Жанр: Триллер
Последний странник
...карман. В нем что-то лежало. Открытка? Да, почтовая открытка. Лоуренс сунул
находку в портфель, закрыл стеклянную дверцу и быстро покинул галерею.
Час спустя он сидел в пабе недалеко от Британского музея и изучал открытку с
изображением кафе "Ля палетт" на улице Рю-де-Сьен в Париже. Зеленый навес. На открытой
террасе кафе стоят несколько столиков и стульев. Один из столиков на снимке был помечен
крестом, но что он обозначает, Лоуренс понять не мог. На оборотной стороне открытки кто-то
написал по-французски: "Когда пал храм".
Вернувшись в Америку, Лоуренс снова взялся изучать открытку и провел долгие часы,
разыскивая информацию в интернете. Оставил ли какой-то Арлекин эту карточку, как ключ?
Или как билет в определенное место? Какой разрушенный храм имелся в виду? Единственное,
что приходило Лоуренсу в голову, это храм Соломона в Иерусалиме. Хранилище свитков Торы.
Ковчег Завета. Святая святых.
Как-то вечером Лоуренс выпил целую бутылку вина и вспомнил вдруг, что в прежние
времена с Арлекинами сотрудничал старинный орден храмовников или тамплиеров. Их
последнего верховного магистра схватили по приказу короля Франции и, обвинив в ереси,
сожгли на костре. Когда же это случилось? Лоуренс вышел в интернет с портативного
компьютера и тут же отыскал ответ. Октябрь 1307 года. Пятница, тринадцатое.
В текущем году было две пятницы, выпадавшие на тринадцатое число, и одна из них
наступала всего через пару недель. Лоуренс взял отпуск и полетел во Францию. Утром
тринадцатого он вошел в парижское кафе "Ля палетт" в свитере с ромбовидным рисунком.
Кафе располагалось неподалеку от бульвара Сан-Мишель, в переулке с множеством маленьких
художественных галерей. Лоуренс устроился за одним из столиков и, заказав кофе со сливками,
стал с волнением ждать. Прошел час, но ничего не случилось.
Еще раз взглянув на открытку, Лоуренс обратил внимание, что крестик на ней нарисован
на определенном столике - с левой стороны площадки, в самом углу. Двое молодых
французов дочитали газету и отправились по своим делам. Лоуренс тут же пересел за
отмеченный на открытке столик и заказал ветчины с французским хлебом.
Около двенадцати часов дня к столику Лоуренса подошел немолодой официант в белой
рубахе и черной жилетке. Сначала он заговорил по-французски, но Лоуренс покачал головой,
показывая, что не понимает. Официант перешел на английский.
- Вы кого-нибудь ждете?
- Да.
- Кого именно?
- Не знаю, но когда он подойдет, я пойму.
Пожилой официант сунул руку под жилетку и, достав сотовый телефон, вручил его
Лоуренсу. Телефон зазвонил почти сразу, и Лоуренс ответил на вызов. В трубке зазвучал чей-то
низкий голос. Сначала человек заговорил по-французски, затем по-немецки и только потом
перешел на английский:
- Как вы узнали об этом месте?
- По почтовой открытке из кармана мертвеца.
- Насколько я понимаю, вы случайно наткнулись на одну из точек доступа. У нас
несколько таких точек по всему миру - собирать союзников и связываться с наемниками. Так
что вы нашли только точку доступа. Это пока не значит, что вам позволят войти.
- Я понимаю.
- Итак, скажите мне, что сегодня за день?
- День, когда уничтожили Орден тамплиеров. Только уничтожили не всех.
- И кто выжил?
- Арлекины. Мой отец был одним из них. Его звали Спарроу.
Последовала тишина. Наконец собеседник Лоуренса тихо рассмеялся.
- Ваш отец получил бы от такой ситуации огромное удовольствие. Он обожал все
неожиданное. Ну а вы кто?
- Лоуренс Такава. Работаю на фонд "Вечнозеленые".
Снова молчание.
- Ах да, - сказал наконец голос в телефонной трубке. - Общественный фасад
Братства...
