Жанр: Триллер
Безнадега
... их аккуратно
заклеили изоляционной лентой. Биллингсли кивнул на бар:
- Со старого ранчо Серкла. Куплен на аукционе. Хьюз Хансен и я
раскошелились на семнадцать баксов. Можете вы в это поверить?
- Откровенно говоря, нет. - Джонни постарался представить себе, на
какую сумму потянул бы этот бар в одном из маленьких антикварных
магазинчиков в сохо. Он раскрыл двойные дверцы и увидел, что бар полностью
укомплектован. Спиртное не высшего класса, но и не барахло. Джонни быстро
закрыл бар. В отличие от бутылки "Бима", позаимствованной в "Клубе сов",
бутылки в баре вызвали желание поближе познакомиться с их содержимым.
Ральф Карвер уселся в кресло-качалку. По лицу чувствовалось, что он
никак не может отделаться от мысли, будто ему все это снится. Дэвид
подошел к телевизору.
-А он принимает какие-нибудь... А, все понятно. - Мальчик заметил
под телевизором видеомагнитофон, присел и взял в руки лежащие на нем
кассеты.
- Сынок... - начал было Биллингсли, но замолчал. Дэвид быстро
просмотрел названия: "Соскучившаяся по сексу парочка", "Сексуальные
дебютантки", "Удовольствия на яхте" и положил кассеты на место.
- И вы все это смотрите?
Биллингсли, смутившись, пожал плечами.
- Для практики мы уже староваты, сынок. Когда-нибудь ты поймешь.
- Послушайте, это ваше личное дело. - Дэвид поднялся. - Я просто
спросил, ничего больше.
- Стив, посмотри. - Синтия отступила назад, скрестив запястья,
подняла руки над головой и покачала ими. Огромная темная птица неторопливо
полетела по Экрану, покрытому слоями десятилетиями осаждавшейся на нем
пыли. - Ворона. Неплохо, а?
Стив улыбнулся, встал рядом с ней, сложил руки и вставил вперед один
палец.
- Слон! - рассмеялась Синтия. - Клево!
Дэвид рассмеялся вместе с ней. Весело и задорно. Ральф повернулся к
нему, его лицо осветила улыбка.
- Неплохо для парня из Лаббока, - прокомментировала Синтия.
- Следи за тем, что говоришь, если не хочешь, чтобы я вновь начал
называть тебя булочкой.
Синтия высунула язык, закрыла глаза и вставила большие пальцы
растопыренных рук в уши, до такой степени напомнив Маринвиллу Терри, что
он громко расхохотался. Смех этот его удивил, даже испугал. Ведь у него
сложилось твердое убеждение, что где-то между встречей с Энтрегьяном и
закатом он начисто утратил способность смеяться... особенно над глупыми
шуточками.
Мэри Джексон, которая все ходила по периметру гостиной и
разглядывала мебель, теперь посмотрела на слона Стива.
- А я могу изобразить силуэт Нью-Йорка, - объявила она.
- Неужели? - заинтересовалась Синтия. - Давайте посмотрим, -
воскликнул Дэвид. Это был голос мальчишки, ожидающего увидеть новый
захватывающий фильм.
- Хорошо. - Мэри подняла руки, вытянула пальцы. - Значит, так...
одну секунду... Я этому научилась в летнем лагере, но это было так
давно...
- Чем это вы здесь занимаетесь?
От резкого голоса Джонни вздрогнул. И не он один. Мэри, так та даже
вскрикнула. Силуэт города, начавший было формироваться на киноэкране,
исчез.
Одри Уайлер стояла между левой лесенкой, ведущей на сцену, и
гостиной, бледная, с огромными округлившимися глазами. Тень ее падала на
экран, создавая свой собственный образ, о котором создательница даже не
догадывалась: плащ Бэтмена.
- Вы, должно быть, такие же чокнутые, как и Колли. Он где-то рядом,
ищет нас. Прямо сейчас. Разве вы не помните, что слышали шум мотора, Стив?
Это он возвращался в город! Но вы стоите здесь... зажгли свет... играете в
какие-то детские игры!
