Жанр: Научная фантастика
Неистребимый
...была
ослепительной, парализующей, крик захлебнулся в хлынувшей горлом крови. Квин
еще пытался куда-то ползти, но смертоносная стать продолжала находить его
везде, от нее не было спасения. Удар. Боль. Удар... пальцы скользили по
каменному полу в крови, хлеставшей из ран. Удар. Боль...
Он резко открыл глаза.
Сердце билось так сильно, что его бросало в пот, а голова кружилась.
Снова этот страшный сон, чтоб его причастило...
Квин глубоко вздохнул, обвел взглядом Зал Камней, являвшийся самым
большим помещением Пресветлого Дома, где они с сотницей находились уже около
часа и он нечаянно задремал. Что тут удивительного - устал, всю ночь
промотались туда-сюда...
По полу, расположенные в порядке возрастания моши, ровными рядами шли
квадратные каменные плиты, прикрывающие выходы жил магического камня, или
Пальцев Зверя, с заключенными в них заклинаниями. На одном из таких, возле
самой стены зала, сидел сам Квин - пока макам был неактивизирован, то
опасности не представлял, да и сидел он на жиле с одним из самых слабеньких
заклинаний. Каким точно, он не знал, на первой ступени в Зал Камней еще не
допускают, но о процедуре активизации был наслышан. Ученик должен просто
приложить руку к камню, который кажется ему подходящим по возможностям, и
если он угадал, то источник отнимает у него часть силы, а взамен
матрицирует, впечатывает в его суть свое заклинание. После чего этим
заклинанием можно пользоваться, черпая энергию из самого камня с любого
расстояния (в пределах макора, естественно, законы Внутреннего Круга никто
не отменял), а свою силу беречь...
Вообще эта тема была весьма интересной, к тому же Квину хотелось
побыстрее забыть жуткий сон, поэтому он с увлечением принялся размышлять о
магии. Все без исключения заклинания делятся на два основных вида -
заклинания Духа и заклинания Источника. Заклинания Духа являются личностными
заклинаниями магов, разработанными самостоятельно, за счет своей силы,
знаний, мастерства. Заклинания Источника вкладываются в Пальцы Зверя самыми
сильными и искусными магами, чтобы потом им могли научиться другие. Потому и
существуют два способа овладения заклинаниями - их можно создавать
кропотливо, трудом и потом, день за днем, формируя и отшлифовывая на
практике методом проб и ошибок конструкции специальных магических формул, а
можно получить готовыми и пользоваться ими, не растрачивая себя. Весь риск в
том, хватит ли жизненной силы, чтобы освоить чужое заклинание? Если Источник
заберет силы больше, чем имеется реально, то можно проиграть свою жизнь в
погоне за быстрым результатом. Поэтому Зал Камней посещался не столь уж
часто. Лучше уж набивать собственные шишки, чем помирать от чужих.
Справа донеслись голоса, прервав его размышления.
Квин повернул голову - шуггов через пять на каменных плитах, как и он,
пристроилась Онни Бельт - напротив того "хвостоголового" хааскина в
светло-зеленом ксомохе под плащом с кучей медных блях на груди, которого
паренек видел еще в "Забияке". Ага, так они уже вернулись, пока он тут
дремал!
А маг?
Взгляд инстинктивно переместился в глубину зала, туда, где располагались
самые мощные Источники. И точно, они были там, маг Стилен и настоятель Дома
Масарт, священнодействовали с одним из самых старших камней, подготавливая
портал.
- Все равно он не должен был этого делать. Голос Лекса привлек его
внимание.
- Каждый защищается, как умеет, - резко бросила
Онни в ответ.
- Как умеет? - с явной иронией переспросил Лекс. - Да защищаться таким
образом все равно что всякий раз поджигать дом, в котором норогрызка стащит
у тебя кусочек сыра!
