Жанр: Боевик
Бешеный 1-16 (весь). Биография отца Бешеного
...к говорится, из чисто приятельских отношений... Что касается
сегодняшнего ужина, то, думаю, позднее мы с удовольствием присоединимся к
вам и продолжим приятное общение.
- Благодарю и вас за готовность оказать помощь и содействие! - с
достоинством ответил Тим Рот.
После этих слов поднялся с кресла и француз. Оба, чуть заметно кивнув,
последовали за американцем.
- Итак, господа, никто более не хочет покинуть наш стол?
- Полтора десятка миллионов никогда не бывают лишними! - заметил
итальянец.
- А у миня си ним, си этим Бесеним, сивой, лиинии сичети! - У Ли Бао зло
заблестели глаза. -
Хотети передюпередитя вас: я за ним охотитися узе много-много месятисев,
но именино васи люди пелехиватили его у сами носи мои люди. Ми хотети взяти
его в Бюдапесит, и один мои воин попасити на самолет, но один из
хомосекисюал, кито захиватити самолет, убил его.
- Понимаю ваше желание уничтожить Бешеного и прошу принять мои
соболезнования по поводу гибели ваших близких, дорогой Ли Бао, но мне
приказано доставить его живым.
- Сивой люди я тозе пириказал доситавити его ки мине зивим, читоби я мог
сивой рюки вилезати его серидисе! Личино! Вот этими рюками! - Мощный старик
вскинул растопыренные ладони кверху.
- А может, вы примете мое предложение? - вкрадчиво спросил Тим Рот.
- Како? - нахмурился Ли Бао.
- Сначала представим его живым пред очи Светлейшего, а потом, после
некоторых манипуляций с ним, отдадим его в ваши руки: тогда и делайте с ним,
что хотите.
- Оситанетися ли он зивим посиле васих манипюлятии? - усмехнулся китаец.
- Это я вам гарантирую!
- Пюсити бюдет так: я сиказал! - Он поднял вверх два пальца, словно давая
обет перед Буддой.
Рокотов-младший прилетел в Батон-Руж ранним утром. Стояла прекрасная
солнечная погода. Город был расположен в юго-восточной части Америки, на
одной из длиннейшей в мире реке Миссисипи, впадающей в Мексиканский залив.
Город был сравнительно небольшой, и Константину бросилась в глаза чистота
улиц и богатая цветовая гамма жилых построек. Правда, оценивая чистоту улиц,
он немного поторопился: к вечеру ему показалось, что он попал в наши Лужники
после закрытия ярмарки. А красивые разноцветные одно-двухэтажные особняки
центра города на окраинах сменялись настоящими лачугами, которые непонятно
как не разваливались от порыва ветра.
Поселившись в четырехзвездочном отеле "Шератон", Константин, пролистав
телефонную книгу, отыскал адрес Агентства по усыновлению детей и на всякий
случай решил посетить его. Английским он владел, конечно, не так, как
Савелий, но вполне сносно для того, чтобы не вызвать подозрений и не
услышать вопроса: "Вы, случайно, не из России?"
Приземистое одноэтажное здание нельзя было отнести к богатым особнякам,
но и на лачугу оно не было похоже.
В небольшой комнате его встретила женщина лет сорока с вытравленными
белесыми волосами, явно уложенными хорошим парикмахером. Она сидела за
внушительным столом, где стояли компьютер, факс и пара телефонов. За спиной
женщины высился длинный стеллаж, заставленный какими-то гроссбухами.
Почему-то Константин подумал, что эти гроссбухи могут оказаться
фотоальбомами со снимками детей.
Улыбнувшись широко, женщина мило поинтересовалась:
- Чем могу быть вам полезна?
Константин заранее четко продумал, что и как говорить, а потому, откинув
смущение в сторону, деловито произнес:
- Мисс...
