Жанр: Научная фантастика
Мир-крепость
...екаю людей пением", - говорила она.
Эх, Лаури, Лаури!
Найдя кусок бумаги, я написал на нем жженой спичкой:
"У меня нет денег, чтобы заплатить тебе, их забрал Сабатини. Я думал, что нашел
нечто ценное, но и это забрал кто-то другой. Жалею, что был так глуп. Может, это
вознаградит тебя за все".
Завернув камешек в бумагу, я положил его на стол и вышел на лестницу, чувствуя,
как вокруг меня вновь вырастает стена.
17
Есть много способов выжить, но все они сводятся к трем: атаковать, обороняться
или укрываться.
Атака требует ловкости, определенного умения и оружия. Оборона основывается на
принципе крепости, а скрываться можно двояко: раствориться в окружении или
спрятаться, как крот.
В следующие дни я использовал все три способа, чтобы сохранить жизнь, хотя не
смог бы ответить, почему хочу жить. Поначалу все происходило рефлекторно, а потом
стало своего рода, игрой, искусством ради искусства.
Прежде всего нужно было замаскироваться. Я был одет, как оборванный
вольноотпущенник, стал такой же частью города, как дома, склады и прочие развалюхи.
Но этого было мало. У меня не было денег, поэтому пришлось бы просить подаяние,
чтобы не умереть, а это могло привлечь ко мне излишнее внимание. Кроме того, маскарад
мой был ненадежен: враги уже знали, что я выгляжу, как вольноотпущенник. Конечно,
таких в городе много, но глупо было самому облегчать им поиски.
Прежде всего требовались деньги. Был лишь один способ раздобыть их, но я не мог
отнимать деньги у тех, кто нуждался больше меня. Пришлось охотиться на охотников. Я
охотился на них с голыми руками, не желая больше иметь дело с оружием. Хватит с меня
убийств.
Терпеливо выжидал я в районе развлечений, внимательно наблюдая за улицами,
возможно, надеясь встретить Лаури, желая увидеть ее такой, какой она была раньше.
Девушка так и не появилась, зато появились Агенты. Я заметил их, когда они вдвоем шли
по улице - они никогда не ходили по одному. Я не знал их, но это не имело значения -
все они были одинаковы, все виноваты.
Когда они проходили мимо аллеи, я повернулся и пошел в другую сторону, а потом
шмыгнул в ворота. Они мгновенье поколебались, огляделись, вытащили пистолеты и
побежали за мной.
Когда тот, что был слева, пробегал мимо, я выставил ногу. Агент споткнулся, я
ударил его по затылку, он упал и замер. Второй остановился чуть дальше и обернулся,
пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте.
- Сэм?.. - позвал он. - Сэм!
Ответом ему была тишина. Он осторожно повернул, нацелив оружие в ночь, а когда
подошел поближе, я схватил его за запястье, а второй рукой ударил в живот. Черный
сложился пополам. Когда его голова пошла вниз, я коленом ударил его в лицо. Отлетев
назад, он ударился головой о стену и мягкой кучей рухнул на землю.
Я быстро содрал одежду с обоих и высыпал в свой кошель содержимое их поясов,
прикинув, что заработал около пятисот хроноров. Еще я взял удостоверения, их стоило
изучить.
Завернув пистолеты в одежду, я вышел из аллеи, оставив Агентов в чем мать родила.
Немного отойдя, я выбросил сверток в мусорный ящик.
Засов на двери магазина легко уступил нажиму руки; заскрипели петли, но внутри
было тихо и темно. Я прислушался, но то ли звук никого не встревожил, то ли хозяин
просто боялся выйти. Я вошел внутрь.
Свет, пробивавшийся сквозь грязную витрину, был очень слаб, но его хватило
глазам, привыкшим к жизни во тьме. Я ходил среди груд поношенной одежды, пока не
нашел то, что искал. Я уже решил, в кого переоденусь на этот раз.
Я натянул залатанные, но чистые брюки и подходящую рубашку с красным знаком
механика на рукаве. Одно из удостоверений тоже было красного цвета. Наткнувшись на
кучу шляп, я примерял их, пока не нашел одну подходящего размера.
