Жанр: Триллер
Разоблачение
...й версии насчет "мерцалок", ничего бы не случилось - вы бы
продолжали работать вместе, а прошлое осталось бы вашим личным делом. А что получилось
вместо этого? Крупная ошибка. Почему бы просто не забыть ее и не продолжать идти вперед? К
богатству, а, Том? Что в этом плохого?
- Ничего, - признал Сандерс.
- Вот и славно...
- Если не считать того, что это не сработает, - сказал Сандерс.
- Это еще почему?
Сандерс был готов вывалить добрый десяток аргументов на этот вопрос: потому что она
некомпетентна и при этом хитра. Потому что она заботится только о внешнем благополучии, а
поставлена руководить техническим отделом, который должен давать продукцию. Потому что
она лжива. Потому что она на этом не остановится. Потому что я ее не уважаю, а она не
уважает меня. Потому что вы поступили со мной нечестно. Потому что она ваша любимая
зверюшка. Потому что вы предпочли ее, а не меня. Потому...
- Все зашло слишком далеко, - сказал он. Гарвин взглянул на него.
- Все можно исправить.
- Нет, Боб, нельзя.
Гарвин подался вперед: его голос перешел в шипение:
- Слушай, ты, засранец желторотый! Я ведь отлично знаю, что здесь происходит. Я
подобрал тебя еще тогда, когда ты дерьма от конфеты отличить не мог! Я дал тебе работу, я
помогал тебе, у тебя были такие возможности!.. А теперь ты хочешь разыграть из себя шибко
крутого? Ладно. Хочешь заставить всех дерьма похлебать? А вот тут ты умоешься, Том. - Он
встал.
- Боб, вы даже не пытались выяснить причины такого поведения Мередит Джонсон... -
заговорил Сандерс.
- Ты думаешь, у меня проблемы с Мередит Джонсон? - грубо рассмеялся Гарвин. -
Слушай, Том. Да, она была когда-то твоей подружкой, но тебе претило, что она умна и
независима. Ты готов был лопнуть от злости, когда она тебя бросила. И вот теперь, спустя уйму
лет, ты решил отомстить - в этом все дело! Ни при чем здесь деловая этика, ни при чем здесь
преследование на почве секса и прочее дерьмо. Здесь все в личных мотивах! И ты так
Переполнен дерьмом, что у тебя даже глаза коричневые!..
Высказавшись, Гарвин вылетел из ресторана, толкнув по дороге Блэкберна. Тот на минуту
замешкался, глядя на Сандерса, а затем поспешил за боссом.
Когда Сандерс возвращался к своему столику, он прошел мимо компании парней из
"Майкрософта", среди которых были и два идиота из группы системного программирования.
Один из них хрюкнул, когда Сандерс поравнялся с ними.
- Эй, мистер Свинтус, - позвал кто-то низким голосом.
- Уи-и-и! Уи-и-и!
- Не мог справиться с ней, да?
Сандерс прошел было мимо, но потом вернулся.
- Слушайте, ребята, - сказал он. - Я, по крайней мере, не вставал раком, хватая себя за
лодыжки, встречаясь ночью с... - И он назвал по имени начальника отдела программирования
"Майкрософта".
Весельчаки взорвались хохотом:
- Хрю-хрю!
- Мистер Свинтус еще и разговаривает!
- Ну и чудеса!
- Кстати, ребята, а что вы делаете здесь, в городе? В Редмонда не хватает К-У желе?
- Ого!
- Мистер Свинтус сердится!
Они схватились за животики, веселясь, как школьники; на столе перед ними стоял
большой кувшин пива.
- Если бы Мередит Джонсон спустила бы передо мной трусики, - крикнул один из
них, - я бы уж не стал, можете не сомневаться, вызывать полицию!
- Еще бы, Хосе!
- Клиент всегда прав!
- Дамы - вперед!
- Хрю-хрю!..
Хохоча, они молотили кулаками по столу от восторга. Сандерс пошел прочь.
На улице, перед входом в ресторан, Гарвин сердито мерил тротуар шагами. Блэкберн
стоял тут же с телефоном, прижатым к уху.
