Жанр: Научная фантастика
Побочный эффект
...спахнул дверцу и выскочил из машины.
Нина выбралась следом.
- Так... Замечательно, - адвокат не удержался от нервного смешка, глядя на
продавленную в снегу яму. - И что это может значить?
- Это может значить, что я права! - горячо ответила девушка. - Как можно найти
одежду, если в нее не вмонтирован маячок?
Адвокат задумчиво ковырнул проломленный наст носком ботинка.
- Чушь, - сказал он, словно сам себя убеждая. - Шпионские страсти. Скорее всего
униформу подобрали бомжи.
- Ха! Ну конечно! - усмехнулась Нина. - Какие бомжи могут оказаться в лесу при
таком морозе? И следов нет.
- Следы как раз есть. - Семен Ильич присел на корточки, рассматривая искрящийся в
лунном свете покров снега.
Нина не поленилась по колено увязнуть в сугробе, чтобы лучше разглядеть цепочку
следов, ведущую от дороги к ближайшему дереву.
- Это армейкие ботинки, - уверенно заявила она. - Смотрите, какой протектор.
- Мало ли кто может носить штурмовые ботинки... - адвокат пожал плечами
- Но не бомжи.
- Кто то остановился у обочины, увидел одежду, забрал. А до дерева сходил по малой
нужде.
- Глупости! Вы бы взяли у дороги чужую одежду? - усмехнулась Нина.
- Я нет. А какой-нибудь деревенский житель, возращающийся с колхозного рынка
наверняка бы позарился. В любом случае в маячок я не верю. И нечего здесь мерзнуть.
Главное, что одежду забрал кто-то другой и теперь мы о ней можем не беспокоиться.
- Да? А если одежду нашел милицейский патруль?
- Исключено. Нас бы уже скрутили, дорогая моя. В местах подобных находок всегда
оставляют засаду. Так что все. Закрыли тему. Поехали.
Нина вылезла из сугроба и несколько раз топнула, стряхивая снег с ботинок и брюк.
- Мне страшно, - неожиданно призналась она. - И на душе хреново. Вы уверены, что
Олег не придет в себя? Вы можете представить, каково очнуться от удара по голове на таком
морозе? Без одежды, в снегу...
- Ты с ума сошла! Как можно думать о подобных вещах, когда речь идет о
возвращении суммы в несколько миллионов?
- Я не понимаю, как об этом можно не думать.
- Пойдем в машину! - негромко, но властно, попросил Семен Ильич и взял ее за руку.
- Не трогайте меня! - она вырвала руку. - Господи! Как я согласилась на все это?
Чудовищно...
- Немедленно прекрати истерику.
- Идите к черту! Надо его найти и отправить в больницу.
- Ты соображаешь о чем говоришь?! - вспылил адвокат.
- Он не мог умереть за такое короткое время. Надо найти. иначе он мне будет сниться
всю жизнь.
- Быстро в машину!!! - Семен Ильич сорвался на крик. - Немедленно!
- Чем он вам помешал? - Нина уставилась на него безумным взглядом и попятилась
вдоль дороги. - Он же совершенно безобидный...
- Ты сама шарахнула его по башке!
- Если бы не вы, я бы никогда этого не сделала.
- Заткнись! Без меня ты остаток дней проведешь в психушке. Идиотка! Тебя будут
трахать все санитары, кому ты понравишься.
- Это лучше, чем на мне будет смерть человека, который помог мне.
- Заткнись, дура!
Он грубо схватил ее за руку, но девушка вырвалась и побежала в сторону поворота на
дачный поселок.
- Стой, дрянь! - адвокат рванулся за ней, но гладкие подошвы дорогих туфель
скользнули по укатанноуму снегу и Семен Ильич, нелепо взмахнув руками, рухнул в сугроб.
- Ну дрянь... - Он на четвереньках выбрался на дорогу и бросился к поджидавшему
автомобилю.
Мотор взревел, машина пробуксовала и сорвалась с места, выписывая на скользкой
дороге замысловатый зигзаг. Фары выхватили из темноты белую шубку бегущей вдоль
обочины девушки. Нина оглянулась и прыгнула в сторону, тут же увязнув в сугробе.
Адвокат ударил по тормозам и распахнул дверцу.
