Жанр: Научная фантастика
Анклавы 2. Поводыри на распутье
...ном и ассоциацией.
- Это понятно. Но кто? Фадеев не делился подозрениями на этот счет?
- Нет.
- Жаль... - Банум повертел трость. - Насколько я знаю, вы принимали участие в
штурме базы Зузинидзе.
- Слишком громко сказано, - улыбнулась Эмира. - Когда у нас появились основания
предполагать, что Петра находится в руках Зузинидзе, я, по согласованию с Романом,
сформировала боевую группу и направила ее в Восточный Рукав. - Го помолчала. - Не
скрою: мы планировали войти внутрь, но безы нас опередили.
- Вы перехватили Звиада Зузинидзе.
- Нам повезло. Отступая, его конвой вышел прямо на нас. Мы обстреляли колонну и
вывели из строя три джипа. К сожалению, самому Звиаду удалось прорваться.
- Но далеко он не ушел.
- Совершенно верно.
Урзак подался вперед:
- А не могло получиться так, что безы захватили Петру в Восточном Рукаве?
Пожалуйста, капитан Го, подумайте, прежде чем отвечать. Вспомните обстоятельства еще
раз, вспомните, как вели себя безы: жесты, интонации, случайно оброненные слова,
неожиданные переключения на закрытые каналы связи. Вам не показалось, хотя бы на миг,
на мгновение, что перед вами разыграли спектакль?
Эмира покачала головой:
- Я видела их командира. Он был расстроен.
- Это ни о чем не говорит.
- Говорит. Я несколько раз встречалась со Слоновски и слышала много отзывов о нем.
Грег - блестящий оперативник, но у него нулевые актерские способности.
Глава 3
ЛЮДИ НА ЛУНЕ
Счастливчик
"Международный валютный фонд предупреждает, что экономика Народной
республики может не выдержать расходов лунной программы, и столь чудовищное
напряжение способно привести к кризису..."
"Ведущие ученые Принстонского университета выражают сомнения в способности
китайских ученых детально проработать все аспекты столь сложного проекта..."
"ООН призывает КНР и Россию отказаться от самостоятельных исследований Луны и
присоединиться к программе "Аполлон XXI", разработку которой не так давно начали США
и Великобритания..."
"Государственный департамент США советует прислушаться к предупреждениям
Международного валютного фонда..."
"Государственный департамент США доверяет мнению авторитетных ученых из
Принстонского университета..."
"Государственный департамент США огорчен реакцией КНР и России на призыв
ООН..."
"Государственный департамент США выражает недоумение обстановкой секретности
вокруг проекта "Дии Чу-ань". В деле освоения космоса мировая наука должна действовать
слаженно, на благо всего человечества..."
"Президент США заявил, что следует придерживаться демократических принципов
открытости и добрососедства..."
По мере приближения дня старта лунного корабля мировые средства массовой
информации все яростнее атаковали проект "Дии Чуань". Журналистам не нравилось
название проекта - "Первый Корабль". На это им с вежливой издевкой ответили, что для
тайконавтики это будет первая экспедиция на спутник. Журналистам не нравилось, что на
Луне заложат базу. Им объяснили, что заурядная высадка лишена смысла и ради нее Пекин
не потратил бы ни юаня. Журналисты потребовали доказательств, что база не будет военной.
В ответ им просто улыбнулись. Точно так же, как и на вопрос, почему не допустили к
проекту американцев, почему не стали сотрудничать с НАСА? Почему одна крупнейшая
держава отказывается от помощи другой крупнейшей державы ? Почему ? Почему ? Почему
? Представители Народной республики улыбались. Не могли же они сказать, что военная
разведка Поднебесной, выполняя личный приказ Председателя, добыла все материалы по
древнему проекту "Aполлон". Абсолютно все. Проанализировав информацию, китайские
ученые поняли, что начинать надо с нуля. И что без русских не обойтись.
