Жанр: Боевик
Мертвая хватка
...адувал щеки.
- Людей пока подбросить не могу. Обходись теми, кто есть, плюс арабы.
- Когда они прибудут?
- Все в дискете. В том числе пароли и имя их командира.
- А фото?
- Страхуешься?
- Я уже сыт по горло сюрпризами в этом "круизе".
- Зная твой склочный характер, я лично побеспокоился, чтобы фото шефа мусульманского
подразделения в обязательном порядке фигурировало в информационном блоке.
- Благодарствуем, - вякнул я томно и засунул кассету в потайной карман с внутренней
стороны плавок: ее нужно беречь так же, как и мой детородный орган.
Впрочем, извлечь дискету из футляра без специальных манипуляций, известных только
посвященным, было просто невозможно: она сначала размагничивалась, а затем плавилась, как сало
на сковородке.
- Вот и ладушки. - Морщась, Кончак раздраженно потер висок - его часто донимали
головные боли, последствие старого ранения.
- Виктор Егорович, можно начистоту?
- Что-то новенькое... - хмыкнул он. - Великий трепач решил поплакаться в жилетку.
- Вы верно уловили суть моих сомнений. Виктор Егорович, можете сейчас оторвать мне голову,
но у меня с каждым днем крепнет ощущение надвигающейся катастрофы. Я скоро вообще спать
перестану. Стал конченым психом.
- Что-то не видно. - Кончак критически осмотрел меня с головы до пояса. - По-прежнему
здоров как бык. И загорел до черноты.
- Ну не сможем, не сможем мы уберечь Доди от покушения! Пока мы здесь вынашиваем свои
"великие" планы, его, возможно, уже держит на мушке снайпер.
- Это не твои проблемы, - отрезал Кончак. - В Англии его охраняют арабы. Наша задача -
Средиземноморье.
- Пусть так. Но и здесь у нас связаны руки. Если бы приставить всю мою группу к Доди в
качестве телохранителей - тогда другой компот.
- Нет! Мы не должны "светиться".
- Ненавижу, когда приходится работать по заказу политиков! Все эти подковерные игры до
добра не доводят.
- Ты прав. Но мы не вольны в своих действиях.
- Я так и понял, что главная наша задача - имитировать активность. А там - трава не расти.
- В какой-то мере да. Россия наконец обратила свой взор на мусульманский Восток, и любое
проявление доброй воли или помощи с нашей стороны аукнется немалыми политическими
дивидендами. Но мы профессионалы и получили совершенно конкретное задание. А потому нужно
землю зубами грызть, но провести операцию "Альянс" на привычном для нас высоком уровне. И -
баста! - Он для убедительности хлопнул ладонью по столу. - Дискуссию прекращаем. Мы -
люди военные. Приказ есть приказ.
- Возможно, не будь этого проклятого "Альянса", и Гюрза еще пожила бы... - тихо проронил
я, глядя прямо в неподвижные глаза Кончака.
Он ответил мне долгим-предолгим взглядом.
Мы поняли друг друга.
Я подозвал официанта и заказал по сто пятьдесят граммов водки. Без закуски.
Мы подняли рюмки, но не чокнулись.
- Помянем...
- Помянем... Земля тебе пухом, Анна Ладыгина, Гюрза... - Полковник медленно выцедил
рюмку и осторожно поставил ее на салфетку.
"Салюта не будет", - почему-то вспомнились мне слова из какого-то фильма. Не будет...
Салютовать будем по врагу. Знать бы только, кто этот враг.
Лимассол, кафе "Петрос"
Арч Беннет убивал время, слоняясь по крытому рынку, расположенному на торговой площади.
