Жанр: Триллер
Одиссея Талбота
...емного помедлил, но все-таки ответил:
- Николай Васильевич.
- Моего жениха тоже зовут Николай, по-английски - Николас.
Это совпадение, похоже, не произвело на русского впечатления.
"Интересно, - подумала Энн, - почему он едет в Глен-Коув, а не на Шестьдесят
седьмую улицу?"
- Вы будете работать в советской миссии при ООН?
- Да. - На этот раз он не отвел взгляд, а как-то стеснительно посмотрел на Энн.
- Вы надолго сюда?
- Возможно, - ответила она.
Она вспомнила, что раньше читала о советской миссии. Половина ее сотрудников
были "чистыми" дипломатами, четверть - агентами КГБ, а еще четверть -
оперативниками КГБ и ГРУ. Кто же этот Николай Васильевич? На сотрудника КГБ не
похож, нет достаточной утонченности. Да, скорее всего, он из ГРУ. Такой серьезный и
дисциплинированный. Видимо, в портфеле какие-нибудь документы. Портфель,
разумеется, снабжен специальным защитным устройством. В голове у русского тоже
полно информации. Здесь защита проще - таблетка цианистого калия. Не исключено,
что этот русский вооружен, и вряд ли обычным пистолетом. Какой-нибудь хитрой
штукой из 14-го управления.
Машина остановилась.
- Этот фейерверк собрал впереди целую толпу, - сказал таксист.
- Я пойду пешком, - заметила Энн. Она посмотрела на русского. - Так будет
быстрее, Николай. Я покажу вам дорогу.
Он нерешительно посмотрел на часы.
- Вот увидите, мы дойдем быстрее, - настаивала Энн. - До дачи советской
миссии всего минут пять ходьбы. Вы же туда направляетесь?
Николай кивнул, но не двинулся с места. Энн улыбнулась и пожала плечами,
затем достала из кошелька двадцатидолларовую купюру и положила ее на портфель.
Он недоуменно уставился на деньги. Энн взяла свою сумку, открыла дверцу и уже
собиралась выходить, но повернулась к Николаю и после некоторых колебаний
сказала:
- Вы очень красивы, Николай. Вам надо остаться в Америке. Американские
девушки будут сходить по вас с ума. И еще. Передайте привет Виктору Андрову. -
Энн подмигнула русскому и выбралась из машины.
Она зашагала вдоль дороги, по которой медленно ползли машины, с помощью
полицейского перешла Дозорис-лейн, прошла мимо ворот русской дачи и вскоре
оказалась на территории поместья ван Дорна. На дорожке у входа она показала
паспорт охраннику. Хотя ее имени не было в списках гостей, охранник кивнул,
потому что помнил Энн и знал ее сестру, Кэтрин.
- Вас подвезти, мисс Кимберли?
- Нет, я сама доберусь. - Она задумалась на секунду. - А Николас Уэст еще не
приехал? Охранник просмотрел список.
- Нет, мэм.
Николаса не было ни в клубе, ни на работе, ни дома. Дежурный в Лэнгли сказал
что-то неопределенное. У Энн появились кое-какие подозрения, но к любовным делам
это отношения не имело.
Она глубоко вздохнула и стала подниматься к дому. Вот он и показался, сияющий
огнями, за очередным поворотом. В этот раз было несколько причин, заставивших Энн
приехать: она хотела увидеться с Ником, ей часто звонила Кэтрин, в шифрованном
послании О'Брайен просил ее предоставить некую важную информацию. Но, помимо
того, ее вела интуиция. Ее работа в АНБ заключалась в том, чтобы перехватывать в
эфире закодированные донесения и расшифровывать их. С годами Энн приобрела
такой опыт, что ей иногда казалось, будто у нее появилась способность к телепатии.
Сейчас она чувствовала в воздухе нечто, и, хотя это нечто не было каким-нибудь
секретным сообщением, над ним стоило поломать голову.
53
Двустворчатые двери, ведущие в сад, открылись, и в кабинет вошел Джордж ван
Дорн. Он посмотрел на Абрамса и, казалось, был больше удивлен его белым сафари,
чем перевязанной ногой, царапинами на лице и самим фактом того, что Тони жив.