- Стой! - выкрикнул он. - Не зли меня и не заставляй гоняться за тобой по всему лесу!
- Иди к черту, урод! - визгливо ответила девушка, медленно удаляясь от дороги по
глубокому снегу. - Лучше всю жизнь провести в психушке. Господи, что я наделала!
Семен Ильич зарычал от злобы, выбрался из машины и открыл багажник.
- Сейас я тебе устрою, - шептал он, судорожно расстегивая сумку с инструментом. -
Нашла время мучиться угрызениями совести.
Он таки расстегнул сумку из которой посыпались хромированные гаечные ключи,
сверкающие в потоке лунного света. Выбрав широкую монтировочную лопатку, он поднял
воротник и перепрыгнул наметенный у обочины сугроб.
Белая шубка Нины сливалась с искрящимся снегом и стволами берез, но темная
цепочка следов четко указывала направление.
- Куда она ломится? - недоуменно фыркнул адвокат.
Он пошел по следам, высоко поднимая ноги и ускоряя шаг.
- Немедленно остановись! - крикнул он в гудящую пелену поземки.
Ответа не было. Семен Ильич не стал тратить времени попусту и принялся пробираться
через снег прыжками. Это давалось нелегко, но давало значительное преимущество в
скорости. Уже секунд через десять впереди различилась спина Нины.
Девушка испуганно оглянулась и тоже прибавила шаг.
- Не подходи ко мне! - выкрикнула она. - Я все равно буду его искать.
- Не заставляй меня применять силу! - прошипел адвокат, демонстрируя зажатый в
кулаке инструмент.
- Ты не сможешь меня ударить! - истерически выкрикнула Нина.
- Еще как смогу, - голос Семена Ильича переплняла уверенность.
- Не надо! - взмолилась девушка. - Давайте его найдем. А еще лучше вызовем
"скорую".
- Ты действительно сумасшедшая, - вздохнул адвокат, и снова пустился в погоню.
Расстояние между ними стремительно сокращалось - Нина теряла силы и не могла
двигаться по глубокому снегу с проворством крепкого мужчины. Наконец он ее догнал и
схватил за край шубки, но ей удалось вырваться.
Семен Ильич не мог отделаться от ощущения, что девушка не просто так бежит от
него, а преследует некую, вполне осмысленную цель. Словно ищет что-то.
- Черт!
Она снова ускользнула из его захвата и побежала не от дороги, а вдоль нее, чуть петляя
и внимательно оглядывая снежный покров. Наконец что-то привлекло ее внимание и,
приглядевшись, адвокат заметил черную лунку пробитую в снегу. Девушка не жалея сил
рванулась туда, сильно разорвав разделяющее их расстояние. Добравшись до лунки, она
несколькими движениями раскопала погребенный под снегом сотовый телефон Вадима.
- Не подходи! - завизжала она, набирая номер замерзшими пальцами. - Я звоню в
милицию!
- Дура! - Адвокат бросился вперед и ударом монтировки выбил трубку из ее руки.
Девушка закричала от боли и повалилась в снег, пытаясь нащупать мобильник другой
рукой. Но адвакат успел раньше - он схватил телефон, и с размаху швырнул его в
ближайшее дерево. Промахнулся. Нина тут же бросилась к месту падения, скрытому
снежными вихрями, но Семен Ильич сбил ее с ног толчком в спину.
- Ну, дрянь, сейчас ты у меня получишь... - прорычал он, замахиваясь монтировкой.
И замер. Не веря собственным глазам он тупо уставился в глядящий на него ствол
пистолета.
- Не трогай меня, - прохрипела девушка, опуская флажок предохранителя. - С такого
расстояния я снесу тебе голову по самую шею.
- Откуда у тебя это?
- От верблюда, - мстительно фыркнула Нина. - А ну пшел вон! Быстро! Катись к
черту! И железяку свою брось. Я не буду повторять дважды!
Адвокат разжал пальцы, уронив мнтировку в снег.
- Руки вверх и вали к машине.
- Подожди! - взмолился он. - Ты что, вообще не понимаешь, что делаешь? На таком
морозе этот щенок уже умер, уверяю тебя. Через три дня ты забудешь его, как страшный сон.
Зрачок ствола дрожал в замерзшей руке Нины.