- Где этот чертов автомобиль, - рявкнул Гарвин.
- Не знаю, Боб...
- Я же приказал ему ждать!
- Я знаю, Боб, я как раз пытаюсь найти его.
- Боже всемогущий, что же делается! Паршивого водилу нельзя заставить работать
нормально.
- Может быть, он забежал в туалет...
- Да? И сколько же времени ему для этого нужно? Еще этот чертов Сандерс... Ты ему
веришь?
- Нет, Боб, не верю.
- Ты мне объясни: я тут перед ним унижаюсь, предлагаю восстановить его на работе,
предлагаю ему его долю акций - все ему предлагаю! А он, видите ли, гнушается! Вот черт!..
- Он не командный игрок, Боб.
- Да, тут ты прав. Он с нами даже встречаться не захочет. Но надо заставить его пойти на
переговоры.
- Да, Боб.
- Он ничего не хочет понимать, - пожаловался Гарвин. - Вот в чем дело.
- Еще эта статья в газете... Ясно, что она ему радости не доставила.
- Но и несчастным он тоже не выглядит. Гарвин опять принялся вышагивать
взад-вперед.
- О, а вот и машина, - воскликнул Блэкберн, показывая рукой вдоль улицы на
"Линкольн", подруливавший к ним.
- Наконец-то, - буркнул Гарвин. - Слушай меня, Фил: мне уже надоело тратить время
на этого Сандерса. устал быть таким милым дядюшкой, да это и не срабатывает. Всему свое
время. Что мы намерены предпринять, чтобы дать ему это понять?
- Я уже думал над этим, - сказал Фил. - Что делает Сандерс? Я имею в виду, как это в
действительности выглядит? Он мажет Мередит грязью, так?
- Еще бы не так!
- Он ни перед чем не остановится, чтобы замарать ее.
- Это точно.
- А все, что он о ней говорит, - неправда. Но для того чтобы запачкать доброе имя
человека, не обязательно говорить правду. Нужно только, чтобы кто-то поверил, что это правда.
- Что из этого?
- Может быть, нужно заставить Сандерса испытать это на своей шкуре...
- На своей шкуре? О чем ты говоришь?
Блэкберн глубокомысленно уставился на подъезжающий автомобиль.
- Я думаю, что Том - жестокий человек.
- Что? - переспросил Гарвин. - Да ничего подобного. Я знаю его тыщу лет. Он просто
цыпленок!
- Не могу с вами согласиться, - возразил Блэкберн, потирая нос. - Я думаю, он
склонен к насилию. В колледже он играл в футбол и привык сбивать с ног людей, стоящих у
него на пути. Когда он играет в сборной нашей фирмы, он всех расшвыривает. У него
склонность к насилию. Но это у многих мужчин в крови. Все они насильники.
- Что за ерунду ты несешь?
- И вы не можете отрицать, что он был груб с Мередит, - продолжал Блэкберн. -
Кричал. Ругался. Толкал ее. Сбил с ног. Секс и насилие. Мужчина, потерявший контроль над
собой. Он намного сильнее ее - вы только поставьте их рядом, и любой заметит разницу. Он
намного крупнее, намного сильнее... Только взгляните на него, и увидите грубого, дикого
человека, а милая внешность - не более чем маскировка. Сандерс - один из тех мужчин,
которые дают волю своим инстинктам, избивая беззащитных женщин.
Гарвин помолчал, затем покосился на Блэкберна.
- Тебе не по силам запустить такую утку.
- Я полагаю, по силам.
- Никто, будучи в своем уме, на это не клюнет.
- А я думаю, что кое-кто клюнет, - загадочно сказал Блэкберн.
- Да? И кто же?
- Кое-кто, - повторил Блэкберн.
Автомобиль подрулил к краю тротуара. Гарвин открыл дверцу.
- Ну, все, что я знаю, - сказал он, - это то, что мы должны вынудить его пойти на
переговоры. Надо прижать его так, чтобы он на них согласился.
- Думаю, что это можно будет устроить, - сказал Блэкберн.
- Все в твоих руках, Фил, - согласно кивнул Гарвин, - добейся этого.