- Вы мне льстите: миссис! - довольно улыбнувшись, поправила женщина и
добавила: - Миссис Синтия Феллоуз! Если хотите, можете называть меня просто
Синтией! - Она кокетливо поправила прядь волос возле уха.
- В таком случае зовите меня просто Константин! - многозначительно
ответил он.
- О, вы из Греции?
- Нет, мой дед из Греции, а я родился в Канаде! - Он намеренно ушел от
уточнения места своего проживания.
- Что привело вас в наше Агентство?
- Чисто конфиденциально. - Константин понизил голос, чуть наклонившись к
женщине.
- В нашем Агентстве все происходит исключительно на конфиденциальной
основе! Это наш принцип! - с пафосом добавила Синтия. - Можете говорить безо
всякого стеснения!
- Замечательно! - Он облегченно вздохнул. - Дело в том, что я представляю
одну очень известную в шоу-бизнесе пару, которая хочет усыновить ребенка.
- Понятно... Девочку или мальчика?
- Мальчика.
- Возраст?
- Желательно до года, плюс-минус месяц.
- Какие пожелания по поводу внешности ребенка, есть расовые ограничения?
- Мальчик должен быть светловолосым и голубоглазым, типичной арийской
внешности, - сообщил Константин, не боясь вызвать никаких подозрений.
Чистота расы для многих американцев продолжала оставаться важной до сих
пор.
- Вам известны наши цены?
- Для моих клиентов деньги не играют большой роли!
- Что ж, мы готовы пойти навстречу вашим клиентам, вот заполните,
пожалуйста, нашу анкету.
- Но...
- До тех пор пока ваши клиенты не остановятся на каком-то конкретном
варианте, никаких настоящих имен не потребуется, - мягко пояснила женщина и
добавила: - Но даже в последнем случае их фамилию узнает только наш юрист,
который и будет оформлять все документы по усыновлению.
- Очень разумно.
Константин ответил на вопросы анкеты, в графе "контактный телефон" указал
телефон отеля, где остановился.
- Скажите, я могу заглянуть в вашу картотеку?
- Картотека у нас не очень большая: мы стараемся работать с каждым нашим
клиентом индивидуально.
- Извините, не понял!
- Возьмем ваших работодателей. Они высказали свои точные пожелания, мы
делаем все возможное, чтобы предоставить ребенка соответственно тем
параметрам, которые были оговорены в договоре.
- Теперь понятно! Срок выполнения заказа?
- Чем быстрее, тем дороже!
- Вы уже слышали, Синтия, что деньги у моих клиентов есть!
- В таком случае от двух до четырех месяцев!
- А сейчас я могу взглянуть на тех детей, что имеются в вашем
распоряжении, то есть в картотеке?
- Конечно, при условии внесения залоговой суммы, которая будет учтена при
окончательном расчете. - Она вновь мило улыбнулась.
- И которая не возвращается в случае отказа клиента продолжать работать с
вами, не так ли? - подхватил Константин.
- С вами очень приятно иметь дело!
- С вами тоже, - усмехнулся Рокотов. - И какова эта залоговая сумма?
- Тысяча пятьсот долларов!
- Я готов, оформляйте договор!..
После того как оговоренная сумма была внесена, женщина провела
Константина в соседнюю комнату и принесла шесть не очень толстых альбомов.
Он не угадал: те гроссбухи не были альбомами.
- И это все? - разочарованно произнес он: ему было жалко заплатить деньги
лишь за просмотр детских фотографий в одном альбоме.
- Я вас предупреждала!.. - В этот момент звон колокольчика возвестил о
том, что в офис кто-то вошел. - Когда закончите просмотр, нажмите на эту
кнопку, - кивнула она на еле приметную кнопку под крышкой стола. - Не буду
вам мешать! - Улыбнувшись, женщина вышла.
Каких только детей не увидел Константин в этих альбомах! И всех этих
малюток объединяло одно: все они страдали каким-нибудь неизлечимым недугом.
