Жанр: Научная фантастика
Ангел-Хранитель 1. Ангел-хранитель
...и. У тебя была сильная интоксикация из-за боевых коктейлей и
антидепрессантов. Ну, про потерю крови и обезвоживание вообще молчу.
- Ни фига себе, - ошарашено шепчет Сергей. Спохватывается, - Извини. Долго был
один. Отвык от нормального общества.
- Ничего, - успокаивающе улыбается Сэм.
- Скажи, а меня никто не спрашивал, пока я... ну, пока меня штопали, - осторожно
интересуется Сергей.
Медсестра смотрит на него странно.
- Спрашивал... Только и делали, что спрашивали. Какой-то боец до сих пор под
дверями торчит. Выгоняешь одного, появляется другой. Ты что-то натворил?
- Не думаю. А можно этого бойца одним глазом увидеть? - несмело интересуется
Сергей, - Мне очень надо.
- Вообще-то, к тебе еще неделю нельзя никого пускать. - отвечает Сэм.
- Саманта, мне очень надо, - серьезно смотрит Сергей в огромные голубые глаза.
Немедленно тонет в их водовороте. Черт, да чем его накачали?
- Ладно, - отводит взгляд порозовевшая медсестра, - Минута. Не больше. Плакала
моя премия.
Незнакомый капрал, прихрамывая, входит в палату. Под мышкой у него зажат тяжелый
белый сверток. Сергей не отрываясь, смотрит, как капрал слой за слоем снимает
хрустящую белую упаковку. Тревожно колотится сердце.
- Тут это, братан... Тебе просили передать. Держи, - капрал пристраивает
прямоугольный брусок рядом с Сергеем.
- А где капитан? - интересуется Сергей, левой рукой прижимая к себе блок памяти
КОПа, - Кажется, он из первого второго...
- Не знаю, друг. Мы тут посменно у тебя дежурим. Братва по цепочке тебя
передает. Велено было эту штуку передать, как очухаешься.
- Тебя как зовут?
- Гордон. Колодный. "Чарли", два-три.
- Спасибо тебе, Гордон. Ты меня круто выручил. С меня выпивка.
- Да брось, братан. Мне не в падлу. Мы своих не бросаем, ты же знаешь. Бывай.
- Удачи, друг.
Капрал оборачивается от открытых дверей.
- А клевая у тебя сестричка, кореш. Ради с такой рядом поваляться и под пули не
страшно.
Он захлопывает дверь, спасаясь от яростной кошки. Саманта гневно раздувает
ноздри.
- Сейчас я буду тебя кормить, - многообещающе сообщает она Сергею.
Почему-то ему кажется, что обед с разъяренной медсестрой не оставит приятных
воспоминаний.
-36Тянется
время. Сергей, словно жирный земной сурок перед зимой - ест и спит. Спит
и ест. Весь его распорядок - сплошная череда обедов, сна и опорожнения
кишечника. Бульоны, супы, витаминные пюре в тюбиках. Каши-размазни. Куски
вареной рыбы. Мясо. Много мяса. Целые тушки кроликов, индеек, куриц и еще чегото,
с незнакомым названием. Сны, как черные провалы. Никаких сновидений. Только
закрыл глаза, и снова яркий свет пробивается сквозь веки. И снова зверски
хочется есть.
Провода мышечных стимуляторов оплетают его причудливой вязью. Медсестры - уже
привычная фигуристая Сэм и ее сменщица - рыженькая худышка Трейси, - дважды в
день протирают его тело, доводя до неистовства своими прикосновениями.
Трое суток проползают неповоротливой черепахой. Хочется встать. Глотнуть свежего
воздуха. Пройтись по траве. Увидеть небо. Скачать память КОПа на долговременный
носитель. Как там ему, бедолаге? Пока он тут жрет и исходит похотливой слюной
при виде сочных задниц, Триста двадцатый пребывает в небытии. Он только что
умер. Сергею не терпится щелкнуть клавишей пуска, чтобы КОП, как и он, проснулся
живым и здоровым.
- К тебе посетители, Серж, - сообщает Сэм после очередного обеда. Вытирает ему
губы влажной салфеткой. Улыбается, чертовка, наблюдая его терзания.
- Да ну? И кто это?
- Увидишь. Целая делегация. Все такие важные, - смеется медсестра, - Не
волнуйся, как только увижу, что диагност ругается, вышибу всех к чертовой
матери. Тут я генерал.
