Жанр: Научная фантастика
Во всем виноват лишайник
...а". И оказался прав.
- Спасибо за газетные вырезки, Диана, - сказал он. - До тех пор пока никто не
заинтересуется, почему у миссис Уилберри возникла аллергия на грибы в результате
лечения водорослями, все, пожалуй, будет отлично.
- Никому это и в голову не придет, - ответила Диана. - Аллергии имеют такое
странное происхождение что это никого не удивит. Кроме того, я не согласна со
словечком "пожалуй". Мой план сработал полностью - как разорвавшаяся бомба. Все
мои ненавистные конкуренты целое воскресенье просидели на телефонах, отчаянно
пытаясь узнать что-нибудь еще. Мистеру Марлину, должно быть, предлагали целые
состояния за дополнительную информацию. Практически все женские газеты послали
своих представителей ко мне в контору - они там сидят и поджидают меня, а
секретарша говорит, что нам следует нанять попугая, который бы повторял:
"Никаких комментариев" репортерам, да и просто любопытным. На мое имя пришел
запрос из министерства сельского хозяйства и рыбной ловли по поводу разрешения
от министерства торговли на ввоз морских водорослей из Ирландской Pecпублики,
- Это любопытно, - сказал Френсис. - Откуда взялось время на подобную реакцию?
Ведь статья была напечатана только вчера, в воскресенье. По всей видимости, они
получают информацию из другого источника.
- Конечно, - согласилась Диана. - Я знаю, откуда ее получил Марлин, но неделю
назад я позаботилась о том, чтобы данная информация достигла ушей трех моих
самых болтливых девушек - по страшному секрету. Теперь этом уже знают все. Ну и
повеселимся же мы.
- Послушайте, - сказал Френсис. - Мне не хочется портить вам настроение, но
боюсь, у меня нет другого выхода. Пожалуй, я не стану вам ничего говорить
сейчас, но сегодня я собираюсь в Лондон, и мне кажется, нам cтoит это обсудить.
Можете со мной пообедать? Как насчет "Клариджа" в восемь тридцать?
- Время подходящее, а место - нет. Сейчас очень важно, чтобы ваше имя не
связывалось с моим. В ближайшее время на меня будут обращать самое пристальное
внимание, поэтому вам не стоит приходить сюда. Давайте встретимся в маленьком
ресторанчике "Этомиум" на Шарпотт-стрит. Не думаю, что нас там кто-нибудь
узнает.
- Да, мне это тоже кажется маловероятным, - согласился Френсис. - Договорились.
"Этониум", в восемь тридцать.
- Хорошо, - сказала Диана. - Я с нетерпением буду ждать встречи, после стольких
лет, Френсис. Мне очень хочется с вами поговорить и многое объяснить. - Она
помолчала, а потом добавила: - У вас такой голос... Это очень серьезно, Френсис?
- Да. Боюсь, что да.
- А, это ты? - проворчал редактор. - Кажется, ты собой страшно доволен.
- И с полным основанием, - ответил Джеральд Марлин.
- Возможно, это к лучшему, потому что у меня нет никакой уверенности, что я...
полностью на твоей стороне, надеюсь, ты меня понимаешь. Мне звонил Уилкс из
"Радара" - моя телефонная трубка источала яд, он самым натуральным образом желал
моей смерти. Ты испортил ему рандиозную кампанию, которую он только начал
разворачивать.
- Какая досада, я ужасно сожалею, - весело проговорил Джеральд.
- Что произошло?
- Ну, как я вам и говорил, величина суммы, уплаченной Уилберри, недвусмысленно
указывала на то, что "Нефертити" не хочет, чтобы это известие просочилось в
газеты. И не удивительно. В этом заведении, похоже, и в самом деле делают с
клиентами потрясающие вещи. Я ознакомился с одной хорошенькой девушкой, ужасно
невинного вида, которая обожает икру и шампанское, а торгуется не хуже старого
лавочника. Я решил, что "Куаглино" будет самым подходящим местом; когда мы
вошли, мне в глаза бросилась молодая женщина, которая с удивлением посмотрела на
мою новую подружку, а потом быстро отвернулась, сделав вид, что она ее не
заметила. Моя спутница тоже слегка удивилась, поэтому я начал ее расрашивать.