Ван Дорн поздоровался с Кэтрин и спросил Абрамса:
- Вы хотели меня видеть?
- Вполне возможно, - ответил Тони. Джордж ван Дорн был достаточно
опытным человеком для того, чтобы понять психологическое состояние агента, только
что вернувшегося с опасного задания. В таком состоянии у людей обычно появлялись
злость, сарказм, неуважение к старшим.
- Присядьте, Абрамс. И давайте ваш стакан, - предложил ван Дорн.
- Я постою. А пить я не хочу.
Ван Дорн сел за свой стол.
- С чего начнем?
- Я хотел бы вас спросить, кто еще должен был бы присутствовать при нашей
беседе?
- Есть один человек, но в данный момент он исчез.
- Я знаю про О'Брайена, - вставила Кэтрин.
Ван Дорн молча посмотрел на нее. Абрамс продолжил:
- Я обнаружил нечто очень важное и хочу, чтобы эта информация дошла до
официальных властей.
- Если будет такая необходимость, она дойдет и до самых верхов.
- Где гарантии, что вы не предатель? - спросил Абрамс.
- По некоторым признакам меня можно было принять за "Талбота", так что ваши
опасения оправданны.
- Я не сказал, что вы "Талбот". Его я уже встретил.
- Вот как? - улыбнулся ван Дорн.
- Тони, ты можешь говорить открыто, - вмешалась Кэтрин.
- Хорошо, у меня нет другого выбора.
Ван Дорн заметил:
- Пемброук рассказал мне о том, что произошло на станции. С их стороны это
был отчаянный ход. Как вам удалось от них отбиться, Абрамс?
Тони пожал плечами.
- Об этом потом. А сейчас я покажу вам то, о чем просил Эванс. - Абрамс
достал из кармана свернутый платок и расстелил его на столе перед ван Дорном. -
Похоже на золото.
Ван Дорн осторожно взял крупинку металла.
- Да, хорошая работа. Дверь или окно?
- Двустворчатые двери. Что это означает?
Ван Дорн пропустил вопрос мимо ушей.
- Они видели, что вы соскребали металл?
- Думаю, нет.
- А как же они вас раскусили? Полиграф?
- Нет, видимо, они поняли, что я прогулялся по дому.
- Хорошо. Что еще вы обнаружили?
- Мне поручили посмотреть предохранительные коробки, обратить внимание на
телевизоры и приемники, а также на большую наружную антенну.
Ван Дорн задал Тони несколько вопросов, делая пометки в блокноте.
- Отличная работа, Абрамс, - наконец сказал он. - Но убить вас в туннеле они
решили не из-за этого. Так что же вы такого сделали или могли увидеть, что толкнуло
их на столь серьезный шаг?
Абрамс подошел к стене, снял с нее одну из фотографий и положил на стол перед
ван Дорном. Это был снимок Генри Кимберли.
Ван Дорн встал и с силой потер свой тяжелый подбородок. Он взглянул на Кэтрин
и понял, что она все знает. Джордж ван Дорн несколько раз встряхнул головой, затем
протянул руку, взял со стола стакан Абрамса и осушил его в два глотка. После этого
тяжело опустился в кресло.
- Боже мой!
Абрамс подождал, пока ван Дорн придет в себя.
- У меня есть кое-что еще. Но прежде я хотел бы получить ответы на несколько
вопросов. Ван Дорн вновь поднялся.
- Послушайте, Абрамс: я ценю ваши усилия, но я обычно не делюсь
конфиденциальной информацией со своими агентами.
- Я и не считаю себя таковым. Просто я оказал услугу человеку, которого уважал.
Я обнаружил нечто важное и готов сообщить вам это, но прежде должен узнать, ради
чего я рисковал своей жизнью?
Ван Дорн явно колебался.
Кэтрин воскликнула:
- Джордж, ради Бога, расскажи нам, что здесь происходит? Мой отец рядом...
Гибнут люди... Ради всего святого!
Ван Дорн прикрыл глаза рукой и задумался. Наконец он сказал:
- Хорошо, я расскажу.
- И, пожалуйста, побыстрее, - заметил Абрамс, - у нас не так много времени.
