Жанр: Триллер
Маска
...а необычной, если не сказать неприятной. Ему в
голову неожиданно пришла мысль о том, что девочка может представлять для них с
Кэрол какую-то угрозу.
"Ну это уж слишком, - подумал Пол. - Чушь какая-то. Видимо, я устал гораздо
сильнее, чем мне казалось. И логика мне уже не подвластна. Какую угрозу может
представлять Джейн? Она такая милая девочка. Замечательная девочка".
Вздохнув, он повернулся и стал думать о своем первом романе (том, что оказался
неудачным), и это быстро навеяло на него сон.
В час ночи Грейс Митовски, сидя в кровати, смотрела поздний фильм по своему
портативному "Сони". Она видела, что главные герои вели на экране какой-то
остроумный диалог, но не слышала ни слова из того, что они говорили. Не прошло и
нескольких минут с момента начала фильма, как она совершенно отвлеклась от него.
Она вспоминала Леонарда, своего мужа, умершего от рака восемнадцать лет назад.
Он был интересным человеком, трудолюбивым, с открытой душой и любящим
сердцем, прекрасным собеседником. Она очень любила его.
Однако Леонарда любили далеко не все. Разумеется, он не был лишен недостатков.
Самым большим из них была его нетерпимость и связанная с ней язвительность. Он не
выносил лентяев, равнодушных, невеж и дураков. "А это - две трети человечества",
- частенько повторял он, когда его что-то заедало. Будучи откровенным человеком и
не страдая от избытка тактичности, он прямо говорил людям, что о них думает. В
результате в его жизни в значительной степени отсутствовал обман, но было полно
врагов.
Мог ли кто-то из тех врагов звонить ей, выдавая себя за Леонарда? Больной
человек, мучая вдову Леонарда, мог бы получать не меньше удовольствия, чем если бы
он издевался над самим Леонардом. Не исключено, что он испытывает наслаждение,
отравляя ее кота и изводя ее идиотскими телефонными звонками.
Но ведь прошло уже восемнадцать лет! Кто же мог так хорошо запомнить голос
Леонарда, чтобы с такой точностью имитировать его после стольких лет? Она,
естественно, была единственным в мире человеком, который мог по-прежнему с
одного-двух слов узнать этот голос. И при чем тут Кэрол? Кэрол появилась в жизни
Грейс через три года после смерти Леонарда; он ничего и не знал об этой девушке. И
какое дело до Кэрол его врагам? Что мог иметь в виду тот, кто звонил, когда называл
Кэрол Уиллой? И самым тревожным казалось то, что звонивший откуда-то знал, что
она как раз приготовила запеченные яблоки.
Могло быть и еще одно объяснение, о котором Грейс всячески старалась не думать.
Возможно, звонивший и не был старым врагом Леонарда. Возможно, это был
действительно звонок от Леонарда. От мертвеца.
- Нет. Этого не может быть.
- Многие верят в призраков.
- Но я - нет.
Она вспомнила о своих снах на прошлой неделе. Тогда она не верила в
пророческие сны. А теперь поверила. Так, может, поверить и в призраков?
Нет. Она была здравомыслящей женщиной, вела размеренную упорядоченную
жизнь, занималась наукой и всегда считала, что все можно объяснить с научной точки
зрения. И теперь, в возрасте семидесяти лет, если она поверит в существование
привидений при всем ее здравомыслии, она может оказаться на пороге безумия. Если
ты действительно веришь в привидения, то что дальше? Вампиры? Может, стоит
повсюду таскать с собой остро заточенный кол и распятие? Или оборотни? Тогда
лучше купить упаковку серебряных пуль. А может быть, злобные карлики, живущие
под землей и вызывающие землетрясения и извержения вулканов? Ну конечно! А что?
Грейс тоскливо усмехнулась.
Она не могла просто так взять и поверить в призраков, так как вера в этот
предрассудок повлекла бы за собой веру и в бесчисленное множество других. Она уже
не в том возрасте, у нее уже слишком устоявшиеся взгляды, чтобы сейчас коренным
образом их менять. Естественно, она не будет делать такую невероятную переоценку
только из-за двух нелепых телефонных звонков.