- Свет не будет виден снаружи, даже если мы зажжем все лампы, -
ответил Биллингсли. Он пристально вглядывался в Одри. Как догадался
Джонни, старик пытался понять, где он видел ее раньше. Возможно, в
"Сексуальных дебютантках". - Это же кинотеатр. Стены свето- и
звуконепроницаемые. Потому-то он нам так нравился.
- Но Колли нас ищет. И в конце концов найдет. В Безнадеге не так уж
много мест, где можно спрятаться.
- Пусть найдет. - Карвер поднял винтовку. - Он убил мою маленькую
девочку, увел жену. Я знаю, кто он такой, женщина. Пусть приходит. Мне
есть чем его встретить.
Одри с сомнением смотрела на Ральфа, потом передела взгляд на Мэри,
не нашла ничего интересного и вновь повернулась к Биллингсли.
- Он может проникнуть сюда незаметно для нас. Здесь наверняка
полдюжины дверей, а может, и больше.
- Да, но все закрыто накрепко, кроме окна в женском туалете. Я как
раз вернулся оттуда, положил пустые бутылки на подоконник так, что они
посыпятся вниз, если Колли попытается открыть окно. Мы услышим его, мэм, а
когда он придет сюда, нашпигуем свинцом. - Произнося эту тираду, ветеринар
пристально смотрел на Одри, переводя взгляд с лица на ноги, по мнению
Джона Эдуарда Маринвилла, очень даже неплохие ноги.
Она же взирала на Биллингсли как на круглого идиота.
- А вы слышали о ключах, старина? В таких маленьких городах у колов
есть ключи от дверей всех учреждений.
- От работающих есть, - кивнул Биллингсли. - Но "Американский Запад"
давно уже закрыт. Двери не просто заперты, они заколочены. Подростки
раньше забирались сюда по пожарной лестнице, но в марте эта лафа для них
кончилась. Лестница рухнула. Нет, полагаю, мы тут в полной безопасности.
- Во всяком случае, здесь куда безопаснее, чем на улице, - внес свою
лепту Джонни. Одри тут же развернулась к нему, уперев руки в бока.
- И что же вы сооираетесь делать? Сидеть здесь и забавляться,
изображая животных на этом гребаном экране?
- Успокойтесь, - подал голос Стив.
- Если хотите, успокаивайтесь сами! - рявкнула Одри. - А я хочу
выбраться отсюда!
- Мы все хотим, но сейчас не время. - Джонни оглядел остальных. -
Кто-нибудь не согласен со мной?
- Уходить отсюда в темноту - безумие, - кивнула Мэри. - Ветер дует
со скоростью пятьдесят миль в час, все в песке. Энтрегьян сможет
перестрелять нас по одному.
- А что изменится завтра, когда стихнет буря и взойдет солнце? -
спросила Одри.
Обращалась она к Джонни, а не к Мэри.
- Я думаю, наш друг Энтрегьян умрет до того, как кончится буря. Если
уже не умер.
Ральф согласно кивнул. Дэвид, сидевший на корточках около
телевизора, пристально вглядывался в Джонни.
- Почему? - спросила Одри. - С чего вы это взяли?
- Вы его не видели? - вопросом на вопрос ответила Мэри.
- Разумеется, видела. Но не сегодня. Сегодня я только слышала, как
он ездил вокруг... ходил... говорил сам с собой. Со вчерашнего дня я его
не видела.
- Нет ли тут чего-нибудь радиоактивного, мэм? - обратился Ральф к
Одри. - Не добывали здесь урановую руду, не хранили какое-нибудь оружие?
Может, атомные боеголовки? Потому что коп вроде бы разваливался на глазах.
- Я не думаю, что это лучевая болезнь, - засомневалась Мэри. - Я
видела фотографии больных, и...
- Внимание. - Джонни поднял руки. - Я хочу внести предложение.