- Он не так уж виноват, как ты думаешь К твоему сведению, он вообще не
любит убивать Из принципа. Он сам мне это сказал, и, как ни странно, я ему
верю. По крайней мере, пока верю. То, что произошло в трактире, -
случайность. Роковое стечение обстоятельств.
- А Драхуб? А преследовавшие вас дал-рокты? Терх, в конце концов,
погибший в поединке с ним? И после этого он утверждает, что не любит
убивать?
- Терх был жив до того, как превратился в каруну, - это произошло на моих
глазах. Что-то у него самого пошло не так... Пострадавшие от гвэлтов не
пострадали бы, если бы не сунулись вслед за нами. Надеюсь, ты не думаешь,
что они желали с нами просто мирно побеседовать о погоде? А Драхуб... Драхуб
банально свернул себе шею при падении с собственного чарса.
- Это тоже он тебе сказал?
- Да.
- Ты слишком доверчива.
- Не больше, чем ты, - отрезала Онни Белы. - И речь сейчас не о том, кто,
кому и насколько доверяет Я видела его в деле, и на это стоит посмотреть
своими глазами. При его ошеломляющих способностях, при его скорости, с
которой он может двигаться, при его внутреннем чутье и ментальной мощи мозга
какой-то трактирщик не мог застать его врасплох. Но он застал. Понимаешь, о
чем я хочу сказать?
Лекс озадаченно почесал затылок: - А-а, вон ты о чем...
- Да. Мне кажется, он теряет над собой контроль. Закон Равновесия.
Поэтому мне или... -она почему-то запнулась, выговаривая имя мага, - или
Стилену как можно быстрее необходимо оказаться с ним рядом. Стилен мог бы
его защитить, я - хотя бы объяснить, от чего защищаться Тогда, возможно, с
этой проблемой он смог бы справиться самостоятельно. Хотя это
маловероятно...
Квин внимательно прислушивался, раскрыв от напряжения рот. Этот разговор
был ему не менее интересен, чем рассуждения о магии. Раз тетка не желала с
ним разговаривать на эту тему, то хоть так можно было что-то узнать пока она
думает, что он дрыхнет почем зря. Ха, сама виновата!
Внезапно синие всполохи залили просторные своды зала призрачным сиянием,
оборвав разговор. Над одним из камней вспыхнул портал - ярко-синий
прямоугольник высотой в три с половиной шугга, не меньше. Заканчивая
отладку, маги о чем-то тихо переговаривались. Квин с еще большим
любопытством навострил уши, простеньким заклинанием подключив магический
эхолов - а что, пока Онни с Лексом молчат, можно и других послушать.
- В прошлом году у нас при инициации выявился Черный, - размеренно
рассказывал Настоятель Масарт, - и, как назло, опять один из самых
талантливых и многообещающих юношей. Мальчик был мне почти что сыном, и
потерять его было тяжело... А ведь почти десять лет перед этим все было в
порядке.
Квин вздрогнул всем телом.
Именно об этом и был его сон. В прошлом году при инициации погиб его
старший приятель, Лунбик, сон же все переиначил, поставив в Зеркало Ранга
самого Квина которому до конца первой ступени оставался еще целый год.
Картина казни Лунбика, при жизни доброго и приветливого малого, столь сильно
врезалась ему в память, что с тех пор ему часто снился этот кошмар...
"Что-то мне нехорошо", - подумал Квин, чувствуя, как к горлу подступает
тошнотворный комок...
- Боюсь, церемонию опять придется изменить, младшие группы временно не
будут допускаться в Твердыню Некоторые малыши слишком впечатлительны, и пока
все это забудется...
"Не вопрос, - мысленно согласился Квин. - Сейчас куда-нибудь сблювану".
- Давно пора... Ты уверен, что портал настроен так, как надо? Необходимо,
чтобы нас выбросило где-нибудь в окрестностях Абесина, чтобы не привлекать
нежелательного внимания наших недругов... Пойми меня правильно, Масарт, я
доверяю тебе, но подобные заклинания всегда нуждаются в проверке. А времени
на это у меня нет. Иначе бы я не передавал через своего человека просьбу
подготовить портал до моего прихода.
