Жанр: Научная фантастика
Часовые вселенной
...еческая каста. Следовательно, нужно ориентироваться на два дня. Вряд ли у него будет
больше.
Оставалась - информация. Он собирал ее весь первый день, отмечая все особенности
своей камеры, наличие и места расположения следящих устройств, а также распорядок этой
тайной подземной тюрьмы "Д-корпуса". В камере не было окон, и здесь никогда не выключали
свет. О времени он мог догадываться лишь по визиту робота, приносящего пищу.
Даже в действиях этого робота соблюдалась максимальная осторожность.
Он не входил в камеру к заключенному, а просовывал сквозь небольшое оконце в
стальной двери длинный запечатанный контейнер с горячей пищей.
Самую большую ошибку Арлан совершил, рассказав Рикарскому о Талисмане. В
результате он лишился своей единственной защиты. Оставалась еще надежда на то, что
Талисман в чужих руках не проявит своих волшебных особенностей и Рикарский примет его за
обычную копию. Надежда эта была такой слабой, что он не стал даже обдумывать ее всерьез.
Вечером, закончив свои дневные наблюдения, он подвел первый безрадостный итог -
бежать из этой камеры обычными способами невозможно.
Оставались только те, которым учил его Ошан. Первое правило воина гласило: "Воин не
имеет права считать ситуацию безнадежной". Он всегда обязан бороться до самого конца, и,
если смерть все же приходит, она приходит неожиданно. Для человека нет ничего страшнее
пассивного ожидания собственной смерти.
Арлан вытянулся на своей жесткой койке и попытался сосредоточиться. Больше всего
мешал бьющий в глаза свет. В конце концов он решил эту проблему, заклеив глаза толстым
слоем хлебной мякоти.
Если бы ментальные способности, которые проявились у него до посвящения, остались в
силе, он сумел бы, наверное, связаться с Ошаном. Хотя и в этом у него не было уверенности.
Слишком велико расстояние, отделявшее его от храма. А толстые стальные стены камеры
наверняка экранируют любую попытку ментального контакта. Казалось, Рикарский
предусмотрел все.
Ночью ему снилась черная воронка, ведущая в вечность. Он падал вдоль ее вертящихся
стен, изо всех сил стараясь приостановить это бесконечное падение, но все было тщетно.
И лишь утром, когда его разбудил звук откинувшейся металлической крышки пищевого
приемника, падение прекратилось.
Робот принес завтрак. Возможно, это его последний завтрак, поскольку сегодня истекал
им самим вычисленный срок оставшегося у него времени. Ему хотелось бы сейчас выпить
холодного земного пива. Но пива здесь не было, не было и аниранского тоника. Приходилось
довольствоваться безвкусными синтетическими белками, запивая их кружкой холодной воды.
Он с трудом проглатывал горьковатые куски пищи и думал, что в любом из них могла
притаиться смертоносная крупинка яда.
Наверняка они это сделают тихо и благопристойно. Никакой крови, никаких криков
жертвы. Нервно-паралитический газ, выпущенный в систему воздухоочистки, неожиданный
разряд высокой энергии из стены или яд.
Времени у него почти не оставалось. В этом все дело. Рикарский не станет рисковать. Он
понимает, что лишнее время для Арлана - это возможность воспользоваться любым
обстоятельством, любым контактом со случайным посетителем.
Вероятно, Рикарский уже убедился, что его слова об обряде посвящения - не пустой
блеф. Оставалась лишь небольшая надежда на Талисман света. Рикарский не станет уничтожать
человека, пока в точности не установит, что побудило жрецов вручить Арлану свою самую
драгоценную реликвию.
Арлан знал, что в научных лабораториях корпуса сидят настоящие специалисты, им не
составит никакого труда отличить подлинный Талисман от его копии. Вопрос лишь в том,
захочет ли Рикарский провести подобное исследование. Слишком трудно поверить, что жрецы
могли добровольно расстаться со своей величайшей реликвией.
Если же они все же установят подлинность знака, тогда ему начнут задавать вопросы.
Много вопросов. И надо к ним подготовиться. Надо отвечать достаточно правдоподобно.
Надо отвечать так, чтобы извлечь из предстоявшего до-Проса всю возможную выгоду...
Он стал думать над этой проблемой, учитывая каждую деталь, каждую мелочь, так,
словно это уже произошло.
И когда он закончил, когда ответил на последний вопрос, заданный самому себе, в левой
части стены, над самой его койкой, вспыхнул невидимый раньше экран дисплея.
