Жанр: Триллер
Смертельный блеск золота (полный вариант)
...ам.
Я помогал создавать официальную версию, и парни в костюмах, похоже, были
довольны. Мы с Норой Гардино - обычные туристы из Форт-Лодердейла. Я дал им
понять, что отношения между нами были обычной дружбой. Вечером я решил
прогуляться на холм и встретился с бегущим человеком, за которым гналась машина.
Конечно, я сделал все, что мог, чтобы спасти его. От кого он убегал?
Ребята в черных костюмах неловко переглянулись и выдали мне официальную
версию. Мистер Дей и мисс Хичин гостили у Карлоса Гарсия, который уже давно
сильно болел. Из чувства дружбы мисс Хичин ухаживала за ним. С разрешения Гарсия
она попросила Дея приехать. Сейчас власти, к своему ужасу, обнаружили, что Карлос
Гарсия на самом деле Карлос Ментерес, живший в Мексике по фальшивым
документам. Он приехал с Кубы. Очевидно, об этом не знали ни мисс Хичин, ни
мистер Дей. Судя по всему, эмоционально неуравновешенный слуга Ментереса, некий
Мигуэль Альконедо, тоже кубинец, влюбился в мисс Хичин. Вероятно, он стал
приставать к девушке и получил отпор. Бедный мистер Дей отправился к бассейну
узнать у мисс Хичин, не принести ли ей чего-нибудь выпить. Он увидел, как Мигуэль
Альконедо зашел за шезлонг мисс Хичин, схватил ее за волосы, резко дернул голову
назад и с такой силой полоснул по горлу ножом, что чуть было не отделил голову от
туловища. Мистер Дей спрятался в кустах. Он видел, как Мигуэль Альконедо
подбежал к охраннику и что-то ему сказал. Охранник открыл ворота. Мистер Дей в
ужасе выскочил из ворот и побежал вниз по дороге. Убийца попытался задавить его,
но лишь нанес сильное увечье. Потом Альконедо попытался спрятаться на уже
подготовленной к бегству яхте. В трюме, наверное, скопились пары бензина,
представляющие собой взрывчатую смесь. Произошел взрыв. По трагическому
стечению обстоятельств мисс Гардино была убита осколком дерева. К счастью,
больше никто не пострадал. Полиция намерена заявить, что убийца очаровательной
актрисы тоже жил в Мексике по фальшивым документам. Власти, конечно, решат, что
делать с инвалидом, сеньором Ментересом, оставшимися слугами и домом.
И я и они прекрасно знали, что Ментерес подмазал нескольких чиновников.
Вероятно, они договорились, что власти не тронут его до тех пор, пока Ментерес
будет вести себя тихо. И еще все мы прекрасно понимали, что во взрыве виноваты
отнюдь не бензиновые пары, скопившиеся в трюме, но туристы наверняка не захотят
отдыхать в отеле - в стоящие на причале яхты закладывают бомбы.
Скорее всего ее подложили люди с "Колумбины". Наверное, они приплыли ночью
на лодке. Такой взрыв могли причинить штук шесть динамитных шашек плюс бензин.
Если вспомнить, что Ментерес частенько плавал на яхте, вероятность того, что он
подорвется на бомбе, была высока. Ненависть тех кубинцев оказалась такой сильной,
что им уже было все равно, пострадает один Ментерес или же с ним погибнут
невинные жертвы.
Наверное, они успокаивали себя тем, что это будут слуги или друзья Ментереса,
так что пусть катятся ко всем чертям!
Естественно, никто из прислуги ничего не знал.
Можно было не опасаться, что смерть Норы получит большую огласку, поскольку
в центре внимания прессы находились молодая очаровательная актриса и красивый
адвокат. Отель, конечно, ни при чем. В конце концов леди погибла не в нем, а в
гавани.
Растяжение оказалось ерундовым, и кисть болела только в висячем положении. Я
даже забывал о ней, когда ходил, засунув большой палец за пояс. Я лишился ресниц,
волосы и брови были опалены, а побелевшие от солнца волосы на кистях и ногах
исчезли. Мне очень хотелось поговорить с Деем. Его лодыжка напоминала мешок с
осколками мрамора, и его собирались очень осторожно переправить в ближайший
госпиталь с современным оборудованием, в Торреон. Парень лежал в двадцатой
комнате, и в десять утра на следующий день я нанес ему визит. У Дея сидели двое
ребят в черных костюмах.
