Жанр: Научная фантастика
Свободное владение Фарнхэма
...ова уехал. Теперь уже на Западное
Побережье. Дела. Мы буквально вгрызлись в этот бизнес. Он пробыл здесь
всего пару дней. Но успел преподнести Грэйс подарок на день рождения. Я
имею в виду Дьюка. Да, конечно, я знаю, что у нее не было никакого дня
рождения, да и тем более теперь дни рождения ничего уже не значат.
Справляются именины. Но она заявила Понсу, что собирается устраивать день
рождения и приставала к нему все время - а ведь ты знаешь Понса: он
снисходителен к животным и к детям. Поэтому он решил сделать ей сюрприз. И
тотчас же как вернулся, он подарил ей Дьюка. Черт возьми, они даже
отхватили комнату в личных покоях Понса. Теперь они совсем не спускаются
вниз, а даже ночуют здесь.
- Ладно, мне безразлично где они ночуют. Ты начал рассказывать мне,
как отнеслась к этому Грэйс. И сам Дьюк.
- Ах, да! Не могу точно сказать, когда именно она узнала о том, что с
ним сделали. Единственное, что я знаю, это то, что она сердечно поговорила
даже со мной, настолько она была рада. Рассказывала мне, что Понси все
устроил и убеждала меня, что Дьюки просто великолепно. В своих новых
одеждах. и все такое. Она разодела его в ливрею, вроде тех, которые носят
слуги здесь, наверху. Ведь здесь не носят рубищ, вроде твоего. Она даже
нацепила на него украшения. Понс на все согласен. Дьюк сущий подарок. У
него слуга из прислуги Понса. Не думаю, чтобы он хоть палец о палец
ударил. Он просто любимая игрушка Грэйс. И ей это все очень нравится.
- А самому Дьюку?
- Вот об этом-то я и хотел рассказать, Хью. Дьюк ничуть не огорчен
тем, что с ним произошло. Ведь он теперь как сыр в масле катается. Он чуть
ли не покровительствует мне. Можно подумать, что я, а не он ношу ливрею.
Имея такую защиту, как Грэйс, которая по его мнению крутит боссом как
хочет, Дьюк решил, что устроен капитально. И это действительно так, Хью.
Но я ничего не имею против. Я понимаю, что он уже привык к этому
транквилизатору, который принимают слуги.
- Так ты, значит, считаешь, что это очень хороший способ устроиться
капитально - когда тебя хватают, опаивают, кастрируют, а потом держат в
постоянном опьянении так, что тебя больше ничего не волнует? Джо, ты
удивляешь меня.
- Конечно, это так! Хью, постарайся отбросить свои предрассудки и
взгляни на вещи трезво. Дьюк счастлив. Если не веришь, я провожу тебя к
ним и ты сам сможешь поговорить с Дьюком. Или с обоими. Как хочешь.
- Нет, боюсь, что это будет слишком тяжелым зрелищем. Я согласен, что
Дьюк счастлив. Но ведь если напоить человека этим чертовым Счастьем, он
будет счастлив и тогда, когда ему отрежут руки-ноги и начнут перепиливать
горло. Но того же эффекта можно добиться и с помощью морфина. Или героина.
Или опиума. В этом нет ничего хорошего. Это настоящая трагедия.
- О, не надо устраивать мелодраму, Хью. Все это относительно. Дьюка
все равно рано или поздно кастрировали бы. Ведь держать слугу такого роста
в качестве жеребца просто противозаконно, и ты сам об этом знаешь. Поэтому
практически нет никакой разницы - случись это на прошлой неделе, или на
будущий год, или после смерти Понса. Единственная разница - в том, что он
счастлив, живя в обстановке роскоши, а не надрываясь в шахте или на
рисовом болоте или еще где-нибудь, поднявшись повыше. Среди слуг, конечно.
- Джо, а ты знаешь, как ты стал разговаривать? Как какой-нибудь белый
апологет рабства, рассуждающий о том, как здорово живется черненьким: сиди
себе на завалинке, пощипывай свое банджо, да распевай гимн.
