Жанр: Боевик
Невезуха на все сто
...имеется в Петькиной коллекции мультяшной нечисти наряду
с небезызвестными покемонами.
- Как не знаете? - Я начала потихоньку кипятиться.
- А так, - преспокойненько ответил Бульбозавр, - я здесь не для того, чтобы
знать.
- А для чего? - естественно, поинтересовалась я.
- А для того, чтобы охранять, - отчеканил Бульбозавр и повернулся ко мне
тылом. Мол, разговор окончен.
- Чтоб ты провалился! - пробормотала я так, чтобы он мог это расслышать, и
поплелась наверх, в отведенную мне Ингой
комнату. Не раздеваясь, рухнула на постель и - представьте себе - тут же
заснула. Очередная бессонная ночь сказалась. А
проснулась от громких голосов во дворе. Кинулась к окну и увидела Покемона при
полном параде: в светлом костюме и в до
блеска начищенных штиблетах. Стоя у фонтана, он вовсю распекал кого-то из своей
многочисленной челяди. Это если судить
по интонациям, потому что разобрать хоть слово в его индюшином клекоте было
практически невозможно. Интересно, а
провинившийся понимал, что ему инкриминируется, или поджимал уши по привычке?
Громко зевнув, я отошла от окна и взглянула на часы: ого, уже полдевятого
вечера! А как же Инга? Я тут валяюсь, ничего не
зная ни о ней, ни о ее похищенном ребенке. А откуда же мне знать, когда она сама
же меня и бросила ночью на заправке. Эх,
нужно было мне утром не в Покемоново царство возвращаться, а ехать прямиком к
Соне. Ингу я, может, там и не застала бы,
но хоть что-нибудь бы выведала! Ладно, сейчас спрошу об Инге у Покемона, пока он
там внизу разоряется, решила я и,
скоренько пройдясь по растрепанным волосам массажной щеткой, пулей вылетела из
комнаты.
- Что такое? - Покемон уставился на меня так, словно силился вспомнить, кто
я и откуда.
- Скажите, пожалуйста, где Инга? - повторила я, стараясь не смотреть в его
сморщенное обезьянье личико.
- Инга? - Он пожевал толстыми синевато-лиловыми губами. - Она в больнице.
- Где-где? - не поверила я своим ушам.
- В больнице, в реанимации. - Покемоновы глаза цвета вороненой стали были
такими же холодными. - Она попала ночью в
аварию.
- Ночью? В аварию? - Я готова была волосы на себе рвать. - Где?.. В какой
она больнице?
- К ней все равно нельзя, - равнодушно сказал Покемон и снова переключился
на проштрафившегося служку.
Не знаю, какие необъятные, доселе дремавшие силы во мне проснулись, но я
крепко вцепилась в рукав его щегольского
пиджака - даже материя затрещала - и заорала:
- Какого черта! Я хочу знать, в какой больнице Инга, и сейчас же,
немедленно ее видеть!
- Да что такое? - Покемон, в котором, наверное, еще свежи были воспоминания
о том, как я его звезданула накануне, когда
он по ошибке сунулся в мою постель, даже отпрыгнул. Потом, видно, сообразив, что
выглядит комично в глазах собственных
холопов, приосанился и поправил пиджак. - Как к ней видеть? Ее не пускают! - От
волнения он говорил по-русски хуже
обычного.
- И пусть! - упрямо возразила я. - Я просто буду рядом, в приемном покое
посижу, в конце концов!
- Не нада! Не нада сидеть в приемном покой! - Покемон по-бабьи взвизгнул. -
Это хороший больница, там ее вылечат! Они
мне каждый час докладуют по телефону состояние. Завтра, завтра утром едем
проведуем! - И засеменил прочь, что-то бормоча
себе под нос. Маленький злобный карлик, карманный монстр, который сбежал из
кармана и не хочет возвращаться!
Совершенно разбитая, с глазами, полными готовой немедленно излиться влаги,
я поднялась наверх. А куда мне было еще
деваться? Там я снова растянулась на кровати и целиком отдалась безысходному
горю.
Инга, Инга попала в аварию на ночном шоссе, может, в каком-нибудь километре
от заправки, на которой она меня оставила,
а я ничего, ничего об этом не знала! А что теперь будет с Сережей, ее сыном?