- Вот человек, который спас мне жизнь, - сказал он мягким от
транквилизаторов голосом, когда я вошел.
Я попросил их оставить нас ненадолго одних, сказав, что хочу поговорить с ним
наедине. Мексиканцы поклонились, как восточные дипломаты, и, улыбаясь, вышли.
По-моему, мы им очень нравились. Мы были хорошими ребятами и приняли
официальную версию без вопросов.
Я сел на стул у койки.
- Я совсем растерялся, - признался Дей, глядя на меня голубыми глазами. -
Кажется, я бежал посреди дороги. Мне сказали, что вас зовут Макги. - Адвокат
протянул руку. - Я вам очень благодарен. - От крепкого рукопожатия кровать
затряслась, и он вздрогнул от боли.
- Чем вы занимаетесь конкретно, Гейб? - поинтересовался я.
- Чаще всего театральным правом. Контракты для независимых продюсеров и
тому подобное.
- Вы - честный адвокат?
- Конечно!
- Тогда каким образом вы спутались с Альмой Хичин, приятель?
Болеутоляющие лекарства замедлили работу его мозга, и он непонимающе
уставился на меня.
- О чем вы говорите?
- Я говорю о плане Альмы вскрыть сейф Ментереса в Мехико, приятель.
- Чей сейф?
- Бросьте притворяться!
- Кто вы?
- Турист. Разве они вам не сказали?
- Господи, у меня голова совсем не соображает, - пожаловался он, закрывая
глаза ладонью. - Вы... вы даже представить себе не можете, как страшно видеть такое
зрелище! Как он отпрыгнул назад, и вся кровь...
- Неужели деньги для вас так много значат, Гейб? Шестьсот тысяч американских
долларов. К тому же Ментерес не мог на вас пожаловаться. Вы уже подготовили
необходимые документы?
- Доверенность, - кивнул он. - Медицинское свидетельство.
- Из-за денег?
Дей убрал руку с лица, но его глаза все еще оставались закрытыми.
- Нет. Я бы бросился в огонь, если бы она попросила. Она знала, что я давно
люблю ее. Альма думала, что я смогу помочь, и вызвала меня.
- Странно, - удивился я. - Вы красивый парень, занимаетесь шоу-бизнесом.
По-моему, вам за месяц может встретиться несколько дюжин девчонок покрасивей ее.
Он повернул голову и посмотрел на меня.
- Не требуйте от меня объяснений, Макги. Любовь, секс... Можете называть это,
как хотите. Она была жестокой и жадной эгоисткой. Я все это знал, но Альма вставила
мне в нос железное кольцо, и я превратился в ее раба. Даже когда... Знаете, у меня
такое ощущение, что это произошло не со мной, а с кем-то другим. Самое смешное и
странное, мы никогда не были так близки, как позавчера. Она куда-то ездила после
обеда. Альма после обеда обычно сидит дома. Я не слышал, когда она вернулась.
Увидел ее, когда она выходила из душа в белом халате. Она пришла ко мне и
попросила обнять ее. Вот и все! Просто крепко обнять. Долго плакала, но не сказала,
что случилось. Это был единственный раз... когда она была нежной. Господи Иисусе...
он сделал все так быстро. Дернул голову назад и... Я никогда не забуду этого. Как
может мужчина убить такую красоту?
- Как вы с ней познакомились?
- Здесь же, год назад. Я гостил в доме Клода и Элли Буди, и мы объединили две
вечеринки.
"Интересно, - подумал я, - стоит ли ему рассказывать, что его маленькая
красавица сыграла немаловажную роль в убийстве четырех человек и что Мигуэль
именно поэтому прикончил ее перед тем, как бежать? Так сказать, выполнил
поручение в самую последнюю минуту".
Я решил промолчать и оставить Альме хотя бы одного оплакивающего.
- Никакого заговора, никакой грязной игры не было, мистер Макги. Альма
собиралась взять эти деньги и привезти их мистеру Гарсия. Я согласился помочь
только при этом условии.