- Если я уеду, ты замерзнешь тут через полчаса, - вкрадчиво и внятно говорил Семен
Ильич. - Насмерть замерзнешь. И никакой пистолет тебе не поможет. Брось его и пойдем.
Ну! Брось!
Он изловчился, перхватил ее руку, вынул пистолет из пальцев и забросил как можно
дальше.
- Все! Успокойся.
Девушка склонила голову и громко заплакала. Адвокат подхватил ее на руки и понес к
машине.
- Ну не реви, - уговаривал он. - Новая жизнь всегда рождается в муках. За нее
приходится платить. Или собственными муками, или чужой кровью. Иначе никак. Ты что,
готова пожертвовать собственной жизнью ради чужой? Я понимаю, что это не простой
выбор. Понимаю, не плачь.
Он открыл дверцу и усадил Нину на переднее сиденье.
- Ну вот. Все нормально.
Сев за руль, адвокат запустил двигатель и осторожно развернул машину на заваленной
снегом дороге.
- Ты молодец. Сильная, - отеческим тоном произнес он.
Нина молчала, все еще всхлипывая.
- Утри слезы, - посоветовал Семен Кузьмич, разгоняя автомобиль в сторону Москвы.
Некоторое время ехали молча, Нина успокоилась и хмуро глядела в окно, иногда
массируя замерзшие пальцы.
- Извините... - тихо сказала она, когда впереди показалась развязка МКАД. - Я вела
себя как полная дура. Я испугалась.
- Ничего, все нормально. Не каждый день приходится принимать подобные решения.
Но поверь мне, так будет лучше.
- Я знаю.
- Вот и прекрасно.
На милицейском посту при въезде в город останавливали всех подряд. Кроме
дорожных инспекторов у дороги толпились бойцы ОМОН в защитных касках с забралами.
На плече у каждого угрожающе висел автомат.
- Ищут кого-то, - хмуро сказал семен Ильич.
- Нас, - ответила Нина, не отрывая взгляд от плывущих за окном картинок.
- Типун тебе на язык. Нам главное проехать, а дальше проще. У меня есть пара
квартир, где ты будешь в полной безопасности, пока нас не распишут.
Дорожный инспектор махнул светящимся жезлом и адвокат остановил машину в
указанном месте. Приоткрыл окно.
- Здравствуйте, - добродушно кивнул он инспектору. - Ищите кого-то?
Он протянул документы, затем вынул из кармана адвокатское удостоверение и раскрыл
его перед носом инспектора.
- Откуда едете? - поинтересовался милиционер.
- С дачи. Там у меня баня. Отвезу девушку и домой.
- Ее документы, пожалуйста.
- Моих вам недостаточно?
- Нет. У нас объявлен особый режим проверки.
- Понятно. Но на такую работу как у нее, редко берут с собой документы. Вы
понимаете?
- Проститутка? - поднял брови инспектор. - Замечательно. Прошу пройти со мной для
установления личности.
- Вы ставите меня в неловкое положение, - в голосе Семена Ильича появились
напористые нотки. - Я бы сказал, что это не по-мужски.
Говоря это, он неуловимым движением извлек из кармана довольно толстую пачку
долларов.
- Мы бы могли договорить. Понимаете? Не могу же я оставить девушку, оказавшую
мне услуги по высшему классу. К тому же вы прекрасно знаете приметы преступников.
Неужели я по ним прохожу?
Инспектор не спускал взгляда с денег.
- Я человек не бедный, - с нарочитым спокойствием продолжал адвокат. - И хотел бы
избавить себя от унизительной процедуры, унижающей мое мужское достоинство. Сколько
это может стоить?
- В сегодняшней обстановке - двести, - осторожно ответил инспектор.
- Никаких проблем. - Семен Ильич отсчитал две купюры и протянул в окно. -
Спасибо, офицер.
- Проезжайте.
Адвокат включил поворот и тронул машину с места.
- Проскочили! - нервно выдохнула девушка.
- Еще нет.
- Почему?
- У инспектора закралось подозрение. Это видно во взгляде.
- И что?
- Надо его уничтожить, чтобы никакие из его показаний не могли быть приняты на
веру.
- Разве это возможно? - удивилась Нина.