Джо заморгал.
- Неправда!
Хью Фарнхэм почувствовал, что его разбирает злоба, и слова его были
без жалости:
- Давай, давай! Утверждай, что это не правда! Ведь я не могу перечить
тебе. Ты ведь теперь - Избранный. А я - ничтожный слуга. Масса Джо,
позвольте я поправлю ваш балахон. А в каком часу сегодня собирается Клан?
- Молчать!
Хью Фарнхэм замолчал. Джо тихо продолжал:
- Я не собираюсь пикироваться с тобой. Возможно, что тебе все
действительно представляется в таком свете. Но если это так, то неужели ты
ждешь, что я буду соболезновать? Просто все радикально переменилось - и
как раз во-время. Раньше я был слугой - теперь я уважаемый бизнесмен,
причем у меня есть все шансы стать благодаря браку племянником в
какой-нибудь благородной семье. Неужели ты думаешь, что я теперь брошу все
это? Я не смог бы пойти на попятную, даже если бы захотел. Да еще ради
Дьюка! Я бы не сделал этого ни ради кого, не буду лицемерить. Когда-то я
был слугой, теперь слуга - ты. Так в чем же дело?
- Джо, но ведь ты всегда был просто наемным работником, с которым
всегда хорошо обращались. Ты же не был рабом.
Глаза молодого человека вдруг заблестели, а лицо напряглось и приняло
такое выражение непреклонности и суровости, которого Хью никогда раньше не
видел.
- Хью, - мягко сказал он, - тебе никогда не приходилось проезжать на
автобусе через Алабаму? В качестве "ниггера"?
- Нет.
- Тогда лучше помолчи. Ты просто не знаешь, о чем говоришь. - И
помолчав, продолжал: - Ну, ладно, хватит об этом. Давай поговорим о деле.
Я хочу, чтобы ты узнал, что я уже сделал и что я собираюсь делать. Эта
идея насчет игр - самая лучшая из когда-либо приходивших мне в голову.
Хью не стал спорить насчет того, чья это была идея. Он продолжал
слушать, в то время как молодой человек говорил, все больше распаляясь. В
конце концов, Джо отложил перо и откинулся назад.
- Ну и как тебе все это? Есть какие-нибудь предложения. Помню, когда
я предложил это дело Понсу, ты внес кое-какие ценные дополнения. Так что,
если ты будешь продолжать оставаться полезным, для тебя в этом деле всегда
найдется теплое местечко.
Хью колебался. Ему казалось, что планы Джо слишком обширны для рынка,
который был всего лишь потенциальным и спрос на котором еще нужно было
породить. Но сказал он только:
- Может быть, стоило бы с каждой колодой продавать, не повышая цены,
книжку с правилами.
- О, нет. Их мы будем продавать отдельно и тоже заработаем на этом.
- Я не говорю о полном Хойле. Просто брошюрку с некоторыми из самых
простых игр. Криббедж. Парочка солитеров. И еще одна или две игры. Если
сделать так, то покупатели сразу же смогут начать играть. И продажа сразу
станет больше.
- Хмм.... надо подумать, - Джо сложил бумаги, отодвинул их в сторону.
- Хью, ты так вышел из себя только что, что я не сказал тебе одну вещь,
которая у меня на уме.
- Слушаю.
- Понс, конечно, великий старикан, но не может же он жить вечно.
Поэтому я намерен к тому времени, как он прикажет долго жить, иметь свои
собственные дела, независимо от его дел. Таким образом, чтобы стать
финансово независимым от него. Попробую вкладывать куда-нибудь доходы, или
что-нибудь в этом роде. Я думаю, тебе не нужно говорить, что я не очень-то
горю желанием иметь своим боссом Мрику - я тебе этого не говорил, поэтому
никому ничего не рассказывай. и я что-нибудь обязательно придумаю, так что
сам стану когда-нибудь номером первым. - Он усмехнулся. - И когда Мрика
станет Лордом Протектором, меня здесь уже не будет. У меня будет
собственное имение, конечно скромное, и мне понадобятся слуги.