- Конечно, Гейб. Они получат разрешение суда и вскроют сейф. Там будут
лежать тысяч десять долларов, как раз столько, сколько нужно для оплаты больничных
счетов Ментереса до его смерти. Но вы, конечно, не знали, что его настоящая фамилия
Ментерес и что он жил здесь незаконно?
- Я думал, что его зовут Карлос Гарсия.
Но глаза Дея предательски блеснули.
- Нам с вами необходимо договориться говорить одно и то же, чтобы следствие
не затянулось навечно.
- Мне... мне очень жаль, что ваша знакомая погибла.
В холле мне сообщили, что наконец-то дозвонились до Калифорнии. Я почти не
слышал голоса Шаджи, зато она меня слышала, похоже, хорошо. По роковому
стечению обстоятельств Нора погибла при взрыве яхты. Родственники, наверное,
захотят, чтобы тело доставили в Нью-Джерси... Очень много бюрократических
препон... Нет, ей сюда приезжать не надо... Со мной все в порядке... Попробую все
сделать сам... Голос Шаджи дрогнул. Я попросил обо всем сообщить адвокату Норы и
положил трубку.
С помощью официальных лиц я все устроил.
Для репортеров я не представлял особого интереса, потому что отвечал на каждый
вопрос получасовой лекцией о правилах безопасности при плавании на яхте.
После репортеров на меня набросился лысый смуглый мужчина небольшого роста
с лицом, какие часто можно встретить на масках ацтеков. Один глаз закрывала
повязка. Он был в форме и звали его Маркес. Я понимал, что он держится в тени и не
выставляет себя напоказ. Он подошел ко мне в баре и предложил присесть за столик.
Маркес все время улыбался. На лацкане пиджака он носил крошечный золотистоголубой
значок. Он представился полковником из особого отдела расследований.
- Эта яхта чертовски громко бабахнула, - начал полковник.
Я выдал ему свою лекцию о правилах безопасности. Маркес очень внимательно
выслушал меня и, когда я закончил, повторил:
- Эта яхта чертовски громко бабахнула, да?
- Да, полковник.
- Вас знают в деревне все, Макги.
- Каждый турист является послом доброй воли своей страны.
- Дом у этого Гарсия, как крепость, да?
- Вероятно, в округе много воров.
- Человек ловко справляется со всеми проблемами и прячет револьвер в бачок.
- Полковник, вы так круто меняете тему разговора, что мне за вами не угнаться.
- "Колумбину" в последний раз видели в Пуэрто-Альтамуре.
- Ну и что?
- Сколько женщин вам требуется, чтобы хорошо отдохнуть?
- Послушайте, полковник...
- Вы притворитесь, что негодуете, потом притворюсь я, потом мы оба
успокоимся и продолжим игру в загадки, да? - На его лице появилось довольное
выражение.
- Можно и мне поиграть? - поинтересовался я.
- Валяйте, но будьте осторожны. Вы полупрофессионал, а это лига
профессионалов. Даже если вы у себя в стране профессионал, здесь вы
полупрофессионал. Мы играем в жесткий бейсбол.
- Давайте допустим, что один богатый человек прячется здесь, потому что в
Пуэрто-Альтамуре до него трудно добраться. Он, скажем, ждет снайперов. Он
вынужден ждать их, потому что его сильно ненавидят и потому что кое-кто думает,
что в данной ситуации его можно подоить. По-моему, они здорово его подоили.
Думаю, у него не осталось ничего, кроме сейфа в Мехико с шестьюстами тысячами
долларов.
Улыбка с лица полковника Маркеса не сошла, но губы стали похожи на узкий шов.
Он встал, похлопал меня по плечу и сказал:
- Подождите меня здесь, пожалуйста.
Ждать пришлось двадцать минут. Он вернулся, дал сигнал бармену принести нам
выпить и объяснил:
- Я неожиданно вспомнил о телефонном звонке, который может предотвратить
маленькую ошибку в бухгалтерских расчетах. Мне очень нравится ваша игра.