До встречи с Эйприл оставался добрый час, и агент МИ-6 решил немного развеяться от практически
круглосуточной работы по сбору информации о таинственных событиях в Лимассоле недельной
давности, когда ктото устроил настоящую бойню чуть ли не в центре города. Торговые ряды
пестрели разноцветными овощами и фруктами, источающими дивные ароматы юга. Разнообразные
пряности своими запахами кружили голову, будто Арч уже с утра зарядился очередной порцией
самого доброго и выдержанного виски. Неутихающий говор торговцев и покупателей напоминал
шум прибоя, отключающего реальное восприятие действительности, и Беннету чудилось, что он
качается на утлой лодочке среди волн, а вокруг на много миль нет ни единой души. Арч
машинально кивал, улыбаясь киприотам, приглашающим отведать кусочек дыни или оливки, но
мысли его были далеко. Работали лишь глаза и уши, впитывая многоцветье и многоголосье рынка.
Что-то здесь не так... Что-то здесь не так, думал Беннет. Интерес Папаши Шиллинга к событиям
в Лимассоле в свете операции "Троянский конь" казался ему, по меньшей мере, странным,
неестественным. Ладно, пусть убитые и впрямь русские - это практически доказано. Кто они на
самом деле, сейчас выясняют в Лондоне, используя всю мощь компьютерной сети МИ-6. Но даже
если это и не русская мафиозная разборка, ставшая неотъемлемой частью европейского бытия после
развала Советского Союза, а операция спецслужб России, то какое дело внешней разведке Англии
до проблем коллег с противной стороны? Тем более, что они никаким боком не касаются безопасности
Великобритании.
Что в Лимассоле работали профи, Арч практически не сомневался. Так молниеносно и четко
растребушить группу из четырех человек - это нужно уметь. Особенно поразил его протокол
допроса свидетельниц, у которых буквально на глазах какой-то здоровяк расстрелял двух крепких
вооруженных парней. Притом способом "флэш"! Это же какую нужно иметь выучку и реакцию,
чтобы на виду у прохожих, совершенно спокойно, всадить по две пули каждому точно в лоб. С такой
скорострельностью Арчу не приходилось встречаться. И теперь он с содроганием представлял, что
когда-нибудь по милости этого старого сукиного сына Папаши Шиллинга ему или его команде
придется встречаться с этим стрелком лицом к лицу.
Нет, Арч не был трусом. Конечно же он не боялся встречи: в его профессии страх - понятие
достаточно абстрактное. По мнению Бен-нета, он приходит только тогда, когда схватка позади и ты
лежишь в полном сознании и совершенно беспомощный от ранений и ожидаешь контрольного
выстрела в голову. Однажды ему пришлось испытать подобное, и с той поры все свои страхи он
соотносил с тем ужасом, который Арч испытал под дулом автомата, готовым изрыгнуть из своей
металлической утробы свинцовую смерть. Они казались ему такими мелкими и несущественными,
что Беннет о них во время операций даже не думал.
Но почему, почему Папаша Шиллинг хочет узнать, какая из русских спецслужб - ФСБ или ГРУ
- ликвидировала группу в Лимассоле?! Если, конечно, это вообще русские - последние пять лет
они свернули инициативу почти до нуля. Естественно, не считая чистых нелегалов и "кротов",
внедренных во время "холодной войны" или еще ранее.
Беннет посмотрел на часы - Эйприл должна появиться с минуты на минуту. Арч вышел наружу
и направился к кафе "Петрос" с великолепной тенистой террасой; оно находилось буквально в двух
шагах от центрального рынка. Он вчера ужинал здесь, и ему понравились и кухня, и обслуживание.
Эйприл появилась точно в час дня. В своем коротеньком простеньком платьице и с прической "аля
Гаврош" она была похожа на девчушку-подростка, провинциалочку, впервые попавшую на
престижный курорт, а потому несколько растерянную и удивительно милую. Патриархально милую,
что так нравится некоторым извращенцам. Но ей уже стукнуло двадцать девять, а в ее невзрачной
дамской сумочке лежал хорошо пристрелянный "магнум", набор спецсредств (яды, "сыворотка
правды", весьма эффективные снотворные нового поколения), антидот и удостоверение,
запрессованное в прозрачный пластик; оно могло привести в священный трепет любого подданного
Великобритании, невзирая на ранг, служебное положение и происхождение.
- Сэр, у меня сногсшибательные новости, - заявила Эйприл, едва присев за столик.
