Жанр: Триллер
Клуб серийных убийц
...нь нужен мне, Дуги.
- Вот сам и иди. Сядешь где-нибудь рядом за столиком, подождешь, пока собрание
закончится, и проследишь за ним.
- Это твоя работа.
- Да, только в последнее время мне все кому не лень помогают, так что и здесь можно
без меня обойтись.
- Я могу посадить тебя на электрический стул, Дуги, - агент Вэйд щелкает пальцами. -
Вот так.
- Тогда я расскажу всему миру, кто ты такой на самом деле.
Агент Вэйд смотрит на меня острым взглядом, и я наслаждаюсь.
- Да, я знаю твой маленький секрет.
- Что ты имеешь в виду, Дуги? - агент Вэйд выглядит смущенным.
- Тебе по буквам сказать? Ты правда этого хочешь?
- Придется по буквам, потому что я представления не имею, о чем ты говоришь.
- Это ты убил Джеймса Мейсона. Ты добрался туда раньше меня, верно? Заехал в KFC,
поставил машину на подземной стоянке, поднялся по запасной лестнице и заколол его.
Что ты сделал с курицей? Просто съел по дороге? Выбросил косточки в окно? Никогда не
видел, чтобы человек ел столько жареной курицы. А машина твоя пахнет, как лимонная
роща.
Агент Вэйд хмурится и выглядит растерянным, но я точно знаю, как действовать, и не
покупаюсь на это.
- Ты хочешь сказать, что я Киллер из Кентукки?
Я медленно и многозначительно хлопаю в ладоши.
- Эти ваши тренировки в ФБР - просто потрясающе, как ты быстро соображаешь!
Губы агента Вэйда раздвигаются, и его лицо освещает восхитительная улыбка.
- Я что, слишком крепкий чай приготовил или как?
- Давай, признавайся. На этой лодке нет никого, кроме тебя и меня. Так что валяй.
Скажи, что это правда.
Агент Вэйд берет мою чашку с чаем, нюхает ее и делает глоток. Потом ставит чашку на
место и смеется.
- Дуги...
- Что?
Его голос внезапно каменеет.
- Иди и прими душ, ясно? Мы и так потратили слишком много времени.
Я не шевелю и мускулом. Агент Вэйд с каждой секундой становится все злее, похоже,
что он вот-вот начнет бить меня по голове.
- У тебя есть три секунды, Дуги.
- Я не пойду.
Фэбээровский револьвер агента Вэйда появляется из кобуры быстрее, чем я успеваю
сделать вдох. Дуло направлено прямо на мой нос, палец агента Вэйдла лежит на
спусковом крючке.
- Иди переодевайся.
Дебют Кентукки
Агент Вэйд отъезжает от "Гриллерс", несколько раз гудит в клаксон и исчезает. Я стою,
смотрю на бар и понимаю, что не в состоянии двигаться. На мне сильно помятый
бархатный пиджак и джинсы. Пиджак - самый дорогой предмет моего туалета, и впервые
я надеваю его, не боясь, что он испортится от дождя. Агент Вэйд, сказал, что я должен
надеть его, потому что просто обязан выглядеть безукоризненно во время встречи с КК.
Сегодня полнолуние, в темно-синем небе ни облачка. Предсказатель из приемника в
машине агента Вэйда утверждал, что сушь продлится неделю, а то и больше.
Я вижу на парковке низкий "понтиак-файерберд" Чака. Серебристый "датсун" Бетти -
прошел уже двести тысяч миль и все еще молодцом - стоит рядом с ним. Больше на
парковке машин нет.
Я не хочу идти туда.
Совсем не хочу.
- Черт!.. Он все-таки появился, -Тони выглядит разочарованным, когда я пробираюсь в
наш уголок бара. - Черт, черт, черт...
Я сажусь, никому ничего не говоря, и вижу Чака и Мирну, которые сидят рука об руку, а
потом Бетти - она напротив меня. Она пытается широко улыбнуться мне, но улыбка
получается не слишком убедительной, и мне кажется, что она нервничает. Я замечаю, что
она воспользовалась косметикой - целой прорвой косметики, если быть точным - и теперь
похожа на тех женщин, которые продают кремы в больших супермаркетах: обведенные
черным карандашом глаза, красные, как у клоунов, щеки и фальшивая родинка. Я могу
только предположить, что она хочет, чтобы ее заметил КК.
