Жанр: Научная фантастика
Содружество миров 1. Шпора персея
...ветвление лабиринта может вести к пещере.
- Придется положиться на чутье - и на удачу, - сказал я. - Пойдем в пещеру,
повернем на юг и посмотрим, что там да как. Если уж чешуйник смог найти этот вход,
нам сам Бог велел!
Я сложил карту и сунул ее под свитер. Помимо пояса и сумки с необходимыми
мелочами, я прихватил с собой наручное навигационное устройство, которое у меня
отняли.
Принимать сообщения со спутника через такую толщу камней оно не сможет,
однако определять расстояние и направление под землей будет так же исправно, как и на
поверхности, а его приемоответчик послужит еще одним маяком для спасателей, если мы
до них доберемся.
В пещере мы обнаружили множество халуков - сорок или пятьдесят, - которые со
всех сторон подходили к главному генно-инженерному комплексу. Грацильные шагали
живо и грациозно, а чешуйники брели кто быстрее, кто медленнее, в зависимости от их
близости к переходу в следующую фазу.
При мысли о том, как трудно будет загнать эту смешанную толпу перепуганных
инопланетян в какую-нибудь глубокую расщелину в скале, когда придет время
всесожжения, у меня упало сердце, Они не обращали на нас ни малейшего внимания. Мы
пошли в противоположном направлении, к южному периметру пещеры, вдоль одного из
дренажных желобов, проложенных в полу. Пандус, изгибавшийся вдоль стены,
заканчивался как раз на южной стороне. В десятке метров слева от пандуса мы
обнаружили сухой, хорошо освещенный коридор с массой дверей, быстренько осмотрели
его и двинулись дальше. Больше туннелей в этой части пещеры не было, если не считать
большого дренажного отверстия метрах в сорока от коридора. К этому отверстию вело
сразу несколько желобов. Рядом с ним на скале был нарисован какой-то знак.
Я нажал на кнопку переговорника. Воритак откликнулся незамедлительно.
- Коридор возле основания пандуса, - сказал я. - Куда он ведет?
- В спальни, столовую и кухню для рабочих-чешуйников. Там нет другого выхода.
- Не знаете, это искусственные пещеры, или там есть и естественные каверны?
Воритак попросил меня подождать, пока он проконсультируется с инженерами.
Вскоре я снова услышал его голос:
- Жилые помещения для чешуйников, грацильных халуков и людей, а также
административный комплекс, больничные палаты и склады - все это было выдолблено
из монолитной скалы, чтобы пещеры оставались сухими и геологически устойчивыми.
- Понятно. А что это за кульверт неподалеку? Он тоже искусственный?
- Слово "кульверт" не переводится, - ответил Воритак, немного помолчав. - Вы
имеете в виду водосток номер пять?
У меня похолодело в груди.
- Наверное.
- Подождите, пожалуйста. Моя персона узнает.
Я посмотрел на Мэт.
- В этот водосток охранники бросили Айвора.
Ее глаза расширились от ужаса.
- Боже мой!
Мы вместе заглянули в отверстие. Оно имело форму полукруга с радиусом около
полутора метров. Темно там было, как у черта в заднице, и воняло так же противно.
Из коммуникатора послышался голос Воритака:
- Водосток номер пять представляет собой искусственный канал тринадцати
метров длиной, впадающий в подземный поток. В него стекают воды с пола пещеры,
канализационные отходы из жилых помещений и отбросы из кухни.
- Спасибо за информацию. Еву Айсберг уже вывели из дистатического состояния?
- Мы этим занимаемся. Сейчас она отдыхает в кресле.
Моя персона должна сказать вам, что администратор Ру Локинак не верит в вашу
гипотезу о существовании другого выхода из пещеры. Он отказался сообщить о ней
остальным, чтобы не возбуждать ложных надежд. Скоро он начнет читать священные
тексты созерцания смерти. Есть у вас какие-нибудь обнадеживающие данные, которые я
мог бы ему передать?
- Пока нет, но прошу вас оставаться на связи.
