Жанр: Научная фантастика
Бес Адольф 3. Бес специального назначения
..., фыркнув,
заметно снизила скорость.
- Бензин кончился! - догадался Степан Федорович.
Бензин не бензин, а нужно торопиться выравнивать курс. Тем более что тарелка круто
пошла на снижение.
- Скорее! - забеспокоился мой клиент. - Мы уже близко! Только не промахнитесь
опять вплоть до монгольских степей... Мы уже Альпы пролетели, а Европа маленькая, она
быстро закончится... Дотянем до места назначения?
- На че-естном слове-е... - пропел я, аккомпанируя себе на крайней панели. - И на
одном... Вихри преисподней!
Восхитительный полет мгновенно превратился в головокружительное падение. Под нами
промелькнули, как паркетные дощечки, какие-то поля, наделы, кое-где обозначенные
крепостными стенами, заснеженные леса, застывшие подо льдом речки, деревянные избушки...
Люди разбегались внизу с неудобопонятными и явно нецензурными воплями... Степан
Федорович радостно взвизгнул, опознав по частоте употребления слова "мать"
соотечественников.
- Садимся, садимся! - закричал он. - Тормозите, Адольф, мы у цели!
Тормозить было, собственно, бессмысленно. Космическая колымага, и раньше-то не особо
меня слушавшаяся, теперь летела вниз, как какой-нибудь бестолковый булыжник. В надежде
задействовать режим аварийного торможения, я заколотил по кнопкам кулаками. Ничего, кроме
полноценно отчаянного похоронного марша, у меня не получилось, и в следующую секунду я,
зажмурившись, встретил тяжкий удар.
Это удивительно, но люк даже не заклинило. Наверное потому, что открывал я его сам, не
дав Степану Федоровичу прикоснуться к ручке первым. Мы вывалились наружу.
- Холодно... - определил я.
- Да? А мне очень даже ничего. Скафандр такой теплый. Должно быть, с подогревом...
- С этими словами мой клиент нахлобучил на голову шлем-аквариум. - А так совсем
хорошо, - прогудел он из-под шлема, - правда, стекло быстро индевеет.
Мне не оставалось ничего другого, как сунуться опять в тарелку и выудить оттуда
пробковый шлем. Греть он не грел, но рожки мои спрятал. Из лишнего рукава скафандра
получились отличные портянки - и копыта не мерзнут, и конспирация опять же...
Недолюбливаю я средневековое население - как увидят бесовские признаки, так и норовят без
лишних разбирательств поддеть на вилы или посадить на кол. А подобные процедуры, скажу
откровенно, удовольствия не доставляют.
Наша тарелка, воткнувшись в лед, дымила, словно заводская труба. Воняло жутко, черный
толстый столб дыма уходил в антрацитовые звездные небеса. Ночь. А когда из Африки
вылетали - было ясное солнышко. Вот оно - различие в часовых поясах. Как бы нам не
опоздать к очередному сеансу осуществления проекта "Черный легион".
- А вообще-то нам повезло, - сказал Степан Федорович. - Кажется, мы все-таки
правильно приземлились. В России. Если точнее - на Руси. Интересно, отсюда далеко до
ливонского лагеря? И где мы? Темно... Лед везде... Похоже на свежезалитый стадион.
- Повезло? - переспросил я, прислушиваясь.
- Ага. Даже странно: мне - и повезло! - Степан Федорович хихикнул, но быстро
оборвал смешок.
И я его понял. Как-то не до веселья, когда под нос тебе тычет здоровенный и остро
отточенный меч невесть когда вынырнувший из мрака верзила. Нас молниеносно взяли в
кольцо. Не менее полусотни витязей в остроконечных шлемах, вооруженных длинными
четырехугольными щитами, мечами и секирами. Знакомая экипировка! Степан Федорович
заперхал и запищал - у него вследствие нервного потрясения отнялась речь. Вроде он пытался
сказать:
- Братцы! Мы ж свои - русичи! - Но с трясущихся губ срывалась только
совершеннейшая абракадабра:
- Б-б-б-р-р-р... р-р-ру-ру!
