплена
туристами, они пялятся на нее и тщетно силятся понять, что же в ней такого
замечательного. Но стоит им вернуться на родину,
как сразу же начинается. Все разговоры только вокруг нее и вертятся: "Нет,
"Джоконда" - это бессмертная вещь! Нет-нет, это
надо видеть! Описанию не поддается!"
Я-то в Париже пока что не была и, думаю, вряд ли туда попаду раньше, чем в
следующей жизни, но, случись такая оказия,
первым делом рванула бы в музей Орсэ поглядеть на "голубых танцовщиц", а уж
потом на Мону Лизу, если время останется.
Что касается Покемона, то он в Париже бывал раз сто, не меньше, а спросите,
что он там видел, кроме Эйфелевой башни, и
то только потому, что она с любой точки просматривается.
- Што ти здэсь делаешь? - От возмущения характерный акцент Ованеса сильно
усилился.
- Я? - Что за странный вопрос! - Сплю, конечно, что же еще! - На всякий
случай я отодвинулась к стене и натянула
простыню до самых глаз. Теперь, когда я приняла сидячее положение, мне были
хорошо видны разбросанные на ковре
Покемоновы шмотки. Такое впечатление, что он их буквально рвал на себе.
- А пачему здэсь?
Ну вот, начинается. Хотя вернее было бы сказать: продолжение следует.
Сначала меня выставила долгоносая истеричка
Соня, теперь эстафетную палочку подхватывает Покемон. А я так рассчитывала, что
ближайшие два дня пройдут более или
менее спокойно. И чего ему в Голландии не сиделось?
- В общем, так... - Я подняла глаза к потолку. - Сюда меня поселила Инга.
На пару дней, всего лишь на пару дней.
- Инга? - свирепо прорычал Покемон и стал изрыгать в адрес моей подружки
невнятные ругательства, из коих мне удалось
понять следующее: эта белая комната - Ингина, и, уступив ее мне, она невольно
подложила мне свинью в виде своего
волосатого муженька. Не специально, конечно, а исключительно из добрых
побуждений. Хотела мне угодить. Спасибо,
угодила.
Проснуться и обнаружить в постели рядом с собой самого злейшего врага - чем
не завязка для триллера? Впрочем, у этого
триллера одна завязка уже имеется, по странному стечению обстоятельств опятьтаки
связанная с постелью. А вот развязки в
виде хеппи-энда пока что не намечается.
Однако вернемся к Покемону. Осыпав проклятиями Ингу, он взялся за меня. В
жизни не слышала ничего отвратительнее.
Мое терпение лопнуло.
- Молчать! - заорала я на Покемона. И, не поверите, он замолчал! И заморгал
глазами от неожиданности.
- Значит, так... - Я не дала ему опомниться. - То, что здесь произошло,
всего лишь случайность. Давайте сделаем так: я
отвернусь к стене, а вы оденетесь и уйдете. После чего будем считать инцидент
исчерпанным.
Я немного опасалась, что он предложит мне поступить наоборот. Чтобы он
отвернулся к стене, а я ушла. Как-никак, он был в
доме хозяин. Но ничего, обошлось. Я не только к стене отвернулась, но и
накрылась с головой простыней, а Ованес спрыгнул с
кровати, собрал с полу свои манатки и был таков. Судя по тому, как быстро он
испарился, одеваться он не стал.
А я так больше и не заснула. Еще немного повалялась в кровати, стараясь
держаться подальше от нагретого Покемоном
края, потом поднялась, подошла к окну и выглянула во внутренний двор. А там
всюду цветочки, беседки, скамеечки, птички
поют - ну чистый санаторий, одним словом. И ни души. Хотя нет, что это за унылая
фигура с большим носом? Если я ничего не
путаю, то это племянник Гамлет сидит под пышным розовым кустом и читает книжку.
А вот где мне теперь искать Ингу?
Ходить по всему дому и стучаться в каждую дверь? М-да, как бы мне не повторить
подвиг Покемона.
Слава богу, Инга нашлась сама. И очень быстро. Ввалилась в комнату,
прикрывая рот ладонью. В первое мгновение мне
показалось, что она давится от смеха, а она корчилась от боли, и щека у нее была
красная.
Я сразу догадалась, в чем тут дело:
- Покемон?
Инга молча кивнула.
- Ну козел!.. - Я хлопнула кулаком по кровати, как раз по тому месту, где
еще недавно лежал тот, кого я только что
вспомнила "незлым тихим словом".
- Страшно разозлился из-за того, что ты в моей комнате, а откуда я знала,
что он ночью припрется! - Инга присела к
туалетному столику и стала рассматривать себя в зеркале. - Ну это ничего,
главное, что синяка нет.
- И как ты только терпишь? Да я бы просто убила такого! - сказала я и
осеклась.
Инга тоже замерла у зеркала, но, как выяснилось, по другой причине.
- Кто-то стучит? - Она прислушалась и громко крикнула:
- Войдите!
Дверь распахнулась, и перед нами возник.., кто бы вы думали? Тот, кого я
собиралась убить в переносном смысле, а Инга - в
прямом. Ованес Сусанян собственной персоной. В спортивном костюме и с полотенцем
на плече - такое впечатление, будто
минуту назад с утренней пробежки.