- Я хочу больше узнать об отце.
- С какой стати я должен вам верить?
- Решайте сами, - сказал Лоуренс. - Я посижу за столиком еще десять минут, а потом
ухожу.
Он отключил телефон и подождал, не взорвется ли тот, однако с трубкой ничего
необычного не случилось. Спустя пять минут к кафе подошел крупный бритоголовый человек.
Он остановился перед столиком Лоуренса. С плеча незнакомца свисала черная металлическая
трубка на ремне. Лоуренс понял, что в ней Арлекин носит меч.
- M'apportent s'il vous plait une eau-de-vie fine , - сказал незнакомец официанту и сел на
плетеный стул. Затем резко сунул руку в карман длинного пальто, будто собираясь выхватить
оружие. Лоуренсу стало интересно, собирается ли Арлекин убить его прямо сейчас или сначала
дождется своей выпивки. - Очень решительно вы телефон отключили, мистер Такава. Мне
понравилось. Может, вы и правда сын Спарроу.
- У меня есть фотография, где родители сидят вместе. Могу показать, если хотите.
- Или я могу сразу убить вас.
- Тоже не исключено.
Француз впервые улыбнулся.
- Значит, вы готовы были рискнуть жизнью, чтобы со мной встретиться? Зачем?
- Хочу узнать, почему убили моего отца.
- Спарроу был последним из японских Арлекинов. Табула наняла гангстеров-якудза
убить троих Странников, а твой отец почти восемь лет их охранял. Один из Странников,
буддистский монах, жил в храме Койото. Главари якудзы несколько раз подсылали к нему
наемных убийц, но все они один за другим пропадали. Разумеется, их отлавливал Спарроу.
Отлавливал и укорачивал, как чересчур длинные ветки в саду. В отличие от большинства
современных Арлекинов Спарроу использовал меч с огромным удовольствием.
- Что же тогда случилось? Как они к нему подобрались?
- Они с твоей матерью познакомились на автобусной остановке у Токийского
университета. Начали встречаться, полюбили друг друга. Когда она забеременела, якудза об
этом узнали. Похитили ее и привезли в отель "Осака", в банкетный зал. Там связали и
подвесили на веревке. Якудза собирались сначала напиться, а потом изнасиловать ее. Они не
могли убить самого Спарроу, вот и решили надругаться над единственным существом, которое
он любил.
Официант принес стакан бренди, и Арлекин вынул наконец руку из кармана. Уличный
шум и разговоры посетителей будто исчезли. Лоуренс не слышал ничего, кроме голоса
собеседника.
- Твой отец проник в банкетный зал под видом официанта. Выхватил из-под тележки с
едой меч и гладкостволку с барабанным магазином на двенадцать патронов. Спарроу напал на
якудза, нескольких убил, остальных ранил. Потом развязал твою мать и велел ей бежать из
отеля.
- Она послушалась?
- Да. Спарроу надо было уйти вместе с ней, но он решил отомстить за оскорбление.
Переходил по банкетному залу от одного бандита к другому и добивал их мечом. В это время
один из раненых достал оружие и выстрелил Спарроу в спину. Чтобы скрыть факты, Табула
подкупила местную полицию, и в газетах написали, что в отеле произошла бандитская
разборка.
- А что с теми Странниками?
- Охранять их стало некому, и в течение нескольких недель Странников уничтожили.
Правда, потом в Японию прилетел Торн, немецкий Арлекин, но он не успел ничего сделать.
Лоуренс опустил глаза и уставился в свою чашку с кофе.
- Так вот, значит, как все случилось...
- Значит, выходит, что ты, сын Арлекина, работаешь на Табулу. Отсюда возникает
только один вопрос... Что ты теперь намерен делать?
Чем ближе подходило время телеконференции, тем сильнее Лоуренс нервничал. Дверь
своего офиса он запер, но любой из сотрудников с более высоким уровнем допуска -
например, генерал Нэш - все равно мог войти. В 15.55 Лоуренс достал приемное устройство,
которое Линдеи прислал вместе с "пауком", и подсоединил его к персональному компьютеру.
