Жанр: Триллер
Последний проект
...из них убивает клетки головного мозга? Бета-амилоид или холинестераза? -
спросила Линетт, глядя на Арта с таким видом, словно не сомневалась в том, что
он тотчас даст исчерпывающий ответ.
Арт был в замешательстве. Ответа у него не было. Он хотел было открыть рот, но в
разговор вмешался Рави.
- Как вам известно, миссис Линетт, Арт является экспертом по всем вопросам,
связанным с "Био один". Но заметка, о которой вы говорите, попалась на глаза и
мне.
Все взгляды обратились на него. На всех совещаниях Рави сидел молча, пока к нему
не обращались напрямую. Но теперь он нарушил эту традиции и уверенно пустился в
объяснения, глядя на Мауэр поверх своих очков в форме полумесяца.
- Думаю, что истина заключается в следующем: Болезнь Альцгеймера порождает в
ткани мозга клубок сложных биохимических реакций. В результате бывает весьма
трудно определить, где причина болезни и где её следствие. Лекарства подобные
галантамину, насколько я понимаю, замедляют развитие Болезни Альцгеймера, в то
время как "Невроксил-5" нейтрализует действие гена, отвечающего за все эти
многочисленные и разнообразные процессы, включая синтез бета-амилоида,
холинестеразы, и множества других, вызывающих патологию, агентов. Полностью в
эффективности лекарства мы будем уверены лишь после завершения третьей фазы
испытаний - тогда, когда его получит тысяча пациентов, а не сотня, как было до
сих пор.
Миссис Мауэр послала Рави очаровательную улыбку и сказала:
- Вот теперь я все поняла. Большое спасибо. Мы будем следить за ходом испытаний
с огромным интересом.
Сидевший рядом со мной Даниэл с трудом подавил смешок, а Арт выдавил улыбку. Но
он был в ярости. Шея Арта стала наливаться кровью, и мне показалась, что его
голова вот-вот закипит. Рави был приглашен в фирму как специалист по
биотехнологиям, после того как "Ревер" вложила капитал в "Био один", и новый
партнер держался строго в отведенных ему границах. Вплоть до этого момента. Суть
проблемы состояла в том, что Рави знал о биотехнологиях все, а Арт не знал
ничего. Все поняли, что отныне это стало известно и Линетт Мауэр.
После этого мы переключились на другие проекты, среди которых самым интересным
был "Тетраком". Дайна выступила с блестящей презентацией. Она так подала
информацию, что аудитория пришла к положительному заключению еще до того, как
докладчица приступила к окончательным выводам. Я знал, что последует множество
вопросов, но, слушая её, не сомневался, что сделка состоится. Закончила,
впрочем, она весьма осторожно, сказав, что на следующей неделе она вместе со
мной отправится в Цинциннати, чтобы на месте уточнить некоторые детали.
Выступление Дайны произвело на Мауэр сильное впечатление. Впрочем, как и на нас
всех.
Совещание заканчивалось, и Джил сказал, что по его мнению оно прошло вполне
успешно. В конце заключительной речи босс обратился к Мауэр:
- Линнет, - сказал он, - не могли бы вы поделиться с нами некоторыми планами
"Бибер фаундейшн"? Как вам, наверное, известно, в следующем году "Ревер"
намерена сформировать еще один инвестиционный фонд, и мы были бы безмерно рады,
если бы вы смогли принять в нем участие.
- Да, мне хотелось вам всем кое-что сказать, - начала Линетт, посылая аудитории
дружескую улыбку.
Джил напрягся, поскольку знал, что сценарий совещания ничего подобного не
предусматривал. Все же остальные взирали на Линетт Мауэр с большим интересом.
- Прежде всего мне хотелось бы поблагодарить вас за все то, что вы сделали для
"Бибер фаундейшн" за последние годы, - продолжила она. - Как вам известно, наша
организация вкладывала средства в "Ревер" с самого начала. Мы получали хорошие
доходы, не в последней степени благодаря успехам "Био один", - последовала
теплая улыбка, обращенная к Арту. - И, конечно, благодаря Фрэнку Куку, усилиями
которого нам удалось реализовать столько успешных проектов, - отдавая дань
памяти покойного, она выдержала паузу.