Глава 22
Дисплей, вспыхнувший над койкой Арлана, слегка искажал краски, смещая спектр в
зеленый диапазон, в остальном же голографическое изображение создавало полную иллюзию
присутствия.
В стальной стене камеры словно вырезали окно, и из него зловеще глянули тигриные
глаза Ри-карского. С минуту Арлан и Рикарский молча разглядывали друг друга.
- Каким образом он оказался у вас? - спросил наконец полковник, приподнимая над
столом Талисман света так, чтобы он попал в поле обзора видеодатчика.
- Наверняка вы уже знаете, что это не муляж.
- Разумеется, я это знаю, иначе не разговаривал бы с вами. Так как же эта вещь оказалась
у вас?
- Я ее не крал, полковник. Можно сказать, мне ее подарили.
- Кто вам ее "подарил"?
- Кажется, его звали Арадатор. Довольно внушительная персона. - Арлан не скрывал
своего злорадства и не отказал себе в удовольствии слегка поиздеваться над озадаченным
полковником, хотя и понимал, что теперь времени у него совсем не осталось.
- Они там все с ума посходили, в своем древнем храме! - произнес полковник,
отключаясь. Теперь ему не придется решать головоломную задачу, как объяснить бесследное
исчезновение Истинно Избранного, прошедшего ритуал встречи человека... И при этом сделать
так, чтобы бесценная реликвия как можно дольше оставалась у него в руках.
Наживка была слишком жирной, чтобы такой честолюбивый человек, каким был
полковник Ри-карский, не клюнул на нее.
Возможно, теперь у Арлана появится дополнительное время - задача была слишком
сложна даже для Рикарского. Этот амулет, подлинный символ власти древних правителей,
реликвия, исследовать которую управление "Д-корпуса" стремилось не первый год и всегда
натыкалось на ожесточенное сопротивление жрецов, теперь сама упала в руки Рикарского, и
соблазн был слишком велик, слишком высока ставка. Если полковник ошибется, у Арлана
появится шанс вклиниться в борьбу двух могущественных сил Анирана. Кроме того, с каждым
часом возрастала вероятность того, что жрецы сумеют обнаружить его местонахождение, и
тогда полковнику придется туго. Арадатор, единственный из всех жителей Анирана, имел
право появляться на приеме у президента без специального приглашения.
Важно предугадать следующий ход Рикарского и подготовиться к предстоящему
поединку.
Хуже всего то, что он не может ни о чем договориться с полковником - не стоит даже
пытаться. Единственный способ вырваться из застенков Рикарского и начать новый тур борьбы
- найти Подходящего человека, подавить его волю и заставить подчиняться.
Сила воздействия внушения возрастала пропорционально расстоянию от объекта.
Следовательно, человек должен находиться достаточно близко. Кроме всего прочего, у него
должен быть электронный ключ сразу от нескольких дверей. Слишком много невероятных
совпадений. Арлан почувствовал, как им вновь овладевает отчаяние.
Духота в камере стояла невыносимая, и он, забыв обо всех проблемах, мечтал о стакане
холодного земного пива.
С минуту он забавлялся тем, что представлял себе несуществующий стакан во всех
подробностях. Запотевшую поверхность толстого стекла. Пузырьки газов, пробивающие себе
дорогу наружу сквозь слой янтарной жидкости, увенчанной белой пеной. Хорошее пиво всегда
пенится... Не может не пениться... И у него горьковатый вкус...
Словно желая убедиться в этом, он протянул руку к несуществующему бокалу, взял его со
столика, ощутил ладонью его вес и прохладу. Затем неторопливо отхлебнул напиток и лишь
после этого от неожиданности уронил бокал на пол.
Секунду назад в его руках находился вполне реальный бокал... Бокал напитка, не
существовавшего на Аниране...
Повторить условия удачного эксперимента оказалось непросто. Лишь с десятой попытки
ему удалось вновь воссоздать на столике бокал с напитком, напоминавшим по вкусу
верблюжью мочу. Но это было уже неважно. Никакого значения не имел вкус, потому что он
только что обрел способность телепортировать предметы... Возможно даже, это была не
телепортация. Он готов был поклясться, что в радиусе ближайшего десятка световых лет пива
не существовало в природе. Тем не менее он совсем недавно попробовал этот желанный
напиток, а значит, сумел получить его из воздуха усилием своей воли...