Сначала на мониторе появились мутные красные полосы, затем Лоуренс увидел конференц-зал,
а в наушниках услышал голоса.
Кеннард Нэш стоял возле длинного стола и приветствовал членов Братства, прибывающих
на встречу. Некоторые из них, по всей видимости, провели день в Уэстчестерском загородном
клубе, поскольку явились на конференцию в костюмах для гольфа. Они крепко пожимали друг
другу руки, обменивались шутками и болтали о современной политической ситуации.
Наблюдай за их поведением кто-нибудь несведущий, он подумал бы, что все эти немолодые,
хорошо одетые мужчины состоят в благотворительном фонде и собрались здесь на ежегодный
банкет и вручение почетных наград.
- Итак, господа, - сказал Нэш. - Занимайте, пожалуйста, свои места. Время начинать.
Вводя на клавиатуре команды, Лоуренс настроил резкость изображения. На экране
конференц-зала появился Натан Бун. Внизу экрана, в квадратиках возникли лица тех, кто
участвовал в беседе на расстоянии, из других стран.
- Добрый день, господа, - начал Бун с невозмутимостью обычного бухгалтера, который
обсуждает текущую выручку. - Я хотел рассказать вам о том, как в настоящее время обстоят
дела с Майклом и Габриелем Корриганами. Месяц назад я начал программу слежения за двумя
братьями. Нанял несколько временных сотрудников в Лос-Анджелесе и еще нескольких вызвал
из других городов. Они получили задание следить за братьями и собирать о них всю
возможную информацию. Задержать Корриганов наши люди могли только в том случае, если
бы братья собрались бежать из города.
На экране конференц-зала появилось изображение ветхого двухэтажного дома.
- Несколько дней назад братья встретились в хосписе, где лежала их мать.
Тепловизионного устройства у группы не было, пришлось использовать аудиосканер. Рейчел
Корриган сказала сыновьям следующее...
Из колонок телевизора зазвучал слабый голос умирающей женщины:
- Ваш отец был Арлекином... Нас отыскал Арлекин, которого звали Торн... Если этот
дар у вас все же есть, вы должны скрываться от Табулы...
На экране снова появилось лицо Натана Буна.
- Той же ночью Рейчел Корриган умерла, и братья уехали из больницы. Группой
наблюдения руководил мистер Причетт. Он принял решение захватить старшего из братьев. К
сожалению, оказалось, что Габриель следовал за братом. Он атаковал один из наших
автомобилей. Майклу удалось уйти.
- Где они сейчас? - спросил генерал.
На экране появилось новое изображение. Похожий на полинезийца здоровяк и
латиноамериканец с пистолетом выводили Майкла с Габриелем из небольшого домика.
- На следующее утро одна из команд слежения заметила братьев с двумя охранниками в
доме Габриеля. Полчаса спустя они заехали на квартиру Майкла и забрали кое-что из одежды.
Потом все четверо поехали на юг Лос-Анджелеса, на швейную фабрику. Владеет фабрикой
человек по имени Фрэнк Салазар. Он заработал состояние на незаконной деятельности, а сейчас
начал вести легальный бизнес, у него есть несколько предприятий. Кроме того, Салазар был
одним из инвесторов офисного здания, которое приобрел Майкл. Сейчас люди Салазара
охраняют обоих братьев.
- Они все еще на территории фабрики? - спросил Нэш.
- Да. Я прошу разрешения атаковать здание сегодня ночью и захватить братьев.
Несколько секунд люди за столом хранили молчание. Первым заговорил представитель
Москвы:
- Фабрика располагается в жилом квартале?
- Да, - ответил Бун. - В пятистах ярдах от здания фабрики стоят двухквартирные
дома.
- Несколько лет назад комитет постановил, что мы будем избегать действий, которые
могут привлечь внимание полиции.
Генерал Нэш подался вперед.
- Будь это обычное устранение, я попросил бы мистера Буна отвести людей и подождать
более удобной возможности. Однако в последнее время ситуация кардинально изменилась.
Благодаря квантовому компьютеру у нас появилась возможность найти союзника огромной
силы. Если проект "Переход" увенчается успехом, у нас наконец появится способ управлять
всем населением Земли.