- А мы уже подумали, что ты пропал, - Тони хватает индюшачью тефтельку,
подбрасывает ее в воздух, откидывает голову и ловит тефтельку похожим на яму ртом.
Чак, надевший сегодня свой лучший пиджак из змеиной кожи, выглядит гораздо
спокойнее и явно наслаждается, сжимая под столом руку Мирны.
- Что тебя задержало, Дуги? Пришлось сменить штаны, когда подумал, что тебе
предстоит встреча с КК?
Как хохочет Тони над этой шуткой! Чак вытаскивает из-под стола руку и делает знаки
Мирне, которая тоже хохочет, только беззвучно.
- У меня... у меня были дела на работе. Бетти бросает на меня острый взгляд.
- Это в Техасе? Тони тут как тут.
- А ты недавно был в Техасе?
- Нет... э-э... ну... рядом. Я заблудился. Вообще-то это вышло случайно.
Чак с бешеной скоростью делает знаки Мирне, которая очень внимательно смотрит на
меня. Она в свою очередь делает знаки Чаку, и он переводит.
- Мирна говорит, именно там убили Джеймса.
- Ну, так далеко я не забирался... - Мне не нравится, как смотрит на меня клуб. Я знал,
что это была плохая идея.
- Ты же ничего от нас не скрываешь, правда, Дуги? - Тони наклоняется вперед, его
огромная голова нависла надо мной.
- А зачем мне что-то скрывать?
- Скажи мне, что это было простое совпадение. Ты отправился в Техас как раз, когда
кто-то замочил Джеймса.
- Ну конечно, так и было. Напряжение все растет, и я смотрю на Бетти в надежде, что
она поддержит меня, но на этот раз она не вмешивается, по какой-то причине оставаясь
странно молчаливой.
- Не знаю, верю ли я тебе, Дуги, - Тони смотрит на меня с презрением.
Я слышу, как скулю - как и все эти годы с тех пор, как вступил в клуб.
- Почему, что я такого сделал?
- Слишком сильно ты меня достал...
- Чем именно?
- Он и тебя достал? - Чак понимающе смотрит на Тони, а потом они оба
поворачиваются ко мне. - Так и знал, что я не одинок.
- Ребята...
Мирна делает знаки, и Чак кивает.
- Мирна говорит, она всегда плюет в его выпивку. И все официантки плюют.
Я растерян, одинок и нуждаюсь в убежище, которого, как я знаю, не существует. Я
инстинктивно протягиваю руку к графину с водой, который стоит как раз напротив меня, -
у меня пересохло в горле, - но опускаю руку, понимая, что там, возможно, вовсе и не вода.
Я поворачиваюсь к Тони и Чаку - попробуем взять их храбростью.
- Вы что, не хотите больше видеть меня в клубе?
- Мы не хотим больше видеть тебя на планете. - Чак громко смеется.
- А мне казалось, вам нужны все?
- Для каждого правила найдется свое исключение.
Я не убивал Джеймса, могу поклясться на Библии, я к нему даже не подходил. У этого
парня на голове было ведерко. Это почерк КК, не мой.
- Напомни-ка мне, кстати, у тебя-то какой почерк? - Тони хмурится.
- Да. Мы уже много лет от тебя ни одной истории не слышали.
- Я... я вырезаю сердца... Вы же знаете...
- А ты вроде бы говорил про почки?
- Да нет, это были зубы. Ты ведь зубы выдергиваешь, так?
Я смотрю на Бетти, молясь, чтобы она сказала хоть что-нибудь, но она остается немой,
как Мирна.
- И когда в последний раз ты кого-то убивал?
- На прошлой неделе.
- Что-то я об этом ничего не читал.
- А... просто тело еще не нашли.
Тони внезапно бросает на стол что-то металлическое. Я опускаю глаза и понимаю, что
смотрю на отломанное зеркальце машины Вэйда - то самое, которое отстрелил Тони в ту
ночь, когда обезглавил Берта.
- Это тебе знакомо? Я качаю головой.
- Нет.
- Уверен?
- Абсолютно. У меня вообще нет машины. - Я хватаю графин с водой, ладно, все равно,
наливаю в стакан и выпиваю всю эту дрянь до дна.
- А откуда у тебя это зеркальце. Тони?
- Набрел на него как-то ночью.
- Как я уже сказал, у меня нет машины. С моей зарплатой на машину не наскребешь.