Она как раз пустилась в объяснения, что другая девушка тоже из "Нефертити",
когда к ней подошел Радди Раммер из "Радара" - как вам это нравится? Я
отвернулся, чтобы он меня не заметил, а когда они вышли из фойе и направились к
своему столику, мы решили пообедать в другом месте.
Ну а потом из своих источников информации я узнал, что "Радар" планирует
грандиозную серию статей о косметическом салоне, и тогда мне все стало ясно. Для
меня это было ударом. Я хочу сказать, что собирался немного потянуть время и
попробовать каким-то образом заполучить права на добычу водорослей в заливе
Голуэй. Однако, ждать больше было нельзя, поэтому я послал телеграмму приятелю в
Дублине, чтобы тот навел справки о возможности приобретения прав на добычу
морских водорослей в соответствии с ирландскими законами.
- Тебе придется посылать прошение папе римскому или еще что-нибудь в таком же
духе, - покачав головой, заявил редактор. - Весьма вероятно, что могут
возникнуть очень серьезные проблемы с Ирландией. Они эту штуку едят.
- Они... что?!
- Едят. И называют ее "красная водоросль".
Теперь пришла очередь Джеральда покачать головой, впрочем, трудно было понять:
сочувствует ли он ирландцам или сомневается в том, что сказал редактор.
- Так или иначе, я опоздал. Мне оставалось либо позволить "Радару" обойти нас,
либо вставить им пару маленьких палочек в колеса. Моего несчастного приятеля,
того, что живет в Ирландии, уже, вероятно, затоптали до смерти. Я, можно не
сомневаться, не единственный, кому пришла в голову мысль застолбить участок.
Дублин, наверное, выглядит просто потрясающе сегодня утром, когда полчища
вагончиков мчатся наперегонки, стремясь побыстрее покинуть пределы города и
унося отлично экипированные команды на запад, к болотам.
- О чем, черт подери, ты говоришь? - спросил редактор.
- Золотая лихорадка, старина, - ответил Джеральд и пропел себе под нос:
Как много золота, говорят, - хэй?
На дальних берегах залива Голуэй?
- Должен заметить, - продолжал он, - что и у там есть представители. Вчера мне
звонили из всех ных компаний королевства, занимающихся косметикой - кроме
"Нефертити", естественно, - чтобы разузнать подробности. Я сделал все, чтобы еще
сильнее подогреть их интерес, но боюсь, это слишком рискованно. Единственное,
что мешает мне заработать состояние, - признался он, - неприятный факт: в заливе
Голуэй водится несколько дюжин разновидностей этих проклятых водорослей, а я,
откровенно говоря, не имею ни малейшего представления о том, какая же из них
является волшебной. А эта деталь, как выяснилось, является жизненно важной. Если
"Радар" сумеет это выяснить, они нас обойдут.
Редактор "Санди Проул" задумался, а потом покачал головой
- Нет. Тогда бы Уилкс так бы не возмущался. Хотя... Возможно, он полагает, что мы
нашли ответ на этот вопрос, но пока держим секрет про запас. В любом случае
следует выяснить, где они добывают эту дрянь, и заполучить образец. Игра стоит
свеч. Мы можем привлечь к нашей газете множество женщин...
Диана сдвинулась в сторону от толстой красной свечи, стоявшей между ними. Они
изучали друг друга. Наконец, Френсис удивленно проговорил:
- Странно: оказалось, что знать - совсем не то же самое, что увидеть.
Диана продолжала пристально смотреть на него. Она вдруг почувствовала, что ее
рука, лежащая на столе, задрожала, и поспешно спрятала ее. Медленно и
внимательно изучала она каждую черточку его лица. Наконец, сделав над собой
усилие, спросила:
- Вы очень на меня сердиты, Френсис?