- Но ведь тут необходим Странник, - сказал один из сидящих за столом.
Генерал Нэш постучал пальцем по столу.
- Вот именно. Насколько нам известно, Странников больше не осталось. Братья
Корриган - сыновья Странника, а данный факт означает, что дар отца мог передаться им по
наследству. Мы обязаны их захватить. Выбора у нас нет.
18
Майя сидела спокойно и наблюдала за тремя мужчинами. Ей потребовалось некоторое
время, чтобы оправиться от электрошока, но грудь и левое плечо жгло по-прежнему. Пока она
была без сознания, трое мужчин разрезали старый вентиляционный ремень и связали Майе
ноги. Запястья ей сцепили наручниками, заведя руки назад, за спинку стула. Сейчас она
пыталась справиться с гневом и найти в собственном сердце спокойный уголок.
"Представь себе камень, - говорил когда-то Майе отец. - Гладкий черный камень.
Достань его из ледяного горного ручья и зажми в кулаке".
- Чего она молчит-то? - спросил Бобби-Джей. - Я бы на ее месте крыл тебя
последними словами.
Шеперд взглянул на Майю и рассмеялся.
- Она пытается придумать, как перерезать тебе глотку. Отец научил ее убивать, когда
она совсем девчонкой была.
- Круто.
- Нет, не круто, - сказал Шеперд. - Одна ирландка по имени матушка Блэссинг
поехала как-то в городок на Сицилии и за десять минут прикончила тринадцать человек. Она
пыталась спасти католического священника, которого похитили наемники-мафиози.
Священника подстрелили, и он умер в машине от потери крови. Матушке Блэссинг удалось
скрыться. Теперь в одной придорожной часовне недалеко от Палермо есть алтарь, на котором
нарисована та самая матушка Блэссинг в образе Ангела Смерти. Богом клянусь. Хотя черт с
ней. Психопатка она чертова, вот и все.
Тейт, почесываясь и чавкая жвачкой, подошел к стулу и наклонился над Майей так, что
его рот оказался всего в нескольких дюймах от ее лица.
- Так вот, значит, что ты делаешь, детка? Кумекаешь, как бы нас прикончить? Не
очень-то хорошо с твоей стороны.
- Отойди от нее, - сказал Шеперд. - Пускай сидит на стуле. Наручники с нее не
снимайте. Если попросит есть или пить, не давайте ничего. Я найду Причетта и сразу вернусь.
- Предатель! - вырвалось у Майи. Разговаривать с Шепердом не имело никакого
смысла, но слово будто само выскочило у нее изо рта.
- Предателем называют того, кто совершил измену, - откликнулся Шеперд. - Мне
предавать было некого. Хочешь знать почему? Потому что Арлекинов больше не существует.
- Табула не должна победить.
- У меня есть для тебя новость, Майя. Арлекины остались без работы, потому что
Братство теперь не убивает Странников. Оно собирается их отлавливать и использовать в своих
интересах. Именно это нам и следовало сделать много лет назад.
- Ты недостоин имени Арлекина. Ты предал память своей семьи.
- Моих деда и отца всю жизнь беспокоили одни только Странники. Ни тот, ни другой не
подумали обо мне и двух раз за всю свою жизнь. Мы с тобой одинаковые, Майя. Нас обоих
воспитали люди, которые поклонялись тому, чего больше нет.
Шеперд повернулся к Бобби-Джею и Тейту.
- Глаз с нее не спускайте, - сказал он братьям и вышел из комнаты.
Тейт подошел к столу и взял один из метательных ножей Майи.
- Ты глянь только, - сказал он брату. - Сбалансирован идеально.
- Когда Шеперд вернется, потребуем ножи, арлекинский меч, и пускай еще наличных
накинет.
Майя, дожидаясь удобного момента, чуть согнула руки и ноги. В детстве отец водил ее в
один клуб в Сохо, где они играли в бильярд. Игра научила Майю заранее обдумывать и
проводить последовательность быстрых действий: белый шар бьет по красному, а затем
отскакивает рикошетом от резинового борта.