- Но ты же говорил, что за рулем, когда был в Техасе? - Бетти смотрит на меня, голос у
нее ровный, слова четкие и понятные. Поверить не могу, что она сделала такую дурацкую
ошибку и поставила меня в дерьмовое положение.
- Так у тебя, значит, есть машина? - Тони начинает жевать очередную индюшачью
тефтельку.
- Стыдно признаться, но я ее украл, - я слабо пожимаю плечами, сопровождая этот жест
еще более слабым смешком. - Мне нравится водить быстрые машины.
- Ты украл машину? - Тони разгневан. - Украл чью-то собственность? Это незаконно,
дерьмо ты собачье.
- Убить и съесть больше пятидесяти людей тоже не особенно законно. - Какая ты сука,
Тони.
- Ты еще на меня рот разеваешь?
- Я просто говорю, что мы все здесь нарушаем закон.
- Я никогда ничего не крал - в жизни, - рявкает Чак. Мирна жестикулирует. - Мирна
говорит, тебя нужно повесить за это.
- Поверить не могу, что ты вор, Дуглас, - Бетти выглядит всерьез озабоченной, и я от
всей души надеюсь, что не восстановил ее против себя.
- Одна несчастная машина.
- На которой ты поехал в Техас.
- В Техас я летел на самолете, а обратно на машине.
- Значит, ты все-таки был в Техасе? Ты же говорил, что не забирался так далеко?
- Я не убивал Джеймса. Честное слово, не убивал.
Бетти в ужасе закусывает губу, и мне остается только беспомощно смотреть на нее.
Пожалуйста, пожалуйста, скажи им, Бетти. Пожалуйста.
- Я верю ему, Тони. - Я буду любить эту женщину, пока смерть не заберет меня. - Не
знаю, но мне не кажется, что его бы на это хватило. Он не смог бы. Чтобы понять это,
достаточно просто посмотреть на него.
Тони замолкает, смотрит на Бетти, потом поворачивается ко мне и бросает на меня тот
же непонятный взгляд.
- Если Дуги не убивал Джеймса, тогда кто же это?
- Не мы. Мы с Мирной были в Вегасе. Вернулись только сегодня утром.
- У нас в библиотеке был переучет - у меня времени не было.
- Я гонялся за уродскими наркошами - черт, ненавижу этих охреневших ублюдков.
Снова все глаза уставились на меня. Я молчу секунду, чтобы мой голос не дрогнул,
когда я заговорю. Я даже предпринимаю отчаянную попытку улыбнуться.
- Ребята... Мне противно это говорить, но разве не очевидно, кто убил Джеймса?
Тони расстегивает три верхних пуговицы на рубашке, запускает под рубашку руку и
начинает почесывать обширную волосатую грудь. Он такой волосатый, что можно
подумать, будто на нем меховая майка.
- КК сейчас в Чикаго.
- Ты не можешь это проверить, Тони, - голос Бетти убаюкивает меня. - Он мог сесть на
самолет, слетать туда, убить Джеймса и вернуться обратно.
Чак делает знаки Мирне, она кивает, ее хорошенькое личико сосредоточенно.
- Но зачем ему ехать в Даллас?
- Да потому, что там живет Джеймс. - Чак говорит это так, словно он Шерлок Холмс и
только что набрел на важную улику. - Вот дерьмо. Дерьмовое дерьмо, дерьмо, дерьмо. - У
Чака хватает ума перевести это все Мирне: - Это КК. Это он. Он убивает членов клуба. -
Чак снова демонстрирует, какая паранойя скрывается под его внешним "мальборовским"
обаянием. -А теперь вы взяли и пригласили его сюда, мать вашу!
Тони хмурится, стараясь держать положение под контролем.
- Слушай, ты, нервенный, притихни, ясно? Разоряешься, как хренов проповедник.
- Подумай об этом. Тони. Это за нами он охотится. И это ты тот недоумок, который
пригласил его.
- Не смей звать меня недоумком.
Бетти откашливается, привлекая внимание Тони и Чака. Мои глаза расширяются, я
готов принять все, что бы ни случилось.
- Ты говорил, что мы в безопасности, Тони. Ты это гарантировал.
- Это еще что? Все на одного Тони? То, о чем пищит тут Чак, - чистая случайность. Он
просто хватается за соломинку.