Догадываешься, кого я собираюсь взять туда с собой?
- Нет, не догадываюсь.
- Не тебя... хотя ты вполне бы мог стать моим слугой, ведающим
бизнесом. Если конечно, окажется, что ты действительно справляешься с
делом. Нет, я имею в виду Дьюка и Грэйс.
- Что???
- Ты удивлен? Мрике они не будут нужны, это ясно. Он ненавидит Грэйс
из-за того влияния, которое она имеет на его дядю, и, ясное дело, Дьюка он
жалует не больше. Оба они ничему не обучены, поэтому и стоить будут совсем
недорого, если только я не покажу, что заинтересован в них. Но они будут
для меня очень полезны. Во-первых, потому, что они говорят по-английски и
я смогу разговаривать с ними на языке, которого никто больше не понимает.
А это может быть очень важно, когда кругом будут другие слуги. Но самое
лучшее... В общем, пища здесь неплохая, но иногда мне хочется попробовать
какое-нибудь простое американское блюдо, а ведь Грэйс когда захочет, может
отлично готовить. Вот я и сделаю ее поварихой. Дьюк готовить не умеет, но
он может научиться прислуживать за столом, открывать дверь и все такое
прочее. Лакей, одним словом. Как тебе моя идея?
Хью медленно сказал:
- Джо, а ведь они нужны тебе не потому, что Грэйс умеет готовить.
Джо нагло улыбнулся.
- Да, не только поэтому. Мне кажется, что Грэйс будет отлично
выглядеть в качестве моей кухарки, а Дьюк - моего лакея. То на это. О, я
буду хорошо обращаться с ними, Хью, можешь не беспокоиться. Если они будут
хорошо работать и хорошо вести себя, никто их не накажет. Хотя, мне
кажется, что пару раз наказать их все-таки придется, чтобы они знали свое
место. - Он покрутил свой жезл. - И должен признаться, что мне будет
довольно приятно немного поучить их уму-разуму. Я им кое-что должен. Три
года, Хью. Три года бесконечных придирок Грэйс, которая никогда ничем не
бывала довольна... и три года этакого покровительственно-презрительного
отношения со стороны Дьюка, когда он бывал дома.
Хью ничего не сказал. Джо продолжал:
- Ну? Так как тебе нравится мой план?
- Я был о тебе лучшего мнения, Джо. Я всегда считал тебя
джентльменом. Но, похоже, я ошибался.
- Вот как? - Джо слегка сжал свой жезл. - Ладно, малыш, мы отпускаем
тебя. Все.
18
Хью уходил из покоев Джо расстроенным. Он понимал, что вел себя
просто по-дурацки... нет, просто-таки с преступной неосторожностью. Как он
мог позволить Джо усесться на любимого конька?! Джо был необходим. До тех
пор, пока Барбара и близнецы не будут надежно укрыты в горах, ему
требовалась любая поддержка, на которую только можно было хоть в малейшей
степени рассчитывать. Джо, Мемток, Понс - кто угодно - и возможно, Джо
больше всего. Джо был Избранным, Джо мог бывать где угодно, рассказывать
ему то, чего он не знал, доставать ему вещи, которых он сам никогда не
смог бы достать. В крайнем случае, он даже рассчитывал попросить Джо
помочь им бежать.
Но не после того, что между ними произошло! Идиот! Совершеннейший
дурак! Рисковать судьбами Барбары и мальчиков только потому, что не можешь
держать свой дурацкий характер в узде!
Ему теперь казалось, что положение вещей - хуже некуда, - и отчасти
из-за него самого.
Но опускать руки не следовало. Он отправился к Мемтоку. Теперь как
никогда раньше было важно найти какой-нибудь способ связаться с Барбарой
тайно - а это значило, что он должен был переговорить с ней - а это, в
свою очередь, означало, что необходима хотя бы одна игра в бридж, пусть
даже в присутствии Лорда Протектора, но он поговорит с ней, хотя бы и по
английски и в присутствии Понса. Ход событий надо было ускорить.