У кого-то нет одной из конечностей, у кого-то и двух, у других одного глаза,
и была девочка полностью слепая, кто-то страдал болезнью Дауна.
Казалось, все национальности и расы представлены в этих альбомах: не было
там только одного ребенка, из-за которого он притащился сюда - ребенка
далекой русской матери...
Закрыв последний альбом, Константин нажал на кнопку, и вскоре в комнату
вошла Синтия.
- Ну, что? Нашли что-нибудь подходящее?
- А больше альбомов нет?
- К сожалению... - Ее глаза беспокойно бегали: наверняка ее кто-то в
офисе ожидал. - Как что-то появится для вас, мы сразу сообщим...
Рокотов вышел из Агентства с двойственным чувством: с одной стороны, было
печально, что ничего не удалось узнать о ребенке Лолиты, с другой стороны,
его немного утешало то, что отрицательный результат - тоже результат.
Константин еще раз представил свои возможные действия в случае
неожиданной встречи с Численко и пришел к неутешительному выводу, что ему
требуется помощь. И как можно быстрее: если он упустит из виду ребенка, то
потом не только он уже никогда не сможет его разыскать, но это не выйдет
даже у самых великих сыщиков двадцатого столетия.
Не зря мудрый Савелий вручил ему номер телефона Майкла Джеймса -
бригадного генерала ФБР. Большая шишка! Дай бог, если он согласится хотя бы
поговорить с ним, а не то чтобы помочь! Правда, Савелий убеждал его, что
Майкл "классный парень", но это, может быть, для самого Савелия...
Собственно говоря, а чем он рискует? Ничем!
Константин подошел к уличному телефону-автомату и набрал номер.
- Джеймс слушает! Кто это? - раздался довольно приятный мужской голос.
- Вам привет от Бешеного! - проговорил Константин по-английски, Савелий
говорил: Джеймс сам решит, как с ним общаться.
- Вы кто?
- Константин...
- Рокотов? - Чувствовалось, что генерал чуть расслабился.
- Так точно, господин генерал! - бодро отозвался Константин.
- Мне Бешеный звонил насчет вас! Вы где, в Батон-Руж?
- Да, в Шератон-отеле.
- Нужна помощь?
- Боюсь, что да!
- Вы сможете перезвонить с уличного автомата по другому номеру?
- Я и так в автомате.
- О'кей! Записывайте.
Через минуту Константин перезвонил по новому номеру.
- Обрисуйте ситуацию вкратце, самое главное!
Генерал заговорил по-русски, что ввергло Константина в настоящий шок:
Савелий упоминал, что Майкл владеет русским, но то, что он говорит почти без
акцента - это действительно круто! Он даже присвистнул от удивления.
- Удивлены моему русскому? - усмехнулся Майкл.
- Не то слово: просто в шоке!
- Неужели так плохо?
- Шутите? Вы говорите лучше, чем некоторые русские!
- Уверен, вы мне льстите, ну да ладно: вернемся, как говорят у французов
и у вас, к нашим баранам. Итак, вкратце история...
- Вкратце так вкратце. Похищен ребенок, следы ведут в Батон-Руж, при мне
все необходимые документы и нотариальная доверенность настоящей матери на
мое имя для предъявления американским властям.
- Документы на каком языке?
- На русском и английском.
- Они легализованы в вашем Министерстве юстиции?
- Конечно! - довольно улыбнулся Константин, добрым словом вспомнив
нотариуса, вовремя подсказавшего о тонкости американского законодательства.
- Так в чем же проблема?
- Есть подозрение, что люди, которые привезут похищенного ребенка в
Батон-Руж, тоже будут иметь на него документы, и вполне возможно, что не
поддельные.
- Мне трудно понять, как похитители могут иметь настоящие документы на
украденного ребенка! Вероятно, такое возможно только в России. Ладно, об
этом как-нибудь потом... Фото похищенного ребенка у вас имеется?
