Жанр: Триллер
Река тьмы
... о том, что я должен предпринимать самые решительные действия...
- Э, дело не в том, о чем шла речь, - мягко сказал Билли. - Дело в том, что к
необходимости решительных действий может привести само ваше расследование. И вы
поэтому должны отнестись очень осторожно к некоторым нюансам, которых вы пока...
не чувствуете. Мы с директором согласились с тем, что это задание должно
осуществляться как можно более осторожно, без лишней спешки, без суеты, я бы даже
сказал - благоразумно.
- Конечно. - Уэс кивнул головой. Немного поколебавшись, он спросил: - Вам
известно что-нибудь о Джуде Стюарте?
- Я знаю только то, что есть в досье нашего управления, - ответил Билли.
- Я хочу только установить истину.
- Ну что ж, тогда вы навсегда останетесь в нашем штате...
- Мы оба солдаты, - торжественным тоном продолжил генерал-полковник ВВС
Билли Кокрэн. - Вы выполняете приказ, на законном основании отданный вам
старшим по званию. И я хочу, чтобы вы выполнили этот приказ наилучшим образом.
- Глава вашей службы безопасности считает, что я - враг.
Билли вздрогнул, встал и, прихрамывая, подошел к окну. Хромота всегда
появлялась у него в плохую погоду. В 1964 году Билли был офицером спецотдела на
военно-воздушной базе в Бьен Хоа. Тогда его беспечность чуть не стоила ему карьеры.
Ночью в канун праздника всех святых - Хэллоуин - вьетнамцы обстреляли их базу,
а саперы, перерезав проволочное ограждение, заминировали взлетно-посадочную
полосу. На минах подорвались и сгорели сразу два огромных транспортных самолета.
Безоружный Билли выскочил из своего бункера, выхватил карабин из рук убитого
летчика и в одиночку противостоял нападавшим. Шрапнелью его ранило в ногу, он
потерял очки. "Я стрелял наугад", - сказал он потом командиру авиабазы. Билли
наградили скромной Серебряной Звездой. От более почетной награды он наотрез
отказался: это привлекло бы излишнее внимание к разведчику.
Билли взял телефонную трубку и набрал номер.
- Майк? - сказал он. - Пожалуйста, дайте майору Чендлеру необходимые ему
записи... Чей?.. Это мой приказ... Спасибо.
"Так, выходит, теперь я тебе еще и обязан", - подумал Уэс.
Билли проводил Уэса до двери.
- Наверное, будет полезно, если время от времени вы будете приходить ко мне, -
сказал Билли. - Я смогу открыть для вас некоторые плотно закрытые двери.
На пороге он положил свою руку на плечо Уэса.
- Я уверен, вы будете поддерживать со мной связь.
Через пару часов Уэс сидел в одном из кабинетов Пентагона. Окон в кабинете не
было. Уэс съел купленный по пути в Пентагон сандвич и запил его холодным кофе.
В кабинет влетел полковник со знаками отличия 101-й десантной дивизии ВВС и
плотно затворил за собой дверь. Держа в одной руке скоросшиватель с документами,
он поднес указательный палец другой руки к своим губам и отсоединил стоящий на его
столе телефон от розетки.
- Они могут прослушивать разговоры через телефон, - сказал полковник,
опускаясь в кресло. С тех пор как он перестал служить в десантных войсках, у него появилось
изрядное брюшко.
Полковник внимательно оглядел кабинет. Через некоторое время взгляд его
остановился наконец на Уэсе.
- Известно ли тебе, чем ты занимаешься? - прошептал полковник.
- А что случилось, Ларри?
- Вот! - Полковник швырнул Уэсу скоросшиватель с документами, который
незадолго до этого от него же и получил. - Что это такое?
- Вообще-то это послужной список солдата.
- Но ты-то сам работаешь в Службе расследований ВМФ, а речь идет о солдатесухопутчике!
- Ну и что? Страна-то у нас одна.
- Не делай из меня дурака. Что ты хочешь установить?
- Ничего особенного, - спокойно ответил Уэс. - Хочу всего лишь разобраться в
этом досье. Когда этот парень закончил службу в сухопутных войсках? Куда он был
переведен? Если в спецвойска, то в какое именно подразделение?
