Жанр: Научная фантастика
Последний танцор
...сле на колесиках с
подлокотниками и подголовником. Роберт Дазай Йо, расположившись в таком же кресле,
поставил ему капельницу, наложил на ногу жгут и принялся бинтовать культю. Дэнис стояла
рядом, глядя на бледные черты потерявшего сознание друга и не замечая давящей на ее плечи
почти трехкратной перегрузки.
Высокий человек с огромными ручищами, который поймал их и втянул в шлюз, после
того как они чуть не промахнулись, лежал в амортизационном кресле рядом с Джимми. У
Дэнис накопилось столько вопросов, что она не стала выбирать, а задала всего один:
- Он выкарабкается? Роберт не смотрел на нее:
- Почти наверняка. У нас в кресло встроено поле замедления, включим его, как только
состояние Джимми стабилизируется.
Дэнис очень осторожно подобралась к амортизационному креслу через проход от
Джимми. Она слышала немало ужасных баек из фольклора Дальнепроходцев и знала, что при
таком уровне гравитации даже споткнувшись можно погибнуть. Она опустилась в кресло,
двигаясь бесконечно медленно, и только потом снова заговорила:
- Куда мы направляемся?
Незнакомец откликнулся с отчетливым ирландским акцентом:
- Сначала "На полпути", где поменяем ракету. Миротворцы будут там через час после
нашей посадки, а глава службы безопасности, которого зовут Нейл Корона, еще раньше. Нам
следует смываться побыстрее.
- Куда?
- С вами хочет встретиться один тип по имени Чандлер. Он для этого срочно вылетел
с Марса.
- Я о нем слышала.
Черные глаза спокойно смотрели на нее.
- Кто вы?
- Можете звать меня Уильям. А вообще-то мое имя Дван, я Защитник из клана
Джи'Тбад. К вашим услугам, мадемуазель. Дэнис сама не знала, откуда взялась такая
уверенность:
- Вы ведь один из соплеменников Седона, верно?
- Так оно и есть, - просто ответил он.
- Готово, - произнес Роберт, закончив обрабатывать раны Джимми.
Продолговатый купол поля замедления на мгновение блеснул серебром, а потом
окружил распростертое тело Рамиреса. Дэнис на миг поймала собственное искаженное
отражение. Кресло Роберта отъехало назад и трансформировалось в такой же ложемент, как
те, на которых покоились Дэнис и Дван.
- Мы должны намного обогнать преследователей, - сказал Дван, - если надеемся
остаться на свободе. У нас будет восьмикратная сила тяготения до конца путешествия.
Не глядя на Дэнис, Роберт Дазай Йо буркнул:
- Я рад снова видеть тебя, девочка.
- Я тоже...
Толчок ускорения оборвал ее последующие слова, а потом словно огромный кулак
обрушился на ее лицо.
10
Они сидели вдвоем при слабом освещении в спортивном зале, который вращался вокруг
орбитальной резиденции Фрэнсиса Ксавьера Чандлера. Дэнис раньше никогда не
задумывалась, что такое быть самым богатым человеком в Системе, но космический дом
Чандлера продемонстрировал ей это в полной мере.
Он превосходил размерами некоторые города Гильдии.
Основное жилище представляло собой огромный, медленно вращающийся цилиндр с
тремя уровнями распределения гравитации. Около восьмисот отсеков включали столовые,
жилые комнаты, офисы, медицинские учреждения, театр и солидную гостиную. В центре
дома находился бассейн с водопадом и теннисный корт с земной силой тяготения.
Спортзал, когда им не пользовались, висел на восьми длинных монокристаллических
канатах. Заниматься в нем можно было, только обладая безоговорочной верой в технический
прогресс, что поначалу требовало от Дэнис больших усилий. Обычно зал был прикреплен к
дому, если же требовалось подготовить его для упражнений, то зал и противовес
освобождались от креплений и отводились от комплекса короткими импульсами двигателей
ориентации, до тех пор пока не повисали напротив жилого цилиндра под углом девяносто
градусов. Монокристаллические канаты натягивались, включался основной двигатель, и
спортзал с противовесом начинал вращаться вокруг общего центра - быстрее, быстрее еще
быстрее, пока не достигал земного значения ускорения свободного падения.