Почему бы нам не сесть в кружок и не обговорить все это? На худой конец
убьем время, но я очень надеюсь, что отыщется идея, благодаря которой мы
выберемся отсюда. - Он посмотрел на Одри и обворожительно ей улыбнулся, с
удовлетворением отметив, что она немного оттаяла, хотя и не расслабилась
полностью. Видать, остатки прежнего обаяния остались при нем. - По-моему,
это более продуктивное решение, чем забава с тенями на экране.
Улыбка его поблекла, и он вновь обвел всех взглядом. Одри, стоящую у
края ковра в сексуальном коротеньком платье, Дэвида, сидящего на корточках
у телевизора, Стива и Синтию, уже устроившихся на подлокотниках большого
кресла, тоже, похоже, попавшего сюда с ранчо Серкла, Мэри, застывшую у
экрана со скрещенными на груди руками, так похожую на учительницу, Тома
Биллингсли, который, заложив руки за спину, изучал содержимое верхнего
отсека бара, Ральфа в кресле-качалке, с заплывшим левым глазом. "Общество
вырвавшихся из когтей Колли Энтрегьяна" собралось в полном составе.
_Ну_ _и_ _команда_, подумал Джонни. _Великолепная_ _восьмерка_
_пустыни_.
- Есть и еще один повод для этого разговора. - Джонни посмотрел на
их тени, пляшущие по экрану я похожие на тени гигантских, птиц. Перед его
мысленным взором возник Энтрегьян, говорящий ему, что стервятники пердят,
единственные из всех птиц. - В своей жизни я видел много удивительного, но
мне никогда не доводилось сталкиваться с тем, что без всякой натяжки можно
назвать сверхъестественным явлением, До прошедшего дня. И особенно меня
страшит то, что точка еще не поставлена. Как ни стараюсь, я не могу найти
объяснения тому, что произошло в последние несколько часов.
- Что вы такое говорите? - Одри чуть не плакала. - То, что
случилось, ужасно. А вы превращаете все в страшную историю, какими пугают
детей у костра.
- Возможно, - не стал спорить Джонни. - Но это ничего не меняет.
- Я бы послушала и поговорила, если б не умирала с голоду, - подала
голос Мэри. - Наверное, с едой здесь не густо?
Том Биллингсли переминался с ноги на ногу.
- Пожалуй, что так, мэм. Мы приходили сюда, чтобы выпить и
поговорить о прошлом.
Мэри вздохнула:
- Так я и думала.
Он указал в сторону правой лесенки:
- Но Марти Ивз пару ночей назад принес пакет с едой. Кажется, там
были сардины. Марти любит сардины и крекеры.
- Это хорошо. - Глаза Мэри загорелись. Джонни решил, что еще часдругой,
и она будет рада анчоусам.
- Я пойду посмотрю, может, найду что-то еще. - Уверенности в голосе
Биллингсли не чувствовалось.
Дэвид встал:
- Если хотите, я взгляну.
Биллингсли пожал плечами. Он вновь смотрел на ноги Одри, потеряв
всякий интерес к сардинам Марти Ивза.
- Как сойдешь со сцены, по левую руку выключатель. А впереди увидишь
полки. Всю еду обычно складывали туда. Может, найдешь и пачку сладкого
печенья.
- Похоже, вы, парни, пили много, но не забывали и про еду, -
усмехнулся Джонни. - Это я одобряю.
Ветеринар ему ответил коротким взглядом, вновь пожал плечами и
вернулся к лицезрению ног Одри Уайлер. Она, правда, не замечала его
заинтересованности. Или ей было не до этого.
Дэвид пересек сцену, потом вернулся и взял револьвер. Он взглянул на
отца, но Ральф по-прежнему смотрел в зал, на растворяющиеся в темноте ряды
красных бархатных сидений. Мальчик осторожно засунул револьвер в карман
джинсов, так, что снаружи осталась одна рукоятка, направился к лесенке,
опять остановился и спросил Биллингсли:
- А водопровод здесь работает?
- Это пустыня, сынок. Если в доме никого нет, воду сразу же
выключают.
- Жаль. Я же весь в мыле. Чешется.
