Жанр: Научная фантастика
Демоны вальхаллы
Дмитрий Казаков
Демоны Вальхаллы
Казаков Д. Л.
Демоны Вальхаллы: Фантастический роман. - М.: АРМАДА: "Издательство Альфа-книга", 2006.
- 408 с.: ил. - (Фантастический боевик).
ISBN 5-93556-624-9
Бывшим осужденным, а ныне солдатам Звездного Легиона довелось стать первыми бойцами
космической войны, авангардом битвы с угрожающими человечеству иными расами. Они одержали
победу и вернулись домой, где их ждали могилы близких, изменившаяся, чужая Земля и собственное,
выпестованное за годы войны безумие.
Но, ступив на родную планету, они не могли даже предположить, чем она отплатит своим
детям за верную службу...
ISBN 5-93556-624-9
Я солдат, недоношенный ребенок войны.
Я солдат, мама, залечи мои раны.
Я солдат давно забытой богом страны.
Я герой, скажите мне - какого романа?
5NIZZA
Глаза открывались так плохо, словно их залили клеем, голова гудела, а во рту царила сушь
пустыни Сахара.
Вильям поднял веки, огляделся и с ужасом осознал, что находится в незнакомом месте и, что
самое страшное - не помнит, как сюда попал. Он лежал на нижнем ярусе узкой и очень неудобной
койки, а прямо перед носом была стена - серый, изъеденный временем бетон.
Вильям попытался развернуться, и со второй попытки это ему удалось. Напротив, на точно такой
же койке, отделенной узким проходом, сидел лохматый дед, похожий на седую обезьяну. Бесцветные
глазки на морщинистом лице смотрели настороженно.
- Где я? - спросил Вильям, с усилием пошевелив языком и губами.
- Где-где, в тюрьме! - ответил дед неожиданно тонким фальцетом и пронзительно
расхохотался.
Тюрьмами обычно именовали центры правосудия, сочетающие в себе место заключения,
прокуратуру и полицейское управление. Не покидая единого комплекса зданий, человек ожидал
результатов суда, получал срок, а потом отбывал его.
С верхней койки свесилась еще одна голова, безволосая и круглая, как футбольный мяч.
- Где ж тебе еще быть, парень, - пробурчала она, - и так ясно, что ты застрянешь тут надолго.
Привыкай, ешкин кот!
Вильям растерянно потер лоб. Мысли в тяжелой как чугунок башке ворочались с трудом. Как он,
скромный работник городского архива, мог угодить в тюрьму?
Вчера они отмечали победу "Ливерпуля", пили в "Красном мире", а потом...
Потом был провал, темный и воняющий пивом. Если где-то в памяти и сохранились данные о
случившемся после восьмой (или десятой?) кружки, то они были так же недоступны, как и свет,
проникший в черную дыру.
- О-ох... - только и мог выдавить Вильям. Стальная дверь, в которую он разве что не упирался
ногами, издала устрашающий лязг и отворилась. В камеру заглянул невысокий черноусый тип в
полицейской форме. С пояса его свисала дубинка, а в руках звякала связка электронных ключей.
- Вильям Снарк? - спросил усач.
- Э... я, - ответил Вильям, вздрогнув от ужаса. Краем уха он слышал, что кое-где в центрах
правосудия применяют пытки.
- Умойся, - брезгливо сказал полицейский, - и следуй со мной. Там к тебе адвокат приперся.
Вильям поднялся, с трудом всунул ноги в штиблеты. По пути к санитарному блоку едва не упал от
навалившегося головокружения. Ополоснув лицо холодной водой и глотнув из крана, ощутил себя
несколько лучше.
Из камеры его вывели в длинный, как тоннель метро, коридор. Тут поджидал еще один
полицейский. Он деловито надел на Вильяма наручники и пристроился сзади.
Долго брели меж белых стен с такими же белыми дверями. На них ярко выделялись цифры,
нанесенные красной светящейся краской. Перекрывающие коридор решетки с негромким жужжанием
отъезжали в сторону, чтобы вернуться на место за спиной заднего конвоира.