- Но у тебя же есть досье! Вот и работай с ним, - зло улыбнулся полковник.
- Это досье - полное дерьмо! В нем даже нет фотографии. Но говорится о какихто
"двадцати имитационных боевых прыжках с парашютом". Да таких прыжков
вообще не бывает! И это ты знаешь не хуже меня!
- Ничем не могу помочь тебе, Уэс.
- Ты целых полтора часа изучал это досье. Ты, полковник Уиз, который знает в
Пентагоне всех и вся! И ничем помочь мне не можешь?!
- Ты не имеешь права разговаривать со мной таким тоном!
- Ларри, помоги мне!
- Но я даже не знаю, кто ты такой, - сказал человек, который был знаком с
Уэсом лет десять. - Ты подсунул мне какое-то досье, приговаривая при этом, что не
хотел бы получать интересующую тебя информацию по другим каналам. Ты загонял
меня как собаку-ищейку. Мои подчиненные пытались найти что-нибудь в наших
компьютерах, но там ничего нет. А потом какой-то капитан - имени его я не знаю, -
говорит мне, что получил приказ от вышестоящего начальства даже и не думать о
парне, сведения на которого ты хотел бы получить. И еще капитан сказал: "Передайте
Чендлеру, что у него есть только те данные, которые ему положено знать. И не более
того..."
Они знают твое имя, Уэс, - прошептал полковник.
- Я польщен. Так можешь ты мне помочь, Ларри?
Полковник покачал головой:
- Мое имя они тоже знают.
- Так кто же мне поможет? К кому мне обратиться? Куда, наконец, идти?
- Возвращайся в свой офис. Или иди домой. Одним словом, не знаю.
- Все ясно, Ларри. Начальство с тобой хорошо поработало.
- Что ж, я солдат и подчиняюсь приказу.
Уэс встал и бросил салфетку, в которой лежал сандвич, и пластиковый стаканчик в
корзину для бумаг рядом со столом полковника.
Он уже подошел к двери, когда Ларри нерешительно сказал:
- Я вот что думаю... Это досье... В общем, информации об этом парне в наших
архивах нет и быть не может. Если хочешь о нем что-то узнать, ищи других людей,
которые также не помечены в наших архивах. Счастливого пути...
Джек Бернс жил в пригородном районе Вирджиния примерно в пяти милях от
директора ЦРУ Дентона. Невысокий, с обширной лысиной, Бернс был в широких
брюках и ярко-зеленом свитере для гольфа, под которым угадывался солидный живот.
На ботинках были несерьезные кисточки.
- Рад познакомиться с вами, - сказал он, вводя Уэса в дом. - Как находите мое
обиталище? В шестьдесят девятом заплатил за него пятьдесят две тысячи, а сегодня он
стоит не меньше полумиллиона... Прошу в мой кабинет.
В кабинете Бернса две стены занимали полки с книгами по юриспруденции. Окна и
стеклянная дверь выходили в сад. Посреди кабинета стоял огромный бильярдный стол.
- Неплохо, - сказал Уэс, осматриваясь. Он почему-то думал, что здесь должны
быть микрофоны для прослушивания.
- Налоги плачу сполна! - самодовольно заметил Бернс.
На зеленом сукне бильярдного стола были беспорядочно разбросаны разноцветные
шары.
- Почему наш общий друг решил, что вы сможете мне помочь? - спросил Уэс.
- Потому что он умный малый, - ответил Бернс. - Вы ведь разыскиваете парня
по имени Джуд Стюарт?
Уэс резким движением кисти закатил в лузу красный шар с номером семь.
- О чем еще сообщил вам Ной?
- Больше ни о чем. Он только сказал, что вам может понадобиться помощь. И что
у вас есть деньги... Самое важное, однако, то, о чем я Ною не сказал.
- Что же вы ему не сказали? - Уэс движением кисти толкнул желтый шар с
номером девять. Тот отскочил от борта, коснулся темно-зеленого шара с номером
шесть и чуть не попал в лузу.
- Дело в том, что как-то - всего один раз - я встречался с вашим парнем.