- Многие думают, что нет. Мало кто знает, что постовой милиционер, не смотря на
свой грозный вид, одно из самых уязвимых существ на свете.
- Да уж прямо... - недоверчиво покосилась девушка.
- Да. Только с ним нельзя вступать в открытый конфликт. Уничтожать его надо не в
честном поединке, как пробуют некоторые, а из-под тишка. Не мечом, но ядом.
Адвокат усмехнулся, снял с пояса сотовый телефон и набрал номер.
- Здравствуйте, - сказал он в трубку. - Вас беспокоит Семен Ильич Груздев из
коллегии адвокатов. Да. Только что на посту при въезде в город с Горьковского шоссе меня
остановил инспектор и вымогал взятку за неработающий указатель поворота. Я заменил
лампочку при нем, но он грозил изъять права. Я дал ему двести долларов помеченными
купюрами, которые вожу с собой для таких случаев. Хорошо. Я могу подъехать и подать
официальное заявление. Спасибо. Еду прямо сейчас.
Он нажал кнопку отбоя и довольно прибавил скорость.
- Сейчас я тебя завезу на квартиру и разделаюсь с этим уродом.
- Зачем? - удивилась Нина. - Не лучше ли было сделать все тихо?
- Не лучше. Напдение всегда предпочтительнее защиты. Он мог записать номер
машины или принять другие меры, но теперь любые его показания не будут стоить и
ломанного гроша. Он сможет только оправдываться перед службой внутренних
расследований. В любом случае он совершил уголовное преступление, а я нет.
- Я ничего плохого не сделала! - разозлилась Шерстка, сидя за столом в комнате для
задержанных.
Двери в помещении не было, в вестибюль выходил широкий проем, через который
видно было окошко дежурной комнаты, массивную входную дверь с решеткой и ряд
деревянных кресел для посетителей, какие раньше стояли в кинотеатрах.
- Сейчас позвоним, разберемся, - монотонно бубнил лейтенант со значком дежурного
на груди. - Ходите по ночам пьяные, ломаете телефоны, а потом удивляетесь, что вас
задерживают.
- Я не пьяная! - нахмурилась девушка. - Выпила два бокала вина на выставке.
Полупустую комнату со столом и тремя привинченными к полу стульями заливал
мерцающий свет люминисцентных ламп. Они раздражающе гудели, так что из-за этого шума
приходилось невольно прислушиваться к тихим словам дежурнго.
- Что за выставка? - без всякого интереса спросил он.
- Художественная. Я скульптор.
- Да? - подозрительно сощурился лейтенант. - И что делает скульптор в городе
посреди ночи? Да и одежда у вас, милочка, ничем не напоминает одежду представительницы
богемы.
- Я так специально оделась.
- Зачем? - поднял глаза дежурный. - Чтоб по форточкам легче было лазать?
Шерстка не ответила на дурацкий вопрос, только скрипнула от злости зубами.
- Нервничаем? - довольно спросил лейтенант. - Эй, Тарасов! Позвони-ка в управу,
узнай, что это за Людмила Шерстюк. Мне нюх подсказывает, что с этой дамочкой связано
криминальное дельце. Нет там новых ориентировок?
- Сейчас позвоню, - ответил голос помощника. - А ты прими улов от Севастьянова.
- Опять проститутки? - недовольно скривился дежурный. - На кой хрен он их ловит
пачками? С половины ни фига не возьмешь! Придурок.
- Это ты ему сам скажи! - рассмеялся помощник.
В фойе раздался лязг входной решетки и басовитый мужской голос, перемешанный с
визгливыми женскими выкриками:
- Проходите, девочки! - гремел бас.
- Иди в задницу, ментяра поганый!
- Рассаживайтесь!
- Чтоб тебе жена никогда не дала!
- А я и не женат, - расхохотался мужчина. - Но платить за это дело считаю
непозволительной роскошью.
- Урод!
Шерстка повернула голову и увидела высокого тощего милиционера в капитанских
погонах, вокруг которого, словно овцы вокруг пастуха, суетились восемь женщин.
Вызывающая одежда и яркий макиж не позволяли усомниться в древности их профессии.
- Севастьянов, твою мать! - зло поднялся со стула дежурный и вышел в фойе. - На кой
хрен ты опять понавел это стадо?