Оставив на грязном прилавке десять хроноров за вещи и сломанные замки, я вышел
в ночь, тихо прикрыв за собой дверь.
Заброшенные склады - вполне гостеприимные места, если не иметь ничего против
шуршащих и ползающих созданий. Мне они не мешали. Я нашел склад чуть получше, чем
тот, в котором скрывался от облавы. По крайней мере пол здесь не грозил провалиться
под ногами. В углу я устроил конуру из ящиков с замаскированным входом, из лохмотьев
вольноотпущенника сделал подушку, лег и заснул. Спал я беспокойно, но даже такой
отдых был благом.
Питался я в дешевых забегаловках для рабочих, брал жидкий супчик, старый хлеб и
рыбу с заметным душком, платил мелкими деньгами, тщательно пересчитывал сдачу. При
этом старался не заходить в течение недели в одну и ту же забегаловку дважды, а иногда
просто покупал хлеба с сыром и относил в свое убежище. То, что за ночь не успевали
съесть крысы, оставалось мне на завтрак.
Нельзя сказать, что я жил полнокровной жизнью, но все-таки жил. А игра тем
временем продолжалась.
Если уж ты крот, ты должен знать туннели и ямы на своей территории. Я изучал
город, ходы через рынки и районы трущоб, широкие и прямые улицы, извилистые
переулки, змеящиеся совершенно непредсказуемо, темные неожиданные тупики, грязные
и таинственные. День за днем, ночь за ночью бродил я по городу, никому не бросаясь в
глаза, и наконец изучил его вдоль и поперек.
Порой я натыкался на какого-нибудь Агента и шел за ним как ни в чем ни бывало, а
он даже не подозревал об этом. Иногда я узнавал что-то интересное, но чаще делал это
так, ради тренировки. Следу я за некоторыми, я оказывался у боковых дверей
великолепного Дворца, другие исчезали в жалких домишках или бродили по улицам, пока
не встречали кого-нибудь. Так я узнал, что меня по-прежнему ищут. Остановившись за
углом, я присел, чтобы завязать шнурок на башмаке, а сам слушал.
- Ну как?
- Ничего.
- Что Силлер?
- Издох и уже протух.
- Кретин!
- Мы упустили его.
- Есть что-нибудь для Конгресса?
- Нет.
- Надо же было выпустить это из рук, когда у нас уже был ответ!
- Ответ оказался фатальным.
- Обычно так и бывает. Но этот Дэн все еще где-то здесь. Найдите его и приведите.
- Всего-то?!
- Ладно-ладно. Все-таки постарайтесь.
Я тихо ушел. Граждане продолжали действовать.
Однажды я встретил низенького Агента с блестящими глазами, человека Сабатини.
Он не узнал меня, хотя я шел за ним довольно долго. Наконец он свернул в узкую улочку,
а когда я прошел мимо, огляделся и вошел в один из домов. Я запомнил это место, когданибудь
эта информация могла пригодиться.
За одним из черных я пошел даже за город. Он явно чего-то ждал, то и дело
посматривая в небо. Наконец он уставился в одну точку, прикрывая глаза ладонью, и
тогда я тоже увидел черное пятнышко. Оно становилось все больше и вскоре
превратилось в геликоптер. Он опустился на поляну среди кустов. Из него вышел
низенький мужчина средних лет со сверкающей лысой головой... мой знакомый из порта.
Я осторожно проскользнул на другую сторону геликоптера, и первые слова, которые
я услышал, были об убийстве.
- Значит, убить его? - спросил Агент.
- Да, - прощебетал лысый. - Когда-то он был нам нужен, но теперь нет.
Слишком много времени он провел на свободе и слишком много знает. Лучше пусть он
умрет, чем будет помогать другим.
- Сначала его нужно найти. Если, конечно, его не перехватил кто-то другой.
- Он был сначала у одного, потом у второго, но удержать его не смогли. Вряд ли он
даст схватить себя еще раз. Нужно, чтобы он умер, прежде чем захочет сам использовать
это.
- Что использовать?
Лысый только пожал плечами.
- Кто-то следил за мной, - с беспокойством сказал черный.
- Кто?
- Не знаю, и это странно. Будь это кто-то из них, я бы узнал.