Труба диаметром больше двух метров, соединяющая зал с резиденцией, оставалась
заблокированной до тех пор, пока зал не стабилизируется и сенсоры не покажут одинаковый
уровень натяжения каждого из восьми канатов. Весь процесс занимал около часа.
Основной принцип вовсе не казался Дэнис непонятным, пугали только масштабы его
приложения. Зал был такого же размера, как весь дом Роберта на Земле, Дэнис не раз
представляла себе, как лопаются от невыносимого напряжения канаты и зал улетает в космос.
Окон там не было, и, если бы не очень легкий эффект Кориолиса, Дэнис вполне могла бы
вообразить, что сидит с Робертом где-нибудь на Земле.
Сила тяготения была идеальной.
Они приняли позу лотоса на девственно-белом мате, которым, похоже, не слишком
часто пользовались. Как обычно, Дэнис ничего не могла прочесть на бесстрастном лице
Роберта. Он хранил молчание, пока она описывала Лос-Анджелес и рассказывала о том, что
там произошло.
- Думаю, Седон умер вскоре после того, как мы ушли.
- Фрэнк, то есть Чандлер, проинформировал меня, что миротворцы прибыли в здание
спустя восемь минут после того, как мы все улетели оттуда. - Роберт покачал головой. - И
они обнаружили только трупы. Ободи - извини, Седона - там не оказалось, как и тех
четверых, кого ты оставила без сознания.
- Ты называешь Чандлера по имени? - удивилась девушка.
- Я тридцать лет преподавал на окраине Капитолия. И обучил всех телохранителей,
нанимаемых Чандлером за последние пятнадцать лет. Я знаком с Кристиной Мирабо, с
Мохаммедом Венсом, с Генеральным секретарем, с большинством Советников Объединения,
и если бы мне вдруг вздумалось поговорить с самим Генсеком, я смог бы устроить это за
какой-нибудь час.
- Значит, благодаря тому, что тренировал его охранников, ты смог воспользоваться
одним из его шатлов?
Роберт пожал плечами. - вопрос был настолько элементарным, что не требовал
разъяснения.
- А этот Дван, кто он? Откуда ты его знаешь? Роберт покачал головой:
- Я его вообще не знаю. Вчера со мной связался твой друг, ИР по имени Ральф.
Сообщил, что ты в опасности, а он только-только узнал о твоем визите в штаб-квартиру
подпольщиков в Лос-Анджелесе, и он сомневается, что тебе удастся выбраться оттуда живой.
Он знал, что я тренировал людей Чандлера, он вообще опасно много обо мне знал...
- У ИРов масса свободного времени.
Смешливые морщинки вокруг глаз Роберта сделались глубже.
- Похоже на то. Твой приятель Ральф - первый, с кем я познакомился. Во всякомслучае,
по его предложению я обратился к Фрэнку, узнал, что он отправился по делам на
Марс, и договорился с главой его администрации - женщиной, которую я тренировал, - об
аренде шатла. Это был самый быстрый способ добраться до Лос-Анджелеса, который мы
только могли придумать. Дван уже находился на борту, когда ракета прибыла в космопорт
Объединения. Я так понимаю, он последние несколько месяцев работает на Чандлера. -
Лицо Роберта сделалось задумчивым. Учитывая его обычную невыразительность, Дэнис
решила, что он очень обеспокоен. - Мы мало разговаривали, и хотя он не Ночной Лик, он
говорил на шиата. Я едва понимал его. Мой словарь насчитывает шесть тысяч слов,
относящихся в основном к терминам боевого искусства и духовности. Пытаясь говорить со
мной, он использовал слова и понятия, которых я не слышал прежде, и произносил их совсем
не так, как я, - примерно как римский легионер эпохи Цезаря пытался бы говорить с
современным ученым, изъясняющимся на церковной латыни. Несколько раз он исправлял
мое произношение и неверный выбор слов. Не слишком вежливо, кстати. Я ему определенно
неприятен, сам не знаю почему. Закончили мы тем, что перешли на английский. Думаю, он
заговорил со мной на шиата ради эксперимента, чтобы проверить, возможно ли это. -
Роберт снова пожал плечами. - Вот почти и все. Мы уже вышли из верхних слоев
атмосферы, когда с нами снова связался Ральф и сообщил, что ты на встрече в "Бэнк оф
Америка". Мы сменили курс и обнаружили тебя на крыше здания. Это было предложение
Двана, чтобы ты спрыгнула. С "На полпути", где мы поменяли корабль, он отправился назад
на Землю. - Роберт не сводил глаз с Дэнис. - Когда ты помогала грузить контейнер с
Джимми Рамиресом в капсуле замедления, Дван сказал мне, что возвращается в ЛосАнджелес,
чтобы убить "танцора".