Выключив переговорник, я установил инерционный одометр навигационного
прибора на ноль. На табло обратного отсчета светились цифры 69 и 3.
Фонарик у меня в сумке был очень маленький. Тонкий лучик не высветил в
водостоке номер пять практически ничего, а глаза пока не привыкли к темноте. Я снял
халукский форменный пиджак и шлем и бросил их на пол. Парализатор "алленби",
снабженный ремнем, висел за спиной. Я пригнулся и шагнул в воду. Она была мне по
колено.
- Оставайся здесь, - сказал я Мэт, направившейся было за мной. - Зачем нам
мокнуть обоим? Один я управлюсь быстрее. А ты ступай назад и попробуй организовать
остальных. Только без оружия... Я буду докладывать о своих успехах Воритаку.
- Я лучше подожду тебя здесь. В случае чего - крикни.
- И что тогда? Ты приплывешь меня спасать?
- Конечно! Я классная пловчиха, особенно в канализации. - Мэт криво
усмехнулась. - Иди, ковбой. Делай что положено. Хотя вряд ли этот водосток ведет на
свободу. Если халуки бросили в него Айвора, чтобы он утонул, как мог несчастный
чешуйник пройти этим путем и благополучно выбраться наружу?
- Айвор был без сознания, когда его бросили в воду. А бедный Халурик брел себе и
брел... Если я увижу что-нибудь интересное, трижды мигну фонариком. А если там тупик,
то мигну дважды по два раза и вернусь. Пока, крошка Мэт. Ты лучше всех.
Она только кивнула в ответ.
Я зашагал вперед, стараясь идти как можно быстрее. Днище водостока было
скользким, особенно для моих резиновых подошв. Уровень воды поднялся до
промежности - и остановился Вода была ужасно холодной, но канализационные отходы
в ней не плавали - пока.
- Вроде все нормально! - крикнул я силуэту Мэт, озаренному золотистым светом
пещеры. - Течение довольно слабое.
Я продолжил путь, держась левой стороны водостока и освещая чернильные воды
фонариком. Чуть погодя я сверился с навигационным прибором. Через тринадцать метров
труба закончилась, сменившись неровными известняковыми стенами. Уровень воды
поднялся еще на несколько сантиметров, зато теперь я смог выпрямиться, поскольку
естественный туннель был повыше.
Я остановился и обвел вокруг фонариком. Капли, срывавшиеся со сталактитов,
разлетались в стороны, ударяясь о мою голову и плечи. Справа я увидел сточное
отверстие, через которое в туннель извергалась всякая дрянь, а слева на стене - очень
узкий выступ.
Это была своего рода горная тропинка, проложенная над водой. Не без труда
забравшись на нее, я с облегчением вылез из потока. Дальше выступ немного расширялся,
как и сам туннель. Зловоние усилилось, побуждая меня ускорить шаг. Я светил
фонариком себе под ноги, чтобы не сорваться вниз.
Одолев довольно солидное расстояние, я остановился, чтобы определить свои
координаты. На крошечном экранчике появились данные: оказывается, я прошел почти по
прямой девяносто три с половиной метра в южном направлении.
Обернувшись, я увидел маленькую фигурку Мэт и просигналил ей три раза. Она
помахала рукой и ушла.
Пока вроде все нормально.
Я посветил вокруг. Потолок высотой метров в десять был усеян тонкими острыми
сталактитами; они постоянно роняли слезы в мутный поток, на поверхности которого
теперь плавала целая куча всякого дерьма. Слева от меня почти вертикально уходила
ввысь стена с небольшими выступами. Впереди я заметил длинную тень.
Как выяснилось, это была довольно сухая пещера размером с комнату и с
достаточно большим входным отверстием, в которое мог пройти человек... или же халук.
На длинной каменной глыбе, служившей столом, стояли незажженная халукская лампа,
несколько закрытых канистр и какая-то настольная игра. По обеим сторонам
располагались камни поменьше, обтесанные сверху и заменявшие табуретки. Вдоль стены
аккуратными шеренгами выстроились десятки прозрачных сосудов причудливой формы.