- Так точно! Подлинность фотографии заверена международным нотариусом...
- Когда ближайший рейс из России или из Узбекистана?
- Завтра в восемь утра.
- Вы в каком номере отеля?
- В двести тридцать седьмом.
- Ждите: вам позвонит или обратится лично человек со словами: "Майкл
передает вам привет и пожелания удачи!" Запомнили?
- Так точно! "Майкл передает вам привет и пожелания удачи!" Простите, он
что, тоже говорит по-русски?
- Только эту фразу, - усмехнулся генерал и добавил: - К сожалению...
- Спасибо вам.
Заслуженное возмездие
Рассказывая Богомолову об омском приятеле, Савелий имел в виду своего
первого командира, с которым он прослужил в Афганистане немногим более двух
лет. Старший лейтенант Валентин Аскольдович Воскобойников, прежде чем
попасть в Афганистан, служил в воздушно-десантных войсках, оставшись на
бессрочную службу по собственному желанию. До призыва в армию он занимался
боксом, выполнил норму кандидата в мастера спорта, стал призером Сибири,
Урала и Дальнего Востока. Все сулили ему большое спортивное будущее.
Скорее всего, так бы оно и случилось - его физические данные говорили
сами за себя: рост - сто восемьдесят девять, восемьдесят пять килограммов
сплошных мышц, пудовые кулаки, резкий, подвижный, да еще, ко всему прочему,
и рыжий. Что и было показателем его взрывного бескомпромиссного характера.
Но если не задирать его и не наступать ему на любимую мозоль, то Валентин
был добрым, мягким и очень отзывчивым человеком и, главное, самым верным
другом. Именно эти черты его характера: бескомпромиссность, верность в
сочетании с его вспыльчивостью и отзывчивостью и сыграли с ним злую шутку.
Как нередко бывает во времена юности, рядом с сильным парнем обязательно
вьется хвостиком слабый, беззащитный, который чаще всего имеет склочный и
неуживчивый характер. А более сильный, как правило, терпит его выходки из
ложного чувства вины: ведь он такой сильный, его приятель слабый, зачем же
от него еще и требовать каких-то иных положительных качеств? Вот и
приходится сильному парню вставать на защиту более слабого даже в тех
случаях, когда тот не прав. А слабые всегда этим пользуются и в буквальном
смысле садятся на сильных и ноги свешивают, погоняя и руководя ими.
Не была исключением и пара могучего Валентина с тщедушным пареньком
Данилой Варенниковым, с которым они подружились едва ли не с первого класса.
Трудно сказать, что послужило главным толчком к их сближению: то ли
сочувствие Валентина к более слабому пареньку и желание защитить его в любую
минуту, а может быть, и ранняя хитрость Данилы, чуть ли не с первых минут
знакомства восхитившегося природной силой Валентина, но до самого окончания
школы они были парой не разлей вода. Но никто не догадывался, что у Данилы с
первой же их встречи пробудилось чувство зависти, которое с каждым годом все
росло и росло.
Переживая все успехи Валентина как свои поражения, Варенников тщательно
скрывал эмоции, прекрасно понимая, что стоит им выплеснуться наружу, он
немедленно потеряет своего защитника. И чем больше Данила завидовал, тем
больше он боялся утратить своего защитника. Так и сохранялось это тонкое
равновесие до той поры, когда страх потерять Валентина обрел реальные
очертания, и при этом по собственной "вине" Валентина, давшего согласие
главному тренеру сборной страны по боксу переехать в Москву, чтобы там
заниматься любимым видом спорта и в перспективе защищать честь России на
международных соревнованиях.