- Когда? Где? Бернс улыбнулся:
- Вы - военный. Я - бизнесмен.
- Сколько?
- Недешево.
Уэс направил черный шар с номером восемь в лузу и поставил на стол свой
атташе-кейс.
- Характер вашего бизнеса, насколько я могу судить, все-таки не предполагает
сохранения тайн ваших клиентов, - сказал он. - В свою очередь, я частное лицо,
которому нужна как можно более откровенная информация...
- Лично я могу сделать для вас намного больше, чем семейный доктор или
священник, - усмехнулся частный сыщик-бизнесмен.
- Сначала получите деньги, потом договоримся. Но только имейте в виду: никто
ни о чем не должен знать, даже Ной. Если же - того хуже - я прочитаю о своем
расследовании в газете, журнале или колонке скандальной хроники Питера Мерфи,
если я узнаю, что данные на меня появились в досье какой-нибудь правительственной
или частной организации... то вам понадобится не только юрист.
- Ной не отправлял бы вас сюда, если бы не доверял мне...
Уэс засунул руку в атташе-кейс - так, чтобы Бернс не увидел его содержимого,
отсчитал пятьсот долларов и бросил их на зеленое сукно бильярдного стола. Бернс
сгреб деньги и убрал их в карман.
- Это задаток в счет ваших будущих заслуг от меня, частного лица, - сказал Уэс.
- Каков бы ни был ваш сегодняшний рассказ, он вряд ли потянет на пятьсот долларов.
Частный сыщик ухмыльнулся.
- И еще, - продолжал Уэс, - прежде чем я уйду, вы выдадите мне расписку.
- Ной не говорил мне о таком повороте в наших отношениях.
- Но ведь Ной и не платил вам пятьсот долларов! Лично я предпочитаю получать
расписки.
Уэс достал свою записную книжку:
- А теперь рассказывайте о Джуде Стюарте.
- Это было в 1977 году, - начал Бернс. - Тогда я пытался провернуть сделку с
продажей электронного оборудования Андре Дубеку - парню чешского
происхождения, приехавшему в Америку после второй мировой войны. Дубек работал
у президента одной африканской страны советником по техническим средствам
защиты. И я точно знал, что у него было десять миллионов долларов на закупку
техники, поставить которую мог я... Так вот, Дубек приехал в Вашингтон. Я пригласил
его в ресторан пообедать, нанял для передвижения по городу "роллс-ройс", -
обошлось мне это даже по тем временам весьма прилично. С Дубеком мы
договорились встретиться на первом этаже его отеля. Вместе с ним меня поджидал там
парень, который вел себя... как клоун.
- Это был Джуд Стюарт?
- Да. Именно так он назвал себя. Кстати, если Ной разыскивает этого парня, то,
возможно, ему известен и сам Дубек. Как бы то ни было, мы погрузились в наш
роскошный лимузин и отправились в ресторан "Пери-нон" - пятьдесят баксов только
за вход! Те двое болтали обо всем и одновременно ни о чем. Джуд, правда, обронил за
салатом, что он обеспечивает средствами технической защиты сорок посольств в
Вашингтоне. И еще он сказал, что собирается в ближайшее время переменить климат.
Я так понял, он ожидал от Дубека приглашения побывать в Африке. И еще
выяснилось, что он прекрасно разбирается в замках. - Конечно же, я сразу взял это на
заметку, - продолжал Бернс. - С такими талантами, можно проникнуть куда угодно,
а у меня нередко бывает такая необходимость. Я даже подумал о том, что мог бы
хорошенько заплатить ему для начала.
Мы закончили обед, они заказали кофе с бренди и отправились в туалетную
комнату - как какие-то бабы! И - пропали, оставив меня без сделки, но с ресторанным
счетом в руках.
Бернс умолк.
- И это все? - спросил Уэс.
- Больше я этого сукиного сына не видел. Дубек той же ночью улетел восвояси и,
как мне говорили знающие люди, в семьдесят девятом или восьмидесятом году затерялся
где-то в Африке.
- Да, - причмокнул Уэс. - Этот рассказ на пятьсот долларов явно не тянет!