- Шеперд чересчур ее боится. - Тейт приблизился к Майе с ножом в руке. - У
Арлекинов, конечно, репутация что надо, но сейчас-то у нее никакого оружия нет. Погляди нее,
как у всех, две руки и две ноги.
Тейт ткнул острием ножа Майе в щеку. Кожа слегка подалась нажиму. Тейт надавил
сильнее, и из-под острия появилась капелька крови.
- Гляди-ка. Кровь у нее тоже красная. Совсем как у нас с тобой.
- Хорош дурью маяться, - сказал Бобби-Джей. - Нам только неприятностей не
хватало.
Тейт с ухмылкой вернулся к столу. На несколько секунд, повернувшись к Майе спиной,
он закрыл ее от брата. Майя наклонилась вперед, к коленям, и как можно выше подняла
скованные сзади руки. Освободив их из-за спинки стула, она приподнялась. Провела
сцепленные руки под ягодицами. Просунула через них ноги. Теперь скованные наручниками
оказались впереди.
Со связанными лодыжками и запястьями Майя поднялась со стула и прыгнула мимо
Тейта. Сделав кульбит над столом, схватила меч и приземлилась перед Бобби-Джеем. Тот
испуганно дернулся и потянулся под кожаную куртку за оружием. Ухватив меч обеими руками,
Майя размахнулась и перерезала Бобби горло. Из вскрытой артерии хлынула кровь.
Бобби-Джей начал падать, а Майя о нем уже забыла. Просунув клинок под резиновый ремень
на лодыжках, она перерезала его и освободила ноги.
"Быстрее. Еще быстрее". Пока Майя огибала стол, Тейт успел выхватить из-под
просторной футболки автоматический пистолет. Он поднял оружие. Майя отступила в сторону
и, размахнувшись, отрубила противнику кисть. Тейт с воплем шарахнулся назад, но Майя тут
же его настигла и несколько раз полоснула мечом по груди и шее.
Тейт рухнул на пол, а она, стиснув меч руками, встала над телом. В тот момент мир
вокруг нее будто сжался, превратившись в маленькую точку из страха, ярости и ликования.
Братья Корриган жили на верхнем этаже фабрики уже четыре дня. Днем появился мистер
Пузырь. Он сообщил Майклу, что переговоры с семьей Торрелли в Филадельфии идут гладко,
через неделю или около того Майклу придется подписать документы по передаче прав
собственности и братья будут совершенно свободны.
Вечером появился Дьяк и заказал ужин в китайском ресторанчике. Потом отправил
Хесуса Моралеса вниз, дожидаться фургона с заказом, а сам сел играть в шахматы с Габриелем.
- В тюрьме мы много в шахматы играли, - объяснил Дьяк. - Но там парни всегда
одинаково играют. Сразу атакуют и продолжают атаковать всю игру, пока одному из королей
не объявят мат.
Когда швейные машины выключали, а работники расходились по домам к своим семьям,
на фабрике становилось очень тихо. Габриель услышал, как к зданию подъехала машина и
остановилась у входа. Выглянув из окна четвертого этажа, он увидел, как из автомобиля
выбрался водитель-китаец с двумя пакетами в руках.
Дьяк разглядывал фигуры на шахматной доске, обдумывая следующий ход.
- Когда платит Хесус, люди всегда злятся. Тот водитель ехал издалека, а Хесус жадный,
он на чаевые даст всего доллар.
Водитель получил у Хесуса деньги и направился обратно к автомобилю. Затем сунул руку
за пазуху и выхватил из-под куртки оружие. Нагнав Хесуса, он поднял руку с пистолетом и
выстрелил телохранителю в затылок.
Дьяк услышал звук выстрела. Вскочив с места, он бросился к окну, а к зданию фабрики с
ревом подлетели еще два автомобиля. Из них появились несколько человек и вслед за китайцем
кинулись в здание.
Дьяк набрал на сотовом телефоне какой-то номер и быстро сказал:
- Пришлите сюда ребят, только быстро. На фабрику прорвались шестеро парней, все с
оружием.