- Это наверняка Дэн, - решил Торговец. - Он хитрее остальных, успел уже
научиться. Если тебе снова покажется, что кто-то за тобой следит, остановись и изучай
всех, кто будет проходить мимо, даже таких, которых никогда бы не заподозрил. Прежде
всего именно таких. Ты узнаешь его лицо - у него светлая полоса на уровне глаз.
Мне стало зябко: лысый был слишком умен. Нужно быть осторожнее, когда пойду
отсюда.
Они зашептались так тихо, что я ничего не мог разобрать, но понял, что мне готовят
засаду. Сейчас или потом? Лучше не рисковать.
Я бесшумно подполз к геликоптеру и стал ждать. Они, похоже, собирались
шептаться вечно.
- Так и порешим, - громко сказал Торговец. - Не связывайся со мной, пока не
соберешь эти сведения.
Зашелестели кусты. Лысый забрался на переднее сиденье и принялся чего-то ждать.
Шли минуты, а я умирал от беспокойства.
- Никого! - крикнул снаружи Агент.
Торговец пожал плечами.
- Всегда лучше проверить. Ты знаешь, что надо делать. Винт закрутился, машина
медленно поднялась. Я подождал, пока она окажется в десятке метров над землей.
- Не поворачивайся.
Он знал меня в лицо, но мне не хотелось снова менять одежду.
Человечек подпрыгнул на сидении, лысина заметно побелела.
- Я легко мог бы тебя прикончить, но не стану, если не буду вынужден. Почему ты
хочешь меня убить?
- Если ты был там, то слышал, - сказал он, глядя перед собой. - Ты опасен.
- А ты всегда уничтожаешь опасное? Может, я тебе еще пригожусь?
- Ты - темная лошадка, и мы не можем рисковать.
- Кто это "мы"?
Он долго молчал, потом произнес:
- Я ничего тебе не скажу. Ты не умеешь водить геликоптер.
Это было утверждение, но я все-таки ответил:
- Нет.
- Если будешь задавать мне вопросы или попробуешь нажать, я разобью машину.
- Ну, давай! - расхохотался я.
Геликоптер летел ровно.
- Поверни к городу.
Вздохнув, он повиновался.
- Чего вам нужно? - спросил я.
Он знал, что я имею в виду.
- Галактика, в которой можно свободно торговать.
- Свободная Галактика?
- Не обязательно. Свободная Галактика - это отличная идея, но нереальная. Но
равновесие сил вполне возможно, и мы должны проследить, чтобы оно соблюдалось.
- А я, по-видимому, нарушаю это равновесие, - сказал я. - И все-таки ты сдал
меня Сабатини.
- Я не знал, кто ты. Если бы знал, помог бы тебе выбраться. Кстати, это я могу
сделать и сейчас.
Я рассмеялся.
- Нет уж, спасибо, - снова рассмеялся я и добавил: - Не оглядывайся.
Его голова быстро повернулась обратно.
- Сядь здесь, на окраине.
Геликоптер начал снижаться.
- Так кто же это "мы"? - спросил я. - Торговцы?
- Да.
- Значит, у вас есть организация?
Он молчал. Машина мягко опустилась на землю.
- Дай сюда руки.
Он повиновался, и я связал его куском веревки, достаточно крепко, чтобы он не мог
развязаться сразу, и вместе с тем достаточно слабо, чтобы он мог освободиться минут
через десять. Хорошо бы иметь на своей стороне кого-нибудь такого, но вряд ли это
возможно. Я сорвал со стены кусок ткани, свернул и завязал ему глаза.
Перед тем как уйти, я задержался на мгновение.
- Хочу тебе кое-что сказать: забудь о камешке. У меня его нет, и я не знаю, где он
сейчас. Но даже если ты его найдешь, то все равно не поймешь его назначения, а если
даже и поймешь, это ничего тебе не даст. Он не имеет практической ценности.
Торговец молчал, и я, не видя его глаз, не мог угадать, о чем он думает.
- Я верю тебе, - сказал он наконец.
Это была правда. Я выскочил наружу.
- Прими один совет, - добавил он. - Не прогляди очевидного.