Покемон сказал, что я увижу ее завтра, но как
дожить до утра? А если позвонить Соне? Но я ведь не знаю ее телефона! Я уже
битый час каталась по кровати, но все никак не
могла свести концы с концами.
В какой-то момент я даже была близка к тому, чтобы рассказать о Сереже
Покемону. Сама не знаю, что меня остановило.
Мысль о милиции тоже пришлось прогнать с позором, ведь это все равно что перед
Покемоном покаяться. Неделю витавший
надо мной неотступно призрак Юриса тоже не прибавлял оптимизма. Только свяжись с
этими операми, и не заметишь, как
проговоришься. Придется ждать завтрашнего утра, другого выхода просто нет. До
завтра, до завтра... А если бы это мой Петька
изнемогал в лапах похитителей? Вот уж когда невольно возрадуешься своей бедности
и благословишь ее, спасительную! А всетаки
тоска меня взяла, так захотелось услышать родной голосок. Нестерпимо
захотелось.
Желание поговорить с Петькой прогрессировало и достигло своего апогея. Я
слезла с кровати и спустилась в гостиную,
поскольку там находился самый ближайший из известных мне телефонов. Как нарочно,
в гостиной торчал племянник Гамлет,
который при моем появлении вытянул шею, как жираф, продолжая делать вид, что
читает книжку. Ну и плевать, пусть
слушает! Я быстро набрала номер и приложила трубку к уху, нетерпеливо дожидаясь,
когда сквозь непобедимые шумы и
скрежетания на линии прорвется ранний Петькин басок. И он таки прорвался!
- А, это ты! - Мой отпрыск не выразил особой радости в связи с моим
звонком.
- Как там у вас дела? Где бабушка? - задыхаясь от волнения, спросила я.
- Бабушка на огороде помидоры поливает, - доложил Петька и живо
поинтересовался:
- А ты купила мне ролики? - Подумать только, какой меркантильный! Не в меня
пошел, а в Генку, будь он неладен.
- Да когда бы я успела! - огрызнулась я, а ведь была настроена на нежные
чувства. - Куплю я их тебе, куплю, не волнуйся.
Лучше бабушку позови.
- Ща... - пообещал Петька и так громыхнул трубкой, что можно было подумать,
будто он ее на пол швырнул, а через
мгновение я услышала отдаленное:
- Ба, ба... Мама звонит!
Скоро в трубке возникла моя мать, слегка запыхавшаяся, и сказала:
- Таня, ты? Что случилось? Ну вот, стоит позвонить, как сразу: что
случилось?
- Да ничего, - привычно соврала я, - просто звоню, чтобы предупредить на
тот случай, если вы сами захотите мне позвонить.
Я сейчас у подруги, еще несколько дней у нее побуду. Понятно?
- Понятно. А как там у вас погода? - последовал традиционный вопрос.
- Нормальная, нормальная погода, - доложила я и попрощалась, косясь на
оттопыренные Гамлетовы уши. Он так
внимательно слушал мой разговор, стараясь ни слова не пропустить, что даже
дыхание затаил.
- Что, интересно? - хмыкнула я и опустила трубку.
Племянник Гамлет сделал оловянные глаза и уставился в свою книжку. Ну и
жаба, весь в дядюшку. Бедная Инга, обитать в
такой среде вредно для психического здоровья. Вот именно, бедная. Как она там,
что с ней? Сильно ли пострадала? От этой
сволочи Покемона ведь ничего не добьешься!
Остаток дня я проторчала в своей комнате. Просто лежала в кровати, плотно
задернув шторы, и тихо переживала. В голову
лезли всякие ужасы, какие-то обрывочные воспоминания, старые обиды - как
говорится, все до кучи. Главное, я никогда еще не
чувствовала себя такой одинокой и заброшенной, прямо как на необитаемом острове.
Торчу здесь в чужом доме какая-то
неприкаянная и жду непонятно чего. То ли погоды с моря, то ли милостей от
природы. Совсем запуталась! Куда идти, в какие
концы бросаться? Умом-то понимаю, что нужно что-то делать, а с чего начать, не
представляю. Заколдованный круг, и только!
