Жанр: Триллер
Ночь ястреба
...на фото. Нет, исключено - это определенно Дэвид
Люгер. Конечно, он выглядит необычно, будто его накачали, напичкали наркотиками или
еще черт знает чем, но это явно он. Дальше - опять интересная штука. Оказывается,
сейчас он выполняет занятную работенку, трудится над гигантской крылатой машиной,
которую можно увидеть разве что в каком-нибудь фантастическом боевике типа
"Звездных войн".
- "Туман"! - От напряжения у генерала Эллиота перехватило дыхание. - Боже мой,
Люгер работает над проектом "Туман"!
- Это что еще за зверь такой? Новый бомбардировщик?
- Хуже. По некоторым оценкам, самый мудреный самолет в мире, сложнейшая
техника, "невидимка", сочетает в себе лучшие качества наших бомбардировщиков В-1 и
В-2, только детально новая разработка, фактически следующее поколение, огромная
крейсерская скорость, значительная бомбовая нагрузка, способность поражать любые
цели на земле, воде и в воздухе, впечатляющая высота полета и так далее. Когда он
появится, это будет просто чудо. А наши жмоты отказались делать даже В-2 - дорого,
видите ли. Так вы видели самолет?
- Да, литовец сделал кое-какие снимки.
- Потрясающе. Значит, "Туман" - реальность, он существует. Поговаривали, что его
будут доводить по крайней мере лет пять, а он уже есть. - Генерал задумался. - И кто
мог предполагать, что он родится в "Физикоусе"? Литва ведь стала свободной, в голове не
укладывается, как можно разрабатывать колоссальный миллиардный проект на
территории, по сути, чужого государства.
- Тем не менее, сэр, это правда. Впрочем, мы что-то отвлеклись от темы. Итак, что
делать с Дэвидом Люгером?
Эллиот не ответил, он еще раз внимательно всмотрелся в фотографию, затем резким
движением засунул ее обратно в конверт.
- Да уж, лучше, если правда, полковник, лучше, если вы ни грамма от себя не
придумали. Потому что в противном случае я даже не стану мараться - отдавать вас под
трибунал. Вам не будут докучать вопросами и тюремной решеткой, пристрелю
собственной рукой. Дэвид Люгер значил для меня много, слишком много. Я бы весь мир
перетряхнул, чтобы помочь этому парню. Но история закрыта, дело отдали в секретный
архив. Начни кто ворошить старое, вскрывать особые папки и все такое, поднимется
жуткий шум и могут полететь головы, не только здесь - и повыше, вплоть до Белого
дома. Надеюсь, вы понимаете, что вляпались в дерьмовое дельце, полковник.
- Генерал, не тратьте зря слов и не пугайте меня, я любил Дэвида как сына. Мне
нужна ваша помощь, а не угрозы. Он жив. И, если мы не возьмемся сами, отправим дело
наверх, где станут разбираться высокие инстанции, мы парня живым никогда не увидим.
Так нельзя. Нужно вызволить его, надо попробовать...
Договорить Пол не успел. В кабинете с силой распахнулась дверь. В помещение
ворвались трое мужчин в синей униформе, бронежилетах, круглых шлемах с забралами,
похожих на мотоциклетные. Короткоствольные автоматы взяты на изготовку, дула
направлены Уайту прямо в лоб.
- Руки за голову, быстро! - скомандовал капитан Хэл Бриггс, начальник службы
безопасности Технологического центра аэрокосмических вооружений.
Уайт нехотя повиновался, поднял руки. Посмотрев через плечо на Брэда Эллиота, он с
изумлением увидел в руке "трехзвездного" генерала большой "магнум" 45-го калибра,
тоже направленный на него.
- Да, генерал, - почему-то с усмешкой в голосе сказал Уайт, - ваши ореликимастера
легки на помине, слово вымолвить не дадут.