Она всегда обращалась к Арчу официально, несмотря на небольшую разницу в возрасте и почти
одинаковый стаж работы в разведке. Впрочем, Эйприл и к другим мужчинам относилась с большой
долей настороженности и недоверия. Беннет даже подозревал, что она ненавидит сильную половину
человечества. Возможно, Эйприл принадлежала к так называемым сексуальным меньшинствам, но
была настолько хитра и изощренна, что даже отдел внутренних расследований МИ-6 не смог
добавить в ее личное дело ничего существенного по части личной жизни, а тем более -
предосудительного. Она относилась к редкой категории "идеальных агентов" - безотказных,
эффективных, умных и жестоких. Арч, никогда не скрывавший свои обычные человеческие
слабости и недостатки, относился к таким рафинированным агентам с некоторым предубеждением и
старался не привлекать их для проведения особо ответственных операций. К участию в разработке
объекта "Цирцея" он подключил Эйприл по причине, не зависящей от своей внутренней
убежденности. Прос-то на подхвате не оказалось никого лучшего.
- Есть предложение для начала пообедать, - холодно посмотрев на возбужденную Эйприл,
сказал Беннет.
В своих подчиненных он терпеть не мог эйфорического состояния, мешающего трезвому анализу
ситуации.
- Да, сэр, - несколько опешив, согласилась Эйприл.
В ее темных, почти черных глазах на миг мелькнула тень презрения - эти животные, именуемые
мужчинами, ну никак не могут обойтись без чревоугодия даже в экстремальных ситуациях, но,
выловив во взгляде Арча ледяную иронию, мгновенно превратилась в образец покорности и
чинопочитания.
Беннет заказал себе афелиа1, лемисту2 и палидакию3, а Эйприл - демонстративно - татцики4 и
тушенную в белом вине дораду. Из напитков обошлись пивом - здесь вкусы оказались
одинаковыми.
1 А ф е л и а - кусочки свинины, маринованные с кориандром и вином.
2 Л е м и с т а - фаршированные помидоры.
3 П а л и д а к и я - котлета из молодого барашка.
4 Т а т ц и к и - салат из огурцов и йогурта.
- Ну? - буркнул Арч, доедая палидакию.
В это время Эйприл, погруженная в собственные мысли, вяло ковырялась специальной вилкой в
порции дорады.
- Найдены еще два трупа, - буднично сказала она и невозмутимо отхлебнула глоток пива из
запотевшего стакана.
- Тоже русские? - вмиг забыл про еду Беннет.
- Да.
- Идентифицированы?
- Один... - небрежно проронила Эйприл, но в ее глазах мелькнуло нескрываемое торжество.
- Кто? - хищно склонился к столу Арч.
- Подполковник КГБ Шмелев. Вы должны его помнить.
- Черт возьми! - непроизвольно выругался Беннет.
Да, он знал Шмелева. В годы "холодной войны" подполковник возглавлял группу ликвидаторов,
немало попортившую крови английской разведке в районе Средиземноморья. Арч ненадолго был
прикомандирован к спецгруппе, безуспешно охотившейся за Шмелевым в течение пяти лет. Он
ушел от них прямо из-под носа, "разменяв" двух своих диверсантов-ликвидаторов на трех англичан
и нескольких сотрудников турецкой военной полиции. И этот человек погиб здесь, в Лимассоле?!
Невозможно.
- Вы уверены? - резко спросил он у Эйприл.
- На все сто. У меня в сумочке заключение экспертов и данные архива МИ-6.
- Где его нашли?
- В горах. Совершенно случайно. Наткнулись пастухи. Вернее, их собаки.
- Он погиб от пули?
- В том-то и загвоздка, что нет. Принял яд.
- А второй?
- С виду тоже русский. Но этот застрелен. В голову. Правда, перед смертью ему пришлось
несладко...
- Спецобработка? - понял Арч.
- Именно. Очень квалифицированная.
В этом пункте вопросов у Беннета не имелось - Эйприл по части допросов с пристрастием была
докой.
- Кроме того, найдена машина "рено". В скалах. Сожжена. По показаниям свидетелей, она
принадлежала Шмелеву.
- Взята напрокат? - догадался Беннет.