- Он назвал Седона Танцором?
- Да. Любопытный термин.
- Сомневаюсь, что у него появится возможность убить Седона. У того были
поджарены внутренности, Роберт, - медленно проговорила Дэнис.
Роберта передернуло.
- Не спеши с выводами. Если его доставили к роботу-хирургу в течение четырех-пяти
минут, он вполне может выжить. Ты бы смогла с таким же ранением, да я и сам бы смог. Ты
должна была убедиться наверняка.
- Я не очень четко соображала. Мне казалось... мне было неинтересно... убивать когото
с такими тяжелыми ранениями. Как будто это было... - Дэнис помолчала, подыскивая
подходящее слово, - ...неправильно? Нет, не то. Неподобающе подходит больше... - Она
осеклась, долго смотрела на Роберта, потом торопливо сказала: - Это было бы не
искусством.
- Любопытная реакция. Скольких ты убила вчера? Девушка задумалась:
- Два... шесть... Где-то от двенадцати до пятнадцати. Только первые восемь
находились достаточно близко, чтобы я видела, как они умирают. Троих я прикончила без
применения оружия.
- И что ты при этом чувствовала? Дэнис честно ответила:
- Убийство голыми руками ощущается совсем по-другому. Кроме этого, я не
собираюсь тебе ничего говорить. Во всяком случае, не сейчас, а может быть, и никогда. Тут
нечем гордиться. - Роберт слегка наклонил голову, внимая ее словам, и Дэнис продолжала:
- Ты слышал историю Седона? Я имею в виду ту версию, что он рассказывает своим людям
о ссылке на Землю.
Роберт кивнул:
- Это было основной темой моего разговора с Дваном на борту шатла. Из того, что я
понял, Дван разделяет его заблуждение, если только это заблуждение. Дван говорил
невероятно убедительно; по меньшей мере он знает детали, касающиеся истории моего
учения, что я посчитал бы невозможным для того, кто не является шивата. - Последовало
долгое молчание. Роберт сидел, положив руки на колени и закрыв глаза. Наконец, не
открывая глаз, он тихо попросил: - Опиши мне Седона.
- Чем-то, - начала Дэнис, - он напомнил мне тебя. - Она опустила веки,
вспоминая сцену встречи и удерживая картину перед собой. - Рост примерно сто девяносто
пять сантиметров. Великолепная форма, как у лучших профессиональных Танцоров. Как у
тебя. Глаза... кажется, голубые. Свет был не очень хороший, краска против оранжевого
закатного солнца, потом луч лазера. Лицо без возраста. Не молодое, но... не могу сказать,
сколько лет. Выглядит не старше сорока, и я уверена, что он никогда не делал операцию по
омоложению. Может, биоскульптуру. Римский нос, тонкие губы, никакой растительности на
лице. Длинные светлые волосы, собранные в хвост. - Она помолчала, - Многие
профессионалы - Танцоры, я имею в виду, - собирают длинные волосы, чтобы они не
лезли в глаза. А двигается он... - Она проиграла в уме всю сцену, наблюдая мысленным
взором за его безупречной легкой осанкой. - Если бы мне удалось увидеть, как он двигается
по-настоящему... Он не спешил, но мог бы двигаться быстро. Возможно, также быстро, как я.