Теперь оставалось решить только одно: стоит ли говорить Кэрол о том, что кто-то
изводит ее, упоминая при этом имя Кэрол. Она попыталась представить, как это будет
выглядеть, когда она начнет объяснять свои предположения по поводу телефонных
звонков и Аристофана которому подбрасывают яд или наркотики. Вряд ли это
прозвучит привычно из уст той Грейс Митовски, какую все знают. Она будет похожа
на старую истеричку, которой за каждой дверью и под каждой кроватью мерещатся
несуществующие заговорщики.
Еще решат, что у нее начинается маразм.
"А может, так и есть? - засомневалась Грейс. - Уж не придумала ли я все эти
телефонные звонки? Нет. Абсолютно точно нет".
И перемена в Аристофане тоже не была вымышлена ею. Она посмотрела на свою
ладонь со следами когтей; они по-прежнему были красными и распухшими. Вот и
доказательство. Эти следы являлись подтверждением того, что что-то не так.
"Я не маразматичка, - сказала она себе. - Нисколечко. Однако я вовсе не хочу
убеждать Кэрол или Пола, что у меня с головой все в порядке, после того как я
расскажу им о том, что мне звонил Леонард. Не стоит пока спешить. Надо подождать.
Посмотрим, что будет дальше. Что бы там ни было, я сама смогу с этим разобраться. Я
справлюсь".
На экране "Сони" главные герои фильма улыбнулись друг другу.
Проснувшись среди ночи, Джейн поняла, что бродила во сне. Она оказалась на
кухне, но не могла вспомнить, как встала с постели и спустилась вниз.
На кухне была тишина. Единственным звуком казалось тихое урчание
холодильника. Светила лишь луна, но, поскольку она находилась в фазе полнолуния,
было достаточно светло.
Джейн стояла возле столика неподалеку от раковины. Открыв один из ящиков, она
вынула оттуда разделочный нож.
Она смотрела на нож и не понимала, как он мог оказаться у нее в руке.
Холодное лезвие тускло поблескивало в лунном свете.
Она положила нож обратно в ящик.
Закрыла ящик.
Она сжимала нож с такой силой, что теперь у нее болела рука.
"Зачем мне понадобился нож?"
По спине, подобно многоножке, пробежал холодок.
Ее голые руки и ноги покрылись мурашками, и она вдруг поняла, что на ней были
лишь маечка, трусики и гольфы.
С резким постукиванием отключился холодильник, и от этого звука она, вздрогнув,
обернулась.
В доме воцарилась неестественная тишина. Ей уже стало казаться, что она оглохла.
"Что же я делала с ножом?"
Она обхватила себя руками, чтобы избавиться от пробиравшего ее озноба.
Может быть, ей снилось что-нибудь связанное с едой и она спустилась сюда во сне,
чтобы сделать себе сандвич? Ну да. Вероятно, все так и произошло. Она действительно
была немного голодна. Вот она и вытащила нож из ящика, чтобы отрезать себе кусочек
ростбифа для сандвича. В холодильнике лежал ростбиф. Она заметила его, когда
помогала Кэрол и Полу готовить ужин.
Но сейчас ей, похоже, уже не хотелось ни сандвича, ни чего-либо другого. Ее
голые ноги мерзли все сильнее, в тонких трусиках и маечке она чувствовала себя
неприлично раздетой. Ей хотелось лишь поскорее оказаться в постели под одеялом.
Поднимаясь в темноте по лестнице, Джейн держалась ближе к стене: так было
меньше вероятности, что ступени заскрипят. Никого не разбудив, она вернулась в свою
комнату.
Где-то на улице завыла собака.
Джейн юркнула под одеяло.
Какое-то время она никак не могла уснуть, чувствуя себя виноватой в том, что
украдкой ходила по дому, пока супруги Трейси спали. Она чувствовала себя воришкой.
Она чувствовала себя так, будто воспользовалась их гостеприимством.
Конечно, это было глупо. Она не собиралась ничего высматривать. Все это
случилось во сне, а в таком состоянии человек не может контролировать свои
действия.
Просто все было во сне.
8
Главным объектом внимания в кабинете Кэрол Трейси был Микки Маус. Эта
достопримечательность располагалась на полках, которыми была увешана одна
длинная стена комнаты. Там были пуговицы с Микки Маусом, заколки, наручные
часы, пряжки ремней, телефон в виде Микки Мауса, бокалы с изображением
знаменитого мышонка, пивная кружка с Микки Маусом, одетым в тирольскую одежду.