- Да. На имя француза Жоржа Леграна.
- Документы при них нашли? - оживился Арч.
- Ни единого клочка бумаги.
- Профи... - пробормотал Беннет. - Работали профи...
- Несомненно, - подтвердила его пред-положение Эйприл. - "Зачистка" выполнена очень
квалифицированно.
- Чушь! - раздраженно фыркнул Арч. - Как раз тем, кто ликвидировал всех шестерых
русских, прятать концы в воду не нужно было.
- Вы считаете, что имеется какая-то связь между теми четырьмя, что были застрелены в городе,
и Шмелевым?
- Прямая. Скорее всего, это была группа, которой командовал Шмелев. Ее уничтожили, но не
сочли нужным провести "зачистку" как положено, то есть лишить возможности идентификации
трупов. Почему?
- Почему? - как эхо повторила несколько подрастерявшая свой апломб Эйприл.
- И это еще не все. Если неизвестные ликвидаторы смогли так запросто расправиться со
Шмелевым - а он свое дело знал, как редко кто из коллег по профессии, - то что это за асы? Кто
они? Если русские, то и вовсе не понятно - зачем им уничтожать своих?
- ЦРУ и турки к событиям в Лимассоле не имеют никакого отношения. Я посылала запросы, -
поторопилась опередить следующее предположение Арча Эйприл.
- Им недолго и соврать. Что говорят парни из САС?
- Как всегда, корчат из себя очень крутых и темнят. Но кое-что я все-таки выцарапала.
Радиотехнические средства на базе Акротири засекли в водах Кипра неопознанную подводную
лодку.
- Ну и?..
- Опростоволосились. Команда эсминцам загнать подлодку в глухой угол поступила чересчур
поздно, и субмарина преспокойно ушла в нейтральные воды, а затем и вообще исчезла. Вертолеты
поддержки тоже вернулись ни с чем. Похоже, подлодка взяла курс на Эгейское море, где легко
спрятаться среди островов. Обычный тактический прием.
- Эгейское море... - Беннет задумчиво потер подбородок. - Напрашивается интересная
параллель...
- У вас есть какие-то другие сведения?
- Макнэлли... Вчера вечером в своем докладе он упомянул об интересной находке в районе
Киклад. Итальянский яхтсмен нечаянно заплутал среди островов и наткнулся на брошенный
глиссер. Очень оригинальная и дорогая модель. Такие делают только на спецзаказ. - Он
многозначительно посмотрел на Эйприл.
- Где? - сразу поняла Арча его подчи-ненная.
- Ни на одной детали нет заводской маркировки. Правда, двигатели американские, но
форсированные, и опять-таки уничтожены все серийные номера.
- Команду нашли?
- Исчезла бесследно. Ни документов, ни одежды. Бумаг на глиссер тоже нет. Зато в тайниках
нашли оружие и боеприпасы. Целый арсенал.
- Оружие русское? - с надеждой спросила Эйприл.
- В том-то и дело, что израильское и американское. За исключением немецкой снайперской
винтовки с оптикой.
- Это еще ни о чем не говорит. Мы ведь тоже, когда это нужно, пользуемся снаряжением
других стран.
- Резонно, - согласился Арч. - Однако есть одно "но".
- Что вы имеете в виду?
- Такой дорогой и суперсовременный глиссер просто так не бросают. Тем более, что он нигде
не "засвечен".
- Тогда почему вы связываете его с русскими?
- Макнэлли опросил служащих причалов, где обычно ставят на якорь яхты и катера. Так вот,
глиссер они запомнили. Он вышел в море спустя сутки после событий в Лимассоле.
- Без досмотра?
- Да.
- Но ведь местная полиция объявила чрезвычайное положение...
- Для всех остальных, кроме владельцев яхт и прочих морских посудин, стоимостью от
полумиллиона долларов и выше. На месте полиции вы бы рискнули связаться с сильными мира
сего?
- Наверное, нет.
- Так же решил и местный начальник полиции. Богатые люди всегда вне подозрений.
- Чем мне дальше заниматься?
- Искать тех, кто ликвидировал группу Шмелева.