Мирна резко жестикулирует, губы у нее поджаты, она точно знает, чего хочет.
- Мирна говорит, ей нужна круглосуточная защита.
Тони издает негодующий смешок.
- Не так следует встречать новых членов...
- Если он появится, - я смотрю на часы и понимаю, что КК очень сильно опаздывает.
Тони смотрит на меня.
- Дай ему время, Дуги, дай ему время.
- Я хочу пистолет, - Чак не слушает никого, кроме собственного страха. - Для меня и для
Мирны. Нам нужны пистолеты. Ты же можешь достать их, правда, Тони? У тебя наверняка
есть доступ к целому арсеналу.
Входная дверь внезапно открывается, и весь клуб, как один человек, поворачивается к
ней и ждет затаив дыхание. Маленький ребенок - с виду не больше десяти лет - обводит
глазами бар и находит нас. Мальчик смотрит на клуб несколько секунд, потом заканчивает
грызть жареное куриное крылышко и выбрасывает косточку.
Я дрожу. С головы до ног.
Мальчик начинает двигаться к нам. У него очень темные волосы, еще более темные
глаза, и он распространяет вокруг себя ауру уверенности, которая свойственна юности. Он
идет неторопливо, на нем мешковатые джинсы и нейлоновая куртка с пивной эмблемой.
- Это не может быть он. Не может быть, - Тони просто загипнотизирован видом
ребенка.
- Когда же он начал? В колыбели, что ли? - Чак тоже потрясен.
- Может, он просто спятивший гном, вроде Дуги. - Я не собираюсь отвечать Тони, мои
глаза прикованы к ребенку, который останавливается у нашего столика и бросает на нас
очень высокомерный взгляд.
- Убивцы или как? Никто не отвечает.
- Вы убивцы-то? - мальчик начинает терять терпение, но будь я проклят, если у когонибудь
хватит духа ответить ему. У меня-то уж точно слова застряли в глотке.
- Не, последний раз, чуваки. Вы убивцы?
- Кто это спрашивает? - к счастью, Тони пришел в себя.
- Херня вопрос... Вы убивцы?
- Точно. Это мы. А в чем дело?
- Письмо вам.
- Кто писал?
Кажется, ребенок ни капельки не боится Тони.
- Мужик не придет. Мужик помочит убивцев. Я смотрю на Бетти,
а она на меня, словно спрашивает: "Неужели это происходит на самом деле"? Ее и без того
бледная кожа, кажется, еще побледнела.
- Тебе кто это сказал, дрянь ты маленькая? - Тони хватает парня за воротник и
притягивает его к себе.
Ребенок остается спокойным как танк.
- Мужик сказал.
- Какой мужик?
- Не видел. Написал письмо и сунул мне в карман, когда я не смотрел.
- Дай сюда письмо! - выплевываю я, радуясь, что Тони крепко держит ребенка.
Мальчик смотрит на меня гордыми равнодушными глазами.
- Сперва гони монету, убивец.
- Сколько? - Чак, побелев, выхватывает свой бумажник и начинает рыться в нем. -
Двадцать, тридцать?
Мальчик вытягивает из Чака сорок долларов и отдает письмо. Тони отпускает его,
хватает бумажку, разворачивает ее. Она отпечатана на машинке и не подписана.
Ступай в "Гриллеры",
Отдай киллерам.
Незачем идти,
Я уже в пути,
Видел их,
Знаю их,
Пусть рыдают,
Пусть умирают.
Тони смотрит на нас, потом поворачивается к мальчику.
- Ты еще здесь?
- Вы правда убивцы?
- Хочешь проверить, сучонок? - Чак очень пристально смотрит на ребенка.
- Ни хрена, - мальчишка показывает нам средний палец, поворачивается на пятках и
удаляется развязной походкой, виляя бедрами. - Ни хрена, ни хрена, ни хрена.
- Бог мой... - Я никогда не видел Тони таким встревоженным. Он хватает ртом воздух,
всасывает его огромными легкими. - Что ты там говорил насчет пистолетов, Чак?
- Мы с Мирной хотим по крайней мере по два на брата.
- Бетти?
Бетти сидит тихо и выглядит очень потрясенной. Она кивает.
- Конечно.
- Я посмотрю, что можно сделать. Ну и ну. Я смотрю на Тони и никак не могу
поверить, что он забыл обо мне.
- Тони...
