Жанр: Триллер
Разоблачение
...ован в том, чтобы против нового вице-президента-женщины
проводилось судебное разбирательство.
- Том, ты понимаешь, что говоришь?
- Да, - сказал Сандерс.
- Если ты попытаешься это сделать, они взбесятся; да они тебя уничтожат!
- Я это предусмотрел.
- Ты говорил об этом с Максом? По-моему, стоит.
- Черт с ним, с этим Максом - он сумасшедший старик.
- А я его спрошу, потому что это не только твое дело, Том. Ты никогда не имел
склонности к сутяжничеству. Не думаю, что у тебя что-либо получится.
- А я думаю, что получится.
- Это будет отвратительно. Через день-другой ты сам пожалеешь, что не принял
предложения о переводе в Остин.
- Плевать.
- Но это так, Том. Ты потеряешь всех друзей.
- Плевать.
- Но все равно будь готов.
- Я уже готов. - Сандерс взглянул на часы. - Сюзен, я хочу, чтобы ты взяла детей и
съездила к своей матери на несколько дней. - Мать Сюзен жила в Финиксе. - Если ты сейчас
поедешь домой и соберешь вещи, то успеешь на восьмичасовой рейс из Си-Так. Я забронировал
для вас три места.
Сюзен посмотрела на мужа, словно видя его впервые, медленно выговорила:
- Ты... ты на самом деле решил сделать это...
- Да. Решил.
- Ну и ну... - Она наклонилась, подняла с пола свою сумочку и достала из нее
блокнот-ежедневник.
- Я не хочу, - объяснил Сандерс, - чтобы тебя или детей втянули в это дело. Я не
хочу, чтобы кто-то лез к нам в дом с кинокамерой.
- Подожди минуту... - Сюзен провела пальцем по списку назначенных дел. - Это
можно отложить... Сюда позвоню... Так, - она подняла глаза, - я могу уехать на несколько
дней. - Взглянув на часы, она заторопилась. - А сейчас я лучше пойду собирать вещи.
Сандерс встал и вместе с женой пошел к выходу из ресторана. На улице шел дождь, было
серо и мрачно.
Сюзен взглянула на мужа и поцеловала его в щеку.
- Удачи, Том. Будь осторожен.
Сандерс видел, что она напугана. Ее испуг передался и ему.
- Все будет хорошо.
- Я люблю тебя, - сказала Сюзен и быстро вышла под дождь. Некоторое время Сандерс
смотрел ей вслед, ожидая, не обернется ли она. Но она не обернулась.
Возвращаясь на работу, Сандерс внезапно осознал, как он одинок. Сюзен вместе с детьми
уехала, и он остался сам по себе. Он пробовал было убедить себя в том, что он должен только
радоваться, что может действовать без оглядки на семью, но на самом деле он чувствовал себя
брошенным и подвергающимся опасности. Озябнув, он поглубже засунул руки в карманы
плаща.
Он провел разговор с Сюзен не лучшим образом. Она ушла, ломая голову над его
ответами.
"Почему ты не сказал мне?.."
Он так и не смог толком объяснить ей. Он не смог выразить противоречивые чувства,
которые он испытывал прошлым вечером, - ощущение нечистоты происходящего, чувство
вины и понимание того, что он делает что-то плохое, хотя ничего плохого он не делал.
"Ты мог бы все рассказать мне..."
Я не сделал ничего плохого, твердил себе Сандерс. Но почему же тогда он не рассказал
все жене? И снова в его мысли вторглись образы из дальнего прошлого: белый пояс... коробка
воздушной кукурузы... цветок, нарисованный на стеклянной двери его квартиры...
"Брось, Том. Я не имею к этому никакого отношения..."
...Кровь на белой фаянсовой раковине и смеющаяся по этому поводу Мередит. Почему
она смеялась? Он никак не мог вспомнить - это был не связанный ни с чем образ...
Стюардесса, принесшая ему поднос с едой... Чемодан на постели... Телевизор с отключенным
звуком... Аляповатый цветок на стекле - пурпурный и оранжевый...
"...Ты говорил с Максом?.."
А ведь Сюзен права, подумал Сандерс. Он должен поговорить с Максом. И он сделает это
- сразу после того, как сообщит Блэкберну неприятные новости.