- Кто бы сомневался, - улыбается Сергей.
Входят трое. Все в бронекостюмах. Шлемы сняты и лежат на сгибах рук. В маленькой
палате сразу становится тесно. Мордастый высокий подполковник выходит вперед.
Гаррис. Командир полка. Кэп. "Гарри - кровавая заря". Откуда такая странная
кличка, никто объяснить не удосужился. Как-то Сергей пару раз видел его издалека
на полигоне.
- Здравствуй, солдат, - говорит кэп.
- Здравия желаю, сэр! - отвечает Сергей, подавляя невольное желание вытянуться
лежа по стойке "смирно". Ладно, хоть без этих дурацких "сынок" обойдется.
Кэп разглядывает его своими ясными, чуточку прищуренными голубыми глазами.
Тяжелый подбородок под хищным носом. Высокий лоб с коротко стриженным ежиком
волос над ним. Породистый англосакс. Века поедания стейков с кровью оставляют
неизгладимый отпечаток на его мощной поджарой фигуре. За ним белозубо скалится
... Кнут. Самодовольная черная задница. Незнакомый светловолосый капитан по
левую руку.
- Как самочувствие? - спрашивает кэп.
- Спасибо, сэр. Хорошо, - Сергею становится невыносимо выдерживать пронзительный
взгляд подполковника. Словно тот давит его грудь тяжелой ладонью. Он несколько
раз моргает, но, словно загипнотизированный, не может отвести глаз.
- В общем так, парень. Тут все свои. Так что обойдемся без этой парадной херни.
Извините, сестра...
- Все в порядке, сэр, - кивает умница Сэм.
- Записи твоей брони изучены. Вместе с записями тех, чью броню мы смогли
вытащить. Как я понимаю, это блок твоего КОПа?
- Так точно.
- Это из-за него ты под пули полез?
- Так точно, сэр, - напрягся Сергей.
- Молодец. Хотя глупо было так подставляться. Ну да ладно, это подождет. В
общем, действовал ты правильно. Я бы сказал, профессионально, грамотно и
напористо. Как и подобает настоящему мобильному пехотинцу. За уничтожение
большого количества живой силы противника, за обеспечение высадки, за ценные
разведданные, ты награжден медалью "За доблесть". За доблесть и мужество в бою,
за спасение офицера с риском для своей жизни и за уничтожение самолета -
Императорским Железным крестом с дубовыми листьями. С соответствующим
увеличением оклада. Тебе присвоено внеочередное звание полного сержанта. Неплохо
начал. Поздравляю, сержант.
Сергей ошарашено молчит, хлопая глазами. Кэп расцветает широкой улыбкой, такой
неуместной на его продубленном хищном лице. Вперед выходит Кнут, кладет на грудь
Сергею коробочки с наградами. Жмет ему руку. Прикалывает к простыне сержантские
петлицы. Подмигивает - "пиво с тебя".
- Это не считая премии по действующим тарифам за уничтоженную живую силу и
технику противника. Скажу по секрету, сильно опасаюсь, как бы ты на радостях не
спился. Война - прибыльная штука, жаль только - инфляцию подстегивает, если идет
слишком долго, - улыбается "Кровавая заря", - Кстати, твоим КОПом сильно
интересуются наверху. Умники из "Нэйшнл Электрик" хотят с тобой поработать. По
всему, скоро получим новые модификации КОПов. С учетом твоего нестандартного
опыта, машинки должны выйти неплохие. Еще начарт базы подал представление на
реорганизацию штатного расписания с учетом опыта применения КОПов. Если его
писульке в Генштабе дадут ход, в ротах грядут большие изменения. Так-то вот,
парень. Наделал ты шороху.
Сергей пожимает плечами. Не знает что ответить. Ему снова хочется спать.
- А как дела в Эскудо, сэр? - спрашивает он, в надежде услышать, что поганый
городишко разбомблен до основания.
- Можно сказать, нормально. Уродов потихоньку выдавливаем к лесу. Выкуриваем по
одному. Космодром отбили. Гражданских эвакуируем. Много зэков разбежалось.
Приходят записываться в войска пачками. Понятное дело - лучше у нас, чем кровью
в шахтах харкать, - подполковник усмехается, - Твой дружок-лейтенант из ВКС
вроде как герой. Поцарапал десантный корабль демократов. Тот из-за этого сесть
не смог. Поэтому мы и смогли выкрутиться. Со дня на день ждем Восьмой флот.