- Думаю, все будет в порядке. Портал должен выбросить вас где-то в
трех-пяти бросках от Абесина. Но считаю своим долгом напомнить, что порталы
в этом макоре всегда славились неустойчивостью. Есть определенный риск
смещения...
- Знаю. Онни, Лекс! - Маг обернулся в их сторону.
Ведите сюда дракхов. Пора отправляться.
... Шагнув из портала, он сразу погрузился в кромешный ночной мрак,
поглотивший без следа всех его спутников. После теплого воздуха Зала Камней
в лицо весьма ощутимо дохнуло ледяным холодом. Квин поежился, оглянулся. От
портала, конечно, не осталось и следа - как малолетке, ему пришлось идти
замыкающим, чтобы не столкнуться с возможными опасностями раньше взрослых.
Взрослые... Вечно у них самомнение выше крыши... Однако куда ж они
подевались - и не видно, и не слышно...
Квин замер.
Так можно и нос разбить. Обо что-нибудь. А он у него всего один.
Наполненная тихими шорохами и невнятными звуками плотная и густая тьма
вокруг него жила своей таинственной жизнью, нагоняя беспричинную тревогу.
Впрочем, вовсе че беспричинную: столько тварей, сколько выползает из своих
нор ночью, никогда не увидишь днем, хоть все глаза прогляди.
- Онни? - В ломком голосе против воли послышалась дрожь, и не только от
холода.
- Иди сюда.
Голос "неистребимой" послышался совсем рядом, и Квин осторожно шагнул на
звук. Как же они будут передвигаться в такой тьме?
- Иди смелее, я тебя вижу.
Ну да, она же эрсеркер. Специально измененное зрение...
Прямо над ухом громко фыркнул чаре. Квин чуть не подпрыгнул от
неожиданности: - Может, мне машар зажечь? Я могу, ты же знаешь...
- Никакой магии, мальчик, - приглушенный голос мага прозвучал строго и
категорично. - Поторапливайся, мы не собираемся ждать тебя вечно.
Онни уже сидела на чарсе. Предупредительно освободив стремя от своей
ноги, она помогла Квину взобраться в седло - на этот раз позади себя.
- Кажется, с сегодняшнего дня ты ко мне неравнодушна? - не удержавшись,
нервно пошутил магик.
- Хочешь, чтобы я передала эти слова Тай, юный засранец? - беззлобно
поинтересовалась Онни.
- Ну уж нет!
- В таком случае забудь об этом дурацком обычае. Мне может понадобиться
полная свобода для действий, сидя спереди, ты мне будешь мешать.
- Все готовы? - из темноты спросил маг. И тут же, не дожидаясь ответа,
скомандовал: - Трогаем.
Чаре снова громко фыркнул, затем из его глотки послышалось злое, полное
угрозы ворчание, а сам он затанцевал на месте, резко поворачивая голову то в
одну, то в другую сторону. Квин крепко ухватился пальцами за пояс сотницы,
чувствуя странное волнение от близости к этой зрелой, крепко сбитой женщине,
приходившейся старшей сестрой его матери. Устыдившись мыслей, жаркой краской
бросившихся в лицо, он неловко поинтересовался: - Что это с ним?
Шалун продолжал нервничать, утробное ворчание стало громче.
ОН что-то чует. Я тоже. Стилен!
- Тихо. Я знаю Мы не одни.
- Вижу, - где-то впереди тихо выдохнул Лекс. - Вижу... Послышался
характерный шелест выдвигаемого из ножен меча.
- Тихо, я сказал, - сухо повторил маг. - Следуйте пока за мной. Они могут
и не напасть.
Квин лишь вертел головой, не в силах увидеть, о чем идет речь - мало того
что было темно хоть глаз выколи, так еще и спина Онни мешала обзору. Но
догадаться было нетрудно.