Он пересек сцену, спустился по лесенке и прошел в коридорчик. Там
вспыхнул свет. Джонни шумно выдохнул: почему-то он ждал, что кто-то или
что-то прыгнет на мальчика из темноты. Тут он заметил, что Биллингсли
смотрит на него.
- То, что сделал этот мальчик... как он выполз из камеры... это
невозможно.
- Тогда мы должны сейчас сидеть под замком, - без запинки ответил
Джонни. Но тут до него дошел смысл сказанного старым ветеринаром. И в
голове сразу возникло подходящее словосочетание: ненавязчивое чудо. Джонни
записал бы это в свой блокнот, если бы тот не остался на шоссе 50. - Или
вы думаете, что мы и сидим?
- Нет, мы на свободе, и мы видели, как он это проделал, - ответил
Биллингсли. - Обмазался мылом и выскользнул в щель между прутьями, как
арбузное семечко. Вроде бы все ясно и понятно. Но говорю тебе, приятель,
такое не удалось бы даже Гудини [Знаменитый фокусник-иллюзионист.]. Из-за
головы. Голова его должна была застрять, но не застряла. - Он оглядел
всех, дошел до Ральфа. Тот теперь смотрел на ветеринара, а не на стулья,
но Джонни чувствовал, что из сказанного стариком Ральф ничего не понял.
Может, решил Джонни, оно и к лучшему.
- Куда вы клоните? - спросила Мэри.
- Полной уверенности у меня нет, но думаю, что нам надо держаться за
"молодого мастера Карвера". - Старик помялся, потом добавил: - Так его
назвали бы в любой истории, рассказанной холодной ночью у костра.
2
Существо, демон в обличье Эллен Карвер, подняло мертвого койота,
оглядело его.
- _Сома_ умирает, _пневма_ улетает, только _сарк_ остается, -
произнес ровный, бесстрастный голос. - Так всегда было. И будет. Жизнь
уходит, потом ты умираешь.
Существо спустилось вниз, держа животное в руке. Постояло у парадной
двери, вглядываясь в темноту, прислушиваясь к ветру.
- _Со_ _ках_ _сет_! - воскликнуло существо, повернулось и понесло
труп в приемную. Оно оглядело крюки, на которых висели тела, и тут же
увидело, что девочка, вторую ее брат называл Пирожком, больше не висит на
крюке, а лежит, укрытая портьерой.
Бледное лицо злобно перекосилось.
- Он посмел снять ее с крюка! - пожаловалось существо мертвому
койоту. - Паршивый мальчишка посмел снять ее с крюка! Глупый, несносный
мальчишка!
Да. Нерадивый мальчишка. Грубый мальчишка. Глупый мальчишка. В
определенном смысле последнее - самое лучшее, не так ли? Самое правдивое.
Глупый мальчишка пытался хоть в этом что-то изменить, будто это что-нибудь
меняло, будто смерть - грязное пятно, которое можно соскоблить со стены
жизни крепкой рукой. Словно прочитанную и закрытую книгу можно открыть и
перечитать вновь, изменив концовку.
Однако злость существа смешивалась со страхом, ибо этот мальчишка не
сдавался, а потому не сдавались и остальные. Им не следовало убегать, даже
если широко раскрылись двери их камер. Однако они убежали. Из-за
мальчишки, этого мерзкого, раздувшегося от гордости набожного мальчишки,
которому хватило наглости снять свою гребаную сестру с крюка и устроить ей
похороны...
Теплая волна окатила кисти рук существа. Оно посмотрело вниз и
увидело, что руки Эллен Карвер по запястья погрузились в тело койота.
Существо собиралось повесить койота на один из крюков, потому что
точно так же поступало и с остальными, но теперь у него возникла другая
идея. Существо подошло к зеленому "гробу" на полу, опустилось на колени,
сдернуло портьеру и, ухмыляясь, посмотрело на мертвую девочку, которую
выносило нынешнее тело демона.
Существо вытащило руки Эллен Карвер (теперь они были как бы в
кровавых перчатках) из тела койота и положило животное на Кирстен. Оно
раскрыло пасть койота и повернуло его голову так, чтобы шейка девочки
оказалась между челюстей. Получилось что-то мерзкое и фантастическое,
иллюстрация к "черной" сказке.