- Но если их уже здесь нет, то наши поиски мало что дадут.
- Ничего. Пусть мы разыщем крупинку, но и ее будет достаточно, чтобы составить план
оперативных мероприятий на будущее. Обратите внимание на причалы для яхт. Мне кажется, с
ними еще нужно поработать.
- В каком смысле?
Арч невольно поморщился. Он не любил сотрудников, которые не хватают идеи на лету.
- Может, кто из служащих или яхтсменов запомнил кого-нибудь из команды глиссера. Это
первое. А второе... - Он умолк, будто прислушиваясь к внутреннему голосу. - Второе - пожалуй,
главное: составьте список катеров, яхт и прочих малых посудин, вышедших в море, скажем, на три
часа раньше, чем найденный глиссер, или на три часа позже...
Эйприл ушла первой. По ее лицу Арч видел, что она так и не восприняла его приказ как
подобает. Беннет понимал свою подчиненную: рутинная сыщицкая работа для ликвидатора что
рыбья кость в горле. Понимал, но злился - можно подумать, будто ему будет легче исполнять
распоряжение Папаши Шиллинга, по его, Беннета, мнению, совершенно бессмысленное и ненужное
в свете операции "Троянский конь".
Арч поселился в гостинице "Аласиа", расположенной в самом центре Лимассола буквально в
двух шагах от проспекта Макариоса. Он не стал баловать ни себя, ни своих сотрудников люксом.
Обстановка не позволяла. Впрочем, по комфорту гостиница тоже не "пасла" задних: отличные
кондиционеры, бассейн, теннисные корты, хорошо оборудованные номера. Но все это мало
радовало агента МИ-6. Его мучил вопрос, один-единственный, торчавший в мозгах как гвоздь -
ПОЧЕМУ?!
Почему Папашу Шиллинга волнуют какие-то разборки русских на Кипре?! И в конце концов,
какая разница, кто здесь наследил - ФСБ или ГРУ? У них своя свадьба, у МИ-6 своя.
Беннет все больше и больше убеждался, что его босс затеял какую-то странную игру. Странную и
непонятную. Сукин сын!
Он был в состоянии полной разобранности от своих суматошных мыслей, когда наконец пришел
с отчетом и Макнэлли. Информация, что он принес, сразила Арча наповал. Она была, с одной
стороны, скудной, а с другой...
Словесный портрет некоего русского бизнесмена, прибывшего в день ликвидации группы
Шмелева, оказался тождествен облику резидента ГРУ по Ближнему Востоку. Бывшего резидента -
восемь лет назад он буквально растворился на глазах коммандос, которые должны были взять с
поличным его и связника. С той поры о нем не было ни слуху ни духу. И вот объявился...
В гостинице он зарегистрировался как Вин-грановский Георгий Кузьмич. В архивах МИ-5
русский резидент значился под псевдонимом Зеро1. Так окрестили его в оперативном отделе. И
попали в яблочко - для английских контрразведчиков он так и остался величиной таинственной и
неизвестной, и количество достоверных сведений о нем и впрямь было близко к нулю.
1 З е р о - нуль.
И еще один факт, как-то пролетевший мимо ушей МИ-6 и раскопанный дотошным Макнэлли:
незадолго до убийства русских в одном из кафе Лимассола была застрелена неизвестная женщина.
Ее убийц еще не нашли.
Неизвестная... Арч Беннет горько оскалился - еще как известная. Компьютер главного офиса
МИ-6 ошибается редко. За этой женщиной охотились почти все спецслужбы мира. А в особенности
ЦРУ. Никто не знал ни ее имени, ни национальной принадлежности, хотя она и работала на русскую
военную разведку.
Оперативный псевдоним этой женщины был Гюрза.
Киллер
Мы съехали с постоя в "Пон сюперьер" немедленно, решив об этом эпохальном событии не
извещать Черного Жерара. Впрочем, ему было не до нас - он трудился в поте лица, уничтожая
следы "Мамаева побоища" в кафе-баре. Я представлял, как он расстроится, когда ему доложат о еще
одном трупе в номере Марио: Черный Жерар терпеть не мог швыряться деньгами, и в особенности
на такие неприятные и очень сомнительные с точки зрения закона мероприятия, как уборка
безвременно усопших клиентов.