- Не время шутить, полковник. Отныне вы находитесь под арестом за раскрытие
секретных данных и попытку получить дополнительную закрытую информацию. -
Эллиот повернулся к охранникам: - Глядите за ним в оба, полное сопровождение,
ограничить в передвижении, обыскать, тщательный медицинский осмотр тела, срочно
запрос и - начать специальную проверку. А пока: частичная изоляция, никаких
телефонных звонков и иных контактов с кем-либо до моих особых распоряжений.
Выполняйте.
Уайту не дали и рукой пошевелить, моментально надели на глаза плотную черную
повязку, развернули и быстро увели из комнаты.
Эллиот снова занял свое место в кресле.
- Отличная работа, Хэл, ты сегодня потрудился на славу.
- Нет-нет, это не я. Молодец - сержант Тейлор, он среагировал на ваш звонок по
селектору и, как было условлено, немедленно вызвал меня. Какую же дохлую кошку тот
тип хотел вам всучить?
Эллиот нахмурил брови.
- Самую неправдоподобную историю, дружок, вот так. Невероятная история. Хотя
надо разобраться. Признаться, я прямо в замешательстве. Знаю, что ерунда, но внутренний
голос подначивает: а вдруг он не врет? Так или иначе, необходимо сделать пару звонков.
- С ним-то что? Прикажете поприжать поплотнее? Расколется. - Бриггс даже
чмокнул от предвкушаемого удовольствия. - Последнюю неделю все тихо, ребята мои
как-то заскучали без дела.
- Ни в коем случае, не спеши. Если его рассказ - глупая выдумка, негодяя ждет
расследование по полной программе. Тогда вытряхнете все из этого Пиноккио, как в
сказке. Будете проводить первичные допросы - в присутствии военного адвоката,
разумеется. Однако сначала нужно определить реальность данной истории. И мне следует
ввести в курс дела генерала Кертиса. Обязательно.
- Простите, что вы сказали? Генерала Кертиса? Неужели председателя Комитета
начальников штабов?
- Именно. Если есть хоть малейшая надежда на правду, Кертис непременно должен
быть поставлен в известность. Если же это провокация, тогда он быстро докопается до
истины и выяснит, кто автор. Только время терять нельзя, никак.
Президентский самолет, воздушное пространство над Канзасом,
17 марта, 01.30.
Президент США летел поздно ночью обратно в Вашингтон. Он возвращался из
поездки на Западное побережье и очень устал. Теперь глава государства уединился в
носовом отсеке, который был с роскошью и удобством оборудован специально для него и
супруги, первой леди страны. Однако окружение не отдыхало, маленькая команда
продолжала трудиться, благо, до приземления оставалась еще добрая пара-тройка часов.
Надо отметить, президентский самолет был великолепно оборудован для работы - масса
технических приспособлений, операторы, 48 телефонных аппаратов со множеством
каналов, средства космической связи, телефаксы, телетайпы, компьютеры, лазерная
техника и все такое.
На борту в этот раз находился весьма почтенный набор влиятельных вашингтонских
сановников - руководитель администрации президента Роберт Тиммонс (свои прозвали
его "Ящиком"), председатель Комитета начальников штабов Вилбор Кертис и помощник
президента по национальной безопасности Джордж Рассел. Все они собрались в
обширном центральном отсеке, оборудованном в глубине модифицированного "Боинга747"
под шикарную жилую комнату. Вдоль стен стояли мягкие кожаные кресла,
посредине - довольно большой низкий столик для кофе, сейчас на нем лежала куча
журналов и газет на английском со всего света. В комнату постоянно заходили и
выходили их помощники, каждый обслуживал своего шефа - подносил сообщения,
сопровождал комментариями, запоминал инструкции.
В соседнем отсеке работали секретари и технический персонал, у всех под рукой
компактные портативные компьютеры типа "нотбук", они принимали сообщения,
отдавали помощникам на экспертную оценку, получали соответствующие указания. Вот
сюда неслышно прошмыгнул аккуратный стюард, он принес на подносе кофе и вкусные
сладкие булочки.
Вообще в центральном помещении могло свободно разместиться человек двенадцать,
но в данном случае его до конца поездки занимали три вышеуказанных лица.