- Сам ты стадо! - тут же закричали на него.
- Импотент!
- Мурло!
- А ну заткнитесь! - рявнкул дежурный. - Я вам не Севастьянов. Распихаю, на хрен по
камерам, и будете сидеть до утра! Быстренько документы сюда!
- Да иди ты, - отмахнулась одна из девиц. - Делать мне нечего, на работу ходить с
документами. Гемморой себе лишний на задницу.
Подруги поддержали ее дружным взрывом хохота.
- Дай мне жунал расписаться, - хитро сощурился Севастьянов. - Да я пойду.
- Слушай, тебя никто еще киллерам не заказывал? - хмуро поинтересовался
дежурный. - Вечно накуролесишь и сматываешься. Совести у тебя ни на грош! Тарасов,
принеси ему журнал расписаться!
Помощник еле заметно улыбнулся, взял толстый картонный журнал и, выбравшись в
вестибюль, протянул его Севастьянову. Тот достал из кармана ручку, глазами пересчитал
проституток и принялся писать, положив журнал на подоконник.
- Ты созвонился с управой? - строго спросил дежурный у помощника.
- Сейчас все сделаю.
- Не тяни, у нас теперь до утра работы хватит. Присмотри тут за всем, а я сейчас
подойду.
Он размашистым шагом направился к лестнице, ведущей на второй этаж.
- Поссать побежал, - громко прокомментировала одна из женщин. - На первом этаже
ему в западло!
- Конечно! - подхватила другая. - Ему подавай сортир, в который начальство гадить
изволит!
Дежурный решил воздержаться от ответа и вскоре звук его шагов затерялся в коридоре
второго этажа. Шерстка слушала перебранку с нарастающим ужасом.
"Ну я и влипла!" - она нервно простучала пальцами по краю стола. - "Если дантист
уже связался с милицией, то я могу выйти отсюда только в наручниках".
Помощник вернулся в дежурную комнату и принляся щелкать кнопками телефона на
пульте, Севастьянов закончил писать и просунул журнал в окошко.
- Я пойду, - махнул он рукой. - Неохота лишний раз попадаться на глаза этому психу.
- Сам ты псих, - фыркнул помощник, прижимая к уху телефонную трубку. - Вали
отсюда, только решетку захлопни, а то твои барышни разбегутся в два счета.
"Что же мне теперь делать?" - Шерстка ощутила, как холодеют кончики пальцев. -
"Сбежать? Но ведь паспорт останется здесь! Это еще хуже. Все равно потом найдут".
- Ты долго нас тут будешь держать? - насмешливо поинтересовалась одна из
проституток, подойдя к окошку дежурной комнаты.
- А ну сядьте на место! - прикрикнул помощник. - Распустились! По телефону не
дадут слова сказать! Да, алло! Это помощник Тарасов. Да. Новые ориентировки
какие-нибудь есть? Что? План "Перехват"? Почему нам не сообщил? Ладно, хорошо.
Приметы есть? Как ты говоришь? Шерстюк?
У Шерстки сердце ушло в пятки, она закусила губу и напряглась всем телом, готовая
разрыдаться в любую секунду.
- Девушка без документов? - уточнял Тарасов, поскрипывая кончиком карандаша по
бумаге. - Понятно. То есть они должны быть вдвоем, или не обязательно? Так это он
Шерстюк или она?
Девушка удивленно навострила слух, страясь ни слова не пропустить из того, что
говорил помощник дежурного. Из-за гомона задержанных проституток это оказалось
непрстой задачей.
- Прикинь, а у меня девка задержанная, тоже Шерстюк. Может родственница? Сейчас
гляну. Точно! Расписана с Олегом Шерстюком. Тебе она не нужна? Ладно. Позвоню.
Он положил трубку на рычаг, вышел в вестибюль и заглянул в комнату для
задержанных. Шерстка собрала всю свою волю в кулак, чтобы не показать бушующий
внутри страх. Помощник держал в руке ее паспорт, открытый на странице записей семейного
положения.
- Вы говорили про Олега Шерстюка? - едва шевеля губами, спросила она. - Что с ним?
- Муж? - коротко спросил помощник.
- Да...