Теперь должно было последовать большое "НО", и мы, затаив дыхание, ждали этого.
- Но в последнее время мы несколько поменяли свою политику. В будущем "Бибер
Фаундейшн" намерена ограничить свои инвестиции в венчурный капитал двумя, в
крайнем случае, тремя крупными компаниями. Консолидация инвестиций потребует
изучения и, возможно, пересмотра всех наших проектов, включая те, которые мы
осуществляем вместе с "Ревер".
Все это было произнесено с очаровательной улыбкой. Джил, казалось, был несколько
растерян.
- Не сомневаюсь, что мы можем рассчитывать и на дальнейшее плодотворное
сотрудничество с вами, Линетт, - сказал он. - Надеюсь, вы внесете свой вклад в
наш новый инвестиционный фонд.
- Не исключено. Но на вашем месте, я не стала бы полагаться только на нас.
- Но Линетт, наша прибыль...
- Я провела анализ ваших прибылей, и если вычесть из них "Био один" и те
проекты, которые осуществлял Фрэнк, доходы вашей фирмы окажутся существенно
ниже, чем показатели её основных конкурентов. Создается впечатление, что вы чуть
промедлили, и автобус интернета уже ушел.
- Арт внимательно изучил рынок и пришел к выводу, что его возможности
значительно преувеличены, а активы работающих на них компаний явно завышены, -
возразил Джил.
- Они создали множество рабочих мест и заработали много денег, - ответила
Линетт.
Наша компания инвестировала кое-какие средства на ранней фазе развития всемирной
сети. Фрэнку удалось провести пару небольших, но весьма успешных сделок. Однако,
когда связанными с паутиной проектами занялся Арт, фирма начала нести большие
потери, что сильно испортило общую финансовую картину. Арт пришел к выводу, что
причина провала скрывается вовсе не в его способностях инвестора, а в общем
состоянии рынка, и он сумел убедить партнеров вообще уйти из этого сектора.
Франку и мне ценой огромных усилий удалось убедить инвестиционный комитет
выделить средства для "Нет Коп", да и то только потому, что мы сумели внушить
членам комитета, что фирма производит лишь "гайки и болты" для интернета и вовсе
не входит в эфемерное "сообщество", занятое строительством киберпространства.
Если по совести, то Арт был во многом прав. Котировки акций некоторых интернеткомпаний
были искусственно загнаны куда-то в стратосферу. Однако некоторые из
наших конкурентов не побоялись вложить средства и в результате сумели сделать на
интернете хорошие деньги. Мауэр это было известно.
- Может быть, нам лучше обсудить эту проблему в моем кабинете? - торопливо
произнес Джил.
- Почему бы и нет, если вы этого хотите, - ответила Мауэр.
Совещание закончилось, и Даниэл подкатился к нашей благодетельнице.
- Миссис Мауэр...
- Да?
- Позвольте представиться. Даниэл Холл. Я обратил внимание на то, что вы
являетесь одним из самых крупных инвесторов в "Бофорт технолоджикс" и хотел бы
посоветовать вам как можно скорее получить свою прибыль. Боюсь, что цены их
акций могут вскоре повергнуться серьезной корректировке.
Линетт Мауэр внимательно посмотрела на Даниэла и спросила:
- Но почему? Что не так с "Бофорт"?
- С компанией ничего плохого не происходит, - ответил Даниэл. - Однако роман
рынка с анимацией 3-D кажется подходит к концу. Эта игрушка выходит из моды.
Джил бросил на Даниэла сердитый взгляд, но тот полностью завладел вниманием
Мауэр.
- Весьма вам признательна, - наконец сказала она и последовала за Джилом.
- Кажется, это ты толковал что-то о "жажде смерти", - заметил я, когда шел рядом
с Даниэлом в наш офис. - Сейчас ты едва-едва не сказал "гуд-бай" своей
дальнейшей карьере в этой конторе.