За несколько дней до отъезда Валентин устроил вечер прощания с близкими
друзьями и подругами. Таковых оказалось много, и он снял банкетный зал в
ресторане на воде, очень точно названном местным людом "Поплавок", поскольку
он был пришвартован к берегу великой сибирской реки Иртыш. Как водится в
Сибири, на проводы хорошего человека собрались не только приглашенные, но и
совершенно посторонние люди: никому не отказывали войти и выпить
рюмку-другую за омского чемпиона. Все было чинно и благородно до тех пор,
пока Данила, почти весь вечер сидевший тихо и угрюмо, неожиданно не
взорвался. Поводом для взрыва стала их первая школьная красавица, которую
Данила приревновал к одному местному хулигану. По слухам, он вполне мог и
нож вытащить. Да и кличку носил он под стать слухам: Витька-стилет.
Конкретный повод мог оказаться иным, но весь вечер, а скорее всего годы,
Данила шел к этому взрыву копившейся зависти к Валентину, возможно, он об
этом даже сам не знал. Так собравшееся за долгие годы дерьмо прорвалось
наружу.
Если раньше в подобных ситуациях Данила прямо сообщал обидчику, что тому
придется иметь дело с Валькой-боксером - эта кличка прикрепилась к Валентину
еще с детских лет, и этого было достаточно, чтобы конфликт сошел на нет, -
то сейчас Данила намеренно оскорблял соперника, причем в присутствии
девушки. Он специально довел ситуацию до критической точки, чтобы не было
хода назад. Последствия не заставили себя ждать: Витька-стилет был гораздо
крупнее Данилы, да и опыта по части махания кулаками у него, конечно же,
было несравнимо больше, не прошло и минуты, как кровь ручьем брызнула из
носа Данилы, пачкая рубашку.
Девичий визг все же прорвался сквозь громкие звуки песни популярной в то
время рок-группы, и Валентин моментально среагировал. Он бросился на шум,
еще не зная, что его порыв мгновенно изменит, да не просто изменит -
поломает - его жизнь. Увидев окровавленное лицо друга, Валентин,
возбужденный еще и винными парами, бросился на его защиту и несколькими
ударами сбил обидчика с ног. Но как только тот оказался на полу, сразу
прекратил избиение. Однако Даниле такой мести было недостаточно.
Мало того что Валентин его бросает и уезжает в свою Москву, а тут еще ему
нос разбили, костюм кровью испачкали. Нет, так просто ему не уйти от
возмездия! Он подскочил к поверженному Витьке-стилету и начал с
остервенением пинать его куда ни попадя: в живот так в живот, в лицо так в
лицо.
Изловчившись, Витька-стилет выхватывает финку и пытается ткнуть ею
Данилу, но зоркий Валентин, заметив блеснувшую сталь, пытается выбить нож
кулаком, однако Витьке удается удержать смертоносное лезвие на свою беду -
его рука описывает такую странную траекторию, что финка втыкается в грудь
своего хозяина...
"Скорая помощь", милиция, следствие. Данила, как зачинщик драки, всерьез
испугавшись за свою свободу, все валит на Витьку-стилета и своего
закадычного дружка Валентина. Трудно сказать, чем бы все закончилось для
Валентина, если бы Витька-стилет не выжил: именно он дал показания о том,
что ранение получил случайно. Но и при таком раскладе Валентину грозило
условное наказание, однако ходатайство спортивного комитета и согласие пойти
в армию спасло его от худшего.
Валентин попал в воздушно-десантные войска, служить ему понравилось, и
еще до окончания срока он пишет заявление, и его направляют на учебу.
Вернулся в часть лейтенантом с хорошим послужным списком. По собственному
заявлению был направлен в Афганистан, где и познакомился с Савелием. Они
очень сдружились, всецело доверяя друг другу, и только тяжелое ранение, едва
не отправившее Валентина на тот свет (собственно говоря, он и выжил только
благодаря Савелию, который несколько километров тащил его на своих плечах до
расположения части), прервало их дружбу.
Был ранен и сам Савелий, отбывший срок за несовершенное преступление и
снова побывавший в Афганистане, поэтому долгое время они не виделись. И
только совсем недавно, через несколько месяцев после гибели Олега
Вишневецкого, один из афганцев передает Савелию письмо от Валентина.