Он сел в машину. Блэкберн нырнул следом за ним.
- Тебя где, к чертовой матери, носит? - рявкнул Гарвин, обращаясь к водителю.
Дверца захлопнулась, и автомобиль тронулся.
Сандерс, сидя в автомобиле Алана, возвращался с Фернандес в Посреднический центр. Та,
покачивая головой, слушала отчет Сандерса о разговоре с Гарвином.
- Вы не должны были встречаться с ним наедине. Он не вел бы себя так, будь я рядом.
Он в самом деле говорил о послаблениях для женщин?
- Да...
- Очень мило с его стороны. Он нашел достойную причину для того, чтобы мы
покрывали насильницу. Отличный штришок: все должны сидеть сложа руки и разрешать ей
нарушать закон уже хотя бы потому, что она - женщина. Очень мило.
Ее слова придали Сандерсу сил. Разговор с Гарвином совсем было его расстроил, и вот
теперь, хотя он и понимал, что Фернандес работает на него и просто старается поднять его
настроение, ему стало легче.
- И вообще, весь разговор очень любопытен, - продолжала Фернандес. - Он вам
угрожал? - Сандерс кивнул.
- Не обращайте внимания, это просто сотрясение |воздуха.
- Вы уверены?
- На сто процентов, - подтвердила она. - Пустой треп. Но теперь вы, по крайней мере,
знаете, почему они так уверены, что мужчины этого не примут. Гарвин вкратце изложил идею,
которая годами внушалась всем "людям команды": посмотрите на это с другой точки зрения.
Ну что такого особенного произошло?.. Пусть все дальше идет, как шло. Все возвращаются к
своей работе, и будем снова одной большой счастливой семьей.
- Обалдеть! - сказал сидящий за рулем Алан.
- Это реалия нашего времени, - сказала Фернандес. - Но долго это продолжаться не
может. Сколько, кстати, Гарвину лет?
- Почти шестьдесят.
- Теперь я кой-что понимаю. Но Блэкберн должен был ему объяснить, что его линия
бесперспективна. С точки зрения закона у Гарвина нет выбора. Как минимум, он должен
перевести на другую работу Джонсон, а не вас. Но лучше ему ее уволить.
- Не думаю, что он это сделает, - сказал Сандерс.
- Разумеется, не сделает.
- Она же его фаворитка, - объяснил он.
- И, что более весомо, она его вице-президент, - добавила Фернандес и стала глядеть в
окно. В это время машина поднималась на холм, на котором находился Посреднический
центр. - Вы должны уразуметь, что все это так или иначе связано с властью. Само
преследование по сексуальным мотивам связано с властью, так же как и нежелание компании
давать делу ход. Сила защищает силу. И уж если женщина проникает в правящую верхушку,
эта верхушка будет прикрывать ее так же, как и мужчину. Ведь, например, доктора никогда не
свидетельствуют друг против друга - независимо от их пола. Не хотят они подводить коллегу
- и все тут. Так и администраторы - не хотят разбирать жалобы на других администраторов,
все равно, мужчин или женщин.
- Значит, дело только в том, что женщин почти не назначают на такие должности?..
- Ну да. Хотя сейчас их уже начинают назначать, и теперь мы будем сталкиваться с
такими же бесчестными поступками с их стороны, которые мог совершить мужчина.
- Ах, эти свиньи-шовинистки, - хихикнул Алан.
- Не заводись.
- Ты ему о статистике расскажи, - посоветовал Алан.
- Какой статистике? - спросил Сандерс.
- Мы имеем данные, что около пяти процентов от общего числа жалоб на сексуальное
преследование подается мужчинами против женщин. Казалось бы, это относительно небольшое
число. Но ведь и количество женщин в высшем руководстве компании тоже пока не превышает
тех же пяти процентов. Так что можно считать, что женщины насилуют мужчин так же часто,
как и мужчины женщин. И чем больше женщин будет попадать на руководящие должности,
тем быстрее будет расти этот процент. Опять же повторю, что насилие связано с властью, а
власть пола не имеет: женщины используют ее преимущества не чаще и не реже, чем мужчины.
