Жанр: Триллер
Дом грома
...иллауоке, штат Орегон, по-видимому,
жили по каким-то своим, особым законам.
В доме было темно, хоть глаз выколи.
Оказалось, что здесь не так уж тепло. Дом, видимо, совершенно не отапливался.
Сюзанна прошла вдоль стенки и добралась до входной двери. Нащупала выключатель,
включила свет.
От яркого освещения она заморгала. Потом ей пришлось заморгать от удивления, дом
пастора оказался изнутри совсем не таким, каким она его себе представляла. Ничто даже близко
не напоминало старый добрый викторианский стиль. Дом оказался обыкновенным складом. Все
пространство внутри занимал большой зал высотой в два этажа, не было ни перегородок, ни
перекрытий. Под потолком были подвешены декорации из папье-маше, предназначенные,
очевидно, для празднования Рождества, а весь пол зала был уставлен коробками,
нагроможденными одна на другую. Коробки были картонными, деревянными, железными и
были расставлены в аккуратные ряды с узкими проходами между ними.
Не в силах оправиться от изумления, Сюзанна стала бродить по складу. Открыв пару
железных высоких ящиков, она обнаружила в них множество черных строгих платьев, такие
обычно надевают участницы церковных хоров. Каждое платье было подвешено на вешалке и
укутано в пластмассовый мешок. В третьем ящике оказалась одежда для Санта-Клауса,
несколько комплектов одеяний для других церковных праздников. В стоящих рядом картонных
коробках, судя по имевшимся на них надписям, находились книги для богослужений.
Безусловно, все эти вещи должны были храниться при каждой церкви. Вот только место
было выбрано какое-то странное - дом пастора.
Но вскоре Сюзанна обнаружила массу других вещей. Они не имели никакого отношения к
церкви, и коллекция их производила какое-то дикое впечатление.
Несколько тысяч коробок и ящиков, заполнявших большую часть склада, были набиты
всякого рода одеждой. Целый исторический музей! Примерно на сотне ящиков имелась
следующая надпись:
АМЕРИКАНСКАЯ МОДА
ЖЕНСКИЕ ПЛАТЬЯ
1960 - 1964
(ЭПОХА КЕННЕДИ)
Другой ряд, с меньшим количеством ящиков, судя по надписи, представлял собой
комплекты мужской одежды:
АМЕРИКАНСКАЯ МОДА
МУЖСКИЕ КОСТЮМЫ И ГАЛСТУКИ
1960-1964
(ЭПОХА КЕННЕДИ)
Рядом располагались другие ящики с комплектами женской, мужской и детской одежды.
Они отражали повороты американской моды 60-х и 70-х годов. Несколько ящиков содержали
одежду специфических социальных групп:
АМЕРИКАНСКАЯ МОДА
МУЖСКАЯ И ЖЕНСКАЯ ОДЕЖДА
ДВИЖЕНИЕ ХИППИ
Видимо, все эти горы одежды были предназначены не только для отправки в другие
страны для помощи неимущим. Судя по всему, местная церковь собирала эту одежду для
реализации какого-то проекта в области культуры.
Однако на обычный музей истории моды это было не похоже. Такого количества одежды
хватило бы, чтобы одеть сотни людей.
Это выглядело так, словно все жители города, сговорившись, решили не выбрасывать
старую одежду, а тщательно складывать ее, возможно, в надежде, что мода когда-нибудь
вернется к старым образцам и эту одежду снова можно будет носить. Неужели такое возможно?
Тем более в Америке, где законодатели моды и производители одежды всегда готовы
удовлетворить любые вкусы. Что же это за сообщество людей, которое взялось за столь
масштабный проект?
На такое способны только роботы.
Или муравьи.
Чем дольше Сюзанна ходила по складу, тем больше росло в ней изумление перед этой
странной коллекцией.
Она обнаружила в углу несколько коробок с надписями: НЕОФИЦИАЛЬНЫЕ
ПРАЗДНИКИ - ХЭЛЛОУИН. Открыв наугад пару коробок, она увидела, что они до краев
заполнены масками - здесь были маски ведьм, гоблинов, гномов, вампиров, оборотней. Здесь
также были прочие атрибуты - флажки, фонарики, вырезанные из бумаги фигурки. Этого
количества с лихвой хватило бы не только прихожанам церкви, но и всему городу.