А все почему? Потому что проблемы не мои! Были бы мои, я бы уж как-нибудь
определилась. Вот ведь напасть, все на мою
голову. Видать, судьба у меня такая: исправлять чужие ошибки. И не только
орфографические, к большому сожалению. Ничего
не попишешь, моя духовная родина Виллабаджо снова напоминает о себе.
Вечер сменился ночью, чего нельзя было сказать о заунывной пластинке моих
безрадостных размышлений. Только под утро
я забылась пугливым неглубоким сном. И чего мне только не приснилось за это
короткое время, целая фантасмагория! Хоть я
почти ничего не запомнила из этого безумного нагромождения мелькающих картинок,
но проснулась с отвратительным
чувством тяжести на сердце. Только открыла глаза, так все, с чем я засыпала,
разом навалилось на меня: мертвый Юрис, Инга,
Ингин сын Сережа... Я вскочила с кровати и побежала в ванную, плеснула в лицо
холодной водой и немного постояла, держась
за края раковины. Потом отряхнулась, как вылезший из речки пес, и, быстро
одевшись, спустилась вниз, чтобы, не дай бог, не
пропустить Покемона.
Ждать пришлось довольно долго. Времени я не засекала, но часа полтора,
наверное, прошло. Я сидела на диване в гостиной с
больной звенящей головой и прислушивалась к каждому шороху. Пару раз в гостиную
заглядывал Бульдог, неодобрительно
косился на меня и исчезал. Первой из домочадцев свою комнату покинула усатая
тетушка Джульетта, выползла на лестницу в
кошмарном лиловом пеньюаре, громко зевнула и снова скрылась в бездонных недрах
Покемонова особняка. Наверное, на
кухню отправилась, по крайней мере через минуту откуда-то потянуло кофием. Я
сглотнула слюну, но свой пост номер один
покинуть не решилась.
Терпение мое было вознаграждено явлением Покемона. Не одного, а в
сопровождении вездесущего Бульбозавра. Завидев
меня, Покемон недовольно поморщился, лицо его обрело какое-то отсутствующее
выражение. Мол, кого тут только не
встретишь. Мое самолюбие, как всегда, пострадало, но не сильно.
Я вскочила с дивана и в три прыжка очутилась возле него, выпалив вместо
приветствия:
- Когда мы поедем к Инге?
- К Инге? - Покемон изобразил крайнюю степень изумления. - Ви хотит ехать
Швейцарию?
- Швейцария... При чем здесь Швейцария?! - Так бы и врезала ему по роже
чем-нибудь вроде оглобли. - Я хочу к Инге в
больницу. К Инге в БОЛЬНИЦУ!
- Я понял. - Покемон брезгливо отстранился. - Больница в Швейцарии. Ингу
отвезли на самолет. Там ее вылечат хорошо.
Такого оборота я не ожидала. Инга в Швейцарии? Боже, да ведь мне до нее не
добраться! Инга в Швейцарии, а я здесь, с ее
проблемами! У меня даже голова закружилась. Я присела на диван, а Покемон,
воспользовавшись моментом, повернулся ко
мне спиной.
- Стоп! - заорала я в эту ненавистную мне спину. - Стоять!
Покемон заметно вздрогнул, и у меня возник соблазн прибавить: "Стрелять
буду!" Единственное, что меня удержало, так
это присутствие Бульбозавра, у которого наверняка имелась пушка. Возьмет и
продырявит меня насквозь в припадке
профессионального рвения.
- Что такое? - Покемон медленно обратил ко мне свое рябое лицо.
- Нам нужно срочно поговорить. С глазу на глаз. Это касается Инги. - Я
приняла-таки непопулярное решение. А что делать,
у меня просто не было другого выхода.
Покемон погримасничал-погримасничал, но отослал своего верного пса, после
чего демонстративно посмотрел на наручные
часы. Дескать, отвлекаю занятого человека, когда вся страна с нетерпением ждет
"Сусанинского патриотического".
- Дело вот в чем... - Я мысленно попросила прощения у пребывающей в далекой
Швейцарии Инги и выложила Покемону
про Сережу.