- Германские собаки! - басом молвил верзила, медленно поводя острием меча перед
нашими напряженными физиономиями. - Вон как лопочут... Должно, лазутчики. А ну,
признавайтесь, как сюда пробрались? Молчите, окаянные? Страшно? Эй ты, вражина с
огромной башкой, говори!
Меч тюкнул по инопланетному шлему. На плечи Степана Федоровича осыпались мелкие
осколки. Он прижал руки к груди:
- Я?! Германец?! Ни... Мама! Гитлер капут!
- Ого-го! - многоголосо насторожились ратники и тут же обратились ко мне: - А ты
скажи чего-нибудь!
- Ети твою бабушку в тульский самовар! - выпалил я первое, что пришло мне в голову.
- Свой! - удивился верзила и опустил меч.
ГЛАВА 2
- Князь я новгородский. Зовусь Александром Ярославичем, - поглаживая черную
бороду, вещал верзила, - славен ратными подвигами и благочестием... Когда ярл шведский
Биргер, желавший новгородские земли огню и мечу предать, пошел на Ладогу, а я с дружиной
малою поганого ярла сокрушил. Было то сражение на реке Неве... И повелось с тех пор звать
меня Невским. Да, было дело! Ворога я сокрушил, а изменников перевешал!
Мы сидели в шатре на косматой медвежьей шкуре, держа на коленях по деревянной
тарелке. Ратник подкладывал нам из булькающего на огне котла куски вареного мяса, а
медовуху из невысокого бочонка каждый наливал себе в кубок самолично. Даже и в шатре, и
близ костра было холодно так. что шлем я имел полное право не снимать. В раздвинутый полог,
напуская ночного морозного туманца, то и дело поглядывали любопытные воины, пока князь не
гаркнул на них, а ратник-куховар не подкрепил директиву начальства ударом деревянного
половника по лбу особо ретивого.
- Шведов я расколотил, но с германцами не так-то просто совладать! Пришли ливонцы,
заложили крепость в Копорье, стали грабить и опустошать новгородские земли, избивать
купцов. Призвал меня снова на помощь Господин Великий Новгород. И пришел я в Новгород, и
тотчас же двинул к Копорью, и взял крепость, и сокрушил ворога, и перевешал изменников, что
воевали с немцами против русских! И двинул я на Псков, и взял его... - Князь перевел
дыхание.
- Сокрушили ворога, а изменников перевешали? - на секунду отвлекшись от еды,
спросил я.
- Истинно так! Вижу я, деяния мои не токмо на земле известны, но и на небе!
- На небе?..
- Там, откуда вы прилетели.
- А... Ага.
- И сейчас мы в ливонских землях, и хочу я покарать собак-германцев за дерзость
лютую! Разобью их в пух и прах, чтобы и внукам наказали не совать свой нос в земли русские,
сокрушу я ворога, а ежели кто изменит...
- Понятно, - кивнул я. - Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет!
- Как сказал? - оживился Александр Ярославич. - Ай лепо сказал! Надо запомнить.
Ух, поплатятся поганые псы! Ух, отольются им слезы русские! Ух, брызнет кровушка да на
белый снег...
- Ага! - припоминал я курс истории Средних веков. - А ливонец будет вопить: "О,
зачем я пришел на эти земли! Если выживу, и внукам закажу с русскими не связываться! "
- Так оно и будет? - восхитился князь.
- Так оно и будет!
- А ты почем знаешь?
- Знаю вот...
- Ай лепо! Ай лепо!
Есть приходилось руками, но удовольствия это нисколько не портило. Я вкушал мясо, не
забывая время от времени почтительно кивать пробковым шлемом и, приноравливаясь по
возможности к местному диалекту, вставлять замечания вроде:
- Ишь ты!.. Смотри-ка! Чаво захотели! А накоси-выкуси?!
Когда еще представится возможность практически на равных побалакать с самым
настоящим князем, да еще и с легендарным полководцем! Во какой - степенный, дородный,
настоящий богатырь, не чета истеричным хлюпикам Гитлеру и Гиммлеру. А Степану
Федоровичу на исторического персонажа было плевать. Он жрал. Истово икал, облизывал
пальцы, жмурился и бурчал себе под нос:
- Последний раз тыщу лет тому вперед закусывал...