Тони качает головой, погруженный в мысли.
- Почему КК это делает? Что он имеет против нас?
- Тони...
Тони наконец смотрит в мою сторону, он очень раздражен.
- Что?!
- Ты не спросил, нужен ли мне пистолет. Тони сердито пожимает плечами.
- Это твои проблемы.
- Но...
- Слишком долго ты меня доставал.
Я сижу оглушенный и растерянный. Я отдал клубу лучшие годы жизни, и чем мне за это
отплатили? Я откидываюсь на спинку стула и вижу, что Бетти смотрит на меня почти с
жалостью. Она даже улыбается мне, но, к сожалению, эта улыбка не способна смягчить
мою обиду на Тони. Я решаю, что теперь ни за что не уйду - хотя бы для того, чтобы
посмотреть, как Тони сгорит в адском пламени агента Вэйда.
Хомо сапиенс одинокий
Вернувшись домой, я обнаруживаю, что моя квартира выглядит так, словно ее
ограбили. Куда девалась былая красота? Повсюду разбросана одежда агента Вэйда, везде
грязные тарелки и вилки, на моем диване валяется испачканное пуховое одеяло, а CDплеер
заело. Он снова и снова играет слова "курьи ноги - недотроги", пока я не стукаю по
плееру - он открывается, и песенка наконец смолкает. Я вынимаю диск, смотрю, нет ли на
нем царапины, и кладу его обратно в пластмассовую коробочку. Я оглядываю гостиную и
думаю, куда же подевался агент Вэйд. Я чувствую, что его дома нет, и не собираюсь
утруждаться поисками.
В моей спальне звонит телефон, и я иду туда только для того, чтобы замереть при виде
написанных на стене огромными васильково-синими буквами слов "Привет, Дуги".
Я почти забываю о телефонном звонке, у меня просто нервный срыв. Окно открыто, и
жалюзи трещат на ветру. Телефон продолжает звонить, и в конце концов я протягиваю
ослабевшую руку к трубке.
-Да?
- Дуглас.
- Бетти... Привет...
- Ты в порядке?
- Яне знаю...
- Значит, нас уже двое.
Должно быть "Привет, Дуги" на моей стене написали не меньше пятидесяти раз, эти
слова повсюду, куда я ни посмотрю. Я опускаюсь на кровать и крепко зажмуриваюсь.
- Я не понимаю, что происходит, Дуглас. Сначала Тони убивает членов клуба, теперь
КК. А потом я подумала, что ты... ну... что ты...
- Я что?
- Что ты лгал мне.
- Я? Зачем бы мне это делать?
- Наверное, я просто запуталась.
- Я люблю тебя, Бетти. Вот и вся правда.
- Да... я... ну... теперь я это знаю. - Бетти замолкает ненадолго, собираясь Ъ духом. - Я
вот почему звоню: твое предложение еще в силе? Насчет того, чтобы взять лодку Берта и
уплыть вместе?
- Я собирался задержаться здесь на некоторое время...
- о...
Я слышу разочарование в голосе Бетти и понимаю, что при необходимости выбирать
между наблюдением за смертью Тони и возможностью получить Бетти в свое полное
распоряжение я знаю, чем пожертвовать.
- Черт возьми, ты права. В путь.
- Я не особенно хороший моряк.
- Не волнуйся. Я о тебе позабочусь - если, конечно, у меня не случится приступа
морской болезни, как это обычно бывает, когда я попадаю на корабль.
- Когда мы отплываем?
- Меня любое время устроит.
- Завтра? После ланча?
- Чудесно. Ты знаешь, где стоит плавучий дом?
- Лучше расскажи мне.
- Хорошо - кстати, лодка называется "Учитель".
- "Учитель"?
- Мы можем закрасить это название и написать сверху свое.
Едва повесив трубку, я начинаю открывать ящики, готовясь к отправлению. Но одежды
нигде нет. Я распахиваю гардероб и обнаруживаю, что в нем тоже пусто. Я не могу в это
поверить, иду в ванную и проверяю корзину для грязного белья. Там тоже совершенно
пусто.
Кто-то не хочет, чтобы я уезжал.
Я сажусь на крышку унитаза, пытаясь собраться с мыслями. Я решаю, что одежда мне не
так уж и нужна, и даже улыбаюсь при мысли о том, что все равно большую часть времени
буду проводить голым в постели с Бетти. Все, что мне понадобится, - это бумажник и
несколько пакетиков на случай приступа морской болезни. Мне становится немного легче
- через двадцать четыре часа я уже буду двигаться навстречу новому миру.