Вильям послушно шагал, куда велели. Мозг его отключился, и внутри черепа, словно
запутавшаяся в паутине муха дергалась одна мысль: какой ужасный сон, скорее бы он закончился!
Адвокат, высокий и моложавый, восседал за квадратным столом из дешевого пластика так, как
будто его пригласили на прием в королевский дворец. Серебрилась булавка на галстуке, блестели
волосы, по последней моде напомаженные и окрашенные в разные цвета.
- Садитесь, господин Снарк, - радушно сказал он, - я ваш адвокат, мое имя Элайджа Мак-Нил.
- Ага. - Вильям облизнул губы и уселся. Наручники чуть слышно брякнули.
- Итак, я буду вести ваше дело. - Мак-Нил извлек из тонюсенькой, в полдюйма, папки проектор
размером с ладонь, вставил в щель сканера крошечный диск. - Посмотрим, что тут у вас...
Виртуальный монитор оказался повернут в сторону от Вильяма, и тот не мог видеть, что именно
появляется на нем, но лицо адвоката с каждым мгновением делалось все серьезнее.
- Да, - пробурчал он через несколько минут. - У нас тут рапорт офицера полиции с
видеоматериалами, заключение врача, показания свидетелей... Вас обвиняют в преднамеренном
нанесении тяжких телесных повреждений, повлекших за собой увечье.
- Что? - Вильям ощутил, что под ним качается пол. Сердце на мгновение замерло, точно в него
вцепилась когтистая ледяная лапа, а потом бешено заколотилось. - Как? Увечье?
Он захрипел, заморгал. Мак-Нил ловким движением снял со стола стакан, плеснул туда воды из
графина.
- Выпейте, - сказал он. - Вам станет легче.
Вильям ухватил стакан и лишь теперь догадался, что у него трясутся руки. Зубы лязгнули о
пластик так, что тот едва не треснул. Вильям с трудом пропихнул в себя воду и только после этого смог
нормально дышать.
- Повторяю, вас обвиняют в преднамеренном нанесении тяжких телесных повреждений,
повлекших за собой увечье, - сказал адвокат, глаза его были холодны и внимательны. - Как следует
из предоставленных материалов, сегодня, двадцать второго мая две тысячи девяносто восьмого года, в
час десять ночи по гринвичскому времени, вы нанесли тяжелые повреждения гражданину по имени
Алекс Ниш. Он впал в кому по пути в больницу и так из нее до сих пор и не вышел. В качестве орудия
нападения использовалась ножка от стола, которую вы собственноручно и выломали.
- Я-а-а?
- Да, вы. - Мак-Нил кивнул и наклонился к Вильяму. - Вы что, совсем ничего не помните?
- Нет. - Вильям истово замотал головой. - Клянусь четверкой, мы просто сидели и выпивали, а
потом, потом... - Он стыдливо умолк.
- Понятно. - Адвокат дернул себя за ухо. - Что ж, закон обязывает меня защищать вас, но,
если честно, я вижу мало шансов что-либо изменить. Если только удастся доказать, что нападение
совершено в состоянии аффекта...
Вильям всхлипнул - он все никак не мог поверить, что это случилось именно с ним. Он всегда
честно платил налоги, не нарушал закон, не грешил... ну разве что по мелочи...
Хотелось во весь голос заорать: за что?! За что?!
- Согласно закону об ускоренном судопроизводстве, по которому будет рассмотрено дело, на все
про все у нас есть неделя, - выдержав минутную паузу, сообщил Мак-Нил. - Так что давайте
работать. Итак, вы - Вильям Снарк, две тысячи семьдесят пятого года рождения, ранее не судимый?
Так?
- Ага, - безнадежно согласился Вильям.
- Наркотики? Проблемы с психикой? Внебрачные дети?
Разговор обещал быть долгим.
- Да ты не трясись, парень. Чего пугаться, ешкин кот? - Бритоголовый Руфус, голый по пояс,
расхаживал по камере, и по многочисленным наколкам, украшавшим его мускулистый торс, знающий
человек мог рассказать все о его богатой криминальной биографии. - Ну впарят тебе срок за убийство.
Ну влетишь годков на двадцать. И что? С такой статьей, как у тебя, будешь уважаемым человеком!