Ван Дорн внимательно посмотрел на него:
- Я знаю. Несколько недель или, может быть, дней.
- Нет, несколько часов.
- Что?
- Вы можете позвонить кому-то из администрации или из военного руководства?
- спросил Абрамс.
- Так вы говорите, несколько часов? Откуда вы знаете? - Ван Дорн внимательно
посмотрел на Тони. - Понимаете, я не могу просто так крикнуть: "Волк!" Привести
страну и вооруженные силы в повышенную мобилизационную готовность стоит
десятки миллионов долларов. Я не хочу быть посмешищем... Мне нужны железные
факты. И не только то, что вы видели Генри Кимберли, этого мало. Нужно что-то, что
убедило бы всех в реальности и неотвратимости угрозы. Предоставьте мне такие
факты, Абрамс, и я позвоню. А потом я расскажу вам все, что знаю.
- Хорошо, - согласился Абрамс. - Как насчет такого факта: в подвале русской
дачи сидят взрослые и дети, и собрались они там не на кинопросмотр.
Ван Дорн бросил быстрый взгляд на Кэтрин, затем порывисто вышел из-за стола.
- Вы уверены в этом, Абрамс? Вы их видели?
Тони покачал головой:
- Нет, сам я их не видел, мне сказала об этом одна девочка, а затем я получил
подтверждение от офицера полиции. - Он кратко все объяснил ван Дорну.
Когда Абрамс закончил, ван Дорн опустил голову, и Тони понял, что он потрясен.
"А почему, собственно, ему не быть потрясенным, - подумал Абрамс, - ведь сейчас
он услышал, по сути, сигнал воздушной тревоги".
Ван Дорн протянул руку к стоявшему на столе телефонному аппарату и набрал
номер.
- Это Джордж ван Дорн, - сказал он в трубку, - пароль: "Мы прошли сквозь
огонь и воду", соедините меня с "Пегасом", пожалуйста. - Он помолчал. - Хорошо,
найдите его и попросите позвонить мне домой. Условие - "Омега"... Да. - Ван Дорн
положил трубку и взглянул на часы. - Они найдут "Пегаса" в течение десяти минут.
Тони было интересно, кто такой "Пегас", но он понимал, что этот вопрос
неуместен.
- О'Брайен как-то намекнул мне, - сказал он, - что подстерегающая нас
опасность кроется не в атомной, химической или биологической войне. Это меня
поначалу успокоило, но, зная о том, какую изобретательность проявляет человек,
придумывая новые способы разрушения, я вновь занервничал.
- Да, это необычный способ, - подтвердил ван Дорн. - Вы слышали что-нибудь
об ЭМИ - электромагнитном импульсе?
- Некоторые журналисты называют его страшным оружием.
- Это как-то связано с ядерным взрывом в космосе, - добавила Кэтрин.
- Да, ты права, - проговорил ван Дорн, - но дело не в самом взрыве. Эти
русские прячутся в подвале не от бомбы, а от нас. Взрыв, если он будет произведен,
произойдет где-то над Омахой на высоте примерно трехсот миль. Не будет никакого
облака, ударной волны, светового излучения и тому подобного. Только далекая
вспышка высоко в небе. Потом...
- Что потом? - подхватила Кэтрин.
- Потом по всей Америке погаснет свет, и больше мы его в своей жизни не
увидим.
Все замолчали. Наконец Абрамс спросил:
- Это как-то связано с законами электричества?
- Да, - кивнул ван Дорн. - Это явление открыто нами в начале шестидесятых
при проведении последних испытательных взрывов в космосе. К сожалению, почти
одновременно его открыли и русские. - Ван Дорн раскурил сигару. - Суть явления в
следующем. Выделяющиеся при взрыве в космосе гамма-лучи устремляются к Земле
и, воздействуя на молекулы воздуха, порождают так называемые электроны Комитона.
Эти электроны под воздействием магнитного поля Земли начинают бешено вращаться.
Они-то и производят электромагнитный импульс, или удар. Любой электрический или
электронный прибор в стране, включая и ваши кварцевые часы, Абрамс, будет облучен
этим импульсом и перестанет работать. Остановятся атомные электростанции,
авиадвигатели, автомашины, компьютеры, бытовая техника. Страшно даже
представить себе размеры катастрофы.