Далее шли ряды коробок со следующими надписями:
НЕОФИЦИАЛЬНЫЕ ПРАЗДНИКИ:
ДЕНЬ СВ. ВАЛЕНТИНА
ОФИЦИАЛЬНЫЙ ПРАЗДНИК:
РОЖДЕСТВО
ОФИЦИАЛЬНЫЙ ПРАЗДНИК:
НОВЫЙ ГОД
ОФИЦИАЛЬНЫЙ ПРАЗДНИК:
ДЕНЬ НЕЗАВИСИМОСТИ
ОФИЦИАЛЬНЫЙ ПРАЗДНИК:
ДЕНЬ БЛАГОДАРЕНИЯ
СЕМЕЙНЫЙ ПРАЗДНИК:
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ
СЕМЕЙНЫЙ ПРАЗДНИК:
ДЕНЬ СВАДЬБЫ
СЕМЕЙНЫЙ ПРАЗДНИК:
БАР МИЦАВ
СЕМЕЙНЫЙ ПРАЗДНИК:
ДЕНЬ ОКОНЧАНИЯ ИНСТИТУТА
Сюзанна наконец прекратила свои прогулки по складу, так как поняла, что среди этих
коробок она не найдет ответа на вопрос, откуда они взялись и зачем они здесь.
Возникали лишь новые вопросы. Этот странный город все больше угнетал ее, действовал
на нервы. Она будто попала подобно Алисе, в Страну чудес. Правда, эта страна была еще более
странная, чем в сказке, и гораздо менее гостеприимная. С какой стати принадлежности для
еврейского праздника бар мицав сложены в лютеранской кирке? А разве не странно видеть
атрибуты для семейных праздников в таком месте? Например, вот эти плакаты с обнаженными
девицами, скатерти с непотребными сценами на них. Все это для вечера, на котором веселятся
расшалившиеся выпускники институтов. Но зачем это здесь, в двух шагах от церкви? Может
быть, это и не дом пастора и не существует в природе никакого преподобного Поттера Б.
Кинфилда? Может быть, действительно в этом городе живут четыре тысячи скряг, которые не
выбрасывают ни одной старой вещи? Что вообще происходит в этом городе? Здесь только на
первый взгляд чисто и спокойно. Но если приглядеться, на каждом шагу увидишь весьма и
весьма странную картину.
Может быть, и остальные дома изнутри вовсе не такие, какими они кажутся снаружи?
Сюзанна прошла уже практически по всем рядам и сейчас вернулась к входной двери. Ей
было не по себе, кружилась голова, подкашивались ноги. Она уже с трудом верила, что
когда-нибудь ей удастся выбраться из этой странной Страны чудес.
По-видимому, шансов на это почти нет.
Она снова была на улице, под проливным дождем. Намокшая одежда, безумный ветер
тянули ее к земле, она едва держалась на ногах.
Она понимала, что рано или поздно за ней вновь явятся Харш и его дружки. У нее уже не
было ни сил, ни воли, чтобы бежать дальше. Единственное, чего ей хотелось, - это побыть
хоть немного до их прихода в тепле.
Она подумала, что в самом здании кирки должно быть тепло. По крайней мере - сухо.
Если только это действительно церковь, а не очередная декорация.
В кирке горел свет. Это добрый знак, подумала Сюзанна, есть свет, значит, должно быть и
тепло.
Она взошла вверх по каменным ступеням к массивным дубовым дверям. Не может быть,
чтобы кирку закрывали на ночь.
Верующие должны иметь возможность в любое время посетить церковь для молитвы и
покаяния - такой порядок был совершенно естествен в нормальном мире. Но в этом проклятом
Уиллауоке могли действовать совсем другие законы.
Сюзанна толкнула одну из массивных створок.
Дверь открылась.
Хоть что-то в этом городе не перевернуто с ног на голову.
Уже в дверях Сюзанна услышала шум приближающейся машины. Визг шин на мокром
асфальте.
Она обернулась и посмотрела вниз, на улицу.
У церкви притормозила машина "скорой помощи". На боку у нее крупными буквами
были выведены три слова:
БОЛЬНИЦА ОКРУГА УИЛЛАУОК.
"Такой больницы не существует, черт бы вас побрал", - выругалась Сюзанна, с
удивлением обнаружив, что в омуте отчаяния и равнодушия, сомкнувшемся над ней, еще
сохранились остатки праведного гнева.