Сандерс вернулся в свой кабинет к половине третьего и был немало удивлен, обнаружив
там Блэкберна, стоявшего у его стола и разговаривавшего по его же, Сандерса, телефону.
Увидев Сандерса, Блэкберн виновато положил трубку.
- А, Том... Отлично. Я рад, что ты вернулся. - Он обошел стол Сандерса. - Ну и что
ты решил?
- Я все очень тщательно обдумал, - начал Сандерс, прикрывая дверь.
- И?
- Я решил пригласить Луизу Фернандес из "Мартин и Ховард" представлять мои
интересы.
Блэкберн не сразу понял.
- Представлять твои интересы?
- Ну да. Это необходимо, чтобы начать дело в суде.
- В суде? - ошарашенно повторил за ним Блэкберн. - И на основании чего ты
собираешься судиться, Том?
- "Преследование по сексуальным мотивам", согласно статье седьмой, - ответил
Сандерс.
- Ох, Том, - сказал Блэкберн со скорбным видом. - Как это немудро! Очень немудро.
Я настоятельно рекомендую тебе принять иное решение.
- Я обдумывал это решение весь день, - сказал Сандерс, - и факт остается фактом:
Мередит Джонсон приставала ко мне, и я отверг ее ухаживания. Сейчас она насмехается надо
мной и стремится мне отомстить. Я намерен искать защиты в суде, если это не будет
прекращено.
- Том...
- Все, Фил! Я так и поступлю, если меня переведут из отдела.
Блэкберн картинно выбросил руки вверх.
- Но что ты предлагаешь нам сделать? Перевести Мередит?
- Да, - сказал Сандерс. - Или уволить ее. Именно так чаще всего и поступают со
злоупотребившими своей властью руководителями.
- Но ты забыл, что она тоже обвинила тебя в сексуальном преследовании!
- Она лжет, - объяснил Сандерс.
- Но свидетелей нет, Том. Ты и она - вам обоим доверяют. Кому, ты считаешь, мы
должны отдать предпочтение?
- Это ваши сложности, Фил. Я утверждаю, что я невиновен. И я готов подтвердить это в
суде.
Блэкберн, нахмурившись, стоял посреди комнаты.
- Луиза Фернандес - опытный адвокат, и я не могу поверить в то, что она могла
рекомендовать тебе подобный образ действий.
- Она не рекомендовала, это мое личное решение.
- Тем более это неумно, - сказал Блэкберн. - Ты ставишь компанию в очень неловкое
положение.
- Компания сама поставила меня в неловкое положение.
- Даже не знаю, что сказать, - пожаловался Блэкберн. - Я надеюсь, что это не вынудит
нас избавиться от тебя.
Сандерс посмотрел ему прямо в глаза.
- Я тоже на это надеюсь, - сказал он. - Но у меня нет уверенности, что компания
примет мои угрозы всерьез. Поэтому мы с Биллом Эвертсом из отдела кадровой политики
сегодня же вечером составим по всем правилам заявление о преследовании по сексуальным
мотивам, и я попрошу Луизу Фернандес приготовить необходимые бумаги для предъявления в
Комиссию по равным правам.
- Господи...
- Она зарегистрирует заявление завтра утром.
- Не вижу причин для такой спешки...
- Никакой спешки. Просто регистрация. Я должен это сделать.
- Но это очень серьезно, Том.
- Я знаю, Фил.
- Я хочу просить тебя, как друга, об одной услуге.
- Какой?
- Воздержись от официального заявления. По край' ней мере, не носи его в Комиссию по
равным правам. Дай нам возможность провести свое местное расследование до того, как это
выйдет наружу.
- Но вы же не проводите местного расследования,
- Проводим.
- Ты даже не захотел сегодня утром меня выслушать; ты сказал, что это не имеет
значения. - Это не так, - возразил Блэкберн. - Ты совершенно неверно меня понял.
Конечно, это имеет значение. И, уверяю тебя, мы заслушаем твой рассказ как часть служебного
расследования.
- Не знаю, Фил, - ответил Сандерс. - Не представляю, как компания сможет быть
беспристрастной в таком положении. Все говорит против меня. Все верят Мередит и не верят
мне.