- Помните, - обратился Рассел к Кертису, - вчера в своей речи президент
упомянул о том, что мы пошлем специальную комиссию с инспекцией ряда военных баз
СНГ с целью проверить, как идет согласованный процесс уничтожения ядерного оружия.
Как скоро мы можем сформировать такую команду?
- Думаю, завтра днем успеем. - Кертис увидел удивленное лицо Рассела, понял, что
того чем-то не устраивает подобный ответ, сообразил, где ошибся, и поспешил
исправиться. - Простите, не посмотрел на часы. Сегодня днем, естественно. Люди-то
есть, нужно подготовить диппаспорта, визы каждого государства Содружества,
позаботиться о допуске и мерах безопасности...
- С той стороны обещали всяческую помощь и поддержку. Так когда вы сможете
меня проинформировать точно? Скажем, в три, идет?
Кертис вместо ответа молча кивнул.
- В три тридцать я доложу президенту. Время подходит, Кейс? - Рассел повернулся
к руководителю аппарата.
- Нет, неудобно, - медленно ответил Тиммонс, после того как сверился с рабочим
графиком президента с помощью маленькой электронной записной книжки. - Могу
поставить вас на три пятнадцать или придется ждать до пяти. В четыре у президента
встреча с лидерами обеих палат конгресса. В три пятнадцать лучше всего.
- О'кей, договорились, поставь меня, пожалуйста. Вопрос важный, и я должен
доложить немедленно по готовности.
Генерал Кертис согласно кивнул.
- Да, кстати, на встрече с членами комиссии мне понадобится компетентный
представитель ЦРУ. Кого порекомендуете?
Рассел дал ему несколько имен в офисе директора Центрального разведывательного
управления - того, кто являлся экспертом в области рассредоточения ядерного оружия на
территории бывшего Советского Союза, где сейчас соперничали между собой его
"осколки".
Кертис сделал соответствующее распоряжение своему помощнику, который
незамедлительно отправился в соседний отсек звонить в Вашингтон.
- Продолжая тему ЦРУ, - возобновил разговор Кертис, - я бы хотел спросить тебя
кое о чем, Джордж.
- Давай.
- Не так давно, как я слышал, было одно интересное дельце. Я бы хотел уточнить
кое-какие детали, если это возможно, конечно.
Советник президента по национальной безопасности поднес ко рту чашечку кофе,
разложил на коленях салфетку, потянулся за булочкой.
- Не надо ходить вокруг да около, скажи прямо что нужно.
- Ладно, скажу. - Кертис пристально посмотрел на Рассела. - "Краснохвостый
Ястреб".
Рассел так и не дотянулся до булки, его рука мгновенно застыла в воздухе, словно
натолкнувшись на невидимую преграду. Он так же внимательно взглянул на своего
собеседника, затем перевел взгляд на сидевшего рядом Тиммонса, который без слов
понял, что от него требуется, потому что, пробормотав что-то себе под нос, встал и
поспешил выйти из комнаты, прихватив с собой помощников.
Дверь за ним закрылась. На минуту в отсеке воцарилось молчание, только после этого
Джордж Рассел рискнул продолжить беседу:
- Черт побери, Вилбор, кто тебе рассказал?
- Не важно. Сам выяснил как сумел. Всегда в итоге тайное становится явным,
правда? Итак, что за история, Джордж?
- Нет, нет, я все же дознаюсь, кто тебе болтанул, и поджарю его яйца на сковородке,
понял?
Кертис лишь пожал плечами. Вот так всегда. В Белом доме собрались одни мудрецы,
по крайней мере, так они о себе думают, вечно пытаются обставить других, выключить из
игры Пентагон и в особенности аппарат Комитета начальников штабов. Дудки, не
получится. Хотя, конечно, эти тайны мадридского двора порядком надоели. Вилбор
Кертис, потомственный военный, заслуженный генерал ВВС, поклялся, что он руки
обломает любому из своих семерых детей, если кто-нибудь из них станет
профессионально заниматься таким грязным делом, как политика.