Из машины вышли Паркер и Джеллико. Они стояли у ступеней и смотрели на нее. Форму
полицейских они сменили на одежду санитаров "скорой помощи".
Сюзанна не собиралась никуда убегать. У нее не было сил, она полностью выдохлась.
Спешить к ним навстречу она тоже не собиралась. Если им надо, пусть сами поднимутся и
отнесут ее в машину.
А пока она вполне может войти в церковь и хоть немного погреться в тепле. Заодно и им
досадить - пусть тащат ее от алтаря до автомобиля, пусть надрываются. Только так она могла
выразить свой протест против произвола, иначе - никак.
В кирке и в самом деле было тепло. Ее охватило блаженство.
Она пошла через весь зал прямо к алтарю.
Кирка поражала своим богатым убранством. Дерево, мрамор, бронза создавали
впечатление величия. Должно быть, при дневном свете, когда через витражи сюда льется
солнечный свет, церковь выглядит еще прекраснее.
Сюзанна услышала шаги у себя за спиной - в церковь вошли Джеллико и Паркер.
Ноги уже почти не сгибались, еще несколько шагов - и она рухнет на пол.
- Эй, стерва, - крикнул Джеллико.
Она не обернулась, не хотелось показывать этим подонкам, что она чего-то боится.
Она села на скамью в первом ряду.
- Эй, сучка, - не унимался Джеллико.
Сюзанна продолжала смотреть перед собой на распятие из бронзы, установленное перед
алтарем. В эти мгновения она жалела о том, что никогда не была верующей.
Слева от алтаря приоткрылась небольшая дверь, и оттуда вышли двое мужчин.
Эрнест Харш.
Рэнди Ли Куинс.
Теперь ей стало понятно, что они уже давно начали управлять ее поступками. Ее побег -
это вовсе не ее инициатива. Это была их задумка, часть их игры. Они играли с ней так, как
играет кошка с пойманной мышью - сначала отпустит, а потом снова поймает, чтобы
испытать удовольствие от беспомощных попыток жертвы скрыться. Медальон вовсе не
случайно оказался на полу в ванной, они оставили его умышленно, чтобы навести ее на мысль о
побеге, чтобы поиграть с ней, как кошка с мышью.
Она была обречена на неудачу с самого начала.
Харш и Куинс спустились со ступенек алтаря и направились к скамьям.
Джеллико и Паркер появились сзади и остановились в проходе между рядами. На лицах у
них была кривая усмешка.
Сюзанна не могла сдвинуться с места. Она была даже не в состоянии поднять руку, чтобы
защитить себя.
- Ну-что, детка, понравилась игра в прятки? Что касается нас, то мы давно так не
веселились, - сказал Карл Джеллико.
Паркер захохотал.
Сюзанна молчала. Она смотрела перед собой невидящим взглядом.
Харш и Куинс подошли ближе. Они смотрели на нее сверху вниз и улыбались.
Сюзанна впилась глазами в распятие. Только бы ничем не выдать свой страх, не дать этим
подонкам насладиться чувством превосходства.
Харш подошел к ней вплотную, заслонив распятие и заставив ее взглянуть вверх, ему в
лицо.
- Бедное дитя, - запричитал он своим надтреснутым голосом. - Неужели наша бедная
сучка устала? Неужели она так набегалась этой ночью, что теперь у нее ни на что не хватит
сил?
Сюзанне захотелось закрыть глаза и погрузиться во мрак, который уже подстерегал ее.
Она хотела забыться и долго-долго не просыпаться от этого забытья.
Но она поборола это желание. Она посмотрела прямо в глаза Харша, в его глаза цвета
грязного льда. Ей было страшно, но она не отвела взгляда.
- Ты что, язык проглотила?
- Надеюсь, он у нее на месте, - вмешался Куинс. - Я же хотел самолично его отрезать.
Джеллико заржал.
Обращаясь к Сюзанне, Харш процедил сквозь зубы:
- Хочешь объясню, что сейчас происходит?
Сюзанна молчала.
- Хочешь знать, что происходит вокруг тебя, еще раз спрашиваю?
Сюзанна молча продолжала смотреть прямо в глаза Харшу.
- О, я вижу, ты - крепкий орешек, - продолжал он издеваться. - Сильная женщина.