Я быстро ушел от геликоптера и затерялся среди зданий. Меня заинтриговали его
последние слова. Еще раньше я пришел к выводу, что одна из борющихся сторон все
время остается в тени. Время от времени я чувствовал ее прикосновение, но не мог узнать,
кто и что это. Когда-то случилось нечто такое, что должно было дать мне зацепку, но я не
помнил этого. "Не прогляди очевидного", - сказал Торговец.
Пересекая город, я продолжал думать об этом, но в голову не приходило ничего
путного. Разум мой был занят, чувства оставались по-прежнему обостренными, и наконец
я заметил, что оказался в знакомом районе. Я поднял голову. Передо мной, вдоль стены
здания, уходила вверх лестница, ведущая в квартиру Лаури.
Некое чувство шевельнулось в моей душе, хотя я думал, что оно давно умерло. Я,
оказывается, еще надеялся.
Я хотел бы иметь Торговца на своей стороне, но понимал, что это невозможно, и
знал, почему. С той минуты, как Фрида вошла в Собор, я искал помощи и совета, искал
повсюду, но так и не нашел. Причина была проста: не было для меня ни совета, ни
помощи. С самого начала я был один и мог рассчитывать только на себя. Это был
непростой урок, но наконец-то я его понял.
Из этого урока следовали интересные выводы. Если ты один, никого не волнуют
твои чувства, и если из двух зол ты выбираешь меньшее, это не имеет значения ни для
кого, кроме тебя.
Я ступил на шаткую лестницу. Это было глупо, и я знал об этом, но мне было все
равно. Пусть даже там ждала засада. Пусть даже она меня ненавидела, я все равно должен
был ее увидеть. Я не мог забыть о том, что она сделала, но если бы мог ее увидеть,
извиниться за то, что написал, сказать, что мне очень жаль, и попрощаться с ней, может,
тогда мне удалось бы ее забыть и исчезла бы эта боль в сердце.
Дверь открылась от толчка, я вошел. На полу лежал толстый слой пыли.
- Лаури? - негромко позвал я.
Мне ответила тишина, и я прошел дальше, оставляя в пыли следы своих башмаков.
- Лаури? - повторил я, уже ни на что не надеясь.
Открыв дверь спальни, я заглянул туда. Кровать была не застелена, платья висели на
месте, на ночном столике лежали пять хроноров. Закрыв дверь, я прошел в кухню и
открыл холодильник. Оттуда пахнуло испорченными продуктами, и я быстро закрыл
дверцу.
Потом я осмотрел стол и пол, даже присел, чтобы заглянуть под мебель, но ничего
не нашел. Лаури исчезла, и не осталось ничего, что могло бы подсказать, куда, когда и
почему. Но она не взяла с собой одежду, просто вышла, забрав только камень, словно ей
нужен был только он.
Я тихо закрыл за собой дверь, спустился вниз и подошел к парадной двери.
Постучал. Никто не отозвался, и я постучал громче.
Наконец дверь приоткрылась, и выглянуло неприятное женское лицо. Маленькие
подозрительные глаза уставились на меня. Я ждал, а когда дверь начала закрываться,
сунул в щель ногу.
- Что нужно? - буркнула женщина.
- Где Лаури? - спросил я.
- А кто это?
- Девушка сверху.
- Нет там никакой девушки.
- Это я знаю, и хочу выяснить, куда она ушла.
- Не знаю. Я давно ее не видела. Она заплатила за квартиру, и это все, что мне
известно.
- Я ее друг.
Женщина расхохоталась.
- Все так говорят, но мне это без разницы. Я ее не видела.
- Кто-нибудь к ней приходил?
- Одни мужики. Тоже друзья. У нее было много друзей. Убери ногу.
- Давно ее нет?
- Не знаю. Вали отсюда!
- Я уйду, если ты скажешь, давно ли ее нет.
Долгая пауза. Я видел лишь ее прищуренные глазки.
- Последний раз я видела ее, - сказала наконец хозяйка, - когда ты сам был здесь
последний раз.
Я убрал ногу, и она захлопнула дверь перед моим носом. Я принялся стучать, но изза
двери не доносилось ни звука. Наконец я сдался и поплелся прочь.
"Последний раз... когда ты сам был здесь". Знала она это или ляпнула наобум?