Полковник и его планы потеряли для Арлана всякое значение. Все его время уходило на
опыты с трансформацией предметов. Через пару часов он установил, что для преобразования
годится любая материя.
Единственным необходимым условием была масса исходного предмета, который он
изменял. Она должна была соответствовать массе полученного в результате его усилий
предмета.
Еще одно ограничение он осознал несколько позже. Слишком большие массы оказались
непригодны для трансформации. Очевидно, существовал какой-то предел. Он мог
трансформировать за один прием не более ста граммов материи. При этом ему ни разу не
удалось создать хоть что-то полезное. Получались лишь грубые поделки, муляжи.
К вечеру он стал обладателем кучи ненужного хлама и тогда сообразил, что не знает, как
объяснить появление в его камере этих странных предметов.
Неожиданная резкая боль в голове заставила его забыть обо всем. Ему едва удалось
добраться до койки. Его охватила такая слабость, словно он только что бегом взобрался на гору.
Расход психической энергии оказался чрезмерно велик. Он так и не научился
осторожности в своих ментальных экспериментах.
Примерно через час, когда боль несколько ослабла и к нему вернулась способность
соображать, он попытался понять, откуда взялась гигантская кинетическая энергия,
необходимая для преобразования материи? Ведь не из его же головы?
И вдруг он понял. Энергия была здесь, рядом, в каждом атоме, в каждой частице
вещества. Его мозг произвел работу своеобразного переключателя, и на это ушли все его силы.
Прежде чем он окончательно пришел в себя, прежде чем успел подготовиться к
следующей схватке с Рикарским, двери камеры распахнулись, и два робота грубо схватили его.
Он даже не успел вскочить с койки.
Боевые роботы, модернизированные для охранной полицейской службы, действовали
чрезвычайно эффективно. Их реакция намного превосходила человеческую, а сила и
возможность действовать несколькими гибкими конечностями одновременно делали из них
идеальных тюремщиков.
Арлан не знал, получали ли они команды извне или действовали по заранее заложенной в
них программе. Одно было совершенно очевидно - у них имелись сложные индивидуальные
устройства управления, позволяющие им мгновенно реагировать на изменяющуюся
обстановку.
Рикарский сделал все, чтобы исключить возможность прямого контакта Арлана с
персоналом "Д-корпуса". И в отличие от него избежал почти всех возможных ошибок.
Коридор, по которому Арлана волокли роботы, был пуст в обоих направлениях. Казалось,
в этом здании никогда не было людей.
Расслабившись и внешне безвольно обвиснув в могучих стальных захватах, Арлан
лихорадочно искал выхода, экономя силы для предстоящего поединка. Он не сомневался, что
Рикарский продумал все и постарается избежать любого риска. Единственное, о чем полковник
пока еще не имел информации, так это о его способности трансформировать материю. Ему
необходимо найти способ использовать свое единственное преимущество.
Проблема состояла в том, как это сделать. Жалкими кусками стекла и пластика, которые
ему удавалось получить, боевых роботов не одолеть. И он ничего не может сделать с самими
роботами - слишком велика их масса...
Недолгий путь по коридору закончился, они оказались в просторной лаборатории, в
которой Арлану еще не приходилось бывать. Как он и предполагал, обслуживающий персонал
отсутствовал. Все механизмы и аппаратура работали автоматически.
Роботы защелкнули на его руках стальные захваты стоявшего на возвышении кресла. К
этому креслу от различных устройств шли пучки проводов, световоды и трубки с какой-то
жидкостью.
Когда стальные захваты обхватили ноги и голову, Арлан в полной мере ощутил
собственное бессилие и почувствовал, как в глубине его существа зарождается страх,
постепенно переходящий в панику, грозящую сломить его волю.
Он понял, что, если немедленно не справится с этим, Рикарскому не придется прилагать
слишком много усилий, чтобы сломать его окончательно.
Фигура полковника между тем возникла на большом голографическом дисплее,
заполнявшем часть стены напротив кресла, к которому приковали Арлана.
С двух сторон из спинки кресла появились стальные иглы. Арлан видел их увеличенное
изображение на двух специальных экранах. Палачам, сконструировавшим кресло, нельзя было
отказать в изобретательности. Жертва должна была видеть во всех деталях все, что с ней
происходит. Полковник молча и с видимым интересом наблюдал за началом экзекуции.
Иглы, направляемые гибкими металлизированными трубками, развернулись и уперлись в
болевые точки, расположенные под лопатками.