- _Тэк_, - произнесло существо и улыбнулось. Нижняя губа Эллен
Карвер при этом треснула, и кровь побежала по подбородку. Этот
отвратительный мальчишка, наверное, никогда не узнает, что вышло из его
начинания, но так приятно представить себе его реакцию! Жаль, что он не
сможет увидеть, к чему привели его потуги, как легко свести на нет все то,
что пытается сотворить человек.
Существо накрыло парочку портьерой, оставив лишь головы. Теперь
койот и ребенок казались любовниками. Какая досада, что здесь нет
мальчишки. Отца тоже, но главное - мальчишки. Потому что именно ему
следует преподать наглядный урок. Да и главная опасность исходила от него.
Позади послышалось шебуршание, слишком тихое, чтобы услышать... но
существо его услышало. Оно повернулось на коленях Эллен Карвер и увидело
возвращающихся пауков-отшельников. Пауки промаршировали через дверь
приемной, повернули налево и поползли на стену, отведенную для объявлений
о различных событиях деловой и общественной жизни города. Над одним из
таких объявлений, где сообщалось о собрании, на котором руководство
Безнадегской горнорудной компании намеревалось доложить о ходе работ по
возобновлению добычи меди на так называемой Китайской шахте, пауки вновь
образовали круг.
Высокая женщина в комбинезоне, перепоясанном широким ремнем, встала
и направилась к стене. Круг вибрировал, то ли от страха, то ли в экстазе,
а может, по обеим причинам. Женщина сложила окровавленные руки перед
собой, потом протянула их к стене ладонями вниз.
- _Ал_ _лах_?
Круг распался. Пауки рассыпались, чтобы с дисциплинированностью
вымуштрованных солдат сложиться в новую фигуру. На стене появилась буква
К, за которой последовали И, потом Н, О, затем Т...
Существо остановило их, когда они складывали букву Е.
- _Ен_ _тоу_, - изрекло оно. - _Рас_.
Пауки из недостроенной Т перестроились в вибрирующий круг.
- _Тен_ _ах_? - спросило существо-демон мгновение спустя, и пауки
образовали новую фигуру, похожую на восьмерку. Существо в обличье Эллен
Карвер несколько секунд смотрело на эту восьмерку, постукивая пальцами
Эллен Карвер по ключицам Эллен Карвер, потом махнуло рукой. Фигура
распалась. Пауки устремились на пол.
Существо уставилось в пол, не глядя на пауков, которые бежали между
ног Эллен Карвер. Главное в том, что пауки явятся по первому зову, а
остальное значения не имело.
Существо некоторое время постояло в дверях, глядя в ночь. Отсюда не
был виден старый кинотеатр, но существо знало, где находится "Американский
Запад", примерно в одной восьмой мили к северу от здания муниципалитета,
чуть ли не сразу за единственным городским перекрестком. Благодаря паукам
демону теперь было известно, где находятся беглецы. Где находится этот
мерзкий набожный мальчишка.
Джонни Маринвилл вновь рассказал свою историю, на этот раз всю.
Впервые за много лет он старался не забывать, что краткость - сестра
таланта. Многие критики Америки отметили бы сей подвиг аплодисментами,
если б поверили.
Джонни рассказал о том, как остановился, чтобы справить малую нужду,
о том, как Энтрегьян подложил мешок с марихуаной в его седельную сумку,
пока сам он опорожнял мочевой пузырь. Рассказал о койотах, с которыми
вроде бы говорил Энтрегьян и которые выстроились вдоль шоссе, словно
почетный караул. О том, как здоровяк коп избил его. Подробно описал
убийство Билли Рэнкорта и нападение стервятника, несомненно, по команде
Колли Энтрегьяна.
На лице Одри Уайлер читалось откровенное неверие, а вот Стив и
худющая девчонка, которую он где-то подобрал, похоже, ничуть не удивились,
даже понимающе переглянулись. По ходу рассказа Джонни ни на кого не
смотрел, предпочитая разглядывать свои руки, лежащие на коленях, и
концентрируясь на том, что ему необходимо донести до слушателей.