- Благодарю. Предположим, после неприятностей откуда-то издалека отсюда в
Пуэрто-Альтамуру приезжает человек, который старается выяснить, кто, кому и что
пытается сделать. Пыль уже осела, и он не хочет поднимать ее в воздух снова. К какой
категории следует отнести маленькую леди с перерезанным горлом? Она привезла
сюда адвоката. Поэтому можно сказать, что ей нужна добыча. Может, тогда она
помогла с "Колумбиной", потому что боялась, как бы кое-что не произошло раньше
времени.
- А вы здесь зачем? - полюбопытствовал полковник Маркес.
- Хотел немного повеселиться и позагорать, полковник.
- Повеселиться, разглядывая фотографии на стенах конторы Хейнтза? Хейнтз
обязан стоять на защите интересов отеля, но он тоже считает, что это был уж слишком
громкий взрыв. Как по-вашему, а Таггарту не могло прийти в голову, что ему будет
спаться спокойнее, если с Мигуэлем и, возможно, с мисс Хичин произойдет одно из
тех несчастий, о которых вы так здорово рассказываете?
Маркес обладал весьма незаурядным гибким умом.
Я обдумывал его мысль секунд двадцать. У Сэма была возможность сделать это.
Если бомбу подложил действительно он, в том, что она так долго пролежала и
взорвалась, лишь когда поблизости оказалась Нора, была зловещая ирония.
- Нет. Это не в его стиле.
- Вы сделали игру неинтересной, - печально покачал головой мексиканец. -
Вы мне рассказали слишком много и очень быстро, Макги. Вы поведали мне о том,
что вы его очень хорошо знали и что он мертв.
- Я вам доверяю, полковник.
- Господи, все настолько необычно, что даже я теряюсь. Кстати, я сам себе редко
доверяю.
Меня так очаровал этот компьютер с лицом ацтека, что я решил заложить в него
очередную порцию информации.
- Мисс Гардино знала его лучше, чем я.
- Вот как! Значит, поклонение святым местам! Вы меня разочаровали, Макги.
Или я поторопился? Поклонение для мисс Гардино? А для вас добыча?
- Что-то в этом роде.
- Осталось разобраться в одной детали, но доказать это не удастся. Надеюсь, вам
это тоже покажется забавным. Таггарт и Альконедо сделали для дона Карлоса очень
грязную работу. Возможно, он им пообещал за нее слишком много денег. Ментерес
придумывает чертовски хитрый план. Он покидает дом и отправляется с Мигуэлем и
Таггартом на яхту. Карманы набиты чековыми книжками, а в "Каса Энкантаде" его
ждет старый преданный друг с машиной. Раздается очень громкий взрыв, и от отеля
отъезжает машина, в которой, скажем, под одеялом прячется дон Карлос. - Улыбка
Маркеса стала шире. - Но все это ужасно трудно устроить - слишком много
секретности, да? От напряжения сосудик в голове дона Карлоса лопается. Не может же
один человек исчезать так много раз!
- Сукин сын!
- Мне это тоже кажется забавным. Таггарт уехал с добычей. Он ведь мог уплыть
на этой яхте? Возможно, с мисс Хичин. Очень забавные комбинации. Ах да, вы завтра
можете улететь.
- Спасибо, - поблагодарил я.
- Будьте осторожны с репортерами. Нет нужды вновь поднимать пыль. Пусть она
осядет. Дона Карлоса с женой поместят в клинику. У нас маленькая проблема с
кубинцами Ментереса. Земельный синдикат найдет покупателя на дом. А теперь мне
захотелось предложить вам кое-что, Макги.
- Si, мой полковник.
- Господи, у вас ужасный акцент! Мне кажется, вы очень неугомонный человек.
Я думаю, вы не совсем хороший человек, но у вас отличная интуиция. Вы сейчас сами
себе представляетесь в черном свете, да? Я бы сказал, вы талантливый дилетант. Вы
американец, но взрослый, а не ребенок. В наши дни так редко удается встретить
взрослых американцев. Для вас мексиканцы из Пуэрто-Альтамуры люди, а не грязные
статисты, которыми мы снабжаем американские киностудии. У меня есть кое-какие
проблемы. Тампико, Акапулько, Мехико - три лика зла. Если вам скучно, я смог бы
найти для вас развлечения, но обещать официальную защиту я не могу. Я буду платить
вам из скудных фондов, которые мне выделяют. Сначала я устрою вам проверку.