Он покачал головой:
- Теперь я не сержусь. Раньше - да. Сначала я был возмущен, но потом до меня
начал доходить смысл того, что произошло. Когда я сумел разобраться в своих
чувствах - изумление, оскорбленное тщеславие и тревога - больше всего именно
тревога, мне стало ясно, что не следует давать волю злости. Прежде всего я
должен был 'взглянуть на собственные действия - за четырнадцать лет я потерял
право на возмущение, но не на тревогу. Я по-прежнему очень обеспокоен.
Он помолчал, продолжая изучать лицо Дианы.
- Теперь я стыжусь своего раздражения. Мой Бог! Сердиться на вас! Сожалеть о
том, что я не смог вам помешать! Это будет мучить меня всю жизнь.
Непросттительно. Нет, я не сержусь, мне стыдно. Но не только... Френсис смолк,
почувствовав, как она коснулась его руки. - В чем дело?
Официант принес меню.
- Нет, нет, позже, - раздраженно сказал Саксовер. - Принесите нам шерри... Так что
я говорил? - Он снова повернулся к Диане.
Диана не могла ему ничем помочь. Она не слышала ни единого слова из того, что он
сказал. Они продолжали смотреть друг на друга.
Наконец Френсис проговорил:
- Вы не замужем?
- Нет, - ответила Диана.
Он озадаченно посмотрел на нее.
- Я думал... - начал он и остановился.
- Что вы думали?
- Ну, я не совсем уверен... из-за этого?
- В той степени, что я не воспринимаю мир, как большинство женщин. Впрочем, вряд
ли меня можно считать типичной: я знала только одного мужчину, за которого
действительно хотела бы выйти замуж... Откровенно говоря, мне интересно, как брак
будет сочетаться с новым порядком вещей. Люди, которые смогут любить друг друга
на протяжении двухсот или трехсот лет, вряд ли встречаются часто.
- А разве он сочетается, если говорить вашими словами, с нынешним порядком
вещей? - поинтересовался Френсис. - Люди просто приспосабливаются. Не вижу
причин, почему бы они не стали приспосабливаться - дальше. Например, браки,
заключенные на определенный срок, с заранее оговоренными условиями - так
составляются договоры на аренду собственности.
Диана покачала головой:
- Все гораздо сложнее. С точки зрения антропологии: в настоящее время главной
социальной ролью западной женщины является роль жены; затем - матери; в высших и
средних слоях общества она иногда имеет статус соратницы, в остальных классах
эта роль находится в самом, конце списка, а в большинстве не западных стран она
и вовсе сведена к нулю. Однако как только возникает перспектива продления срока
союза от пятидесяти до двухсот или трехсот лет, возможны самые разнообразные
варианты. Я магически не сомневаюсъ^ что в такой ситуации сотрудничество выйдет
на первое место. А поскольку наши социальные законы, общественная пропаганда и
часть торговли пытаются убедить девушек в необходимости приобретения статуса
жены, перенесение акцента вызовет самую настоящую социальную революцию.
К счастью, это станет ясно только через некоторое время, иначе против нас
ополчились бы все молодые женщины. Быть женой так легко - за тебя почти все
делает природа. Мозги тут не нужны, достаточно привлекательной внешности, да и
ее можно получить за деньги. Быть соратницей - гораздо более сложная штука;
приходится шевелить мозгами, и тут не купишь бутылочки с притираниями - они все
равно не помогут. Эта идея не будет пользоваться популярностью, но сначала они
ничего не сообразят. Просто не поверят, даже если им кто-нибудь и объяснит. Все
склонны считать, что нынешние антропологические принципы поведения являются
законами природы. Поэтому все женщины должны быть хорошенькими милашками с
куриными мозгами, и все любящие мужья, все страдающие леностью мысли будут на
нашей стороне, ибо единственное, что они увидят в возможности долгой жизни, -
дополнительное время для игр в спальне.
Не сводя с нее глаз, Френсис медленно улыбнулся.