Падлой буду, ешкин кот!
Вильям только вздохнул. Он знал, что Руфус провел в заключении двадцать пять из тридцати
восьми лет жизни и что конура с зарешеченным окном и запертой дверью давно стала для него родным
домом.
Бритоголовый сочувствовал сокамернику вполне искренне.
- Я домой хочу, хочу вернуться к Джудит, - негромко сказал Вильям, - и чтобы все было как
раньше...
За шесть дней, проведенных в стенах центра правосудия, эта фраза превратилась для него во чтото
вроде заклинания, хотя бывший работник городского архива отлично понимал, что прошлое вернуть
невозможно.
Соседи по камере, к счастью, его не услышали. Руфус продолжал болтать, а косматый старик,
откликающийся на имя Джон, дремал. Их дела не попадали под действие закона об ускоренном
делопроизводстве, так что оба пока могли ни о чем не беспокоиться.
- Так вот, ешкин кот... - Руфус остановился на полуслове, замер, вслушиваясь в грохочущий
лязг, донесшийся со стороны двери.
- Вильям Снарк? - заглянув в камеру, спросил могучий негр в форме. - Собирайся и пошли.
Вильям ощутил, как застучали зубы.
- Иди, парень, и смотри, не облажайся, - сказал Руфус и ободряюще похлопал Вильяма по
плечу.
Джон открыл глаза и проворчал нечто одобрительное.
Вильяма заковали в наручники и вывели из камеры. Пока шагали по коридорам и поднимались в
лифте, невольно вспоминалось прошлое: детство в Халтоне1, закончившееся после гибели родителей во
время орбитальной экскурсии; обучение в Глазго, поездки в горы; последний год - работа в архиве,
встречи с Джудит, походы на матчи "Ливерпуля" и гулянки в "Красном мире"...
[1 - Район Ливерпуля]
С внезапным холодком в груди он осознал, что сегодняшний приговор уничтожит все это с
легкостью пресса, дробящего камни, и в анкетных данных Вильяма Снарка останется огромный черный
крест. Судимость перечеркнет надежды на успех, карьеру и благополучную семью.
В похожем на крошечный театральный зал помещении Вильяму благодушно улыбнулся Элайджа
Мак-Нил.
- Не стоит так переживать, - проговорил адвокат, когда подзащитного усадили рядом с ним. -
Я сделаю все, что смогу.
- Клянусь четверкой, мне кажется, что сегодня этого не хватит, - уныло выдавил Вильям.
- Встать, суд идет! - объявил судебный пристав.
Мак-Нил, Вильям, а также сидящий через проход обвинитель поднялись, и сквозь боковую дверь в
зал вступил судья. Седой парик сидел на нем криво, а морщинистое лицо напоминало мордочку
разгневанного мопса, но это вовсе не выглядело смешным.
В черном балахоне судья выглядел зловеще, как ангел смерти.
- Садитесь! - Заняв место на возвышении, он махнул костлявой лапкой. - Смотрю я, зрителей
сегодня немного...
Его честь изволил пошутить. Вильяму уже было известно, что на ускоренные процессы зрители не
допускались.
- Итак, начнем, - сказал судья, и взгляд его крошечных, блестящих, как металлические шарики,
глаз остановился на Вильяме.
С этого момента бывший сотрудник архива утратил всяческую способность мыслить связно. Его о
чем-то спрашивали, он отвечал, потом адвокат и обвинитель некоторое время пикировались, пока судья
не грохнул молотком так, что гул прокатился по залу.
Изучение материалов - полицейского рапорта и медицинского заключения - сменилось опросом
свидетелей. На скособоченном стуле, стоявшем чуть в стороне от судейского помоста, один за другим
появлялись собутыльники Вильяма по "Красному миру".
Все они как один краснели и путались в речах, пугливо отводили глаза, натыкаясь взглядом на
Вильяма. Затем пошли какие-то незнакомцы, эти говорили более уверенно.
Мак-Нил старался вовсю. Он задавал каверзные вопросы, перебивал обвинителя, пытался сбить с
панталыку особо рьяных свидетелей, то и дело апеллировал к каким-то законам и актам, принятым еще
во времена короля Ричарда Львиное Сердце.