Он не спускал глаз с Рассела.
- Жарь что тебе, дьяволу, угодно, но признайся, известно ли тебе что-то об одном из
моих армейцев, который находится сейчас в Вильнюсе, запертый КГБ?
Рассел не ответил. По всей видимости, не хотел. Более того, он демонстративно
отвернулся к окну, стал разглядывать внизу мерцающие огоньки ночного американского
города. Впрочем, долго так продолжаться не могло. Рассмотрев картину внизу и,
очевидно, приняв какое-то решение, он повернулся к генералу, мысленно перебирая в
голове всех, кто мог бы быть источников утечки информации.
- Вилбор, не хочу тебя обидеть, но это дело ЦРУ, никак не твое.
Кертис медленно обрезал кончик сигары, зажег, затянулся. Ароматный запах
душистого гавайского табака заполнил комнату.
- Ерунда, и ты это отлично знаешь. Так кто пленник? По моим сведениям, человек из
специально отобранной команды, отменный вояка, поставивший на карту собственную
жизнь, чтобы предотвратить третью мировую войну.
- Не надо гадать, я-то знаю, кто такой "Краснохвостый Ястреб", не сомневайся,
однако ты здесь с какого боку-припеку и вообще какое это имеет отношение к
возглавляемому тобой комитету?
- О'кей, ты читал когда-нибудь досье под названием "Старый пес"? - спросил
Кертис, лениво пожевывая сигару. - Тебе рассказывали об этом приключении?
Рассел мелкими глотками пил кофе, смотрел в чашку и не поднимал глаза.
- Нет, понятия не имею, о чем ты говоришь, Вилбор. Мне известно единственно
следующее: есть некий бывший летчик, офицер ВВС, в прошлом летал на В-52. Так вот,
он практик, прекрасно разбирается в специальных операциях, в частности, связанных с
проблемой ядерной угрозы и тому подобным. Сейчас он там, на их стороне, находится на
секретном объекте, обслуживаемом КГБ, в качестве советского ученого, консультанта,
помогает группке отчаянных коммунистов-ортодоксов создавать свой бомбардировщик"невидимку".
Я не посылал его туда, ты тоже, получается, что он действовал по
собственной инициативе и, скорее всего, просто работал на них.
Кертис сжал свою сигару пальцами так сильно, что чуть не поломал ее. Ему не
нравилось, как быстро эти чопорные сухопарые политики умеют шить дело. Никогда у
них не хватает ни времени, ни интереса, чтобы заглянуть в прошлое. Операцию под
кодовым названием "Старый пес" проводили лишь несколько лет назад, а уже все о ней
давно забыли, в особенности те, кто должен был помнить. Ведь именно тот злополучный
полет и явился причиной появления на свет "Краснохвостого Ястреба". Не говоря уже о
тех муках, какие Дэвид Люгер наверняка вытерпел в стенах "Физикоуса". Даже если
парень действительно помогал в институте, Кертис его слишком хорошо знал, он был
уверен, что тот оказывал содействие не по своей воле.
- Послушай, - обратился генерал к Расселу, - я достану тебе это досье, ты
получишь его сразу по прилету в Вашингтон. Только для твоих глаз, учти. - Он быстро
написал что-то на листочке блокнота, чтобы передать его позже помощнику. - А теперь
скажи мне откровенно: что вы намерены делать с этим Ястребом?
Кертис сразу понял, что вопрос неприятен Расселу. Тот как-то напрягся, опустил
глаза. Смутное подозрение, словно змея, заползало в душу генерала.
- Пока, на данном этапе... еще не знаем, - прозвучал неуверенный ответ помощника
президента.
Кертис побагровел, сжал зубы, на щеках заиграли желваки.
- Значит, ты еще не дал санкцию на проведение операции, так?
Рассел на отвечал.
- Боже, я, кажется, понял: вы хотите его элементарно уничтожить! Но зачем? Почему
не попытаться вытащить его - тем более что это американец, один из наших парней?