- Вот это настоящая Диана, - сказал он. - Кое-что за эти годы я успел забыть.
Диана застыла.
- Тут нет ничего... - начала она, а потом смолкла. Быстро заморгала. - Я... - снова
начала она. И векочила на ноги. - Через минуту я вернусь, - бросила она уже на
ходу и, прежде чем Френсис успел что-нибудь сказать, была уже в другой части
ресторана.
Он сидел, потягивая шерри, бессмысленно уставясь на оставленную Дианой шаль.
Подошел официант и положил перед ним и перед тарелкой Дианы большое меню.
Френсис заказал еще один бокал шерри. Примерно через десять минут Диана
вернулась.
- Пора заказывать, - сказал он.
Официант принял заказ и ушел. Наступившее молчание возило затянуться. Диана
слегка наклонила красную свечу, так что воск начал медленно стекать вниз по
одной стороне. Потом довольно резко спросила:
- Вы слышали шестичасовые новости?
Френсис не слышал.
- Так вот, примите к сведению, что министерство сельского хозяйства Ирландской
Республики опубликовало указ запрещающий добычу морских водорослей без
соответствуютщей лицензии. - Она сделала паузу. - "И после того как ты занялся
экспортом водорослей...тут-то ты и превратился в Пэдди*?"
- "Вовсе нет!"
- "А вот и да! Правительство-то заявило, что ты не можешь заниматься своим
промыслом без бумажки"... Лицензии, - добавила она, - очевидно будут выдаваться,
когда правительство придет к решению, какую пошлину следует взимать. Тут все
здорово развлекутся.
- Кроме тех несчастных женщин, которые с надеждой ждут чуда, - напомнил Френсис.
- Ну, их это не очень удивит, - успокоила его Диана. - Слово "чудо" часто
встречается в женских журналах. Никто и не думает, что оно что-нибудь
действительно означает. Это нечто вроде украшения для дерьма чтобы не угасала
надежда.
- А зачем вам вообще потребовалось затевать эти глупости с водорослями? -
поинтересовался Френсис.
- Чтобы отвлечь их, - объяснила Диана. - Мои конкуренты страдают от излишней
доверчивости. Пройдет немало времени, прежде чем они сообразят, что это
полнейшая чепуха. А пока клиенты будут требовать крем из водорослей, лосьон из
водорослей, станут употреблять водоросли на завтрак и все такое прочее, так что
конкурирующие фирмы не очень пострадают в материальном отношении. Я заранее
заготовила несколько статей и могут поместить их в разных газетах; в одной из
них говорится, что рецепт сохранения красоты, в состав которого входят
водоросли, был придуман еще в глубокой древности, его удалось восстановить
только сейчас - миф о Венере, выходящей из морской пены, символизирует связь
моря красоты в представлении древних. Здорово, правда? По моим расчетам, должно
хватить как минимум на два года, может быть, на четыре, а затем кто-нибудь
заметит, что все эти глупости с водорослями не дают тех результатов, которых
добивается "Нефертити". К тому времени выяснится * Шутливое прозвище ирландца.
что "Нефертити" применяет в своей практике абсолютно новый электронный прибор -
при помощи ультразвуковой стимуляции клеток, расположенных под эпидермой,
восстанавливает эластичность тканей, что и является секретом истинной глубинной
красоты. Знаете, если потребуется, я могу придумывать такие штуки до
бесконечности.
Френсис покачал головой.
- Хитро, - признал он. - Только я очень боюсь, что все это зря, Диана.
- О нет! - воскликнула она, неожиданно обеспокоенная его тоном. - Френсис, что
случилось?
Френсис еще раз огляделся по сторонам. Он не знал никого из обедающих. Соседние
столики пустовали, а в зале было достаточно шумно, чтобы никто не мог подслушать
их разговор.
- Вот о чем я хотел вам рассказать, - начал он. - Не очень-то приятно в этом
признаваться, но в данных обстоятельствах вам может грозить опасность, если я не
буду полностью откровенным. Это связано с женой моего сына.
