Жанр: Научная фантастика
Хроники Кадвола 1. Станция араминта
... зря беспокоишься.
- Как скажешь.
Мило засмеялся и хлопнул Глауена по плечу:
- Брось, не надо переживать! Я рад, что нравлюсь тебе настолько, что ты из-за меня
переживаешь.
В свою очередь усмехнулся и Глауен:
- Подобная ситуация беспокоила бы меня даже если бы ты мне и не особо
нравился.
Что касается Вейнесс, то к ней Глауен испытывал не просто симпатию, а более
сложную гамму чувств. Она посещала его мысли намного чаще, чем он того бы хотел, к
тому же это происходило почти против его воли, так как у него не было никакого желания
снова испытывать сердечные муки. Влюбиться в Вейнесс и обнаружить полное отсутствие
взаимности с ее стороны будет ужасно, думал он. И что тогда?
Приветливая манера общения Вейнесс со всеми окружающими не давала Глауену
даже намека на ее истинные чувства по отношению к нему. Иногда ему даже казалось, что
Вейнесс избегает его, что вызывало в нем очередной приступ мук сомнения.
В полной растерянности, Глауен плюхнулся на стул, уставился в окно и попробовал
придти к какому-нибудь определенному решению. Если он попытается завязать с
девушкой более тесные отношения, а она вежливо, но твердо остановит его, что по
мнению Глауена, было вполне вероятным, то это причинит ему только очередные
страдания. Но с другой стороны, если он не приложит никаких усилий для сближения, а
будет продолжать рассуждать, то он точно потеряет ее и опять-таки все закончится теми
же страданиями, которые, на самом деле, будут еще более мучительными, так как в
данном случае он еще и обвинит себя в трусости... Глауен тяжело вздохнул. Да кто же он
в конце концов? Клаттук или мыльный пузырь? Собрав в кулак всю свою храбрость,
Глауен подошел к телефону и позвонил Вейнесс.
- Здравствуй, это Глауен.
- Правда! И чем же я заслужила такую честь?
- Я тебе звоню по личному делу. Я бы хотел завтра вместе с тобой кое-что
предпринять, но для начала мне нужно твое согласие.
- Это очень мило с твоей стороны предоставить мне право выбора, я очень тронута.
На самом деле, я даже заинтригована. И что же ты задумал? Надеюсь, мне это
понравится... хотя, скорее всего, я соглашусь в любом случае.
- Завтра будет прекрасный денек для морской прогулки. Может быть устроим
пикник на Океанском острове?
- Звучит заманчиво.
- Так мы едем?
- Да.
3
Даже если бы Глауен лично принял участие в создании этого дня, он бы не смог
сделать его более прекрасным. В голубом небе ярко сверкала Сирена, прохладный северовосточный
бриз приятно щекотал кожу и дул точно в нужном направлении.
Ранним утром Глауен и Вейнесс пришли в док Клаттуков, спустили шлюп,
поставили паруса и натянули снасти. Лодка отплыла от берега, поймала попутный
ветерок, заплясала на волнах, потом развернулась и устремилась вниз по течению. Она
пересекла лагуну, миновала устье реки и вышла в открытый океан. Глауен поставил
паруса так, чтобы лодка легла на юго-восточный курс. Шлюп начал удалятся от берега в
бесконечные просторы плавно вздымающихся прозрачно-голубых вод, покрытых легкой
рябью.
Сами они удобно устроились на подушках в рубке.
- Мне нравится такое плаванье, - сказала Вейнесс, - Вокруг тебя такой
безмятежный мир, что волей-неволей и настроение у тебя становится безмятежным.
Вокруг полная тишина, и тебе слышится только собственный тихий голос. Совесть
превращается в шепоток воображения. Ответственность теряет всякое значение.
Лицейские заботы превращаются во что-то вроде пузырьков за кормой.
- Если бы это так и было, - вздохнул Глауен, - Извини, ты просто мне кое о чем
напомнила.
- Напомнила тебе о чем-то? Уверена, что я не могла напомнить тебе о чем-то
совсем плохом.
- Ты должна быть счастлива потому, что ты девушка и с тобой не может произойти
такого.