Глава 24
Покемон слушал меня, бешено вращая глазами, то и дело пытаясь перебить, но
я заставила его проглотить эту пилюлю
целиком, не разжевывая и не запивая. Честно говоря, никакого сочувствия я к нему
не испытывала, хотя, конечно, чисто
теоретически ситуация выглядела в высшей степени пикантно. Вот так вот к тебе
кто-то подходит и говорит задушевным
тоном: а вы знаете, что у вашей жены есть ребенок, которого она от вас скрывает?
Итак, я рассказала ему все: про то, что Ингиного сына зовут Сережей, про
то, что до сих пор он жил у Ингиной двоюродной
сестры Сони, и, наконец, про то, что его похитили, затребовав баснословную, по
моим понятиям, сумму в сто тысяч баксов. И
знаете, что услышала в ответ:
- Кто это выдумал: ты или тебя кто-нибудь подучил?
Признаться, такого я не ожидала. Разумеется, я предполагала, что разговор
получится непростым, что Покемон начнет
ругаться и добиваться от меня имени Сережиного отца (а я его и сама не знаю), но
подобного оборота совершенно не
предвидела.
А вконец обнаглевший Покемон распушил свой драный хвост и пошел на меня
кочетом:
- Что, решила с меня денги содрать, да?
- Какие денги? - Я чуть не задохнулась от возмущения. - Я сама про это
узнала от Инги за пару часов до того, как она попала
в аварию!
- Все панятна! - противно осклабился Покемон. - Нужна кавать жылеза, пока
падрушка в коме!
- Инга в коме? - Земля подо мной покачнулась.
- Канешна. - В голосе Покемона не было ни граммулечки скорби. - Савсем
разбила голову. Скока гаварил, чтоб не калолась...
- В каком смысле? - Меня бросило в пот.
- Нэ прэтваряйся, что нэ знаешь... Твая Инга закончэнная наркоманка, -
криво усмехнулся Покемон. - Может, ты тожа?
- Это не правда... - Я хотела закричать, но издала какой-то сдавленный
писк. - Не правда...
- Не правда? - Покемон насупил свои лохматые брови. - Я ее тры раза лечил!
- Значит, вы не станете искать мальчика? - Я чувствовала себя героиней
голливудского фильма ужасов.
- Какой такой малшик! - Покемон побагровел. - Нэт малшика! Если он был, я
бы знал. Потому шта я сначала справки навел,
а потом жынился. Я нэ такой дурак! Она тагда и нэ калолась, патом стала, на мои
дэнги.
- И что теперь делать? - Я поняла, что вот-вот разревусь, а позволить себе
такое в присутствии Покемона значило бы навеки
погубить свою бессмертную душу.
- Ваш праблем, в милыцию абрашайтэсь, - хмыкнул Покемон и удалился, до
краев исполненный восточной спеси.
Я не стала его догонять. Понятно же, что он мне ничем не поможет. Стоит ли
перед таким унижаться!
Где были Ингины глаза, когда она остановила свой выбор на этом физическом и
моральном уроде? Впрочем, к чему
риторические вопросы, ясно же, что Инга ему не в душу заглядывала, а в кошелек.
"Чтоб ты подавился своим пивом!" - мысленно пожелала я Покемону и пошла
наверх, а зачем пошла, спрашивается? У меня
ведь и в мыслях не было задерживаться дольше чем на минуту в затхлом Покемоновом
логове.
Я вошла в Ингину комнату, обвела ее рассеянным взглядом, отметила, что
постель измята, и кинулась поправлять ее, чтобы
оставить все в первозданном виде. Провела рукой по покрывалу и нащупала под ним
какой-то предмет. Оказалось, что это
кожаное Ингино портмоне. В смятении забытое Ингой, оно лежало здесь с
позапрошлой ночи, а я на нем спала, ничего не
почувствовав. Заглянув в его кожаное нутро, я обнаружила там несколько зеленых
купюр и тощую пачечку мятых
пятисотрублевок. Немного поколебавшись, я сунула их в карман. Покемон не
обеднеет, а мне они пригодятся.
- Покидаете нас? - с приторной улыбочкой осведомился Бульбозавр, который
околачивался в гостиной. - Ничего не забыли?
Я посмотрела сквозь него. Точно так же я поступила и с племянником
Гамлетом, попавшимся мне по дороге. И еще
подумала: какое счастье, что я больше никогда не увижу ни того, ни другого!