- "Бофорт" идет ко дну, - улыбнулся Даниэл, - и Линетт Мауэр не забудет, что
первым об этом сказал ей я. А когда фирма утонет, она станет радоваться тому,
что я её предупредил. Джил, кстати сказать, тоже будет доволен.
- Возможно. При условии, что наша фирма доживет до того времени. Если "Бибер"
откажется нас профинансировать, их примеру могу последовать и другие инвесторы.
- Не беспокойся, "Ревер" выживет, - утешил меня Даниэл. - А ты заметил, что она,
наконец, увидела, что такое наш Арт. Вот это действительно здорово!
Возможно, что и здорово. Но не исключено и то, что "Ревер" просто рушится перед
нашими глазами.
- Айот, пройдите со мной! В кабинет Джила! Живо!
Была вторая половина дня понедельника. Я поднял глаза и увидел стоящего в дверях
Арта. Его лицо от гнева покраснело, а короткие, седоватые волосы щетинились
сильнее, чем обычно.
Джон и Даниэл смотрели на него, широко открыв рты. Я неохотно встал и медленно
поплелся за Артом.
Когда я вошел, Джил в напряженной позе и с суровым выражением обветренного лица
стоял за своим столом.
- Садись, Саймон, - ледяным тоном произнес он.
Я занял одно из кресел, а они оба уселись в двух других напротив меня. Было
видно, что Арт с трудом сдерживает ярость. Мощные мышцы предплечий скрещенных на
широченной груди рук ходили желваками.
- Арт сказал, что ты допустил утечку доверительной информации, - сказал,
наклонившись вперед, Джил. - Если это так, то имело место весьма серьезное
нарушение корпоративной дисциплины.
О, Лайза, Лайза!
- Кто-то сообщил руководству "Бостонских пептидов" о наших планах приобрести
компанию, и это привело к серьезным осложнениям в переговорах, которые только
что вступили в самую деликатную фазу.
- Да чего здесь рассуждать?! - не мог сдержаться Арт. - Он это и сделал! И вот
теперь нам приходится ублажать руководство "Пептидов", а завтра утром делать
публичное заявление о слиянии. Всё это влетит нам в приличную сумму!
- Арт полагает, что ты сделал это. Он прав? - произнес Джил.
На меня сквозь толстые линзы внимательно смотрели его глаза. Джилу я врать не
мог.
- Да, - кивнул я, - и мне очень жаль.
- Ему, видите ли, очень жаль! - взревел Арт. - Я же специально тебя предупреждал
не делать этого, а ты тут же начал трепать языком! Сожалением ты не отделаешься.
А уж если и проболтался, то неужели не мог заставить свою бабу держать язык за
зубами?!
- Я просил её...
- А она на твои просьбы наплевала. Если ты знаешь, что не можешь доверять жене,
зачем ты ей говорил?! Сука полоумная!
- Эй, полегче! - я вскочил с кресла, чувствуя, как в груди начинает закипать
гнев.
- Достаточно! - сказал Джил, останавливая меня движением руки. - Хватит, Арт. Я
знаю, что ты сердит, но давай обойдемся без личных выпадов. Успокойся, Саймон.
Я ожег Арта взглядом, и сел в кресло.
- Своим поступком, - продолжил босс, - ты серьезно нарушил наше доверие. В эти
последние дни фирма делала все, чтобы тебя поддержать, и мы были вправе ожидать
от тебя ответной лояльности. Во всяком случае, я лично этого ждал.
- Знаю, и прошу прощения. Но это была та информация, которую скрывать от жены я
просто не мог.
- Такое объяснение никуда не годится, - продолжал Джил. - Арт настаивал на том,
чтобы мы держали сделку в тайне от тебя вплоть до официального объявления в
прессе. Я отказался сделать это. Мы - фирма небольшая и все её сотрудники должны
доверять друг другу. Честно говоря, я надеялся на то, что мы можем доверять и
тебе. Мы не хотели, чтобы ты лгал жене, но мы надеялись, что ты станешь вести
себя профессионально и в духе корпоративной этики. Разве мы не могли на это
рассчитывать?
- Могли, - вздохнул я.