Оказывается, он тоже долго разыскивал Савелия и однажды, совсем случайно,
встретил парня, который был на похоронах Олега. От него он и узнал, что
Савелий жив и поселился в Москве. В тот же день Савелий созвонился с ним, и
они чуть ли не целый час разговаривали, делились новостями, вспоминали
прошлое.
Валентина уволили из армии по здоровью: его ранение оказалось тяжелым и
все время давало о себе знать. Получив белый билет в звании капитана,
Валентин организовал местный Совет ветеранов-афганцев и возглавил его.
Договорились писать друг другу, встретиться в самое ближайшее время, но...
человек полагает, а Бог располагает. Навалились различные дела, проблемы.
Подходя к дому своего бывшего командира, Савелий очень волновался: нет,
он боялся не того, что Валентин изменился с момента их разлуки, а того, что
не справится с собой и выкажет ему свою жалость. Дело в том, что полгода
назад старая рана вконец доконала капитана, и его левую руку пришлось
ампутировать по самый локоть. Представьте себе чувства человека, влюбленного
в бокс, когда врачи объявляют ему: выбирай - либо потеряешь руку, либо
жизнь?! Не каждый после такого испытания не сломается.
Савелий специально не сообщил дату своего приезда: не хотел раньше
времени волновать друга. Поднявшись на третий этаж восьмиэтажного
крупноблочного дома, Савелий нажал на кнопку звонка одиннадцатой квартиры.
Дверь открыла миловидная женщина лет под тридцать, из-за нее выглядывала
симпатичная мордашка девочки лет десяти;
- Добрый день! - проговорил Савелий, улыбнувшись своей открытой улыбкой.
- И вам добрый! - улыбнулась в ответ женщина и спросила: - Вы кого-то
ищете? Вроде лицо мне ваше незнакомо.
- Все правильно: вы меня не знаете, Валентин дома?
- Да, проходите. Валечка! Это к тебе, - крикнула она. - Да проходите же!
- Заметив его нерешительность, женщина чуть ли не силком втащила Савелия за
рукав внутрь и закрыла за ним дверь.
В переднюю вышел сам хозяин. Время пощадило его: Валентин был все такой
же стройный, подтянутый, и лишь небольшая прядь седых волос да застывшие в
одном положении пальцы протеза левой руки напоминали о том, что миновало
очень много лет с момента их последней встречи.
- Вы ко мне? - удивленно спросил Воскобойников. - Чем могу быть полезен?
Савелий едва не обиделся, но вовремя вспомнил, что после его пластической
операции они не виделись, а он так сроднился со своим новым лицом, что
совсем забыл намекнуть в их последнем телефонном разговоре о существенной
перемене его внешнего облика.
- Мы можем поговорить наедине? - спросил Савелий, посчитав неразумным
вовлекать женщину в мужские "игры".
- Да, проходите в кабинет... - ответил капитан после небольшой паузы:
голос этого незнакомца показался ему очень знакомым. - Томочка, тебе не
сложно... - Он снова повернулся к Савелию: - Чай, кофе?
- Потом определимся! - тихо ответил Савелий, чем вновь заставил
насторожиться своего бывшего командира.
- Ладно, Томочка, все потом. - Капитан замешкался. - Прошу! - кивнул он в
сторону кабинета.
Они вошли внутрь, хозяин прикрыл за собой дверь и указал на диван,
Савелий и не подумал садиться: он в упор уставился на капитана.
- Мы... мы что... знакомы? - чуть заикаясь от волнения, спросил
Воскобойников.
- Да, старлей, понимаю, узнать мою физиономию действительно не так
просто, но ты же всегда хвастался своим музыкальным слухом... - язвительно
хмыкнул Савелий.
В те армейские времена, едва услышав звуки гитары, Валентин всегда
говорил, что обязательно научится на ней играть, когда вернется к мирной
жизни, и добавлял, что у него абсолютный музыкальный слух.