Однако время показало, что и в этом я ошибалась.
Выйдя за ворота Покемонова царства, я прямиком направилась к
железнодорожной платформе. Я уже все решила про себя.
Доеду до Москвы, сразу на Курский вокзал - и к Соне. Возьму ее за грудки и буду
трясти как грушу, пока все не вытрясу. Да,
если понадобится, я и Толика потрясу, хотя последнее будет посложнее. Ничего,
припугну милицией, мигом шелковые станут.
Когда я добралась до платформы, выяснилось, что мне, как всегда, везет в
кавычках. Ближайшая электричка ожидалась не
ранее чем через сорок пять минут, и ту, судя по воинственным настроениям
увешанных авоськами пассажиров, предстояло
брать на абордаж. Оказывается, электрички в этом медвежьем углу останавливаются
только пять раз в сутки, а в остальное
время со свистом пролетают мимо. Других же способов добраться до Москвы попросту
не существует. Если, конечно, не брать
во внимание личный транспорт и чрезвычайно довольных этим обстоятельством
леваков, по ранжиру выстроившихся на
маленькой "привокзальной" площади: во главе колонны старый одышливый "БМВ",
всего-то десять лет как с какой-нибудь
гамбургской автомобильной свалки, а в конце - скромняга "Запорожец".
Я плюнула на все и под неодобрительные взгляды пассажиров, принявших меня
за буржуйку недорезанную, шагнула к
"таксопарку". Во-первых, дело мое не терпело отлагательств, а во-вторых, в
кармане у меня лежало Ингино портмоне, набитое
совершенно несметными, по моим понятиям, капиталами, так что я могла позволить
себе некоторые излишества.
- Прошу, - услужливо распахнул передо мной заднюю дверцу фиксатый дядька из
"БМВ".
Я, с полминуты поколебавшись, приняла его предложение: как-никак "БМВ"
немного получше "Запорожца".
- Куда едем? - осведомился фиксатый водила.
- В Борщовку.
- Это где ж такая?
Я кое-как объяснила.
- Далеко, на другом конце области, - почесал затылок дядька, - нет, туда я
не поеду - А куда поедете?
- В Москву могу, в наш райцентр...
- Тогда давайте в Москву, - вздохнула я и на всякий случай ощупала портмоне
в кармане.
- Мигом долетим, - заверил меня обрадованный "хорошим уловом" водила.
- А не развалится? - засомневалась я, ерзая на сиденье.
- Не боись! - ответил мне с добрым ленинским прищуром глаз дядька-левак и
гордо вывел свою скрипящую колымагу на
шоссе.
Мигом - не мигом, а часа за два мы до Москвы допилили. Дядька остановил
свой музейный экспонат сразу за Кольцевой и
задумчиво потупился:
- Ну, дальше вы уж сами... А то в Москве инспектора придираются, а у меня
аптечка просроченная...
Мог бы и предупредить. Я достала Ингино портмоне и начала в нем рыться в
поисках купюры помельче - мы с дядькой
сошлись на трехстах рублях, - но остальные отделения были пусты. Только какая-то
желтая, свернутая в несколько раз бумажка
выпала мне под ноги. Я наклонилась, чтобы ее поднять, а оттуда посыпался белый,
легкий как пыль порошок. И почему я такая
неуклюжая? Мне его теперь не собрать, а Инге он, может, нужен. Лекарство,
например, какое-нибудь, механически пожурила я
себя. Лекарство?! Я вспомнила, что белый порошок попался мне уже второй раз, и
покрылась испариной...
- Ну что, нашли, а то у меня только сто пятьдесят рублей, не разойдемся, -
подал голос дядька.
- Пусть. - Я сунула ему пятисотрублевую банкноту, взяла его сто пятьдесят
и, с опаской оглядываясь на рассыпанный
порошок, выбралась из машины.
- Ну бывай, - одарил меня золотой улыбкой любитель европейской рухляди и
медленно, с достоинством отъехал.
До Курского вокзала я добралась без особых приключений, только в метро,
забившись в дальний уголок, тщательно, как
какая-нибудь карманница, изучила содержимое Ингиного портмоне. В нем было
четыреста долларов - одна стодолларовая
бумажка и шесть пятидесятидолларовых - и пять с половиной тысяч нашими, с видами
поморского города Архангельска.
