Жанр: Триллер
Последний проект
... - Однако это еще не все. Я успел
вернуться последним рейсом в Нью-Йорк, и служащие отеля могут поклясться, что я
провел весь уик-энд там.
- А затем ты воспользовался моими запасными ключами, чтобы подбросить револьвер
в наш шкаф.
- Тоже неплохая идея, - ухмыльнулся Даниэл. - И она почти сработала.
- А кто убил доктора Катарро?
- Русские. Они должны были разобраться и с тобой.
- А как насчет Джона? Зачем тебе нужно было его убивать?
- Это было необходимо. Он вспомнил, что Фрэнк говорил ему что-то о "Невроксиле5",
и позвонил мне, чтобы узнать, не говорил ли твой тесть на эту тему и со
мной. При этом Джон сказал, что звонил тебе и что ты придешь к нему, чтобы
обсудить проблему лекарства. Я понимал, что необходимо немедленно заткнуть ему
рот.
- И ты выстрелил ему в спину.
- Здесь у нас не Дальний Запад, дружок, и я должен был сделать это ради
собственного спасения. А в этом нет ничего плохого.
- Ничего плохого?! - воскликнул я, будучи не в силах скрыть изумления.
- Я жив, Саймон, и впредь намерен делать все, чтобы как можно дольше оставаться
в этом приятном состоянии.
Даниэл совсем не походил на убийцу. Этот бледный, тощий и казавшийся недалеким
человечек, был создан, если судить по облику, для того, чтобы горбиться за
компьютером, а вовсе не размахивать револьвером. Но я хорошо знал Даниэла. Его
отличала чудовищная алчность, и кроме того, он был бесконечно уверен в своем
умственном превосходстве над всеми остальными. Именно в силу своего характера
Даниэл оказался перед дилеммой - или Фрэнк или он. Все его моральные взгляды
подчинялись лишь собственным интересам. Даниэл знал, что его могут убить, и что
он может спасти себя убийством коллеги. Поэтому он без колебаний пошел на
убийства, обеспечив себе при этом надежное алиби и сделав главным подозреваемым
меня.
А убив однажды, он был вынужден убивать снова и снова.
Мы молча поджидали Лайзу. Она сказала, что вернется домой до того, как позвонит
Гарднер Филлипс - то есть до одиннадцати пятнадцати. Я припомнил, что Лайза
обожает опаздывать. Раньше эта привычка меня раздражала, но теперь я молил Бога
о том, чтобы она вернулась как можно позже.
В кухне громко шипел кофейник.
- Принести тебе кофе? - спросил я.
- Кофе не надо! Сиди, где сидишь!
Я остался на месте. Стоящие у стены часы тикали все громче и громче. Даниэл
пытался казаться спокойным, но с каждой минутой это показное хладнокровие
давалось ему все труднее. Он все время ерзал на стуле, а над его верхней губой
выступили мелкие капельки пота.
Мне тоже было не по себе. Первоначальная бравада, с которой я ожидал выстрела,
успела испариться. Теперь, когда мне удалось избежать тюрьмы, остаться в живых
после покушения и наладить семейную жизнь, смерть представлялась совершенно
неуместной. Ну и мерзавец же это Даниэл! Джон был совершенно прав в своих
оценках этого типа.
Половина одиннадцатого.
Зазвонил телефон. Это был пронзительный трезвон допотопного аппарата, не
знакомого с современной цифровой системой. Звонил Гарднер Филлипс. Я протянул
руку к трубке.
- Не трогай! - выпалил Даниэл. - Оставайся на месте!
Пришлось повиноваться. Мы оба молча смотрели на телефон, а тот надрывался, чтобы
привлечь к себе внимание. Филлипс, вне сомнения, был человеком упорным. До того,
как аппарат умолк, я успел насчитать тридцать звонков. Считал я, как вы
понимаете, подсознательно. Когда наступила тишина, Даниэл заметно успокоился.
Мысли кружились в моей голове в каком-то бешеном вихре. Я не сказал Гарднеру
Филлипсу, где нахожусь. Он знал только номер телефона. С помощью полиции адвокат
без труда сможет установить мое местонахождение и направить помощь. Копы будут
здесь уже через двадцать минут.