Если бы Народная республика была в состоянии построить лунный корабль
самостоятельно, она бы его построила. Но требовались не только технологии: требовался
опыт, накопленный многочисленными запусками и системной работой в космосе,
требовались идеи от тех, для кого станции на орбите Земли уже вчерашний день, требовалась
смелость решений. А еще требовались производства, и центры подготовки, и врачи, знающие
все о длительном пребывании человека в невесомости, и... Проще было сказать, чего
проекту "Дии Чуань" не требовалось.
Не требовались ему русские пилоты. Но, по соглашению с Санкт-Петербургом, в состав
экспедиции включили гражданина России. И не просто членом экипажа, а одним из тех, кто
первым высадится на Луну. Поднебесники предложили увеличить оплату, раздали
петербургским царедворцам дополнительные взятки - сделали все, чтобы смягчить условия.
Но напрасно: Президент Российской Федерации лично пожелал, чтобы по спутнику Земли
прогулялся соотечественник. И его желание разделяли многие чиновники, чьи детишки
мечтали войти в историю. Поднебесники платили взятки, выслушивали в ответ длинные
речи о русском патриотизме и в конце концов сломались. Правда, оставили за собой право
отобрать счастливчика самостоятельно. Президентское окружение согласилось, решив, что
дожать китайцев не составит труда.
Не дожали.
С первым набором получился скандал. Поднебесники забраковали всех кандидатов,
презрительно обозвав группу "отрядом имени Батурина"(Юрий Батурин, член правительства
РФ. В середине девяностых годов XX века он посетил околоземное пространство с
неизвестной целью). Квалификация отправившихся за славой детишек не выдерживала
никакой критики, а трое из них, ко всему прочему, оказались кончеными наркоманами. Весть
дошла до Президента, и тот, впав в бешенство, приказал подобрать претендентов на полет из
числа лучших летчиков и космонавтов РФ. Разумеется, и на сей раз простых смертных в
группе не оказалось, за каждым кандидатом стояли влиятельные родственники или друзья,
но, по крайней мере, все претенденты были профессионалами, все имели опыт полетов, а
более половины из них являлись настоящими, побывавшими на орбите космонавтами.
Майор Безуглов попал в отряд благодаря протекции отцовского друга - заместителя
командующего ВВС, старого бездетного генерала. Как показал опыт первого набора,
большего содействия не требовалось - китайцы четко дали понять, что сделают выбор сами,
и Безуглов постарался использовать шанс на все сто. Он поставил себе цель: стать лучшим, и
достиг ее. Состояние здоровья майора было блестящим. Его психологическая устойчивость
вызывала уважение у видавших виды медиков. В профессиональных навыках он на голову
опережал остальных курсантов, полунаг только лучшие отметки, и в результате полковник
Чи ввел майора Безуглова в состав основного экипажа. Но ведь было еще два запасных, в
каждом по три китайца и одному русскому, - гарантированно летел на Луну только Фань.
Почему?
Ответ на этот вопрос никто не знал.
Впрочем, Безуглову было безразлично. Майор собирался попасть на спутник и,
получив столь щедрый аванс, не расслабился, а продолжил работать с удвоенным рвением.
Как оказалось, именно это от него и требовалось.
Спускаемый модуль "Дни Чуань" нес двух человек. Обязанности между ними четко
делились служебной инструкцией, но каждый из тайконавтов должен был уметь
подстраховать партнера. К большому удивлению Безуглова, полковник Чи оказался
человеком, мягко говоря, далеким от техники. По некоторым обмолвкам русский понял, что
китаец не умеет управлять даже самолетом, не говоря уж о космических челноках. Вообще
командир экипажа имел довольно смутное представление о путешествиях на орбиту и, что
самое интересное, не выражал никакого желания учиться. Фань получалминимум
необходимых занятий, но когда Безуглов спросил Усатого, что будет, если с полковником Чи
произойдет какая-нибудь неприятность, тот посопел, огляделся и шепотом ответил, что в
этом случае старт перенесут. Не "скорее всего перенесут", а просто: старт перенесут. Точка.
Фань Чи летел на Луну, что бы ни случилось, а Безуглову внятно объяснили, что посадку ему
придется совершать самостоятельно.