Парадная дверь открывается.
Я замолкаю и прислушиваюсь.
Кто-то входит и тихо закрывает за собой дверь. Его шаги звучат осторожно и тихо, и я с
комком в горле слушаю, как эти исключительно легкие шаги входят в гостиную, а потом
направляются к моей спальне. Там они останавливаются, наверное, чужой рассматривает
надписи на стенах, а потом снова начинают двигаться, уже быстрее, как будто пришедший
больше не боится, что его услышат. Кто-то идет на кухню, очевидно надеясь застать меня
врасплох.
Шаги снова останавливаются.
Все стихает.
Даже мое дыхание почти не слышно - в основном потому, что я перестаю дышать.
Я озираюсь в поисках оружия. Лучшее, что мне подворачивается, это фальшивая
фарфоровая щетка для туалета, и я очень медленно опускаю руку, мои пальцы смыкаются
на холодной рукоятке.
Тишина становится невыносимо громкой. Это ничто атакует мои барабанные
перепонки и грохочет у меня в голове.
Что это было?!
Что-то движется - прямо за дверью ванной!
Как чужой ухитрился попасть сюда, не издав ни звука?
Я так сильно сжимаю щетку для туалета, что костяшки пальцев у меня совершенно
теряют свой естественный цвет.
Громовая тишина возвращается.
Боже.
Защитник-строитель, защитник-строитель.
Дверь легонько толкают.
Вот оно.
Судный день.
Дверь открывается шире.
Защитник-строитель, защитник-строитель.
Еще шире.
З-с, з-с, з-с. Неужели конец?
Шире и шире.
Я был так близок к тому, чтобы выполнить главную задачу всей моей жизни, так
близок!
Агент Вэйд, злой, высокий и внушительный, стоит в дверях ванной, глаза у него
голубые, как кобальт.
- Привет, Дуги.
Как будто кто-то ввел мне парализующее лекарство. Вроде того, что Тони вкалывает
своим жертвам.
- Ты уже закончил?
Я все еще не в состоянии говорить.
- Видел, как ты украсил свою спальню. Только теперь я замечаю, что агент Вэйд
нацепил накладные брови Уильяма Холдена.
- Выглядит совсем по-другому, должен признать.
Я смотрю влево и вижу, что моя левая рука, действуя по собственной воле, поднимает
щетку для туалета в воздух, все еще крепко сжимая рукоятку.
- Насколько я понял, в "Гриллерс" так никто и не появился, кроме какого-то мелкого
парнишки... Стало быть, КК так и не показался?
Моя рука застывает в воздухе, щетка занесена, как оружие, и я рычу. Низкое угрожающее
ворчание.
Агент Вэйд выглядит совершенно расстроенным.
- Что нее мы должны сделать, чтобы поймать этого парня? А я уже был уверен, что он
наш.
Агент Вэйд закрывает дверь туалета и плетется в гостиную. Он берет лист чистой
бумаги и начинает печатать. Я слышу, как он громко и без подготовки рыгает, потом
различаю знакомый звук крышечки, откручиваемой от бутылки с джином. Джин льется в
стакан - очень хорошая порция, - потом бутылка отставляется в сторону. Агент Вэйд
подносит стакан к губам.
- Джеронимо. - Я слышу, как он делает большой глоток.
Я сижу в туалете еще добрых два часа. С помощью правой руки я с трудом разгибаю
стиснутые пальцы левой и смотрю, как туалетная щетка падает к моим ногам. Я стою и
молча прислушиваюсь к начинающемуся концу света.
Простучав примерно два часа по клавишам пишущей машинки, агент Вэйд внезапно
взрывается:
- Боже! Целый день я только и делаю, что печатаю! Печатаю, печатаю и печатаю!
Сплошная бумажная работа. Никуда от нее не денешься. Вот уж не думал, что мне
придется целыми днями сидеть за столом.
Я пока что не видел, чтобы агент Вэйд сидел где-нибудь, кроме моего дивана, но его
вспышка вдыхает в меня жизнь, и я на ватных ногах выхожу из ванной. Пишущая машинка
чуть не попадает мне в лицо, потому что агент Вэйд швыряет ее в стену в нескольких
дюймах от меня.