Но в основном коллекция состояла из фигурок мультзвезды: Микки возле маленькой
красной машины; свернувшийся калачиком, спящий Микки в полосатой пижаме;
Микки, танцующий джигу; Микки с Минни, Микки с Гуфи; Микки со штангой; Микки
с Плюто; Микки и Дональд Дак обнимают друг друга за плечи, как лучшие друзья;
Микки верхом на лошади с ковбойской шляпой в лапе, одетой в белую перчатку;
Микки - солдат; Микки - моряк; Микки - доктор; Микки в плавках, держащий
доску для серфинга. Тут были и деревянные, и металлические, и гипсовые, и
фарфоровые, и пластмассовые, и стеклянные, и глиняные фигурки Микки; некоторые
из них были до фута высотой, некоторые - лишь дюймовые, но большинство было
средних размеров. Эти сотни Микки были схожи лишь в одном - все они широко
улыбались.
Коллекция не оставляла равнодушным никого из пациентов. Никто не мог устоять
перед Микки Маусом.
В этом смысле Джейн ничем не отличалась от всех других посетителей этого
кабинета. Радостно смеясь, она то охала, то ахала. К тому времени, когда девочка,
закончив восторгаться коллекцией, уселась в одно из больших кожаных кресел, она
была готова к сеансу; от напряжения и настороженности не осталось и следа. Микки в
очередной раз сотворил свое чудо.
Кушетки в кабинете Кэрол не было. Она предпочитала проводить сеансы, сидя в
кресле с подголовником, усадив пациента в аналогичное кресло по другую сторону
восьмиугольного стола. Шторы всегда были наглухо задернуты; торшеры наполняли
комнату мягким золотистым светом. За исключением стены с Микки Маусами, в
комнате царила атмосфера девятнадцатого века.
Поговорив пару минут о коллекции, Кэрол затем сказала:
- Ну что ж, милая. Я думаю, нам пора начинать.
Девочка обеспокоенно наморщила лоб:
- Вы правда думаете, что этот гипноз может оказаться полезным?
- Да. Я считаю, что это лучшее средство для оживления твоей памяти. Не
волнуйся. Это простая процедура Ты лишь расслабься и не противься мне. Хорошо?
- Ну что ж... хорошо.
Поднявшись, Кэрол обошла столик, и Джейн тоже было начала вставать.
- Нет, ты сиди, - сказала Кэрол.
Обойдя кресло, она приложила кончики пальцев к вискам девушки.
- Расслабься, милая. Откинься на спинку. Руки на колени. Ладонями вверх,
пальцы свободно разжаты. Отлично. А теперь закрой глаза. Закрыла?
- Да.
- Хорошо. Очень хорошо. А теперь я хочу, чтобы ты представила себе бумажного
змея. Большого, напоминающего по форме бриллиант. Вообрази его. Большущий
голубой бумажный змей летит высоко в синем небе. Видишь его?
- Да, - ответила девушка после некоторой паузы.
- Следи за этим змеем, милая. Смотри, как плавно он то взмывает вверх, то падает
вниз. Взмывает и падает, вверх-вниз, вверх-вниз, туда-сюда, он так красиво парит
высоко над землей, посередине между облаками и землей, высоко-высоко над головой.
- Кэрол продолжала говорить мягким, спокойным, ровным голосом, глядя на густые
светлые волосы девушки. - Пока ты наблюдаешь за змеем, ты сама постепенно
становишься такой же легкой и свободной. Ты научишься парить высоко-высоко в
небе, как этот воздушный змей. - Кончиками пальцев она круговыми движениями
слегка массировала виски девушки. - Все напряжение покидает тебя, все заботы и
печали уплывают прочь, и ты думаешь только об этом змее, бумажном змее в синем
небе. Тяжесть ушла из твоей головы, лба и висков. Ты уже чувствуешь себя намного
легче. - Ее руки опустились девочке на шею. - Мышцы шеи расслаблены.