"Справишься?"
Этот вопрос можно было не задавать.
Самостоятельно - значит, самостоятельно. Безуглов изматывал себя на тренажерах,
занимался, словно одержимый, доводя до автоматизма каждое действие, каждый жест,
каждое движение.
Он хотел попасть на Луну.
И был твердо уверен, что сумеет исполнить свое желание. Пусть ему придется работать
за двоих. Пусть за троих. Пусть за весь экипаж. Ему плевать. Он справится.
Он лучше компьютера.
Он лучше всех.
Только он может доставить на Луну такого тайконавта, как Фань Чи.
Русский из второго экипажа умудрился сломать ногу. Его сразу же заменили, но
программа подготовки команды нарушилась, второй экипаж стал третьим. А третий,
ставший вторым, с самого начала никто не рассматривал как полноценную группу.
Разумеется, ребят гоняли не меньше других, но они сами не верили, что полетят, и блеска в
глазах тайко-навтов не наблюдалось, а когда нет блеска, на выдающиеся результаты
рассчитывать не приходится. Третьи стали вторыми, но результаты продолжали показывать
средние.
И вероятность того, что на Луну отправится первый экипаж:, стала почти
стопроцентной.
Но Безуглов не снижал требований к себе. Продолжал работать как вол, продолжал
доказывать всем, что он - лучший.
Тем временем на орбите заканчивался монтаж "Дии Чу-ань". Амбициозный проект,
непосредственная реализация которого потребовала пяти лет напряженного труда, вступал в
заключительную стадию. Только для того, чтобы доставить в космос все компоненты
корабля, потребовалось двенадцать запусков. А ведь еще летели люди - инженеры,
собиравшие и тестировавшие изделие. Летели автоматические корабли с оборудованием для
"Дии Чуанъ" и грузами обеспечения. Вокруг станции "Мир-2", ставшей базой монтажных
работ, появлялись маневренные спутники связи, один из которых спас "Дии Чуанъ" от
столкновения с "потерявшим управление" аппаратом НАСА. Свободная пресса попыталась
поднять шум, уверяя, что летящий на лунный корабль спутник был сбит ракетой и Народная
республика, таким образом, нарушила Договор о мирном космосе. Но кадры встречи на
орбите транслировались в прямом эфире, и все видели, как китайский спутник врезается в
аппарат НАСА, заставив его изменить траекторию. США принесли официальные извинения
и пообещали, что впредь постараются лучше контролировать свои спутники. Ноднебесники
извинениями удовлетворились, но, судя по всему, увидели в объяснениях некий скрытый
смысл, потому что взамен погибшего аппарата запустили на орбиту три новых.
"Дии Чуань" продолжал строиться.
А Безуглов продолжал тренироваться и, хотя ему никто не говорил этого прямо, понял,
что является основным претендентом на полет: полковник проводил с ним все больше и
больше времени. Сначала их совместные занятия длились по часу в день, затем - по два, в
последнее время - по четыре. Соответственно на то, чтобы тренироваться с другими
экипажами, у Фаня не оставалось времени. Нет времени - нет шансов.
- Ты должен перестать нервничать, - сказал Чи за две недели до запуска. - Самое
трудное позади. Ты доказал, что лучший, я полечу с тобой. Успокойся и перестань рвать
жилы: мне нужен нормальный пилот, а не перегоревший.
- Вы говорите искренне? - помолчав, спросил Безуглов.
- Проверки закончены, майор. Через четырнадцать суток мы отправимся на Луну.
Отдохни и расслабься. Свыкнись с мыслью, что кресло справа от меня принадлежит тебе. -
Китаец улыбнулся: - Поздравляю!
- Для меня это большой день, - тихо произнес Безуглов.
- В твоей жизни будет не просто большой день - великий. День высадки на Луну.