- Почему он не появился, Дуги? Какого хрена он не появился?! -Агент Вэйд так пьян,
что его голубые глаза стали водянисто-серыми, такое ощущение, что джин заполнил все
его тело, прошел через шею и теперь плещется с обратной стороны глаз. От него сильно
пахнет.
- Что ты сделал с моей одеждой?
- Чего? - Агент Вэйд, покачиваясь, подходит к дивану и бросается на него лицом вниз.
- Где она?
- Где он? Где КК? - Он еле говорит.
- Ты и есть КК, задница.
- Где он, Дуги?.. Я три года провел в пути, ездил повсюду, я побывал, кажется, во всех
ресторанах KFC на этой планете. Я подсел на эту еду... Я торчок по куриным крылышкам.
- Слушай меня, ты, алкаш, - это ты и есть Киллер из Кентукки. Ты нашел его много лет
назад - просто посмотри на себя в зеркало.
Агент Вэйд поднимает голову, обводит комнату мутными глазами, и я почти слышу, как
внутри него плещется джин.
- Это ты? Ты это он? Да? Скажи мне, Дуги... Это ты КК?
Глядя на агента Вэйда, я окончательно понимаю, что ему пора умереть. Не знаю как, но
я остановлю победное шествие Киллера из Кентукки. Я закатываю рукава, обнажая
мускулистые руки Дугласа Фэрбенкса Джуниора, смотрю на них и чувствую, что по ним
струится могучая сила. Эти пальцы могли бы удавить льва. Я делаю шаг к агенту Вэйду,
чья голова уже упала на подушку. Я делаю еще один шаг, а он ворочается, устраиваясь на
диване, укладываясь поуютнее.
- Куда же он подевался, черт бы его побрал?
Я подхожу ближе и ближе. Агент Вэйд фыркает, не может восстановить дыхание и
кашляет. Я замираю, дожидаясь, пока он снова уляжется. Я подхожу совсем близко,
поднимаю руки, обнаруживаю, что снова и снова повторяю про себя:
- Умри, умри, умри, умри.
Агент Вэйд начинает храпеть, втягивая воздух, спина его с каждым всхрапом
поднимается и падает. С такого утла я не смогу бороться с ним, но зато смогу сломать ему
шею. Шер была бы счастлива.
Я уже готов схватить его за горло, но не успеваю дотронуться до него даже пальцем:
агент Вэйд наводит на меня пистолет, его дуло смотрит прямо в мой левый глаз. Его
дыхание клубится вокруг, он сверлит меня взглядом.
- Постарайся придерживаться плана. Дуги. Хорошо?
Чак Норрис/Мирна Лой
Омар за мой счет
Я все еще не могу поверить, что наконец-то светит солнце, и считаю это хорошим
знаком. Его лучи льются в мою комнату, а я нежусь в постели, чувствуя, как светлая заря
сжигает последние остатки черных туч, я почесываюсь и зеваю, сбрасывая с себя весь ужас
прошлой ночи. Я лег спать в одежде, сумел только снять шлепанцы. Я иду к двери
спальни, приоткрываю ее и смотрю на агента Вэйда, который все еще лежит лицом вниз
на диване в бессознательном состоянии. Я и не пытаюсь просочиться мимо него - этот
парень быстрее кобры, - вместо этого открываю окно моей спальни и вылезаю из него
навстречу чудесному весеннему дню.
Я взламываю замок дверцы машины агента Вэйда, прыгаю за руль и молюсь, чтобы
двигатель завелся с первого раза. С пятой попытки он заводится, и я уже отъезжаю
довольно далеко, когда агент Вэйд вылетает из дома, размахивая пистолетом и вопя:
- Вернись... Идиот... Вернись сюда сейчас же!
Я откидываюсь на якобы кожаном сиденье, на первом же повороте сворачиваю на
хайвэй и выжимаю педаль до упора. Теперь меня ничто не остановит. Даже тот факт, что я
представления не имею, как вести лодку. Но я надеюсь, что в совершенстве овладею этим
искусством к тому времени, когда мы с Бетти доберемся до Мексиканского залива. Я
решаю, что мы продадим лодку там, где пристанем, а на вырученные деньги купим
придорожное кафе для караванщиков. А когда как следует встанем на ноги, можно будет
подумать и о расширении. Через два-тр
...Закладка в соц.сетях