Судья наблюдал за происходящим с олимпийским спокойствием.
А потом все закончилось. Вильям обнаружил, что стоит мокрый, как искупавшаяся мышь, что все
молчат, а судья, величественный и грозный, поднялся с места.
- Сегодня, двадцать девятого мая две тысячи девяносто восьмого года... - начал он,
прокашлявшись.
Перечисление статей каких-то там кодексов и законов увенчалось тяжелым, как одна из плит
Стоунхенджа, словом "ВИНОВЕН". Вильям пошатнулся, ноги превратились в вату.
- Виновен в преднамеренном нанесении тяжких телесных повреждений, повлекших за собой
увечье, - повторил судья, буравя подсудимого взглядом, - и приговаривается к десяти годам каторги
на рудниках Соргирана.
Элайджа Мак-Нил вздохнул и сгорбился. Десять лет на приисках ледяной планеты, которая
вращалась вокруг чахлой, но активно излучающей звезды, означали смертный приговор.
Молоток ударил по сукну так, точно в гроб вбивали последний гвоздь.
- Приговор окончательный и обжалованию не подлежит, - закончил судья, и тут его речь
замедлилась, - но... Но, как вам, скорее всего, неизвестно, три дня назад Федеральное министерство
юстиции ввело в действие "Закон об экстренной амнистии"...
Вильям поднял голову, адвокат встрепенулся.
Из судейской речи стало ясно, что под амнистию подпадают осужденные, давшие согласие на
вступление в Звездный Легион. А этот самый Легион спешно формируется для защиты одной из
дальних колоний, подвергшихся атаке "чужих".
После такой новости лицо удивленно вытянулось не только у Вильяма, но и у Мак-Нила, и даже у
обвинителя. Первый контакт людей с "чужими" состоялся двадцать лет назад, и с тех пор все
ограничивалось обменом посольствами и небольшой торговлей. Изредка доносились слухи о
столкновениях в дальнем космосе, но о том, что дело настолько серьезно, никто не знал.
- Итак, - проговорил судья, - выбирайте, господин Снарк. Десять лет на копях Соргирана или
тот же срок в армии.
Вильям нервно облизал губы. Сдохнуть от лучевой болезни и истощения, вкалывая по двадцать
часов в сутки, или быть разорванным на куски шальной пулей - из таких вариантов он выбирать не
хотел.
- Выбирайте амнистию, - шепнул на ухо адвокат, - на войне шансов выжить больше, чем на
Соргиране. Никто не протянул в тамошних рудниках больше трех лет. Я знаю - видел статистику.
- Ну... эх, - проговорил Вильям, - как бы... клянусь четверкой. Ваша честь, я согласен на ваше
предложение.
- То есть выражаете согласие завербоваться в Звездный Легион? - Судья наклонился вперед и
вдруг стал похож на одряхлевшего грифа, завидевшего дохлую овцу.
- Да.
- Распишитесь внизу, - велел судья, отдав приставу лист пластика, - и помните, господин
Снарк, что если вы дезертируете или иным образом нарушите заключенное с армией соглашение, то
приговор вступит в силу таким образом, как будто никакой амнистии не было...
Вильям обреченно кивнул и приложил ребро идентификационной карточки к собственной
фамилии, стоящей под "Прошением об амнистии". Потом коснулся мизинцем миниатюрного сканера,
вклеенного в карточку. Послышалось шипение, и на пластике осталась подпись - тонкая выжженная
полоска. Под микроскопом она выглядела бы как ряд крошечных цифр и букв.
- Ах, дорогой, я так за тебя волновалась! - Джудит влетела в комнату свиданий словно
маленький черноволосый ураган. Глаза ее блестели, а рельефная грудь под обтягивающим
комбинезоном часто-часто вздымалась.
- Мне так никто и не сказал, чем закончился суд! И ты ничего не объяснил, когда звонил!
И девушка выжидательно надула губки, и без того пухлые.
Вильям вздохнул - после завершения процесса ему сообщили о положенном свидании и дали
минуту на звонок. Естественно, это время он потратил на перечисление того, что нужно привезти.