И в тот же вечер к Безуглову пришел Усатый. Коротко поздоровался, развалился в
кресле, ослабил галстук, расстегнул верхнюю пуговицу форменной рубашки, почти минуту
угрюмо смотрел на майора, а затем хрипло произнес:
- Ты убил трех человек. Безуглов промолчал
- Я их готовил, - продолжил Усатый. - Я их знал. Я знал их семьи, у двоих были дети.
От Усатого пахло спиртным, но Безуглов понял, что руководитель программы
подготовки не пьян. Чуть выпил
- Тебя ненавидят, Безуглов.
- Я знаю.
- Тебя ВСЕ здесь ненавидят.
- Это мне известно. Усатый покачал головой:
- И ты спокоен?
- Пойти застрелиться ?
Вопрос вызвал неподдельный интерес:
- А пойдешь? Если я попрошу - пойдешь? Майор натянуто улыбнулся:
- Товарищ полковник, все, что вы сказали, не является для меня новостью. Меня
ненавидят даже те шестнадцать парней, чьи шкуры я спас. Когда-то меня это сильно
задевало. Сейчас - все равно.
- Я не хотел тебя обижать, Безуглов. - Усатый неожиданно сменил тон. - Хотел
показать, как тяжело мне было прийти. Но никто, кроме меня, не придет. Никто не скажет...
- Полковник потер лоб. - На это они и рассчитывают...
- Кто они ?
- Твои друзья-китайцы. - И торопливо, словно боясь передумать: - Короче, Безуглов,
ты должен знать, что Чи проходит дополнительные тренировки по управлению посадочным
модулем.
- Рад это слышать.
- Порадуешься потом, а пока слушай: китаеза изучает старт с Луны, движение по
орбите и стыковку с базовым кораблем, понял?
- Это разумно, - спокойно ответил Безуглов. - На Луне со мной может случиться все,
что угодно. Полковник Чи обязан уметь управлять модулем.
- А мы все думаем, что поднебесники тебя там оставят, - бросил Усатый. - Они ни за
что не поделятся славой с русскими. Заявят, что высадка на Луну величайшее достижение
тайконавтики, и точка. А был ли пятый?Был. Погиб, к сожалению. Вечная ему память. А как
звали, никто и не вспомнит.
Похоже на правду? Все знали, что если бы китайцы могли сами построить лунный
корабль, они бы его построили.
Безуглов опустил глаза.
Усатый выбрался из кресла, чуть покачиваясь, дошел до двери, но остановился.
Обернулся.
- Косоглазые молодцы. Они понимают, как сильно тебя ненавидят, понимают, что
горевать никто не станет.
- Вы тоже не станете?
- Не стану.
- Тогда почему пришли ?
- Ну... - Усатый поджал губы. - Ты сволочь, майор, но ты все-таки наша сволочь. И
должен знать.
-Спасибо, - успел сказать Безуглов до того, как закрылась дверь.
Не всякий мотылек торопится к горящей свече
анклав: Москва
территория: Болото
центр эстетических наслаждении "Мозаика"
Разговор с Эмирой Го окончательно убедил Урзака в том, что Петра в Москве и
капитан Го знает, где она. Ключевые предположения обрели реальное подтверждение, Банум
слишком хорошо разбирался в людях, чтобы ошибиться. Теперь следовало подумать, у кого
находится девчонка. Именно так: у кого. Кто заботится о ней, кто прикрывает? СБА?
Маловероятно. Фадеев ненавидел Мертвого и никогда бы не подписал бумаги, окажись
Петра в руках Кауфмана. Торг, как понял Урзак, шел простой: относительная свобода
девушки против корпорации. Значит, не СБА.
Кто?
Досье Фадеева Банум изучил самым тщательным образом, проштудировал вдоль и
поперек и мог поклясться, что в Москве у Романа не было надежных людей. С друзьями у
Фадеева вообще не складывалось: кто-то предал его, кого-то предал он, кто-то умер, кто-то
отошел от дел и не смог бы взяться за столь ответственное предприятие. Если верить
информации СБА, в Москве Романа ждали только враги. И надо же - нашлись добрые люди.
Китайцы? Моратти рассказал, что Фадеев плотно сотрудничал с поднебесниками.