Злоупотребить властью может только тот, кто ей облечен. Вот в чем причина, что ваш босс не
станет увольнять мисс Джонсон.
- Гарвин говорит, что для него не совсем ясна ситуация...
- Лента с записью делает ее чертовски ясной. - Фернандес внезапно нахмурилась. -
Вы о пленке ничего ему не говорили?
- Нет.
- Правильно. Я думаю, что мы закруглимся с этим делом в ближайшие два часа.
Алан зарулил на автостоянку и остановил машину. Все вышли.
- Хорошо, - сказала Фернандес. - Давайте посмотрим, как у нас дела с другими ее
знакомыми. Алан, что у нас с ее предыдущим местом работы?..
- "Конрад Компьютер". Все в порядке, мы с ними контачим.
-А до того?
- "Новелл Нетворк".
- Так, а ее муж?
- Я веду переговоры с "КоСтар" насчет него.
- А как дело с Интернетом? Кто этот неизвестный "друг"?
- Ищем...
- Еще ее бизнес-школа и Вассар?
- Мы знаем.
- Но, конечно, чем свежей прошлое, тем оно интересней. Сосредоточьтесь на "Конраде"
и на бывшем муже.
- Ладно, - сказал Алан. - Правда, "Конрад" - это не так просто. Ведь они поставляют
свои системы правительству и ЦРУ. Они сразу затянули песню о конфиденциальности
сведений, касающихся бывших работников.
- Тогда натрави на них Гарри: он знает, как таких убеждать. Он из них душу вытряхнет,
если они заупрямятся.
- Да, Гарри может...
Алан снова сел в машину, Сандерс и Фернандес пошли в сторону Посреднического
центра.
- Вы проверяете места ее прежней работы? - спросил Сандерс.
- Да. Но компании не любят давать негативной информации о своих бывших
сотрудниках. Много лет от них можно было узнать разве что дату приема на работу и дату
увольнения. Теперь времена изменились, и их можно привлечь к ответственности за сокрытие
компрометируй щей информации о бывших сотрудниках, так что мы можем их припугнуть. Но
они все равно могут отвертеться и не дать нам нужной информации.
- А почему вы думаете, что у них вообще есть подобные данные?
- Потому что единожды избрав определенную схему поведения, Джонсон будет и
дальше ее придерживаться. Вы не первый, с кем она так поступила.
- Вы думаете, она так же вела себя и раньше? •!
- В вашем голосе я слышу разочарование, - улыбнулась Фернандес.
- А вы что думали? Что она к вам приставала, потому что вы такой уж сексуально
привлекательный? Гарантирую, она это проделывала и раньше.
Они прошли мимо фонтанов и двинулись в центральное здание.
- Ну а сейчас, - предложила Фернандес, - пойдем резать мисс Джонсон на тонкие
ломтики.
Ровно в половине второго судья Мерфи вошла в зал заседаний. Посмотрев на семерых
людей, молча сидящих вокруг стола, она нахмурилась.
- Адвокаты сторон встречались для беседы?
- Встречались, - подтвердил Хеллер.
- И каков результат? - спросила судья.
- Мы не смогли достичь согласия, - пожаловался Хеллер.
- Хорошо, тогда продолжим. - Она села на свое место и открыла блокнот. - Будем ли
продолжать дискуссию, имеющую отношение к нашему утреннему заседанию?
- Да, Ваша честь, - сказала Фернандес. - У меня появились новые вопросы к мисс
Джонсон.
- Очень хорошо. Мисс Джонсон?
Мередит надела свои очки:
- Собственно, Ваша честь, я бы хотела сначала сделать заявление.
- Пожалуйста.
- У меня было время обдумать ход утреннего заседания, - медленно, с видимым
напряжением начала Джонсон, - и, в частности, рассказ мистера Сандерса о событиях того
злополучного вечера. Я пришла к выводу, что здесь произошло подлинное недоразумение.
- Ясно, - сказала судья Мерфи, абсолютно не меняя голоса. - Продолжайте,
пожалуйста.
- Когда Том в первый раз предложил встретиться, выпить вина и поболтать о добрых
старых временах, боюсь, я, сама этого не осознавая, восприняла его предложение таким
образом, какого Том предвидеть не мог.