- Я очень польщен, полковник. Спасибо, но нет.
- Не чувствуете никакого соблазна?
- По крайней мере, он не очень большой. Возможно, я занимаюсь подобными
делами лишь потому, что вовлечен в них в личном и эмоциональном плане,
полковник.
- Это и есть признак дилетантства. Но зачем устанавливать, что должно быть
первым, а что - вторым, мой друг? А затем, что у вас душа любителя, что вы
начинаете жалеть жертву и всегда сохраняете способность к ужасному праведному
гневу. Мое предложение, Макги, очень необычно, но грех упускать такого способного
человека.
- Можете наградить меня большой медалью за то, что я сделал здесь.
- Ну что вы так убиваетесь из-за нее? Если бы она не хотела рисковать, она бы
сюда не приехала. Ваша мисс Гардино могла остаться целой, даже если бы взорвались
тысячи яхт! Но эта оказалась тысяча первой.
- Вы меня переоцениваете, полковник.
- Вы что, хотите сказать, что для вас это дело еще не закончено?
- Возможно.
Маркес протянул руку.
- Когда закончите его... если останетесь живы... если у вас сохранится интерес,
напишите мне по этому адресу. Напишите просто, что хотите приехать в Мексику и
выпить со мной. К тому времени я буду знать о вас значительно больше, чем сейчас.
Но я не переоцениваю вас, Макги. Вы очень быстро и ловко обезоружили того парня в
"Трех брюхах". Когда-нибудь мне захочется узнать, как вы расправились с
доберманом. Когда будете уезжать, не забудьте взять интересные фотографии в лампе.
- Полковник, сейчас вы рисуетесь.
- Это отрицательное качество моего характера, - печально признался Маркес.
- Моя ахиллесова пята - тщеславие, а ваша - сентиментальность. Они обязательно
когда-нибудь погубят нас обоих, но давайте наслаждаться ими, пока еще есть время.
Buena suerte, amigo! И славной охоты! Бог даст, мы еще встретимся.
Глава 16
Прилетев в город ангелов , я испытывал приятное ощущение от того, что здесь
меня никто не знал. Выйдя из самолета в шесть часов, в семь я уже разгуливал по
бульвару Сансет, где надеялся решить кое-какие проблемы. К десяти в углу
переполненного кафе под названием "Пайп энд Баул" я, назвавшись Маком, моряком
по профессии, нашел нужных ребят. Они приняли меня в свою компанию и поручили
надо мной шефство одной из двух свободных девчонок. Ее звали Джунбаг. У нее было
веселое круглое лицо и коротко подстриженные каштановые волосы. При разговоре
она отчаянно жестикулировала. Короткое платье обрисовывало неплохую фигурку,
если не считать чересчур широкого зада. Джунбаг сразу же сообщила, что у нее есть
друг, который работает в Канаде.
- Джунбаг, сегодня вечером я славно погудел, и у меня остались деньги только на
сигареты.
- Мак, у меня есть пара баксов, если...
- Вопрос не только в деньгах, дорогая. Дело в том, что Лос-Анджелес не мой
город, а меня сегодня уволили. Ничего особенного. Просто у хозяина сложилось
неверное впечатление по поводу его жены и меня. Он велел мне убираться. Я собрал
вещи и ушел, но сейчас мне негде остановиться. Мои вещи лежат в камере хранения
на автостанции.
Она отодвинулась от меня как можно дальше, на целых шесть дюймов, выпятила
нижнюю губу и сказала:
- Если ты рассчитываешь переночевать у меня, приятель, учти, у меня мало
выпивки. Нет, сэр, не получится!
- Дорогая, поверь мне, ты очень соблазнительная женщина, но я в такие игры не
играю. Деньги мне выслали. Мне просто нужно место, где я мог бы их дождаться. Не
обязательно у тебя. Я подумал, может, тебе известно такое место. Как только придут
деньги, я тебе заплачу.
- И когда они придут? - недоверчиво полюбопытствовала Джунбаг.
- У этих часов золотой корпус, - сказал я, снял часы и протянул девчонке. -
Можешь их заложить.