- Глауен, не надо строить из себя таинственную личность. Я не люблю всякие
тайны. Что тебя так расстроило? Я? Я слишком много болтаю? Так мне просто нравится
вести себя так здесь, в океане!
- Возможно мне не стоит обсуждать с тобой это, - сказал Глауен, - Но... А
почему бы и нет? Вчера вечером Бодвин Вук предложил мне совершить нечто ужасное.
Вейнесс нервно фыркнула.
- Надеюсь, это не имеет отношения ко мне. Он ведь не приказал тебе оставить меня
на необитаемом острове или выбросить за борт.
- Нет, все гораздо хуже, - мрачно пробурчал Глауен.
- Хуже? А что может быть хуже?
- Ну, сама посуди. Он приказал мне присоединиться к Дерзким Львам.
- Согласна, ничего хорошего. Но бывает и хуже... И что ты ответил?
- Для начала я скажу тебе то, что должен бы был сказать ему: "Если вас так
интересуют Дерзкие Львы, то присоединились бы к ним сами!" Но тогда я от
неожиданности и язык проглотил. Наконец я высказался: "Почему именно я? Кеди уже и
так входит в эту группу". "Я знаю это, - согласился он, - Но Кеди, однако, несколько
безынициативен и бывает легко предсказуем. Нам нужен там ты!" Я снова спросил его:
"Зачем? Почему именно я?" Но только ответил: "Настанет время и ты все поймешь сам".
"Очевидно, вы хотите, чтобы я стал вашим шпионом?" - поразился я. "Естественно! - с
каким-то удивлением ответил он, - А как же иначе?" Тогда я напомнил ему, что Арлес
относится ко мне очень враждебно и не позволит мне присоединиться к этой группе. На
что он только рассмеялся и сказал, чтобы я не брал это в голову. "Не пройдет и недели,
как ты будешь считаться Дерзким Львом", - сказал он. Вот поэтому-то у меня такое
мрачное настроение.
- Бедняга! Но, Глауен, давай не будем сегодня забивать себе этим голову. До
острова еще далеко?
- Уже близко. Мы вот-вот его уже увидим... На самом деле, видишь вон то серое
пятнышко на горизонте? Это и есть Океанский остров.
Шлюп продолжал бежать своим курсом: вверх по склону голубой волны, а затем
сквозь брызги вниз в низину между волнами. Океанский остров, являясь вершиной
подводной скалы, представлял собой невысокий конус с изрезанной вершиной. По
прибрежной линии он зарос кокосовыми пальмами, а сами склоны были покрыты лесом
из местных пород деревьев.
Глауен бросил якорь в укрытой со всех сторон бухточке, примерно в ста метрах от
берега, покрытого белым песком. Он спрыгнул за борт, где глубина не превышала
полуметра.
- Иди сюда, - сказал он Вейнесс, - Я отнесу тебя на берег.
После секундного замешательства, Вейнесс обхватила руками его шею. Он отнес
девушку на берег. После этого он опять вернулся к лодке, чтобы забрать корзину с
продуктами для пикника.
В тени большого раскидистого дерева Глауен развел костер, и на шампуре поджарил
куски мяса. Потом эти куски были смочены наперченным соусом, положены на хлеб и
уничтожены вместе с бутылкой молодого белого клаттукского вина.
Позавтракав, они развалились под деревом и любовались кокосовыми пальмами,
которые в так бризу качали своими широкими листьями. Океанские волны набегали на
песчаную полосу берега, а потом не торопясь откатывались обратно.
- И нет здесь никаких Дерзких Львов, - вздохнул Глауен, - Они поджидают нас
где-то вон там. И возвращаться к ним кажется такой глупостью. И зачем тогда
возвращаться, коли мы можем провести свою жизнь в этом вечном покое, в гармонии с
природой? Против такой идеи даже ничего и не возразишь.
- Я бы так не сказала, - с сомнением возразила Вейнесс, - От завтрака-то ведь
ничего не осталось. Что мы здесь будем есть?
- Дары природы. Рыбу, съедобные корешки, водоросли, кокосы. Будем ловить крыс
и береговых крабов. Да это несбыточная мечта миллионов романтических поэтов.