Рассел распустил галстук, он очень хотел сейчас встать и без всяких объяснений
покинуть комнату, однако, увы, он не в своем кабинете, а в правительственном самолете.
Зануда Кертис найдет его в любом отсеке, впился как клещ.
- Вилбор! Согласно моей последней информации, это бывший офицер ВВС. Как
явствует из документов, он погиб при аварии самолета на Аляске, выполняя учебный
полет. Вместе с тем, когда стали разбираться дальше, выяснили, что это все ложь,
выдумки, не было никакого тренировочного полета и никакой аварии. Теперь же этот тип
"всплывает" на советском режимном объекте, в авиационно-конструкторском бюро, и не
похоже, чтобы его к чему-нибудь принуждали. Представь сам, что мы должны были
думать. Строить догадки, что это часть какой-то сложной, особо секретной операции?
- Представляю! - перебил его Кертис. - Вы поступили гораздо проще. Видимо, у
вас есть агент, осведомитель, который находится сейчас близко к Ястребу, настолько
близко, что может без труда подсыпать ему, например, цианистого калия.
Рассел глухо откашлялся.
- Наши люди в Москве сохранили контакт кое с кем из бывших высокопоставленных
чинов КГБ, и, надо признаться, не зря. Это помогло внедрить агента в окружение Ястреба.
Теперь мы имеем проверенную информацию. Так вот, Вилбор, твой "друг" - крупная
фигура в этом самом бюро, уже лет пять он активно помогает русским и достиг
определенных успехов.
- Не верю.
- Напрасно, я говорю правду.
- Никаких сомнений относительно того, кто он?
- Абсолютно, у нашего агента есть отпечатки пальцев, фотографии, размер обуви,
цвет глаз, манера поведения и куча всего другого.
- Не важно, - Кертис не мог успокоиться, - ты только прочти досье, которое я тебе
передам, и сразу поймешь, что Люгер отличный парень, настоящий герой. Да, сейчас он в
беде, его наверняка накачали наркотиками, силой заставили работать на Советы. Мы
обязаны его вытащить.
Рассел поднял брови от удивления.
- Вытащить? А как, позволь тебя спросить, с засекреченного и особо оберегаемого
объекта? Даже если бы он находился в лагере или, допустим, в тюрьме - тогда да,
несомненно бы попытались. Однако положение гораздо хуже: он в западне, в капкане,
оттуда нет выхода. Чтобы спасти его, потребуется, наверное, батальон коммандос.
- Джордж, предоставь это дело мне, - осторожно предложил Кертис. - Ты лишь
посвяти меня в детали, а я уж скажу, что здесь можно предпринять. Только прикажи
своему агенту глаз не спускать с Люгера, постоянно нас информировать. Ради Бога, не
убивайте его.
- Прекрасно, считай, что договорились. - Рассел взял булочку, критически
рассмотрел ее на свету, затем недовольно положил обратно на поднос. - По правде
говоря, мне самому не нравится эта история.
- Что насчет того чертового бомбардировщика, который они строят в "Физикоусе"?
Неужели это самолет-"невидимка" "Туман", ведь они начинали работать над ним в
последние месяцы перед крушением империи?
- Похоже. - Рассел устало зевнул. - Наши эксперты мечтают взглянуть на него,
хотя я лично думаю, что здесь много шума из ничего. У русских, которые наглухо
забаррикадировались сейчас в "Физикоусе", нет денег, чтобы выращивать морковку, не
говоря уже о производстве уникального бомбардировщика сверхдальнего радиуса
действия. Они потеряли все свои привилегии, а когда объект перейдет под юрисдикцию
литовского правительства, их просто выкинут на улицу.
- А что, если они получат откуда-то деньги?
- Откуда? Из Москвы? Тем самим не хватает. Кто еще даст? Польша? Болгария?
Или, может, Ирландская республиканская армия? Шутки шутишь.
- Как насчет Ирана, Ирака, Сирии и Ливии?