- Меня не осудили, - сказал он, - но зато мне придется отслужить в армии. Ты ничего не
забыла?
- В армии? - Выразительные черные глаза Джудит наполнились удивлением и страхом. - В
какой?
Девушке было от чего изумляться. Сорок лет назад пара гениальных русских открыла
гиперквантовый скачок, а еще через десять стало ясно, что ни одна страна не сможет использовать его в
одиночку. Постепенное слияние государств привело к тому, что национальные армии вымерли, остались
только гвардейские части и Войска ПКО - противокосмической обороны - на случай приближения к
Земле опасных метеоритов.
- В космической, - ответил Вильям. Согласно "Прошению об амнистии" он не имел права
раскрывать подробности. - Давай выкладывай чего принесла...
Джудит всхлипнула, а потом разрыдалась и бросилась ему на шею.
- Ой, как же... - запричитала она. - Как же... тебя ведь там убьют!
- Ну нет. - Вильям знал, что за ними наблюдают, и ощутил неловкость. - Не должны. Я
обязательно уцелею, клянусь четверкой! Ты только жди меня!
- Я буду! Буду! - Девушка разжала руки. Глаза ее покраснели, а голос дрожал. - Вот то, что ты
просил...
Зашуршал распотрошенный пакет, и на стол вывалилось все, что Вильям посчитал нужным взять с
собой: белье, голография самой Джудит, универсан - хитрый комплекс расчески, бритвы и зубной
щетки, носовые платки.
- Вроде я ничего не забыла, - сказала девушка. - Проверь.
- Ага. - Вильям даже не посмотрел на вещи. Он печально смотрел на подругу, с тоской
понимая, что снова увидит ее нескоро, если только увидит... Он отчетливо сознавал, что десять лет -
невероятно долгий срок, так что надеяться оставалось лишь на то, что война быстро кончится и
Звездный Легион распустят за ненадобностью... - Я вернусь, обязательно! Ты только жди меня!
- Свидание закончено. - Дверь распахнулась, и на пороге появился усатый полицейский, тот
самый, что конвоировал Вильяма в первый день.
- Я буду ждать, буду! - Джудит вновь заплакала, на этот раз беззвучно. Слезы оставляли
мокрые дорожки на ее щеках.
- Да, и проследи за моей коллекцией! - крикнул Вильям, когда девушка оказалась у двери. -
Перевези книги к себе!
Она кивнула, сделала шаг назад, и дверь захлопнулась, чтобы тут же вновь распахнуться.
Вильям подался вперед в надежде, что Джудит позволили вернуться, но наткнулся на суровый,
холодный взгляд и тяжело опустился обратно на стул.
- Я - лейтенант Кампински, - лязгающим голосом объявил вошедший в комнату пожилой
офицер в темно-синей форме странного покроя, - и должность, которую я занимаю, можно назвать
просто - вербовщик Звездного Легиона.
- Ага. - Вильям обреченно кивнул. - Что я должен сделать?
- Для начала - подписать договор.
Лейтенант деловито сел, не спеша вынул из папки того же темно-синего цвета с застежкой в виде
золоченой львиной головы два одинаковых бланка. Вильям просмотрел договор, согласно которому он
оказывался в распоряжении Министерства обороны Земной Федерации на десять биологических лет,
тяжко вздохнул и приложил снизу идентификационную карточку.
- Отлично. Добро пожаловать в Легион, сынок. - Кампински убрал один из бланков. - Теперь
еще одна формальность...
Короткая полоска в его руках, напоминающая древние часы, обвилась вокруг запястья Вильяма.
На крошечном экране красовался ряд чисел, последнее все время изменялось в сторону уменьшения:
9:364:23:59:43...42...41...
- Это - индикатор легионера. Ты будешь носить его постоянно, - сообщил лейтенант, - он
показывает, сколько тебе осталось до окончания контракта. Сломать или снять индикатор не пытайся -
будешь наказан. Понятно?
- Ага.
- Не ага, а так точно, сэр! - Кампински ехидно улыбнулся, продемонстрировав желтые зубы. -
Ты теперь в армии, сынок. Не забывай об этом. Понятно?