- Так-то оно так, если не задумываться о кухне. Представь себе, каждый вечер у
тебя на ужин или крыса или краб. Это очень скоро надоест. Примерно по этой же причине
лет через десять-двадцать тебе надоем и я... особенно, если учесть отсутствие мыла.
- Ну, мыло - это не проблема. Мыло можно сделать из кокосового масла и золы.
- возразил Глауен.
- В таком случае остается только одно препятствие: моя мама. Она ничем не
отличается от всех остальных мам. Романтическое проживание на Океанском острове, как
в прочем и на любом другом, разрушит ее планы в отношении моего замужества.
- Твоего замужества?! - с удивлением уставился на нее Глауен, - Но тебе еще
рано думать о замужестве.
- Не надо так переживать, Глауен. Все еще очень неопределенно. Просто, моя мама
немного заглядывает в будущее. Этот человек не прочь жениться на мне, по крайней мере,
он так сказал моей маме. Он получил большое наследство и на данный момент очень
влиятелен на Штроме. Моя мама считает, что мы составим великолепную пару, не смотря
на то, что по всем своим взглядам он примыкает к ЖМС.
- Хмм. А что ты думаешь обо всем этом?
- А я особо об этом не задумываюсь.
- А как зовут этого ЖМСера, - как бы невзначай спросил Глауен.
- Джулиан Бохост. Когда мы были на Земле, он был там же, но я видела его совсем
мельком. Он довольно умен и важен, и мама, может быть, права: Джулиану скорее всего
не понравится, что его невеста проведет десять или двадцать лет своей юности на
Океанском острове в обществе другого джентльмена.
- Он тебе нравится?
Вейнесс снова рассмеялась.
- У меня могут быть хоть какие-то секреты?
- Извини. Я не должен был задавать подобных вопросов, - Глауен встал и
взглянул на солнце, - Что ни говори, но на сегодняшний день время романтических
идиллий подошло к концу. Бриз повернул на запад, а это хорошая новость, но у него есть
тенденция к концу дня ослабевать, так что, возможно, сейчас самое время возвращаться.
Глауен понес корзинку для пикника обратно к лодке. Он обернулся и обнаружил, что
Вейнесс стоит у края воды и собирается перебираться на лодку.
- Я перенесу тебя, если ты немного подождешь.
- Я ничего не имею против того, чтобы немножко замочить ноги, - беспечно
махнула рукой Вейнесс.
Но тем не менее она подождала и не стала протестовать, когда Глауен поднял ее.
На полпути к лодке Глауен остановился. Их лица были совсем рядом.
- Я слишком тяжелая? - хриплым шепотом спросила Вейнесс, - Ты собираешься
бросить меня в воду?
- Нет..., - вздохнул он, - я не вижу для этого никаких причин.
Он отнес ее на лодку и забрался туда следом. Пока Глауен поковал корзинку для
пикника и готовился к отъезду, Вейнесс сидела на пассажирской скамейке и с загадочным
выражением на лице пропускала сквозь пальцы волосы. Она помогла юноше поставить
паруса и поднять якорь; шлюп покинул Океанский остров и пошел правыми галсами по
голубому полуденному морю.
На обратном пути домой ни Глауен, ни Вейнесс не разговаривали; хотя они и сидели
рядышком по левому борту в рулевой рубке, каждый, казалось был погружен в свои
мысли.
Когда бриз уже начал ослабевать, а солнце клониться к западу, Глауен ввел шлюп в
устье реки Ван и поднялся к доку Клаттуков. Пришвартовав шлюп, Глауен проводил
Вейнесс на самоходном вагончике Клаттуков до Речного домика. Какое-то мгновение она
была в нерешительности, как бы что-то обдумывая, потом повернулась к Глауену и
сказала:
- В отношении Джулиана Бохоста, у моего отца есть сомнения. Он считает
Джулиана в некотором роде демагогом.
- Меня больше интересует твое мнение, - сказал Глауен.
Вейнесс наклонила головку, прикусила губу, как будто хотела сдержать улыбку.
- Он благороден; он великодушен; он силен! Чего еще может желать девушка? Чтонибудь
вроде Глауена Клаттука? Кто знает? - она наклонилась и поцеловала Глауена в
щеку, - Спасибо за приятный день.