- Повторяю тебе: глупости, ничего не будет. Завод закроют, все работы немедленно
прекратят, и литовцы повезут макеты на ярмарку или, еще лучше, продадут нам за
твердую валюту. У советского самолета нет будущего. - Рассел все больше возбуждался.
- Мы наблюдаем за "Физикоусом" и другими конструкторскими бюро, институтами, так
вот - все они вымирают, превращаются в призраков. Кроме того, мы можем сразу же
закрыть "Физикоус", если только обнаружится, что суперсовременная военная технология
будет экспортироваться Советами куда-либо за пределы СНГ.
- Тогда Люгера точно убьют, - подытожил Кертис. - Они никогда не позволят
общественности узнать, что держали взаперти американского военного летчика,
выпытывая у него секреты.
- Или, например, Люгер уйдет вместе с ними, с учеными. Добровольно.
- Тогда мы его немедленно вытащим, риска здесь допускать нельзя.
Про себя Рассел подумал, что гораздо проще ликвидировать загадочного янки, тогда
не пришлось бы рисковать теми, кто, возможно, будет его спасать. Однако он не решился
высказать свою мысль вслух, чтобы окончательно не довести Кертиса до белого каления.
- Хорошо, Вилбор, раз ты так вознамерился вытащить парня из петли, тогда
вырабатывай план. Но учти, так или иначе ему придется давать объяснения по всей форме.
- Ничего, я верю в его честность, а вот ты напрасно петушишься. Кажется, совсем
недавно ты предпочел бы обойтись вообще без разъяснений.
- Терпеть не могу предателей. Профессиональный военный, офицер, приносивший
присягу, теперь вот играет на чужой стороне - не выношу. Шлепнул бы его
собственноручно, если бы мог, но, поскольку ты настаиваешь, тебе он нужен зачем-то, что
ж, думай и давай свой план. Я не возражаю.
- Ошибаешься, он нужен не мне, а всем нам. Ты прочтешь досье и поймешь, что
многие, в том числе весьма высокопоставленные люди, обязаны ему мирным небом над
своей головой. Дэвид Люгер нужен Америке.
СНГ, воздушное пространство над Центральной Беларусью,
17 марта, 03.30 по местному времени.
Местность в Центральной Беларуси - равнинная. В сотне километров к югу от
Минска и в четырехстах к востоку от Варшавы густые леса, обширные безлюдные
равнины и болота занимают сотни тысяч акров, и потому здесь не возникает больших
сложностей при полетах на малой высоте. И все же, находясь в полете уже час, они все
еще шли на высоте около тысячи метров, и Дэвид Люгер готов был рвать на себе волосы.
Скука заставила его даже задуматься о том, какое все-таки жесткое и неудобное кресло
сделали для пилота-инструктора - просто втиснули металлический стул между креслами
первого и второго пилотов. Люгер испытывал непреодолимое желание действовать.
- Пилот, я - Инструктор-1, - произнес он в микрофон внутренней связи. - Как
насчет того, чтобы спуститься пониже?
В наушниках стояла тишина, и Люгер уже собрался повторить свой вопрос, но в этот
момент ему ответил занимавший кресло второго пилота оператор управления системой
оружия, - его называли "Залп":
- Через двадцать километров начнется подъем местности, советую придерживаться
высоты восемьсот метров.
Как и в бомбардировщике В-2 "Черный рыцарь", в их самолете в правом кресле
второго пилота размещался прошедший пилотную подготовку штурман, в обязанности
которого входило управление системами навигации, огня и защиты. Сидевший на
откидном кресле позади "Залпа" бортинженер наблюдал за состоянием самолета и
работой двигателя.
- Понял. Восемьсот метров. Снижаемся. - Самолет снизился на двести метров, и
снова заработал автопилот. Люгер сидел молча, едва сдерживая зевоту.