- Аг... то есть так точно, сэр, - вовремя поправился Вильям. - А...
- Чтобы задать вопрос старшему по званию, ты должен попросить разрешения обратиться. -
Лейтенант поднялся одним пружинистым движением. - Но сейчас у нас нет времени на болтовню!
Собирайся и следуй за мной!
Под нетерпеливым взглядом офицера Вильям свалил принесенные Джудит вещи обратно в пакет.
Универсан брякнулся мимо, с грохотом ударился о пол. Ощущая себя последним недотепой, Вильям
подобрал его.
- Иди за мной, легионер. - Кампински повернулся и шагнул к двери.
Несмотря на возраст, лейтенант шел так быстро, что Вильям едва поспевал за ним. Они поднялись
на скоростном лифте, в небольшом холле чужаков подозрительными взглядами проводили двое
полицейских. Широкая дверь откатилась в сторону, и свежий ветер растрепал волосы на голове
Вильяма.
Они очутились на крыше центра правосудия. Чуть дальше выстроились ряды флаеров, похожих на
скульптуры громадных ласточек, отлитые из блестящего пластика. Большинство было выкрашено в
полицейские цвета - белый и алый, но с самого края расположился темно-синий, как грозовая туча.
Как форма вербовщика Звездного Легиона.
- Залезай, - приказал Кампински, когда в борту открылась дверца и с негромким жужжанием
выдвинулся трап. - Надеюсь, ты любишь летать?
- Э... нет, клянусь четверкой. - Вильям нервно облизнул губы. Для того чтобы забраться внутрь
флаера, ему пришлось пригнуться. Люк не оказался рассчитан на столь высоких людей.
- Тогда привыкай. - Лейтенант забрался следом, люк захлопнулся. - В будущем тебе
предстоит это делать неоднократно!
Когда нечто теплое коснулось затылка, Вильям невольно вздрогнул. Он видел в зеркало, что это
всего лишь лазерная машинка для стрижки волос, но ощущение все равно было гадкое.
Затылок щекотало, потом там стало холодно. Пряди светлых как солома волос спадали на пол, где
их тут же абсорбировало антимусорное покрытие. Если бы не оно, помещения учебной базы "Инферно1"
мало чем отличались бы от барханов.
База располагалась в самом центре пустыни, Вильям даже не гадал какой.
Он прибыл сюда час назад, успел пройти через администрацию, где лишился идентификационной
карточки, склад, на котором получил обмундирование, медосмотр, где его признали годным, и вот
теперь подвергался процедуре, на военном языке именующейся "санитарной обработкой".
- Готово, - отрапортовал парикмахер, стригший Вильяма, и отступил на шаг.
Голая как бильярдный шар голова в зеркале весело поблескивала. Вильям осторожно вскинул руку
и провел ладонью ото лба до самого затылка. Пальцы не встретили сопротивления.
- Красавец, - одобрительно кивнул парикмахер. - Иди, не задерживайся.
База напоминала лагерь римских легионеров - окруженный невысокой стеной прямоугольник с
четырьмя воротами и свободной площадью в центре. Вот только вместо палаток стояли вытянутые
бараки. Расположенные на крышах солнечные батареи нестерпимо сверкали, жадно впитывая падающий
с небес свет.
Вильям шел между бараками, время от времени вглядываясь в номера, намалеванные черной
краской на белых стенах. База выглядела мертвой, только на взлетно-посадочной полосе кипела суета.
Из нутра большого флаера один за другим выбирались ошеломленно моргающие, помятые и пока еще
не лишившиеся волос новобранцы.
Казарма номер семь оказалась крайней в ряду. За ней виднелась стена, а еще дальше - шеренги
громоздящихся барханов. Под сильным ветром их вершины "курились".
Вильям сунул карточку пропуска в щель около двери, та заскрежетала и открылась. Он шагнул
вперед и очутился в небольшой комнате. На стенах висели плакаты с бодро улыбающимися парнями в
военной форме старомодного покроя, в углу стоял кофейный автомат.
