Жанр: Научная фантастика
Нова
...к
Мышонку.
- Что это?
- Где?
- Там.
В развороченных глыбах тумана блеснул металл. Черная сеть, колыхаясь,
показалась в волнах. В тридцати футах от них сеть полностью выпрыгнула из
тумана. Человек, прицепившийся к ее середине руками и ногами, в
развевающейся одежде, с черными волосами, выбивающимися из-под маски,
направлял сеть в желоб. Туман скрыл его.
- Это, - сказал Катин, - это нетрайдер, охотящийся на местных аэролатов
или, возможно, на аквалатов, которые водятся в каньонах на плато.
- Да? Ты бывал здесь?
- Нет. В университете я просмотрел дюжины выставок Алкэйна. Каждая более
или менее значительная школа с ними связана. Но я сам никогда здесь не был.
Я просто слушал речь информатора на космодроме.
- О!
Еще два нетрайдера с сетями. Туман заискрился и выпустил четвертый и
пятый, а потом шестой силуэт из своего мрачного чрева.
- Словно целая стая.
Райдеры тянули за собой туман, открывая полосы чистого пространства.
- Сети, - задумчиво произнес Катин. Он облокотился на поручень. -
Гигантская цепь, протянувшаяся среди звезд, сквозь время... - он говорил
тихо и неторопливо. Нетрайдеры исчезли. - Моя теория: если представить
общество как... - он быстро взглянул в направлении звука, похожего на
дуновение ветра.
Мышонок достал свой сиринкс. Серые огни кружились в бешеном хороводе,
вылетая из-под Смуглых, подрагивающих пальцев. Сквозь туман сверкали золотые
сети, обволакивая нежную мелодию. Воздух был звенящим и прохладным. Был
запах ветра, но самого ветра не ощущалось...
- - Это было просто великолепно!
Мышонок поднял голову. Тай стояла за спиной Себастьяна.
- Благодарю, - он усмехнулся и стал втискивать инструмент в футляр - у
меня есть кое-что для тебя, - он сунул руку в футляр. - Я нашел ее на полу в
"Рухе". Мне кажется... ты выронила ее.
Он взглянул на Катина и постарался убрать с лица сосредоточенность. Потом
взглянул на Тай, и рот его раздвинулся, как отражение ее улыбки.
- Я тебя благодарю, - она положила карту в боковой карман кофты. - Ты
этой картой любовался?
- А?
- Ты на любой карте достичь можешь медитации? - Ты это делал? - спросил
Себастьян.
- О, да. Я очень долго смотрел на нее. Я и капитан.
- Это хорошо, - Тай улыбнулась. Но Мышонок уже возился с ремнем.
В Фениксе Катин спросил:
- Ты в самом деле не хочешь идти?
Мышонок снова возился с ремнем футляра.
- Нет.
Катин пожал плечами.
- Я думаю, тебе там понравилось бы.
- Мне уже приходилось видеть музеи. Я хочу немного побродить.
- Ну, - сказал Катин, - тогда о'кей. Увидимся, когда вернемся в порт, -
он повернулся и побежал по каменным ступеням за капитаном и остальными. Они
ступили на движущуюся ленту дороги, и она понесла их сквозь скалы к сияющему
Фениксу.
Мышонок глядел вниз, на туман, запутавшийся в сланцах. Большие краулеры -
с такого они только что высадились - стояли на якорях слева. Меньшие
покачивались справа. Мосты, выгнутые между горами, пересекали ущелья, тут и
там раскалывающие плоскогорья.
Мышонок тщательно поковырял в ухе и побрел прочь.
Юный цыган старался большую часть своей жизни прожить с помощью глаз,
ушей, носа, пальцев рук и ног. И по большей части он в этом преуспевая. Но
иногда - как, например, на "Рухе" во время гадания Тай или в разговорах с
Катином - он бывал вынужден признать, что то, что случалось с ним в прошлом,
влияет на его действия в настоящем. Затем пришло время самоанализа. И после
этого он обнаружил в себе старый страх. Теперь он знал, что страх облачается
в два причиняющие ему боль воспоминания. Одну боль он еще мог как-то
успокоить, касаясь чувствительных пластин своего сиринкса. Чтобы успокоить
вторую, требовалось вполне конкретное самовнушение. Он подумал: "Сколько
мне: восемнадцать, девятнадцать?