- Эти пять сотен - задаток, вы ведь сами говорили. Деньги я отработаю сполна,
если буду участвовать в этом деле... Кстати, я совсем забыл о фотографии.
- Какой такой фотографии?
- А вы думали, у меня нет доказательств встречи с этим типом Дубеком и его
клоуном?! Как бы не так! - засмеялся Бернс. - Обошлось мне это еще в сто двадцать
баксов, помимо обеда и чаевых официанту. Фотокамера была запрятана в старинном
кошельке моей бабушки. У меня есть снимок этой парочки и отдельный снимок вашего
парня.
- Где он?
- Так, давайте подумаем... Съемка, проявка, печать, хранение снимков - все это
было замороженным капиталом... В общем, с вас еще тысяча долларов.
- Но фотографии-то уже тринадцать лет! И потом - я уже заплатил вам!
Бернс пожал плечами.
- Ладно, получите еще пятьсот, и на этом сегодня поставим точку, - сказал Уэс.
Бернс взял деньги и вытащил откуда-то из-под стола большую черно-белую
фотографию.
- У меня есть еще и маленький снимок - для удобства, чтобы всегда иметь при
себе, - заметил частный сыщик.
"Крупный малый, - думал Уэс, разглядывая фотографию. - Улыбается во весь
рот, а глаза, как у дикой кошки".
Уэс не раздумывая взял у Бернса вторую фотографию и получил две расписки.
Провожая Уэса к выходу, Бернс сказал:
- Так не забудьте. Я просто необходим вам, чтобы сделать все - от начала до
конца.
Уже ближе к вечеру Уэс припарковал машину у длинного ряда маленьких кафе и
лавочек в азиатском районе Вашингтона. Не заглушая двигателя, он достал из атташекейса
тоненькое досье, полученное им в ЦРУ. На краях желтого листа, с которого
начиналось досье и на котором были сделаны пометки лично Ноем Холлом, был
нацарапан номер телефона того самого полицейского в Лос-Анджелесе, который вел
дело о внезапной смерти человека в баре "Оазис".
Войдя в лавку, где выходцы из Азии бойко торговали рисом, Уэс разменял деньги,
бросил несколько монет в прорезь телефона-автомата и набрал номер.
- Ролинс у аппарата, - послышалось на том конце провода.
- Следователь Ролинс, я звоню из Вашингтона, округ Колумбия. Зовут меня Уэс
Чендлер, я работаю с Ноем Холлом.
- Черт бы вас всех побрал, ребята! - злым голосом сказал Ролинс. - Когда в
следующий раз вы поднимете в столице шум относительно того, что полицейское управление
Лос-Анджелеса не справляется с растущей преступностью, с наркобизнесом
и прочими прелестями, не забудьте о том, что вы же нас и отвлекаете на расследование
всяких там С-Н-О!
- Что такое "С-Н-О"?
- Смерть при невыясненных обстоятельствах! Вы ведь звоните по поводу того
парня, которого нашли мертвым на заднем дворе бара "Оазис"?
- Выходит, вы так и не установили причину смерти?
- У него была сломана шея. А вот почему - это загадка. Владелец бара говорит,
что ничего не видел... А вам-то зачем все это?
- Так, обычное расследование. Удалось ли вам установить личность покойного?
- Да. - Ролинс зашуршал какими-то бумагами. - Вот. Федеральное бюро
расследований установило его личность по отпечаткам пальцев. Затем выяснилось, что
он значился в списках личного состава ВМФ.
- Так он служил на флоте?! - спросил Уэс.
- Между прочим, Лос-Анджелес стоит на берегу океана, и моряков здесь хоть
пруд пруди. Но этот покойник из "Оазиса" жил в Сан-Франциско. Звали его Мэтью
Хопкинс, было ему сорок восемь лет. По имеющимся записям, вышел в отставку по
инвалидности. Однако владелец бара говорит, что парень, хотя и производил
впечатление интеллигента, но оказался достаточно крепким.
- Что еще вам удалось узнать в ходе расследования?
- Вы там отчет строчите? - спросил Ролинс. - Так вот, укажите в нем, что,
расследуя одновременно четырнадцать убийств плюс шесть бандитских разборок, я
четко уяснил для себя: мне наплевать на дело Мэтью Хопкинса и на Вашингтон в
придачу!