Целое состояние! А более ничего, если не считать желтой бумажки, которую я
выронила в дребезжащем "БМВ". Я чуть
"Курскую" не проехала, все ломала голову над тем, что сказал мне Покемон. В то,
что Инга наркоманка, верить мне не
хотелось.
А еще через два часа я уже стояла у калитки знакомого мне дома с мезонином.
Потянула ее на себя, навстречу мне выбежал
лохматый Буян, два раза лениво брехнул, лизнул в коленку и затрусил впереди по
дорожке. Во дворе было тихо и безжизненно
- наверное, дети спали после обеда. Что ж, так даже лучше, рассудила я и первым
делом заглянула на веранду.
А Соня как раз там и была. Сидела на табурете и скоблила ножом молодую
розовую картошку. Покончила с очередной
картофелиной, придирчиво осмотрела ее со всех сторон и, довольная проделанной
работой, бросила в стоящий на другом
табурете таз. Бултых - полетели брызги. А в трех шагах от нее, в манеже,
старательно обсасывал пальчик младшенький
долгоносик - Кирюша. Старшеньких поблизости не наблюдалось, но все равно
получалась суперидиллическая картинка, на мой
взгляд, несколько выбивавшаяся из контекста. Конечно, украденный Ингин Сережа не
был Соне сыном, зато был
племянником, и растила она его с пеленок...
- Гм-гм... - откашлялась я в кулак, внимательно следя за Сониной реакцией.
- Кто там? - дернулась Соня и уставилась на меня с выражением подростка,
застигнутого за разглядыванием
порнографического журнала. Уже через секунду на ее блеклые глазки наплыла
привычная пелена угрюмой подозрительности,
будто плотные шторки опустились. - Вы?
- Да, я, - ответила я с вызовом, - а что, не ждали? - Идиотский вопрос, ежу
понятно, что она меня не ждала, зачем же воду в
ступе толочь!
Соня не ответила, по-видимому, тоже сочла мой вопрос идиотским, поднялась с
табурета и демонстративно подбоченилась.
- Что с Сережей? - выпалила я, дрожа от волнения.
- А что такое? - Соня с невозмутимым видом снова села, взяла из стоящей у
ее ног корзины очередную картофелину. - Вы
какого Сережу имеете в виду? Моего? С ним, слава богу, все в порядке.
Ну вот, я так и знала! Без Сони и Толи здесь не обошлось.
- Я говорю об Ингином Сереже! - бросила я Соне в лицо как перчатку.
- Вот еще новости! Какой еще Ингин Сережа? - охотно приняла мой вызов Соня.
- Ингин сын, которого похитили, - упрямо повторила я.
- Ну вот, еще у одной крыша поехала, - криво усмехнулась Соня, - не
удивлюсь, если на той же почве.
Какая такая почва? На что это она намекает, интересно?
А Соня опять вскочила с табурета и пошла на меня с видом заправской
базарной драчуньи:
- Какой еще Ингин сын? Ишь, придумала! Авантюристка! Аферистка! Ее в дом
пустили, а она начала лазить, где ее не
просят!
Ну вот, пожалуйста, она мне опять припомнила этот несчастный чердак! Разве
не странно? Что у них там, золотобриллианты?
Что-то я не заметила. Не из-за кошки же с котятами она так
убивается. Еще и обидные политические клички мне
навешивает. Это я-то авантюристка? Это я-то аферистка?
- Грымза! - Я плеснула ей в лицо накопившейся желчью. Как-никак давно
сдерживалась.
- Что-о? - Кончик длинного Сониного носа покраснел от возмущения. - Ах ты,
гнида газетная! - Такое впечатление, что она
только и ждала подходящего случая, чтобы поскандалить со мной.
И почему это я гнида? К тому же газетная. Нонсенс какой-то, честное слово.
- Зараза! - Соня продолжала наступать на меня, между прочим, сжимая в руке
нож, которым она перед этим чистила
картошку.
Я невольно попятилась. Кто ее знает, возьмет и пырнет. А что, с нее
станется. И, как многодетной мамаше, ничего ей за это
не будет.