- Мне не нужны твои часы. Послушай, я просто испугалась, что ты хочешь меня
надуть. О'кей? Возможно, у кого-нибудь из парней найдется свободная койка.
- Нет, это последнее средство. Может, кто-то на время уехал? Как насчет твоего
инженера?
- Не получится. Он живет с родными в Санта-Барбаре. Дай подумать. - Джунбаг
ущипнула себя за выпяченную губу и, нахмурившись, уставилась в стакан. Затем ее
лицо прояснилось, и она направилась к телефону. Вернувшись, села рядом и тоном
заговорщика сообщила: - Знаешь, мы с тобой будем соседями! Подружка, которой я
звонила, страшно разозлилась, что я ее разбудила, но Френсин оставила ей ключ.
- Кто такая Френсин?
- О, она уехала. Каждый год примерно в одно и то же время она уезжает на
месяц. У нее такая работа. Френсин вернется не раньше чем через пару недель.
Когда наша компания решила отправиться в другое место, мы с Джунбаг
откололись. У нее оказался маленький серый английский "форд". Машину Джунбаг
вела уверенно. Когда я вышел из здания автостанции и положил на заднее сиденье
сумки, она сказала:
- Знаешь, Мак, я чуть не уехала. Мне все это неожиданно показалось очень
глупым. Я тебя совсем не знаю...
- Я тоже боялся, что ты уедешь.
- Что бы ты тогда делал, малыш?
- Пришлось бы ночевать на автостанции.
- У меня такое впечатление, что я совершаю глупость.
- Ты умная женщина и знаешь, кому можно доверять, а кому нельзя, - успокоил
я ее.
- Да... пожалуй, все так и должно быть.
Дом находился в Буэна-Вилласе, недалеко от бульвара Беверли и Сити-Колледж.
Джунбаг затормозила перед домом номер 11. Пока я доставал сумки, она поднялась на
крыльцо и вытащила из почтового ящика ключ. После этого мы пересекли улицу по
диагонали и подошли к дому номер 28.
Вставив ключ в замок, Джунбаг повернулась ко мне и прошептала:
- Дорогой, только обещай, что мне не придется потом жалеть. Я имею в виду -
никаких огромных телефонных счетов, никакой грязи, никуда не лазать, ничего не
трогать. Я соврала Хани, что ключ взяла для подружки. Но она все равно долго не
хотела давать его.
- Можешь не беспокоиться, Джунбаг.
Мы вошли в дом. Джунбаг зажгла свет. Гостиная, спальня, кухня и ванная
комната. Я быстро все осмотрел. Сбоку окон нет, значит, днем будет темновато.
Френсин была ужасной хозяйкой. Джунбаг нашла пиво в маленьком дребезжащем,
холодильнике. Я согласился заплатить за все, что съем и выпью. Мы уселись на диван
в гостиной, и Джунбаг начала строить мне глазки. Она ожидала, что я клюну, а я знал,
что отреагирует она одним из трех способов: даст отпор, позволит все или до какогото
предела. Но у меня не было ни капельки любопытства узнать, какой из трех
способов она выберет.
Я начал бродить по своим новым владениям. На двуспальной кровати Френсин
оставила грязные простыни. В маленьком шкафчике в ванной я нашел чистые.
Повсюду попадались длинные белокурые волосы. Я постарался собрать их и выбросил
вместе с остатками сандвича с сыром, которые обнаружил на кухонном столе.
Несомненно, я - прирожденная ищейка. Порывшись в столе, я выяснил, что хозяйку
зовут Френсин Броудмастер, 27 лет, разведена. Мне попались несколько пачек писем
от разных мужчин, которые, наверное, были ей дороги, как память. Письма оказались
со множеством ошибок и сообщали такую массу почти клинических подробностей,
что я пришел в ужас.
Собрав всю разбросанную одежду хозяйки и затолкав ее в тумбочку, я распаковал
вещи и лег спать.
Итак, я стал городским кроликом, нашедшим себе норку.
Лежа на кровати миссис Броудмастер и прислушиваясь к ночным звукам, я
разбередил старую рану. "Прости меня, - были ее последние слова. - Прости за то,
что все испортила".