Арлан знал, что будет дальше, и заранее покрылся холодным потом.
Боль была еще сильнее, чем он ожидал, потому что между иглами был пропущен
электроток высокого напряжения. Его сила была рассчитана так, чтобы человек не потерял
сознания.
Боль оказалась настолько сильной, что на какое-то время нервная система полностью
вышла из-под его контроля. Кажется, он закричал, потому что иглы дернулись и исчезли в
спинке кресла, а Рикарский сказал:
- Вот видите. У меня есть возможность преодолеть порог болевой сопротивляемости
любого организма. Даже вашего. Так что советую правдиво отвечать на мои вопросы. Это была
всего лишь демонстрация возможностей аппаратуры. Сеанс может продолжаться несколько
часов, и после него вы навсегда забудете о психологических фокусах с чужим сознанием.
- Подонок!
Полковник сделал вид, что не расслышал.
- Итак, начнем. Вопрос первый: как вы этого достигаете, каким образом вам удается
воздействовать на чужую психику?
Арлан понимал, что если немедленно не найдет выхода, то не найдет его уже никогда. Он
знал, что полковник сказал правду и что у него не хватит сил сопротивляться слишком долго.
Вскоре его нервная система превратится в сплошной комок боли.
Если бы он мог добраться до электронных мозгов охранных роботов! Но он знал, что это
невозможно. Его пси-поле воздействовало только на человеческий мозг.
Арлан лихорадочно искал выход и не ответил на вопрос полковника. Неожиданно первая
волна боли подстегнула его сознание.
Конечно, он не может воздействовать на мозги этих проклятых электронных тварей! Зато
может превратить стальные иглы, доставлявшие ему невыносимые мучения, в обыкновенные
стекляшки!
Едва успев подумать об этом, он уже знал, что превращение произошло, потому что
электроток, терзавший его тело, исчез. А это означало, что теперь он должен действовать
стремительно, пока Рикарский не разобрался в том, что происходит.
Прежде всего захваты на его теле... Сталь ведь можно превратить в бумагу... Он рванулся
и почувствовал, что свободен.
Один из роботов, тот, что стоял к нему ближе остальных, немедленно бросился на него.
Но теперь Арлан знал, что делать.
На стальной шарообразной груди робота появилось прозрачное стеклянное окно.
Это нужно было, чтобы видеть внутренние кабели, снабжавшие энергией основные узлы
робота. Теперь оставалось превратить в пластмассу внутренние жилы проводов.
Само воздействие заняло десятые доли секунды. Робот неожиданно споткнулся и рухнул
на пол, так и не сумев преодолеть расстояние, отделявшее его от Арлана.
Второй робот стал поспешно отступать к двери - и Арлан переключил свое внимание на
него.
Нижние манипуляторы, позволявшие роботу довольно быстро передвигаться, со звоном
разлетелись на составные части. Экономя силы, Арлан превратил в стекло не сами
манипуляторы, а лишь скреплявшие их шины. Но и этого оказалось вполне достаточно. Робот
беспомощно рухнул на пол, потеряв способность двигаться. Однако его верхние манипуляторы
все еще представляли потенциальную угрозу.
Через секунду и они отделились от туловища. Однако в то же мгновение Арлан ощутил
импульс опасности и плашмя бросился на пол.
Этот бросок спас его, потому что скрытые в стене бластеры открыли огонь на поражение.
Видимо, Рикарский наконец решил, что дальнейшие эксперименты с этим узником слишком
рискованны. Но было поздно.
Лежа на полу, Арлан перевернулся на спину. Его глаза, обладающие невиданной доселе
разрушительной силой, прошлись по щелям в стене, отыскивая стволы лазеров, и те замолчали
навсегда, превратившись в порошок ржавого цвета.
Чего-то он не рассчитал, поскольку разрушение коснулось энергетического магазина
одного из бластерных автоматов. Грохнул взрыв, и на стене сразу же образовалась глубокая
прореха с загнутыми раскаленными до малинового жара краями.
Воздух в лаборатории наполнился удушливым дымом от горящей пластмассы. В общую
сумятицу вмешались автоматические пожарные системы, выбросившие в лабораторию струи
густой пены.
Изображение Рикарского на дисплее съежилось и исчезло. Но Арлан знал, что, если он
немедленно не доберется до полковника, его жизнь не будет стоить ломаного гроша, потому
что в руках Рикарского находилась могучая машина разрушения "Д-корпуса" и после всего
происшедшего в лаборатории он запустит ее на полную катушку, не считаясь ни с какими
последствиями.