- Сердце мое радуется, - закончил сольное выступление князь.
- Да? - отхлебнув медовухи, проговорил я. - А почему?
- Беды плетьми стегали нас в конце похода. Сначала пропал воевода Златич со своей
дружиной и с богатырем Микулой, потом было явление одноглазого демона, бегающего по
замерзшему озеру и непристойно вопящего. Воинов моих в большое смятение ввергло явление
сие. Многие предпочли украдкой уйти домой, но не спасать Русь святую. И меня самого,
молвить откровенно, коробили нехорошие знамения. Но тут явились к нам архангелы небесные,
чтобы мощь войска поддержать...
Я поперхнулся. Архангелы - это плохо. Как истинный и правоверный бес из
преисподней, я представителей конкурирующей организации терпеть не могу. Они меня и мне
подобных - тоже. Неужели мне еще с архангелами встречаться? У меня и без того проблем
выше крыши.
- И где же эти небесные товарищи? - осторожно осведомился я.
Князь Александр, в это самое время освежавший горло из золотого кубка, фыркнул,
расплескав медовуху по всему шатру.
- Вот забавность! - высказался он, утирая бороду. - Дак как же где, когда вы
архангелы и есть!
Мясо застыло у меня в пищеводе, затем - вопреки всем законам физики - упрямо
поползло обратно.
Будто восставал из желудка зверь. Вместо того чтобы сунуть в горло кулак и треснуть
зверя по башке, я натужно глотнул, это неожиданно помогло. Степан Федорович поднял глаза
от своей тарелки и удивленно заморгал.
- Ну да, - не понимая моего замешательства, пояснил князь. - С неба упали на
спасение наше - значит, архангелы. Ты - явно старший архангел, а вот этот - младший...
Степан Федорович захохотал. Да так, что полог шатра снова распахнулся, явив синеватые
предутренние сумерки.
- Ничего, ничего, - успокоил князь встревоженных ратников. - Архангелы веселиться
изволят.
- Веселье ваше - суть добрый знак, - проговорил Александр Ярославич, пока куховар,
орудуя половником, восстанавливал статус-кво. - Предвещает оно ратное торжество. Имею я
мысль, как с моею поредевшей дружиною победить войска германцев. Теперь весна, ночи еще
холодные, а с самого утра ясно солнышко зело припекает. И этой ночью небо беззвездным
было, значит, день будет с самого начала солнечным. Лед на озере вот-вот стронется - в
серединке крепко, а по берегам уже ломается. Заманю я рыцарей на озеро, сечу затею да в
нужное время отведу людей своих. Мои-то ратники по тонкому льду пройдут, а псы-рыцари в
тяжелом железе провалятся и потонут. Вот как! Атаковать надо сейчас! - Князь сжал
неслабый кулак и свирепо оскалился. - Р-раз! Мощный удар! И враг разбит!
- Гениально! - с готовностью поддержал я и толкнул локтем Степана Федоровича.
- У вас несомненный стратегический талант. Прекрасный план! - поддакнул и мой
клиент, будто ни разу не слышал о Ледовом побоище и его исходе.
- Хорошо, что спустились вы ко мне с небес, - расправил плечи князь и широко
улыбнулся. - Вы принесете мне удачу!
При слове "удача" настроение мое несколько испортилось. А Степан Федорович - так
тот вообще покраснел.
Полог отлетел в сторону. Куховар воздел было снова свой половник, но, получив крепкую
затрещину, выронил оружие и брякнулся на спину.
- Князь! - заорал влетевший в шатер ратник. - Беда!
- Накаркал... - прошептал Степан Федорович, втягивая голову в плечи.
- Что такое, дозорный? - приподнялся Александр Ярославич.
- Беда! - повторил ратник. - Не вели казнить, а вели слово молвить. С важными
вестями я к тебе: утро наступило!
- Так. И что же?
- И солнышка нету! - запричитал дозорный. - Дым черный небо застлал. Холод от
земли поднимается, озеро льдом сковывает!
- Какой дым?! - и вовсе вскочил князь. - Откуда дым?