Уэс позвонил и в свой - теперь уже бывший - офис.
- Служба расследований ВМФ. Греко у телефона, - послышалось в трубке.
- Это я, - сказал Уэс.
Франк Греко - в молодости сержант ВМС - закончил девятилетний спецкурс в
колледже Сент-Луиса, работая одновременно полицейским. Сейчас он возглавлял
отдел контрразведки в Службе расследований.
- Я слышал, ты теперь трудишься в экспертно-импортном банке? - спросил
Греко.
- В какой-то степени - да, - ответил Уэс. - Ты можешь сделать мне
одолжение?
- Какое?
- Мне нужно полное досье на одного покойного ветерана ВМФ.
Уэс сообщил Франку все, что узнал о Мэтью Хопкинсе от следователя в ЛосАнджелесе.
- Ни в коем случае не говори никому, что это нужно мне, и вообще ничего не
афишируй. Я перезвоню тебе через несколько дней.
- Договорились. Что-нибудь еще?
- Не рассказывай об этом адмиралу Франклину и другим шишкам.
- Никогда! - усмехнулся Греко.
Уэс повесил трубку. Небо за окнами лавки было уже совсем серым. Какая-то
бедная женщина с ребенком на руках - наверное, вьетнамка - умоляющими глазами
смотрела на Уэса. Он вышел из лавки, оставив на полке рядом с телефоном горку
мелочи.
Был уже поздний вечер, когда Уэс наконец добрался до своего дома. По пути он
часто смотрел в зеркало заднего вида: ничего подозрительного. Его никто не преследовал.
Припарковав машину в двух кварталах от дома - ближе места для парковки
не оказалось, - он не спеша двинулся по тротуару: за ним никто не шел. Почтовый
ящик в парадной был пуст. В квартире ничего подозрительного не было - все как
прежде.
Большую часть свободных вечеров Уэс проводил в своей квартире один. Он много
читал, в основном книги по истории. Телевизор включал лишь тогда, когда транслировали
матчи по бейсболу. Изредка он, правда, выезжал в Балтимор, чтобы
посмотреть "живьем" игру своих любимцев из команды "Ориолз". Иногда он позволял
себе, конечно, и поход в кино, и выход в ресторанчик неподалеку. Но все же большую
часть свободного времени Уэс проводил дома. Постоянной женщины у него не было, и
он всерьез убеждал себя в том, что ему нравится спать на широкой кровати одному.
В последнее время он стал перечитывать пожелтевшие письма своей матери (отец
ему никогда не писал). С каждым днем лица родителей на старых черно-белых
фотографиях казались ему все более незнакомыми.
Сегодня перед возвращением домой Уэс заехал в маленький магазинчик и сделал
там фотокопии досье, полученного в ЦРУ, примечаний Ноя, расписок, фотографий
Джуда и своих собственных записей. Переодевшись дома в джинсы и свитер, надев
кроссовки, он пошел на кухню, плеснул в стакан виски и разложил на столе копии всех
своих секретов. "Что это? Излишняя предосторожность или начало паранойи? -
подумал он. - Ну уж нет! Пусть лучше меня считают бюрократом, чем запятнавшим
свою честь моряком!"
Уэс положил фотокопии документов в черный пластиковый пакет, плотно
запечатал его липкой лентой, достал из ящика стола на кухне молоток и гвозди.
Подойдя к входной двери, он посмотрел в глазок: в коридоре никого не было. Уэс
беззвучно открыл дверь и полез по пожарной лестнице на чердак. В углу чердака на
железнодорожных шпалах был установлен огромный центральный кондиционер,
использовавшийся в жаркое время года. Уэс отогнул лист железа, которым были обиты
шпалы, засунул туда свой пакет и накрепко приколотил железо гвоздями.
Спустившись в коридор, он на цыпочках пошел к своей двери. Он уже вставил
ключ в замок, когда дверь напротив его квартиры внезапно открылась. На пороге
стояла женщина с распущенными волосами, в белой блузке и черных джинсах. В
правой руке она держала мусорное ведро. Женщина внимательно оглядела Уэса,
покачала головой и рассмеялась. Уэс замер на месте.