- Понятно. Стефани говорила мне о ней. Иными словами, Пол ей все рассказал?
- Да, - кивнул Френсис. - Он считал, что это его долг. Пол рассказал ей на
следующий день. Как я понял, разговор получился не очень приятным. Они
поругались - а в результате Пол никак не может вспомнить, что именно успел ей
сказать. Однако он упомянул лишанин и вас.
Пальцы Дианы сжались в кулаки.
- Это, - сказала она, с трудом сдерживаясь, - было уж совсем ни к чему.
- О да, этого вообще не стоило делать, черт бы его побрал. По когда Пол начал ей
рассказывать, он никак не мог объяснить, почему я открыл этот секрет ему и
Стефани именно сейчас.
Диана кивнула.
- А что было потом?
- Джейн отнеслась к известию довольно своеобразно несколько дней она размышляла,
а затем навела кое-какие справки. После чего явилась в "Дарр", прямо ко мне. -
Он рассказал Диане о визите Джейн.
Диана нахмурилась:
- Иными словами, она прижала вас к стенке. Малосимпатичная молодая особа.
- Ну, - ответил Френсис, стараясь соблюдать объект тивность, - в ее доводах о
том, что, как жену моего сына ее несправедливо лишили благ, которые я должен был
предоставить, есть некоторый резон. Только вот вела она себя чересчур уж
агрессивно.
- Но вы ведь сделали то, чего она хотела? Вы дали ей лишанин?
Френсис кивнул.
- Мне было бы совсем не трудно обмануть ее и вшить что-нибудь безвредное, -
признался он. - Однако я подумал, что таким образом ничего не выиграю. Мне бы
все равно пришлось признаться, иначе она сама обнаружила бы подмену, а отношения
еще сильнее ухудшились бы. Я полагаю, серьезный урон уже и так нанесен - хотя бы
тем фактом, что она знает о нашем открытии. Поэтому я дал ей лишанин. Насколько
я понял, вы используете инъекции, но мне представляется удобнее делать
имплантации лишанина в растворимой оболочке, так я вводил его Полу и Стефани.
Как я теперь жалею, что не использовал для этого обычные инъекции!
- Я не совсем понимаю, в чем разница.
- Сейчас поймете. Когда Джейн пришла домой, она рассказала Полу, что была у меня
- видимо, считала, что так будет лучше; он бы все равно заметил повязку у нее
руке. Пол догадался о том, как она со мной разговаривала, и ужасно рассердился.
Как только он увидел повязку, сразу же понял, что она сделана несколько
необычно. него уже возникли подозрения - видимо, Джейн вела себя немного
странно. Пол настаивал на том, чтобы посмотреть надрез и... оказалось, что капсулы
с лишанином там нет.
Джейн упрямо утверждала, что капсула, вероятно, выпала, когда она делала
перевязку. Полнейшая ерунда, конечно, капсулу извлекли, а потом зашили рану
парой швов, так, как это было сделано мной.
Но Джейн продолжала настаивать на своих словах, кими бы дурацкими они ни
казались. Кончилось тем, она кинулась в свою спальню и там заперлась. Пол ночь
провел в соседней комнате. Когда на следующее он проснулся, Джейн исчезла - с
двумя чемоданами... Больше ее никто не видел.
- Может, все это произошло случайно? - после секундного раздумья спросила Диана.
- Исключено.
- Вы хотите сказать, что она получила капсулу у вас для того, чтобы передать ее
кому-нибудь другому?
- Очевидно. Скорее всего это сопровождалось обещанием, что они вернут ее на
место, когда как следует изучат.
- И заплатят хорошие деньги - судя по тому, что вы рассказали о Джейн. Что можно
выяснить, исследовав капсулу?
- Гораздо меньше, чем они рассчитывают, полагаю. Ни вам, ни мне за долгие годы
не удалось синтезировать вещество. Мы должны предположить худшее и быть готовыми
к тому, что она рассказала все, что знает. Таким образом, они получат
направление дальнейшего научного поиска.