Машину нашел Кестлер. Я сидел рядом с ним, а Эрнесто, поддерживающий изредка
постанывающего Марио, сзади.
Горбуну повезло. Пуля убийцы только чиркнула по черепу, оглушив его и выдрав приличный
клок волос вместе с кожей. Марио успел пустить в ход любимое свое оружие, опасную бритву,
раньше, чем араб избавился от захвата; потому первый выстрел оказался и последним.
- Дон Витторио? - Это были едва не первые слова Марио на новом месте.
На этот раз мы устроились неподалеку от церкви Святого Винсента, почти в центре Марселя.
Отель был небольшим, но очень фешенебельным и дорогим. Для того чтобы в него вселиться, нам
пришлось сменить свой имидж. Теперь вместо грубоватых, неотесанных морячков и хулиганов мы
изображали достаточно обеспеченных буржуа. Мы приоделись в фирменном магазине, Кестлер гдето
оставил ворованный "фиат" и купил солидный темно-синий "опель", а Эрнесто для понта
приобрел в супермаркете три модных чемодана и два саквояжа, которые набил газетами и
журналами - для веса. Дело в том, что постояльцы пятизвездочных отелей без багажа всегда
вызывают ненужные подозрения и пристальное внимание со стороны службы безопасности
гостиницы. На чаевые мы тоже не скупились, но и не бросали деньги зазря, чтобы обслуживающий
персонал не подумал, будто к ним заехали какие-нибудь мафиози или нувориши. У каждого из нас
был свой номер, хотя мы не скрывали, что знакомы и приехали по одному и тому же делу. Так
решил немного оклемавшийся Марио. В случае слежки нам будет легче оправдывать постоянные
контакты, а также вовремя и с большим эффектом рубить "хвосты" - если придется.
- Дон Витторио? - Голос Марио дрогнул.
До этого я сжато обрисовал горбуну ситуацию с Пинскером.
- Кто он? - спросил я, и наверное, резко; Марио нахмурился.
Я понял, почему он внезапно стал угрюмым - ему было неприятно, что я прочитал его мысли.
- Адрес?.. - Похоже, Марио все еще в чем-то сомневался.
Я ответил.
- Дьябло!.. - Горбун грязно выругался по-испански. - Положение хуже некуда.
- Так этот Витторио все-таки Дон? - спросил я, проявляя - возможно, и не по делу -
чрезмерную настойчивость.
Я знал, что так величают капо сицилианских мафиози.
- Да. И я совершенно не понимаю, каким боком он влез в эту историю на Кипре?
- Дон Витторио работает на Синдикат? - догадался я.
- Не совсем. Помогает на общественных началах - скажем так.
- Не без пользы для своей организации.
- Верно. Взаимовыгодное сотрудничество.
- Синдикат "пускает кровь", когда дону Витторио нельзя "светиться", а он в свою очередь
устраивает наши дела в Европе, - с уверенностью предположил я.
- Угадал. Только запомни, - голос Марио наполнился злобной желчью, - я тебе этого не
говорил, а ты ничего не знаешь. Не доведи Господь узнает дон Фернандо...
- Я не болтлив. И мне все до лампочки.
- И что теперь делать? - спросил, но скорее у самого себя, горбун.
Я промолчал. Он мой начальник, вот пусть и думает, как нам ноги унести из Марселя подобрупоздорову.
А если честно, самому себе признаюсь как на духу, то я был даже рад такому повороту.
Глядишь, и придется свернуть операцию, и тогда у меня появится хороший шанс потихоньку
свалить в кусты, да в такие густые, что на этот раз меня не смогут отыскать ни Синдикат, ни
Братство, ни русские спецслужбы. Короче говоря, проявлять инициативу мне сейчас было не с руки.
- Спросить у дона Витторио? - между тем продолжал Марио.
- А почему нет?
- Мигель, не корчь из себя тупорылого болвана! Все ты хорошо понимаешь. До него не
доберешься.
