Жанр: Научная фантастика
Везуха
...такая игра свеч?
Может статься - вполне. Куш достойный. Да и потом, кто сказал, что с такими
возможностями их удовлетворит президентское кресло...
Лететь очень не хочется.
Во-первых, просто страшно, по-человечески страшно не вернуться. Космос - это не
Египет и даже не Гренландия. А, во-вторых, никто не мог сказать: кем станет он, Андрей, в
Девятой точке? Суперудачливым, никогда не терпящим поражений, но все-таки человеком
или... кем-то другим?"
Тревожные и мрачные мысли промучили его до утра. Юля и Анюта давно уже ушли
спать, а он так и просидел на кухне всю ночь, выкуривая сигарету за сигаретой.
- Ты что спать не ложился? - спросила Анюта, появляясь на кухне.
Андрей кивнул:
- Не спится чего-то. А Юлька где?
- Она сегодня позже поедет. Ей на первую пару не надо...
- Прогуливает? - он грозно сдвинул брови.
- Не-ет, - улыбнулась Анюта, - Просто мы на разных специализациях. Мы же тебе
рассказывали вчера. У меня бухгалтерии на четыре часа в неделю больше.
- А-а, помню-помню.
Ничего он, конечно, не помнил, но признаться в этом - значит обидеть подруг. От
вчерашнего веселого трепа у него в памяти остались только какие-то смутные обрывки.
Анюта прошла в ванную, зашуршала там чем-то истинно женским,
парфюмерно-косметическим.
Солнце медленно выползало из-за соседских многоэтажек. Оранжевый лучик упал на пол
кухни и побежал дальше - через коридор, в ванную...
- Ой, ярко как!
Андрей обернулся и застыл. Анюта расчесывала волосы, - русые пряди почти целиком
закрыли лицо... Она распушила их, оглаживая руками. Солнечные зайчики играли в волосах,
зажигая на секунду то там, то тут маленькие огонечки. В воздухе поплыл тонкий, удивительно
мягкий аромат яблочного шампуня.
Андрей смотрел, затаив дыхание. Такой красивой он еще никогда ее не видел. Анюта,
почувствовав на себе взгляд, обернулась, отбросила с лица волосы и сразу же начала мило
краснеть. Восторженный взгляд Андрея смутил ее.
- Ты чего? Не смотри так, мне стыдно...
Только теперь Андрей сообразил, что все это время не дышал.
- Анютка, ты - самая красивая девушка на свете!
- Да ладно тебе...
- А я?? - капризно спросил знакомый заспанный голос.
Анюта и Андрей обернулись, как по команде. В коридоре стояла Юлька. Лишь на секунду
им удалось встретиться глазами, но пылающую в ее взгляде ревность увидел бы и слепой.
Потом Юлька гордо вскинула подбородок, подняла руки над головой и пару раз прокрутилась
вокруг своей оси. Босые ножки протанцевали по полу замысловатую кривую.
- А я что - хуже??
- Э-э... - глубокомысленно сказал Андрей.
- Может, у меня волосы и покороче, - Юлька провела ладошкой по задорному
хохолку, - зато икры не такие толстые. Вот!
Анюта заметно оскорбилась. Выставила вперед действительно слегка полноватую ногу,
уставилась на нее так, будто только сегодня увидела.
- Зато у меня тридцать шестой размер, а не твои лопаты тридцать девятого. Фиг с два
купишь нормальные туфли.
- Что-о-о?! - задохнулась Юлька. - Лопаты!?? Ты на себя посмотри! Пышечка!
- Доска! - парировала Анюта. - Глиста в сиропе!
- А ты... ты...
Андрей понял, что ситуацию надо спасать. Еще немного и девчонки просто передерутся.
- Брэк! Тайм-аут! Раз проснулись - пошли лучше завтракать. А сравнение ваших
прелестей давайте оставим на потом. Вы обе очень красивые и...
Он сделал паузу, подождал, пока напряжение достигнет предела. Девчонки просто
поедали его глазами.
- ...и мне очень нравитесь! А будете ругаться - отшлепаю.
За столом подруги, отчаянно сопя, старались друг на друга не смотреть, мужественно
пытаясь проглотить обиду. У Анюты в уголках глаз Андрей заметил слезы.