Девушка заметила, как за его спиной одна из проституток на цыпочках пробралась к
решетке и аккуратно потянула ее на себя, с легкостью распахнув, хотя магнитный замок
должен был захлопнуться после ухода Севастьянова. Тяжелая деревянная дверь тоже
открылась без скрипа, открыв женщинам путь на улицу. Без лишнего шума они друг за
дружкой покидали вестибюль, растворяясь в белой кутерьме поземки.
- Да, это мой муж, - бледнея от принятого решения, ответила Шерстка.
Наверху раздался шум воды из сливного бачка.
- Ваши дамы сейчас разбегутся, - девушка коротко мотнула подбородком в сторону
входной двери.
Помощник рефлекторно обернулся через плечо и замер, пораженный подобной
наглостью задержанных.
- Стоять! - заорал он оставшимся женщинам.
Шерстка вскочила со стула и, толкнув его плечом, выхватила из рук свой паспорт.
- Сучка! - он попробовал скватить ее за рукав, но девушка оказалась быстрее.
Растолкав проституток у входа, она вихрем вырвалась наружу, едва не оскользнувшись
на утоптанном у крыльца снегу.
- Перестреляю! - донеслось вслед.
- Не туда! - у самого уха раздался женский голос и Шерстка почувствовала рывок за
полу шубки. - Там патруль Севастьянова! Свяжутся по рации и треньдец! У этой дылды
ноги, как у страуса.
Шерстка мельком оглядела свою спасительницу - довольно подержанную дамочку лет
тридцати. Особого доверия она не вызывала, но опыта в побегах из милиции у нее было явно
больше. Не раздумывая ни секунды, девушка рванулась следом за ней.
- Не напрягайся, - проститутка затянула ее в подворотню и перешла на шаг. - Делать
им нечего бегать за бабами по морозу! Меня зовут Кира.
- Меня Люда, - ответила Шерстка, стараясь унять учащенное дыхание.
- Тебе куда?
- Не знаю. Мне нужен телефон.
Кира усмехнулась и оглядела девушку с головы до ног.
- Забавно, - протянула она. - Адвокату звонить?
- Нет. У меня муж попал в большую беду. Мне надо его разыскать раньше, чем отыщет
милиция.
- И что с ним?
- Понятия не имею, - призналась Шерстка. - Но у меня есть номер телефона человека,
который наверняка знает.
- Ты часом никого не грохнула? - подозрительно сощурилась проститутка. - А то у
меня в последние дни какой-то напряг с везением. Позавчера нагрянули менты и выперли
всю нашу компанию из "Солара"...
- Откуда?
- Из "Солара". Это боулинг на девятьсот пятого года. Там тепло и полно богатых
клиентов. Прерасное место для работы. Но теперь туда носу не сунуть. Пришлось
перебираться в "Форд Нокс". Довольно гадкий клубешник. И надо же было сунуться туда
Севастьянову! Урод длинноногий. Так что если тебя взяли по мокрухе, у умываю руки.
- Нет! - девушка помотала головой. - Я не могла дозвониться и шарахнула кулаком по
таксофону. Тут меня и взяли. За нарушение порядка.
- Похоже на правду. Этим уродам только дай поймать невинного человека. Пойдем ко
мне, это в двух кварталах отсюда. Телефон у меня есть. Да и немного выпивки тебе не
повредит.
Шерстка сглотнула и сжала кулаки.
- Идем! - решилась она. - Только заплатить я тебе не смогу. Денег почти не осталось.
- Забудь, - улыбнулась Кира и потянула девушку за руку. - Бабы должны помогать
одна другой, иначе этот мир рухнет к чертям собачьим.
Они пробрались через заваленный снегом двор и пересекли пустынную улицу, над
которой мигал желтый сигнал светофора.
- Как вы открыли решетку? - наконец решилась спросить Шерстка.
- Старый трюк с жевательной резинкой, - рассмеялась женщина. - Когда тебя заводят в
милицию, не забудь залепить жвачкой язычок магнитного замка. Чего ты дрожишь вся?
- Замерзла, - соврала Шерстка, ускоряя шаг.