- Новенький? - Сидящий за столом пожилой сержант поднял голову, - Фамилия? Так,
отлично. Ты у нас в отделении последний, так что выбирать место тебе не придется. Койка тридцать
девять, у самого санитарного блока. Проходи.
За второй дверью открылось длинное помещение, заполненное двухъярусными койками.
Приглушенный свет падал на поблескивающий пол, аккуратные одинаковые тумбочки, освещал лысые
головы сидящих и лежащих парней.
Кое-кто повернулся, покосился на вошедшего без особого интереса.
Проходя через казарму, Вильям исподволь рассматривал будущих сослуживцев. В Легион собрали
людей со всех концов Земли - черных и белых, азиатов и вообще непонятно кого.
Тридцать девятая койка замыкала ряд и была нижней. С верхней, под номером сорок, Вильяму
чуть напряженно улыбнулся круглолицый узкоглазый тип.
- Привет, - сказал он с легким восточным акцентом. - Меня зовут Ли. Ты мой сосед?
- Ага. Я - Вильям.
Протянутую руку пожимал осторожно, но маленькая ладошка оказалась на удивление сильной.
Едва Вильям разобрался с устройством тумбочки, рассчитанной на двоих, как дверь казармы с
грохотом распахнулась.
- Смирно, срань господня! - рявкнул кто-то голосом таким злобным, что при его звуках
тираннозавр умер бы от разрыва сердца.
Вильям от неожиданности вздрогнул.
Казарма огласилась скрипением и торопливым шуршанием. Новобранцы спешно вскакивали с
коек, выстраивались в центральном проходе. Ли ловко спрыгнул на пол.
Вильям сунул универсан в тумбочку, вытянулся рядом с соседом.
- Так, срань господня! - Стоящий у двери высокий чернокожий мужчина, похоже, просто не
умел говорить тихо. - Команда "смирно" должна выполняться не дольше чем за три секунды! Даже
если вы сидите на толчке или дрочите, через мгновение должны стоять навытяжку! Ясно?
- Так точно! - Ответ прозвучал нестройно и тихо.
- Громче! - рявкнул чернокожий. - Где я, в казарме или в детском саду? А ну повторяйте за
мной, засранцы! Так точно, сэр!
- Так точно, сэр!!! - грохнуло отделение. У Вильяма заболели уши.
- Неплохо, - кивнул негр. - Я - сержант-наставник Джордж Фрезер, и с сегодняшнего дня вы
отданы в мое полное распоряжение. Вам надлежит именовать меня "сэр" и выполнять все, что я ни
прикажу. Ясно?
Предвкушая оглушительный ответ, Вильям заранее сморщился.
- Надеюсь, что все из вас понимают, куда именно попали. - Фрезер пошел вдоль нестройной
шеренги. - Так, что это у тебя торчит, рядовой?.. Брюхо подтяни! Почему пуговица не застегнута? Еще
раз увижу - отправишься пылесосить пустыню... Вы - в Звездном Легионе, и это, срань господня,
значит, что вы должны стать чертовски аккуратными, умелыми и бравыми... засранцами!
Сержант-наставник остановился, не дойдя до Вильяма нескольких шагов. Седые волосы на его
затылке курчавились, как покрытая белесым налетом проволока, а вытарашенные глаза неистово
сверкали.
- Вас собрали сюда из тюрем со всего света, - Фрезер огляделся, - чтобы вы могли искупить
совершенные проступки. И я надеюсь, что вы этим шансом воспользуетесь! Ясно?
- Так точно! - гаркнул Вильям вместе с остальными, с тоской вспоминая о родном архиве, где
было так тихо, спокойно и уютно.
- На сегодня все свободны, - кивнул сержант, - а завтра я за вас возьмусь...
Чеканя шаг, он проследовал к двери. Та хлопнула, и слитный вздох облегчения пронесся по
казарме.
- Говорят, что он на самом деле воевал, - негромко сказал Ли.
- Кто? - не понял Вильям.
- Фрезер. - Китаец сноровисто забрался на койку. - Участвовал в последней крупной войне лет
тридцать назад. Где-то в Африке.
- К
...Закладка в соц.сетях