Он посмотрел на телефон.
Через несколько минут всеобщего молчания Абрамс спросил:
- Я полагаю, какая-то зашита от этой напасти есть?
- Наши друзья в соседнем доме, видимо, использовали молнию для выработки
средств защиты от ЭМИ. И считают, что преуспели в этом. Но до возникновения
настоящего импульса никто не может сказать, насколько эффективна любая из
придуманных защит.
- А как у наших военных? - спросила Кэтрин.
- Они правильно оценили размер опасности, но сделали это поздно и
подготовиться к возможному удару ЭМИ не успели. Например, только один из
самолетов, используемых как командный пост президента, защищен от
электромагнитного импульса. - Ван Дорн потрогал золотые крупинки на своем
столе. - Между прочим, золото поглощает ЭМИ, и в том случае, если оно
используется как уплотнитель в окнах и дверях, оно не пропускает импульс.
- А вакуумные лампы? - спросил Абрамс.
- Это ирония техники. Старые вакуумные лампы в миллионы раз устойчивее к
ЭМИ, чем нынешние полупроводники и микросхемы. - Ван Дорн сделал паузу. -
Русские очень быстро поняли все опасности, связанные с ЭМИ, и, надо сказать,
действовали довольно быстро. Помните эпизод с русским МИГ-25, который советский
перебежчик угнал в Японию в 1976 году? Этот самолет считался тогда одним из самых
лучших в мире. Американские специалисты разобрали его по винтикам и оценили
машину очень высоко. Но их удивило одно обстоятельство. Вся электроника,
расположенная вблизи от фюзеляжа, была на лампах. Поначалу это вызвало
удивление: неужели у русских нет современных устройств? А когда стали копаться
поглубже, обнаружили новейшие микросхемы. Так почему же у фюзеляжа стояли
лампы? Теперь мы знаем: для того, чтобы сделать работу приборов устойчивой к
ЭМИ. Значит, русские воспринимали потенциальную угрозу импульса довольно
серьезно. Потом это подтвердили израильтяне, исследовавшие различные образцы
захваченной русской военной техники. Следовательно, нужно исходить из того, что
русские разрабатывают свои арсеналы, имея в виду ЭМИ.
- По всей видимости, их дом в Глен-Коуве тоже имеет какую-то защиту от
электромагнитного удара. Судя по всему, ему уготована роль командного центра
после начала атаки, - сказал Абрамс. - А этот дом... - начала было Катрин. -
Здесь нет бомбоубежища, - отрицательно покачал головой ван Дорн. - Я
предпочитаю не подвергаться ударам, а предотвращать их.
Тони несколько секунд подумал, затем взглянул на ван Дорна.
- Я думаю, соседство с вами русским не по душе. Вы не считаете, что у них есть
какие-то планы относительно вашего дома?
- Наверняка, - ответил ван Дорн. - Но и у меня для них кое-что припасено, и
посерьезней музыкально-светового представления. - Он зловеще улыбнулся. -
Глобальные политические споры обычно уступают в остроте простой стычке между
соседями. Может, дни мои на этой планете и сочтены, но я успею утащить с собой в
преисподнюю немало этих ублюдков.
Ван Дорн не стал распространяться о том, что именно он задумал по отношению к
своим не слишком дружелюбным соседям, да Абрамс и не настаивал. В кабинете
стало так тихо, что было слышно тиканье часов на каминной полке. Доносились
только приглушенные стенами возгласы гостей с лужайки, которые восхищались
очередным фейерверком. Кэтрин выглядела огорченной, но отнюдь не отчаявшейся.
"Такое впечатление, - подумал Тони, - что она проиграла теннисный сет, но еще не
матч".
- Мы посылали вас к русским, рассчитывая, что вы подтвердите кое-какие наши
подозрения. Мы и думать не могли, что вы столкнетесь там с Генри Кимберли или
выясните, что русские не вернулись в Манхэттен. Еще раз отмечу: хорошая работа, -
похвалил Абрамса ван Дорн.
Тони склонил голову в ответ на комплимент.
- Думаю, что события последних недель и дней заставили русских поторопиться.