- От небесной ладьи архангелов! - помявшись, заявил ратник. - Дымит и дымит. Дым
пеленою по всему небосводу, солнечные лучи не пропускает! А в стане германцев проклятых
уже вовсю строятся! Выступать готовы псы-рыцари!
Князь перевел на меня потяжелевший взгляд и нахмурился. Блеснули и заскрипели белые
зубы.
- Может, это самое... - предложил я. - Ну... попробовать перенести сражение на
более ясный день, а? Пошлите гонцов к германцам - так, мол, и так. Драться не можем,
настроения никакого нет. Пасмурно, перепады давления... и по гороскопу сегодня
неблагоприятный день для активных военных действий.
- И еще, княже... - добавил ратник. - Там, вокруг небесной ладьи, на снегу отпечатки
копыт бесовских. Вот я и подумал, неужто архангелы копыта имеют?
Степан Федорович крякнул и отложил тарелку. Потом снова взялся за нее. Видимо, он
решал - спасаться бегством налегке или драться до последней капли крови при помощи
ближайших подручных средств. Князь Александр Ярославич Невский, не отрываясь, смотрел
на мои портянки.
- Но-но! - воскликнул я. - Вы эти намеки прекратите! Архангел я или не архангел?
- Архангел... - с нескрываемым сомнением проговорил князь.
- В таком случае, вы в мою чистоту и непорочную святость должны безоговорочно
верить. Разуваться я не буду из принципа.
- И все-таки...
- Никаких все-таки! А насчет солнышка не беспокойтесь, - поспешил я перевести
разговор в иное русло. - Я все исправлю своей архангельской магической силой.
- Чудо сотворишь? - оживился Александр Ярославич.
- Конечно!
- Я ни в кого заколдовываться не буду! - сразу предупредил Степан Федорович. -
Хватит с меня!
- Да успокойтесь, обойдусь без вас! Вам лед надо растопить? Сейчас все будет...
В сопровождении князя и ратника-дозорного мы вышли к берегу Чудского озера. Степан
Федорович сразу же зажал нос.
- Ну и смрад... И чем только инопланетяне свои тарелки заправляют?
Воины, столпившиеся рядом, смотрели на меня явно неодобрительно. Кое-кто даже
многозначительно пробовал ногтем острие секиры или меча, посматривая то в небо, затянутое
черной дымной пеленой, то прямо на нас со Степаном Федоровичем. Причинно-следственную
связь разъяснять никому не надо было. И так все понятно.
- Прилетели... - слышались отдельные реплики, - навоняли... надымили...
Наша тарелка уже успела погрузиться в пучину ледяной воды, оставив после себя только
обширную пелену, но черный дым все еще громадной грозовой тучей висел в небе и
рассеиваться не собирался. На противоположном берегу озера едва различались в сероватых
потемках шатры вражеского лагеря и суетящиеся фигурки. Кажется, псы-рыцари заканчивали
завтракать и уже строились для выступления на боевые позиции...
- Не опускайте глаза и не дрожите, - шепнул я своему клиенту. - Расправьте плечи,
подбоченьтесь и глядите орлом. Время от времени можно презрительно сплевывать. Вы
архангел, в конце концов, эти людишки вас не запугают.
- Да... - проблеял Степан Федорович. - Вам-то хорошо говорить... Вы и в самом деле
собираетесь колдовать?
- Конечно. И очень хотелось бы, чтобы у меня получилось. Русичи не должны проиграть
битву, это вы понимаете? Поэтому прошу вас отойти в сторонку и не мешать.
- Ладно... - Кажется, он слегка обиделся. Поэтому я постарался подсластить пилюлю:
- На вас ложится большая ответственность: успокойте ратников, а то вон они как косятся, чего
доброго не дадут мне довести до финала заклинание и все испортят. Выступите с речью,
отвлеките, другими словами... Степан Федорович приободрился.
- Хорошо, - сказал он.
