Жанр: Научная фантастика
Сантьяго: миф далекого будущего
...ный куб. -
Расскажи мне о Граалях.
- Их можно полагать гуманоидами, - ответил киборг. - Если относить к гуманоидам всех, кто
ходит на двух ногах. А в остальном у них очень мало общего с человеком.
- В это нетрудно поверить, принимая во внимание контуры кресла. - Бродяга скорчил гримаску.
- А что ты можешь сказать об их искусстве?
Из динамиков донесся смешок.
- Вряд ли тебя что заинтересует. Глаз у них нет, их заменяют природные локаторы. Об их
искусстве я ничего сказать не могу, но тебе и так многое ясно.
- Жаль, - вздохнул Бродяга. - По крайней мере мои инопланетяне смогли дать мне сувениры
на память, пусть и не по своей воле.
- Мои тоже мне кое-что дали, - с горькой иронией напомнил Шусслер.
- А где находится планета, на которой тебя вернули к жизни? Я никогда не слышал о звезде
Калкос.
- В звездном скоплении Корбелия, - ответил Шусслер.
- Как-то я там побывал, - кивнул Бродяга. - Слышали о Тщетной надежде?
- Я слышал, - ответил киборг. - Но не бывал там.
- Я тоже слышал, - вставил Каин. - Орфей написал о ней, не так ли? Что-то о Денебе
Арабском или Дельфини Арабском.
- Дарли-Араб, - уточнил Бродяга. - Орфей назвал его по-своему. Собственно, он дал свои
имена всем трем патриархам. Я-то имел дело только с Бербером.
- Вот его я не припоминаю, - признался Каин.
- Боюсь, после встречи со мной он проникся недоверием к чужакам, - усмехнулся Бродяга. -
Он не стал говорить с Черным Орфеем.
- Умница, - пробурчал Каин.
- Не понимаю я этого четверостишья. Какое-то оно расистское.
- "Дарли-Араб, высокий и дикий, взял другую жену с ребенком", - процитировал Бродяга. -
Других упоминаний о национальности я у Орфея не припомню. - Он вновь повернулся к стене, за
которой стоял куб-Шусслер. - Тщетную надежду заселили три большие семьи, и чуть ли не сразу
между ними началась борьба. Законы кровной мести не позволяли им воспользоваться услугами
наемников. И вот тут Арабу пришла великолепная идея - закупить оптом сотню невест и зачать
собственную армию. - Он хохотнул. - Не прошло и недели, как его примеру последовали два других
патриарха. Последующие двадцать лет днем они сражались, а по ночам строгали маленьких солдатиков.
- А имена? - спросил Шусслер.
- Орфей выяснил, что все скаковые лошади на древней Земле ведут начало от трех пород, вот он
и назвал патриархов Дарли-Араб, Байри-Турок и Годолфин-Бербер, по тем самым породам.
- И что за дела ты водил с Бербером? - спросил Каин.
- Я знал, что наемники ему не нужны, но подумал, а не заинтересует ли его груз хорошего
оружия, с которым могли пойти в бой его сыновья?
- Краденого оружия? - уточнил Каин.
- Вроде того, - вздохнул Бродяга. - Флот конфисковал груз через месяц после того, как я
доставил его на Тщетную надежду.
- Я не знал, что корабли Флота добирались до скопления Корбелия, - удивился Шусслер.
- Они бы туда не добрались, если б там не объявились две тысячи лазерных винтовок,
похищенных с одного из военных складов.
- Вот почему Сантьяго отказался от твоих услуг? - спросил Каин.
- С чего вы так решили?
- Потому что красть у Флота - не по твоей части. Тут без Сантьяго не обошлось. Могу
предположить, он дал тебе пинка под зад, потому что ты продал оружие, которое он хотел придержать.
- Вы сильно заблуждаетесь, - негодующе воскликнул Бродяга.
- Уж не хочешь ли ты сказать, что сам украл эти винтовки? - полюбопытствовал Каин.
- Действительно, операцию от начала и до конца проводил Сантьяго, - признал Бродяга. - Да,
у нас возникли разногласия, когда речь зашла о том, как распорядиться оружием. Но расстались мы
совсем по другой причине.