Обожаю сильных женщин.
Трое других негодяев захохотали.
- Ты наверняка хочешь понять, что происходит. Ты просто до смерти хочешь это понять.
- До смерти, - эхом отозвался Джеллико, корчась от смеха.
Остальные тоже дружно хохотали, они явно видели за этим выражением какой-то
скрытый смысл.
- Авария, в которую ты попала, - заявил Харш, - произошла на самом деле в двух
милях к югу от поворота на "Вьютоп Инн".
Сюзанна решила никак не реагировать на все их слова.
- Протаранив ограждение, твой автомобиль перевернулся, - медленно говорил
Харш. - После этого он врезался в дерево. Все было так, тебе говорили правду. Но то, что
произошло потом, не имеет ничего общего с теми россказнями, которые тебе плели.
- Здорово мы тебя разыграли, детка? - не удержался Джеллико. - Не было никакой
трехнедельной комы, - монотонно бубнил Харш. - Не было никакой больницы. Все это был
обман, спектакль, кстати, весьма умело разыгранный. Нам ведь так хотелось повеселиться.
Сюзанна продолжала хранить молчание, не отводя взгляда от холодных глаз Харша.
- Не надейся, тебе не удалось понежиться в коме, - прошипел Харш. - Ты умерла во
время аварии.
"Дерьмо, - мысленно выругалась она. - Что это они еще задумали?"
- Ты умерла мгновенно, - подал голос Паркер.
- Тебе размозжило голову, - заорал Джеллико.
- А ты думала - у тебя на лбу маленькая царапина? Не-ет. Все гораздо хуже.
- Ты умерла, Сюзанна, - констатировал Харш.
- И теперь ты здесь, с нами, - пропел Джеллико.
"Нет, нет, нет, - взмолилась она про себя. - Только не это. Это же безумие".
- Ты сейчас в аду, - сказал Харш.
- Вместе с нами, - взвизгнул Джеллико.
- Нам приказали развлечь тебя, чтоб тебе не было скучно, - пояснил Куинс.
- Ну, мы и решили постараться, не ударить в грязь лицом, - самодовольно заявил
Паркер.
- Мы очень стараемся, поверь, - поддакнул Куинс.
Нет!
- Никогда бы не подумал, что встречу тебя здесь, - признался Джеллико.
- Ты же всегда слыла образцом для подражания, ты, маленькая стерва, - снова подал
голос Паркер.
- Должно быть, ты предпочитала грешить втайне от всех, - с лица Джеллико не сходила
кривая усмешка.
- Если это так, то считай, что ты нам подошла, - осклабился Куинс.
Харш пока молчал, не спуская с нее взгляда своих мрачных глаз цвета грязного льда.
- Так что нам предстоит веселый праздник, готовься, - предупредил Джеллико.
- Праздник, праздник, вечный праздник, - добавил Куинс.
- В узком кругу. Нас пятеро. Больше никого не будет, - захихикал Джеллико.
- Мы же старые друзья, сама понимаешь, - вставил Паркер.
Сюзанна закрыла глаза. Она понимала, что перед ней разыгрывают очередной акт
спектакля. Ничем другим это не могло быть. На свете нет никакого ада. Ни ада, ни рая. Она в
это никогда не верила.
Интересно, попадают ли неверующие в ад?
- Может, прямо сейчас и трахнем ее? - предложил Джеллико.
- Ну да, чего ждать-то? - поддакнул Куинс.
Сюзанна открыла глаза.
Джеллико уже расстегивал "молнию" на штанах.
Харш властно произнес:
- Нет. Подождем до следующей ночи. Это будет седьмая годовщина со дня моей смерти.
Я хочу, чтоб она осознала это в полной мере.
Джеллико замешкался, затем стал застегивать ширинку.
- Кроме того, - вмешался Паркер, - мы собирались заняться этим в подходящем месте.
А это место - неподходящее.
- Совершенно верно, - подтвердил Харш.
"Пожалуйста, Боже, пожалуйста, - взмолилась Сюзанна, - дай мне возможность найти
обратную дорогу из этого кошмара, из этой мрачной Страны чудес... или дай мне возможность
просто уснуть. Я упаду на пол и усну... усну... навечно".