Арлан бежал по коридору в непривычном, замедленном темпе. Его мотало из стороны в
сторону. Очертания предметов двоились перед глазами. Энергия, которую ему пришлось
израсходовать на схватку с роботами, оказалась непомерно высока, и порой ему казалось, что
сил не осталось вовсе.
Коридор выглядел бесконечным. Лишь фотографическая память, обострившаяся после
встречи с Триединым до неузнаваемости, не изменила ему. Он помнил каждый поворот,
каждую дверь, мимо которой вела его охрана во время первого посещения Рикарского.
Лифт, конечно же, был выключен или не работал после того разгрома, который он
устроил в лаборатории. Он и не надеялся на лифт. Это было бы слишком большой удачей.
Теперь ему придется взбираться вверх по лестнице. Восемь этажей... Нет, сейчас эта задача ему
явно не по плечу. Необходимо найти какой-то выход...
Он рванул на себя ближайшую дверь, ничем не отличавшуюся от десятка таких же,
расположенных вдоль всего коридора.
Внутренний электронный замок оказался запертым, и ему вновь пришлось израсходовать
частицу драгоценной энергии на уничтожение запорного механизма. Непонятно откуда, но он
знал, что ему нужна именно эта дверь.
Разрушив замок, он оказался внутри большого помещения, не то ангара, не то какого-то
склада. Это было удачей, потому что в подобных помещениях бывают дополнительные
грузовые лифты. Он не сразу его нашел. Ему все время мешала земная память, услужливо
подсовывавшая готовый образ зарешеченных кабин с огромными дверями-воротами. Однако
здесь не было ничего подобного. Лента эскалатора уходила в никуда, обрываясь за блестящей
полупрозрачной завесой, - это и был лифт.
Проходя сквозь завесу, Арлан почувствовал легкое покалывание электрических разрядов
и очутился на открытой грузовой платформе, которая сразу же дрогнула и медленно оторвалась
от пола - очевидно, вес его тела включил невидимый механизм. Не было никаких кнопок -
вероятно, этот лифт управлялся прямо из помещения склада.
Как бы там ни было, но он шел вверх, постепенно набирая скорость. Потолок верхнего
этажа стремительно приближался, и было мгновение, когда Арлан подумал, что сейчас его
расплющит об него как муху.
Но платформа уже пронеслась сквозь очередную энергетическую завесу, и Арлану
оставалось лишь считать пролеты.
Когда их число достигло шести, возникла новая проблема. Он не знал, как остановить
лифт.
Арлан пронесся вверх лишних пять этажей, прежде чем проклятый механизм наконец
остановился.
Ему пришлось утешаться мыслью, что вниз спускаться намного легче. За время подъема
усталость несколько отступила, и теперь он лучше владел своим телом.
Выйдя из лифта, Арлан оказался в помещении верхнего склада, почти в точности
повторявшем нижний. Разве что его размеры были немного меньше. Здесь на полках в
образцовом порядке стояли пластиковые ящики с номерами и этикетками. Его знание
аниранского улучшилось в храме настолько, что он мог, не задерживаясь, бегло просмотреть
надписи: "боезапас", "энергетические батареи", "парализаторы", "бластеры"... Около этого
ящика он остановился. Следовало позаботиться об оружии, раз уж представилась такая
возможность. Это даст ему возможность сохранить силы и свою внутреннюю энергию на
самый крайний случай. Но с этим типом бластеров ему не приходилось раньше иметь дела.
Минуты две он потратил на изучение небольшого тупорылого предмета, пожалуй, слишком
легкого для серьезного оружия. Управление огнем оказалось предельно простым, и он освоил
его за несколько секунд. Проверил заряд в батарее и даже разнес на куски один из ящиков,
предварительно убедившись, что в нем нет энергетического оружия.
Бластер стрелял сгустками энергии. При попадании в любое материальное препятствие
происходил взрыв с кумулятивным эффектом, пробивающий любую броню. Арлан не знал, на
сколько выстрелов рассчитана батарея, и потому на всякий случай прихватил пару запасных.
Он хорошо понимал, как много значит сейчас каждая секунда. Полковник был слишком
серьезным противником.