- Не сошлись характерами, - покивал Каин.
- Я удивляюсь, что Сантьяго или Годолфин-Бербер не наняли убийц, чтобы посчитаться с тобой,
- донеслось из динамиков.
- Бербер нанял, - ответил Бродяга. - К счастью, убийца попытался добраться до меня в моей
крепости на Золотом початке. А такое едва ли под силу даже Ангелу.
- Почему ты решил, что убийцу нанял Бербер, а не Сантьяго? - спросил киборг.
- Потому что я до сих пор жив. - Бродяга подошел к столу, где Каин вновь зарядил первый
пистолет и собирался чистить второй. - Знаете, после того как я стал свидетелем вашей схватки с
Альтаир, у меня возникли кое-какие вопросы.
- Спрашивай.
- Почему вы предпочитаете пистолет?
- Потому что он точнее, чем бластер или сонар. Опять же, в нем нет аккумулятора, так что он не
может разрядиться.
- Но от него столько шума.
- И что?
- Я думал, что в вашей профессии необходимы скрытность и тишина.
Каин улыбнулся.
- Они необходимы, когда я выслеживаю добычу. Когда же я открываю огонь, мне без разницы,
слышат меня или нет. - Он выдержал паузу. - Я же не один из твоих наемников, Бродяга, я действую
в рамках закона. Мне нет нужды спасаться бегством после того, как я расправлюсь с намеченной
жертвой.
- Логично, - кивнул Бродяга.
- Бластер хорош, когда надо охватить большое пространство. Но вот с точностью у него нелады.
У каждого свои пристрастия. Я отдаю предпочтение пулям.
- Интересно, чем достал Ангел Жиля Сан-Пити? - промурлыкал Шусслер.
Каин пожал плечами:
- Наверное, со временем мы все узнаем. Едва ли Черный Орфей устоит перед соблазном
упомянуть об этом в своих глупых стишках.
- А чем вам не нравится наш друг Орфей? - спросил Бродяга.
- Он твой друг, не мой.
- Благодаря ему вы стали знаменитым, - напомнил Бродяга. - Пройдет сто лет, и, лишь читая
его поэму, люди будут знать о вас, обо мне, о Шусслере. Можно считать, он вас обессмертил.
- Достоинства бессмертия сильно преувеличены, - вставил Шусслер, его мелодичный голос
вновь переполняла горечь.
- Большинство знакомых мне людей не согласились бы с этим утверждением, - возразил
Бродяга.
- Большинство твоих знакомых лишь на шаг опережают своего палача, - отпарировал киборг.
- Большинство его знакомых уже повстречались со своим палачом, - уточнил Каин.
- Если не с палачом, то с охотником за головами, - не остался в долгу Бродяга. - Кстати, я все
еще сержусь на вас в связи с той историей на Деклане Четыре.
- Ты имел какие-то виды на Сократа? - спросил Каин.
- Сократа? - пренебрежительно фыркнул Бродяга. - Разумеется, нет. На Деклане Четыре
двенадцать миллионов людей, так что замену можно найти любому. - Он помолчал. - Но вы
уничтожили робелианскую вазу, за которой я охотился три года.
- Подумаешь, ваза, - пожал плечами Каин. - Я приехал туда за другим.
- Подумаешь, ваза! - возмущенно повторил Бродяга. - Дорогой мой, да таких ваз оставалось
всего шесть на всю галактику!
- Я видел не один десяток таких же.
На мгновение глаза Бродяги загорелись. Потом он тяжело вздохнул:
- Наверное, все вазы кажутся вам одинаковыми.
- Есть такое дело. - Каин закончил сборку второго пистолета. - Точно так же, как тебе кажутся
одинаковыми все люди.
- Неужели вы не понимаете, что в Демократии почти триллион людей и всего шесть
робелианских ваз такой формы!
- Это означает, что ты останешься без работы раньше, чем я.
- Это означает, что вы уничтожили бесценное произведение искусства.
- Я также уничтожил человека, которого давно следовало уничтожить. Так что в итоге принес
больше пользы, чем вреда.
- Сократ не числился среди разыскиваемых преступников.
- Будем считать, что, убив его, я оказал услугу человечеству.
- Я не знал, что вы занимаетесь филантропией.