Лично вы тоже приложили к этому руку.
- Да, по иронии судьбы именно мы подтолкнули их к действиям. Еще до того,
как они были полностью к ним готовы, - заметил ван Дорн.
- Мне кажется, что и мы... не совсем готовы к такому развитию событий, -
осторожно сказал Абрамс.
- По крайней мере, нам известны их планы.
- Джордж, а может, это что-нибудь вроде учений? Может, они просто хотят
проверить свои способности прятать людей в Глен-Коуве так, чтобы американские
власти их не нашли?
Ван Дорн отрицательно покачал головой:
- Напротив. В обычной ситуации они не стали бы никого прятать специально.
Они просто приурочили бы электромагнитный удар к очередному уик-энду, когда все
они и так в Глен-Коуве. Их люди в Вашингтоне и Сан-Франциско тоже были бы на
даче. К тому же проверено, что реакция американской администрации и военных на
такого рода действия замедляется в выходные на несколько минут. Например, "Пегас"
еще не позвонил, а прошло уже... - он взглянул на часы, - двенадцать минут.
Конечно, хотелось бы верить, что это лишь учения, но, думаю, вы ошибаетесь.
- Почему русские затратили столько усилий на то, чтобы защитить свою дачу от
воздействия ЭМИ? - спросил Абрамс. - Почему бы, зная о времени удара, просто не
выключить все электропитание и приборы за несколько минут до него?
- Пока никто не проверял, способно ли отключение приборов само по себе
полностью их защитить. Кроме того, русские не могут пойти на отключение
электроэнергии и по соображениям конспирации: ФБР моментально это обнаружит и
в течение пяти секунд доложит президенту.
Абрамс машинально осмотрелся. Ван Дорн, казалось, понял, о чем думает Тони:
- Да, жизнь у нас будет совсем другая. В темноте и холоде.
- Хорошо. Если мы не можем защититься от этого удара, то можем же мы в
конце концов нанести свой удар? Возмездие должно свершиться! - воскликнул
Абрамс.
Ван Дорн собрался было ответить, но тут зазвонил телефон.
- Да. Ван Дорн, - сказал он и повторил пароль. - Так где же он, черт побери?
Нет, вам я не могу сообщить данную информацию. А "Единорог" там?.. А "Кентавр"?
Я повторяю: срочность "Омега". - Ван Дорн несколько раз кивнул. - Хорошо. Я
здесь. Пусть один из них срочно мне позвонит. - Он положил трубку и посмотрел на
Кэтрин и Абрамов. - "Пегаса" никак не могут найти, "Единорог" и "Кентавр" скоро
появятся. Ладно, они хоть поняли, что речь идет о достаточно срочном деле.
Кэтрин вдруг быстро повернулась к окну.
- В чем дело? - спросил ван Дорн.
Она глубоко вздохнула.
- Мне... Мне показалось, молния сверкнула.
- Этого еще не хватало, - пробормотал ван Дорн. - Сегодня она совсем ни к
чему.
- Ирония судьбы или шутки природы, - вставил Абрамс.
Ван Дорн откашлялся.
- Итак, к вопросу о возмездии. Сложная проблема. Можем ли мы пойти на это?
- Что значит "можем ли"? - удивилась Кэтрин.
- Принять решение об ответном ударе президенту будет очень нелегко. Вопервых,
он должен в сжатые сроки получить неопровержимые доказательства того,
что ЭМИ вызван именно русскими. Во-вторых, тщательно взвесить, достаточно ли у
нас останется сил для того, чтобы нанести адекватный удар по Советам, а не просто
создать им удобный предлог для массированного встречного ядерного удара.
- Теперь понятно... - медленно кивнула Кэтрин.
- Как могут русские быстро и незаметно вывести в космос ядерное устройство,
взрыв которого вызовет импульс?! - воскликнул Абрамс. - Ведь запуск любого
носителя с их территории будет сразу же зафиксирован.
Ван Дорн затушил сигару.
- Этого мы точно не знаем, знаем только, что советская дежурная подлодка,
курсирующая у берегов Калифорнии, может пустить ракету и через три-четыре
минуты ракета будет находиться как раз в точке, подходящей для создания
электромагнитного импульса. За столь короткое время невозможно сделать что-либо.