В каждом из них было около пяти литров бесцветной жидкости.
Я откупорил сосуд и понюхал. В ноздри, очистив их от мерзкой вони, ударил до
боли знакомый запах спирта.
Короче, я наткнулся на потайную комнату отдыха чешуйчатых рабочих.
Очевидно, бедный Халурик и его толстокожие бесполые товарищи пытались
развеять здесь тоску после трудовых будней. И однажды Халурик, обильно промочив
горло, вышел из доморощенного кабачка и свернул не влево, а вправо.
Поборов искушение самому отведать экзотического эликсира, я вышел из пещеры и
углубился в туннель. Метров через пятнадцать - двадцать потолок резко понизился, а
сам туннель свернул вправо, уходя в кромешную тьму. Свет из отверстия водостока сюда,
естественно, не проникал.
Дальше мне пришлось идти, пригнув голову. И что еще хуже, скользкий почти как
стекло выступ, покрытый тонкой пленкой жидкой грязи, скашивался здесь в сторону
потока, ставшего куда более оживленным (и, по всей видимости, более глубоким), чем
раньше. Над головой нависали длинные сталактиты, а противные мелкие сталагмитики,
похожие на шипы, угрожали проткнуть меня насквозь, если я упаду.
Кроме того, я мог свалиться в реку. В лучшем случае я наглотаюсь канализационной
жижи; в худшем - не сумею вновь вскарабкаться на выступ, поскольку стена здесь стала
совсем отвесной, а вода плескалась метром ниже выступа.
Тошнотворный смрад и спелеологические преграды чуть было не вынудили меня
повернуть обратно. Проклиная все на свете, промокнув до костей, я пробирался вперед,
гадая, как мог чешуйник, не важно - трезвый или пьяный, сознательно выбрать эту
тропу, похожую на акулью пасть.
А может, он ее и не выбирал?
Выступ постепенно выровнялся, превратившись наконец в бульвар двухметровой
ширины. Острые шипы тоже исчезли, и туннель стал посуше. Я благодарил Бога за эти
мелкие радости, поскольку потолок продолжал неуклонно снижаться. В принципе это был
уже не проход, а лаз.
Встав на четвереньки, я осторожно пополз вперед, зажав в зубах фонарик.
Пространство между выступом и потолком уменьшилось до шестидесяти сантиметров, и
парализатор у меня на спине царапал о камень. Вскоре мне пришлось ползти на животе.
Справа от меня, над водой, потолок был еще ниже. А потом поток исчез вовсе. К
счастью, вместе с вонью. Я продолжал ползти.
Пока не нащупал пальцами воздух вместо камня.
Я подполз к краю, опасаясь увидеть там пропасть, и посветил вниз. Углубление в
форме чаши было глубиной не больше метра и около пяти метров в ширину. Увидав
между камнями еще один сосуд без пробки, я издал короткий торжествующий вопль. На
другой стороне чаши темнела узкая расщелина, уходившая в глубь скалы.
Ты все-таки был здесь, Халурик!
Я пересек чашеобразное углубление и втиснулся в расщелину, моля Бога, чтобы он
не дал мне застрять. Торс у меня был постройнее, чем у чешуйника, хотя я был
значительно выше. Если Халурик умудрился пролезть через это угольное ушко, то я и
подавно пролезу.
К счастью, расщелина оказалась очень короткой, и я почти сразу очутился в
громадном подземелье изумительной красоты. Все здесь мерцало от воды и казалось
выточенным из отполированного светлого камня. С потолка свисали прозрачные
известняковые шторы с прожилками и затейливые сталактиты. Некоторые из них
сливались со сталагмитами, росшими из пола, образовывая элегантные колонны размером
с древесные стволы. Другие напоминали фантастический орган в соборе, или огромных
животных, или статуи чудовищ. Пол был залит лужами, в которых разбивались падавшие
сверху капли, звеня, словно музыка в храме гоблинов.
И река тоже вернулась, причем не такая вонючая, поскольку канализационные
отходы уже частично растворились в воде.