- Уверяю тебя, что это несущественно.
- Мне так не кажется. Утром ты мне сказал, что у Мередит хорошие связи, что у нее
много союзников. Ты упомянул это несколько раз.
- Наше расследование будет скрупулезным и беспристрастным. Но в любом случае мне
кажется разумным просить тебя до объявления его результатов воздержаться от подачи
заявления в государственные органы.
- И сколько я должен, по-вашему, ждать?
- Тридцать дней.
Сандерс засмеялся.
- Но ведь это общепринятый срок для расследования случаев сексуального
преследования. - Если вы захотите, то сможете во всем разобраться за один день.
- Но ты же сам видишь, что со всеми этими совещаниями по слиянию мы все очень
заняты!
- Это ваша проблема, а у меня проблема своя. Я был оскорблен вышестоящим
начальником, и я имею право как работник старшего звена с большим стажем на внеочередное
рассмотрение моей жалобы.
Блэкберн вздохнул.
- Ладно. С твоего разрешения, я зайду позже, - сказал он и торопливо вышел из
кабинета.
Сандерс тяжело опустился на стул и уставился взглядом в пространство. Началось...
Пятнадцать минут спустя Блэкберн встретился с Гарвином в конференц-зале на пятом
этаже. Кроме них, здесь присутствовали Стефани Каплан и глава управления по соблюдению
прав человека в "ДиджиКом" Билл Эвертс.
Блэкберн начал совещание словами:
- Том Сандерс нанял адвоката и угрожает судебной тяжбой с Мередит Джонсон.
- О Господи!.. - воскликнул Гарвин.
- Он жалуется на сексуальное преследование.
- Вот сукин сын! - выругался Гарвин и пнул ножку стола.
- И что, по его словам, произошло? - спросила Каплан.
- Деталей я еще не знаю, - ответил Блэкберн. - Но суть его жалобы в том, что Мередит
вчера вечером делала ему сексуальные закидоны у себя в кабинете, он ее отверг, и теперь она
ему мстит.
Гарвин тяжело вздохнул.
- Вот дерьмо, - сказал он, - именно этого я и боялся. Это может стать опасным...
- Я знаю, Боб.
- А она это делала? - поинтересовалась Стефани Каплан.
- Боже! - воскликнул Гарвин. - Да кто может в этом разобраться? - Он повернулся к
Эвертсу. - Сандерс к тебе с этим подходил?
- Еще нет, но думаю, что не заставит ждать.
- Мы должны не допустить огласки, - сказал Гарвин. - Это крайне важно.
- Да, это важно, - согласилась Каплан, кивнув. - Фил должен обеспечить гарантию
того, чтобы это не вышло за стены фирмы.
- Я уже пробовал, - сказал Блэкберн, - но Сандерс обещает обратиться завтра в
Комиссию по правам человека.
- Это значит официальную регистрацию жалобы?
- Да.
- Когда об этом станет широко известно?
- Возможно, в течение ближайших сорока восьми часов. Это зависит от того, как скоро в
Комиссии управляются с бумажной работой.
- Господи! - воскликнул Гарвин. - Сорок восемь часов?.. Что с ним происходит? Он
хоть понимает, что говорит?
- Думаю, что понимает, - ответил Блэкберн. - Отлично понимает.
- Шантаж?
- Вроде того. Нажим.
- Ты с Мередит говорил? - спросил Гарвин.
- С утра еще не говорил.
- Кому-то надо с ней поговорить. Я сам поговорю. Но как нам остановить Сандерса?
- Я просил его подождать с подачей официального заявления в Комиссию по правам
человека до окончания нашего внутреннего расследования - дней на тридцать. Он отказался
- говорит, что мы вполне можем уложиться в один день, - доложил Блэкберн.
- Ну, ладно, - зловеще сказал Гарвин, - у него есть на это право. Кстати, и у нас
чертова гора причин, чтобы провести это расследование за один день.
- Боб, я не думаю, что это возможно, - предупредил Блэкберн. - Дело весьма сложное,
и по закону фирма должна произвести независимое и глубокое расследование. Нас нельзя
торопить или...