Напряжение исчезает. Тяжесть уходит. Ты становишься такой легкой, что тебе
кажется, что ты поднимаешься к змею... вот... уже... почти... - Она опустила руки
девушки на плечи. - Расслабься. Пусть исчезнет напряжение. Пусть оно отпадет как
ненужный груз. Ты становишься все легче и легче. С груди тоже свалилась тяжесть. И
вот ты уже летишь. Всего в нескольких дюймах от земли, но летишь.
- Да... лечу... - проговорила Джейн глуховатым голосом.
- Змей парит выше, но ты медленно, постепенно поднимаешься к нему...
Она продолжала говорить еще с минуту, потом вернулась к своему креслу и села.
Джейн полулежала в кресле напротив, ее голова склонилась набок, глаза закрыты,
лицо безмятежно и расслаблено, дыхание мягкое и спокойное.
- Ты в очень глубоком сне, - сказала ей Кэрол. - Спокойно и крепко спишь.
Понимаешь?
- Да, - пробормотала девушка.
- Ты ответишь мне на несколько вопросов.
- Хорошо.
- Ты будешь спать и отвечать на мои вопросы до тех пор, пока я не скажу тебе,
что пора просыпаться. Понятно?
- Да.
- Хорошо. Очень хорошо. А теперь скажи мне, как тебя зовут?
Девушка не отвечала.
- Как тебя зовут, милая?
- Джейн.
- Это твое настоящее имя?
- Нет.
- А какое твое настоящее имя?
Джейн нахмурилась.
- Я... не помню.
- Откуда ты?
- Больница.
- А что было до нее?
- Ничего.
В уголке рта девочки заблестела капелька слюны. Она лениво слизнула ее.
Кэрол спросила:
- Милая, ты помнишь те часы с Микки Маусом, которые ты рассматривала
несколько минут назад?
- Да.
- Вот я их взяла с полки, - сказала Кэрол, не двигаясь с места, - и теперь
поворачиваю стрелки назад по циферблату - раз, еще раз - назад и назад. Ты
видишь, как на часах с Микки Маусом стрелки движутся назад?
- Да.
- И вот происходит нечто необычное. Само время вместе со стрелками тоже
пошло назад. Уже не четверть двенадцатого. Теперь одиннадцать часов. Это
волшебные часы. Они управляют временем. И вот уже десять часов утра... девять
часов... восемь часов... Посмотри вокруг. Где ты сейчас?
Девочка открыла глаза. Ее взгляд был сосредоточен на чем-то далеком.
- Гм... кухня, - произнесла она. - Да. Завтрак. О, какой замечательный вкусный
бекон.
Кэрол постепенно возвращала ее во времени к дням, проведенным ею в больнице,
и наконец к прошлому четвергу, когда произошел несчастный случай. Девочка
зажмурилась, переживая момент столкновения, и вскрикнула. Кэрол успокоила ее, и
они вернулись еще на несколько минут.
- Ты стоишь на тротуаре, - сказала Кэрол, - одетая лишь в джинсы и блузку.
Дождь. Холодно.
Девушка опять закрыла глаза. Она дрожала.
- Как тебя зовут? - спросила Кэрол.
Молчание.
- Как тебя зовут, милая?
- Я не знаю.
- Где ты только что была?
- Нигде.
- Ты хочешь сказать, что у тебя амнезия?
- Да.
- Уже до аварии?
- Да.
Несмотря на свою тревогу по поводу состояния девочки, Кэрол все же с
облегчением для себя отметила, что не она была ему виной. Она на какое-то мгновение
почувствовала себя тем голубым змеем, способным взмыть ввысь и парить в небе.
- Хорошо, - сказала она. - Ты собираешься шагнуть на проезжую часть. Ты
просто хочешь перейти улицу или ты хочешь пройти прямо перед носом у машины?
- Я... не знаю...
- Что ты чувствуешь? Ты счастлива? Подавлена? Или тебе все безразлично?
- Мне страшно, - пролепетала девочка дрожащим голосом.
- Почему тебе страшно?
Молчание.
- Чего ты боишься?
- Уже приближается.
- Что приближается?
- Позади меня!
- Что позади тебя?
Девушка вновь открыла глаза. Она по-прежнему смотрела куда-то вдаль, но теперь
ее глаза были полны ужаса.
- Что же позади тебя? - повторила Кэрол.