Я пошел меж камней, определяя русло потока на слух и на нюх. В конце концов река
вывела меня из Храма Гоблинов в новый туннель с берегами, заваленными камнями и
обломками сталактитов. Пробираясь через завалы, я услышал вдалеке какой-то гул,
который становился все громче и громче. Уж не подземный ли водопад ждал меня
впереди?
Я вдруг вспомнил про отсчет и посмотрел на наручное переговорное устройство.
Красные светящиеся цифры на табло показывали 45.12. Я пробыл в водостоке номер пять
двадцать четыре минуты, но у меня до сих пор не было уверенности, что он соединяется с
Рассольным Проходом.
Если я приведу сюда остальных, мы, возможно, избежим катастрофической
фотонной вспышки - чистой и мгновенной смерти - только для того, чтобы погибнуть в
вонючей подземной клоаке.
Ладно, пройду еще немного вперед.
Я зашагал вдоль реки - и путь почти тут же преградила куча обломков выше меня
ростом. Я решил посмотреть, что там, за ней, и повернуть обратно.
Снова зажав фонарик во рту и используя длинный парализатор в качестве
альпенштока, я поднялся по шаткой куче.
Среди безумно скользких обломков струилась вода. Я споткнулся, больно ударился
ногой о камень и чуть не выронил фонарь.
Гул стал просто оглушительным, и я неожиданно заметил, что в воздухе плавает
туманная дымка. Думая только о том, как мало осталось времени, я снова закинул
парализатор за спину и побрел сквозь серый туман к берегу - посмотреть, виден ли
оттуда водопад. Пол внезапно превратился в крутой и скользкий склон. Я шлепнулся на
задницу и покатился вниз.
К счастью, мое падение прервал большой обломок сталактита. Ругаясь на чем свет
стоит, поскольку теперь я с головы до ног был заляпан грязью, я посветил своим
игрушечным фонариком на реку.
И обмер от ужаса.
Темной воды больше не было - только рваные клубы пара, пляшущие над
бездонной круглой пропастью.
Напряженно вглядевшись во тьму, я увидел, что водопад находится от меня на
расстоянии брошенного камня. Он низвергался с другого края пропасти и пропадал в ее
глубинах.
Бедный Айвор...
Я вскарабкался обратно на берег и быстренько осмотрелся. Луч фонарика еле-еле
освещал странный подземный пейзаж. Почти сразу за водопадом виднелись многоярусные
уступы, больше всего на свете походившие на кучу окаменевших свадебных тортов. По
ним лениво стекала вода - и по прилегающим террасам, которые ступенями поднимались
метров на пятнадцать вверх к угрюмой скале с отверстием в форме замочной скважины.
С бьющимся сердцем я пошел, поднимая фонтаны брызг, по террасам. Под ногами,
словно битое стекло, хрустели обломки кристаллов. "Замочная скважина" вела в коридор,
почти сразу же разветвлявшийся на два туннеля. По левому с шумом стремился вниз
поток, заливавший затем свадебные торты и террасы.
Правый туннель был совсем сухим, даже пыльным. Когда-то давно он тоже служил
подземным руслом, поскольку каменистый пол, крутой неровной лестницей уходивший
наверх, был сильно изъеден водой. В пыли, возле входа в туннель, виднелись слегка
расплывшиеся, но все еще отчетливо различимые следы трехпалых ступней чешуйника.
Они вели только внутрь.
У меня осталось 33 минуты и 24 секунды. Судя по табло навигационного устройства,
я прошел по туннелю 416 метров. На карте, насколько я помнил, Рассольный Проход
находился где-то в полукилометре от подземного центра халуков.
Неужели я нашел выход? Или нет?
Нажав на кнопку коммутатора, я сообщил Воритаку, что нашел.
Глава 21
- Но вы не совсем уверены, - сказал бесстрастный голос, - что этот проход
выведет нас из пещеры.
- Выглядит он очень многообещающе. Надо попробовать.
Скажите своим людям, чтобы они поторопились...
- Сначала я должен проконсультироваться с администратором Ру Локинаком.