Угадать ей было нетрудно, зная Лаури и слыша мои вопросы, но что-то подсказывало мне,
что женщина сказала правду.
Выходило, что Лаури исчезла, как только получила камешек. Именно этого она и
хотела. Забрала его и ушла в чем была. Но даже с камешком она не могла обойтись без
одежды.
Разве что - я начал кое-что подозревать, - разве что ее забрали.
Я должен был это выяснить, и существовал лишь один способ узнать правду.
Я ждал перед темным переулком. На другой стороне улицы стоял ресторан, в
который я заглядывал, когда меня начинал донимать голод. Обычно я дожидался, пока
освободится столик у окна, и ел, не глядя в тарелку, не обращая внимания на вкус,
поглощенный наблюдением за переулком. Только под утро, перед самым рассветом, я
возвращался в свое убежище и старался заснуть, хотя мне никак не удавалось проспать
больше одного или двух беспокойных часов. Я просыпался и вглядывался в шелестящую
темноту, а потом быстро выбирался из своего логова и шел к переулку, проклиная себя за
то, что впустую трачу время. Тот, кого я ждал, мог уже прийти и уйти.
Он появился через три дня, тот, маленький, с темным лицом и блестящими глазами.
Он вышел из переулка, когда я ел. Швырнув на стол какую-то монету, я нахлобучил
шляпу и вышел.
Агент слонялся по городу. Он остановился перед магазином, потом зашел в кафе и
провел там пятнадцать минут, потом вошел в какой-то дом. Я ждал, но его все не было. Я
уже думал, что потерял его, но через час он вновь вышел на улицу.
Я опять двинулся следом и через минуту заметил, что за мной следят.
К совету "Не прогляди очевидного" я добавил еще один: "Нельзя недооценивать
врага". Хотелось верить, что у меня еще будет возможность вспомнить о нем в будущем.
Двое черных шли за мной, и я не знал, то ли они меня опознали, то ли просто заподозрили
что-то.
У первого же переулка я повернул, тремя прыжками добежал до его конца,
подпрыгнул, ухватился за край крыши и подтянулся. Это заняло всего несколько секунд.
Я перекинул свое тело на крышу и зашатался..
Они прошли подо мной, настороженные, как всегда, и я облегченно вздохнул.
Пробежав по крыше, я спустился на параллельную улочку и пробежал в самый ее конец.
По другую сторону начинался еще один переулок. Перейдя улицу, я побежал по нему,
затем повернул под прямым углом и остановился в тени.
Черный мог подойти в любой момент, и у меня было всего несколько секунд, чтобы
приготовиться.
Черный помешкал, оглянулся на своих и вошел в переулок. Меня он не заметил.
Прежде чем он успел хоть что-то сделать, я выкрутил ему руки назад и отобрал пистолет.
- Тихо! - прошептал я. - Не двигайся, и с тобой ничего не случится.
Он ждал, и я чувствовал, как напряглись его руки.
- Передай Сабатини, что с ним хочет увидеться Дэн. Скажи, чтобы он пришел в
кафе, недалеко от Собора Невольников. Сегодня вечером и один. Если приведет кого-то с
собой, то не увидит Дэна. Пусть ждет. Мимо пройдет человек и шепнет: "Иди за мной".
Если все понял, кивни.
Он кивнул.
- Если Сабатини не придет туда сегодня, ты умрешь завтра. Ты уже видел, мне это
нетрудно. А теперь возвращайся на улицу и не оглядывайся.
Я подтолкнул его. Он споткнулся, но удержался на ногах и быстро удалился, не
поворачивая головы. Я побежал в обратную сторону и уже на бегу услышал его крик.
Я быстро оторвался от них и стал ждать ночи.
Почти час я следил за ним: он стоял на углу, терпение его, похоже, было бесконечно.
Было темно, но я узнал его по огромному носу. Вокруг не было видно ни одного Агента;
все спешили куда-то, и только Сабатини стоял спокойно. Наемники и вольноотпущенники
быстро проходили мимо, а Сабатини ждал. Зная его, я заподозрил какую-то хитрость.
"Нельзя недооценивать врага", - сказал я себе, и это оказалось так просто, что мне
даже не пришлось задумываться.