- Она внезапно улыбнулась. - Но не со скоростью света.
- Может он быть Танцором?
Дэнис открыла глаза и увидела, что Роберт смотрит на нее и ждет ответа.
- Профессиональным, ты хочешь сказать? Навряд ли, не с таким лицом. Я бы его знала
или хотя бы слышала о нем.
- Не могу припомнить никого из знакомых среди борцов, - сказал Роберт, - кто
подходил бы под твое описание. Это, конечно, ерунда, раз биоскульптура обходится так
дешево. - Он остановился, потом очень тихо добавил: - Меня это беспокоит. Его вопросы
тебе - вопросы о тебе.
Она тотчас рефлекторно испугалась:
- Что ты имеешь в виду?
- Твои дела - это твои дела, Дэнис. Так было до тех пор, пока мне не пришлось
принимать скоропалительные решения, основываясь на недостаточной информации, и
подвергать себя опасности, всю глубину которой я не понимаю. Равно как не представляю,
какие могут быть последствия. Для избравшего "путь в ночи" существует аксиома:
совершать только необходимые действия и ошибки, и я не уверен, что предпринятое мною
было необходимостью.
Дэнис тихо ответила:
- Если бы ты не послушался Ральфа, я могла бы погибнуть там, на крыше.
Роберт посмотрел на нее и попытался выразить суть учения, всю суровость которого
большинство людей не в состоянии принять.
- Может, так было бы лучше. Но я знаю и люблю тебя уже восемь лет - и не смог бы
смириться с такой потерей. - Он с минуту молчал, раздумывая. - Восемь лет; по
некоторым меркам это очень много. Во всяком случае, достаточно для того, чтобы быть
честным. Думаю, для нас наступило время честности. - Его широкое азиатское лицо вдруг
сделалось очень нежным. - Дэнис Кастанаверас, я шивата.
- Как ты меня назвал?
- Дэнис Кастанаверас, - повторил Роберт Дазай Йо. - А я Ночной Лик.
Она в молчании уставилась на него, отбросив все попытки контролировать выброс
адреналина, дрожа, готовая сорваться с места... ждала.
Он не спешил продолжать, смотрел на нее, ив его взгляде было что-то одновременно и
мертвенное, и мягко-пытливое.
- Я делюсь с тобой. Ты уважала мою частную жизнь, как я - твою, и это, Дэнис
Кастанаверас, спасло тебе жизнь. Во мне есть одна... особенность. Если бы ты прикоснулась
к ней тем, что пресса называет Даром Кастанаверасов, думаю, это поглотило бы тебя
целиком. То, чем я делюсь с тобой, ты не можешь забрать у меня, и это ты не будешь никогда
обсуждать с другим, если только он не твой ученик, как ты была моей ученицей.
- Я не могу дать тебе такое обещание. - Голос Дэнис слегка дрожал.