Но сделает ли он это? Я сказал, что дело важное и не терпит отлагательства, но о
том, что это вопрос жизни и смерти, я не говорил. Скорее всего, Филлипс подождет
полчаса и позвонит снова.
Но через полчаса я уже стану покойником.
Без четверти одиннадцать. Время моей кончины неуклонно приближалось.
Единственным утешением служило лишь то, что Лайза к этому моменту, видимо,
опоздает, и у неё, таким образом, имеются шансы остаться в живых. Боже, помоги
ей выжить!
Без пяти одиннадцать.
И в этот момент я увидел Лайзу. Возвращаться домой она, видимо, решила по лесной
тропинке, и теперь приближалась к дому с той стороны, которую пока мог видеть
только я. Но уже через несколько секунд ей предстояло пройти перед большим окном
гостиной, и Даниэл не мог её не увидеть.
Я смотрел на Даниэла, но периферическим зрением видел, как подходит к дому
Лайза. Она улыбалась, пытаясь привлечь мое внимание, так как пока не знала о
присутствии в доме еще одного человека. С того места, где она находилась,
Даниэла пока видно не было.
Когда до окна оставалась лишь пара ярдов, я приступил к действиям.
- Не знаю как ты, а я хочу кофе, - произнес я, неспешно, чтобы, не дай Бог его
не напугать, поднялся со стула и направился в кухню.
- Оставайся на месте! - рявкнул он, следя за каждым моим движением.
Я помнил, что Даниэл убил Фрэнка и Джона выстрелом в спину. Не исключено, что он
не решится стрелять в друга, глядя ему в глаза.
Поэтому я шел медленно, обратившись к нему лицом и подняв руки над головой.
- О'кей. Ты можешь держать меня на мушке. Но я хочу кофе.
- Стой, или я стреляю!
Я чувствовал, как по моему телу катится пот. Это не была пустая угроза. Мерзавец
действительно готов стрелять. За окном, к которому Даниэл теперь стоял спиной, я
скорее чувствовал, чем видел присутствие Лайзы. Я понимал, что малейшее движение
глаз в направлении окна заставит Даниэла обернуться. В этом случае мы оба -
покойники. Я почувствовал, что Лайза остановилась. Увидев Даниэла, она
пригнулась и исчезла из моего поля зрения.
- О'кей, о'кей, - примирительно произнес я и двинулся назад к стулу.
- Саймон, я тебя намерен убить, и ты это знаешь, - сказал он. - Время пока еще
не пришло, но если ты не оставишь мне выбора...
Я сел на стул и мы снова стали ждать. Интересно, что предпримет Лайза? Я очень
надеялся на то, что она убежит и призовет копов. Старинные дедушкины часы
показывали без двух минут одиннадцать. Времени на то, чтобы меня спасти, у неё
не оставалось. Но его было вполне достаточно, чтобы спастись самой и спасти
нашего будущего ребенка.
Моя собственная смерть, от которой меня отделяла лишь минута, становилась
реальностью. Мне было очень страшно, однако уверенность в том, что Лайза и
ребенок в безопасности, придавала мне силы. Теперь мне их должно хватить на то,
чтобы умереть.
Даниэл, видя, что назначенный им срок неумолимо приближается, похоже, собирался
духом. Его тело напряглось, а на лице выступили капельки пота. Оказалось, что
хладнокровное убийство после беседы с жертвой - не такое простое дело.
Часы пробили одиннадцать.
Даниэл поднялся со стула и облизал губы. Револьвер в его поднятой руке слегка
подрагивал.
- Думаю, что она не вернётся, - сказал он.
- Похоже на то, - спокойно согласился я.
- Встань!
Я поднялся со стула.
- Повернись спиной!
Я не пошевелился. Если мне и предстоит умереть, то я умру стоя, глядя в глаза
убийце. Я не собирался молить его о пощаде. Лайза вне опасности. Так же, как и
наше будущее дитя. Теперь оставалось лишь с честью умереть. Даже сейчас, в
последний миг перед смертью, это имело для меня огромное значение.