- Вы должны уходить немедленно, доктор! Через полчаса здесь будет ад. Нет
времени на трепотню!
- "Трепотня" не переводится.
Я проглотил злобное ругательство, вертевшееся у меня на кончике языка. Меньше
всего мне сейчас хотелось настраивать против себя единственного халука, который вел
себя как Mensch*. [Человек (нем.).]
- Хорошо. Сходите проконсультируйтесь. Моя спутница Мэт Грегуар с вами?
- Она пошла за лампами на склад.
- Ясно, Передайте, пожалуйста, свой коммуникатор Эми... ученому Милик. Я
должен сообщить ей важную информацию.
- Одну минутку.
Я ждал, как мне показалось, целую вечность - хотя на самом деле прошло не
больше девяноста секунд, - прежде чем услышал хриплый голос Кенигсберг:
- Да, Айсберг?
- Как там Ева?
- Нормально. Слабая еще, но в полном рассудке. Мы даем ей лекарства. Она знает,
что вы здесь, однако я ничего не сказала ей о нашей... о нашей проблеме.
- Отлично. А теперь слушайте внимательно, Эмили. Похоже, через водосток номер
пять можно будет выбраться, но времени осталось всего ничего. Воритак сказал, что Мэт
пошла за фонарями. Это хорошо. Кроме того, каждый должен взять с собой одеяло. Знаете
- те защитные отражающие одеяла, которые есть в больничном корпусе.
- В генно-инженерном комплексе тоже есть несколько штук.
- Замечательно. Возьмите для себя, Мэт и Евы самые большие. Кроме фонарей и
одеял, ничего не берите, И уходите немедленно. В туннеле вам придется нести Еву. Как
по-вашему, вы справитесь?
- Ваша сестра миниатюрная женщина. Мы с Мэт управимся. Скажите, что ждет нас
в туннеле? Мы все время будем в воде?
- Нет.
Я рассказал ей про канал, выступ на стене, тайное убежище чешуйников, самый
опасный участок - Акулью Пасть (вот через нее протащить Еву будет чертовски
трудно!), расщелину и Чашу. Если они успеют добраться туда, то скорее всего будут в
безопасности.
- Я сейчас же возвращаюсь назад, - добавил я. - Но не исключено, что я не
успею встретиться с вами до взрыва.
Объясните остальным, как себя вести. И запомните, это очень важно: первые
девяносто метров туннеля практически идут по прямой, так что фотонная вспышка может
проникнуть туда.
- Понимаю.
- Вам надо добраться до поворота - то есть до места, откуда вы уже не сможете
видеть вход, - чтобы появились реальные шансы на спасение. И даже в этом случае
гарантий никаких нет. Кроме огня, нас подстерегают две другие опасности. Первая -
ураган. Поскольку подземелье представляет собой замкнутое пространство, когда в нем
полыхнет, огонь начнет высасывать воздух из туннеля. А в обратном направлении может
распространиться ударная волна горячих газов. Скажите всем, чтобы следили за отсчетом.
Когда останется одна минута, садитесь на корточки - где бы вы ни находились, -
накройтесь одеялами и обхватите себя руками. Сильные порывы ветра стихнут буквально
за пару мгновений. Что будет потом, я точно сказать не могу, но, возможно, поднимется
пар.
- От нагретой реки?
- Вот именно. Вода вблизи пещеры испарится совершенно. Прямой отрезок
туннеля наверняка наполнится паром; чем дальше вы успеете уйти, тем меньше будет
опасность.
Одеяла помогут спастись от жары, а ураган, возможно, унесет пар с собой. Самое
главное, чтобы вы были готовы. Передайте остальным, чтобы обязательно закутали все
тело в одеяла.
- Хорошо.
- И вот еще что. Постарайтесь убедить халуков, чтобы они немедленно шли за
вами. Если не послушаются, оставьте их в покое; а если согласятся, скажите, что вы, Ева и
Мэт пойдете первыми. Это мой приказ. Иначе я никого из них не выпущу живыми.