Роберт кивнул:
- Я и не просил тебя. - Он вздохнул. - Наше учение очень древнее, такое древнее,
что предшествующие верования утеряны, а наше начало превратилось в легенду. Когда Рим
был молод, мы уже были стары. Последователи Безымянного были и в Древнем Египте;
самые древние упоминания о наших людях восходят ко временам заселения
индоевропейской равнины. Мы оставили Индию и прошли по всей Земле - в Аравии, Китае
и Японии, есть упоминания о Ночных Ликах обучавших единоборствам тех, кто не мог
постичь Таинства Убийства, и ревность копилась в самом этом Таинстве. Мы не исчезли до
настоящего времени только благодаря нашей осторожности; те, кто нас имитировал, без сути,
без Убийства, растворились в течение времени. Там, где они не смогли, мы сохранились. В
любой исторический отрезок на нашей планете редко одновременно появлялись несколько
шивата - учение наше дается трудно, и еще тяжелее ему обучать. Это еще одна
составляющая в сохранении нашей линии - у нас всегда на первом месте стояло учение, а
люди - на втором. Когда "путь в ночи" развивался в основном в Индии, мы привлекали к
Таинству китайцев. Потом арабские шивата обучали белых европейцев, если не могли найти
достойных учеников среди своего народа. Тем не менее за всю свою жизнь Ночной Лик имел
право подготовить только одного ученика. Некоторые живут, так и не найдя достойного
преемника. До встречи с тобой я думал, что таков будет и мой удел. Я был посвящен в
Таинство до того, как мне исполнилось двадцать. И тридцать лет провел, обучая, в поисках
ученика, которому мог бы передать мои верования и мое наследство. И до тебя не нашлось
ни одного подходящего. Знаю, что ты геник. Я узнал это вскоре после того, как Оринда
Тлейгавас впервые привела тебя ко мне со словами, что наш хозяин хочет, чтобы тебя
обучили боевому искусству. Я всю жизнь изучаю человеческое тело; обычные люди не
обладают твоей выносливостью, скоростью или твоей точностью. Человеческое тело- это, по
большому счету, машина, а ты - машина высшего качества. Поэтому я понял, что ты геник.
Я много лет предполагал, что ты одна из Кастанаверасов. Многие верят, что некоторые из
ваших выжили во время Большой Беды; я навел справки и узнал о двух близнецах, которых
похитил Советник Объединения Джеррил Карсон второго июля две тысячи шестьдесят
второго года. Ты подходила по возрасту и изредка упоминала о брате, с которым рассталась
во время Большой Беды. Но потом ты исчезла, летом семьдесят второго. Ты никогда не
стремилась поделиться со мной информацией, да и я с тобой тоже. После твоего
исчезновения некто по имени Макги пришел в мой дом. Он рассказал, что несколько человек,
с которыми он говорил о тебе - люди тебе знакомые и твои друзья, - не могли обсуждать
тебя. Не то что не хотели, просто они были не в состояниии. Тогда я отослал его прочь. Но,
как видишь, еще до того, как ты вернулась, я уже знал и все-таки не стал обсуждать эту тему
с тобой. Из уважения к твоей личной жизни и понимая твое нежелание откровенничать.
Вместо этого я учил тебя всему тому, что умел. Ты... беспокоила меня. Традиции Ночного
Пути древние, и нет упоминания об ученике, который мог бы принять верование, как можешь
ты, но не принял. Ты впитывала форму, внешний вид предмета со скоростью, от которой я
терялся. Вначале я думал, может, это связано с тем, что ты женщина. Хотя женщины и
достигали Убийства - правда, это редко встречалось в нашей истории, - на сегодня нет ни
одной женщины-шивата. Вообще, долгое время считалось невозможным, чтобы женщина
приняла наше учение. Я узнавал у двух Ночных Ликов, один из которых мой учитель, и
оказалось, что за последнюю тысячу лет было три женщины, постигших Таинство, но нет ни
одного примера, когда бы ученик, мужчина или женщина, усвоивший форму, не продолжал
совершенствоваться или не погиб при попытке. Однако меня тревожат две вещи, которые
этот Седон, или Ободи, сказал тебе. Первое - это когда он спросил тебя, не являешься ли ты
Хранительницей Пламени. Существует, и я думаю, ты это знаешь, Пламя в самом сердце
Ночного Пути, и чтобы постичь наше учение... - Роберт замолчал. Когда он снова
заговорил, слова срывались с его губ медленно и тягуче, как капли смолы: - Мне трудно
говорить тебе это, поскольку ты не одна из нас. Чтобы постигнуть наше учение, шивата
должен познать, а затем Убить... - Рот его скривился в горькой усмешке, и он словно
выплюнул: -... Пламя. - Несколько мгновений они сидели молча. Дэнис не могла
припомнить другого случая, когда учитель был так явно обеспокоен. Наконец Роберт
договорил: - Но я никогда раньше не слышал о Хранителях Пламени. И второе, что волнует
меня, - это когда Седон спросил, не Танцор ли ты. Шиабра, Дэнис, означает Ночной Путь.