- Повернись спиной, тебе говорят!!
Даниэл почти визжал. Я поймал его взгляд и с удовлетворением увидел, что вся
ситуация ему крайне не нравится.
И в этот момент я услышал, как за окном заработал мотор автомобиля. Это был
ровный гул восьмицилиндрового двигателя моего "Моргана". Лайза уезжала, и он уже
не мог её остановить.
- Что это? Неужели Лайза?
Я кивнул и широко улыбнулся.
- Значит, она вернулась? - он облизал губы. - Значит, она меня видела? - теперь
в его голосе доминировали панические ноты.
Я услышал, как изменился звук мотора. Это Лайза переключила скорость.
- Мерзавец!! - взвизгнул Даниэл и поднял револьвер.
Мотор "Моргана" взревел, но уже через мгновение стих. Деревянная стена дома
вначале слегка прогнулась, а затем вдруг начала медленно валиться на нас.
- Что за... - он повернулся к стене.
Послышался вселенской силы треск, дом зашатался стена рухнула и в проломе возник
темно-зеленый нос "Моргана". Во все стороны летели обломки дерева, и один их них
ударил Даниэла в голову.
И в этот миг я на него прыгнул.
Он сумел не только удержаться на ногах, но даже успел выстрелить. Пороховые газы
обожгли мне живот. Второго выстрела не последовало, поскольку я все же сбил его
с ног и подмял под себя. Он был тощим, но жилистым и, кроме того, боролся за
свою жизнь. Я был сильнее и тяжелее, чем он, и тоже боролся за жизнь. Мне
удалось захватить его руку с револьвером. Грянули два выстрела, но обе пули, не
причинив мне вреда, ушли в стену. Я принялся колотить его рукой о пол, и он
выронил оружие. Я схватил револьвер первым, и что есть силы ударил его по голове
рукояткой. Даниэл сразу обмяк и затих.
После этого я бросился к "Моргану", въехавшему в дом чуть ли не наполовину
корпуса. Весь передок машины смотрел куда-то в потолок, а из разбитого радиатора
с шипением валил пар. Ветровое стекло растрескалось, но не разлетелось. За рулем
автомобиля находилась Лайза.
Меня охватила паника. Лайза сидела, откинувшись на спинку сиденья, а из раны на
лбу обильно лилась кровь. Её глаза были закрыты, а на коленях лежал взятый из
лодочного эллинга спасательный жилет. Жилет она использовала для того, чтобы
смягчить удар.
- Лайза? Что с тобой? Ты меня слышишь?!
Молчание.
Я прикоснулся к её плечу. Прикосновение было очень легким, так как я опасался
усугубить невидимую мне травму. На мое прикосновение Лайза никак не
среагировала. Мне очень хотелось схватить её покрепче и потрясти, но я знал, что
делать этого нельзя. Поэтому я ограничился тем, что легонько пошлепал её по
щекам и крикнул:
- Лайза! Лайза! Скажи мне что-нибудь!
Она едва заметно шевельнулась и застонала. Её веки затрепетали, а я ощутил
чудовищное облегчение.
- Ты ранена? Умоляю, скажи - ты не ранена?
- Не думаю, - прошептала она, покачивая головой.
Я помог ей выбраться из автомобиля и притянул к себе.
- А как маленький?
- Я... я не знаю, - ответила она и уткнулась лицом мне в плечо.
- Спасибо, - сказал я, крепко её обняв. Моя жена рискнула своей жизнью и жизнью
ребенка, чтобы спасти меня. Жертвы большей, чем эта, в мире быть не могло.
Лайза мягко освободилась от моих объятий и, сделав попытку улыбнуться,
прошептала:
- Я просто не могла допустить, чтобы наш малыш рос без отца.
ЭПИЛОГ
На утреннее совещание в понедельник я опоздал на целых десять минут. За субботу
и воскресенье мне так и не удалось хорошенько отоспаться, и я пребывал полном
изнеможении. Мне ничего не оставалось, кроме как дождаться начала рабочего дня,
в ходе которого можно было слегка восстановить утраченные силы.