- Деньги - не самое важное в жизни.
- Согласен, но за то, что дороже денег, также приходится платить. И теми же деньгами. -
Бродяга резко повернулся к стене Шусслера. - Я проголодался. Чем можешь нас попотчевать?
- У меня есть полный набор соевых продуктов, - ответил киборг.
- А мяса у тебя нет?
- К сожалению... но блюда, которые я могу приготовить из сои, по вкусу будут неотличимы от
мяса.
- Это я уже слышал, - пробормотал Бродяга.
- Придется есть то, что у него есть, - решил Каин. - У нас нет времени искать продуктовый
магазин.
Бродяга пожал плечами:
- Ты сможешь приготовить что-то похожее на моллюска в сметанном соусе?
- Я попробую. А что приготовить тебе, Себастьян?
- Что-нибудь попроще.
- Как насчет стейка? - предложил киборг.
- Как насчет салата? - возразил Каин. - Соевые стейки я уже ел.
- Так попрошу вас пройти на камбуз. Обед готов.
- Как это, готов? - удивился Бродяга. - Мы же только что заказали.
- Граальская технология обеспечивает мгновенное приготовление, - объяснил киборг. - Тем
более если исходные материалы - соевые продукты.
Каин и Бродяга с сомнением переглянулись, но прошли на камбуз, длинную, узкую комнату с
оборудованием, упрятанным в стены.
- И где мы будем есть? - спросил Бродяга.
- Я мог бы разложить столик, - ответил Шусслер, - но тогда места для двоих не хватит.
- Мы постоим, - успокоил его Каин. - Где еда?
- Одну секунду. Пожалуйста.
Откинулась металлическая панель, на сверкающем прилавке появились две самые обычные
тарелки. Бродяга протянул руку к своей, с моллюском в сметанном соусе, тут же отдернул, выругался.
- Забыл предупредить: тарелка горячая.
- Благодарю, - злобно бросил Бродяга, достал из кармана шелковый носовой платок с
монограммой, сложил его, вновь взялся за тарелку, вытянул ее на металлическую панель. - Я бы не
отказался от ножа и вилки.
- С удовольствием бы тебе помог, но Альтаир-с-Альтаира не пользовалась человеческими
приборами. Предпочитала эти.
На прилавке появились два металлических предмета странного вида.
Бродяга взял один, рассмотрел со всех сторон.
- Великолепно. Видать, штука очень удобная. Все равно что есть суп китайскими палочками.
Взял свою "палочку" и Каин, коротко взглянул, а затем принялся за салат.
- Ты знаешь, как ими пользоваться? - спросил Бродяга.
- Я видел их на Тероне. - Каин нацепил на "палочку" кусок псевдопомидора, обмотал вокруг
него лист псевдосалата. - Тамошний охотник за головами показывал мне, как с ними управляться.
Навык приходит с практикой.
- Интересно, можно ли ими есть сметанный соус? - Бродяга задумчиво смотрел на свою
тарелку.
- А ты попробуй, и все станет ясно, - посоветовал Каин.
После трех или четырех неудачных попыток Бродяга таки приспособился и сумел отправить в рот
кусок псевдомоллюска.
- Ну как? - озабоченно спросил Шусслер. - Что вы можете сказать о моих кулинарных
способностях?
- Неплохо, - бесстрастно ответил Каин.
- Скажу только одно, - пробурчал Бродяга. - На лобстера с Золотого початка не похоже.
Однако, полагаю, могло быть и хуже.
- Могу я попросить вас об одной услуге? - минуту спустя вновь нарушил тишину Шусслер.
- Смотря о какой, - ответил Бродяга. - Чего тебе хочется?
- Расскажите мне, какова еда на вкус.
- Откровенно говоря, по вкусу это соевые продукты, которые выдаются за моллюска в сметанном
соусе.
- Пожалуйста, я все приготовил, подал, но попробовать не могу. Опишите мне ваши вкусовые
ощущения.
- Я же сказал, отдаленное подобие моллюска в сметанном соусе.
- Неужели вы полностью лишены воображения? - В голосе слышалось отчаяние. - Скажите
мне о соусе. Какой он? Густой? Горячий? Сладкий? Можете вы определить, какие я положил специи?