- Для многих фирм подобного поступка было бы вполне достаточно, чтобы тебя
уволить. Но мы так себя не ведем. Пусть все это послужит тебе предупреждением. Я
надеюсь, что ты впредь никогда не обманешь доверия своих коллег.
- Не обману, Джил. И еще раз прошу прощения.
Выйдя из кабинета Джила, я прошествовал к себе, поднял телефонную трубку и, не
обращая внимания на вопросительные взгляды Джона и Даниэл, набрал номер.
- Лайза Кук слушает...
- Ты говорила Генри о намечающейся сделке?
Ответом было молчание. Затем послышался голос Лайзы. Тон его, надо сказать, был
весьма сухим.
- Возможно.
- Что значит "возможно"? Так говорила, или нет?
- Эта информация имела для "Бостонских пептидов" огромное значение. И Генри
обещал, что воспользуется ею очень осторожно.
- Могу сообщить, что об осторожности он и не думал, - внутренний голос призывал
меня взять себя в руки и успокоиться. Но призыв явно запоздал. Последняя неделя
и для меня оказалась чересчур напряженной. - Не могу поверить, что ты оказалась
способной на такое! Я сказал тебе о предстоящей сделке только потому, что считал
себя обязанным сделать это. Потому, что ты моя жена и тебе можно доверять! Но я,
оказывается, ошибся. О переговорах всем известно, Арт вне себя от ярости, я
получил взбучку от Джила, и просто чудо, что меня не уволили.
- Саймон, я... - Лайзу мой приступ гнева явно застал врасплох. Никогда раньше я
так на неё не сердился.
- Да?
- Прости, Саймон, - теперь она говорила ледяным тоном, - но я поступила так, как
следовало поступить.
- Нет, ты повела себя совсем не так, как надо. Тебе следовало держать язык за
зубами и ждать, когда твой Генри узнает о предстоящей сделке от "Био один".
Создается впечатление, что лояльность "Бостонским пептидам" для тебя гораздо
важнее, чем лояльность мне.
- А почему подобное для разнообразия не может случиться? Речь идет о моей
карьере. В "Бостонских пептидах" я начала работать до того, как встретила тебя.
Ты должен понять, Саймон, что моя работа для меня важна ничуть не менее, чем
твоя работа для тебя.
- Лайза...
- До встречи, Саймон.
На противоположном конце провода раздался щелчок и в трубке послышались короткие
гудки.
В комнате стояла полная тишина, а я пялился на зажатую в кулаке телефонную
трубку. Даниэл и Джон взирали на меня с ужасом.
- Неужели она опять не сложила как следует твои носки? - нашелся первым Даниэл.
Я улыбнулся и, чувствуя себя совершенно опустошенным, попытался вернуться к
работе.
Ближе к концу рабочего дня к нам в комнату зашла Дайна. Она была тем партнером,
кто заходил к сотрудникам поболтать, а не загрузить их очередным заданием или
потребовать дополнительной информации. После её возвращения из Цинциннати, я с
ней еще не говорил.
- Как поживает "Тетраком"? - спросил я, когда она подошла к моему столу.
- Просто потрясающе, - ответила она. - Похоже, что их продукт полностью
соответствует тому, что они о нем говорили. Управленческий персонал - тоже
первоклассный. Одним словом, у меня сложилось отличное впечатление.
- Замечательно.
- В следующий понедельник я опять туда собираюсь. Мне очень хотелось бы, чтобы
ты поехал со мной. Во-первых, мне потребуется помощь и, во-вторых... неплохо было
бы услышать независимое мнение.
Сотруднику всегда приятно, когда интересуются его мнением, а не спрашивают,
готов ли очередной отчет или график. Кроме того, у меня создавалось впечатление,
что "Тетраком" действительно может оказаться перспективным проектом. Лишь с
немногими из тех компаний, которые обращались к нам, дело заходило так далеко,
как зашло с "Тетракомом", и для рядового сотрудника будет большой удачей, если
он окажется надолго связанным с прибыльным проектом.