Он отключил телефон, схватил свою винтовку "М-16" и кивнул Габриелю:
- Иди найди Майкла. Когда найдешь, сидите вместе, пока мистер Пузырь не приедет с
подкреплением.
Дьяк начал осторожно спускаться по лестнице. Габриель побежал вдоль коридора и
отыскал Майкла возле раскладушек.
- Что происходит?
- На здание кто-то напал.
До братьев донеслись приглушенные стенами выстрелы. Дьяк стоял в лестничном пролете
и палил в нападающих. Майкл казался растерянным и испуганным. Стоя в дверном проеме, он
смотрел, как Габриель поднимает ржавую лопату.
- Ты что делать собрался?
- Надо выбираться отсюда.
Габриель просунул лопату в щель между верхней и нижней створками окна и надавил.
Рама немного поддалась. Откинув лопату в сторону, он открыл окно и выглянул наружу. По
внешней стене здания шел бетонный выступ шириной дюйма в четыре. Крыша того здания, что
стояло на противоположной стороне переулка, находилась в шести футах от фабрики и одним
этажом ниже.
Где-то в здании раздался взрыв. Габриель бросился в угол комнаты и, схватив японский
меч отца, сунул его в рюкзак рукоятью вниз - так, что наружу высовывался только наконечник
ножен. Раздались еще несколько выстрелов. Дьяк закричал от боли. Габриель надел рюкзак за
спину и подбежал к открытому окну.
- Давай скорее! Перепрыгнем на другое здание.
- Не могу, - воскликнул Майкл. - У меня не получится.
- Придется. Здесь оставаться нельзя. Убьют.
- Я поговорю с ними, Гейб. Я могу договориться с кем угодно.
- Даже не думай. Не собираются они с тобой разговаривать.
Габриель выбрался из окна и встал на выступ, держась левой рукой за оконную раму. На
улице было уже довольно темно. Крышу соседнего дома Габриель видел, а сам переулок между
двумя зданиями казался темным провалом без дна. Габриель сосчитал до трех, оттолкнулся и,
перемахнув через пустоту, приземлился на толевую крышу. Вскочил на ноги и обернулся к
зданию фабрики.
- Давай прыгай!
Майкл сделал неуверенное движение, будто собираясь влезть на подоконник, но тут же
отступил назад.
- У тебя получится! - Габриель подумал, что следовало остаться с братом и сначала
помочь перепрыгнуть ему. - Вспомни, что ты всегда говорил! Мы должны держаться вместе!
В небе с ревом появился вертолет с поднятым вверх прожектором. Луч прорезал темноту,
скользнул по открытому окну и ушел дальше, на фабричную крышу.
- Ну, давай же, Майкл!
- Не могу я! Спрячусь где-нибудь здесь!
Майкл сунул руку в карман, что-то вытащил и бросил Габриелю. Предмет упал на крышу,
и Габриель увидел, что это золотой зажим для купюр с кредитной карточкой и пачкой
двадцатидолларовых банкнот.
- Встретимся завтра в полдень на перекрестке бульвара Уилшир и Бэнди-драйв, -
крикнул Майкл. - Если меня не будет, приходи туда еще раз через сутки.
- Они же тебя убьют!
- Не бойся. Все будет нормально.
Майкл скрылся в глубине здания, и Габриель остался совсем один. В небе над переулком
снова появился вертолет, завывая и поднимая огромным винтом пыль и разный мусор. Свет
прожектора ударил Габриелю в глаза так, будто он глядел на солнце. Наполовину ослепнув от
яркого света, он бросился к раздвижной пожарной лестнице. Ухватился за металлическую
перекладину и прыгнул вниз.
Забрызганную кровью одежду Майя сняла и сунула в пластиковый пакет для мусора. Два
трупа лежали в стороне, всего в нескольких футах, и она старалась не вспоминать о том, что
произошло. "Думай только о настоящем, - сказала себе Майя. - Сосредоточься на своих
действиях". Ученые и поэты любили писать о прошлом, восторгались, тосковали и сожалели о
нем, однако Торн учил дочь никогда не отвлекаться на воспоминания. Клинок меча,
рассекающий воздух, стал для Майи олицетворением такой жизни.