Повернув за угол, я почти сразу же обнаружил их. Они ждали в темноте, чтобы
отправиться за Сабатини, когда он пройдет мимо. Ждали в боковых улочках по обе
стороны. Я прошел мимо одного из них, но он не обратил на меня внимания. В темной
нише ворот отчетливо поблескивали белки его глаз. Думаю, он даже не заметил кулака,
который его ударил. Я подхватил его, когда он падал на землю.
Второй прятался напротив. Я подкрался к нему сзади и хватил камнем по голове.
Минутой позже я прошел мимо Сабатини, отвернув лицо, чтобы он его не разглядел.
На мгновение я коснулся его и почувствовал пистолет, спрятанный под курткой.
- Иди за мной, - прошептал я.
Я пошел широкими шагами, не оглядываясь. Я знал, что он пойдет за мной.
Я направлялся в сторону Собора. Улицы становились темнее, людей на них почти не
было, и, замедляя шаг, я слышал за собой шаги Сабатини. Поворачивая в переулок, я
оглянулся - он черной тенью шел за мной. Мурашки побежали у меня по спине.
На полпути к следующему повороту я подождал его. Сабатини шел медленно, чтобы
его люди могли за ним поспеть. Впрочем, он явно не рассчитывал увидеть их, наверное,
они получили приказ держаться поодаль и не показываться.
Я двинулся дальше, вошел в переулок и остановился в тени. Сабатини поколебался,
заглядывая в темный проход, но это было еще не то место.
- Сюда, - прошептал я.
Он тянул время, исподтишка поглядывая назад, и я не знал бы почему, если бы не
видел его людей.
"Иди, Сабатини. Не бойся, Сабатини, это еще не здесь. Ты ничего не боишься, ты
улыбаешься своей ледяной улыбкой. Иди, Сабатини, иди за мной".
Я пошел дальше, стараясь, чтобы он слышал мои шаги. Его замешательство прошло,
и он двинулся следом. Толкнув темную дверь, я вошел в "свой" склад, отсчитал десять
шагов, повернулся и посмотрел на более светлый прямоугольник двери. В эту минуту его
заслонила тень.
- Сюда, - прошептал я, поднимая концы веревок. На одной из них был узел.
Медленно, по-кошачьи мягко он вошел внутрь. Тень стала темнее и менее
отчетливой. Послышался шорох, дверь захлопнулась. Я больше не видел его, но знал, где
он стоит. Я чувствовал его в темноте, он стоял не шевелясь, потому что малейшее
движение выдало бы его.
Я осторожно потянул за веревку с узлом, и вспыхнули две лампы, причем одна
залила Сабатини ослепительным светом. Он тут же направил на нее пистолет.
- Не надо... - прошептал я, потому что шепот не позволяет определить источник
звука. - Взгляни-ка на другую лампу.
Он постоял неподвижно, потом медленно поднял голову и заметил высоко под
потолком пистолет, нацеленный точно на то место, где он стоял. Этот пистолет я забрал
утром у одного из Агентов. Сабатини увидел шнур, уходящий от спускового крючка во
тьму, и понял, что это значит.
- Не двигайся! - прошептал я. - Брось оружие!
Его лицо походило на маску, но я знал, что мозг Агента интенсивно работает.
Наконец Сабатини выпустил пистолет, и тот с громким стуком упал на пол.
- Пни его подальше.
Он пнул, пистолет скользнул во тьму. Я шагнул вперед и отшвырнул его еще
дальше, в лабиринт мусора и ящиков, где его никто и никогда не найдет. При этом я все
время смотрел на него и ждал, давая ему время удивиться. Наконец он нарушил молчание.
- Дэн? - тихо сказал он, вглядываясь в световой занавес. - Я попал в твою
ловушку. Камень у тебя, так чего же ты хочешь еще, кроме мести?
- Я хочу мстить, - громко сказал я. - Я хочу девушку. Он нахмурился.
- Фриду? Она мертва, и ты это знаешь.
- Не Фриду, а Лаури. Ту, с темными волосами.
- Не знаю, о ком ты. - Он говорил все громче. - У меня нет никаких девушек.