Надеюсь, они там, наверху, дадут уродам просраться. Извините, сестра.
Сэм только улыбается в ответ, стоя у окна. Кэп цепляется взглядом за ее
полупрозрачные изгибы, слегка краснеет, отводит взгляд.
- Сержант, я капитан Франк, начальник разведки полка. - Наконец, раскрывает рот
невозмутимый капитан, - Мои поздравления с наградами и со званием.
- Спасибо, сэр.
- Нам бы с тобой потолковать на досуге надо. О том, что ты там видел. Не
возражаешь?
- Конечно нет, сэр. В любое время.
- Отлично, договорились, - капитан скупо улыбается. Его глаза при этом не меняют
выражения. Маленькие колючие льдинки.
- Ладно, отдыхай, сержант. До скорого, - кэп жмет Сергею руку.
Кнут подмигивает на прощанье. В комнате сразу становится просторно. Коробочки с
наградами почему-то не вызывают внутри никакого отклика. Слипаются глаза.
- Нет, ты видел - какой мужчина! - с мечтательно улыбкой вздыхает Сэм.
- Мэм, вам кто-нибудь говорил, что вы похотливая сучка? - интересуется
засыпающий Сергей.
- Много раз, - смеется Сэм, поправляя на нем простыню и как бы невзначай касаясь
его естества. - Но от тебя не ожидала. Будешь плохо себя вести - не получишь
"сладкого".
- Ага. Как же. Третьи сутки динамишь ... - бормочет Сергей, проваливаясь в сон.
"Хоть бы во сне кончить" - мечтает он напоследок.
-37Кто-то
грубо трясет Сергея за плечо. Он вываливается из сна. Осоловело щурится
на нависающего над ним человека. С трудом приходит в себя. Опаньки! Вот это
гость! Лейтенант Карпентер собственной персоной. Китель с черными петлицами
танкиста сидит на особисте, как на корове седло. Словно на статисте с
голостудии.
Своими снулыми, как у рыбы, глазами, он пристально смотрит на Сергея,
бесцеремонно усаживается на край его чудо-ложа.
- Ну что, солдат, поговорим? - спрашивает лейтенант.
- Сэр, вы нарушаете правила поведения посетителей и вредите здоровью пациента, -
вмешивается Саманта. Ее голос тих, но побелевшие губы выдают ее напряжение.
- Выйдите за дверь и оставьте нас одних, - не оборачиваясь, приказывает особист.
- Сэр, я не имею права. Я обязана находиться рядом с пациентом. - твердо
заявляет Сэм. Ее вовсю колотит нервная дрожь. Девушка сцепляет руки за спиной,
скрывая их дрожь. Она смотрит на Карпентера так, словно он - говорящая болотная
гадюка.
- А тобой мы позже займемся, сестричка, - эсбэшник через плечо окидывает девушку
своим фирменным, "неживым" взглядом.
Сэм стоит, ни жива ни мертва. Упрямо наклонила голову. Кусает губы. Сейчас
грянет взрыв.
Особист кладет на грудь Сергею небольшую коробочку. Нажимает на ней единственную
кнопку. Ложе окутывается сиреневым мерцающим туманом. Полная непроницаемость для
всех видов наблюдения. Зашкаливают показатели диагноста, сбитого с толку вихрем
наводок.
- Сэр! - Сэм срывается на крик, - Вы вредите здоровью пациента! Немедленно
отключите свой прибор!
Тишина. Слабое бормотание из сиреневой дымки. Ее не слышат. Медсестра закусывает
губы. Делает шаг к кушетке Сергея. Останавливается в раздумье. Быстро выходит из
комнаты. У входа в палату дежурит жующий резинку капрал с выражением крайней
подозрительности на выбритой до синевы морде. Смотрит ей вслед. Сэм ощущает, как
его похотливый взгляд ощупывает ее ягодицы. Она стремительно мчится в
ординаторскую.
- Я же говорил, мы еще встретимся, рядовой. - Тем временем сообщает Сергею
лейтенант. Достает из нагрудного кармана сигару. Не спеша срезает ее кончик
крохотной гильотинкой. Закуривает.