- Как дэла, падружки-балдушки? - Как я полагаю, он собирался сказать
"болтушки", а там кто его знает.
Мы с Ингой молча переглянулись.
Дальше больше... Ованес очутился возле Инги и, игриво склонившись,
поцеловал ее в плечико. Такая семейная идиллия,
хочешь - заливайся краской, хочешь - стыдливо отворачивайся. А доконал он нас с
Ингой тем, что объявил, зачем он,
собственно, явился.
- Вот, пришел приглашать вас на завтрак. Бистро-бистро собирайтэсь, у нас
сегодня важный дэнь. Юбилей моя пивная
компания. Банкет-фуршет-концерт! - выпалил он и удалился, торжественный, как
первомайский транспарант.
- Ты что-нибудь понимаешь? - спросила Инга.
- Слушай, а может, он того?.. - покрутила я пальцем у виска. - Говорят, у
сумасшедших бывают очень резкие перепады
настроения.
Этот завтрак я не забуду до конца своих дней. Покемоновы тетушки и
племянники просто из кожи вон лезли, чтобы угодить
нам с Ингой, а ведь еще накануне даже замечать нас не изволили. А больше всех
старался Покемон. У меня все внутри
содрогалось от его бесконечных:
- Та-аничка, пробуйтэ лобио...
Или:
- Та-аничка, пэйте вино из Голландии... Я с минуты на минуту ждала какогонибудь
подвоха, уверенная, что это
представление кончится скандалом. Даже на нож в руке Ингиного благоверного
поглядывала с опаской - возьмет и запулит. И
все, "последствия трагичны", как написал мой Петька в школьном сочинении на тему
"Правильное поведение в лесу". Ночью
разбудите - сразу вспомню, какие там были бессмертные строки: "Ты залюбовался на
красивые цветочки и ягодки, вдруг
чувствуешь, нога болит. Наклонился - змея. Последствия трагичны".
Так вот, чтобы не оказаться в положении Петькиного лирического героя и
ненароком не наступить на змею,
маскирующуюся под палку, я старалась не отвлекаться на "красивые цветочки и
ягодки" и внутренне сгруппировалась,
приготовившись к отражению вероятной атаки. От страшного напряжения к концу
завтрака меня уже нервная дрожь била, а
Покемон так ничего против меня и не замыслил.
Я незаметно наступила под столом Инге на ногу, она в знак солидарности
ответила мне тем же. Мол, потрясена не в
меньшей степени. А при первой возможности мы обменялись мнениями с глазу на
глаз.
- Ни черта не понимаю! - воскликнула я.
- Я тоже, - немедленно подхватила Инга.
- Может, он там, в Голландии, белены объелся? - предположила я.
- Но еще час назад он был злой как черт! - недоумевала Инга. - Я думала, он
меня в клочья разорвет.
- Нет, с ним точно не все в порядке, - вторила ей я.
Мы еще долго морочили себе головы, пытаясь разрешить эту загадку, но ничего
путного так и не придумали - просто
Бермудский треугольник какой-то, - а потом стали собираться на объявленный
Ованесом "банкет-фуршет-концерт": Инга -
активно, а я - не очень. Исключительно ради того, чтобы ни на минуту не
выпускать из виду Ингу, преподнесшую мне
накануне сюрприз с пистолетом. Как говорится, доверяй, но проверяй. Хватит мне
уже великих потрясений. И потом, что мне
делать в этом доме одной, без Инги? Единственное, что меня смущало, так это все
еще заметные царапины на моем лице.
- Ничего, - окинула меня оценивающим взглядом Инга, - это уже можно
отретушировать. Главное, что припухлость спала,
ее-то ничем не прикроешь, если только повязкой, как при флюсе.
- Ты думаешь? - усомнилась я и надула левую щеку перед зеркалом, чтобы
получше рассмотреть отметины, оставленные
колючими кустами.
- Легко! - заверила меня Инга и велела сидеть не шевелясь. Минут десять она
трудилась надо мной не покладая рук, зато и
результат превзошел все ожидания. Конечно, намазана я была здорово, особенно
если учесть, что в обычной мирной жизни
косметикой я пользуюсь от случая к случаю, но разобрать, какие именно изъяны
скрывает толстый слой пудры и тонального
крема, не смог бы даже профессиональный гример.
- Ну ты ас! - восхитилась я.
- Подожди, это еще не все! - с заправским видом сказала Инга и взялась за
мои волосы. Взбила, натыкала заколок, а на
левую, пострадавшую щеку напустила локон. Вроде маскировка, но и эстетики не
отнять. - Так работают профессионалы! - Она
крутанула меня в вертящемся кресле.
Мне оставалось просто развести руками:
- И когда ты только этому научилась?
- Нужда заставит! - хмыкнула Инга.
- Какая нужда? Тебе-то что скрывать с такой-то мордашкой? Или... - Я
осеклась. - Что, часто он тебя так, как сегодня утром?
- Я имела в виду оплеуху, которую Покемон навесил Инге, выбравшись из моей
постели.
- Бывает, - неохотно подтвердила Инга.
- Ну и свинья! - От избытка чувств я стукнула себя кулаком по колену, после
чего моя правая нога резко взмыла вверх. Да-а,
нервишки-то шалят.
- Кажется, е
...Закладка в соц.сетях