- Подожди! - крикнул Глауен, - Вернись!
- Думаю, не стоит, - ответила Вейнесс и побежала по тропинке к Речному домику.
Бодвин Вук вызвал Глауена в свой кабинет и жестом предложил ему сесть. Глауен
уселся и терпеливо подождал пока Бодвин Вук разберет на своем столе бумаги, погладит
свою лысую макушку, и наконец, откинувшись в своем массивном, покрытом кожаным
чехлом, кресле, пристально уставится на Глауена.
- Итак. Вот наш новый задиристый Дерзкий Лев!
- Еще нет, - возразил Глауен, - Если вообще когда-нибудь им буду.
- Если вообще когда-нибудь, да? И как прикажите это понимать?
- Скорее всего меня просто не допустят в эту группу, - сказал Глауен.
- В самом деле? Ты скоро убедишься, что я был прав, а ты - нет. Тебе без всяких
затруднений примут в Дерзкие Львы.
- Как скажите, сэр, но не понимаю к чему все это.
Бодвин Вук сцепил пальцы и глядя в потолок поиграл ими под своим костлявым
подбородком.
- Примерно через месяц, как мне сказали, в Йипи-Таун на несколько дней
отправится группа для социологических исследований. Ты будешь включен в эту веселую
компанию. Это должно быть очень приятной перспективой.
- Не совсем так, сэр. Я не люблю шумных пирушек или шумного веселья.
- Хм. Предпочитаешь одиночество, да, Глауен?
- Полагаю, что так.
- Ну что же, ты поедешь в Йипи-Таун и будешь шалить, веселиться и пировать не
хуже остальных. Лицемерие - лучший камуфляж для разведчика.
- Но за кем или за чем я буду там шпионить?
- Все узнаешь в свое время. А пока становись хорошим Дерзким Львом! Учись
кутить и веселиться, так как в Йипи-Тауне, если не хочешь провалить свое прикрытие,
тебе придется принять участие во всех развлечениях.
Глауен мрачно кивнул.
- Должен, значит - должен. Но и затраты, кончено будут чувствительными...
Бодвин Вук резко выпрямился на стуле и внезапно принял настороженный вид.
- Несомненно. Деньги потраченные на удовольствие, правильно истраченные
деньги.
- ...но вы, надеюсь, снабдите меня некой суммой из средств Агентства.
Бодвин Вук вздохнул.
- Глауен, я в тебе ошибался. Не смотря на то, что ты выглядишь задумчивым и
невинным, что несомненно сводит многих девушек с ума, ты оказывается настоящий
шельмец. Пожалуйста, не надо больше пытаться меня провести.
- Сэр, ...
Бодвин Вук встал.
- Достаточно. У меня больше нет сомнений в том, что роль Дерзкого Льва тебе по
плечу. Вполне возможно, что ты окажешься самым страшным шалопаем из всей этой
компании. Ладно, иди.
Глауен, с сотней вопросов, застрявших у него в горле, вышел из кабинета и пошел на
занятия в Лицей.
В полдень он уселся за боковой столик на террасе и сделал вид, что читает, а на
самом деле стал ожидать появления Вейнесс. Минуты шли, а Вейнесс все не
показывалась. Он начал терять терпение. Или его воображение играет с ним злые шутки,
или она умышленно избегает его. Но последнее было совершенно нелогичным: с чего бы
ей избегать его? Каприз? Пересмотрела свое отношение к Джулиану Бохосту?
Невозможно догадаться, что происходит у нее в голове... Но вот она появилась, правда, с
двумя подружками. Глауен встал, но она, похоже, не замечая его, направилась к столу в
противоположном конце террасы. Когда она уже уселась, она бросила быстрый взгляд в
его сторону и слегка помахала ему пальчиками. В конце концов, она его видела!
В мрачном настроении Глауен склонился над книгой, продолжая наблюдать за
девушкой из под ресниц. Что-то было не так; что-то изменилось. Что бы это могло быть?
Волосы? Все те же свободные темные локоны. Лицо? По-прежнему очаровательное.