Сергей морщится от едкого дыма. Что-то холодное зарождается где-то в районе
желудка, ледяным комом поднимается к груди. Особист не вызывает ничего, кроме
отвращения. Похоже, лейтенант о себе другого мнения. Привык внушать страх. И
ведет себя соответственно. Нагло и свысока. Не тут-то было, парень. Здесь вам не
тут. После Эскудо у Сергея что-то с субординацией. Что-то не совсем то.
- С вашего позволения, я уже сержант, сэр, - неприязненно сообщает он мерзкой
бледной роже.
- Ага? - вяло улыбается особист. Выпускает в лицо Сергею струю дыма. - Это не
важно. У нас и генералы на вопросы отвечают. Если надо. Скажи ... сержант ...
тебе в твоей последней командировке ничего не показалось необычным?
- В моем последнем БОЮ мне все казалось необычным. Когда в тебя палят все, кому
не лень, всему удивляешься. Особенно тому, что остался жив. - отвечает Сергей.
Он намеренно опускает "сэр". Пусть покрутится, скотина.
- А все-таки? - прищуривается лейтенант. Господи, до чего же фальшивая рожа! -
Поведение врага, язык, жесты. Что-то показалось знакомым или необычным?
- Я не оканчивал школу контрразведки. И не обучен по движению бровей определять,
о чем думает собеседник. Вся эта ваша высокая философия, столкновение интересов,
борьба противоположностей и прочие шпионские материи - не мой профиль. Меня
учили стрелять, когда видишь врага, а не интересоваться у него паролями и
явками. Наверное, мне попался какой-то не такой противник. Некультурный. Он тоже
все время пытался меня просто замочить. Спрашивайте, что вас конкретно
интересует, господин лейтенант. Я устал и спать хочу.
- Ты будешь спать, когда я тебе разрешу, ясно? - взвивается особист, срываясь на
крик, - А интересует меня многое. Начну по порядку. Прежде всего, меня
интересует, как это ты умудрился выжить один из батальона. Довольно странно,
правда? Все гибнут, в том числе опытные ветераны, а зеленый новичок выбирается с
царапинами. Так же странно, что твои противники тоже русские, как и ты. Вдвойне
странно, что наводя авиацию, ты угробил кучу мирного населения, а из этого
района вновь начинает действовать противник. Твое, так называемое, ранение тоже
вызывает много вопросов. Ты идешь навстречу тяжелой пехоте и остаешься жив,
тогда как в роте морской пехоты, находящейся в обороне - шестеро убитых и более
десятка раненых. Думаю, дружок, мы с тобой очень о многом можем поговорить. И
спать ты теперь долго не будешь. Очень долго!
Лейтенант пристально смотрит на ошарашенного Сергея. На нем уже другая маска.
Теперь он следователь, которому все известно. Он диктует преступнику перечень
его прегрешений, в общем-то, не ожидая признания. Ему и так все ясно. А хочет
преступник или нет смягчить свою участь - это его личное дело. Он, лейтенант,
лишь может поспособствовать в этом, ежели возникнет такое желание. Он торопится
подсечь попавшую на крючок рыбу. Склоняется над Сергеем. Дышит ему в лицо
вонючим дымом. Хватает его за подбородок. Орет.
- Скажи, а не пытался ли с тобой кто-либо из так называемых "врагов" близко
общаться? Лучше рассказать об этом мне. Я смогу замять это дело. Я понимаю -
встретил земляков. Растерялся. Расслабился. Это бывает! Расскажи мне все! Если
дело выйдет из-под моей опеки, тебя будут ломать, как детскую игрушку! Тебе все
мозги сканером выжгут! Будешь срать под себя, превратишься в слюнявого идиота!
Говори, сволочь! - он резко встряхивает голову Сергея.
Холодный ком из груди расползается по телу. Вливается в кончики пальцев. Морозит
глаза. Лед в голове. Сергей рывком стряхивает пахнущую табаком руку со своего
лица. Резко садится, срывая с тела пучки проводов. Наклоняется к самому лицу
особиста, в упор смотрит в его мутные рыбьи глазки.
- Конечно, я во всем признаюсь. Сейчас я все расскажу. А как же иначе, - голос
сипнет, он с трудом шипит замороженной глоткой, - Я тебе, пидору мерзкому,
сейчас всю правду высру...
Карпентер отшатывается. Роняет сигару. Пытается встать. Сергей висит на нем
мертвой хваткой. Лейтенант дергается, как привязанная за лапы утка-приманка.
Шипит:
- Ты что, сволочь... Да я тебя сгною... Ты что себе позволяешь?! Забыл, с кем
говоришь? Тут тебе не фронт, тут я тебе быстро растолкую... Костями срать
будешь!