Пока мой клиент громогласно развивал мысль о том, что дисциплина в войсковых частях
необходима во все времена, я соображал. Давненько мне не приходилось использовать свой
магический потенциал. В гитлеровском Берлине как-то не до того было, а в Нифльхейме мое
колдовство вряд ли сработало бы - другой мир, другие правила. Тэк-с, посмотрим. Нам что
надо? Чтобы снег и лед таяли бы и безо всякого солнца. Снег и лед - это что? Вода. Хм,
готового заклинания на этот случай нет, придется состряпать новое...
Думал я долго. Настолько долго, что князь Невский нетерпеливо дергал меня за рукав со
словами:
- Скоро начнется чудо, светлый архангел?
- Секундочку...
- Товарищи бойцы! - выкрикивал тем временем Степан Федорович. - Имейте же
совесть! Где ваша сознательность? Прекратите оскорбительно скрипеть зубами и бряцать
оружием. Сохраните боевой пыл до столкновения с потенциальным противником!
Речь его помогала не так чтобы очень... Ратники во главе со своим предводителем
оказались истинными детьми своего времени. Ох уж мне это Средневековье! Темнота! Хочешь
убедить народ в том, что ты чудотворец, сотвори немедленно чудо. На слово никто не поверит.
А не оправдаешь ожидания - берегись. Получишь палицей по лбу или копьем в бок. Более
цивилизованной формы порицания и не жди. Вон уже Степана Федоровича теснят со всех
сторон... А князь, вместо того чтобы обуздать своих ребятишек, сам первый хватает бедного
младшего архангела за грудки и требует:
- Солнышка давай! Солнышка! Убирай тьму! И запах!
- Ну да - воняет, - защищался, болтаясь в княжеских ручищах, мой клиент. - Ну да
- темновато, несмотря на то что утро... Ну да - холодно... Но трудности только закаляют
характер. Пустите меня! Скафандр порвете! Пустите, кому сказано?! Да ты знаешь, на кого
руку поднимаешь? Я Штирлицем был! Я Зигфридом назывался! Меня сам Лодур уважал и
боялся! Адо-о-ольф! Они меня уже бьют!
- Не отвлекайте меня по пустякам! Дайте же сосредоточиться!
Итак, лед должен растаять. Но не сразу, а постепенно. А как ему, бедному, растаять, если
сейчас глубоко ниже нуля - уши покалывает морозец? Нужно изменить состав льда... тьфу,
состав воды... Пусть вода остается водой при любой температуре и ни в какой лед не
превращается! Сейчас сделаем! Для магии нет ничего невозможного. Нужно только сочинить
подходящее заклинание, облечь его в традиционную стихотворную форму и подкрепить
банальными жестами. Несложно - для профессионала, конечно... Но вот только стихотворец
из меня никакой. Одно дело - вслух произносить уже тысячу раз вызубренные рифмованные
формулы, другое дело - испытывать муки творчества, да еще потом выстраданное выносить
на суд общественности. Засмеют! Терпеть не могу, когда надо мной смеются...
- Тихо всем! - гаркнул я. - Чудеса начинаются. Просьба заткнуться и не мешать!
Александр Ярославич выпустил из рук младшего архангела. Степан Федорович
шлепнулся на снег, но тут же вскочил, чтобы не быть затоптанным. Впрочем, про него скоро
забыли.
- Германцы идут! - прокричал дозорный. - Братцы, не посрамим земли родной!
Погибнем как один, но не дрогнем!
И вправду - с другой стороны озера надвигался плотной "свиньей" большой отряд
рыцарей. Александр Ярославич со свистом выпростал меч из ножен. Зловеще притихшие воины
гурьбой хлынули на озерный лед.
- Назад! - приказал я. - Начинаю колдовать... То есть принимаюсь за чудо! Назад, а то
потонете, честное архангельское! Князь, скажи им!..
Невский, поколебавшись немного, все же решил послушаться.
- На месте стой! - скомандовал он и выжидательно уставился на меня.
- Только не смейтесь, - попросил я.
- Никто и не думает веселиться! - прорычал Александр Ярославич.
Я откашлялся и начал:
- Вода, вода! Слушай сюда! Изменись скорей - мерзнуть не смей! - Пара
обязательных пасов довершила заклинание.
Коротко протрещало в холодном темном воздухе. Получилось!