- Ай, брось, - поморщился Гарвин, - я не хочу и слышать все эти причитания насчет
законности. О чем вообще разговор? Два человека, так? Свидетелей никаких, так? Ну и сколько
времени уйдет на то, чтобы спросить двух человек?
- Ну, не все так просто, - со значительным видом сказал Блэкберн.
- Все проще пареной репы, - язвительно сказал Гарвин. - Все очень просто!
"Конли-Уайт" - это компания, помешанная на своем имидже. Она продает учебники
школьным советам, в которых верят еще в Ноев ковчег. Она продает детские журналы и
владеет заводом по производству витаминов. Одна из их фирм производит детское питание.
"Рэйнбоу Маш" или что-то в этом роде. Теперь "Конли-Уайт" хочет приобрести нашу фирму, и
в самый разгар переговоров высокопоставленную женщину-администратора, которая по всем
планам должна в течение ближайших двух лет стать директором, обвиняют в том, что она
домогалась женатого мужчину. Да ты представляешь себе, что сделают люди из "Конли", если
эта история выплывет наружу? Ты отлично знаешь, что Николс спит и видит, как бы найти
повод дать задний ход. Вот ему радость будет!
- Но Сандерс уже поставил нашу беспристрастность под вопрос, - возразил
Блэкберн, - и я не могу с уверенностью сказать, как много человек знают о... э-э...
предыдущих инцидентах, которые мы...
- Довольно мало, - вставила Каплан. - Это ведь не всплывало на прошлогоднем
совещании руководящего состава компании?
- Погодите минуту, - сказал Гарвин. - Насколько я помню, у нас не должно быть
правовых проблем в отношении работников управленческого звена?
- Точно, - подтвердил Блэкберн. - Работающие в настоящее время сотрудники
управления по закону не могут допрашиваться или свидетельствовать по подобным делам.
- И никто у нас с прошлого года не уходил? Никто не уволился, не перевелся на другую
работу?
- Никто.
- Прекрасно. Ну так к черту его! - Гарвин повернулся к Эвертсу. - Билл, я хочу, чтобы
ты пошерстил все документы и внимательно прочитал все, что как-либо касается Сандерса.
Посмотри, не найдется ли какой-нибудь зацепки. В случае чего сразу дай мне знать.
- Конечно, - ответил Эвертс. - Но я думаю, он чист.
- Ладно-ладно, - повторил Гарвин, - ты, главное, посмотри. Так, а что может заставить
Сандерса дать отбой? Чего он хочет?
- Боб, я думаю, что он хочет сохранить свою работу, - предположил Блэкберн.
- Он не может сохранить свою работу. - В том-то и дело, - вздохнул Блэкберн. Гарвин
фыркнул.
- Если он все-таки пойдет в суд, какие претензии щргут быть нам предъявлены?
- Я не думаю, что на основании происшедшего тогда т кабинете он может что-нибудь
состряпать. Самая большая претензия может быть заявлена по поводу нашего отказа провести
глубокое всестороннее расследование и Вить делу надлежащий ход. Если мы не будем
осторожны, Сандерс может одержать победу только за счет этого. И, так считаю.
- Вот мы и будем осторожны. Отлично.
- Послушайте, ребята, - предупредил Блэкберн, - я чувствую, что должен всех
предостеречь: очень деликатная ситуация требует тщательного обдумывания каждой детали.
Как сказал Паскаль: "Бог - в мелочах". И в данном конкретном случае относительное
равновесие между двумя противоречащими друг другу официальными заявлениями вынуждает
меня честно сказать, что нельзя заранее с абсолютной точностью предсказать...
- Фил, - оборвал его Гарвин, - не мельтеши.
- Майс, - вмешалась Каштан.
- Что? - не понял Блэкберн.
- Это Майс ван дер Роге сказал: "Бог - в мелочах".
- Кого это, черт возьми, интересует? - грохнул кулаком по столу Гарвин. - Суть в том,
что Сандерс, не имея шансов на выигрыш, тем не менее держит нас за яйца. И понимает это!
Блэкберна покоробило.
- Я не стал бы утверждать это в такой форме, - сказал он, - но... Но мы в заднице. Или
нет?
- Да.
- Том не дурак, - сказала Каплан. - Немного наивный, но не дурак.