И тут он тоже увидел: множество светящихся в ночи красных огоньков,
окруживших их со всех сторон на расстоянии десяти - пятнадцати шуггов. И
огоньки эти двигались вместе с ними, не приближаясь, но и не удалясь.
- Это кто, лысуны? - прошептал Квин в спину сотницы.
- Несомненно, - тоже шепотом ответила та, чуть обернувшись назад. -
На-ка, возьми мою побрякушку. - Он почувствовал, как она вкладывает в его
ладонь один из своих метательных ножей, и крепко стиснул гладкую рукоять,
чрезвычайно гордый оказанным доверием. Страх как по волшебству уменьшился
ровно наполовину, Ха, а кто-нибудь хочет в глаз?
Некоторое время они ехали молча, напряженно прислушиваясь и не менее
напряженно следя за огоньками глаз ночных тварей, навязавших им свой
смертельно опасный эскорт. Их было очень много. Даже из своего неудобного
положения Квин насчитал десятка три, не меньше. И они никак не желали
оставлять их в покое. Еще бы, маги с эрсеркерами тоже вполне съедобны, не
говоря уже о магиках. Не вопрос...
Квин накинул на голову капюшон ксомоха, спасаясь от ночного холода.
Сейчас бы очень не помешал его теплый плащ, который он так глупо забыл в
комнате Бочонка... Мертвого Бочонка. Напоминание осело в груди неприятной
тяжестью. Тьма его забодай, этот плащ. Как-нибудь перебьется. До Абесина
сейчас должно быть недалеко, а там он уже будет дома, так что заботы об
одежде можно будет переложить на плечи матери. И вообще - лезут же в такой
момент всякие дурацкие мысли... будто какой-то плащ помешает лысунам его
сожрать!
Приглушенный стук копыт чарса сменился резким сухим цоканьем.
Торная дорога, сообразил Квин. Сначала, видимо, портал выбросил их прямо
в лесу, а теперь они выбрались на Большую Торную дорогу, связывающую воедино
множество макоров. Почувствовав под собой твердую поверхность, животные без
понукания ускорили бег.
Твари по бокам не отставали. Может, и обойдется, понадеялся Квин. Трех
боевых дракхов, из которых один самый настоящий чаре, вероятно, для них
оказалось многовато, вот и не решаются напасть...
- Онни... А что ты сейчас чувствуешь... как эрсеркер?
- Тише. Чувствую... Опасность... злобу и голод. Жуткий голод. У них давно
не было добычи... Боюсь, столкновения нам все-таки не избежать...
Лучше б она этого не говорила!
Лысуны ринулись на них одновременно со всех сторон, словно по сигналу. В
тот же миг впереди вспыхнул яркий синий свет - полыхала сама фигура
сидевшего на дракхе мага. Свет отогнал мрак в окружившие дорогу заросли и
выявил нападавших.
Шарахнувшись от мага, темные верткие твари тут же бросились к
двигавшемуся следом Лексу. На глазах Квина меч рослого хааскина с быстротой
молнии широким веерным взмахом обрушился вниз, разрубив первых двух надвое
еще в прыжке. Третий лысун попытался вцепиться ему в горло и, заработав
эфесом в челюсть, кубарем покатился под ноги дракха, который с
удовлетворенным рыком тут же его затоптал.
Затем пришел черед отбиваться Онни.
Чаре злобно зарычал и с бешеной скоростью завертелся на месте, разрывая
юрких тварей ударами страшных копыт, а одного, поймав челюстями, просто
перекусил надвое. "Жальник" Онни тоже не остался без дела - попавшийся ей
под руку лысун мгновенно расстался с головой, забрызгав неприятно пахнувшей
кровью бок Шалуна и ноги седоков. Другой, пытаясь вцепиться сотнице в ногу,
заработал столь мощный пинок сапогом под брюхо, что с воем улетел в сторону
Лекса, и воин тут же опробовал на нем остроту своего меча.
Что-то тяжелое обрушилось Квину на спину.