Каков по вкусу моллюск?
- Знаешь, восторгаться особенно нечем. Вкус так себе.
- Пожалуйста, поподробнее.
- Ты просто нарываешься на оскорбления. Твою стряпню с натяжкой можно назвать съедобной.
- Бродяга начал раздражаться. - А ты еще просишь что-то там описать. Так можно потерять остатки
аппетита.
- Я же прошу о такой малости! - заверещал Шусслер.
- Потом, - отрезал Бродяга. - И так кусок в горло не лезет, а ты еще пристаешь с разговорами!
Каин вздохнул, подхватил "палочкой" кусок псевдомоллюска, окунул в сметанный соус, пожевал,
а потом начал описывать свои вкусовые ощущения Шусслеру. Бродяга взял тарелку и ретировался в
рубку, чтобы закончить трапезу в тишине.
Каин присоединился к нему двадцать минут спустя.
- Все еще дуется? - спросил Бродяга.
- Узнай у него сам.
Бродяга повернулся к стене Шусслера:
- Надеюсь, утром ты не будешь спрашивать меня, как мне спалось и что чувствовала моя спина,
соприкасаясь с койкой?
Ответа не последовало.
- Да уж, такого я еще не видел: дующийся звездолет.
- Ты действительно его обидел, - вставил Каин.
- Не без причины. Стоит нам начать потакать его причудам, он засыплет нас вопросами о наших
ощущениях.
- Ответить ему - невелик труд. А жизнь у него очень уж невеселая.
Бродяга вытаращился на него.
- Странные у нас нынче пошли убийцы, - вырвалось у него.
- Знаешь, он ведь может поинтересоваться твоими ощущениями после того, как снизит до нуля
подачу кислорода в рубку.
- Не снизит, если хочет умереть до срока, - уверенно заявил Бродяга. - Ты действительно
убьешь его после того, как мы найдем Сантьяго?
- Я же сказал, что убью.
- Я знаю, что ты сказал. Но удовольствия тебе это не доставит.
- Мне вообще не нравится убивать, - ответил Каин.
Бродяга обдумал его последнюю фразу, вспомнил многое из того, что услышал от Каина после
отлета с Альтаира III, и несколько следующих минут посвятил сравнению своего нового партнера с
Ангелом, о котором знал, разумеется, только понаслышке. В итоге у него возникли сомнения в
правильности сделанного Верой Маккензи выбора.
Глава 14
Увы, Бедный Йорик! Я его знал -
В мешок он вставал, по полю скакал.
И доскакался, в мешке стоя:
Увы, бедный Йорик! Мешок-то пустой!
Звали его не Бедный Йорик, во всяком случае, поначалу. Родился он Германом Людвигом Менке,
и имя это оставалось при нем двадцать лет. Потом он присоединился к актерской труппе,
путешествующей по Спиральному рукаву, и стал Брюстером Моссом. Поговаривали, что он даже
выступал перед Ангелом до того, как тот стал Ангелом.
К сорока годам он обзавелся новым псевдонимом: Стерлинг Уилкис, под которым и стал
знаменитым, возродив на Лодине XI шекспировский театр. Славился он и своим пристрастием к
наркотикам.
Шесть лет спустя, после того как он впал в галлюциногенный транс прямо на сцене, перед полным
залом, ему запретили публичные выступления. Пришел черед новому псевдониму - Бедный Йорик во
многом соответствовал его тогдашнему положению и новой профессии. Жизнью его был театр,
поэтому, перебравшись в Пограничье Внутренних миров, он занялся производством реквизита. И
следующие десять лет поставлял всем желающим фальшивые короны и безобидное оружие, поддельные
драгоценности и троны, которые издалека вполне могли сойти за настоящие.
Он также обеспечивал неплохую жизнь торговцам наркотиками, а когда отказался от
внутривенного введения галлюциногенов в пользу жевания семян альфанеллы, ему пришлось резко
увеличить доходы. И поставить свой талант фальсификатора на службу менее легитимным сферам
бизнеса. Поскольку зависимость от наркотика заметно влияла на качество его работы и сроки
исполнения заказов, к нему перестали обращаться как законопослушные предприниматели, так и
представители преступного мира. Оставалось лишь продавать портреты знакомых ему актеров, которые
он успевал рисовать во все более редкие периоды просветления.