- Ну? - Я откровенно смеялся. - А если все-таки смогу?
- Станешь невидимкой? - с иронией сказал горбун.
- Это не твоя забота. Но работенка весьма опасная...
- И что ты за нее хочешь? - наконец понял, откуда ветер дует, Марио.
- Ты верно понял - не сколько, а что. Я больше не хочу работать на Синдикат. Впрочем, тебе
уже известны мои соображения на этот счет.
- Можно подумать, что такие вопросы решаю я, - окрысился горбун.
- Поговори с доном Фернандо. Надеюсь, он поймет. Я ведь работал честно...
- С доном Фернандо?! Типун тебе на язык! Это не такой человек, что меняет свои решения на
ходу.
- Но тогда я принесу больше пользы Братству...
Мне бы спрыгнуть с повозки Синдиката, думал я. У него щупалец по всему свету побольше, чем
у "братчиков". А с Братством я как-нибудь рассчитаюсь. Не думаю, что оно достанет меня в Индии
или Непале.
- Не путай лошадь с мулом, - отрезал Марио. - Братство - это вера, а Синдикат - способ
заработать на жизнь.
- Значит, никак?
- Мигель, не делай глупостей. Ты ведь знаешь, что я поручился за тебя головой. За это задание
нам с тобой заплатят такие деньги, что тебе и не снилось. У нас есть хороший шанс забраться на
вершину обеих пирамид - и Синдиката, и Братства. А там уже нам не придется заниматься
черновой работой. Почет, уважение, богатство - вот что тебя ждет в недалеком будущем.
- Или виселица... - буркнул я, стараясь подавить волну отчаяния, вскипевшую в душе, - нет,
так просто эти вампиры меня не отпустят.
- Да. Если вместо того, чтобы думать, как лучше выполнить задание, ты будешь заниматься
скулежом.
И тут я неожиданно вскипел. Этот маленький урод, Квазимодо хренов, будет меня учить, как
жить?!
Наверное, мой взгляд поразил Марио до глубины души. Он так побледнел, что его смуглая кожа
стала серой.
Вдруг, к своему ужасу, я снова ощутил, как погружаюсь в то же состояние, что и в аэропорту
Сан-Паулу. Но все остальные запахи перебил солоноватый и какой-то терпкий запах крови. Он
возбуждал, привлекал; пропитавшаяся кровью повязка на голове Марио тянула меня словно магнит.
Мне чудилось, что я опять в сельве. До боли знакомые звуки наполнили мои уши, мышцы
затрепетали, готовые в любой момент сократиться, чтобы бросить тело на заплутавшую в чаще
добычу. Тело... Чье тело?!
Я смотрел прямо перед собой, куда-то вдаль, из последних сил старался не опускать взгляд на
свои руки. Мне почему-то думалось, что они сплошь покрылись короткой рыжей шерстью, а вместо
пальцев начали расти когти. Это было очень болезненно, мне казалось, что я даже слышу хруст
костей, которые деформировались и удлинялись.
Что-то темное, страшное и первобытно-жестокое поднималось из глубины души, вползало в
мозг, сжимая его железными тисками. Мне хотелось немедленно наброситься на первое попавшееся
живое существо и вцепиться ему зубами в шею. У меня даже рот наполнился слюной вожделения...
- Мигель!!!
Крик Марио буквально вывел меня из состояния неконтролируемого транса. Мозг постепенно
освобождался от наваждения, и черная бесформенная амеба нехотя уползала в тайники подсознания,
при этом больно царапая крохотными, но острыми коготками глухо и часто ухающее сердце.
- Мигель, что с тобой?!
- Со мной? Со мной... все в порядке. Наверное, устал...
- Посмотри в зеркало... - тихо и как-то робко сказал горбун, почему-то глядя на меня с
опаской.
Я не стал уточнять зачем, а просто подошел к туалетному столику и уставился на свое отражение
в вычурном трюмо с рамой, сверкающей фальшивой позолотой.
Лицо как лицо. Я его видел после пластической операции столько раз, что в конце концов
привык к нему; оно уже не
...Закладка в соц.сетях