Словно подтверждая справедливость его мыслей, в дверях ангара появилась четверка
боевых роботов. Рикарский по-прежнему не хотел использовать против Арлана людей, и это
было очень плохо, так как Заславский еще не успел восстановить запас своей ментальной
энергии и мог сражаться с роботами лишь обычным оружием. Реакция этих автоматических
устройств в десятки раз превышала человеческую. Они были слишком быстрыми, а их
бластеры по мощности не уступали его собственному.
Он успел спрятаться за стойку с ящиками, однако это было небезопасно... Если в них
хранились батареи для энергетического оружия - первое же попадание разнесет вдребезги
весь ангар. Времени сменить позицию у него не осталось, роботы открыли беглый огонь по его
укрытию. Ящики не взорвались - но это мало ему помогало, потому что после каждого
попадания они разлетались на мелкие осколки и его защита становилась все тоньше.
Обогнув стойку с противоположной стороны, он сделал два выстрела и вернулся на
прежнее место.
Прием сработал, на какое-то время роботы перенесли огонь туда, где он стоял секунду
назад, и это позволило ему сделать первый прицельный выстрел.
После прямого попадания плазменного сгустка один из роботов развалился на две части.
Теперь у Арлана оставалось лишь трое противников Однако и этого было вполне достаточно.
Огонь был слишком плотным, он едва успел отступить в глубь ангара, бегом преодолев
несколько извилистых проходов между стеллажами. Теперь его отделяло от роботов гораздо
большее расстояние. Они сразу же прекратили огонь и начали продвигаться к нему.
Аналитический блок этих аппаратов справлялся с менявшейся ситуацией гораздо лучше,
чем он надеялся. Ему вновь пришлось прибегнуть к опасной уловке с отвлекающей стрельбой,
и вновь этот фокус сработал. Теперь у него осталось всего двое преследователей.
Шансы почти уравнялись, он чувствовал, что времени прошло достаточно и теперь он
сумеет уничтожить по крайней мере одного из них с помощью своего ментального оружия.
Каждая выигранная в этом бою секунда работала на него.
Используя свой предыдущий опыт, Арлан сумел нанести удар по управляющему центру
робота с минимальной затратой энергии - однако и этого хватило для того, чтобы в глазах
снова потемнело. На несколько секунд он потерял контроль над ситуацией. А когда вновь
пришел в себя, последний робот был от него метрах в десяти, на линии прямого огня, и уже
поднимал свой бластер...
В такие мгновения голова работает намного быстрей, время словно сжимается и начинает
нестись с невероятной скоростью Арлан знал, что не успеет воспользоваться своим оружием
для ответного выстрела. А даже если успеет, это уже не будет иметь никакого значения - видя
перед собой цель, роботы не промахивались...
И тогда он сделал единственно возможное в его положении. Собрав в комок всю свою
волю и остатки сил, он направил удар ослабленного ментального поля по
одному-единственному крохотному контакту, соединявшему спусковое устройство
направленного на него бластера с энергетическим разрядником. Бластер робота дал осечку, и
Арлан сумел еще несколько мгновений удержать собственное сознание в рабочем состоянии
Ровно столько, сколько было необходимо, чтобы приподнять свое оружие и произвести
прицельный выстрел по последнему противнику. Затем почти сразу он потерял сознание.
Он вновь очнулся от грохота. Ощущение было такое, словно обломки скал, разлетаясь на
сотни осколков, летели к нему со всех сторон.
Но это были не скалы. С потолка, усиленный десятками скрытых под панелями
динамиков, гремел голос Рикарского:
- Заславский, слушайте меня внимательно, отвечать необязательно. Достаточно
внимательно слушать.
Он и слушал. Ничего другого ему просто не оставалось. Сил не хватало даже на то, чтобы
встать и выйти из этого помещения.
- Вы помните женщину по имени Беатриса Ланье?
Он почувствовал, как сердце сильно ударило два раза и стремительно понеслось куда-то
вниз. Он летел в эту пропасть, но голос Рикарского настигал его и там, от него некуда было
скрыться.
- Она ждет вас в комнате номер двенадцать на третьем уровне. Вы запомнили номер?
Номер двенадцать. Она ждет вас с большим нетерпением. Хотите увидеть ее? Я вам сейчас
покажу...
Он не хотел этого видеть и не мог не смотреть.
Беатрис сидела в кресле для пыток, из которого недавно выбрался он сам. Мелкие
капельки пота блестели на ее лице, в глазах застыл ужас.
Голограмма передава
...Закладка в соц.сетях