Несколькими годами позже четыре его картины попали к Черному Орфею, и тот мгновенно понял,
что натолкнулся на удивительно талантливого человека.
Еще год потребовался ему, чтобы найти Бедного Йорика, который жил в третьесортном отеле на
Хилдергарде, тратя на наркотики все, что ему удавалось заработать. Орфей попытался уговорить
Йорика путешествовать вместе с ним и иллюстрировать его сагу, но Йорика больше интересовала
очередная доза наркотика, а не известность и процветание, так что барду Пограничья Внутренних
миров не осталось ничего другого, как признать свое поражение. Он купил оставшиеся у Йорика
картины, заказал портрет Эвредики, заплатив аванс, и отправился дальше. Бедному Йорику бард
посвятил только одно четверостишье. Он хотел написать больше, рассказать своей аудитории о
талантах Йорика, но решил, что поток заказов приведет к тому, что Йорик сможет покупать больше
наркотиков и быстрее умрет.
К чести Йорика, надо отметить, что он пытался закончить портрет Эвредики, но аванса хватило
только на неделю, а пагубная привычка требовала все новых порций наркотика. Поскольку картин на
продажу у него не осталось, Йорику пришлось взяться за подделки, но время от времени он все равно
возвращался к портрету Эвредики.
Собственно, Бедный Йорик и работал над ним, когда Шусслер приземлился на Рузвельте III.
- Паршивая маленькая планетка, - прокомментировал Каин, когда они вышли из киборга на
мокрый бетон космопорта под никогда не прекращающийся дождь.
- Само собой. - Бродяга направился к автостоянке. - Мы же ищем паршивого маленького
человечка. Кто бы мог подумать, что Альтаир-с-Альтаира держит связь с Сантьяго через Бедного
Йорика?
- У меня складывается впечатление, что ты мог. - В голосе Каина слышались нотки иронии. -
Не зря же ты убеждал меня, что без тебя мне не обойтись.
- Поэтому вам нужны я и Шусслер. Он знал, что искать мы должны именно Йорика, а я - где он
обретается.
- Не пора ли поделиться этими сведениями со мной? - полюбопытствовал Каин.
Бродяга пожал плечами:
- Адреса у меня нет. Мы приедем в город, найдем самый дешевый отель в самом бедном районе
и спросим его номер.
- А если его там не окажется?
- Мы его найдем, если не там, то неподалеку. В крайнем случае спросим местного торговца
дурманящим зельем. Он тут же выведет нас на Йорика.
- Как выглядит Бедный Йорик?
- Не могу знать. Никогда его не видел.
- Но ты уверен, что выведешь меня на него?
- Раньше мне приходилось обращаться к нему по деловым вопросам. У меня есть привычка
собирать максимум информации о моих партнерах по бизнесу. Я знаю, что он на Рузвельте Три. А уж
найти его конкретное местопребывание - чисто механическая работа.
Они арендовали авто и поехали в город, называющийся, как и вся планета, Рузвельт. Кто-то,
архитектор, планировщик, может, глава какой-то корпорации, строил в отношении Рузвельта
грандиозные планы. Космопорт мог принимать в десять раз больше кораблей, город пересекали
широченные магистрали, у центральной площади взметнулись в небо два небоскреба, которые не
затерялись бы и на Делуросе VIII, но несколько столетий тому назад Демократия временно прекратила
экспансию, чтобы разобраться с тем, что уже приобрела, а в дальнейшем продолжила ее в ином
направлении. В итоге потенциал Рузвельта III остался невостребованным. Место мегаполиса занял
средних размеров городок, застроенный невыразительными зданиями, кучкующимися вокруг двух
небоскребов.
Объехав город, Бродяга безошибочно нашел самый задрипанный район и остановил авто.
- Думаю, он в радиусе четырехсот ярдов, - уверенно заявил он Каину.
- Действительно, такое запустение надо еще поискать, - кивнул Каин.
Из окон отелей и баров на них сквозь пелену дождя уже поглядывали местные забулдыги.