- Ну как? - спросил я гордо.
Дружинники озирались, стараясь понять, что же, собственно, произошло.
- Поэт из вас, как из дуршлага дредноут, - высказался Степан Федорович.
- Вы с вашим "пойми измученное сердце", можно подумать, лучше, - огрызнулся я. -
Главное ведь - сработало!
- Чудо! Чудо! - загомонили воины.
Снег вокруг стремительно таял. Лед стал покрываться паутиной тонких трещин.
Германская "свинья", уже дотопавшая до середины озера, остановилась в замешательстве. И
под улюлюканье Степана Федоровича подалась назад.
- Ого-го! - заорал князь Невский, рисуя мечом сияющие круги над своей головой. -
Свершилось! Чудо! Темно, и вонять даже, кажется, больше стало, но лед тает!
Вонь действительно усилилась. Главным образом за счет того, что к ней примешался
какой-то дополнительный оттенок. И довольно знакомый, между прочим...
Наклонившись, я зачерпнул расползающуюся снежную кашицу и сунул в нее нос:
- Огненные вихри преисподней!
Степан Федорович, последовав моему примеру, понюхал снег из пригоршни и чихнул.
- Гадость! - определил он. - Это же... спирт!
- Сам вижу. Хм... Хорошо, что в эти времена за самогоноварение в особо крупных
размерах не судят. Честно говоря, я нечаянно. Предполагалось, что вода изменит свой состав,
но не настолько же!
- Но почему? И что же теперь будет?
- Да все нормально будет! Вода превратилась в спирт... - Я лизнул лужицу с ладони. -
Кстати, прекрасный медицинский спирт высшей очистки, а не суррогат какой-нибудь. Утонут
псы-рыцари как миленькие. Спирт-то не замерзает, как и было заказано! А доблестное войско
князя Александра Невского побегает вокруг озера и пленит тех, кому посчастливится выбраться
на берег. Битва выиграна! Правильно я говорю, Александр Ярославич? Александр Ярославич!
Княже!
- Медовуха? - бормотал Невский, увлеченно облизывая пальцы. - Нет, не медовуха...
Пиво? Не пиво... Но сие зелье зело забористо...
- Нахлобучивает что надо! - подтвердил я. - Поэтому поосторожнее. Эй, свет русской
земли! У него великая битва на носу, а он расслабляется. Рановато! Кто будет командовать
доблестным войском?
- Адольф... - тоскливо протянул Степан Федорович. - Да что же это происходит?..
Доблестное войско и не думало бегать вокруг озера и пленять спасшихся ливонцев. Все
дружинники как один азартно занимались дегустацией невиданного продукта. Шарапили в обе
руки, а мечи, секиры, палицы и щиты побросали для большего удобства. Кто
поизобретательней, хлебал из шлемов, куховар опрокидывал в глотку уже второй половник,
самые нетерпеливые пали на берег и булькали прямо из озера. Дозорный, например, так
увлекся, что погрузился в спиртовое озеро по плечи. Степану Федоровичу, который попробовал
было оттащить его, достался отменный хук в нос.
- Веселие Руси есть пити! - категорично заявил дозорный, возвращаясь на исходную
позицию.
В общем, я только ахнуть успел, как настроенное на серьезное сражение войско оказалось
полностью деморализовано. Впору самому брать в руки секиру и идти защищать честь святой
Руси. И это - мне? Просто кошмар какой-то! Этот князь мне таким положительным поначалу
показался, степенным, рассудительным мужиком. Настоящим полководцем. А сейчас - вот,
пожалуйста! Совсем опустился. В смысле - на колени. И, забыв о княжеском достоинстве,
лакал по-собачьи.
- Александр Ярославич! Александр...
- М-можно просто Саша...
- Саша! Не пей из лужицы, козленочком станешь!
- Ча-аво?! Ты кого козлом назвал? Дискуссия зашла в тупик, не успев начаться. От
дальнейших претензий я предпочел уклониться, равно как и от тяжеленного меча,
привлеченного князем в качестве наиболее весомого аргумента. Но, отскочив на безопасную
дистанцию, попыток пробудить в Александре Ярославиче чувство ответственности я не
оставил.