На совещании присутствовали все: Дайна, Рави, наш новый партнер Джим и пара юных
сотрудников - Калин и Брюс. Но за столом заседаний не было Джила. Там не было
Арта и, естественно, Фрэнка. Джон и Даниэл тоже отсутствовали. Первый был давно
мертв, а второй мотал второй месяц своего пожизненного тюремного заключения.
Рави рассказывал о положении дел в "Бостонских пептидах". Генри Чан и его
коллеги, включая Лайзу, выкупили компанию из руин "Био один", в чем им
существенную помощь оказала венчурная фирма "Ревер партнерс".
- Перспективы препарата "БП-56" представляются мне весьма обнадеживающими и я
надеюсь, что уже в сентябре мы сможем приступить ко второй фазе клинических
испытаний, - закончил свой доклад Рави.
- Наблюдались ли какие-либо случаи побочного действия? - поинтересовалась Дайна.
Она уверенно сидела в стоящем во главе стола кресле, в котором ранее
располагался Джил.
- У некоторых пациентов препарат вызывает легкую депрессию, которая без труда
снимается приемом анти-депрессанта. Других проблем в связи с препаратом нет.
- Ты в этом уверен?
- На данном этапе - да. Но прошу на меня не ссылаться.
- Не беспокойся, не буду, - сказала Дайна и, обратившись ко мне, спросила: - Как
идут дела в "Нет Коп"?
- Некоторые потребители уже пускают слюни при виде прототипа. Теперь наша
главная задача состоит в том, чтобы ускорить переход к промышленному
производству.
- И этот процесс, насколько я понимаю, будет финансироваться путем продажи новых
акций на свободном рынке?
- Да, именно об этом мы и думаем.
- О первоначальной цене речь не заходила?
- Сорок пять долларов за акцию.
Дайна, быстро прикинув в уме цифры, сказала:
- Это означает, что капитализация компании составит двести сорок миллионов
долларов. Я не ошиблась в расчетах?
- Нет, все точно.
- Невероятно! - восхитился Джим.
- Рынок очень емкий, а Крэг предлагает самый лучший продукт.
- И сколько же составляет наша доля? - спросила Дайна.
- Десять процентов, согласно договора.
- Очень неплохо, Саймон.
Конечно, неплохо. Два миллиона долларов наших первоначальных инвестиций
превратились в двадцать четыре миллиона. Джефф Либерман и "Блумфилд Вайсс"
наварили еще больше. Когда мы отошли в сторону, у них хватило мужества занять
наше место, и они были достойны своей прибыли. Но больше всех остальных (и
вполне заслуженно) заработал Крэг.
- Линетт Мауэр будет довольна, - сказала Дайна, - и думаю, что она согласится на
создание в следующем году нового фонда. Видя успех таких проектов, как "Нет
Коп", "Бостонские пептиды" и "Тетраком", даже самые завзятые скептики начинают
убеждаться в том, что мы способны процветать и без Джила.
Джил ходил под парусами пять раз в неделю и пока даже не приближался к аппарату
гемодиализа. Однако все мы были исполнены решимости добиться максимальных
успехов и без него.
Только проходя по пути домой через парк "Коммон", я понял, насколько устал. Мне,
как никогда ранее, был нужен полноценный ночной сон - с вечера до утра. Но
несмотря на усталость, я пытался шагать побыстрее, так как мне не терпелось
увидеть Лайзу и малыша.
Было около восьми вечера, и на улице еще не стемнело. Я открыл дверь дома и
позвал Лайзу. Ответа не последовало.
Швырнув кейс в угол, я отправился в спальню. Лайза спала. Одна её грудь, видимо,
после кормления осталась обнаженной. Под боком у мамы негромко посапывал малыш.
Я разделся и улегся в постель рядом с ними.
На мой поцелуй Лайза никак не среагировала. Затем я поцеловал сына.
- Спокойной ночи, Фрэнк, - сказал я и мгновенно уснул.
notes
Notes
1 Esprit de corps (фр.) - Корпоративный дух
Поділитися у соцмережах