- Ты, гнида вонючая, бабушек за забором пугай, понял? - обрывает его Сергей, -
Все "сэры" кого я знал, там, в говнище остались. Они - офицеры. И сдохли, как
офицеры! А ты - просто пидор в погонах! Ты чего эти петлицы нацепил? Ты
настоящий танк-то вблизи видел? Козел! На понт меня берешь? Срал я на тебя,
дешевка! Я уже давно в кредит живу, мне бояться не с руки. Отбоялся уже... Ты
когда-нибудь свой собственный труп со стороны видел? А видел, как живой человек
в брызги дерьма превращается? Знаешь, что чувствуют, когда заживо горят? Мне
доктор давеча сказал - у меня тяжелая контузия. Перманентное состояние аффекта.
Я тебе сейчас шею твою траханную скручу, а мне только промывание кишок назначат!
Чего ты мне шьешь! Слетай, блядина, в Эскудо. Поспрошай там уродов - вдруг они и
вправду чего замыслили? Глядишь, и просрутся мозги-то...
Он стряхивает с себя побледневшего лейтенанта. Отшвыривает в сторону. Хватает
откатившуюся в ноги коробочку. С маху бьет ее о стену. Сиреневое сияние гаснет.
Особист шарит трясущимися пальцами по кобуре. Никак не может ее открыть.
- Что тут происходит? - голос кэпа за спиной заставляет особиста подпрыгнуть от
неожиданности.
Гаррис держит шлем, как дубину. Слегка раскачивает его в опущенной руке. Еще
миг, и он разнесет лошадиный череп Карпентера. За спиной кэпа все тот же
невозмутимый капитан-разведчик. Встревоженное лицо Саманты в дверях.
- Вы, сестра, подождите нас за дверью. Пожалуйста. - вежливо говорит
подполковник.
Сэм кивает, выходит в коридор. Мимо лежащего мордой в пол синещекого капрала.
Над ним нависают два громилы в активированной броне, с винтовками на боевом
взводе, направленными ему в затылок. Капрал давится резинкой, боясь
шевельнуться.
- Лежи спокойно, козел, - из-под бронестекла советует пехотинец. - А то у меня
палец на курке затек, может сорваться.
Капрал в неудобной позе исходит вонючим потом.
- Так я жду ответа, лейтенант, или кто вы там на самом деле? - ледяным тоном
произносит Гаррис.
- Я провожу оперативное мерориятие, сэр, - наконец, выдавливает из себя особист.
- В отношении моего подчиненного? - голос кэпа может заморозить плевок на лету.
- Да, сэр.
- А почему я об этом ничего не знаю? Или в моем полку уже командуют младшие
офицеры из СБ?
- Это предварительное расследование, сэр. Я не обязан ставить вас в известность.
- особист потихоньку приходит в себя, снова превращаясь в высокомерного наглеца.
- Понятно, понятно. Значит, предварительное расследование... А ваша версия,
сержант? - он поворачивается к Сергею.
- Господин лейтенант интересовался, почему я не подох в Эскудо, сэр. - отвечает
Сергей.
- И все?
- Никак нет. Еще он удивлен тем, что я недостаточно близко общался с уродами,
сэр.
- Понятно, понятно. А ты что ответил?
- Я ... я еще не успел, сэр. Тут как раз вы вошли.
- Получается, я вроде как вас выручил, а лейтенант? - ехидно интересуется
подполковник у раздувающего ноздри лейтенанта.
- Господин подполковник, я вынужден... - гневно начинает особист.
- ЗАТКНУТЬСЯ, ЛЕЙТЕНАНТ! - рявкает кэп. Сергей начинает понимать, откуда у
комполка такая странная кличка. Лично он сам уже почти в штаны сделал. Бедная ты
сволочь, лейтенант...
Особист действительно затыкается на полуслове, словно его шарахнули прикладом по
затылку.
- Ты знаешь, что этого сержанта император наградил медалью "За доблесть"? -
гремит кэп, нависая над бледным лейтенантом.
- А ты знаешь, что император наградил его Железным крестом с дубовыми листьями?
- продолжает Гаррис. Лейтенант давится ответом под его яростным взглядом.