- Вроде бы я одет не по погоде, - вздохнул Бродяга, оглядев свою шелковую тунику, сшитые по
фигуре брюки, сапожки ручной работы.
- Не только ты так думаешь. - Каин выразительно посмотрел на здоровенного мужчину,
пристально изучающего их с расстояния в пятьдесят футов.
- Надеюсь, вы покажете отбросам общества их истинное место, - без тени волнения ответил
Бродяга.
- А как ты поступаешь в аналогичной ситуации, если рядом нет охотника за головами? -
поинтересовался Каин.
- Я не такой уж беззащитный. - Бродяга вытащил из кармана белый шар размером с мяч для
гольфа, подбросил в воздух, вновь убрал в карман.
- Огневая бомба?
Бродяга кивнул.
- И очень мощная. Может уничтожить целый квартал, даже в такую сырость. - Он улыбнулся.
- Но я бы предпочел не использовать ее. Чтобы не поджарить Йорика до того, как мы с ним
переговорим.
- Если ты полагаешь, что он в радиусе четырехсот ярдов, поиск сужается до двадцати или
двадцати пяти отелей и пансионов. Какой нам нужен?
- Так мы спросим. - Бродяга зашел в ближайшую таверну. Пошептался с барменом,
присоединился к Каину, ждавшему у двери.
- Удалось?
- Еще нет, - признал Бродяга. - Но волноваться не стоит. Время у нас есть.
Ничего ему не сказали и в двух следующих тавернах.
- Ага! - оживился Бродяга, когда они подошли к третьей, с выставленной в витрине акварелью с
изображением большегрудой красотки. - Мы уже близко. Я узнаю стиль.
- Ты собираешь картины Йорика?
- Только лучшие.
Бродяга вошел в зал, поговорил с барменом, передал ему банкнот в пятьсот кредиток, сказал чтото
еще, направился к выходу.
- Он живет в отеле "Холм Сан-Хуана", чуть дальше по улице. Когда у него нет денег на семена
альфанеллы, он меняет картины на спиртное.
- Неплохая работа. - Каин мотнул головой в сторону акварели.
- Просто отличная, если учесть, что он скорее всего не помнил собственного имени, когда
рисовал ее. Я хотел ее купить, но бармен отказался продавать. Подозреваю, Йорик нарисовал его
подружку.
- Или деловую партнершу.
- Первое не обязательно исключает второе. - Бродяга двинулся к "Холму Сан-Хуана". -
Особенно в здешних местах.
Только один человек попытался было остановить их, но что-то во взгляде Каина подсказало ему,
что делать этого не следует, и до отеля они добрались без происшествий.
В вестибюле отеля "Холм Сан-Хуана" давно уже не прибирались, а стены, похоже, в первый и
последний раз покрасили при его строительстве. Картины и голограммы, украшавшие вестибюль,
исчезли, от ковра, устилавшего пол, остался небольшой квадрат перед регистрационной стойкой,
несколько кресел и диванов требовали ремонта, видеотелефон из будки канул в Лету.
Бродяга удовлетворенно кивнул: именно в таком отеле, по его прикидкам, и мог жить Бедный
Йорик. Уверенным шагом он двинулся к регистрационной стойке.
Небритый портье в порванной на левом рукаве тунике встретил его скучающим взглядом.
- Добрый день. - Бродяга дружелюбно улыбнулся. - Ужасная погода, знаете ли?
- Вы пришли сюда, чтобы сказать мне об этом? - с ехидцей спросил портье.
- Дело в том, что я ищу приятеля.
- Удачи вам.
- Его зовут Йорик.
- И что?
Бродяга наклонился над стойкой, схватил портье за грудки, как следует тряханул.
- Бедный Йорик. - С лица его не сходила улыбка. - Извините, что приходится вас торопить, но
мы очень спешим.
- Комната три семнадцать, - пробурчал портье.
- Премного вам благодарен. - Улыбка Бродяги стала шире. - Вы нам очень помогли. - Он
огляделся. - Полагаю, лифты не работают?
- Средний еще ходит, - просипел портье, указав на блок из трех лифтов.
- Великолепно. - Бродяга кивнул Каину и направился к лифту. - Чего я не люблю, -
продолжил он, когда Каин присоединился к нему, - так это грубости наемных работников. Вы
прикрывали мне спину, не так ли?