Олегу снился прокаленный солнцем песчанный пляж, теплое море, теплый ветер и
Шерстка, плескающаяся у берега в сверкающих бликах волн. Он вздрогнул во сне, услышав
писк электронного будильника, но липкая дремота отпускала с огромным трудом. Сначала
он вынырнул из полудремы на пляже, а затем проснулся в снежной норе. Звук остался. Но
теперь Олег понял, что это не писк будильника, а сигнал вызова мобильного телефона.
Простенькая мелодия раздвалась совсем рядом, и ветер разносил ее далеко по лесу.
Олег заставил себя выбраться из норы - где есть телефон, должны быть и люди.
Оставалось только ползти на звук, но пробравшись по снегу всего с десяток шагов, Олег
понял, что звук раздается из-под рыхлого снега, а не из чьих-то рук. Заметив лунку в снегу,
он начал копать бесчуственными ладонями, почти сразу наткнувшись на показавшуюся
знакомой трубку. Ничего не ощущающий палец надавил кнопку, но ответить получилось
лишь неясным хрипом.
- Что? - удивленно прозвучал в трубке голос Шерстки. - Это Вадим?
- Шерстка... - прошептал Олег, не понимая, правда ли то, что он слышит.
- Что? Кто это?
- Шерст-ка, - чуть более внятно сказал он.
- Олег? - выкрикнула девушка. - Олег, ты где?!
- В лесу. У-ми-ра-ю. Горь-ков-ско-е шоссе.
- Говори яснее!
- Горьковское.
- Какой километр? Что с тобой?
Олег уже понял, что держит в руке не случайный мобильник, а телефон Вадима. Это
говорило о не слишком большом расстоянии до дороги - Нина не могла забросить его
далеко.
"Я все время полз вдоль шоссе", - с досадой подумал он и прислушался, но ветер
мешал уловить направление по звуку.
- Не клади трубку, - хрипло попросил Олег.
- Только не молчи. Почему у тебя такой страшный голос?
- Я без одежды, - хрипел Олег, пытаясь определить, под каким углом телефон влетел в
снег. - За-мер-за-ю...
- Господи... - Шерстка не удержалась и заплакала. - Что же мне делать?!
- Не вешай трубку... - он встал и направился туда, где по его мнению должна была
оказаться дорога.
Он не ошибся, хотя расстояние оказалось раза в два больше, чем он предполагал. Но
километрового столба поблизости не нашлось.
- Я между МКАДом и поворотом на дачный поселок.
- Какой поворот?
- Правый. Не доезжая. Едь быстрее, я не знаю, сколько еще продержусь.
- Я еду. Держись, ради Бога! Вызови "скорую"! Нет, я сама вызову!
Олег не удержался и упал на колени. По закатанному в снег асфальту извивалась
поземка, ветер свистел и продувал онемевшее тело насквозь. Хотелось снова зарыться в снег
и свернуться в клубочек, хотелось представить лавину жаркого сонца и раскаленный песок.
Сложная фигура из треугольников теперь заняла в воображении центральное место, она
вращалась перед глазами, начисто отключив от сознания внешние рецепторы. Мир перестал
восприниматься чем-то реальным.
"Я не хочу умирать", - думал Олег, уже ничего чувствуя. - "Я должен дождаться
Шерстку. Она придет. Обязательно".
Он рухнул лицом в сугроб и поземка тут же закидала его спину белой трухой.
9.
Темную комнату освещало лишь ровное сияние двух больших мониторов.
- Можешь идти отдыхать, - сказал Вадим оператору, когда в дверном проеме
показалась грузная фигура генерала Стежнева.
Парень облегченно вздохнул, подхватил сумку с вешалки и, попрощавшись, скрылся в
холле. Стежнев плотно прикрыл за ним дверь.
- План "Перехват" уже введен по области и Москве, - поставил он в известность
Вадима.
- Отлично, - кивнул тот. - Теперь надо срочно организовать прочесывание местности.
- Думаешь? - хмуро спросил генерал.
- В чем дело? - не понял Вадим.
- Устал я, - отмахнулся Виталий Кузьмич. - Замотал меня твой рецепиент. Ладно.
Пусть Ксения оганизует прочесывание. Хочешь найти владельца захваченной машины?
- Надеюсь. Да и вообще необходимо тщательно осмотреть местность вблизи точки
пеленга. Я бы рекомендовал радиус в двести мет
...Закладка в соц.сетях