Он с ужасом ошутил, как острые зубы, раздирая одежду, впиваются в шею, и
что есть сил ткнул ножом за плечо. С полным боли и ярости визгом лысун
скатился на землю. Несмотря на холод Квин моментально взмок, он лихорадочно
завертел головой, стараясь на этот раз не пропустить бросок еще какой-нибудь
твари. Вовремя надетый капюшон, как выяснилось, спас его от укуса.
А затем маг по имени Стилен нанес удар.
Свет полыхнул вокруг отряда, словно удар молнии. Дрогнула земля, и
горящие, воющие клубки огня, мгновение назад бывшие лысунами, покатились во
все стороны.
И все кончилось.
Выжившие твари беззвучно исчезли в придорожных зарослях, словно их и не
было, а исходившее от тела мага сияние погасло, мгновенно возвратив прежнюю
тьму "Во дает, - восхищенно подумал Квин, в глазах которого плыли
разноцветные круги от яркой вспышки. Работа настоящего мага произвела на
него неизгладимое впечатление. - Это тебе не какие-то там жалкие машары
стряпать." - Онни, что там с мальцом, он в порядке7 - строго спросил маг.
- Угу, - ответил Квин, немного недовольный обращением.
- Все нормально, - подтвердила Онни. - Можно двигаться - Не хотелось
создавать всплески Силы, чтобы кто не заинтересовался, но пришлось, -
недовольно проворчат маг - Лекс? Что там у тебя?
- Да так, - с некоторым усилием откликнулся из темноты рослый хааскин. -
Ничего особенного. Левый рукав мне тут один поганец порвал, любимую одежку
попортил...
- До Абесина потерпишь? Там, в более подходящих условиях, я тебя
подправлю. Главное, кровь останови. Надеюсь, как эре ты на это способен?
- Конечно, Стилен. Не обращай внимания. Главное, что задница цела, есть
на чем скакать дальше...
- На новом необкатанном седле, - с нервным смешком закончила за нею Онни.
- Ну, раз треплешься, значит, и вправду потерпишь, - сухо заключил маг. -
Тогда в путь - Нас ждут великие свершения, - тихо пробормотала Онни себе под
нос, движением поводьев направляя чарса вслед за остальными
Неудовлетворенный столь скоротечной схваткой Шалун громко храпел и
фыркал, но все же подчинился и снова понесся навстречу ночной дороге,
гонимый холодным осенним ветром. Квину ничего не оставалось, как покрепче
вцепиться ей в пояс, переваривая полученные впечатления и мечтая о том, что
когда-нибудь у него тоже будет такой чаре, как у родной тетки.
Как же его назвать-то?
10. Ошибка вольного
Наступившее утро было не столь ветрено, как последние несколько дней, и
вольные, собравшиеся вокруг жаркого костра на дне Веселой Балки - глубокого
оврага большой протяженности, где они укрывались еще с лета, - больше по
привычке, чем по необходимости, кутались в меховую одежду. Корд по прозвищу
Шальной, единственный инородец среди серых адалаев, из которых и состояла
шайка, по прихоти судьбы являлся и их атаманом. Высокий и широкоплечий, с
тяжелым властным лицом, он смотрелся очень внушительно на фоне мелких
представителей племени беловолосых, а долгополый ксомох из серебристого меха
парскуна еще больше добавлял ему объема и солидности. Своим под ельникам он
казался почти великаном и обладал заслуженным в многочисленных схватках, а
потому непререкаемым авторитетом, чему немало способствовала его
здоровенная, окованная железом палица из каменита, не раз ходившая по спинам
и головам недовольных
Шальной как раз потянулся ложкой к булькающему над костром котелку, чтобы
снять пробу с кипящего варева, когда из росших по краю оврага кустов
колючего мята вылетел Грузило - тощий адалай средних лет. Сидевшие на
корточках семеро вольных разом обернулись, забыв о предстоящей трапезе.