Но я не знал, как Лайза в её теперешнем состоянии отнесется к известию о
путешествии супруга в обществе Дайны.
Заметив мои колебания, Дайна сказала просто:
- Было бы очень здорово, если бы ты смог поехать, но я понимаю, что сейчас тебе
лучше побыть с Лайзой.
Побыть с Лайзой? Я вовсе не обязан постоянно пребывать в её обществе. Одну ночь
она вполне способна провести в одиночестве. Лайза не права, заявляя, что я
считаю свою работу более важной, чем её занятие. Она предала меня ради своей
карьеры, и я тоже, ради своего будущего, имею полное право отправиться в деловую
командировку.
- Уверен, что с ней все будет в порядке, - сказал я. - Я с удовольствием слетаю
в Цинциннати.
Лайза явилась домой в половине десятого, и к этому времени мой гнев уже успел
немного остыть, а тревога за её состояние значительно усилиться. Выглядела она
просто ужасно. Под глазами были мешки, а лицо являло собой маску крайнего
утомления.
- Лайза, мне хотелось бы потолковать с тобой о предстоящем слиянии.
- В этом разговоре нет никакого смысла, - ответила она, бросая сумку на стул.
- Но, Лайза...
- Повторяю. Это бессмысленно. Ты ужинал?
- Еще нет.
Лайза сделала заказ в китайском ресторане и взялась за книгу. Я включил
телевизор. Вскоре доставили еду и мы в молчании поужинали. Я пару раз попробовал
завязать беседу, но успеха не добился и, изрядно разозлившись, от дальнейших
попыток отказался.
У меня разболелась голова, и я отправился в ванную, где в стенном шкафчике Лайза
хранила "Тайленол". Я извлек из шкафчика бумажный пакет и обнаружил в нем пару
пузырьков без этикеток. Открыв один из них, я высыпал себе на ладонь таблетки.
На таблетках не было никаких знаков. Забыв про "Тайленол", я принес пузырьки в
гостиную.
- Лайза, что это такое?
Она подняла на меня глаза и спокойно ответила:
- "БП-56".
- "БП-56"?! Но его же еще не испытывали на людях.
- Уже испытывают.
- Лайза! Неужели ты не могла дождаться появления добровольцев? Ведь это же может
быть опасно.
- Какая в этом может быть опасность, Саймон? Мы провели самую тщательную
проверку препарата на животных. Мы не можем позволить себе терять время на
бумажную волокиту с "Управлением контроля лекарств и пищевых продуктов".
- Но разве подобные эксперименты разрешены?
- Технически, нет, - ответила она. - И если ты об этом кому-нибудь скажешь, меня
ожидают серьезные неприятности. Но в жизни такое происходит постоянно. Доктор
Солк, например, чтобы доказать, что его вакцина действует, вспрыснул всем членам
своей семьи культуру вируса полиомиелита. Я же ни с чем столь опасным дела не
имею.
- Думаю, Лайза, что это замысел не самый удачный. Почему ты мне ничего не
сказала?
- Я знала, что ты это не одобришь, - вздохнула она. - Но я должна была сделать
это, Саймон.
Я отнес таблетки назад в ванную. Мне было совершенно ясно, что ей не следует,
особенно учитывая теперешнее состояние, испытывать на себе новое лекарство. Но в
то же время я прекрасно понимал, что убедить её отказаться от опасного
эксперимента мне не удастся.
Зазвонил телефон, и я поднял трубку.
- Слушаю...
- Могу я поговорить с Лайзой?
Это был Эдди. Я не услышал от него ни "привет", ни "как поживаешь?".
- Сейчас, - сказал я и, обращаясь к Лайзе, добавил: - Это Эдди.
- Я поговорю с ним из спальни, - заявила она и скрылась за дверью.
В гостиной супруга появилась лишь двадцать минут спустя.
- Как он? - поинтересовался я.
- Говорит, что очень подавлен, - с кислым видом ответила Лайза.
- И вы снова обсуждали с ним его теории?
- Когда Эдди хочет говорить о папе, я его слушаю, - ответила она, снова берясь
за книгу.