- Еще бы, - подтвердил Гарвин. - Не забывайте, что это я его натаскивал. Научил его
всему, что он умеет. Он может доставить большие неприятности. - Он повернулся к
Блэкберну. - Подведем итог: что там от нас требуется? Беспристрастие, так?
- Да...
- И мы хотим избавиться от Сандерса.
- Точно.
- Ладно. Как он отнесется к третейскому суду?
- Не знаю. Но сомневаюсь, что с энтузиазмом.
- Почему?
- Ну, обычно мы прибегаем к услугам посредников тогда, когда нужно разрешить
вопросы, касающиеся дорожных расходов для уезжающих сотрудников.
- Ну и что?
- Я думаю, как Сандерс на это посмотрит.
- В любом случае надо попробовать. Скажи ему, что решающего значения это не имеет
- может, удастся его на этом подловить. Дай ему три кандидатуры, и пускай он выберет, кого
захочет. На завтра. Мне нужно с ним говорить?
- Возможно. Давайте сначала я сам попробую.
- Валяй.
Каплан заметила:
- Но, конечно, если мы прибегаем к услугам посредника, мы рискуем столкнуться с
последствиями.
- Ты хочешь сказать, что посредник может рассудить не в нашу пользу? - спросил
Гарвин. - Ничего, я принимаю такой риск. Самое важное, чтобы дело было разрешено тихо -
и быстро. Я не хочу, чтобы Эд Николс наступал мне на пятки. На пятницу у нас назначена
пресс-конференция, и я хочу, чтобы к этому времени все дело было благополучно похоронено,
а Мередит Джонсон была представлена журналистам как новый руководитель филиала, всем
ясно?
Присутствующие подтвердили свое согласие.
- Тогда к делу, - распорядился Гарвин и вышел из Комнаты. Блэкберн заторопился за
ним.
В коридоре Гарвин пожаловался Блэкберну:
- Вот зараза! Должен тебе признаться, мне очень не по себе из-за всего этого.
- Понимаю, - скорбно сказал Блэкберн, печально качая головой.
- Ты на этом деле здорово обкакался, Фил. Ты мог все сделать лучше. Намного лучше!
- Как? Что я мог сделать? Сандерс заявил, что она приставала к нему. Это дело
серьезное.
- Мередит Джонсон - половина успеха нашего слияния, - ровным голосом сказал
Гарвин.
- Да, Боб, конечно.
- Мы не можем ее потерять.
- Да, Боб. Но мы оба знаем, что в прошлом она была...
- Она доказала всем, что у нее выдающийся административный талант, - перебил его
Гарвин. - И я не позволю всякими голословными обвинениями ставить под угрозу ее карьеру.
Блэкберн знал о непоколебимой поддержке Гарвином Мередит. Уже несколько лет Гарвин
замечал в ней только хорошее. Когда же кто-то в его присутствии заводил разговор о ее
недостатках, он немедленно переводил беседу в другое русло. Переубедить его было
невозможно. Но сейчас Блэкберн почувствовал, что он должен хотя бы попробовать.
- Боб, - начал он, - Мередит тоже человек, и мы знаем, что у нее есть свои
недостатки...
- Ага, - согласился Гарвин. - Она молода и честна. У нее есть энтузиазм и желание
работать в команде. И, конечно, она женщина. Вот это настоящий недостаток - быть
женщиной.
- Но, Боб...
- Все, мне надоело, я не хочу больше это обсуждать, - продолжал Гарвин. - У нас не
предоставляют женщинам высоких административных постов. В деловом мире Америки
полным-полно мужчин, и, когда я говорю о том, чтобы дать шанс женщине, всегда кто-нибудь
начинает причитать: "Но, Боб..." Черт возьми, Фил, должны же мы когда-нибудь сломать эту
стенку!
Блэкберн вздохнул: Гарвин опять ушел от прямого разговора.
- Боб, никто не против того, чтобы... - начал было он.
- Все против. Вот ты против, Фил - ты ищешь объяснения и оправдания, чтобы заявить,
будто Мередит нам не подходит. И я знаю, что, назови я какую-нибудь другую женщину,
нашлись бы другие причины, чтобы отвергнуть ее. Я устал от этого.
Блэкберн попытался протестовать.
- Но у нас есть Стефани, у нас есть Мери Энн...