- Джейн знает, откуда берется лишанин?
- Нет. К счастью, я не успел рассказать об этом Полу.
- Как вы думаете, каким будет следующий шаг?
- Они попытаются навести справки о нашем импорте, а затем выследить источник
поставок, так я полагаю.
- Если им удастся преодолеть мою систему защиты менее чем за пару лет, - тут
Диана не удержалась от улыбки, - я буду сильно удивлена. Что же до "Дарра", вы
постоянно получаете грузы самого странного происхождения со всех концов света.
- К несчастью, в "Дарр" доставляется очень мало лишайников, - сказал ей
Френсис. - Естественно, я старался соблюдать осторожность и принял меры против
случайностей, но тщательное расследование - это дело серьезное... - он пожал
плечами.
- Даже если и так, - проговорила Диана, - кто сможет идентифицировать именно
этот вид лишайника? Мы дали ему отличное длинное название, но сказать, какому
именно растению принадлежит это имя, можем только мы - вы и я.
- Если они найдут сборщиков, то без труда смогут определить, какой вид лишайника
нас интересует, - объяснил Френсис.
Они молча сидели, пока официант суетился возле столика и наполнял бокалы.
Френсис нарушил молчание и философски сказал:
- Так должно было случиться, Диана. Мы же знали, что рано или поздно это
произойдет.
- Лично меня устроило бы, если бы это произошло? позже, - нахмурившись, ответила
Диана, - однако я думаю, что чувствовала бы себя точно так же, когда бы этот
момент ни наступил. Черт побери проклятую Уилберри и ее аллергию... Надо сказать,
у нее не обычный вид лергии, иначе я бы с ней столкнулась раньше Впрочем, все
равно уже ничего не изменишь. - Диана еще немного помолчала, потом продолжила: -
Мы все время говорим "они". Можем ли мы предположить, кто "они" такие?
- Понятия не имею, - пожав плечами, проговорился Френсис. - Ни одна уважающая
себя фирма не стала бы связываться с таким сомнительным делом и в подобных
обстоятельствах. Однако имя "Саксовер" могло открыть Джейн двери в любых других
заведениях, работающих тем же, чем занимаемся мы.
- Да. Вероятно, это кто-то из них.
- Похоже на то. Джейн не стала бы платить комиссионные промежуточному звену.
Диана нахмурилась:
- Мне это нравится все меньше и меньше, Френсис. Ведь нашим лишанином можно
воспользоваться таким образом, что он будет приносить колоссальную прибыль... пока
его будет хватать. - Она хитро улыбнулась. - Я и сама совсем неплохо устроила
свои дела, но если у человека нет принципов... - Она немного помолчала, а потом
заговорила снова: - Простая утечка - это одно, но то, что вы рассказали, -
совсем другое. Иными словами, если для них не имеет значения, каким способом
добывать информацию, то вряд ли они будут руководствоваться соображениями
морали, когда поймут, что дело пахнет миллиардами.
- Они - кем бы они там ни были - не смогут сохранить дело в тайне, - покачав
головой, сказал Френсис, - Посмотрите, что произошло, когда я рассказал о
открытии собственным детям.
- Может быть, вы и правы, - согласилась Диана.- Только я имела в виду вот что:
возможно, мы сумеем помешать, предав наш секрет гласности. Как только убедятся,
что заполучили самое настоящее сокровище, они захотят захватить как можно больше
вещества, а единственный способ сделать это... ну, естественно, украсть его,
разузнать, в чем заключается суть процесса, а лучше поймать одного из нас. Или
обоих.
- Об этом я тоже подумал, - кивнул Френсис. - В "Дарре" теперь вряд ли можно
отыскать что-нибудь полезное, а если я исчезну, немедленно появится статья в
газете. Полагаю, вы приняли такие же меры предосторожности?
Диана кивнула.
Они внимательно посмотрели друг на друга.