Судья Мерфи не пошевелилась, в комнате вообще никто не шелохнулся.
- Думаю, правильно будет сказать, что я приняла его слова за повод начать... ну,
романтические отношения. И если говорить честно, я совсем этому не противилась... У нас с
мистером Сандерсом в свое время были... ну... очень специфические отношения, и я всегда с
огромным удовольствием о них вспоминала. Так что с моей стороны будет честным признать,
что я с удовольствием отнеслась к возможности поздней встречи и скорее всего учитывала то,
что эта встреча перерастет в нечто большее, чего я, не признаваясь самой себе, ждала не без
радости.
Сидевшие по сторонам от Мередит Хеллер и Блэкберн хранили на лицах непроницаемое
выражение. Обе женщины-ассистентки тоже сидели с каменными физиономиями. Сандерс
понял, что заявление Мередит не было импульсивным и она заранее согласовала его с
юристами. Но зачем? Почему она изменила свою легенду?
Джонсон откашлялась и продолжала, все так же часто останавливаясь, обдумывая каждое
слово:
- Думаю, правильно будет признать, что я была добровольным участником событий. И
возможно, я слишком забегала вперед, что пришлось не по вкусу мистеру Сандерсу. Потеряв
голову, я, по-видимому, перешла границы приличий, и мое поведение не соответствовало
моему положению в компании. Серьезно все обдумав, я поняла, что мой взгляд на
происшедшие в понедельник вечером события и позиция мистера Сандерса имеют намного
больше общего, чем мне казалось вначале.
В зале воцарилось долгое молчание. Судья Мерфи молчала. Мередит Джонсон опустилась
на стул, сняла очки, повертела их в руках и снова надела.
- Мисс Джонсон, - подала наконец голос судья Мерфи, - насколько я понимаю, вы
заявляете о своем согласии с версией, приведенной здесь ранее мистером Сандерсом?
- Во многих пунктах да. Даже в большинстве пунктов.
Сандерс внезапно понял, что произошло: они знали существовании магнитофонной
записи. Но откуда? Сам Сандерс узнал о ней только два часа назад. Левин все это время
находился с ним и не мог и ничего сказать. Откуда же тогда они знают?
- Мисс Джонсон, - продолжала судья, - признаете ли вы тогда и справедливость
обвинения в сексуальном преследовании, которое предъявил вам мистер Сандерс?
- Отнюдь нет, Ваша честь. Не признаю!
- Тогда я боюсь, что не понимаю вас. Вы изменили свое отношение к имевшему место
инциденту, вы согласились с тем, что в большинстве пунктов версия мистера Сандерса
соответствует истине, но вы не согласны с тем, что у него есть основания для жалобы?
- Нет, Ваша честь, не согласна. Я же говорю, что произошло недоразумение.
- Недоразумение? - повторила Мерфи со скептическим видом.
- Да, Ваша честь. И мистер Сандерс также способствовал возникновению этого
недоразумения.
- Послушайте, мисс Джонсон, по словам мистера Сандерса, вы начали его целовать
вопреки его воле; вопреки его воле вы опрокинули его на кушетку; вопреки его воле вы
расстегнули ему брюки и обнажили половой член; сами вы разделись тоже вопреки его воле. И
поскольку мистер Сандерс является вашим подчиненным и его положение в значительной
степени зависит от вашего к нему отношения, я не вижу причин для того, чтобы не признать
стопроцентное и неоспоримое преследование по сексуальным мотивам с вашей стороны.
- Понимаю, Ваша честь, - спокойно ответила Мередит Джонсон. - И я сознаю, что
изменила свою версию. Но все это произошло в результате недоразумения, возникшего с
самого начала: я искренне верила, что мистеру Сандерсу хотелось восстановить со мной
любовные отношения, но я оказалась не права, и мое заблуждение определило все мои
дальнейшие поступки.
- То есть вы не согласны с тем, что вы преследовали его.