Видать, Ингин ор долетел до трепетных ушей Толика, потому что он немедленно
нарисовался на веранде в линялых
трениках и тапках на босу ногу и сразу же начал костерить меня, будто заранее
речь заготовил:
- Че те надо, а? Че те надо? Пришла в чужой дом и возникает!
Я отступила еще на пару шагов - как-никак силы были неравные - и твердо
сказала:
- Я хочу знать, где Сережа и что с ним?
- Зачем ей наш Сережа? - Толя адресовал свой вопрос Соне при том, что
предназначался он, вне всяких сомнений, мне.
- Да она же проходимка! Такая же, как и ее подружка-наркоманка! -
заверещала дурным голосом Соня. - Небось накололась,
и глюки у нее теперь! Милицию надо вызвать, пусть они ее по картотеке проверят -
может, числится. Ты позвони Серафиму,
пусть кого-нибудь пришлет!
- Сейчас, - с готовностью пообещал Толя и скрылся в доме.
Мне стало как-то нехорошо. В милицию мне совершенно не хотелось, особенно в
местную, борщовскую. Серафим у них тут
какой-то, еще пристроит по блату на нары. Подумать только, ведь еще совсем
недавно я сама собиралась стращать их
милицией! Стыдно признаться, но я самым позорным образом бежала под злобное
Сонино улюлюканье и преданный лай
Буяна, явно старавшегося выслужиться перед хозяйкой.
- И ты, Брут, - буркнула я ему, улепетывая во все лопатки от коварных
долгоносиков.
Оказавшись на расстоянии двух кварталов от "Броненосца "Потемкина", я
остановилась и перевела дух. "И что теперь
делать?" - спросила я саму себя, но так и не получила ответа. Ничего путного на
ум не шло. Не разрешив ни одной старой
проблемы, я приобрела новую. Где, к примеру, я преклоню голову этой ночью,
которая, кстати, уже не за горами? Да и тучки
какие-то подозрительные наплывают, того и гляди дождик начнется. Да вот, кстати
говоря, уже и начался: две крупные капли
шлепнулись мне на нос. Может, вернуться в Москву? Ага, а там меня небось уже
поджидают дружки покойного Юриса, не на
шутку обеспокоенные его исчезновением. Или милиция. А что, такой вариант тоже не
исключен. Да-а, веселенькие же времена
у меня настали.
Гм-гм, а не заночевать ли мне прямо здесь, в Борщовке? Напроситься к комунибудь
на постой, а? Деньги-то у меня есть, и
очень даже приличная сумма. К тому же местечко здесь дачное, сезон тоже
подходящий, а посему такая моя просьба вряд ли
кого-нибудь сильно удивит. Я стала озираться, прикидывая, в какой из близлежащих
домов податься. Новорусский особнячок
напротив мне сразу не приглянулся - где-где, а там уж точно не ждут постояльцев,
- а вон тот небольшой деревянный домик с
крылечком выглядит вполне перспективно. Наверняка в нем коротает век какаянибудь
одинокая сердобольная старушка,
которая будет только рада моей пока что живой душе.
Только я так подумала, как на крылечке и впрямь образовалось уютное
существо, точь-в-точь с картинки на пакете молока
"Домик в деревне". Существо сошло со ступенек и направилось к грядке с
петрушкой.
- Бабушка, бабушка! - сделала я елейное лицо. - Комнату не сдадите?
Бабуля, близоруко сощурившись, двинулась в мою сторону, остановилась в двух
шагах и окинула меня бдительным
чекистским взглядом:
- А детей сколько? Один? Двое?
- Да я одна и вся здесь, - робко пошутила я.
- Одна? - Бабка озадачилась. - И надолго? Я поняла, что, если скажу "на
ночь", она меня ни за что не пустит.
- Н-ну.., на месяц...
Бабка заколебалась. В ней явно боролись чувства из разряда "и хочется, и
колется, и мама не велит".
- Даже не знаю... Вообще-то я не сдаю, ко мне сын обычно на лето приезжает,
а в этом году они на Кипр подались, денежки
им тратить не на что... Ладно, есть у меня подходящий уголок, в пристроечке, с
отдельным входом, не знаю
...Закладка в соц.сетях