Одежды... именно! Вместо темной юбки до колен и жакета, которые она привезла с Земли,
на ней были бледно голубые брюки араминтского покроя, облегающие на бедрах,
свободные ниже колен и серая с бежевым блузка с короткими рукавами и открытым
воротом: костюм, который выгодно подчеркивал ее великолепную фигуру.
Глауен принял решение. Если она не хочет присоединиться к нему за его столиком,
то он пойдет и сядет за ее... С другой стороны, возможно это именно то, что не надо
делать. Чтобы сделал его отец в такой ситуации? Глауен представил себе лицо Шарда,
одновременно жесткое и капризное. Шард, решил он, посмеялся бы над этим и продолжил
бы чтение книги, предоставив ей самой исправлять ситуацию.
Напротив него на стул плюхнулся Кеди Вук.
- Мне сказали, что ты хочешь присоединиться к Дерзким Львам.
Глауен неторопливо покачал головой.
- Вовсе нет.
- Да? Что это значит? Я услышал это в клетке у стрелянного воробья.
- Это его идея, а не моя.
На лице Кеди появилась озадаченность.
- Что это он еще задумал?
- Спроси у него сам.
Кеди скорчил гримасу.
- С этим старым хрычом не договоришься, тут или будет так, как он сказал, или
никак не будет. Я вообще боюсь, что как-нибудь обнаружу его в кабинете сидящим на
люстре, при этом он будет одной рукой чесать себе зад, а другой - держать банан.
Глауен ухмыльнулся, но комментировать это предположение не стал.
Кеди уныло осмотрел террасу.
- С ним можно общаться только одним способом. Он очень прост и практичен: не
отступай от его приказов ни на йоту и держи свои мысли при себе. В один прекрасный
день он поймет, что потерял, но будет уже поздно, и это послужит ему хорошим уроком.
- Это уж точно. Что надо, чтобы стать Дерзким Львом?
- Ничего особенного, - Кеди швырнул на стол пачку бумаг, - Запомни
хорошенько Рычалки и Ворчалки; это важно. Затем выучи устав, на тот случай, если ктото
вдруг начнет изображать официальность начнет гонять тебя по Маршу хвоста.
- И это все?
- Просто побольше занимайся спортом, чтобы демонстрировать свою львиную
натуру.
Глауен просмотрел бумаги.
- В что означает: Агрольё, агрольё, агрольё?
- Это одно из основных рычаний.
Глауен отложил бумаги в сторону.
- Это же идиотизм.
- Конечно! - Кеди широко улыбнулся. - Но когда идешь с бочонком пива по
пляжу и порыкиваешь, это смотрится! Убедись, что запомнил все правильно.
- Зачем стараться. Арлес этого не допустит.
- Об Арлесе не беспокойся; завтра вечером он пойдет на уроки грима в Лицей.
Повелитель когтей - а это Утер - соберет экстренное собрание, и мы тебя примем. Все
очень просто.
- Арлесу это не понравится.
- Я это знаю, - важно заявил Кеди. - Мне это не нравится, но мы получили
приказ. Арлес должен научиться переживать маленькие неприятности. Так завтра вечером
в Логове.
Кеди пошел по своим делам. Глауен посмотрел в ту сторону, где сидела Вейнесс и
обнаружил, что она уже покинула террасу.
Вечером Глауен пытался сосредоточиться на важных делах, но в конце концов
вскочил на ноги, подбежал к телефону и позвонил в Речной домик.
- Это Глауен.
Голос Вейнесс звучал вежливо и дружески.
- В тот же момент, как только я услышала звонок, то сразу поняла, что это ты!
Настоящая телепатия!
- А может беспокойство?
- Ну, может немножко и беспокойство, - беспечно согласилась она, - Но не надо,
пожалуйста, быть со мной таким строгим.
- Ты занята?
- Не больше, чем обычно. А почему ты спрашиваешь?
- Можно мне навестить тебя?
- Здесь? В Речном домике?
- Естественно. А где же еще?
На ближайшие три секунды затянулась пауза, затем последовал ответ с нотками
сомнения.
- Будет очень мило с твоей стороны. Однако...
Глауен ждал, но молчание продолжалось. Наконец, он бесстрастно сказал:
- Хорошо. Я не поеду.