- О Господи! - жалобно воскликнула девочка.
- Что такое?
- Нет, нет.
Она потрясла головой. Ее лицо стало мертвенно-бледным.
Не вставая со стула, Кэрол подалась вперед.
- Расслабься, милая. Ты расслабишься и успокоишься. Закрой глаза. Ты
спокойна... как тот воздушный змей... высоко-высоко... ты паришь... тебе тепло.
Напряжение исчезло с лица Джейн.
- Ну вот и хорошо, - сказала Кэрол. - Оставайся спокойной, спокойной и
расслабленной, ты расскажешь мне, чего ты боишься.
Девочка ничего не ответила.
- Чего ты испугалась, милая? Что позади тебя?
- Что-то...
- Что же?
- Что-то...
- Поточнее, - терпеливо сказала Кэрол.
- Я... не знаю, что это... но оно приближается, и... мне страшно.
- Ну ладно. Давай-ка вернемся еще немного назад.
При помощи воображаемых стрелок на часах с Микки Маусом она вернула
девушку еще на целый день дальше в прошлое.
- Ну а теперь посмотри вокруг. Где ты?
- Нигде.
- Что ты видишь?
- Ничего.
- Должно же там что-то быть, милая.
- Темнота.
- Ты в темной комнате?
- Нет.
- В этой темноте есть стены?
- Нет.
- Ты на улице ночью?
- Нет.
Она вернула девушку в прошлое еще на один день.
- Ну а что ты видишь теперь?
- Все ту же темноту.
- Должно быть что-то еще.
- Нет.
- Открой глаза, милая.
Девочка послушалась. Взгляд ее голубых глаз был отсутствующим, стеклянным.
- Ничего.
Кэрол нахмурилась.
- Ты сидишь или стоишь в этом темном месте?
- Я не знаю.
- Что ты чувствуешь под собой? Стул? Пол? Кровать?
- Ничего.
- Нагнись. Дотронься до пола.
- Здесь нет пола.
Смущенная, не зная, как дальше продолжать сеанс, Кэрол поерзала в кресле и
посмотрела на девушку, обдумывая, что ей теперь делать.
Через несколько секунд веки Джейн задрожали и она закрыла глаза.
Наконец Кэрол сказала:
- Хорошо. Я вновь поворачиваю стрелки часов назад. Время пошло вспять. Так
будет продолжаться час за часом, день за днем, все быстрее и быстрее, до тех пор, пока
ты меня не остановишь. Я хочу, чтобы ты остановила меня лишь тогда, когда ты
выйдешь из темноты и сможешь сказать мне, где ты находишься. Итак, я поворачиваю
стрелки. Назад... еще назад...
Десять секунд прошло в тишине. Двадцать. Тридцать.
Минуту спустя Кэрол спросила:
- Где ты?
- Пока нигде.
- Тогда иди дальше. Возвращайся во времени...
Еще через минуту Кэрол уже начала думать, что что-то не так. Ее охватило
волнение, что она теряет контроль над ситуацией и подвергает свою пациентку какойто
непредвиденной опасности. Но когда она уже собралась было прекращать
регрессию и вернуть девушку в настоящее, Джейн наконец заговорила.
Она вскочила с кресла на ноги, размахивая руками и крича:
- Помогите мне! Кто-нибудь! Мама! Тетя Ракель! Ради Бога, помогите!
Это был голос не Джейн. Слова вылетали из ее рта, произносились ее языком и
губами, но голос был совершенно не ее. Он не был просто искажен паникой. Это был
совершенно чужой голос. У него были свои характерные особенности, своя интонация,
свой тембр.
- Я же умру здесь! Помогите! Вытащите меня отсюда!
Кэрол тоже вскочила на ноги.
- Хватит, милая, все. Успокойся.
- Я горю! Я вся горю! - истошно кричала девочка и била себя по одежде, словно
стараясь потушить пламя.
- Нет! - решительно сказала Кэрол. Она обошла столик, и ей удалось схватить
девушку за руку, несмотря на то, что по ней пришлось несколько скользящих ударов.
Джейн дергалась, пытаясь вырваться.
Не отпуская ее, Кэрол начала тихо, но настойчиво успокаивать девушку.