Однако, по словам Ляо, особой теплоты в их взаимоотношениях не наблюдалось. Деловое
партнерство, не более.
Мутабор? Храм достаточно силен, чтобы плевать на мнение СБА и любой корпорации.
Укрыв Петру за его стенами, Фадеев гарантировал бы девушке безопасность. Но Моратти
располагал убедительными доказательствами того, что Роман поссорился с храмовниками. А
они люди упертые, их быстро не разжалобишь. В качестве примера Моратти поведал Урзаку
историю Генри Кисселя, президента "IQ Electronic", который тоже поругался с Милостивым
Владыкой Грядущего, а потом два года унижался, умоляя спасти от смерти старшего сына -
пацаненок подхватил на тихоокеанских островах мутированный штамм проказы Рейгана.
Храмовники Кисселя-младшего вылечили, но левой руки тот лишился - плата за папашину
неосмотрительность. А Фадеев был гордецом: узнав в свое время, что Владыка им
недоволен, только посмеялся.
Нет, Мутабор отпадает.
Тогда кто?
Кто?
Проще всего получить ответ от Эмиры, тем более что связи Моратти в русском
правительстве позволят Урзаку сильно надавить на капитана Го. Но Банум поостерегся
выкладывать на стол козыри. Против Эмиры ничего, кроме подозрений, и если у нее хватит
выдержки, атака захлебнется. Сначала надо раздобыть хоть какие-то улики, найти ниточку,
связывающую Го с Фадеевым.
И такой ниточкой станут деньги.
Чернобурка должна приглядывать за Петрой три года. Случиться за это время может
всякое. Мертвый непредсказуем, так что Роман наверняка оставил Эмире достаточно
средств, чтобы в случае необходимости обеспечить девчонке сносное существование. Пять
миллионов? Десять? Не важно. Главное - сумма приличная. И тратить эти деньги капитан Го
может так, как пожелает. Контроля за ней нет.
Тратит?
Тратит. Банум слишком хорошо знал людей. Тратит.
Осталось выяснить, на что.
Человек, неожиданно ставший обладателем большого состояния, постарается
исполнить свои давние мечты и желания. После того, как отпразднует свалившееся на него
счастье, разумеется. Как ни странно, список этих самых желаний не столь уж велик и, к
большому сожалению новоявленных миллионеров, стандартен. Как правило, люди мечтают
о длительном и приятном отдыхе, а потому в большинстве случаев беззаботная жизнь
начинается с полугодового круиза по лучшим курортам мира. На втором месте стоит
приобретение вызывающе роскошного жилья, на третьем - вызывающе роскошной машины,
далее следуют украшения (желательно - вызывающе роскошные), одежда, полет в космос,
пластическая операция, покупка коллекционных марок, картин, вин и открытие
благотворительного фонда имени себя, любимого. Являются ли все эти желания
действительно давними, сказать сложно. Скоробогатеи уверяют, что являются, однако
подмечено, что те из них, кто в детстве страстно мечтал стать пожарным
(летчиком-испытателем, ученым или капитаном дальнего плавания), эту свою прихоть
исполнять не спешат. В каком бы возрасте они ни стали обладателями миллионов.
Эмира Го в стандартный ряд скоробогатеев не вписывалась. Тратить деньги Фадеева
открыто она не могла, но и смотреть на кучу наличных - выше человеческих сил. Значит,
тратила. А что в первую очередь интересует солдата? Правильно - развлечения, ибо военная
жизнь предельно формализована Уставом и всевозможными инструкциями. К тому же
Эмира сполна понюхала пороху, прекрасно понимала, как легко можно перейти из состояния
"в строю" в состояние "выбыл в результате боевых действий", и наверняка старалась взять
от жизни как можно больше. Чтобы умирать было не обидно.
А самые незабываемые услуги, которыми даже в аду не стыдно похвастать, оказывали в
"Мозаике"...