- Я даже не знаю, как тебе это объяснить..., - сказала Вейнесс, - разве что
перечислить чистые факты. Если хочешь, можешь приезжать. Но как только ты уедешь,
мне предстоит очередной серьезный разговор с моей матерью.
- Очередной?
- После того, как я вернулась домой с нашей морской прогулки, я совершила
ошибку и сказала ей, что это был замечательный день и ты мне нравишься.
- А ей я не нравлюсь?
- Нет, дело не в этом. Она убеждена, что с моей стороны очень непрактично
встречаться с тобой за исключением самых официальных и совершенно не личных
поводов. Все остальное, сказала она, может завести неизвестно куда, и она поражена,
почему у меня не хватает проницательности увидеть это самой. На это я могла ей
ответить, что я тоже этим поражена. Тогда она перешла к аналитике. Она задала
риторический вопрос: допустим, что наши встречи будут продолжаться и мы окажемся
настолько глупы, что даже поженимся? Избавив меня от умственных усилий она сама
ответила на этот вопрос. Это превратится в трагедию, сказала мама. Где мы будем жить?
На Штроме? Нереально. Ты окажешься рыбой вынутой из воды. В Доме Клаттуков? Тогда
тоже самое можно будет сказать про меня, - Вейнесс тихо усмехнулась, - Конечно, она
во всем права, я не могла с ней спорить. Затем она задала вопрос, который я и сама
постоянно задаю себе: как я собираюсь жить? Но в отличие от меня, у нее и на него был
ответ.
- И его имя Джулиан.
- Я узнала, что это счастливый случай, который может подвернуться только раз в
жизни. Я сказала ей, что я еще не задумываюсь о таких вещах. Она объяснила мне, что у
времени есть свойство проскакивать мимо, и не успеешь сообразить, а ты уже старая,
высохшая и у тебе постоянно болит спина, и где тогда счастливые случаи? Меня это
расстроило и утомило. Сегодня я к такому не готова, поэтому думаю, тебе лучше не
приезжать.
- Это значит, что завтра тоже не стоит, да и в другие вечера тоже?
- Похоже на это, правда? - Вейнесс опять рассмеялась, но ее голос звучал отнюдь
не весело. - Я подумаю об этом. Я не слишком-то покорна, но пока я не хочу очередных
ужасных дискуссий с матерью, тем более, что она может оказаться права.
- Ну, как хочешь.
- Глауен! Ты на меня обиделся!
- Даже не знаю, что и подумать. Ко всему прочему, я нынче должен превратиться в
Дерзкого Льва, и очень бы хотел, чтобы Бодвин Вук выучил бы вместо меня все эти
Рычалки и Ворчалки.
Вейнесс постаралась, чтобы в ее голосе прозвучали нотки сочувствия, но особого
успеха в этом не достигла.
- Тебя, может быть, готовят к важной миссии; когда ты узнаешь все детали, то сам
поймешь, что дело не только в одних Оралках и Кричалках.
- Точнее в Рычалках и Оралках.
- Во всяком случае это тайное искусство совершенно незнакомо Джулиану
Бохосту, который, к стати говоря, вскоре должен навестить Речной домик. Может быть ты
встретишься с ним.
- С превеликим удовольствием.
- Спокойной ночи, Глауен.
- Спокойной ночи.
В назначенный час, Глауен пришел в "Старое дерево". Он прошел в тот угол,
который Дерзкие Львы облюбовали под свое Логово и занял место в тени несколько в
стороне.
Трое членов, Кеди Вук, Клойд Диффин и Джардайн Лаверти, были уже на месте, в
следующий момент появились и Шугарт Ведер и двое Оффоу, Утер и Кайпер.
Повелитель когтей Утер Оффоу обратился к собравшимся:
- Сегодняшнее собрание вызвано тревожным развитием событий, требующих
нашего незамедлительного внимания. Как мы все знаем, у нас постоянно возникают
трудности с йипи и эти трудности усугубляются день ото дня, на самом деле дела так
плохи, что власти даже запретили всякие экскурсии. Однако, я счастлив вам доложить,
что сегодня Кеди добился определенного успеха в переговорах с начальством. Он обратил
их внимание, что мы уже провели подготовку и собрали все свои львиные силы. В
результате он добился того, что приказ подписали. За это мы обязаны издать в честь Кеди
три восхищенных рыка: постараемся, чтобы они прозвучали громко и отчетливо! Ура,
Кеди!