- Нет, Ваша честь, потому что у меня были чисто физические признаки того, что мистер
Сандерс являлся добровольным участником событий. Иногда он даже брал на себя активную
роль. Я вот сейчас спрашиваю себя: зачем ему это было нужно, чтобы потом так внезапно
устраниться? Не знаю, почему он так поступил, но полагаю, что он должен разделить со мной
ответственность за происшедшее. И я уверена, что все случившееся с нами - не более чем
недоразумение. И я хочу сказать, что сожалею, глубоко и искренне сожалею о том, что
невольно сыграла определенную роль.
- Вы сожалеете? - Судья Мерфи раздраженно обвела взглядом присутствующих. -
Может ли кто-нибудь объяснить мне, что здесь происходит? А, мистер Хеллер?
Хеллер развел руками:
- Ваша честь, моя клиентка посвятила меня в суть сказанного сейчас ею. Я считаю, что
это благородный поступок. Она искренне желает торжества истины...
- Ой, держите меня... - не выдержала Фернандес.
- Мисс Фернандес, принимая во внимание это радикально отличающееся от прежней
версии заявление мисс Джонсон, - заговорила Мерфи, - не желаете ли вы устроить перерыв,
прежде чем продолжать задавать ваши вопросы?
- Нет, Ваша честь, - отказалась Фернандес. - Я готова.
- Понятно, - озадаченно сказала Мерфи. - Ну, хорошо! - Судья ясно видела, что все
присутствующие знали что-то, во что она, судья Мерфи, не была посвящена.
Сандерс продолжал прикидывать в уме, откуда Мередит могла узнать о существовании
магнитофонной записи. Он посмотрел на Фила Блэкберна, который сидел на конце стола и
нервно поглаживал свой переносной телефон, лежавший на столе перед ним.
Регистрация телефонных разговоров, подумал Сандерс, больше неоткуда.
"ДиджиКом" пригласили кого-нибудь - может быть Гэри Босака - следить за всеми
телефонными переговорами Сандерса в поисках чего-нибудь, его компрометирующего. Босак,
конечно, мог подслушать все телефонные разговоры Сандерса по его переносному телефону.
Разумеется, он не мог не обратить внимания на телефонный разговор в понедельник вечером,
продлившийся без малого сорок пять минут, - это означало, что переговоры длились столь
долго, что батарейка истощилась. Босак, надо полагать, посмотрел на время, когда прошел
звонок, и все понял, что тогда происходило: Сандерсу не с кем было болтать столько времени, а
раз телефон не отключился автоматически, значит, он был подключен к автоответчику. Значит,
должна быть и запись... Джонсон, узнав об этом, соответствующим образом изменила свои
показания. Вот и все.
- Мисс Джонсон, - начала Фернандес, - давайте для начала уточним некоторые факты.
Подтверждаете ли вы теперь, что посылали свою секретаршу покупать вино и презервативы,
приказали ей запереть дверь вашего кабинета и отменили деловое свидание, назначенное на
семь часов вечера в предвкушении сексуальной связи с мистером Сандерсом?
- Да, подтверждаю.
- Иными словами, до этого вы лгали.
- Я изложила свою точку зрения на события.
- Мы сейчас говорим не о вашей точке зрения, а о фактах. И, основываясь на этих
фактах, я не могу понять, на каком основании вы теперь считаете, что мистер Сандерс должен
разделить с вами ответственность за имевшие место в понедельник вечером события.
- Потому что я полагала... я чувствовала, что мистер Сандерс пришел тогда ко мне в
кабинет с явным желанием вступить со мной в половую связь, а позже он категорически такие
намерения отрицал. Я думаю, что он хотел меня унизить. Он взял на себя инициативу, а когда я
сделала ответные шаги, он обвинил меня во всех смертных грехах.
- Вы почувствовали себя униженной?
- Да.
- И поэтому считаете, что он должен разделить с вами ответственность?
- Да.
- Каким же образом он вас унизил?
- По-моему, это очевидно: все тогда зашло достаточно далеко, а он вдруг садится на
кушетке и заявляет, что не намерен продолжать. Я бы сказала, что это унизительно.
- Почему?
- Потому что нельзя заходить так далеко, а потом резко дать обратный ход. Это был
обдуманный враждебный акт, направленный на то, чтобы оскорбить и унизить меня. Я... я
полагаю, что это всем должно быть и так ясно.