- Княже! - возопил я. - Защитник отечества! Не время праздновать, а время ратными
делами заниматься! Вспомни, зачем ты здесь! Слезы и кровь невинно убиенных взывают к
отмщению!..
В глазах Невского появилось нечто осмысленное, но тут я сбился. Мимо с воплем
"Помогите! " пробежал Степан Федорович, преследуемый безобразно расстегнутым ратником.
Воин, покачиваясь из стороны в сторону, транспортировал прижатый к груди шлем, в котором
плескалось едкое пойло, и орал:
- Желаю с настоящим архангелом выпить! Пришлось поставить преследователю
подножку и ретироваться подальше, потому что князь к моему поступку отнесся крайне
отрицательно, что и выразил в оглушительном крике:
- Не замай наших!
- Это непонятно, что происходит... - ныл Степан Федорович, сидя на корточках за
поваленным шатром и наблюдая оттуда разнузданную вакханалию у берегов спиртового
Чудского озера. - Это... Мне стыдно, Адольф, за своих предков! Кто же знал, что славные
воины в один миг превратятся в стадо умалишенных питекантропов, которые, кроме как о
пьянке, ни о чем думать не хотят... Они даже хуже тех зомби-алкоголиков в подземелье
рейхстага... Ой, вы только посмотрите! Надо же, как буйствуют... Куда там немецким зомби!
Они тут и рядом не валялись! Размах не тот! Подземная вечеринка восставших мертвецов по
сравнению со здешним праздником жизни - просто курсы кройки и шитья по сравнению с
пожаром в психиатрической больнице...
- На курсах повышения квалификации нам рассказывали об исконно русском феномене
"халява", - отметил я. - Страшная вещь! Например, в вашей стране еще в начале двадцатого
века отменили бесплатные карусели. Из-за большого количества несознательных граждан,
которые катались и катались - до сильнейших желудочных колик и полной потери ориентации
в пространстве.
- Точно, - горько поддакнул Степан Федорович. - Мой папа Федор Степаныч очень
чебуреки любил. Скончался в расцвете лет от заворота кишок, потому что выиграл в нарды
по-крупному у чебуречника Ахмеда. Так и вырос я сиротой... Ой, что делается!
Нечаянный праздник на берегу развернулся до степени почти белогорячечной. Оружие из
рук воинов исчезло, зато появились откуда-то гусли и дуды. Ратники вприсядку дробили землю,
гусляры, приплясывая, лабали варварские вариации грядущего буги-вуги, лично Александр
Ярославич схватил дуду и выдал такую заливистую импровизацию, переходящую в ультразвук,
что с сумрачного неба густо посыпались оглушенные вороны. Игорь Бутман от зависти
застрелился бы из собственного саксофона. В общем, зажигали мужики не по-детски, а вполне
по-взрослому. Вот тебе и хрестоматийная битва! Ручаюсь, что в тот момент никто из русского
воинства не помнил не только о том, зачем они здесь, у Чудского озера оказались, но и как
зовут их матушек и батюшек. Ну, почему так оно всегда и происходит? Стоит нам со Степаном
Федоровичем появиться в любом, мало-мальски важном историческом периоде, как все идет
кувырком. Прекрасно понимаю циклопа, избравшего орудием уничтожения жизни на Земле не
стотонную атомную бомбу, а скромного театрального уборщика, нарушившего закон
Вселенского Равновесия...
- Адольф! - А?
- Посмотрите-ка! Ливонцы!
- Чего на них смотреть... Отстаньте. Я, между прочим, уже три тысячи лет с вами, с
людьми, работаю. Неужели ни разу не видел, как сотня тяжеловооруженных рыцарей пускает
пузыри?
- Какие пузыри? Все намного хуже! Вы думаете, они послушно утонули? Смотрите!
Я посмотрел и от отчаяния прикусил губу. Проклятые псы-рыцари под угрозой
неминуемого утопления проявили недюжинную прыть и по разваливающемуся на глазах льду
сумели вернуться на свой берег. Жить захочешь, еще и не так попрыгаешь. Теперь ливонцы,
...Закладка в соц.сетях