- Видимость! - Гарвин жестом отвел все возражения. - Ну да, конечно, давайте
позволим женщине стать финдиректором. Давайте отдадим им пару должностей среднего ранга
- бросим им косточку. Но факт остается фактом, и ты не сможешь объяснить мне, почему
умная, способная молодая женщина, желающая добиться чего-то в бизнесе, не может получить
хорошей руководящей работы. Ну да, на это есть сотни причин, очень убедительных причин, но
в конечном счете это просто предрассудки. И кто-то должен положить этому конец. Мы дадим
этой прекрасной женщине возможность проявить себя!
- Да, Боб, - сказал Блэкберн, - но с вашей стороны, по-моему, будет благоразумно
узнать, что думает сама Мередит по поводу сложившейся ситуации.
- Узнаю. Я точно узнаю, что, черт возьми, случилось. Хотя я уже сейчас знаю, что она
мне расскажет. Тем не менее этот вопрос нужно как-то решать.
- Да, все будет сделано, Боб.
- Я хочу, чтобы тебе было ясно - я жду от тебя всех необходимых мер для разрешения
дела.
- Конечно, Боб.
- Всех необходимых мер, - повторил Гарвин. - Нажми на Сандерса, пусть он это
почувствует. Потряси его клетку, Фил!
- Хорошо, Боб.
- Я поговорю с Мередит. А ты позаботься о Сандерсе!
Потряси его клетку так, чтобы он в синяках ходил...
- А, Боб! - Мередит Джонсон стояла у одного из Центральных столов в
диагностической лаборатории, Уклонившись рядом с Марком Ливайном над выпотрошенными
"мерцалками". Заметив стоявшего у стены Гарвина, она сразу выпрямилась и подошла к нему:
- Я не могу передать, как мне неприятно из-за этого инцидента с Сандерсом.
- Да, у нас в связи с этим появились небольшие проблемы, - согласился Гарвин.
- Я снова и снова пытаюсь понять, как же мне нужно было поступить, - сказала она. -
Но он был зол и совершенно неуправляем. Он слишком много выпил и вел себя неподобающе.
Нельзя сказать, чтобы такого у нас никогда не было, но... - Она пожала плечами. - В любом
случае мне очень жаль.
- По-видимому, он собирается предъявить обвинение сексуальном преследовании.
- Как это неприятно, - огорчилась Мередит, - но я думаю, что это часть его плана -
унизить меня, дискредитировать в глазах сотрудников отдела.
- Я не допущу этого, - пообещал Гарвин.
- Он рассвирепел оттого, что я получила эту работу, и он не мог смириться, что я стану
его начальником. Он просто пытался показать мне мое место. Таковы многие мужчины. -
Мередит печально качнула головой. - Несмотря на все эти разговоры о новом мужском
мышлении я боюсь, что таких людей, как вы, Боб, найдется очень немного.
- Меня заботит, что официальное разбирательство может стать препятствием в продаже
фирмы, - сказал Гарвин.
- Не вижу, почему это должно перерасти во что-то значительное, - ответила
Мередит. - Полагаю, мы в состоянии держать все под контролем.
- Это станет серьезной проблемой, если он зарегистрирует жалобу в государственной
Комиссии по правам человека.
- Вы хотите сказать, что он вынесет дело на обсуждение вне стен компании? - спросила
Мередит.
- Да, именно это я и хочу сказать.
Мередит уставилась в пространство: похоже было, что ей впервые изменило
самообладание. Она прикусила губу.
- Может получиться очень ловко.
- Еще бы. Я послал Фила узнать, согласится ли Сандерс на третейский суд. С опытным
незаинтересованным человеком со стороны в качестве посредника. Кем-нибудь вроде судьи
Мерфи. Я попробую организовать это уже завтра.
- Отлично, - сказала Мередит. - Я могу раздвинуть свое завтрашнее расписание так,
чтобы выкроить пару свободных часов. Но я не представляю, что из этого получится. Он ни в
чем не признается, я уверена, а свидетелей
нет.
- Я хочу, чтобы ты во всех подробностях посвятила меня в события прошлого вечера, -
сказал Гарвин.