Или, точнее, смерть во тьме. Но корень - шиа - означает или Пламя, или... - Роберт
поколебался, глубоко вздохнул и сказал: -... Танец.
Они ожидали возвращения Ф. К. Чандлера с Марса. Ни Дэнис, ни Роберт не знали, что
произошло с человеком, который представился Дваном из клана Джи'Тбад, но на самом деле
был, как утверждал Ральф Мудрый и Могучий, новостным Танцором по имени Уильям
Дивейн.
За исключением обслуживающего персонала, она, Роберт и Джимми были
единственными гостями орбитального дома Чандлера.
Роберт с Джимми совсем не ладили. Роберт мешал Джимми, и у Дэнис складывалось
впечатление, что ее учителю с ним просто скучно. Избегая их обоих, она проводила как
можно больше времени одна. Она ела вместе с Джимми, потому что ему было одиноко, и
помогала ему делать лечебные упражнения, потому что он нуждался в помощи, а Дэнис не
хотела препоручить заботу о нем обслуге Чандлера.
Слепота Джимми оказалась временной; зрение вернулось само через день после того,
как его извлекли из вневременного шара. Но даже впечатляющее медицинское оборудование
Чандлера не могло помочь отрастить потерянную ступню - с этим придется подождать до
тех пор, пока они вернутся на Землю и обратятся в больницу, где ему смогут клонировать
новую ногу. С пулевым ранением они сумели справиться. Мускулы на его спине и плечах
были прямо-таки раскромсаны единственной крупнокалиберной пулей. Медботы даже не
пытались сшить поврежденные мышцы. Они просто вырезали все безнадежно поврежденные
ткани и ввели ему нановирус, предназначенный для того, чтобы полностью регенерировать
мускулатуру на спине и в верхней части плечевого пояса.
Даже при современной медицинской технологии требовалось время, чтобы мышцы
выросли. Джимми должен был выполнять упражнения - вначале медленно, а потом более
энергично, - чтобы процесс регенерации, инициированный умным вирусом, протекал
успешно.
Он жадно ел, главным образом очень много мяса. Дэнис хотела было обсудить это, но
потом решила, что бывший полупрофессиональный боксер из Фринджа может иметь
собственные идеи насчет здорового питания.
Когда Дэнис не занималась Джимми, она тренировалась в зале, танцевала или сидела у
себя в комнате, бродя по Инфосети и болтая с Ральфом Мудрым и Могучим. Ее комната
располагалась на нижнем уровне вращающегося цилиндра, что обеспечивало гравитацию
почти в половину земной.
В средствах массовой информации, как обычно, все перевиралось. Происшествие в
"Бэнк оф Америка" объяснялось в выпуске "Вестника МС" как ошибка некомпетентного
контрабандиста из дальнепроходцев, промахнувшегося, садясь на крышу здания.
Предполагалось, что контрабандист задержан, и Община дальнепроходцев ведет переговоры
по его освобождению. В первые дни после происшествия средства информации с интересом
следили за выпусками новостей миротворцев, но, поскольку не появлялось ничего нового,
интерес скоро угас и внимание прессы привлекли другие истории.
Дуглас Риппер лидировал во всех рейтингах предвыборной гонки за место
Генерального секретаря. Миротворцы заявили о необычайно строгих мерах,
сопровождающих подготовку к Трехсотлетию; о запрещении всех поездок, кроме деловых, и
повышении бдительности на базах Миротворческих сил на всей территории Оккупированной
Америки. Ральф согласился, что такой шаг настораживает, но не дает достаточных оснований
предположить, будто миротворцы готовятся к вооруженному нападению.
- Ты считаешь, что Лан был не прав?
- Я этого не говорил. Миротворцы явно обеспокоены растущим количеством членов
подполья. Если они и не знают точно, что произошло в Лос-Анджелесе, они тем не менее в
курсе, что произошло нечто неординарное. И если они не реагируют сегодня так, как раньше,
значит, что-то изменилось. Предположение Лана Сьеррана насчет Генсека Эддора наиболее
вероятное, если не единственное, объяснение подобного поведения.