- А ты знаешь, сколько он солдат противника уложил? А про то, что вытащил
раненого офицера? Сбил самолет? Размолотил кучу бронетехники? Один, без
прикрытия, контуженный, плацдарм обеспечивал? Ты хочешь сказать, - гремит кэп, -
Что император награждает боевыми наградами трусов, предателей и шпионов?
Возводишь поклеп на боевого ветерана, который кровь за Империю проливал?
Капитан!
- Сэр! - вытягивается разведчик.
- Как это классифицируется?
- Саботаж, сэр! Подрыв боеспособности! Статьи пятнадцать и восемнадцать. В
военное время караются расстрелом.
- Расстрелом... - смакует подполковник сладкое слово. Перекатывает его во рту, -
Расстрелом ...
Особист, наконец, въезжает, что происходит что-то из ряда вон. Сейчас этот
чокнутый его просто пристрелит. При свидетелях. За саботаж. И напишет рапорт. И
умоет руки. Как же так! Сразу слабнут ноги.
- Сэр! - начинает лейтенант, судорожно дергая кадыком.
- Я НЕ ДАВАЛ ТЕБЕ РАЗРЕШЕНИЯ ГОВОРИТЬ!
Сергей во все глаза наблюдает за разворачивающимся спектаклем.
- Капитан!
- Сэр!
- Объясни лейтенанту, что от него требуется.
- Есть, сэр!
Капитан манит трясущегося лейтенанта рукой. Подводит к окну. Что-то показывает
ему на своем электронном планшете. Перелистывает. Пальцем обводит особо мерзкие
сценки. Особист часто сглатывает, нервно вытягивает шею.
- Еще? - интересуется капитан.
Лейтенант отрицательно крутит головой.
- Если это передать в Генштаб, лейтенант, вас даже уборщиком в казарму не
возьмут. Ясно? - спокойно интересуется капитан.
Эсбэшник чувствует себя пойманной за жабры рыбиной под палящим солнцем. Хочется
пить. Он вымученно кивает.
- Хорошо, что мы друг друга поняли. - покровительственно говорит ему начальник
разведки. Препарирует бледную извивающуюся лягушку холодным взглядом. Добавляет,
- А подготовочка-то у тебя, лейтенант, того, хилая. С такой в плен лучше не
попадать.
- Сэр, я закончил, - докладывает он скучающему комполка. Тот кивает.
- В моем полку я командую. Не СБ. Император вверил мне эту часть и я за нее
отвечаю. Больше никаких шпионских игрищ в моем полку. Запомни это. С этого дня,
дружок, ты будешь мне сообщать о всех своих "предварительных расследованиях", -
негромко диктует кэп бледному, как смерть лейтенанту. После небольшой паузы
добавляет, - Иначе за твою драную задницу я и гроша не дам. Свободен.
Бледный особист пулей вылетает из палаты.
- Ну вот, служи спокойно, сержант, - поворачивается Гаррис к сидящему с открытым
ртом Сергею.
- Есть, сэр. Спасибо, сэр...
- Да мелочи, сержант. Ты просто, как это ... катализатор. Знай себе, служи, как
следует. Мобильная пехота своих не бросает.
"Черт, ну никак без штампов. Или это у них заклинание такое?" - думает Сергей,
глядя на удаляющуюся спину кэпа.
- Нет, ну какой мужик! - впархивает в палату возбужденная Сэм. Ее глаза радостно
блестят.
- Саманта, меня, можно сказать, чуть девственности в твое дежурство не лишили, а
тебе лишь бы под кэпа забраться, - устало говорит Сергей.
- Ой, да ладно, Серж. Не ревнуй. Я вот тебя сейчас поцелую, - хихикает Саманта.
- Ага, и по морде сразу дашь... Знаю, проходили. Давай, приклепывай свои
проводки...
Мягкие руки Сэм порхают по его телу. Что-то приклеивают, прилаживают. Гладят,
успокаивают. Снова хочется спать.
- Спи, милый, спи ... - шепчет Саманта.
-38-
Серж, к тебе гости. - миловидная хрупкая Трейси, как всегда, очень серьезна.
- Надеюсь, это снова не СБ? - Сергей откладывает планшетку с дешевым боевиком.
Скука смертная.
- Да нет, - сдержано улыбается Трейси, переводя лежак в вертикальное положение и
помогая Сергею сесть, - Флотский офицер. Молодой. Симпатичный.
- Х-м-м. От тебя, Трейси, я не ожидал. Ладно, Сэм, но ты-то девушка серьезная, -
подначивает Сергей.