- О, Боб, - вздохнула Мередит, - каждый раз, когда я об этом вспоминаю, виню только
себя.
- Не нужно, Мередит.
- Я знаю, но не могу иначе. Если бы моя секретарша не пошла решать свои квартирные
вопросы, я могла бы вызвать ее в кабинет и ничего бы не случилось.
- Я думаю, будет лучше, если ты расскажешь мне все, Мередит.
- Конечно, Боб...
Мередит наклонилась и несколько минут негромко что-то говорила спокойным, ровным
голосом. Гарвин стоял рядом с ней и слушал, свирепо мотая головой.
Дон Черри взгромоздил ноги в кроссовках "Найк" на стол Ливайна.
- Ага, значит, Гарвин вошел к вам, и что дальше?
- А дальше он встал вон там, в уголочке, тихонечко переминаясь с ноги на ногу - ну,
знаешь, как он обычно переминается. Ждал, когда его заметят. Ничего не говорил - просто
стоял и ждал, когда на него обратят внимание. А Мередит в это время разговаривала со мной
насчет "мерцалок", которые я разложил для нее на столе - я как раз показывал ей, какую
неисправность мы нашли в лазерных головках...
- Она врубилась?
- Ага, вроде бы. Она, конечно, не Сандерс, но тоже ничего. Быстро учится.
- И пахнет от нее приятнее, чем от Сандерса, - вставил Черри.
- Да, мне ее духи нравятся, - сказал Ливайн. - Taк или иначе...
- Одеколон Сандерса оставляет желать много лучшего.
- Ага. Так или иначе Гарвину скоро надоело скакать в уголке, и он деликатненько так
кашлянул. Мередит его заметила и сказала: "О!" Даже не сказала, а вроде как выдохнула с
такой дрожью, ну будто у нее дыхание перехватило, знаешь?
- Угу, - сказал Черри. - Мы здесь будем разводить турусы на колесах или как?
- Ты давай слушай, - огрызнулся Ливайн. - Она рванулась к нему, а он протянул к ней
руки. Должен тебе сказать, что это выглядело, как встреча двух любовников прокрученная в
замедленном темпе.
- Ничего себе, - присвистнул Черри. - Жена Гарвина на, должно быть, кипятком
брызжет.
- Так вот, - продолжал Ливайн, - они встали рядом и стали разговаривать, и она вроде
как мурлыкала и строила ему глазки, а он, хоть и такой весь из себя крутой, на это клевал.
- Она в этом отношении свое дело знает, - сказал Черри. - Начальство лежит перед
ней на блюдечке.
- Но на любовников, в конце концов, они не похожи.
Я смотрел на них, стараясь не смотреть, и говорю тебе - они не любовники. Тут что-то
другое, Дон, - вроде папаши и дочурки.
- Ну и что? Почему бы не трахнуть свою дочь? Куча народа так и поступает.
- Нет, знаешь, что я думаю? Он видит в ней самого себя. Что-то в ней напоминает ему
его же в молодости. Ну, там, энергичность или еще что. И, знаешь, она этом здорово играет: он
скрестит руки, и она скрести руки, он прислонится к стене, и она прислонится к стене. Во всем
его повторяет. И, видя их издали, я могу тебе точно сказать, Дон: она на него похожа! Подумай
этим.
- Ну, значит, ты их видел совсем уж издали, - сказал Черри и, сняв ноги со стола,
встал. - Так что, по-твоему, мы имеем? Замаскированный непотизм?
- Не знаю. Но у Мередит с Гарвином какой-то контакт, не только деловой.
- Э! - воскликнул Черри. - Да где ты видел отношения, основанные только на
бизнесе? Я сто лет назад понял, что таких нет в природе.
Луиза Фернандес вошла в свой кабинет и бросила чемоданчик на пол. Пробежав глазами
стопку телефонограмм, она повернулась к Сандерсу:
- Что происходит? За сегодня уже три звонка от Фила Блэкберна.
- Я сказал ему, что пригласил вас представлять мои интересы в качестве адвоката,
поскольку готовлюсь судиться. И еще я... ну... в общем, я сказал, что завтра утром вы
собираетесь зарегистрировать мое заявление в Комиссии по правам человека.
- Завтра я, по-видимом
...Закладка в соц.сетях