- Он не замышлял ничего дурного.
- Откуда вы знаете, что под стойкой у него нет оружия?
- Если оно и было, его давно украли и заложили.
Кабина рывком остановилась, покачалась, двери раскрылись. Они вышли в коридор третьего
этажа. Здесь царило еще большее запустение. В некоторых номерах двери отсутствовали, на других
чернели какие-то надписи, пахло плесенью и мочой.
- Три семнадцать. - Бродяга указал на последнюю дверь. - Все так, Йорик всегда любил жить в
углу.
Он постучал, когда ответа не последовало, набрал на компьютерном замке три-один-семь.
- Я всегда уважал охранные системы, - улыбнулся он.
У разбитого окна в дышащем на ладан кресле сидел мужчина, худой как спичка, с посеревшей
кожей, сгнившими зубами. Не обращая внимания на дождь, капли которого падали на подоконник, а
потом летели на него, короткими, невероятно мягкими мазками он рисовал портрет ослепительно
красивой женщины. На полу валялись коробки с искусственными бриллиантами, рубинами, сапфирами
и изумрудами, тут же стояла сложная установка для нанесения золотого покрытия, лежали ювелирные
инструменты.
Мужчина коротко глянул на своих гостей, добавил еще пару мазков, небрежно бросил палетту на
пол и повернулся к Каину и Бродяге.
- Вы не в моей картине.
- Нет, - покачал головой Бродяга. - Мы в твоей комнате.
- Моей комнате? - повторил Йорик.
- Совершенно верно.
- Ладно, - он пожал плечами, - одно ничем не лучше другого. Я вас знаю?
- Ты знаешь меня. Я - Веселый Бродяга.
Йорик, хмурясь, наклонил голову.
- Веселый, веселый, веселый, веселый, веселый, - забормотал он. Вновь посмотрел на гостей. -
Тебя я не знаю, но вот о тебе знаю. - Он удовлетворенно улыбнулся. Посмотрел на Каина. - А тебя я
знаю.
- Неужели? - удивился Каин.
- Ты - Птичка Певчая. - Взгляд Йорика обрел осмысленность. - Я все о тебе знаю. Я был на
Беллефонтейне, когда ты убил Червового Валета. Так гремели выстрелы. - Глаза его вновь заволок
туман. - Выстрелы... выстрелы, выстрелы, выстрелы... - Тут он опять вернулся в реальность. - Что
ты здесь делаешь, Птичка Певчая?
- Мне нужна информация. - Он присел на не застеленную кровать Йорика.
- Мне тоже кое-что нужно. - Йорик подмигнул Каину, хохотнул. - Маленькие такие штучки,
которые можно пососать, потом пожевать.
- Может, мы одно поменяем на другое? - предложил Каин.
- Может, - кивнул Йорик. - Может, может, может, может. - И просительно посмотрел на
Каина. - Так как насчет обмена?
- Дельная мысль.
- А почему здесь он? - Йорик указал на Бродягу.
- Ему нравятся твои картины.
- Нравятся, значит? - Йорик хохотнул. - Ему нравятся не только картины. Ты - Бродяга, не
так ли?
- Единственный и уникальный.
- Так что, единственный и уникальный Бродяга, музей на Золоте Рейна распознал в единственной
и уникальной "Принцессе северного побережья" сделанную мною подделку?
- Она по-прежнему занимает самое почетное место в их экспозиции под неусыпной
круглосуточной охраной, - улыбаясь, ответил Бродяга.
- А настоящий камень у тебя?
- Разумеется.
- Разумеется. Ра-зу-ме-ет-ся... - Йорик вскочил, глаза его яростно сверкнули. - Моего курьера
убили!
- Могу только посочувствовать. Надеюсь, ты не считаешь меня причастным к той истории?
- Ты гарантировал его безопасность, - напомнил Йорик.
- Я гарантировал безопасный вход в мою крепость, - поправил его Бродяга. - Что он делал,
выйдя из крепости, меня не касалось.
- Денег я не получил.
- Я заплатил курьеру. На том взятые мною обязательства заканчив
...Закладка в соц.сетях