Может быть. Во всяком случае, прошло уже года четыре после, как его
называют, года становления личности, Я могу быть избран в сенат в созвездии
Дракона. Впрочем, я никогда к этому особенно не стремился. Я не стремился
также прокладывать свой путь между скальными причалами других планет. Куда
ты идешь. Мышонок? Где ты был и что будешь делать, когда достигнешь цели?
Сядешь и поиграешь немного? Только это должно означать нечто большее. Да.
Это что-то значит для капитана. Пожелайте, чтобы я смог увидеть это в
небесном свете. Пожелайте еще, чтобы я смог увидеть это - настоящее. Я почти
смог, когда услышал его просьбу. Кто еще мог бы заставить мою арфу
воспроизвести Звезду? Большой огонь это должен быть. Слепой Дэн... Мышонок,
ты разве не хочешь прожить пять пятых своей жизни с целыми руками и глазами?
Зарыться в нору, спать с девушками и делать детей? Нет. Удивлюсь, если Катин
счастлив со своими теориями и заметками, заметками и теориями. Что будет,
если я попытаюсь играть на сиринксе точно так же, как он возится со своей
книгой? Одно хорошо: у меня не было бы времени задавать эти дурацкие
вопросы. Как например: что думает обо мне капитан? Он перешагнул через меня,
засмеялся, подобрал Мышонка и опустил его к себе в карман. Но это должно
означать нечто большее. Капитан гоняется за своей идиотской звездой. Катин
нанизывает на проволоку слова, которые никто не слушает. А я. Мышонок? Цыган
с сиринксом, заменяющим голосовые связки. Что до меня, так мне этого
недостаточно. Капитан, куда вы меня ведете? Смелее. Будьте уверены, я пойду.
Нет другого такого места, где бы мне так хотелось быть. Думаете, я пойму,
кто я такой, когда мы доберемся туда? Или умирающая звезда в самом деле
может дать столько света, чтобы я смог увидеть?.."
Мышонок сошел с очередного моста. Большие пальцы - в карманах брюк, глаза
опущены.
Звон цепей.
Он поднял голову.
Цепи наматывались на десятифутовый барабан, теряющийся в тумане. На скале
перед раздевалкой мужчины и женщины возились с гигантской машиной. Человек,
управляющий лебедкой из кабины, был все еще в маске. Из тумана поднималось
запутавшееся в сети животное, хлещущее своими плавниками-крыльями. Цепи
грохотали.
Аэролат (или, может быть, аквалат) был двадцати метров длиной. Меньшие
лебедки опускали свои крючья. Нетрайдеры, стоя по бокам животного,
придерживали их.
Мышонок двинулся сквозь толпу посмотреть на пропасть и услышал, как
кто-то сказал:
- Алекс ранен.
Ворот остановился, и на помосте появились пять человек.
Зверь уже затих. Волоча сети легко, словно паутину, они освободили секцию
колец. Нетрайдер в центре покачнулся.
Тот, кто был ближе всех, уронил свою секцию. Покалеченный нетрайдер
привалился к голубому боку.
- Придержи там, Бо!
- Все в порядке! Держу!
- Поднимай его потихоньку!
Мышонок глянул вниз, на туман. Первый нетрайдер достиг скалы, кольца
загремели по камню. Он подошел, волоча за собой свою сеть. Затем он развязал
ремни на запястьях, отключил разъемы на руках, опустился на колени и
отключил нижние разъемы на потных лодыжках. Теперь он взвалил сеть на плечо
и поволок ее через док. Туманные поплавки все еще принимали на себя большую
часть веса сети, позволяя ей плыть в воздухе.
"Без них, - подумал Мышонок, - даже учитывая более слабую гравитацию, вся
эта ловушка весила бы, наверное, несколько сотен фунтов".