- Бывает же такое! - сказала женщина. - Мне попадается мужчина с молотком
в тот самый момент, когда больше всего мне нужен человек, разбирающийся в формулах
сопротивления материалов.
Женщина прикрыла за собой дверь.
"Черт бы тебя подрал! - подумал Уэс. Ему неудержимо захотелось проучить
незнакомку. - Да, у меня в руках рабочий инструмент, которым, кстати, можно не
только гвозди забивать!" - уже собрался выпалить он. Но в последний момент
передумал: уж больно располагающая была улыбка у женщины, да и чувства юмора,
судя по всему, ей было не занимать.
- Кто вы? - спросил Уэс.
- Меня зовут Бэт Дойл.
- А что случилось с Бобом? - Уэс вспомнил имя своего соседа. Уэс знал о нем
только то, что он работал в министерстве юстиции и увлекался велоспортом.
- Его куда-то перевели, появилась какая-то срочная работа... А вас как зовут?
Уэс назвал свое полное имя, а потом спросил:
- Вы с Бобом друзья?
- Я его ни разу в жизни не видела. Но у нас оказались общие знакомые, и когда
мне срочно понадобилось пристанище в Вашингтоне, они с ним договорились об
аренде этой квартиры - она ведь все равно пустует.
- Мусорщики приедут теперь только в среду - у них там какие-то проблемы, -
сказал Уэс, показывая на ведро в руке женщины. - Так что советую подождать, а то в
мусоропроводе снова появятся крысы.
- Ненавижу крыс, и потому мусор останется пока у меня... Один вопрос, таким
образом, решен. Остался главный - как быть с сопротивлением материалов?
Бэт снова улыбнулась.
- Знаете, я когда-то изучал этот предмет и, может быть, кое-что вспомню, -
неуверенно сказал Уэс и вдруг, сам того не ожидая, спросил: - Что это за кусочек
металла у вас в ноздре?
- Это маленький бриллиант, - сказала Бэт, дотрагиваясь до носа пальцем. Ногти
у нее были аккуратно подстрижены. - Мне поставили его в Индии двенадцать лет
назад... Этот бриллиант я даже не вижу, когда смотрю на себя в зеркало. Как правило,
люди при встречах со мной стараются сделать вид, что не замечают его, но вы... - Бэт
пристально поглядела Уэсу прямо в глаза.
- А зачем вам этот бриллиант? - ничуть не смущаясь, спросил Уэс.
- Я была страшно наивной. Все принимали меня за девчонку и не давали мне
больше четырнадцати лет. А так хотелось выглядеть старше, загадочнее, опытнее...
Одним словом, глупость все это. Вот только проколоть ноздрю - операция довольно
болезненная.
- Каким это образом вы оказались в Индии? - спросил Уэс.
- Так, по пути в другие места. Вам самому приходилось бывать в Азии?
- Да.
- Вы действительно помните формулы из сопротивления материалов? Сможете
мне помочь?
Уэс решил было сказать "нет", но передумал.
- Попробую, - ответил он.
- У меня есть виски, - сказала она. - Если, конечно, найду бутылку в этом хаосе
после переезда.
Она распахнула дверь. В гостиной в беспорядке были разбросаны коробки, сумки.
У стены стояла чертежная доска.
Бэт внезапно застыла на пороге.
- Подождите, - сказала она. - Я знаю о вас только то, что зовут вас Уэсли
Чендлер и что вы помните кое-какие формулы. А вдруг вы убийца, а я приглашаю вас
к себе на виски... Чем вы занимаетесь?
- Я - моряк, офицер...
- Ну надо же! - Бэт покачала головой. - Первый мужчина, с которым я
познакомилась в Вашингтоне, - моряк! Странный город... Можно ли вам доверять,
господин моряк?
- Нет, - ответил он.
Они оба рассмеялись.
- Ну что ж, - сказала Бэт. - По крайней мере вы честный малый. Закрывайте
дверь.