Шеперд ушел на встречу с каким-то Причеттом и мог вернуться в любую секунду. Майе
ужасно хотелось остаться и прикончить предателя, но сейчас главной задачей было отыскать
братьев Корриган. Не исключено, что их уже успели захватить в плен. С другой стороны, у них
вообще могло не оказаться дара Странников. Чтобы узнать, как в действительности обстоит
дело, требовалось только одно - как можно скорее разыскать Майкла и Габриеля.
Майя достала из чемодана чистые джинсы, футболку и синий трикотажный свитер.
Обернув кисти рук разорванным полиэтиленовым мешком, просмотрела оружие Бобби-Джея и
выбрала маленький автоматический пистолет немецкого производства с ножной кобурой.
Отдельно, в длинном металлическом футляре, лежал армейский дробовик с пистолетной
рукоятью и складным прикладом. Футляр с дробовиком Майя решила тоже взять с собой. Когда
все было готово к уходу, она застелила лужи крови старыми газетами и, ступая по ним,
обыскала карманы убитых. У Тейта нашлось сорок долларов и три пластиковые бутылочки с
кокаином. В карманах Бобби-Джея оказалось девятьсот долларов, свернутые в трубочку и
перетянутые резинкой. Деньги Майя взяла, а наркотики оставила рядом а телом Тейта.
С ружейным футляром и остальными вещами в руках она выбралась из здания через
пожарный выход, прошла несколько кварталов на запад и выбросила пакет с окровавленной
одеждой в мусорный бак. Теперь Майя оказалась на бульваре Линкольна - четырехрядной
улице, по обеим сторонам которой выстроились рестораны и мебельные салоны. В городе
стояла жара, и Майя по-прежнему чувствовала капли крови на собственной коже.
Запасной вариант у нее имелся только один. Несколько лет назад Линден ездил в Штаты
купить поддельные паспорта и кредитные карточки и здесь познакомился с одним человеком,
который жил к югу от Лос-Анджелеса, в Эрмоса-Бич.
Майя вызвала по телефону-автомату такси. Водителем оказался пожилой сириец, едва
говоривший по-английски. Развернув карту города, он долго ее изучал, а потом сообщил, что
согласен отвезти Майю по нужному адресу.
Эрмоса-Бич был маленьким городком недалеко от лос-анджелесского аэропорта. Здесь
имелся центральный туристический район с барами и ресторанами, а жилые домики основном
одноэтажные - стояли совсем недалеко от океана. Таксист заблудился дважды. Оба раза он
останавливался, снова изучал карту и наконец отыскал-таки нужный дом на улочке
Си-Бриз-лейн. Майя расплатилась и подождала, пока такси не скроется за поворотом. Вполне
возможно, что наемники Братства очутились здесь первыми и теперь ждут ее в доме.
Майя поднялась на крыльцо и постучала в дверь. Никто не ответил, хотя с заднего двора
доносилась музыка. Майя открыла боковую калитку и ступила в узкий проход между стеной
дома и бетонным забором. Чтобы освободить руки, вещи она оставила у двери. Автоматический
пистолет Бобби-Джея находился в кобуре на левой лодыжке. Футляр с мечом висел на плече.
Глубоко вдохнув, Майя приготовилась к бою и двинулась вперед.
Вдоль забора здесь стояло несколько сосенок, но в центральной части двора ничего не
росло. В песчаной почве была вырыта неглубокая яма, а над ней возвышался пятифутовый
купол из ивовых прутьев, связанных вверху веревкой. Из портативного приемника звучала
кантри-музыка, а голый по пояс индеец покрывал каркас из прутьев прямоугольными
отрезками темно-коричневых коровьих шкур.
Заметив Майю, мужчина перестал работать. У него были длинные черные волосы и
отвислый живот. Он широко улыбнулся Майе, показав щербины между коренными зубами, и
сказал:
- Приходи завтра.
- Простите? - не поняла Майя.
- Обряд очистительного вигвама
...Закладка в соц.сетях