- Ну-ка, давайте уберем ее отсюда, - предложил Харш. Он нагнулся, схватил Сюзанну
за свитер и поставил ее на ноги. - Долго мне пришлось ждать этой минуты, - прошипел он
прямо ей в лицо.
Она попыталась освободиться.
Он наотмашь ударил ее по лицу.
У нее лязгнули зубы, в глазах потемнело. Она осела на пол, и ее подхватили еще
несколько рук.
Ее вынесли из церкви. Они не церемонились, ее просто выволокли за руки.
В машине "скорой помощи" ее уложили на носилки. Харш начал готовить шприц для
инъекции.
В какой-то момент она очнулась и, едва шевеля губами, прошептала:
- Если мы в аду, то зачем шприц? Что, у вас нет других способов справиться с
человеком?
- Просто с уколом выходит забавнее, а мы любим веселиться, - усмехнулся Харш и
вонзил иглу в вену.
Она закричала от боли.
И уснула.
17
Мигающий свет.
Танцующие тени.
Высокий темный потолок.
Сюзанна лежала в кровати. В больничной кровати. Место на руке, куда Харш накануне
грубо вонзил иглу шприца, теперь страшно ныло. Да и во всем теле чувствовалась тупая боль.
Это была не ее прежняя палата. Может, это место вовсе и не палата, здесь холодно и
мрачно. Одеяло не доходило ей до плеч, и она чувствовала, что плечи, шея и голова замерзли,
ей хотелось укрыться с головой. К тому же она ощущала в воздухе страшную сырость.
И еще она чувствовала, что когда-то уже бывала здесь.
В глазах все плыло. Она тряхнула головой, но это не помогло.
Зато из-за резкого движения у нее начала кружиться голова. Она как будто попала на
карусель, карусель крутилась все быстрей и быстрей, и в какой-то момент она снова влетела в
сон.
Прошло много времени.
Сюзанна очнулась и, еще не открыв глаза, услышала, как где-то совсем рядом шумит
вода. Опять дождь на улице?
Но шум воды был гораздо сильнее, это был, вероятно, настоящий потоп, Великий Потоп,
Страшный Суд.
Она открыла глаза, и у нее снова закружилась голова. Опять тот же мерцающий свет, те
же танцующие тени. Теперь она поняла, откуда это - у кровати горели свечи, их пламя
приплясывало из-за сквозняков, пронизывающих холодное помещение.
Она повернула голову и увидела эти свечи. Десяток больших свечей был расставлен
вокруг нее на камнях.
Нет!
Она повернулась в другую сторону, на шум падающей воды, но не смогла ничего
рассмотреть. Света от свечей хватало лишь для того, чтобы осветить пространство футов на
пятнадцать. Вода шумела дальше, футах в ста. Но было совершенно ясно, что вода шумит не на
улице, а здесь, в этой пещере.
Она была в "Доме Грома".
"Нет, нет, нет, - подумала она. - Мне все это снится. Или у меня уже начался бред".
Она закрыла глаза. Мерцающий свет свечей исчез, но остался шум падающей воды,
осталось ощущение сырости в воздухе.
Но ведь она находится в трех тысячах миль от "Дома Грома". Она же в Орегоне, а вовсе
не в Пенсильвании.
Безумие.
Или она на самом деле в аду?
Кто-то грубо сдернул с нее одеяло, и она, вскрикнув от неожиданности и ужаса, открыла
глаза.
Это был Эрнест Харш. Он прикоснулся к ее ноге, и в этот момент она сообразила, что
лежит совершенно голая. Харш медленно провел ладонью по всему ее телу - по бедру, по
волосам на лобке, по животу, по грудям.
Она напряглась, собирая силы для того, чтобы защищаться.
Он усмехнулся.
- Нет-нет, сучонка, еще не вечер. Придется немного подождать. Вот придет ночь, тогда и
начнем. Так я решил и так будет. Ровно в тот самый час, когда я подох в этой грязной тюрьме.
В ту самую минуту, когда проклятый черномазый всадил нож мне в горло, я всажу свой нож в
твое нежное горлышко. Но до этого я всажу в тебя свой член, я буду в тебе, слышишь, ты,
подстилка. Я буду трахать тебя так, что ты завоешь, и в этот самый момент всажу нож в твое
воющее горло. Это свершится сегодня ночью, осталось совсем немного времени.
Он снял свою тяжелую лапу с ее грудей, поднял вторую руку, и Сюзанна увидела в ней
шприц.