- По-моему, не стоит предъявлять им такой ультиматум, - мягко проговорила
Эмили Кенигсберг. - Я сделаю все, что в моих силах. Перезвоните через десять минут, и
я доложу вам обстановку.
Пока я прыжками спускался по террасам, шлепал по грязи и осторожно пробирался
через завалы, мозги у меня работали со скоростью света. Халукского доктора не очень
впечатлили найденные мной следы, а пустая бутылка в Чаше - и того меньше. Мой
доскональный рассказ о туннеле, о направлениях и расстояниях он, похоже, пропустил
мимо ушей.
Бог весть, что он сказал своему администратору и какое решение примет халукский
лидер.
А что, если он предпочтет массовое уничтожение перспективе попасть в лапы
властей Содружества, которые заставят халуков выложить все подробности о заговоре?
И что, если он не пустит женщин тоже, чтобы сохранить тайну?
Если положение осложнится, хватит ли у меня времени, чтобы дойти до пещеры,
забрать женщин, пусть даже под угрозой применения оружия, и отвести их в безопасное
место?
Я ломал себе голову по этому поводу только до тех пор, пока не добрался до
большой пещеры, которую я окрестил Храмом Гоблинов. На табло халукского
переговорного устройства светились цифры 22.52. Я нажал на кнопку связи.
Никакого ответа.
- Эмили! Милик! Где вы? Говорите!
Ничего не услышав, я осмотрел наручный аппаратик, посветив на него фонариком.
Он был заляпан грязью, но вроде работал, и когда я нажимал на кнопку, на экране
исправно загоралась надпись "Включено". Там было еще несколько кнопок, прикрытых
прозрачной пластинкой, чтобы не нажали случайно. Скорее всего с их помощью можно
было связаться с другими индивидами или же установить таймер; но я понятия не имел,
как они работают, и не решился рисковать.
Я снова нажал на черную кнопку... На сей раз из крошечного динамика раздался
громкий звук. Ничего подобного я в жизни не слыхал: какой-то зловещий вой на трех
нотах, звучавших в унисон то тише, то громче, словно волны бились о берег или же
хрипло дышал какой-то громадный зверь, причем каждый вдох его сопровождался
всхлипом, а каждый выдох - стоном.
Очевидно, это была предсмертная песнь халуков - созерцание грядущего небытия.
Я тоже громко взвыл от ярости и страха. А потом припустил бегом через Храм
Гоблинов, размахивая фонариком из стороны в сторону в отчаянной попытке поскорее
добраться до Игольного Ушка. Гротескные статуи, казалось, ожили в пляшущих тенях. Я
спотыкался о камни, проваливался по колено в черные лужи, то и дело с размаху
натыкался на колонны и чудовищные скульптуры.
Игольное Ушко! Где же ты?
Найти его, по идее, совсем просто - щель в стене, почти напротив туннеля,
ведущего к пропасти. Увидев расщелину, я втиснулся в нее и сразу увидел, что это тупик.
Я вылез, посветил в другую сторону и заметил еще одну щель. Слава Богу!
Увы, этот проход оказался слишком широким и тоже вел в тупик. Мне опять
пришлось выбраться в Храм. Под звуки хрустальной капели, вторившей заунывному
напеву халуков, я обвел стену лучом фонарика. Больше нигде никаких расщелин не было.
Я застыл, парализованный страхом, понимая, что совершил ту же ошибку, что и
бедный Халурик. Я заблудился.
Черт бы тебя побрал, капитан Ад, бомж прибрежный!
Потерявший голову от похоронного марша инопланетян...
Во-первых, выключи музыку. Во-вторых, сделай глубокий вдох. В-третьих, проверь
показания индикатора на навигационном приборе. Он у тебя на другой руке.
Когда я нажал на пару кнопок, на дисплее появился маршрут моих стигийских
блужданий на фоне простой метровой сетки, которая крутилась вперед, демонстрируя мой
путь. Карты туннелей здесь, конечно, не было, но я в ней и не нуждался. С меня было
вполне довольно расстояний и направлений.
Я нашел сектор, где располагался Храм Гоблинов. Адик заходит, Адик
возвращается, Адик пытается выйти.