- Этот парень хотел, чтобы я пососал его член. Думаю, он рассчитывал
услышать от меня вопли: "Только не это!" - и униженные мольбы
смилостивиться надо мной, но я нашел эту идею не столь шокирующей, как
предполагал Энтрегьян. Собственно, отсосать - стандартное сексуальное
требование в ситуациях, где власть определяется законами, отличными от
тех, по которым живет цивилизованное общество. На поверхности насилие
выражается в доминировании агрессивности. Изнутри оно предопределяется
злостью, вызванной страхом.
- Благодарю вас, доктор Рут, - бросила Одри. - В следующий раз мы
обсудим ночные страхи.
Джонни посмотрел на нее без всякой злобы.
- Я написал роман на тему гомосексуального изнасилования. "Тибарон".
Критики оценили его не слишком высоко, но я беседовал со многими людьми,
так что этот предмет знаю достаточно глубоко. Суть в том, что Энтрегьян
разозлил меня, а не испугал. К тому времени я решил, что терять мне
особенно нечего. Я сказал, что готов пососать его член, но, как только он
окажется у меня во рту, я откушу его. Тогда... тогда... - Джонни глубоко
задумался, пытаясь вспомнить все до мельчайших подробностей. - Тогда я
бросил в лицо Энтрегьяну одно из его собственных бессмысленных слов. Во
всяком случае, бессмысленных для меня, слов из какого-то искусственного
языка.
- Вы про _тэк_? - спросила Мэри.
Джонни кивнул.
- Но слово это оказалось совсем не бессмысленным ни для койотов, ни
для Энтрегьяна. Когда я его произнес, он отпрянул... после чего приказал
стервятнику спикировать на меня.
- Не могу я в это поверить, - стояла на своем Одри. - Конечно, вы
знаменитый писатель и все такое, к тому же вы вроде бы не из тех, кто
будет сочинять подобные истории только ради красного словца, но все-таки я
не могу вам поверить.
- Однако именно так все и произошло. Вы не видели ничего подобного?
Странного, агрессивного поведения животных?
- Я пряталась в городской прачечной-автомате. Вы это понимаете? Мы
говорим на одном языке?
- Но...
- Послушайте, вы хотите поговорить о странном и агрессивном
поведении животных? - спросила Одри, наклонившись вперед, ее ярко
блестевшие глаза не отрывались от Маринвилла. - Мы ведь говорим о Колли. О
том, каким он стал. Он убивал всех, кого видел, всех, кто попадался ему на
пути. Этого вам недостаточно? Надо ли добавлять сюда еще и дрессированных
стервятников?
- А как насчет пауков? - Стив и худышка уже сидели в самом кресле, а
не на подлокотниках. Стив обнимал девушку за плечи.
- А они при чем?
- Вы видели пауков, которые... э... сбиваются в стаи?
- Как птицы осенью? - Во взгляде Одри читалось: _Осторожно_,
_сумасшедший_!
- Вот-вот. Путешествуют вместе. Как волки или койоты.
Одри покачала головой.
- А как насчет змей?
- Не видела я никаких змей. И койотов в городе тоже. Не видела и
собаки, разъезжающей в шляпе на велосипеде. Для меня все это новости.
Дэвид вернулся на сцену с мешком из плотной коричневой бумаги, в
каких клерки обычно носят мелкие покупки: пачки печенья, пакеты молока,
банки пива. Под мышкой он держал коробку крекеров "Риц".
- Еду я нашел, - доложил он.
- Отлично. - Стив глянул на мешок и коробку. - Этим мы точно победим
голод в Америке. Что нас ждет, Дэйви? По одной сардинке и два крекера на
человека?
- На самом деле еды много, - ответил Дэвид. - Больше, чем вы
думаете... - Он помолчал, задумчиво и в то же время тревожно оглядел всех.
- Никто не будет возражать, если я помолюсь, прежде чем раздам еду?