У нас сразу же будут выведены из строя системы управления и связи. А что наша
армия без них? Как сказал мне один генерал, в следующей войне победит тот, у кого
останутся две последние радиостанции.
Абрамс выглянул в окно. Из пустого бассейна вылетела внушительная ракета и
понеслась в черное небо. Там она разорвалась и рассыпалась на сотни золотистых
огоньков.
- Значит, получается, что мы превратились в заложников своих собственных
технологических успехов? - задал он вопрос. - Мы слишком зависим теперь от
всяких там микросхем и микропроцессоров? Даже если мы нанесем по Советам
ответный электромагнитный удар, они не пострадают от него в такой степени, как
мы?
- Да, это так, - задумчиво произнес ван Дорн. - В этом смысле их отставание
становится преимуществом. У каждой цивилизации своя ахиллесова пята. Например,
если напустить вредителей на рисовые плантации в Китае, начнется массовый голод, а
если это произойдет у нас, никто и не заметит. В сражениях нужно не только искать
ахиллесову пяту у противника, но еще уметь правильно выбрать оружие для
решающего удара. - Ван Дорн обошел вокруг стола. - В некоторых обстоятельствах
наиболее подходящее оружие - это ЭМИ, в некоторых - рисовая тля. Но если вы
охотитесь за оборотнем... - он открыл ящик стола, что-то достал оттуда, положил
предмет на стол и убрал руку, - то вам нужна серебряная пуля.
Кэтрин и Абрамс удивленно уставились на блестящую пулю 45-го калибра,
которая стояла на столе, словно миниатюрная ракета, готовая к запуску.
- Нет, эта пуля не принадлежит О'Брайену, - продолжал ван Дорн, - она моя.
Существует и еще одна такая пуля. Ведь "Талботов" трое.
Кэтрин перевела взгляд с пули на ван Дорна:
- Трое?
- Да. Третья пуля была у твоего отца.
Кэтрин промолчала. Ван Дорн тихо сказал:
- А эта предназначается ему. Ты не будешь возражать, если я пущу ее в ход?
Кэтрин подумала несколько секунд и кивнула. Ван Дорн тоже удовлетворенно
кивнул, затем сгреб пулю со стола и отправил ее в карман брюк, после чего
решительно произнес:
- Независимо от того, что сегодня случится - национальная катастрофа или
чудо, - Генри Кимберли умрет.
Абрамс внимательно посмотрел на ван Дорна. Тот повернулся в профиль, и Тони
впервые отметил резкие черты его лица. В анфас это было незаметно. Из-под обычной
маски доброго дядюшки выглянул лик хищного зверя.
Повисшее в кабинете молчание разорвал телефонный звонок. Ван Дорн снял
трубку и снова назвал пароль. Несколько секунд он слушал, делая пометки в блокноте,
затем с нажимом сказал:
- Вы должны четко уяснить, что один из тех, кто находится сегодня с
президентом в Кэмп-Дэвиде, а именно Джеймс Аллертон, скорее всего - советский
агент. Да, именно Джеймс Аллертон, черт побери! Что их там, так уж много? Хорошо.
Но все равно мне нужно переговорить с одним из этих троих. - Он послушал и
продолжил: - Да, я располагаю серьезными фактами, которые могут указывать на то,
что сегодня ночью наша страна станет объектом электромагнитного удара. Доложите
об этом немедленно, полковник. Хорошо. - Ван Дорн положил трубку и вытер лоб
платком. - Ну что ж, теперь вы знаете и об Аллертоне, если еще не подозревали его.
- Он посмотрел на Кэтрин.
Она тряхнула головой:
- Боже... Это выше моих сил...
- А кто же третий? - спросил Абрамс.
Ван Дорн пожал плечами:
- Я не знаю даже, жив ли он еще, но, если русские обоснуются в Белом доме, мы
скоро все выясним.
Кэтрин посмотрела на него:
- Джордж... А что произойдет потом? После этого электромагнитного удара?
Если... если никакого обмена ядерными ударами не произойдет, то что же тогда
будет? Мы сдадимся? Нас оккупируют? Что будет?