Когда он подходил к кабинету Главного Управляющего, тот как раз
выходил из него.
- Кузен Мемток, можно вас на пару слов?
Всегда нахмуренное лицо немного прояснилось.
- Конечно, кузен. Но только нам придется немного пройтись, ничего?
Неприятности, неприятности, неприятности... можно подумать, что глава
департамента может управляться с делами без того, чтобы кто-нибудь вытирал
ему сопли! Ничего подобного! Рабочий при холодильнике жалуется главному
мяснику, тот жалуется шеф-повару, а ведь все это вопрос чисто технический,
и по идее Гру следовало бы связаться с технарями и все уладить, верно? Как
бы не так! О, нет! Они оба идут со своими несчастьями ко мне. Ты ведь,
кажется, немного сведущ в инженерном деле?
- Да, - согласился Хью, - но теперь я немного отстал. Прошло слишком
много лет. (Около двух тысяч, друг мой! Но об этом мы умолчим).
- Техника есть техника. Пойдем со мной, и позволь мне воспользоваться
твоей просвещенной консультацией.
(И выяснить, что я лгу. Ну уж, нет. Постараюсь затуманить тебе мозги
как следует).
- Конечно, пошли. Если только мнение такого ничтожного слуги может
иметь какое-нибудь значение.
- Все проклятый холодильник. С ним каждое лето что-нибудь не так.
Скорей бы вернуться во Дворец!
- Да позволено будет спросить, назначена ли дата переезда?
- Позволено, позволено. Через неделю. Теперь у тебя будет время
подумать о том, как лучше упаковать имущество департамента и подготовиться
к переезду.
- Так скоро?
- Тебя что-то тревожит? Да, ведь вам и паковать-то нечего. Архив, да
немного мебели. А ты знаешь, сколько тысяч предметов предстоит перевезти
мне? Сколько всего раскрадывают, теряют или просто портят эти идиоты! Дядя
милостивый!
- Да, должно быть, это просто ужасно, - согласился Хью. - Но это мне
кое о чем напомнило. Я просил вас известить меня в случае приезда Их
Милости. А молодой Избранный сообщил мне, что Их Милость дня два назад
приезжали и уехали снова.
- Ты недоволен?
- Дядя избави! Я просто спрашиваю.
- Их Милость действительно физически присутствовал здесь некоторое
время. Но официально он не возвращался. Мне показалось, что он неважно
себя чувствует, защити его Дядя!
- Да сохранить его Дядя! - искренне подхватил Хью. - Понятно, что при
подобных обстоятельствах вы не осмелились просить его дать мне аудиенцию.
Но, если можно, я хотел бы попросить вас о небольшом одолжении в следующий
его приезд...
- Поговорим об этом позже. Нужно еще посмотреть, что там случилось у
двух этих беспомощных...
Шеф-повар Гру и Главный Инженер встречали их у начала Владений Гну.
Они все прошли через кухню, через мясницкую и вошли в холодильное
помещение. Правда, в мясницкой им пришлось задержаться, пока на очень
торопившегося Мемтока не надели похожее на парку теплое одеяние. Но,
увидев, что парки грязные, Главный Управляющий отказался одевать свою.
Мясницкая кишела живыми слугами и неподвижными тушами - птица,
рогатый скот, рыба - словом, все, что угодно. Хью отметил про себя, что
тридцать восемь Избранных и четыреста пятьдесят слуг потребляли
значительное количество мяса. Помещение это ему показалось даже слегка
угнетающим, хотя он сам в своей жизни забил и разделал немало животных.
Но внешне не выдать своего потрясения от того, что он увидел на полу,
ему помогло только природное чувство самообладания. Это был кусок,
отрубленный явно от человеческого трупа - изящная, пухлая, очень
женственная рука.
Хью стало нехорошо, в ушах стоял какой-то шум. Он моргнул несколько
раз, но рука не исчезла. Рука, очень похожая на маленькую ручку Киски...