- Френсис, - проговорила Диана. - Это же так глупо и мелко. Единственное, что мы
хотим, - подарить людям нечто. Чтобы их древняя мечта сбылась. Мы можем
предложить им жизнь и дадим им время, чтобы эту жизнь прожить. Вместо короткой
борьбы за существование... и быстрого конца. Они смогут стать мудрыми и построить
новый мир, станут настоящими мужчинами и женщинами, вместо того чтобы до конца
дней оставаться детьми-переростками. И посмотрите на нас - вы представляете себе
картины хаоса, а я уверена в том, что наш проект встретит жестокое
сопротивление, что он будет уничтожен силой. Ничего не изменилось - для нас с
вами.
Она налила себе еще кофе. Целую минуту внимательно разглядывала содержимое
чашки, словно в ней было какое-то колдовское зелье, а потом сказала:
- Дело зашло слишком далеко, Френсис. Больше нельзя держать наше открытие в
секрете. Вы опубликуете заметки?
- Пока еще нет, - сказал Френсис.
- Предупреждаю, я начинаю готовить своих дам.
- А почему бы и нет? - согласился он. - Это же не имеет никакого отношения к
обоснованной научной статье.
- Ну, придется и статью публиковать, если зазвучат громкие требовательные
голоса. - Она немного помолчала. - Да, вы правы, Френсис, вам лучше появиться на
цене немного позже... Но я предложила вам первенство.
- Я этого не забуду, Диана.
- А еще я тщательно проинструктирую своих дам - всего их девятьсот восемьдесят -
и отправлю на поле боя сражаться за наше дело. Сомневаюсь, что они добровольно
согласятся на то, чтобы наша идея была тихо похоронена. - Диана снова помолчала,
а потом рассмеялась. - Жаль, что с нами нет моей воинственной тетушки Анни! Тут
она была бы в своей стихии. Молотки для витрин, бензин для почтовых ящиков,
бурные сцены в суде!
- Как я посмотрю, вы с нетерпением ждете всего этого, - в голосе Френсиса
появилось осуждение.
- Конечно, - согласилась Диана. - Со стратегической точки зрения я бы не
возражала, если бы у нас было еще немного времени, но лично я... Ну, когда в
течение двенадцати лет разрабатываешь идею, погрузившись в окутанную розовыми
тенями, напоенную ароматом цветов, устланную мягкими коврами, одетую в шуршащие
шелка и в целлофановые обертки сказочную страну, населенную нежно мурлычущими,
коварными, циничными, жадными, безжалостными кошками, которые ох как часто
выпускают. когти и которые зарабатывают себе на жизнь тем, что помогают другим
женщинам использовать на максимум свои сексуальные прелести... так вот, вы бы тоже
радовались любым переменам.
Френсис рассмеялся:
- Мне говорили, что вы отличный бизнесмен.
- Ну, эта сторона дела бывает иногда достаточно интересной, - призналась
Диана, - да и выгодной. Однако поскольку я обеспечиваю клиенток тем, о чем мои
конкуренты могут только мечтать, вряд ли я могу проиграть, не так ли?
- А как насчет будущего? У вас ведь впереди долгая жизнь.
- У меня масса планов, - весело проговорила Диана. - План А, план Б, план В. Ну
ладно, хватит обо мне. Расскажите мне про себя и про "Дарр"...
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
ГЛАВА 9
Проходя через приемную в свой кабинет, Диана остановилась.
- Доброе утро, Сара. Есть сегодня что-нибудь интересное?
- В почте нет, мисс Брекли, - ответила мисс Толлуин, - а вообще есть. Вы,
наверное, еще не видели этого.
Она держала в руках номер "Рефлектора". Как и обычно журнал был скорее похож на
слоеный пирог, чем на информационное издание. Жирные заголовки, набранные
шрифтами разных размеров и видов, сразу привлекали внимание. А вот объявление,
на которое указывала пальцем мисс Толлуин, не бросалось в глаза.
В нем говорилось:
"КРАСОТА! Вечная красота! Больше чем просто внешняя красота! Море, великий
прародитель всего живого, дарит Вам новую, истинную красоту -
...Закладка в соц.сетях