Еще трое нетрайдеров, поднимающиеся от обрыва, волокли свои сети. Алекс
ковылял между своими товарищами.
Следом шли еще четверо. Светловолосый коренастый мужчина как раз
отсоединял сеть от левого запястья, когда поднял взгляд на Мышонка. Красные
светофильтры его черной маски качнулись, когда он тряхнул головой.
- Эй, - гортанно произнес он. - На бедре твоем что? - свободная рука
откинула длинные волосы.
Мышонок оглянулся на него.
- А?
Человек пнул сеть, соскользнувшую с левой ноги. Правая нога была босой.
- Сенсо-сиринкс, а?
Мышонок улыбнулся.
- Да.
Мужчина кивнул.
- Парня однажды, кто как дьявол играть мог, я знал...
Он остановился, голова его опустилась. Он просунул большой палец под
маску. Соскользнувшие респиратор и светофильтры открыли его лицо.
Мышонок почувствовал, что у него запершило в горле. Он стиснул челюсти и
приоткрыл губы. Он попытался изобразить на лице вопрос, но из горла у него
непроизвольно вырвался хрип:
- Лео!
Раскосое лицо исказилось.
- Ты! Ты - Мышонок?
- Лео, что ты?.. Но!..
Лео уронил цепь с другого запястья, выдернул разъем из лодыжки, схватил
кольца в горсть.
- Ты со мной в дом, где цепи лежат, пойдешь! Пять лет... дюжину...
больше!..
Мышонок все еще улыбался, потому что это было все, что он пока мог
сделать. Он тоже подобрал кольца, и они поволокли сеть через скалу.
- Эй, Карло, Больсум, это - Мышонок!
Двое обернулись.
- Вы про парня, я говорил, помните? Он это! Эй, Мышонок, ты не подрос
даже на полфута! Сколько лет - семь, восемь? И ты сиринкс еще носишь? - Лео
оглядел футляр. - Готов спорить, ты хорошо играешь. Ты и раньше хорошо
играл.
- А у тебя самого есть сиринкс, Лео? Мы бы поиграли вместе...
Лео покачал головой, смущенно улыбаясь.
- В Стамбуле в последний раз я сиринкс держал. Потом никогда. А сейчас я
всё это забыл.
- О, - сказал Мышонок и почувствовал утрату.
- Это сиринкс, который ты в Стамбуле стащил?
- Я всегда ношу его с собой.
- И ты на сиринксе все это время играешь? Ты мне сейчас сыграй. Конечно!
Ты для меня запахи, звуки и цвета сделай! - его пальцы стиснули плечи
Мышонка. - Эй, Бо, Карло, вы настоящего исполнителя на сиринксе сейчас
увидите!
Двое подошли поближе.
- Ты действительно играешь на этой штуке?
- Был здесь парень месяцев шесть назад, который мог кое-что пиликать... -
один из них изобразил в воздухе две волнистые линии своими покрытыми шрамами
руками, ткнул локтем Мышонка. - Понимаешь, о чем я говорю?
- Мышонок лучше, чем он, играет, - убежденно сказал Лео.
- Лео без устали говорит о парнишке, которого он знал на Земле. Он
говорил, что сам научил его играть, но когда мы дали Лео сиринкс... - он,
посмеиваясь, покачал головой.
- Но вот этот парнишка, - похлопал Лео Мышонка по плечу.
- А?
- О!
- Мышонок это!
Они прошли в двойные двери здания.
С высоких вешалок свисали, образуя лабиринт, сети. Райдеры вешали свои
сети на крючья, опускаемые с потолка воротом. Повесив сеть, райдер мог
починить сломанные кольца, настроить датчики, посредством которых сеть
двигалась и принимала определенную форму в соответствии с нервными
импульсами, идущими из разъемов.
Два райдера выкатывали громадную машину со множеством зубьев.
- Что это?
- С ее помощью они аэролата разделывают.
- Аэролата? - Мышонок кивнул.
- Это то, за чем мы охотимся. Аквалатов на Черном Плоскогорье добывают.
- О.