- Ничего не понимаю... - совсем растерялся хозяин квартиры. - Голос
действительно очень знаком, но я что-то никак... - Он еще пристальнее
всмотрелся в лицо Савелия. - Ну убей меня бог: никак не узнаю!
- Не терзай свою душу, старлей: это лицо ты действительно Никогда не
видел, но эти руки должен помнить. - Он вдруг легко подхватил его за ногу,
за руку и взвалил на плечи.
- Савка... - неуверенно прошептал капитан. - Господи, неужели это ты,
Савка?
- Рэкс перед тобой, командир! - Он осторожно поставил его на ноги и
вытянулся перед ним по стойке "смирно". - Готов, как и прежде, выполнить
любое приказание!
- Господи, когда не вижу те... вас - Савка, а взгляну - незнакомец
какой-то рядом стоит. Я могу взглянуть на ваше предплечье?
- Вне всякого сомнения, - улыбнулся Савелий, быстро скинул куртку,
расстегнул рубашку и оголил плечо с наколкой.
- Господи, Рэкс! - воскликнул Валентин и крепко обнял его, прижимая к
своей груди, похлопывая единственной рукой и приговаривая: - Это же Рэкс!
Мой Рэкс! Братишка! Как же это, Савка?
- Теперь меня зовут Сергеем! - прошептал на ухо Савелий и добавил: -
Сергей Мануйлов!
- Как? Почему?
- Так нужно было.
- Понял, Сав... Сергей, понял! - Его глаза были чуть влажные, и он вдруг
громко крикнул: - Томочка! Иди быстрее сюда!
- Что случилось? - вбежала к ним испуганная супруга.
- Ты знаешь, кто это? - торжественным голосом спросил Валентин.
- Конечно же, нет.
- Помнишь, я рассказывал тебе о человеке, который меня спас?
- А как же! Ты столько раз о нем рассказывал, что я прекрасно помню его
имя и фамилию: Савелий Говорков! Неужели это он? - Она задумчиво покачала
головой и добавила: - А на фото совсем не похожи!
- Так сколько лет-то прошло! - выручил Валентин. - Мечи-ка на стол все,
что в печи и в холодильнике!
- А вы, значит, Савелий? - не очень уверенно спросила хозяйка.
- Да, Савелий, - ответил за него Валентин. - Хотя сейчас он и Сергей! Но
это - Савелий! Не сомневайся!
- А можно ваше плечо посмотреть? - неожиданно попросила женщина.
- Да смотрел уже! - смутился капитан. - Рэкс это, Томочка, самый
настоящий и единственный!
- Мне все равно, как вас сейчас зовут: для меня вы всегда останетесь
Рэксом! Можно я вас обниму и поцелую за то, что вы спасли для меня мое
счастье? - Казалось, она сейчас расплачется.
- Если вы думаете, что я буду возражать, то ошибаетесь! - улыбнулся
Савелий и раскрыл руки для объятий.
Тамара обхватила его голову ладонями и трижды, по-русски, чмокнула его в
обе щеки.
- Ну а теперь пойду, чтобы накормить-напоить как следует!
- Надо же, Савка у меня в гостях! - снова воскликнул Валентин, едва жена
вышла из комнаты. - Давай, сержант, рассказывай, как жил это время, почему
физию поменял, какими судьбами к нам залетел? Просто, на огонек, повидаться,
или дела какие привели? Поговорим?
- Прошу в залу, гостюшка дорогой! Поснедаем чем Бог послал!.. - В дверях
стояла Тамара.
Савелий переглянулся с хозяином, и тот, моментально поняв его знак,
обратился к жене:
- Томочка, ничего, если мы чуть-чуть задержимся? Разговор больно
серьезный: прерываться не хочется.
- А не лучше ли вам присесть за стол и там поговорить? Как законч
...Поділитися у соцмережах