- Ну, это слишком пессимистические мысли, Кэтрин.
- Нет, а все же? - вставил Абрамс. - Вопрос закономерный.
Ван Дорн посмотрел на них и попытался улыбнуться, но ни Кэтрин, ни Абрамс не
приняли этой улыбки. Ван Дорн подошел ко встроенному в стену сейфу, открыл его и
достал оттуда большой конверт. Из конверта он вынул какую-то толстую папку с
документами и положил ее на стол так, чтобы было видно Абрамсу.
- Можете прочесть?
Абрамс взглянул на славянские буквы: "Доклад о национализации и управлении
швейной промышленностью Нью-Йорка". Тони вопросительно взглянул на ван Дорна.
Тот пояснил:
- Не особо занимательное чтиво, но главное то, что подобный доклад существует.
- Где вы это достали? - изумленно спросила Кэтрин.
Ван Дорн улыбнулся:
- У местного юного хулигана. - Он рассказал им о Стэнли Кучике. - Парень
утверждает, что там несколько десятков шкафов с бумагами. Если бы он мог читать
по-русски, он взял бы что-нибудь поинтереснее, например, материалы с их планами
по реформированию нашей судебной власти...
Абрамс пролистал несколько страниц. Когда-то его родители активно участвовали
в профсоюзном движении текстильщиков. Они-то, возможно, и одобрили бы такую
национализацию.
Ван Дорн взял из папки несколько фото:
- Парень также увлекается фотографией. Это электроприборы в подвале. Ничего
примечательного, но ЦРУ поразил тот факт, что нам удалось и забраться в логово
Ивана, и выбраться из него. - Ван Дорн усмехнулся. - Я не стал говорить им, что все
это попало к нам совершенно случайно. - Он протянул Абрамсу еще одну
фотографию. - Узнаете толстяка?
Абрамс кивнул:
- Андров. Так называемый атташе по культурным связям.
- Да, а человек рядом с ним - Валентин Метков из спецуправления КГБ.
Занимается убийствами.
Кэтрин всмотрелась в лица людей на снимке. Андров выглядел очень добродушно,
а Метков, наоборот, зловеще.
Ван Дорн продолжал:
- Конечно, Метков сам никого не убивает, он занимает достаточно высокий пост
и руководит массовым уничтожением людей. Он работал в Польше, Афганистане,
Литве - в общем, везде, где КГБ может свободно расправляться с врагами Советов. Я
никогда не думал, что увижу его в Америке. Он - предвестник смерти.
- Кто предвестник смерти?
Все разом обернулись к двери. В комнату вошла Энн Кимберли.
- Кто тут предвестник смерти, Джордж, уж не я ли?
- Один из наших соседей, Валентин Метков из специального управления КГБ,
собирается всех нас уничтожить, - сказал ван Дорн.
- Джордж, ну ты ведь сам напрашивался на это в течение многих лет! - Энн
улыбнулась. - Привет, Кейт, я надеюсь, что приехала вовремя? Это твой новый
приятель Тони? Привет! Я многое пропустила? Налей-ка мне выпить, Джордж.
Думаю, мне это не повредит.
Энн Кимберли присела на краешек кофейного столика, держа в руке бокал с
виски. Она сказала:
- Я похожа на ревнивую невесту? Может, это и глупо, но я волнуюсь из-за своего
пропавшего жениха.
- Нет, это совсем не глупо, - возразила Кэтрин. - Питер может исчезать на
несколько недель, но у Ника другая работа.
Ван Дорна не очень волновала женская болтовня. Николас Уэст был одним из
наиболее охраняемых людей в стране.
- Я не исключаю, что контора просто могла спрятать его, учитывая все
происходящее. Он скоро даст о себе знать.
Энн хотела объяснить, что она не какая-нибудь там истеричка, что она значится
первой в списке контактов Николаса Уэста и занимается с ним общим делом, но
вместо этого проговорила:
- Давайте лучше поговорим о ваших проблемах. - Она подалась вперед. -
Рассказывайте все по порядку.
Ван Дорн обменялся быстрым взглядом с Кэтрин. Кэтрин обернулась к сестре:
- Сперва я должна с
...Поділитися у соцмережах