- Но, Мышонок, что здесь ты делаешь? - они пробирались сквозь дзинькающие
кольца. - Ты на сетях останешься? Ты поработаешь с нами? Хорошая работа это.
Я экипаж знаю, где новый человек нужен...
- Я сошел с корабля, который сделал здесь остановку. Это "Рух". Капитан -
фон Рей.
- Фон Рей? Корабль из Плеяд?
- Ага.
Лео опустил крючья и стал развешивать сеть.
- Что в Созвездии Дракона он делает?
- Капитан должен получить в Институте Алкэйна техническую информацию.
Лео потянул цепь лебедки, и крючья поднялись на десять футов. Он начал
развешивать следующий ряд.
- Фон Рей, да. Это хороший должен быть корабль. Когда я впервые в
созвездие Дракона пошел, - он повесил еще один ряд черных колец, - никто еще
из Плеяд в созвездие Дракона не приходил. Один, может быть, два. Я одинок
был. - Кольца встали на места, Лео снова потянул цепь. Верх сети заслонил
свет из окон под потолком, - Теперь много людей из Федерации Плеяд я
встречаю. Десяток на этом 6epегу работает. А корабли ходят то и дело
туда-сюда, - он расстроено покачал головой.
Кто-то крикнул через зал:
- Эй, где док? - голос эхом отразился от сетей. - Алекс ждет уже пять
минут!
- Не беспокойся, он уже идет! - крикнул Лео. Он взял Мышонка за плечо.
- Со мной иди.
Они прошли сквозь свисающие цепи. Остальные райдеры еще не покончили с
развешиванием.
- Ты сыграешь?
Они оглянулись.
Райдер наполовину спустился по кольцам и спрыгнул на пол.
- Я хочу посмотреть.
- Ну, конечно, - сказал Лео.
- Знаешь, вообще-то я... - начал Мышонок. Насколько рад он был видеть
Лео, настолько же он хотел сейчас музыки только для них двоих. - Ладно.
Они пошли дальше, райдер - следом за ними.
Алекс сидел у подножия лестницы, ведущей к балкону. Он держался за плечо,
прислонившись к планкам перил. Время от времени он потирал свои небритые
щеки.
- Смотри, - сказал Мышонок Лео. - Почему бы нам просто не пойти
куда-нибудь и не выпить? Мы можем поговорить. Я сыграю тебе перед тем,
как...
- Сыграй сейчас, - настойчиво повторил Лео. - Позднее поговорим.
Алекс открыл глаза.
- Это тот парень, о котором ты говорил, Лео? - лицо его дернулось.
- Видишь, Мышонок. Прошло двенадцать лет, а у тебя здесь есть репутация,
- Лео пододвинул перевернутую бочку со смазкой, проскрежетавшую по полу. -
Теперь садись.
- Пойдем дальше, Лео. - Мышонок перешел на греческий. - Я пока еще не
готов. Да и твой друг плохо себя чувствует и не захочет, чтобы его
беспокоили.
- Малакас! - пробормотал Алекс и сплюнул кровью между колен. - Сыграй
что-нибудь. Это отвлечет меня от боли. Где же этот чертов доктор?
- Что-нибудь Алексу сыграй.
- Но... - Мышонок взглянул на Алекса. Усмешка на лице раненого перешла в
гримасу боли.
- Выдай номер, Мышонок! Ему не хотелось играть.
- Хорошо.
Он неохотно достал сиринкс из футляра и просунул голову в ремень.
- Док, по-видимому, будет здесь как раз к середине, - буркнул он.
- Надеюсь, что он скоро придет, - пробормотал Алекс. - Я знаю, что у
меня, по крайней мере, сломана рука. Нога ничего не чувствует, а внутри
какая-то кровавая каша, - он снова сплюнул кровью. - Я должен выйти на охоту
через два часа. Пусть он меня подштопает по-быстрому. Если я не смогу
вылететь после полудня, я подам на него в суд. Я плачу за свое чертово
здоровье!
- Он склеит тебя, - вмешался один из райдеров. - Они не позволят, чтобы
полис был нарушен. Помолчи, и пусть парень играет... - он остановился,
потому что Мышонок уже начал.