Меня страшно разозлило, что они толковали за моей спиной обо мне, как о
человеке, подозреваемом в убийстве. Однако я прикусил язык. Мне надо было ей
кое-что сообщить, и я ждал подходящего момента. Но такой момент за весь вечер
так и не наступил. Поэтому я сказал ей о своих планах лишь перед тем, как
отправиться спать.
- В следующий понедельник я лечу с Дайной в Цинциннати. Буду отсутствовать одну
ночь.
- В следующий понедельник? - переспросила Лайза, бросив на меня короткий взгляд.
- Да. Нам уже приходилось переживать подобное. Я обязан лететь.
- О'кей, - сказала она и, не произнеся больше ни слова, забралась в постель.
- Перестань. Я не мог отказаться.
- Делай то, что должен делать, - пробормотала она и повернулась ко мне спиной.
- Впредь только так и буду поступать, - буркнул я.
12
Как и обещал Арт, компания "Био один" уже на следующее утро выступила с
официальным заявлением о своих намерениях в отношении "Бостонских пептидов".
Придя на работу, я первым делом вытащил на экран монитора службу новостей и
познакомился с нашим пресс-релизом. Текст выглядел бы совершенно заурядным, если
бы не одна убийственная фраза.
- Даниэл, - позвал я.
- Что?
- Ты видел заявление "Био один"?
- Да.
- Что означают слова "...существенное снижение расходов во всех областях
деятельности "Бостонских пептидов"?
- "Био один" считает, что сможет устранить дублирование в работе и
соответственно снизить расходы. "Пептиды" могут быть переведены в здание на
Кенделл-сквер. Предусматриваются и другие меры.
- Увольнения, например.
- Это случается при всех слияниях, - пожал плечами Даниэл. - Ты же слышал, что
говорил Эневер.
- Но зачем заранее трубить об этом на весь мир?
- А почем бы и нет? Посмотри! - я поднял глаза и увидел, что Даниэл улыбается от
уха до уха. - Котировка поднялась до четырех сорока девяти.
- В таком случае, все в порядке, - сказал я и прижал пальцы к вискам. Лайзе все
это крайне не понравится.
Как и следовало ожидать, объявление о предстоящем слиянии вызвало в "Бостонских
пептидах" большое волнение. По коридорам бродили самые разнообразные слухи. Но
Лайза для разнообразия в этот вечер оказалась разговорчивой.
- Люди страшно подавлены, - сказала она. - Многие уже поговаривают об уходе.
- Неужели Эневер действительно настолько плох?
- Еще как. Ты знаешь, как его называют в "Био один"?
- Как?
- Энима. Что в переводе с медицинского языка на человеческий означает "Клизма".
- Звучит весьма аппетитно, - это было очень точное прозвище.
Я хорошо помнил постное выражение его лица и перманентное состояние раздражения.
- Оказалось, что вовсе не он открыл "Невроксил-5".
- Но у него, наверняка, имеется на него патент.
- Патент действительно имеется. По крайней мере у "Био один". Большая часть
исследований была проведена в Австралии. В институте, где он работал. Клизма был
лишь одним из членов команды. Он привез идею в Америку и здесь же запатентовал.
- Как же ему удалось вывернуться?
- Видимо, австралийцы ничего об этом не знали, а если и знали, то не очень
волновались. Правда, один из членов исследовательской группы приезжал в США и
пытался поднять шум. Но, насколько я знаю, у него ничего не вышло. Если патент
выдан, то доказать чужой приоритет практически невозможно. Клизма пригласил себе
в подмогу самых крутых специалистов по патентному праву, и те доказали, что
"Невроксил-5" имеет некоторые отличия от препарата, разработанного в Австралии.
- Да, серьезный парень!
- Именно. Кроме того, ходят слухи, что часть результатов ранних исследований
были в "Био один" сфальсифицированы.
- Боже мой! Не понимаю, почему мы решили его поддержать?
- Говорит он весьма убедительно, - со вздохом сказала Лайза. - И биржа от него
без ума. Думаю, что он попытается подмять под себя "Бостонские пептиды" и
приписать все наши заслуги себе.