Сделала попытку сесть.
Неизвестно откуда взявшийся Джеллико подскочил к ней и прижал к матрацу.
- Я думаю, сейчас тебе лучше отдохнуть, - сказал Харш. - Чтобы быть в форме к
нашей ночной забаве.
С этими словами он вонзил шприц ей в руку.
Вытаскивая иглу, он прохрипел, обращаясь к Джеллико:
- Карл, по-моему, это будет самое приятное из всех убийств, которые мне приходилось
совершать в своей жизни. Знаешь почему?
- Почему?
- Потому что это будет бесконечное убийство. Я ведь смогу убивать ее раз за разом,
снова и снова.
Джеллико зашелся от визгливого смеха.
Харш продолжал:
- Такая уж у тебя судьба, стерва. Сама виновата, обрекла себя на вечные муки. Запомни
- начиная с нынешней ночи мы будем забавляться с тобой, а потом убивать. Так будет
повторяться вечно. Только способы развлечений и убийств мы будем время от времени менять.
Ты узнаешь, что на свете существуют тысячи способов убивать.
Безумие.
Она вновь погрузилась в тяжелый наркотический сон.
Она под водой. Она под водой и тонет.
Сюзанна открыла глаза, отчаянно хватая ртом воздух, и только тогда поняла, что ее ввел в
заблуждение шум падающей воды. Она тонула в этом шуме.
Она все так же лежала на кровати. Она попыталась сесть, одеяло сползло к ногам, но
удержать себя в таком положении она не смогла и вновь рухнула на подушки. Сердце
колотилось как сумасшедшее.
Она закрыла глаза.
Всего лишь на одну минуту.
Или, может быть, на целый час.
Она уже потеряла счет времени.
- Сюзанна...
Она открыла глаза, охваченная ужасом. Перед глазами все плыло, но ей казалось, что она
видит знакомое лицо в мерцающем свете свечей.
- Сюзанна...
Человек подошел ближе, и она увидела его совершенно ясно. Джерри. Это было его
жуткое, полуразложившееся лицо. Губы на этом лице уже потеряли всякие очертания, они
расплылись гнойной слизнеобразной мякотью.
- Сюзанна...
Она закричала. Чем громче она кричала, тем сильнее какая-то невидимая карусель
раскручивала ее кровать. Вот она уже летит сквозь черный бесконечный мрак...
Сюзанна снова очнулась.
Лекарство уже перестало, видимо, оказывать на нее действие. Она лежала, закрыв глаза,
страшась того, что она увидит, если откроет их.
Лучше бы ей вовсе не просыпаться. Заснуть навеки. Мертвым сном.
- Сюзанна?
Она лежала, стараясь не шелохнуться.
Харш приподнял ей одно веко, она вздрогнула от его прикосновения.
Он усмехнулся:
- Меня не обманешь, напрасно стараешься. Я же вижу, что ты уже проснулась, тварь.
Сюзанна чувствовала, что все тело у нее онемело.
Да, она испытывала ужас, но ничего поделать не могла, ее словно парализовало. Может
быть, ей повезет и ее парализует на самом деле, тогда она ничего не будет ощущать, только это
онемение во всем теле.
- Ну что же, время подходит, - промолвил Харш. - Примерно через час, чтоб ты знала,
мы и начнем. А через три часа я перережу тебе глотку. Стало быть, на развлечения у нас
остается целых два часа. Ты уж постарайся, не разочаруй моих приятелей, они ведь так давно
ждали этого часа. Как ты думаешь, за два часа ты их сможешь удовлетворить, а? Я думаю,
сможешь, ты их раньше измочалишь. Ты ведь способная к этому делу, а?
Разве так может быть на самом деле? Нет-нет, это бред это безумие, так бывает только в
кошмарном сне. Больничная койка в пещере? Это же чушь. Этот ужас, эти угрозы, этот Харш в
роли черта... нет-нет, все это дурной сон.
И при этом она совершенно отчетливо чувствовала боль в тех местах руки, где ей делали
уколы. Это совершенно реальная боль.
Харш сдернул с нее одеяло, она вновь оказалась перед ним голой и беззащитной.
- Мерзавец, - только и могла она прошептать так тихо, что сама едва слышала
собственный голос.