"Красные Ворота - один из самых знаменитых районов Старой Москвы, той, о которой
все давно забыли. Грузить историческими справками мы вас не будем, скажем просто:
Красные Ворота сейчас - это "Мозаика". Слышали? Конечно, слышали. А для глухих
идиотов поясним, что это старинный небоскреб на Садовом, тот самый, рядом с которым
даже второй уровень мостовых не строят, чтобы не загораживать. Прикольные раньше
небоскребы были, да? Скребли только до небесной коленки. В общем, торчит домик на
площади, подобно символическому фаллосу, что полностью соответствует..."
"Дыры и заборы. Книга для тех, кто хочет прожить в Москве больше одного дня".
- Мартин, скажи, Мария-Ли еще танцует?
- Только по пятницам, Хосе. Она ведь звезда.
- Слышали, девочки? В пятницу нас ждет потрясающее шоу! Мартин, надо заказать
столик поближе к эстраде.
- Сделаю.
- А сегодня вкусим других радостей!
- Пообедаем?
- И это тоже!
Неплохой ресторан, расположенный на двух нижних этажах небоскреба, служил
первой ступенькой на лестнице развлечений. Любители классического подхода могли
отыскать здесь спутника любого пола и начать вечер с совместного ужина. Колеблющиеся
находили понимающегои осведомленного собеседника в лице менеджера, готового во всех
подробностях рассказать, какие секреты скрывают многочисленные помещения "Мозаики".
В конце концов, в ресторане можно было просто покушать под ненавязчивую музыку
струнного квартета.
- А здесь подают омаров?
- Здесь подают все!
Двери распахнулись, и обнимающий женщин Родригес шагнул внутрь.
Когда Урзак появился в холле "Мозаики", на нем была полумаска с нанопокрытием -
обычная мера предосторожности тех, кто не желает показывать лицо. Персонал Центра свято
чтил принципы конфиденциальности, но оставались еще и обычные посетители, среди
которых могли затесаться знакомые или репортеры новостных служб.
Встречающие гостей менеджеры прошли великолепную подготовку, чутко улавливали,
кто к ним пришел, для чего, и выбирали наиболее подходящее случаю приветствие.
Особенно внимательно они работали с теми, кто оказался в "Мозаике" впервые.
- Выдалась свободная минутка?
Урзак почувствовал, что вопрос попал в точку. Он не вызвал отторжения или
неловкости. Да и менеджер к нему подошел правильный. В холле дежурили четверо:
блондин в неплохом синем костюме, смуглая красавица в платье с глубоким вырезом,
тоненькая китаянка и ярко наряженный трансвестит. Подошел блондин, тип: "приятель по
клубу". Как они поняли, что любого другого Урзак бы отверг? Психологи.
- Я здесь впервые.
- Уверяю, вы не останетесь разочарованы.
- Надеюсь.
- Прошу в кресла, господин...
- Банум.
- Прошу в кресла, господин Банум. Курительная комната или зеленая гостиная?
- Зеленая гостиная.
- Тогда направо. Позволю заметить, что урожай бордо в этом году удался.
И опять в точку: красное сухое - любимое вино Урзака. "Неужели меня так легко
прочитать?"
- Если у вас настоящее бордо...
- Только настоящее, господин Банум, только настоящее.
- Ну что, дорогая, нас не обманули? Язычок у этого парня кошачий? - спросил Хосе. -
Шершавый?
- Хочешь попробовать, дорогой? - с хорошо сыгранной беззаботностью
поинтересовалась женщина.
- Рекомендуешь?
Обнаженная Лика полулежала на широкой кровати, облокотившись на несколько
мягких подушек. Свет приглушенный, слегка красноватый, ало-черные тени мягко
обволакивали зрелое женское тело: тяжелые груди с крупными коричневыми сосками,
тонкие руки, стройные, крепкие бедра... между которыми замерла мужская фигура. Хосе
видны только спина и ягодицы того, кто доставляет удовольствие его жене.
- Тебе нравится?
- Заткнись!