Львы покорно издали три одобрительных рыка.
- Очень хорошо! Я очень счастлив, что трудности остались позади! Кеди, у тебя
есть еще что-нибудь для нас?
- Да. Отставка Тарди Диффина создала брешь в наших рядах, я предлагаю, чтобы
его место заняло прекрасное создание с длинным хвостом и благородным именем: Глауен
Клаттук! Он внесет живую и разумную струю в нашу тактику и еще выше поднимет нашу
славу!
- Великолепный выбор! - воскликнул Утер Оффоу, - Я и сам поддерживаю эту
кандидатуру! Кто-нибудь хочет высказать свои соображения? Есть возражения? В таком
случае объявляю Глауена Клаттука единогласно избранным полноправным Дерзким
Львом. Три одобрительных рыка в честь Глауена Клаттука: постараемся, чтобы они
прозвучали громко и отчетливо!
Собрание со смаком прорычало три раза и таким образом Глауен стал Дерзким
Львом.
На следующий день Арлес разыскал Утера Оффоу.
- Утер, задержись на минуточку, пожалуйста.
- Только быстренько, как и положено отличному парню, - остановился Утер, -
Могу уделить тебе не больше минуты.
- Я хочу сказать тебе нечто важное, - заявил Арлес, - и это может занять больше
минуты.
- Ну ладно, так или иначе, давай выкладывай, только не тяни. Что тебе надо, лист
распределения? Вот он; но разбирайся с ним сам; у меня еще на это не было времени.
Арлес оттолкнул лист бумаги.
- Я только что слышал о том собрании, которое прошло вчера вечером. К моему
вящему ужасу я узнал, что Глауен Клаттук принят в ряды Дерзких Львов.
- Верно, большинством голосов. Великолепный выбор, разве ты так не считаешь?
- Ни с какой стороны, ни по форме, ни по содержанию, ни по вкусу, ни по запаху!
И скажу тебе почему: Глауен просто сделан из другого теста! Это застенчивый тип,
который вечно подглядывает из-за угла. Насколько я понимаю, Дерзкие Львы - это
отчаянная команда, которая всегда и во всем первая и которой сам черт не брат! А
Глауен? Если уж честно говорить, то он просто жалкая тряпка.
- Я крайне удивлен, услышав такое! - поджал губы Утер, - Все остальные члены
нашего сообщества считают, что мы сделали великолепный выбор.
- У вас что, ни у кого не осталось здравого смысла? Зачем отказываться от обычной
жизни и принимать в свои ряды шпиона из бюро В, который будет доносить о всех наших
грешках властям?
- Брось, - криво усмехнулся Утер, - Кеди тоже в Бюро В, но ты же по этому
поводу не поднимаешь крик.
Арлес замигал и задумался.
- Ну, Кеди актер, он знает когда можно заступить за черту.
- На самом деле, это не играет никакой роли, - рассудительно заметил Утер, - Я,
например, не собираюсь переступать закон.
- Я тоже! Но теперь нам придется взвешивать каждый неосторожный шаг, и все это
только для того, чтобы не рассердить Глауена.
К ним подошел Кеди Вук и прислушался к разговору.
- Арлес, ты как истеричка, - заметил он с отвращением.
- Называй это как хочешь, но я не хочу, чтобы Глауен подсчитывал, сколько раз я
чихну.
- Тяжелая ситуация, - похоже задумался и Утер, - И что же нам делать?
- Все ясно, - ударил Арлес кулаком в свою пухлую ладонь, - надо отменить
решения этого скоропалительного собрания.
- Арлес, как я вижу, решил ввести свои правила, - хихикнул Кеди, - Утер, какова
в этом случае процедура, предписанная уставом?
- К черту ваши уставы! - заявил Арлес, - Нам требуется только объявить этому
подонку, что произошла ошибка, и он не имеет никакого
...Закладка в соц.сетях