- Ну-ка, ну-ка, посмотрим, какова ты, - заговорил Харш, потирая руки. - Эй, малышка,
ты, наверно, тоже ерзаешь от возбуждения, как и я, а? Что, угадал?
Она закрыла глаза, умоляя, чтобы Господь даровал ей полное забытье и...
- Харш!
...это голос Макги.
Она открыла глаза и увидела, что Харш отвернулся от нее и смотрит куда-то в сторону. На
лице у него застыло выражение неподдельного изумления. Он говорит дрогнувшим голосом:
- Ты что здесь делаешь?
Не в силах подняться и сесть в кровати, она лишь слегка оторвала голову от подушки и
увидела Макги. Тот находился всего в нескольких футах от ее кровати. Мечущееся пламя
свечей бросало на него слабые отблески, и казалось, что он облачен с ног до головы в какой-то
темный плащ. В руке он держал пистолет со странно удлиненным дулом и целился в Харша.
- Какого черта ты здесь?.. - пролепетал Харш.
Выстрел Макги пришелся прямо в лицо. Харш рухнул на землю, раздался глухой звук
упавшего тела.
Звук выстрела оказался совсем слабым, и Сюзанна сообразила, что насадка на дуле
пистолета была глушителем.
Выстрел, разнесенное пулей лицо Харша, звук упавшего тела - все это было слишком
зримо, чтобы быть частью сна. Это совсем не похоже на вычурное, вымученное издевательство,
которое она терпела на протяжении нескольких последних дней. Это уже был не спектакль, это
была смерть в ее ничем не приукрашенном, голом виде.
Макги подошел ближе к кровати.
Она с ужасом следила за пистолетом в его руке. Неожиданный поворот событий застал ее
врасплох, она чувствовала, что вот-вот потеряет сознание.
- Кто следующий? Я?
Вместо ответа Макги убрал пистолет в карман своего плаща.
В другой руке у него был какой-то мешок. Он бросил его на кровать. Нет, это был не
мешок, это была наволочка, набитая какими-то тряпками.
- Нам нужно как можно быстрее выбираться отсюда, - коротко пояснил он.
Он начал вытаскивать из наволочки содержимое. Это была ее одежда. Трусики. Брюки.
Белый свитер. Туфли.
На дне наволочки виднелся какой-то круглый темный шар. Сюзанна смотрела на него с
ужасом. Над ней снова навис кошмар, она вдруг поняла, что на дне наволочки лежит
полуразложившаяся голова Джерри Штейна.
- Нет! - крикнула она. - Только не это!
Макги все-таки извлек темный шар наружу. Она узнала в нем свою черную кожаную
куртку, свернутую в комок.
Никакой мертвой головы не было и в помине.
Но легче ей не стало. Она все еще не могла прийти в себя, она все еще была на краю
бездны, из которой на нее дышал ужасом мрачный кошмар.
- Нет, - промолвила она. - Нет. Я больше ничего не хочу. Оставьте все меня в покое.
Макги как-то странно взглянул на нее, затем, очевидно, что-то поняв, улыбнулся.
- Ты что, подумала, что спектакль продолжается?
- Я безумно, безумно устала, - проговорила Сюзанна.
- Поверь мне, никаких спектаклей больше не будет, - сказал он.
- Мне все надоело. Хватит.
- Послушай, на тебя еще оказывает действие лекарство. Пройдет совсем немного
времени, и ты почувствуешь себя гораздо лучше.
- Уходи.
Ей стало невмоготу держать голову над подушкой.
Она даже не беспокоилась о том, что лежит перед ним совсем голая. Не было сил натянуть
на себя одеяло. Кроме того, после всего, что они сделали с ней, такой жест стыдливости
выглядел бы смешным.
Ей было холодно. Но это тоже ее не волновало теперь. Ей было все равно.
- Послушай, - продолжал Макги. - Я не требую чтобы ты понимала, что здесь
происходит. Я объясню тебе все позже. Пока тебе придется поверить мне на слово.
- Это уже было, - обреченно сказала Сюзанна. - Я верила тебе.
- И поэтому я здесь.
- Да. И поэтому ты здесь.
- Я здесь для того, чтобы спасти тебя, глупая. - Он сказал это с неподдельным чувством
волнения и сочувствия.
- Спасти меня? От чего?
- От этого ада. Ведь в последнее время они вдалбливали в те
...Закладка в соц.сетях