Он осторожно вдохнул, постарался подавить поднимающуюся в нем тошноту
и стоял отвернувшись до тех пор, пока ему не удалось восстановить полный
контроль над собой. Ему внезапно открылась правда, до сих пор скрывавшаяся
за некоторыми несоответствиями, идиомами, казавшимися ему бессмысленными,
шутками.
Гну тем временем о чем-то горячо спорил с кем-то, а Мемток стоял
рядом и ждал. Затем он направился к разделочной, по пути машинально пнув
изящную маленькую ручку, которая отлетела к куче отбросов и сказал:
- Вот эту-то вы не станете пробовать, Управляющий, если только не
вернется старик.
- Я всегда все пробую, - холодно ответил Мемток. - Их Милость
требует, чтобы стол был отменным независимо от того, здесь он или нет.
- О, да, конечно, - согласился Гну. - Именно это я всегда и твержу
своим поварам. Но... Да вот, хотя бы этот кусок прекрасно иллюстрирует
мучающую меня проблему. Слишком много жира. Видите - он слишком жирен, и
после приготовления остался таким же. А все из-за того, что это мясо
прислуги. Хотя, на мой взгляд, самым лакомым кусочком, нежным, но упругим,
было бы жаркое из мальчишки, оскопленного в шесть и забитого не позже
двенадцати.
- Никто твоего мнения не спрашивает, - ответил Мемток. - Значение
имеет только мнение Их Милости. А он считает, что прислуга более нежна.
- О, конечно, конечно, я согласен. Я ничего такого и не хотел
сказать!
- Я ничего и не думал. В принципе, я согласен с тобой. Я просто хотел
сказать, что в данном вопросе твое мнение - и мое тоже - не имеет никакого
значения. Я вижу, их уже доставили. Надеюсь, новых пока не заготавливают?
Вся группа в теплых одеяниях вошла внутрь. Инженер до сих пор не
проронил ни слова, и только кивнул и слегка улыбнулся Хью. Теперь же он
стал объяснять, в чем заключается проблема, проклятая проблема
замораживания. Хью постарался занять голову этой проблемой целиком, чтобы
не обращать внимания на то, что хранилось в холодильном помещении.
Большинство туш здесь были говяжьими и птичьими. Но в середине
комнаты висел ряд крюков, на которых было то, что он уже и ожидал увидеть
- человеческие трупы, выпотрошенные, вычищенные и замороженные, висящие
вверх ногами и без голов. Молодая прислуга и мальчики, насколько он мог
судить, вот только невозможно было определить, оскоплены ли мальчики. Он
сглотнул и поблагодарил судьбу за то, что трагическая маленькая ручка дала
ему возможность приготовиться и не потерять сознания.
- Ну, кузен Хью, что скажешь?
- Что ж, я согласен с Пайпсом.
- В том, что проблему нам не решить?
- Нет, нет, - Хью прослушал. - Его рассуждения правильны и он
предложил выход. Как он утверждает, проблему можно решить - и теперь же.
Нужно не пробовать чинить оборудование сейчас, а подождать с неделю,
демонтировать то, что есть и полностью сменить его.
Выражение лица Мемтока стало кислым.
- Слишком дорого.
- Зато со временем окупится. За несколько бычков хорошего
оборудования не купишь. Экономить тут нечего. Верно, Пайпс?
Инженер радостно закивал.
- Именно это я всегда и говорил, кузен Хью! Вы абсолютно правы.
Мемток все еще хмурился.
- Ну... ладно, подготовь расчеты. И перед тем, как представить их
мне, покажи кузену Хью.
- Есть, сэр!
Мемток приблизился и похлопал одно из мальчишеских тел.
- Вот это на мой взгляд настоящее мясцо. А, Хью?
- Замечательное, - согласился Хью, который все еще не смог придать
своему лицу нормальное выражение. - Возможно, ваш племянник? Или просто
один из сыновей?