- Хочешь произнести благодарственную молитву? - спросила Синтия.
- Да.
- Нам сейчас как раз необходимо Его заступничество, - заметил
Джонни. - Так что молитва может прийтись весьма кстати.
- Аминь, - откликнулся Стив. Дэвид положил мешок и коробку между
кроссовками, закрыл глаза и сложил руки перед собой, пальчик к пальчику.
Что поражало Джонни в этом мальчике, так это полное отсутствие
показушности. Вел он себя абсолютно естественно.
- Господи, пожалуйста, благослови еду, которую нам предстоит съесть,
- начал Дэвид.
- Конечно, куда ж мы без этого, - вырвалось у Синтии, и тут же по ее
лицу стало ясно, что она сожалеет о своей несдержанности. Дэвид, впрочем,
не выразил никакого неудовольствия. Возможно, он даже не услышал ее.
- Благослови нашу дружбу, позаботься о нас и убереги от зла.
Пожалуйста, позаботься о моей маме, если будет на то Твоя воля. - Дэвид
помолчал, затем добавил, но уже тише: - Возможно, ее нет, но, пожалуйста,
если будет на то Твоя воля. Именем Иисуса, аминь. - И он открыл глаза.
Молитва мальчика тронула Джонни, задела те струны, до которых
пытался, но не смог дотянуться Энтрегьян.
Естественно, тронула. Потому что он искренне верит. В сравнении с
этим мальчишкой папа римский в его роскошных одеяниях- просто маскарадный
христианин.
Дэвид наклонился, поднял крекеры и мешок, сунул в него руку.
- Держите, Мэри. - Он достал банку сардин и протянул ей. - Ключ на
дне.
- Спасибо тебе, Дэвид.
- Благодарите приятеля мистера Биллингсли. Это его еда, а не моя. -
Он передал Мэри крекеры. - Пустите по кругу.
- Возьми сколько нужно, а остальное оставь, - изрек Джонни. - Так
говорим мы, члены Внутреннего круга... правильно, Том?
Ветеринар хмуро посмотрел на него, но промолчал.
Дэвид дал по банке сардин Стиву и Синтии.
- Нет-нет, дорогой, этого достаточно. - Синтия попыталась вернуть
свою банку. - Нам со Стивом хватит одной.
- В этом нет необходимости, - ответил Дэвид. - Сардин хватит на
всех. Честное слово.
По банке получили Одри, Том и Джонни. Последний повертел свою банку
в руках, как бы желая убедиться, настоящая ли она, потом сорвал обертку,
отломил ключ, вставил в его прорезь полоску металла, отходящую от стенки,
и открыл банку. Едва до его ноздрей долетел запах рыбы, Джонни понял,
какой же он голодный. Если бы раньше кто-нибудь сказал ему, что банка
паршивых сардин вызовет у него такую реакцию, он бы поднял этого человека
на смех.
Кто-то постучал Джонни по плечу. Он обернулся. Мэри протягивала ему
коробку с крекерами. Она просто сияла от счастья. Из уголка рта по
подбородку текла струйка масла.
- Берите. С крекерами сардины просто восхитительны. Убедитесь сами!
- Точно, - поддакнула Синтия. - С крекерами все кажется вкуснее, я
давно об этом твержу.
Джонни взял коробку, заглянул в нее и увидел, что там только один
полупустой столбик вощеной бумаги. Джонни достал из него три круглых
оранжевых крекера. Но урчащий желудок запротестовал против такого
ущемления его прав, поэтому Джонни не удержался и взял еще три крекера,
прежде чем передать коробку Биллингсли. Их взгляды на мгновение
встретились, и он вспомнил, как старик говорил о том, что даже Гудини не
смог бы этого сделать. Из-за головы. И, разумеется, Джонни помнил о
телефоне. Три черты, сигнализирующие о том, что телефон к работе готов,
появились лишь тогда, когда он перекочевал в руки мальчика. Когда же
телефон находился в руках Джонни, этих черточек не было вовсе.
- Теперь вопрос
...Закладка в соц.сетях