- Серьезным девушкам, чтоб ты знал, тоже нравятся мужчины, - улыбается Трейси
уже от дверей.
- Заметано, я вас познакомлю.
- Да ну тебя, трепло, - Трейси открывает двери, пропуская посетителя.
- Ну как ты тут, Заноза? - цветет улыбкой бравый капитан-лейтенант. Синяя с
золотом парадная форма. "Морская звезда" на груди. Ого!
- Стейберг? Ты? - таращит глаза Сергей. - Ой, виноват, господин капитанлейтенант,
сэр! Вас просто не узнать.
Приходит пора удивляться Стейнбергу.
- С каких пор мы с тобой на "вы", а Серж? - интересуется он.
- Ну, не знаю ... - бормочет Сергей, - Там, на фронте - это одно. Тут - совсем
другое. Тем более вы, то есть ты - уже целый кап-лей. Глядя на тебя и не
подумаешь, каким задохликом ты был в Эскудо. В своей оранжевой кишке ты
выглядел, как форменное чмо. Не то, что сейчас. Орел!
- А, узнаю Занозу. Старый ты пофигист! - Стейнберг бросается обниматься. Сергей
неловко отбивается.
- Ты разве не хочешь, чтобы я тебя "сэром" звал? - неуверенно спрашивает Сергей.
- Мэм, у вас тут его что, наркотиками кормят? - Карл с улыбкой обращается к
Трейси, - Он своих не узнает! Неделю меня на себе волок, а тут норовит "сэром"
обозвать.
Трейси цветет улыбкой. Отворачивается к окну, пытаясь скрыть порозовевшие щеки.
- Да, кстати, Карл. Познакомься с одной из моих сестер. Эту милую сержантшу
зовут Трейси. Трейси - это Карл. Мы вместе воевали.
- Польщен, мисс, - коротко кивает флотский.
Трейси кивает в ответ, бросая в сторону Сергея прожигающий стены взгляд.
- Ну как ты тут? - интересуется Сейнберг, усаживаясь на круглый крутящийся
табурет.
- Нормально. Только выть от скуки охота. Скорей бы на солнышко, - отвечает
Сергей. Добавляет шепотом, - И бабу - страсть как хочется... Меня тут чем-то
накачали, я сам не свой...
Трейси у окна немилосердно краснеет. Крохотная палата не в силах заглушить
мужские откровения.
Стейнберг хихикает.
- Ну, тогда все в порядке. Жить будешь. Кормят хорошо?
- Как на убой.
- Крепко зацепило?
- Да как сказать. Ногу прострелили. Ребра переломал. Что-то с легкими. Еще
контузия. В общем, хрен его знает. - нехотя отвечает Сергей.
- Это твои подарки? - спрашивает Карл, кивая на коробочки наград на тумбочке, -
Не слабо. Ты теперь герой, не иначе. Будешь сиять как новогодняя елка.
- На себя посмотри, - отшучивается Сергей. Карл снова свой, как там, в
развалинах. - Звезду-то за транспорт дали?
- Да дьявол их разберет! - с чувством отвечает Стейнберг, - Вроде и за него
тоже. В представлении написано, я не читал. Вот, кап-лея досрочно дали. Скоро
корабль получу, наверное. Я тоже недавно из госпиталя. Еще немного хромаю, но в
целом уже как огурчик.
- Тебе хорошо. А мне тут еще неделю париться, - жалуется Сергей.
- Ну, в такой компании я бы и год тут пролежал, - таким же страшным шепотом
сообщает Стейнберг, глазами показывая на медсестру.
Кажется, у Трейси порозовели даже уши. Она кусает губы, скрывая улыбку.
- У них тут строго. Ни-ни. Теперь ты понимаешь? - громовой шепот отдается от
стен.
Стейнберг сочувствующе кивает.
- Ладно, Серж. Я вообще-то на минутку. У меня тут дела были. - Карл поднимается,
одергивает китель, - Даже не знаю, как тебе сказать. В общем, спасибо, что
вытащил меня. Честно говоря, когда ты меня из бота достал, я уже с жизнью
простился.
- Да ну, пустое. Ты же знаешь, кого благодарить. Вот его, - Сергей гладит
лежащий на белой простыне блок.
- Это ... Триста двадцатый? - негромко интересуется Стейнберг.
Сергей молча кивает.
- Все, что от н
...Закладка в соц.сетях