Наступило ледяное молчание. Никто не шевелился, только Мемток,
казалось, стал выше ростом. Он чуть приподнял свой хлыст, даже не
приподнял, скорее, а просто сжал его из всех сил.
Затем он выдавил из себя что-то вроде кривой улыбки и издал
неприятный смешок.
- Кузен Хью, ты когда-нибудь рассмешишь меня до смерти. Ну у тебя и
шутки! Эта особенно хороша. Гну, напомни мне, чтобы я не забыл рассказать
ее вечером остальным.
Шеф-повар пообещал обязательно напомнить и хихикнул, инженер
разразился хохотом. Мемток еще раз усмехнулся, довольно прохладно.
- Боюсь, что не вправе претендовать на столь высокую честь, Хью. Все
эти тушки - выкормыши с ранчо, поэтому среди них нет ни одного моего
кузена. Кончено, я знаю, что в некоторых имениях принято... но Их Милость
считает, что подавать к столу домашних слуг вульгарно, даже если смерть
наступила в результате несчастного случая... Кроме того, слуги, не будучи
уверены в своем будущем, становятся беспокойными.
- Логично.
- Да, и кроме того гораздо более приятно закусывать теми, от кого все
равно нет никакого толка. Ну ладно, хватит об этом, мы теряем время. Хью,
обратно пойдем вместе.
Когда они удалились от остальных, Мемток спросил:
- Так что ты там говорил?
- Прошу прощения?
- Будет, будет, ты сегодня что-то очень рассеян. Ты говорил что-то
насчет того, когда Их Милость вернется.
- Ах, да! Мемток, не могли бы вы, в качестве огромного личного
одолжения мне, сообщить о возвращении Их Милости в имение сразу же?
Независимо от того, официально он вернется или нет. Не просить за меня о
чем-нибудь, а всего лишь сообщить. - Черт возьми, когда время безвозвратно
утекает, как кровь из перебитой артерии, единственное, что он еще может
сделать, это приползти на брюхе к Джо с унизительными извинениями, и таким
образом добиться того, чтобы Джо вместе с ним вмешался в ход событий.
- Нет, - ответил Мемток. - Нет, не думаю, что смогу.
- Прошу прощения? Возможно, ничтожный слуга невольно нанес
оскорбление?
- Ты имеешь в виду ту остроту? О небо, конечно нет! Может быть,
кое-кому она и показалась бы вульгарной, и можно держать пари, что
кое-кому из слуг стало от нее дурно. Но я, Хью, если чем и горжусь, так
это тем, что у меня есть чувство юмора - и в тот день, когда я не смогу
оценить шутку только потому, что она относится ко мне, я тут же подам
прошение об отставке. Нет, просто теперь настала моя очередь подшутить над
тобой. Я сказал: "Не думаю, что смогу". В этой фразе заключен двойной
смысл - двусмысленная, я бы даже сказал, шутка, ты понимаешь? Я не думаю,
что смогу сказать тебе, когда вернется Их Милость, потому, что он известил
меня, что вообще больше сюда не вернется. Так что увидеть его ты сможешь
только во дворце... а там уж я обещаю, что сообщу тебе, когда он будет на
месте. - И Главный Управляющий слегка ткнул его под ребра. - Жаль, что ты
не видишь выражения своего лица. Моя шутка ведь была далеко не так
остроумна, как твоя. Но, тем не менее, челюсть у тебя прямо-таки
отвалилась. Вот умора!
Хью извинился, ушел к себе, лишний раз помылся, очень тщательно,
гораздо тщательнее, чем обычно, а затем просто сидел и размышлял до самого
обеда. Перед обедом он слегка подбодрил себя небольшой порцией Счастья -
недостаточной, чтобы дать ему опьянеть, но вполне достаточной, чтобы дать
ему возможность благополучно перенести обед теперь, когда он знал, почему
"свинина" так часто подается к столу Избранных. Правда, у него были
основания предполагать, что свинина, идущая в пищу слугам - настоящая
свинина. Но, несмотря на это, он больше не намерен был есть грудину. Равно
как и ветчину, свиные отбивные, колбасы. Так чего доброго, он вообще
станет вегетарианцем - по крайней мере до тех пор, пока они не окажутся в
горах на свободе, где пища была всем.