Конечно, Люгер вроде бы не должен был скучать в ходе выполнения ночного полета с
задачей бомбометания с малых высот в условиях, максимально приближенных к боевым,
особенно находясь в кресле бортинженера этого потрясающего бомбардировщика"невидимки"
Физикоус-170 "Туман". И все же он скучал, потому что экипаж, прошедший
советскую летную подготовку, вел бомбардировщик, словно команда старух, чего он
никак не мог понять. Воспоминания, иногда приходившие к нему из самых потаенных
уголков памяти, подсказывали Люгеру, что подобный полет может быть гораздо более
захватывающим...
И тем не менее даже эти строго ограниченные рамками инструкций пилоты и
инженеры не могли убить все возрастающую любовь Люгера к "Туману". В машине,
выполненной из композитных материалов и весившей двести восемь тонн - причем
половина массы приходилась на топливо, - Люгер чувствовал себя королем неба.
Внешне бомбардировщик абсолютно не был похож на смертоносную боевую машину.
Формой он напоминал гигантского ската с тонкими, изогнутыми крыльями, которые
изгибались вниз от центра, а затем плавно выгибались вверх и оканчивались
закруглениями. Четыре двигателя размещались в вытянутом фюзеляже, решетки
закрывали как воздухозаборники, так и отверстия для истечения газов, что предотвращало
отражение излучений радара от лопастей компрессора и снижало выделение тепла. Рули
направления заменяли разрезные элероны, отклонение элеронов вверх или вниз зависело
от необходимого градуса крена. Так что у "Тумана" вообще не было вертикальных
поверхностей, от которых могло бы отражаться излучение радара. "Туман", не
рассчитанный на взлеты и посадки в сложных полевых условиях, был оснащен тремя
довольно хрупкими шасси и двумя тормозными парашютами диаметром двадцать пять
метров.
Хотя "Туман" был создан в начале 80-х годов, его окончательное оснащение
вооружением началось лишь несколько лет назад, с началом работы над его конструкцией
и полетными испытаниями доктора технических наук Ивана Сергеевича Озерова. Именно
Дэвид Люгер почти в одиночку разработал и сконструировал систему вооружения.
Предназначался "Туман" для полетов на большие расстояния и нанесения бомбовых
ударов по Соединенным Штатам и Китаю, но он должен был обладать и хорошей
защитой, чтобы обойтись минимальной поддержкой других боевых машин. Дальние
стратегические бомбардировщики были, в основном, уязвимы для истребителей и ракет
класса "земля-воздух", поэтому Люгер здорово потрудился над тем, чтобы "Туман" мог
защитить себя.
Но никто, и даже сам Дэвид Люгер, не догадывался, что Иван Озеров в этом вопросе
воспользовался концепцией вооружения американского бомбардировщика ЕВ-52
"Мегакрепость". Как и надеялся бывший сотрудник КГБ Виктор Габович, Люгер извлек
из своей дремавшей технической памяти знания, полученные за годы службы в ВВС
США, и применил их в разработке "Тумана". Более всего в памяти Люгера сохранился
бомбардировщик "Старый пес", и с помощью Виктора Габовича, интенсивного
"промывания мозгов" и процедур перепрограммирования личности, Люгер
бессознательно скопировал для "Тумана" систему вооружения "Старого пса", создав в
процессе работы гораздо более грозную боевую машину.
Хотя "Туман" и был бомбардировщиком-"невидимкой", на каждом его крыле имелось
по три подвески для внешних хранилищ, но суть заключалась в том, что все внешние
хранилища с подвесками будут сброшены и "невидимые" свойства самолета
восстановятся задолго до того, как он попадет в зону действия вражеских радаров. На
двух внешних подвесках "Туман" нес топливные баки емкостью тысяча пятьсот
декалитров, которые сейчас уже были сброшены (во время этого полета оба бака были
пусты и снабжены парашютами, чтобы их можно было использовать в дальнейшем). На
каждой средней подвеске разместилось по четыре противорадиолокационных крылатых
ракеты AS-17 дальнего радиуса действия с реактивными двигателями. Ракеты
...Закладка в соц.сетях