В глазах Лики вспыхнуло злое пламя. Она рассвирепела из-за того, что муж вошел
именно сейчас, когда на лбу капельки пота, губы подрагивают, а пальцы стискивают
шелковую наволочку. Она рассвирепела, но не смогла остановиться. И от этого рассвирепела
еще больше.
- Если ты недовольна, потребуй деньги назад!
Хосе расхохотался. Настолько весело, что чуть не потерял прикрывающее чресла
полотенце. Соседнее помещение, которое они с Никой оставили для себя, называлось
Водяной комнатой, и все время, что Лика была одна, оттуда доносились журчание воды и
веселый смех.
- Ублюдок, - прошептала женщина, и длинные ногти правой руки впились в плечо
лежащего на ее бедрах мужчины.
Хосе улыбнулся.
Мужчина поднял голову и посмотрел наЛику. Его лицо - маска, над которой
потрудились изощренные конструкторы. Большие зеленые глаза с вертикальными зрачками,
характерная форма носа и скул - когда мужчина улыбается, он становится похож на кота.
Некоторым нравится, у некоторых вызывает отвращение. Но все, кто его покупает, в первую
очередь ценят мужчину за язык.
"Разве тебе плохо со мной?" - безмолвно спросили зеленые глаза.
Лика без сил откинулась на подушки.
Ей хорошо.
"Продолжай!"
- Да, такого в Союзе не увидишь.
Хосе вернулся в Водяную комнату, спрятался за брызгами веселого смеха, но дверь
оставил открытой. Наблюдает? Вряд ли, вскоре сквозь шум воды послышались громкие
вздохи. Лика застонала, выгнулась на простынях и даже закричала. Мужчина в ее ногах
урчал совсем по-кошачьи - ему сделали операцию на голосовых связках и объяснили, когда
и какие звуки следует издавать. Профессионал.
Когда в спальне стало тихо, в царстве воды продолжилась веселая возня.
Лика устало отпихнула кота ногой, тот мягко сполз на пол и устроился на ковре.
Женщина взяла с тумбочки бокал с дзен-коктейлем, сделала глоток. Прядь волос упала на
лицо, но Лика не стала их поправлять. Некоторое время ее расфокусированный взгляд
блуждал по комнате, а затем наткнулся на большое зеркало. Лика вскинула подбородок и
усмехнулась:
- Нравится?
Сидящий в комнате наблюдения Кошелев вздрогнул. Он не хотел идти сюда, не хотел
наблюдать за играми подопечных, но Хосе настоял. Теперь Мартин понял, для чего.
- Нравится?
Лика погладила левую грудь, чуть сдавила сосок, скривилась. Не от боли скривилась.
- Тебе нравится, русское отродье. Я знаю. Я видела твой взгляд.
Кошелев медленно достал из кармана платок и вытер пот. Он почувствовал, что его
тоже унизили. Но все равно не отрывал взгляд от тела женщины. Лика была хороша, и
Мартин с трудом сдерживался.
- Ты меня хочешь, а он - нет. Но и разводиться со мной ему нельзя, иначе он останется
нищим. Чертовы законы!
В Водяной комнате на самой высокой ноте умер стон молоденькой Ники. Лика
подозвала мужчину:
- Иди ко мне, котик.
И вновь откинулась на подушки.
Кот заурчал.
Из глаз Лики потекли слезы.
Мартин отвернулся от зеркала и достал сигареты.
- Превосходный выбор, господин Банум. Хочу отметить, что у вас великолепный вкус.
- Я много слышал об этом шоу.
- Ни один рассказ не способен передать красоту "Безмолвной страсти".
- У меня будет шанс убедиться в этом лично. Менеджер улыбнулся и наполнил бокал
гостя красным вином. Это была уже вторая бутылка бордо, однако взгляд Банума оставался
ясным. Он сбросил пиджак, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, расположился в мягком
кресле и, лениво потягивая вино, не сводил глаз со стены напротив. В ее середине, от пола до
потолка, находился наполовину выступающий в комнату цилиндр, диаметром, на глаз, метра
четыре. Цилиндр абсолютно черен, и
...Закладка в соц.сетях