Но, доза Счастья вполне позволила ему даже улыбнуться, когда Мемток
отведал жаркого, предназначавшегося наверх, и спросить:
- Ну как? Жирно?
- Даже хуже обычного. Попробуй.
- Нет, спасибо. Я и так представляю. Я бы, наверное, и сам смог бы
готовить гораздо лучше - хотя, наверняка, держал бы себя очень круто и
взыскательно. Впрочем, может быть кузен Гну и смягчил бы меня со временем.
Мемток так расхохотался, что даже подавился.
- Ой, Хью, не смей меня больше так смешить за едой! А то ты
когда-нибудь убьешь меня.
- Ваш покорный слуга нижайше надеется, что этого никогда не
произойдет. - Хью поковырял кусок мяса в тарелке, отодвинул его в сторону
и съел несколько орехов.
Вечером он засиделся в кабинете допоздна. Киска уже спала, а он все
еще составлял письмо. Ситуация требовала немедленного извещения Барбары,
причем в глубокой тайне, а это было возможно только через Киску. Задача
заключалась в том, чтобы написать Барбаре так, чтобы прочесть письмо могла
только она сама, да еще так, чтобы она без предупреждения поняла: это код,
и поняла зашифрованное сообщение. Та причудливая смесь, которой он
воспользовался прошлый раз, на этот раз не годилась - он должен был
передать ей подробные инструкции, в которых она не должна была пропустить
ни единого слова и должна была догадаться о малейших оттенках смысла
сказанного.
В итоге, письмо приобрело следующий вид:
"Милая!
Если бы ты была со мной, то я с удовольствием поболтал бы с тобой
немного о литературе. Ты, конечно, понимаешь, что я имею в виду; например
творчество Эдгара Аллана По. Можешь, так вспомни, что я всегда считал его
единственным достойным автором таинственных историй. Прочитать и
перечитать его - сущее удовольствие, уже потому, что с одного раза его не
раскусишь. Ответь, например, попробуй, на все вопросы, встающие по ходу
дела в его "Золотом жуке", "Убийство на улице Морг" или в "Пропавшем
письме", да и в любом другом его произведении. Таким же образом - то есть
по нескольку раз следует перечитывать почти всего По. Способом, который
один только может раскрыть читателю окончательно все потаенные оттенки
мыслей писателя, является более чем внимательное чтение каждой его фразы с
самого первого слова, а не вскользь. Конец нашего разговора об этом
действительно великом человеке мог бы отложиться на неопределенное время,
но уже поздно, поэтому приходится прервать его; в следующий раз предлагаю
обменяться мнениями о творчестве Марка Твена.
С любовью."
Поскольку Хью никогда раньше не обсуждал с Барбарой творчества Эдгара
Аллана По, он был совершенно уверен, что она начнет искать в письме
скрытое сообщение. Вопрос был в том, сможет она его обнаружить или нет.
Тайное послание должно было читаться так:
"ЕСЛИ ТЫ МОЖЕШЬ ПРОЧИТАТЬ ЭТО ОТВЕТЬ ТАКИМ ЖЕ СПОСОБОМ КОНЕЦ"
Сделав все, что было в его силах, он прежде всего избавился от
черновиков, а затем приготовился сделать кое-что гораздо более
рискованное. Теперь он готов бы был променять свое вечное блаженство и еще
что угодно в придачу на обыкновенный фонарик. Его комнаты освещались, ярко
или мягко, по его желанию, светящимися полусферами, расположенными в
верхних углах комнат. Хью понятия не имел, что они собой представляют, и
знал только одно - это ни один из известных ему родов освещения. Они
совершенно не нагревались, похоже не нуждались в проводке и регулировке, а
регулировались небольшими рычагами.
Такой же свет
...Закладка в соц.сетях