Свет падал на стекло и превращал его в медь. Тысячи тысяч круглых стекол
образовывали вогнутый фасад Алкэйна.
Катин брел по тропинке над речкой, огибающей сад музея. Река - те же
самые тяжелые туманы, что покрывают полярные области Ворписа - слегка
курилась у берегов. Ниже по течению она скрывалась под аркой в сверкающей
стене.
Капитан шел впереди Катина, и их тени, падающие на гладкие камни,
двигались на одном уровне. Расположенный среди фонтанов подъемник возносил
наверх платформу за платформой, по несколько сот гостей на каждой. Но за
считанные секунды все они разбредались по множеству тропинок, опоясывающих
сверкающие кварцем горы. На бронзовом постаменте, в фокусе блистающих
стекол, в нескольких сотнях ярдов перед музеем возвышалась Венера Милосская.
Линчес жмурил свои розовые, глаза, отвернув лицо от сияния. Позади него
Айдас глазел то по сторонам, то назад, то вперед.
Тай, рука в руке Себастьяна, шла позади него. Волосы ее развевались с
каждым движением зверя на его плече.
"Теперь свет стал голубым, - подумал Катин, когда они прошли под аркой в
имеющий форму линзы вестибюль. - Что правда, то правда - ни одна луна не
имеет естественной атмосферы, достаточной, чтобы создать такую декоративную
диффракцию. Однако, я упустил из виду лунное одиночество. Эта холодная
конструкция из пластика, металла и камня - одно из крупнейших творений
человечества. Как далеко мы ушли от семнадцатого века! Найдется ли во всей
Галактике хотя бы дюжина зданий крупнее, чем это? Странное для академии
положение: столкновение между традициями, воплощенными здесь, и нелепостью
современной архитектуры. Циана Морган свила себе гнездо в этом могильнике
истории человечества. Вот на что это похоже: стервятник, сидящий на костях."
С потолка свисал восьмиугольный экран для публичных объявлений. Сейчас на
нем переливалась красками очередная световая фантазия.
- Соедините меня с 739-Е-б, - обратился капитан фон Рей к девушке за
информационным пультом.
Она повернула руку ладонью вверх и нажала кнопки на миниатюрной панели,
вживленной в запястье.
- Пожалуйста.
- Алло, Банни, - сказал Лок.
- Лок фон Рей! - воскликнула девушка за пультом явно не своим голосом. -
Ты пришел навестить Циану?
- Именно так, Банни. Если она не слишком занята, я бы поднялся и
поговорил с ней.
- Минутку, я сейчас узнаю.
Банни, где бы она там ни находилась в этом улье, несколько ослабила
контроль, и девушка-диспетчер удивленно подняла брови.
- Так вы к Циане Морган? - спросила она теперь уже собственным голосом.
- Вот именно, - улыбнулся Лок.
В этот момент Банни снова включилась в разговор.
- Все в порядке, Лок. Она встретится с тобой на Юго-Западной, двадцать.
Там не так многолюдно.
Лок повернулся к экипажу.
- Почему бы вам пока не побродить вокруг музея? Я получу то, что мне
нужно, в течение часа.
- Можно ли ему брать эту, - девушка смотрела на Себастьяна, - эту вещь с
собой в музей? У нас нет специального места для животных.
Банни ответила:
- Это ведь человек из твоего экипажа, Лок? Животное выглядит вполне
домашним, - она повернулась к Себастьяну. - Оно смирное?
- Конечно, оно будет вести себя тихо.
- Можете взять его с собой, - разрешила Банни через девушку. - Циана уже
вышла к месту встречи.
Лок обернулся к Катину.
- Почему бы тебе не пойти со мной?
Катин постарался не высказать своего удивления.
- Конечно, капитан.
- Юго-Западная, двадцать, - повторила девушка. - Вы можете подняться на
этом лифте на один этаж. Больше никого?
- Никого, - Лок повернулся к экипажу. - Пока.
Катин последовал за ним.