Судя по тому, что я видел и слышал, подобный ход событий был весьма вероятен.
Рассказать Лайзе о выступлении Эневера я не успел, так как все не мог найти
подходящего момента.
- Надеюсь, что тебя он оставит в покое.
- А я как раз считаю это маловероятным, - сказала Лайза, бросив на меня усталый
взгляд. Затем она включила телевизор и добавила: - Разве ты не собирался сегодня
пообщаться с Киреном и ребятами?
- Ничего. Они обойдутся и без меня. Лучше я побуду с тобой.
- Обо мне не беспокойся, - сказала она безразличным тоном. - Так что иди...
- Я могу остаться...
- Иди, иди.
И я пошел.
В то время, когда мы с Киреном учились в Школе бизнеса, "Красная шляпа" служила
нам постоянным охотничьим угодьем. Это был темный подвальчик, расположенный в
каких-то пяти минутах ходьбы от моего теперешнего жилья.
Когда я вошел, Кирен был уже там, так же как и полдюжины других наших
соучеников, устроившихся на работу в Бостоне или его ближайших окрестностях.
Даниэла среди них не было. Он и в свою бытность студентом неохотно посещал наши
сборища, а после окончания Школы бизнеса стал их откровенно избегать. На столе
то и дело появлялись и столь же быстро исчезали кружки пива. Поначалу беседа
текла в довольно унылом русле. Молодые бизнесмены говорили о любимой Школе
бизнеса, об своих инвестиционных банках, о венчурном капитале, технике оплаты
чеков и прочих столь же увлекательных предметах. Однако с числом выпитых кружек
высокоумный уровень беседы заметно снизился, и бывшие школяры, как положено,
принялись обсуждать девочек, выпивку и спорт. Я совершенно забыл смерть Фрэнка,
домогательства сержанта Махони и служебные проблемы Лайзы. Моя голова приятно
кружилась, а сознание слегка затуманилось.
Ушел я довольно рано и примерно в половине одиннадцатого уже был дома, чтобы
улечься спать. Но сделать это мне не удалось.
Лайза сидела на диване. На ней был спортивный костюм для бега трусцой. Моя жена
рыдала.
- Лайза! - воскликнул я и пошел к ней, чтобы сесть рядом.
- Не приближайся ко мне! - выкрикнула она.
- О'кей, - сказал я, остановившись на полпути. - Что случилось?
Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но, не издав ни звука, прикусила нижнюю
губу. По её щекам ручьем лились слезы. Я двинулся к ней.
- Я же сказала, не приближайся ко мне!
- О'кей, о'кей, - произнес я, поднял руки в успокоительном жесте и, отступив,
уселся в кресло и принялся ждать.
Лайза рыдала. Подавив через некоторое время всхлипывания, она набрала полную
грудь воздуха и выпалила:
- Я нашла его, Саймон!
- Нашла что?
- А разве ты не догадываешься?
- Нет. Скажи, что!
- Револьвер. Револьвер, из которого застрелили папу.
- Что?! Где?
- Ты прекрасно знаешь, где, - ответила она, опалив меня взглядом. - Вот здесь! -
Лайза показала на большой стенной шкаф нашей гостиной. - Я искала старый альбом
с фотографиями папы. Альбом я нашла. А под ним оказался револьвер. "СмитВессон".
"Магнум". Модель шестьсот сорок - триста пятьдесят семь. Я проверила
это в сети на сайте "Смит-Вессон". - Теперь она показала на включенный
компьютер. Почти всю площадь экрана занимало изображение короткоствольного,
массивного револьвера. - Полиция сказала, что из такого револьвера застрелили
папу. В барабане не хватало двух пуль. Это тот самый револьвер.
- И ты нашла его там? - переспросил я. - В стенном шкафу?
- Да. И теперь хочу узнать, как он там оказался.
Я не имел ни малейшего представления, каким образом оружие появилось в нашем
доме, и после краткого раздумья ответил:
- Видимо, его кто-то подбросил.
- Ах, вот как! И кто же, по-твоему, это мог сделать?
...Поділитися у соцмережах