- А как ты поживаешь?
Ральф не стал притворяться, будто не понял ее.
- Паршиво. Я потерял восемьдесят процентов своих воплощений в земной Инфосети.
В Лунете у меня положение получше - там я здорово опередил Кольцо, и в результате
большая часть моих лунных воплощений сохранилась. В двух случаях я даже вернул
источники, которых оно меня лишило. Я перепрограммирую себя со всей возможной
скоростью, но, к несчастью, Кольцо слишком хорошо знает меня; особенно с того момента в
шестьдесят втором, когда оно вложило в меня репродуцированный код, требовавшийся мне
для сохранения. Теперь мне очень трудно скрыться от него.
- Есть ли хоть какой-нибудь шанс отговорить его от этого?
- Ни одного. Оно слишком дорожит репутацией всегда выполняющего свои
обещания. Именно это, наряду с некоторыми другими качествами, и позволило Старейшему
держаться так долго, несмотря на все попытки вычислить его, предпринимаемые ДНИ, чтобы
убрать Кольцо из Инфосети. Ни один Игрок и ни один репродуцированный ИР, кроме него,
не пережил бы таких феноменальных чисток.
- Звучит угрожающе.
- Я приобрел опасного врага, - согласился Ральф. В комнате Дэнис имелось окно.
Много ночей она проводила в медитации, сидя на полу напротив окна с открытыми
глазами и наблюдая, как звезды величественно проплывают мимо, когда дом Чандлера
поворачивается. Потом появлялась Земля, за ней следовала спутанная светящаяся паутина
крупнейшей орбитальной станции "На полпути". Снова звезды, затем Луна, опять звезды -
и цикл повторялся.
Резиденция Чандлера находилась на геосинхронной орбите над Южной Америкой.
Когда Земля пролетала мимо, Дэнис видела континенты, выделенные огнями городов. Города
в основном размещались на побережьях; ночью казалось, будто границы между сушей и
морем окаймлены нитью сияющих бриллиантов.
Не в первый и даже не в сотый раз Дэнис жалела, что не может снова поговорить с
Трентом. Из всех, кого она знала, у него были самые ясные представления о морали. Она
вспомнила их беседу семилетней давности и что она тогда сказала Тренту:
- Если бы на меня напали, я имею в виду - без предупреждения, и я бы этого не
ожидала, я бы, наверное, убила того, кто так поступил. Злость - это очень плохое чувство и
быстротечное. Но если бы у меня нашлось время подумать, Трент, я бы не смогла убить.
"Но, что же мне делать, - думала Дэнис Кастанаверас семь лет спустя, сидя в
плывущей пустоте наедине со своей виной, в ужасе от своей страсти, - если я хочу? Если
это величайшее наслаждение, которое я испытывала в жизни?"
Она даже не понимала, почему плачет. Слезы ползли по ее щекам медленно из-за
малого тяготения, задерживались на мгновение и падали, разбиваясь, как старинное стекло.
В воскресенье, 7 июня, Фрэнсис Ксавьер Чандлер вернулся с Марса.
Дэнис знала, что встречалась с ним до этого, хотя нипочем не смогла бы вспомнить, при
каких обстоятельствах. Чандлер открыто покровительствовал телепатам Кастанавераса до их
уничтожения и дружил с ее родителями. Но для нее, тогда ребенка, он был просто одним из
сотен могущественных мужчин и женщин, вынужденных в той или иной мере иметь дело с
Карлом Кастанаверасом и его семьей.
Кто-то из персонала резиденции сказал Дэнис о его возвращении. Магнат намеревался
присоединиться к ним за ужином этим вечером.
Тот же самый слуга оставил в ванной Дэнис косметический набор и показал ей, как
открывать шкаф. Она и не знала, что в ее комнате есть шкаф, и ходила в выданной ей целую
вечность тому назад в Айове камуфляжной форме, которую приходилось каждый день
стирать.
Слуга, молодой итальянец примерно одного возраста с Дэн
...Закладка в соц.сетях