Рядом со спиральным лифтом, на постаменте из мраморных блоков, высилась
голова дракона. Катин задрал голову, разглядывая гребни вокруг каменной
пасти.
- Мой отец подарил ее музею, - сказал, Лок, когда они вошли в лифт.
- Да?
- Она с Новой Бразилии, - они начали подъем вокруг центрального столба, и
оскал пасти исчез за поворотом. - Когда я был ребенком, я играл внутри ее
сородичей.
Внизу толпились туристы, казавшиеся отсюда крохотными. Золотая кровля
накрыла их.
Они вышли из лифта.
Картины, развешанные на галерее тут и там, освещались особым образом.
Многолинзовая лампа бросала на каждую висящую здесь раму свет - согласно
предположениям нескольких ученых Алкэйна - наиболее близкий к тому, под
которым была написана каждая картина: искусственный или естественный, свет
красного солнца или белого солнца, желтого или голубого.
- Она будет здесь только через несколько минут, - сказал капитан. - Она
только что вышла.
Катин прочитал название выставки: "Лица моего народа".
Вверху находился экран объявлений, меньший, чем в вестибюле. Сейчас на
нем светилась надпись, сообщавшая, что все представленные здесь картины и
фотографии созданы за последние триста лет и показывают мужчин и женщин
разных миров за работой или развлечениями. Взглянув на перечень авторов.
Катин вынужден был признать, что ему известны лишь два имени.
- Я позвал тебя с собой, потому что мне надо поговорить с кем-нибудь, кто
сможет понять суть сказанного. Удивленный Катин поднял голову.
- Мое солнце - моя Нова. В мыслях я почти привык к ее сиянию. Я стал
человеком, освещенным ее лучами. Всю мою жизнь окружающие меня люди делали
то, что я хочу. Если же нет...
- Вы заставляли их?
Лок сузил желтые глаза.
- Если же нет, я искал то, что они могут делать, и использовал их для
этого. И всегда находился кто-то еще, кто мог выполнить нужную мне работу. Я
хочу поговорить с человеком, который может понять. Но разговор не выражает
того, что я хочу сказать. Хотел бы я сделать что-нибудь, чтобы показать, что
все это значит!
- Я... Я не понимаю.
- Поймешь.
"Портрет женщины" (Беллатрикс IV): одежда двадцатилетней давности. Она
сидит у окна, улыбаясь, в золотом свете солнца, оставшегося за рамой
картины.
"С Аштоном Кларком" (не указано): старик. Его рабочий комбинезон вышел из
моды лет двести назад. Он собирается отключаться от какой-то машины,
настолько огромной, что нельзя понять, что это такое.
- Удивительно, Катин. Моя семья - по крайней мере, со стороны отца,
происходит из Плеяд. Однако я с детства разговаривал у себя дома как выходец
из созвездия Дракона. Мой отец принадлежит к тому обособленному кругу старой
гвардии граждан Плеяд, которые позаимствовали множество идей у своих предков
с Земли и из созвездия Дракона, только это была Земля, которая умерла через
пятнадцать лет после того, как старейший из этих художников взял в руки
кисть. Когда я обзаведусь семьей, мои дети тоже будут так говорить. Не
кажется ли тебе странным, что ты и я, похоже, ближе, чем я и, скажем, Тай и
Себастьян?
- Я с Луны, - напомнил Катин. - Я знаю Землю только по визитам на нее.
Это не мой мир.
Лок не обратил на его слова внимания.
- Но в некоторых отношениях Тай, Себастьян и я очень похожи. В
эмоциональном смысле мы ближе друг другу.
И снова Катину понадобилась целая секунда (довольно неприятная секунда),
чтобы вспомнить, что означает выражение боли на рассеченном лице Лока.
- Некоторые ваши реакции на возникающие ситуации будут понятны кому-то
другому, а не тебе. Да, я знаю, что так дальше не пойдет, - он замолчал. -
Ты не землянин, Катин. Но Мышонок - с Земли. И Принс. Один - беспризорник,
другой... Принс Ред. Существует ли какая-нибудь связь между ними, как между
мной и Себастьяном? Цыган просто очаровывает меня. Я не понимаю его. Но
только в том, в чем, как мне кажется, я понимаю тебя. Принса я тоже не
понимаю.