Грузило нынче ходил в дозорных, и если его принесло с такой скоростью, то не
иначе как...
- Гость! - выдохнул Грузило, пропахав костлявым задом тонкую корку снега
на крутом склоне и затормозив уже возле самого костра. - Не ходко идет, но
скоро под нами будет!
- Проспал, засранец? - Шальной недобро зыркнул на дозорного.
- Да я...
- Сколько?!
- Да один же! Одного я разглядел! Как увидел, сразу сюда!
- По дракхам! - рявкнул Шальной. - Быстро!
Но вольные и сами, не дожидаясь распоряжений, уже летели к верховым
зверям, укрытым в просторной пещере неподалеку от оврага. Добычи не было уже
давно, припасы вольницы оскудели, и в котелке сегодня кипела опостылевшая
похлебка с горькими грибами пополам с орехами, о которой тут же все забыли.
Шальной остался на месте, похлестывая прутом по сапогу.
Не пристало атаману суетиться, как простому вольному. О его дракхе
позаботился его ближайший подручный, Болт, крепкий коренастый мужик с лицом,
покрытым жуткими давними шрамами. Вон, уже показался, торопливо ведя под
уздцы двух дракхов - Убийцу и Увальня. Первый выглядел более мощным и
свирепо рвался из рук, не желая подчиняться никому, кроме хозяина. Он и
принадлежал атаману.
Подхватив брошенные Болтом поводья, Шальной лихо взлетел в седло и,
махнув рукой, дал сигнал к началу движения. Ватага резво взобралась по
крутому склону Веселой Балки, выбралась на ровное место и со свистом и
гиканьем понеслась мимо камнелюбов - к Торной дороге, до которой было всего
триста шагов. Добыча и так никуда не уйдет, но звери застоялись и рвались
вперед, да и кровь взыграла в жилах охотников за чужим добром.
Убийца хрипел и рычал в боевом азарте, тугие мускулы так и ходили под
панцирной кожей на спине в такт мощному стремительному движению, острые
копыта взрезали тонкий слой снега, опавшей листвы и добирались до заснувшей,
зимней земли, разбрасывая черные комья по белому полотну. Шальной направил
дракха мимо толстого, в два обхвата, ствола камнелюба, намереваясь в
последний момент пригнуться и проскочить под низко нависшей заиндевевшей
веткой. Привычная проверка собственной ловкости, без чего он ну никак не мог
обойтись и что практиковал при каждом случае.
Остальная ватага бешеным галопом рассыпалась по лесу, охватывая участок
Торной дороги широким кольцом. Шальной ухмыльнулся, радуясь предстоящей
потехе и бесстрашно глядя на стремительно приближавшуюся ветку. Если он не
успеет увернуться, то удар придется точно в лоб, а на таком скаку это верная
смерть. Плевать. Он всегда успевал. Зато как бодрит кровь, промороженную
этой клятой, так рано наступившей зимой...
И тут Шальной его увидел.
Гостя.
Того, о ком сообщил Грузило. Его внешний облик и вогнал атамана в
мгновенный столбняк. Спохватившись в самый последний момент, он успел
пригнуться, но ветка все-таки поцеловала его затылок, и, хотя удар пришелся
уже вскользь, силы его хватило, чтобы атамана вышибло из седла...
Когда Шальной пришел в себя, его голова все еще гудела от удара. Лицо
было мокрым от снега, в который он зарылся при падении, ледяные струйки
стекали за ворот, сильно ныло ушибленное плечо. Ноги подгибались от
слабости, но кто-то жестко держал его под руки, заломав их за спину и не
позволяя упасть. Шальной вяло повернул голову в одну сторону, в другую.
Перед глазами муть, разглядеть что-либо трудно. Он сплюнул, напрягся,
пытаясь выпрямиться самостоятельно, но его держали столь крепко, что даже
он, со всей своей прославленной среди вольных силой, ничего не мог поделать.
Плохо, Зверь тебя заворожи... Но ничего, это пока... Сейчас он немного
придет в себя и...