Адик отклонился от первоначального курса на 18, 2 метра, потому что не туда
свернул, заблудившись между церковными органами и окаменевшими слонами.
Я пошел назад, поборов искушение перейти на бег, достиг исходной точки, повернул
возле статуи влево (а не вправо, как перед этим), медленно и осторожно двинулся вперед,
сверяясь через каждые пять-шесть шагов с показаниями дисплея, и чуть ли не носом
уткнулся в Игольное Ушко.
Осталось 14 минут 40 секунд.
Теперь, не боясь заблудиться, я мог сосредоточиться исключительно на скорости.
Сперва через расщелину. Потом бегом по Чаше, которая, похоже, станет прекрасным
убежищем для нас четверых, если только мы успеем до нее добраться. Потом ползком на
животе по тесному лазу, изворачиваясь, как умалишенный питон.
Достигнув самого опасного участка, Акульей Пасти с ее угрожающими
сталактитами и покатой тропой, утыканной острыми сталагмитами, я чуть не прокололся.
Я семенил быстрым шагом, согнувшись в три погибели и пробираясь между частоколом
из каменных сосулек, словно персонаж видеоигры, как вдруг меня что-то резко
затормозило. Ствол парализатора зацепился за кончик сталактита.
В следующую секунду каменная рапира обломилась у самого потолка. Я сплясал
"танец кинжалов", так что эта штуковина не проделала мне дырку в правой руке, а лишь
зацепила ее. Стукнувшись о покатый выступ, она разбилась на десятки цилиндрических
кусочков. Я умудрился наступить на один из них и, сделав несколько нелепых па, отлетел
к стене.
Упади я, остроконечные мелкие сталагмиты превратили бы меня в швейцарский
сыр. Я удержался на ногах, однако здорово приложился к стене головой и моментально
умчался в страну грез и сновидений.
Очнулся я почти сразу - и обнаружил, что одно из видений было явью.
Я уронил фонарик, и он покатился по склону в смрадную реку.
Все, что я теперь видел, был экран халукского переговорного устройства, который
Эмили Кенигсберг запрограммировала на арабские цифры. В кромешном мраке красным
светом горели минуты и секунды обратного отсчета - 06.23, Ничего страшного. У меня
еще было навигационное устройство, и когда я включил экран, то оказалось, что я почти
прошел Акулью Пасть. Более того, желтый дисплей давал немножко света, и я уже не
чувствовал себя ослепшим. Нащупывая ногами сталагмиты и держа навигационный
прибор как можно выше, чтобы не зацепиться за сосульки, я наконец выбрался на
безопасную тропу. Оставалось лишь придерживаться изгибающейся стены, пока туннель
не выпрямился.
Кто-то шел мне навстречу. Я увидел вдали два золотистых пятна, покачивающихся
друг возле друга у входа в туннель, - лампы, такие яркие, что они затмили свет из
пещеры. Определить, кто их нес, не было никакой возможности. До меня донесся еле
слышный вой предсмертного песнопения.
- Мэт! - крикнул я, вызвав обвальную перекличку эха. - Эмили!
- Они гонятся за нами, Ад! - ответил мне голос, исполненный отчаяния и страха.
- Халуки хотят нас задержать!
- Я иду! - крикнул я и поскакал по выступу, как горный козел.
По-моему, я пробежал восемьдесят метров меньше чем за минуту. Три женщины
только что вышли из водосточной трубы в более широкий естественный туннель - и тут
мы наконец-то встретились. Мэт и Эмили сделали стульчик из рук. Ева сидела, обняв их
обеих за шеи, а к груди ее были привязаны две лампы.
Ее тело в защитном костюме было обмякшим, голова поникла.
- Держитесь левой стороны! - крикнул я, сжав в руке "алленби" и сняв его с
предохранителя. - Поближе к стене, чтобы вас не задело. И выключите эти дурацкие
лампы!
Двое инопланетян появились в отверстии водостока как раз в то мгновение, когда
лампы погасли. Я б
...Закладка в соц.сетях