Джейн перестала сопротивляться, но стала жадно хватать ртом воздух и хрипеть.
- Дым, - задыхаясь, произнесла она. - Как много дыма.
Кэрол разубедила ее и в этом и постепенно вывела ее из истерического состояния.
Наконец Джейн вновь опустилась в кресло. Она казалась мертвенно-бледной, и ее
лоб был усеян капельками пота. Взгляд ее голубых глаз, устремленных куда-то вдаль, в
прошлое, был мучительно тревожным.
Опустившись возле кресла на колени, Кэрол взяла девушку за руку.
- Ты слышишь меня, милая?
- Да.
- С тобой все в порядке?
- Я боюсь...
- Нет никакого огня.
- Но был. Повсюду. - Девочка продолжала говорить не своим голосом.
- Уже больше нет. Никакого пламени.
- Раз вы так говорите...
- Да. Именно так. А теперь скажи мне твое имя.
- Лора.
- Ты помнишь свою фамилию?
- Лора Хейвенсвуд.
Кэрол торжествовала. Ее щеки зарделись.
- Очень хорошо. Просто замечательно. Где ты живешь, Лора?
- В Шиппенсбурге.
Шиппенсбург был маленьким городишком в часе езды от Гаррисберга: тихое,
приятное местечко, где находился один из известных колледжей штата, окруженное
многочисленными фермерскими хозяйствами.
- Ты помнишь свой адрес в Шиппенсбурге? - спросила Кэрол.
- Это загородный дом. Он стоит на улице. Неподалеку от Уолнат Ботом-Роуд.
- Значит, если понадобится, ты могла бы мне его показать?
- Ну конечно. Красивое местечко. На обочине проселочной дороги стоят два
каменных столба, от них и начинается наша земля. К дому ведет длинная дорожка, по
обеим сторонам которой растут клены, а дом окружен большими дубами. Благодаря
этим деревьям летом там прохладно.
- А как зовут твоего отца?
- Николас.
- А какой у него телефон?
Девушка нахмурилась.
- У него - что?
- Какой у вас номер телефона?
Девушка покачала головой.
- Я не понимаю, о чем вы?
- У вас в доме есть телефон?
- А что такое телефон? - спросила девушка.
Кэрол в недоумении уставилась на нее. В состоянии гипноза человек не способен
что-то скрывать или притворяться подобным образом. Обдумывая, как ей быть дальше,
она заметила, что Лорой вновь овладевает беспокойство. На лбу появились морщины,
глаза округлились. Ей опять стало трудно дышать.
- Лора, слушай, меня. Ты спокойна. Ты расслабляешься и...
Девочка стала отчаянно извиваться в кресле. Часто дыша, она с криками сползла с
кресла и скатилась на пол, задев столик и отпихнув его в сторону. Извиваясь и дрожа,
она словно билась в эпилептическом припадке, хотя это было не так; она что-то
отчаянно стряхивала с себя, ей вновь казалось, что она горит. Она звала кого-то по
имени Ракель и задыхалась в несуществующем дыму.
Кэрол понадобилась почти целая минута, чтобы успокоить ее, что указывало на
потерю контроля над ситуацией, так как обычно гипнотизеру нужны на это считанные
секунды. Очевидно, Лоре довелось пережить какой-то жуткий пожар или в огне сгорел
кто-то из ее близких. Кэрол хотелось продолжить сеанс и узнать, что же на самом деле
произошло, но сейчас было не время. После того как ей так долго пришлось
успокаивать своего пациента, она понимала, что сеанс следует поскорее закончить.
Когда Лора вновь сидела в своем кресле, Кэрол, подсев рядом, попросила ее
вспомнить все, что происходило и говорилось во время сеанса. Затем она вернула
девушку в настоящее и вывела из транса.
Вытерев влажный уголок глаза, девушка потрясла головой и откашлялась. Потом,
посмотрев на Кэрол, она сказала:
- Наверное, ничего не получилось, а?
Это вновь была Джейн; голос Лоры исчез.
Но почему же в первую очередь изменился ее голос? Кэрол не могла этого понять.
- Ты ничего не помнишь, что было? - спросила Кэрол.
- А что я могла запомнить? Этот разговор о голубом змее? Я поняла, что вы
пытались сделать, как вы старались ввести меня в транс, поэтому-то мне кажется,
ничего и не вышло.