Бутылку виски она нашла. Они сели друг против друга прямо на пол. Вокруг были
разбросаны учебники по инженерному искусству. Стаканы с виски они поставили
справа от себя. Она курила сигареты "Кэмел" одну за другой, прикуривая от видавшей
виды зажигалки "Зиппо".
- Только не говорите, что это дурная привычка, - заметила Бэт. - Когда поздно
ночью заканчиваешь очередной чертеж, сигарета спасает тебя от одиночества.
В первый раз в жизни Уэса не раздражал сигаретный дым.
Довольно быстро выяснилось, что он почти ничего не помнил из инженерных
премудростей, которые изучал когда-то в Академии ВМФ.
Бэт подняла голову и оглядела гостиную.
- Этот жуткий хаос мне надоел. Придется сегодня же все распаковать и привести
квартиру в порядок.
- Если речь идет о помощи в распаковке, то уж здесь я действительно специалист,
- пошутил Уэс.
Бэт засмеялась. Они стали приводить квартиру в порядок. Между делом она
рассказала ему, что работала в архиве Фонда восточных искусств в Джорджтауне, но
это ей надоело, и она надумала всерьез заняться архитектурой.
- Собираюсь поступать в колледж, - сказала она, - если, конечно, не помру за
учебниками, готовясь к экзаменам.
Выяснилось, что ей уже тридцать два года и что она не замужем. Ей приходилось
бывать в Германии, а в Азии, помимо Индии, еще и в Таиланде.
- Бангкок открыл мне глаза на реальность. Я попала туда в девятнадцать лет и
оцепенела от всего увиденного там. Тучи маленьких тайских мужчин окружают тебя в
аэропорту, чтобы выпросить милостыню. Сам город перерезают тысячи каналов, и
каждое утро из них вылавливают покойников. Имен утопших или утопленных никто не
знает. Ужас!
Уэс открыл еще одну коробку с книгами. Сверху лежал толстый желтый том в
сильно потрепанной обложке - "Ицзин, или Книга перемен".
- Вы купили это в Таиланде? - спросил Уэс, протягивая Бэт желтый том.
- Нет, эту книгу выпустило нью-йоркское издательство.
- Лично я никогда не верил в сверхъестественные силы.
- А книга совсем не об этом, - сказала она. - Лучшим врачевателем, которого я
когда-либо встречала, был один человек по имени Джанг. Он был мечтателем и любил
"Ицзин"...
- Разве эта книга не обещает вам спасения?
- Она ничего не обещает, - улыбнулась Бэт. - Давайте я покажу вам, как она
действует. Вы должны поставить перед собой какой-то серьезный вопрос, подумать о
какой-то волнующей вас проблеме, и книга определит состояние, в котором вы сейчас
находитесь.
Уэс подумал, что если бы перед ним сидела не эта милая женщина, а кто-то другой,
он наверняка чувствовал бы себя полным идиотом. Но что-то неудержимо тянуло Уэса
к Бэт. Вот только зачем она вдруг вспомнила о каком-то мечтателе по имени Джанг?
В кармане Уэса нашлись три монетки. Бэт приказала ему бросить их на пол шесть
раз. Начертив на листе бумаги шестиугольник, она после каждого броска Уэса записывала
в углах шестиугольника по очереди сумму выпадавших цифр на верхней
стороне монет - на решке. Соединив затем цифры замысловатой линией, она сделала
какие-то подсчеты.
- Итого шестьдесят четыре, - наконец сказала она.
- Ну и что?
- Сейчас посмотрим... но имейте в виду, "Ицзин" говорит только о настоящем
моменте, он не дает вам советов, он отражает только самые последние изменения в
вашей жизни...
Бэт стала листать страницы книги.
- Вот, - наконец сказала она.
- Что это такое?
- Получилось "К'ан" - бездна... - Она снова стала листать страницы. - Хорошо
это или плохо? Вот послушайте: "К'ан включает в себя сердце, душу и внутренний
свет, погруженные в темноту... Причина всего этого в том, что благодаря часто
повторяющейся опасности человек привыкает к ней, а привыкнув, сам становится
опасным. В свою очередь, это означает, что он сбился с верного пути... Беда поджидает
его в конце...
- Не ожидал услышать от вас об опасности,
...Закладка в соц.сетях