"Портрет нетрайдера". Катин посмотрел на дату: задумчивый нетрайдер
просеивал туман сквозь свою сеть двести лет назад.
"Портрет юноши". Современника, конечно. Он стоял на опушке рощи...
- В середине двадцатого века, в 1950 году, если быть точным, - Катин
снова взглянул на капитана, - на Земле была маленькая страна, называемая
Великобританией, в которой существовало пятьдесят семь довольно сильно
разнящихся друг от друга диалектов английского языка. Была также большая
страна, называемая Соединенными Штатами, с населением в четыре раза большим,
раскинувшаяся на в шесть раз большей территории. Там тоже существовали
диалекты, но только две крошечные группы, насчитывающие менее двадцати тысяч
человек, употребляли язык, который мог быть непонятен человеку, владеющему
только литературным английским. Я привел этот пример, чтобы пояснить свою
точку зрения: обе страны говорили на одном и том же языке.
- Что же у тебя за точка зрения?
- Соединенные Штаты были продуктом коммуникационного взрыва, развития
способов передвижения, перемещения людей, информационной революции, развития
радио и телевидения, что стандартизировало речь и образ мышления - не сами
мысли, а способы их выражения, так что персона А может понять персону В, но
также и персон Х и У. Люди, информация и мысли пересекают сейчас Галактику
быстрее, чем Соединенные Штаты в 1950 году. Возможность взаимопонимания
резко возросла. Наши родные миры разделяет треть Галактики. За исключением
случайных воскресных визитов в Университет созвездия Дракона во время моей
учебы сейчас я впервые покинул пределы Солнечной системы. Однако вы и я по
способности к обмену информацией гораздо ближе врут к другу, чем уроженцы
Уэльса и Корнуэлла тысячу лет назад. Помните об этом, когда размышляете о
Мышонке или о Принсе Реде. Хотя Великая Змея свернулась вокруг колонны,
символизирующей всего сотню миров, жители Плеяд и Окраинных Колоний признают
ее. Мебель Республики Вега то и дело напоминает то же самое о своих
хозяевах. Аштон Кларк значит одинаково много как для вас, так и для меня.
Морган убил Андервуда, и это частично сделало наши познания... - он
остановился, потому что Лок нахмурился.
- Ты хочешь сказать, что Андервуд убил Моргана?
- О, конечно же... Я имел в виду... - краска смущения проступила на его
щеках. - Да... Но я не хотел...
Между картинами показалась женщина в белом. Ее серебряные волосы были
уложены в высокую прическу.
Она была высокой.
Она была старой.
- Лок! - она протянула навстречу ему руки. - Банни сказала, что ты здесь.
Я думаю, нам следует подняться в мой оффис.
"Конечно, - подумал Катин. - Все ее портреты, которые я видел, были
сделаны пятнадцать-двадцать лет назад".
- Спасибо, Циана. Мы и сами могли бы подняться. Я не хочу отвлекать тебя,
если ты занята. Это не займет много времени.
- Ничего, пойдемте. Я оценивала сейчас полтонны не представляющей
большого интереса скульптуры Веги.
- Периода Республики? - спросил Катин.
- Увы, нет. Тогда мы могли бы сбагрить ее с рук. Но она слишком стара,
чтобы чего-нибудь стоить. Идемте, - она уже двинулась мимо развешанных
холстов, когда взгляд ее упал на широкий металлический браслет, закрывающий
разъем на ее запястье. На нем мигал один из миниатюрных экранчиков.
- Простите, юноша, - повернулась она к Катину. - У вас с собой диктофон
иди что-то подобное?
- Д-да.
- Я должна попросить вас не использовать его здесь.
- О, я не хотел...
- Довольно часто я сталкиваюсь с вопросом обеспечения секретности, - она
положила свою морщинистую руку на его. - Вы понимаете? Автоматически
нарастающее поле стирает все записи с подобного рода аппаратов.
- Катин из моего экипажа,
...Закладка в соц.сетях