- Мне нужна только одна, и я хочу ее получить, Сабатини. Если ты ее убил, то
умрешь здесь. Если она еще жива, скажи, где ее можно найти, и я отпущу тебя.
Он захохотал, и смех его в тишине прозвучал неожиданно громко.
- Ты всегда был идиотом, Дэн. Будь у меня эта девушка - а ее у меня нет, - ты
все равно не поверил бы моим словам.
- Я бы знал, можно ли тебе верить, - ответил я, и это была правда. - А тебе
придется просто довериться мне, потому что выбора у тебя нет.
- По-моему, очевидно, что если уж я не могу тебе ничего сказать даже для
сохранения собственной жизни, значит, я не лгу.
- Если только этот твой аргумент сам не является утонченной ложью.
- Ты меня переоцениваешь.
Так мы говорили еще долго. Сабатини все время прислушивался.
- Они не придут, - сказал я ему.
Он резко шевельнулся.
- Ты хитер, Дэн, ты всегда был хитрым. С самого начала. Ты мог бы держать в
руках весь мир, если бы не был таким мягкотелым. Вместе мы могли бы наделать дел.
Объединим наши силы, Дэн. Дай мне камень и скажи все, что о нем знаешь, а я расскажу,
что знаю сам, и, может, вдвоем нам повезет найти эту твою девушку. Клянусь тебе: у меня
ее нет, и я ничего о ней не знаю... но я найду тебе десять других, и ты ее забудешь.
Он наклонился, словно в запале, а я слушал его и знал, что это правда. Его слова
были искренни, но в них крылось еще что-то. Пока я старался разобраться с этим, он
прыгнул.
Сабатини летел в мою сторону, из света во тьму, и я, отпустив шнур, ударил его
кулаком. Его глаза еще были ослеплены светом, и я знал, что должен расправиться с ним
быстро, прежде чем наши силы сравняются.
Охнув, он пошатнулся, но удержался на ногах и снова кинулся на меня, тень в тени.
Я понял, что теперь меня видно на освещенном фоне. Наклонившись, я дернул шнур, свет
погас, но Сабатини задел меня плечом, пока я стоял наклонившись. Упав назад, я
перекатился, налетел на ящик и разбил его в щепки.
Вставал я осторожно. Склад когда-то заполняли экзотические пряности, продукты и
ткани, но сейчас он был полон лишь зловонной темнотой. Где-то в этой темноте ждал
Сабатини, и с каждой секундой я терял свое преимущество, потому что он все лучше
видел в темноте.
- Дэн! - крикнул он, но это ничем мне не помогло - ведь стены отражали звук:
"ДЭН! Дэн! дэндэндэн..." - Я убью тебя. УБЬЮ. Убью. Убьюубьюубью...
Странно, что в месте, где накапливались богатства со всей Галактики, мы
встретились, чтобы сцепиться, как животные - голыми руками и насмерть, потому что я
знал, что один из нас не выйдет живым из этого склада. Я уже понял, где он, я
почувствовал бьющую от него ненависть. "Интересно - подумал я. - Ненависть
сопровождает страх. Сабатини боится меня, монаха Дэна. Не ведающий страха
улыбчивый Агент с большим носом и холодными глазами боится меня". Сняв ботинки, я
босиком двинулся в его сторону.
Под ногой у меня скрипнула доска, и я застыл. Он беспокойно шевельнулся, и я
заметил его, черного на черном фоне. Я прыгнул, он инстинктивно увернулся, и мой кулак
попал в плечо вместо подбородка. Сабатини отпрянул назад, а я бросился за ним, колотя
по груди и голове, но без особого толка. Он начал отвечать на мои удары, а я вдруг
ослабел, руки у меня опустились. Сабатини отскочил и исчез в темноте.
Я отдышался, сердце мое стало биться спокойнее, и я вновь вслушался в тишину. Он
тоже отдыхал и наверняка видел теперь так же хорошо, как и я.
У самого пола что-то зашуршало - значит, он полз, но я не знал где. Потом
стукнуло где-то в глубине склада, но это был не он - наверное, бросил что-то, чтобы
отвлечь мое внимание. Наконец я понял, где он, - Сабатини старался добраться до двери.
Тихо подбежав, я бросился на него.
Мне удалось пр
...Закладка в соц.сетях