Потом меня обуяла дикая ярость. Мои пальцы сжались в кулаки, мышцы
напряглись. Подождите меня, мистер Томберлин. Не уезжайте!
В восемь утра жители Буэна-Вилласа начинали разъезжаться на работу, причем
делали это шумно. Они, похоже, не могли уехать, не хлопнув изо всех сил, минимум
три раза, дверцей автомобиля, не включив мотор до семи тысяч оборотов в минуту и
не переключив его со скрежетом на другую передачу. При этом громко визжали
шины. К девяти шум стихал, и я проспал еще с час, пока меня не разбудил телефон. Я
начал считать звонки, надеясь, что они прекратятся. Белый телефон стоял у кровати,
на мембране виднелись следы от губной помады. После 27-го звонка я убедился
окончательно, кто это, и снял трубку.
- Ну и крепко же ты спишь, приятель! - сказала Джунбаг.
- Я хотел убедиться, что это мне.
- А я уже начала думать, что ты очистил квартиру и дал деру.
- Что тут брать, дорогая? Грязное нижнее белье? Пластинки Эдди Фишера? Или
замечательный холодильник?
- Все в порядке? Хани не заходила перед работой проверить, для кого я взяла
ключ?
- Никто не приходил.
- Крошка, если я тебе понадоблюсь, попроси мисс Проктор. У тебя есть на чем
записать номер? Я дам тебе два: домашний и рабочий. Какие планы на вечер?
- Еще не знаю.
- Давай договоримся насчет телефона. Чтобы не ждать так долго в следующий
раз, я положу трубку после первого звонка и тут же наберу опять. О'кей?
- Отлично.
Одевшись, я сосчитал деньги, которые лежали в особом поясе. У меня оставалось
восемьсот долларов в пятидесятидолларовых купюрах. Половину я переложил в
бумажник. В Лодердейле у меня был счет, но я не хотел, чтобы здесь узнали мое
настоящее имя. Машина перед домом, судя по всему, принадлежала Френсин. Это был
"фалькон" песочного цвета. Через десять минут я нашел на столике в прихожей под
старыми счетами в вазе ключи. "Фалькон" был одной из четырех машин, оставшихся
во дворе. Мотор урчал глухо, но завелся нормально. Выбравшись из Буэна-Вилласа, я
заправился и накачал спустившее колесо. После завтрака нашел в кафе телефонный
справочник, но Калвина Томберлина в нем не оказалось. Я вспомнил, что мне
известно о нем. Миллионы доходов от недвижимости, оставленной матерью;
несколько особняков, включая дом в Кобблстоун-Маунтин; достаточно большая для
продолжительных путешествий яхта. Томберлин был страстным поклонником
предметов искусства и старины.
Я принялся обзванивать дорогие магазины. В "Вестерс оф Вилшайр" мне ответила
миссис Найт из отдела кредитов.
- Вас беспокоит мистер Свини из "Свини энд Доусон", миссис Найт. Мы
проверяем счета мистера Калвина Томберлина. Вы мне не подскажете, каким
кредитом он располагает у вас на сегодняшний день?
- Одну минуту, сэр.
Я принялся ждать. Если она захочет проверить меня по справочнику, то там есть
фирма "Свини энд Доусон". Если миссис Найт умнее, она сама перезвонит мне.
- Около восьми сотен долларов, мистер Свини. Наверное, вам нужна точная
цифра. Семьсот восемьдесят восемь долларов двадцать центов.
- Спасибо. Какой у вас банк?
- "Пасифик Нэшнл банк", сэр.
Я поблагодарил ее весьма формально, как это обычно делают дотошные
проверяющие, и позвонил в "Пасифик Нэшнл банк". Мне дали кредитный отдел, и я
попросил человека, занимающегося делами мистера Томберлина. Через несколько
минут к телефону подошла молодая женщина, которая холодно и осторожно сказала,
что ее зовут мисс Мирон.
- Мисс Мирон, мне очень неловко вас беспокоить. Это мистер Хармер из
кредитного отдела "Вестерс оф Вилшайр". У нас баланс по мистеру Томберлину в
размере семисот восьмидесяти восьми долларов двадцати центов. Вас не затруднит
проверить?
...Закладка в соц.сетях