- Хорошо. Давайте в деталях разберем тот момент, предложила Фернандес. -
Насколько я понимаю, разговор идет о той минуте, когда вы с мистером Сандерсом лежали на
кушетке, причем как он, так и вы были наполовину раздеты. Мистер Сандерс стоял на коленях
на краю кушетки, обнажив половой член, в то время как вы, сняв трусики, лежали перед ним на
спине, раздвинув ноги, так?
- Да, в общем. - Мередит качнула головой. - Это у вас прозвучало так... грубо...
- Но ситуация, сложившаяся к тому моменту, передана верно, так?
- Да.
- Так. А в этот момент вы говорите: "Нет, нет...", и мистер Сандерс на это отвечает: "Ты
права, нам не надо этого делать", - и встает с кушетки?
- Да, - признала Мередит, - так он и сказал.
- Ну и где здесь недоразумение?
- Когда я говорила: "Нет, нет", я имела в виду: "Нет, не тяни", потому что он медлил,
вроде как поддразнивал меня, а я хотела, чтобы он продолжал. А он вскочил с кушетки, чем
очень меня рассердил.
- Почему?
- Потому что я хотела, чтобы он продолжал.
- Но, мисс Джонсон, вы же говорили: "Нет, нет!"
- Я знаю, что я говорила, - с раздражением огрызнулась Мередит, - но в данной
ситуации всем должно быть отлично понятно, что я имела в виду на самом деле.
- Вот как?
- Конечно. И он отлично понимал, чего я хочу, но предпочел прикинуться дураком.
- Мисс Джонсон, а приходилось ли вам слышать фразу "Нет" - это только "нет"?
- Конечно, но в той ситуации...
- Простите, мисс Джонсон, так верно, что "нет" - это только "нет"?
- Но не в этом случае, потому что, стоя передо мной на кушетке, он отлично понимал,
что я хочу сказать на самом деле.
- Это вы отлично понимали.
Мередит рассвирепела.
- Ему это тоже было ясно! - рявкнула она.
- Ну, мисс Джонсон, когда людям говорят "нет", что это означает?
- Да не знаю я! - раздраженно вскинула руки Мередит. - И не могу понять, к чему вы
клоните.
- А клоню я к тому, что мужчины знают, что слова женщины нужно воспринимать
буквально и что если она говорит "нет", то не следует это воспринимать, как "почему бы и нет"
или тем более как "да".
- Но в этой конкретной ситуации, когда мы были уже раздеты, и все зашло так далеко...
- А какое это может иметь отношение? - спросила Фернандес.
- Бросьте! - воскликнула Мередит. - Когда два человека встречаются, начинают
понемногу ласкать друг друга, потом целоваться, потом заходят дальше и дальше... Затем
раздеваются, ласкают друг другу разные интимные места и так далее... Скоро вам становится
ясным, как пойдут события дальше... Здесь не дают заднего хода. В противном случае это
открыто недружественные действия. И Сандерс меня унизил.
- Мисс Джонсон, вы женщина и должны знать, что по закону женщины оставляют за
собой право отказаться от проведения полового акта вплоть до момента ввода полового члена
во влагалище. Ведь женщина в любой момент может передумать, и закон будет ее защищать.
- Но в данном случае...
- Мисс Джонсон, если у женщин есть такое право, то почему вы считаете, что его не
должно быть у мужчин? Что, мистер Сандерс не мог передумать?
- Это был враждебный акт, - повторила Мередит с застывшим, упрямым выражением
лица. - Он меня унизил.
- И все-таки я спрашиваю вас: имеет ли мистер Сандерс те же права, что имеют
женщины? Может он передумать?
- Нет!
- Но почему?
- Потому что мужчины совсем другие.
- В каком смысле?
- Ой, ради Христа! - озлобленно выкрикнула Мередит. - О чем мы толкуем? Это еще
в "Алисе в Страна Чудес" написано! Мужчины и женщины - разные. Воя это известно.
Мужчины не могут управлять своими импульсами...
- А вот мистер Сандерс, по-вид
...Закладка в соц.сетях