- Наоборот, получилось, - возразила Кэрол. - И тебе нужно все вспомнить.
Взгляд девочки был полон недоверия.
- Что - все? Что произошло? Что вы узнали?
Кэрол внимательно смотрела на нее.
- Лора.
Девочка даже не моргнула. Она просто выглядела растерянной.
- Тебя зовут Лора.
- Кто сказал?
- Ты.
- Лора? Нет. По-моему, нет.
- Лора Хейвенсвуд, - сказала Кэрол.
Девочка наморщила лоб.
- Что-то это не вызывает никакого отклика в моей памяти.
Удивившись, Кэрол продолжила:
- Ты сказала мне, что живешь в Шиппенсбурге.
- А где это?
- Примерно в часе езды отсюда.
- Никогда не слышала.
- Ты живешь в загородном доме. На въезде в частное хозяйство твоего отца стоят
каменные столбы, возле них начинается длинная дорожка, по обеим сторонам которой
растут клены. Вот что ты рассказала мне, и я не сомневаюсь, что все именно так и есть.
В состоянии гипноза практически невозможно обманывать или давать ложные ответы.
Кроме того, тебе просто незачем меня обманывать. Терять тебе нечего, а пользу
преодоление этого барьера памяти принести может.
- Возможно, я и Лора Хейвенсвуд, - проговорила девочка. - Возможно, все, что
я рассказала вам в трансе, и правда. Но я не могу этого вспомнить, и, когда вы говорите
мне, кто я, это для меня совершенно ничего не значит. Господи, я считала, что, как
только я вспомню свое имя, все тут же встанет на свои места. Однако это по-прежнему
все та же пустота. Лора, Шиппенсбург, загородный дом - я не вижу здесь никакой
связи со мной.
Кэрол все еще сидела возле кресла девочки. Наконец она поднялась, чувствуя, как
затекли ноги.
- Мне никогда не доводилось видеть ничего подобного. И насколько мне
известно, о такой реакции еще ни в какой литературе не упоминалось. Когда пациент
поддается гипнозу и когда его удается вернуть к моменту пережитой им травмы,
эффект всегда весьма ощутим. А на тебя это совершенно не подействовало. Очень
странно. Если ты что-то вспомнила под гипнозом, то должна сейчас это помнить. А уж
твое имя наверняка должно было открыть для тебя прошлое.
- Но не открыло.
- Странно...
Девочка подняла на нее глаза:
- Что же теперь?
Немного задумавшись, Кэрол сказала:
- Думаю, нам нужно обратиться за помощью к властям, чтобы узнать, живут ли
там на самом деле Хейвенсвуды.
Подойдя к столу, она взяла трубку и набрала номер гаррисбергской полиции.
Диспетчер соединил ее с неким Линкольном Уэртом, детективом, занимавшимся
делами, связанными с розыском пропавших людей, который вел дело Джейн Доу. С
интересом выслушав Кэрол, он пообещал немедленно все проверить и перезвонить,
как только узнает что-нибудь о Хейвенсвудах.
Четыре часа спустя, в 3.55, после того как Кэрол попрощалась со своим последним
пациентом и они с девочкой уже собрались уходить домой, перезвонил Линкольн
Уэрт. Кэрол взяла трубку, а Джейн, заметно нервничая, примостилась на краешке
стола.
- Доктор Трейси, - начал Уэрт, - я весь день звонил в шиппенсбургскую
полицию и офис шерифа. К сожалению, должен вам сообщить, что все оказалось
бесполезно.
- Это какая-то ошибка.
- Нет. Мы не можем найти никаких Хейвенсвудов ни в Шиппенсбурге, ни в его
окрестностях. Телефон на их имя тоже не зарегистрирован и...
- Может быть, у них просто нет телефона.
- Разумеется, мы предусмотрели и это, - сказал Уэрт. - Мы не делаем
поспешных выводов, поверьте. Мы, например, связались и с энергетической
компанией, узнали, что и у них не значатся клиенты по имени Хейвенсвуд во всем
округе Камберленд. Однако мы и на этом не успокоились. Мы предположили, что те,
кого мы ищем, могут оказаться эмишами . В те
...Закладка в соц.сетях