Свет перед лицом заслонила высокая тень.
Зрение вдруг стало отчетливым.
Перед ним стоял дал-рокт. Тот самый, кого он увидел на скаку. Высокий,
тварь, выше его на две головы, и соответствующие росту плечи. Под черным с
отороченным серебром плащом, наглухо запахнутым на груди, наверняка
виритовые доспехи, которые ничем не возьмешь, на голове просторный
складчатый капюшон, бросающий на грубое звериное лицо глубокую тень, узкие
длинные прорези глаз светятся, словно гнилушки...
Тут Шальной окончательно сообразил, что произошло, и взгляд его
лихорадочно заметался по заснеженному лесу. Он почти сразу увидел
безжизненное тело Грузилы, наполовину придавленное мертвым дракхом -
примерно в трех десятках шагов поодаль. Снег под ним покраснел от крови.
Чуть дальше в нелепой позе валялся Болт, один, без дракха, оскаленное
предсмертной судорогой лицо обращено к атаману, словно в немом укоре.
Неужели всех... всех порешили? Проклятый Грузило, чтоб его причастило, не
сумел Вестника Тьмы от обычного хаска отличить... Знал же, что не стоит
этого придурка в дозор ставить, всю ватагу подвел, всех положил... Жаль
парней, давно уже вместе промышляли...
Низкий мощный голос дал-рокта заставил Шального вздрогнуть.
- Твой дозорный попался на личину, так что не кляни его. Он умер легко,
так как был мне не нужен. Как и остальные. С тобой же будет иначе. Мне нужна
твоя жизнь, чтобы восстановить свои силы, и в твоей душе не должно быть
страха, когда я ее возьму. Ты воин. Готовься.
Готовиться? К чему готовиться? К смерти? Шальной затравленно глянул по
сторонам, словно надеясь на какое-то чудо и уже всем своим существом
понимая, что никакого чуда не будет. Собрав все свое мужество, он твердо
взглянул в глаза мага. Ну же, давай, тварь!
- Хорошо, - удовлетворенно кивнул дал-рокт, оскалив звериные клыки. Он
шагнул ближе, поднимая руки, и сжал когтистыми лапами виски атамана.
Шальной дернулся от отвращения, но в тот же миг тонкое лезвие кинжала
одного из тех, кто держал его за руки, вошло в шею разбойника сзади и
рассекло позвоночный нерв.
Корд умер бы мгновенно, но Драхубу нужна была его жизненная сила, и
смерть не стала торопиться, покорно ожидая, пока маг впитает эту силу всю до
капли.
11. Охтан
Их разделял обычный стол из каменита. Обычный узкий стол в тесной, темной
и пыльной комнатушке без окон, со слабым огоньком восковой свечи на стене,
дающей света ровно столько, чтобы разглядеть, что Гронт здесь не один.
Охтаны не любили свидетелей при заключении сделок и никогда не открывали
своего истинного облика заказчикам. Вот и сейчас таинственную фигуру
напротив с головы до ног укутывали просторные складки серого одеяния,
полностью скрывшего очертания тела. Лица Убийцы Гронт тоже не видел, но его
взгляд ощущал очень хорошо. Холодный и цепкий. Не упускающий ничего, даже
самой незначительной мелочи. Имен охтаны не имели, по крайней мере, никто их
еще не слышал.
- Люди приходят к нам только по одному-единственному поводу. Чтобы
оплатить Услугу.
Голос охтана прошелестел, как ночной ветер над могильными надгробиями,
проникая, казалось, в самое нутро. Гронт молча бросил на стол кожаный
мешочек, при ударе о каменит издавший характерный звон. Усилием воли погасил
нервную внутреннюю дрожь. Мастер мечей презирал расу наемных убийи, не
имеющих ни родины, ни жилищ и работающих исключительно за деньги, заменяющие
им и первое, и второе. С лихвой. Услуги охтанов стоили
...Закладка в соц.сетях