"Хреновый из меня миротворец, - подумал он. - Сижу, как пень, не знаю чего сказать".
Хлопая крыльями, на карниз сел голубь, пару раз стукнул клювом, выискивая одному ему
заметные съедобные крошки. Анюта, несмотря на всю свою хозяйственность, имела дурную
привычку, протерев стол, выкидывать мусор в окно.
- Анька, к тебе клиент, - улыбнулся Андрей.
- Этот все время прилетает. Видишь, у него на хвосте несколько белых перьев? Я его
сразу узнаю...
Голубь, словно сообразив, что речь идет о нем, слушал, наклонив голову. Потом снова
принялся стучать клювом по карнизу.
Юлька вдруг встрепенулась:
- Ой, совсем забыла! Тут же без тебя такое случилось! Улыбка исчезла с лица Андрея.
Он обернулся к Юле и несколько напряженно спросил:
- Что?
- Вон там, - она указала ладошкой на нижнее колено газовой трубы, - за плитой все
время кто-то стучал. По утрам. Как девять часов, мы с Анькой в Академию собираемся, так он
- стук-стук-стук...
- Барабашка! - выпалила Анька. - Мы так боялись. Вот завтра утром сам посмотришь.
Андрей что-то прикинул, кивнул и усмехнулся.
- Знаю я этого барабашку. Его зовут газовый монтер. Соседям решили, наконец, плиту
заменить. - Он посмотрел на растерянные лица девчонок и рассмеялся. - Ну, вы даете!
Барабашка... Ой, не могу!
Через минуту смеялись уже все трое. Андрей в душе был Юльке благодарен. Своей
наивной историей она великолепно разрядила обстановку.
Не хватало еще, чтобы подруги начали его делить. Со сценами ревности, выцарапыванием
глаз и вызовами на дуэль...
Завтрак доедали в мире и согласии.
Анюта уехала в Академию, Юлька возилась на кухне. Андрей присел на диван в комнате
девчонок (поймал себя на мысли, что назвал ее именно так, а не "большая", как раньше, и
улыбнулся), включил телевизор, бездумно пощелкал каналами.
Еще после Монголии родилась у него одна задумка, которая после близкого знакомства с
людьми Седого даже укрепилась, но все как-то было не до того. Сначала валялся в депрессии,
потом - Гренландия...
Андрей снял с базы трубку, набрал номер институтского, времен еще Москвина,
сослуживца. Бывший старший научный сотрудник и заведующий лабораторией Михаил
Альбертович теперь держал вполне процветающую фирму охранных систем.
Телефонная девочка долго не хотела звать шефа, не получив от Андрея паспортных
данных, биографии и краткого содержания цели звонка в трех томах. Но он и сам был не
новичок в подобных беседах.
- Девушка, у меня совсем мало времени, чтобы еще и с вами спорить. Или вы в течение
пяти секунд переключаете меня на Михаила Альбертовича, или я звоню ему на сотовый и
подробно объясняю суть дела. А в конце разговора, боюсь, мне придется посетовать на
непонятливых секретарш, из-за которых у фирмы может сорваться вполне прибыльная сделка.
Собеседница обреченно вздохнула, в трубке щелкнуло, заиграло что-то омерзительное из
модной попсы. "Пирсу" вроде бы.
- С кем это ты разговаривал? - спросила неожиданно появившаяся на пороге Юлька.
Андрей показал ладонью: сейчас, мол, подожди.
- Слушаю вас, - настороженно сказал знакомый баритон. - Что вы хотели?
- Михалальбертыч? Узнал-узнал, богатым не будете...
- Простите, с кем... А! Андрей! И я тебе узнал. Бедствовать, значит, вместе будем.
Какими судьбами? Случилось чего? Ирочку, вон, на уши поставил, до сих пор дрожит вся.
- Ну, стоять заслоном на пути к шефу - качество хорошее, только постоянным
клиентам почему-то не нравится. По себе знаю.
- А ты что - постоянный клиент? - Михаил Альбертович хмыкнул. - Не помню,
чтобы ты у нас чего-то заказывал. Или грабители одолели?
- Есть немного. Решил поднять вам продажи по старой памяти. Мне дверь на квартиру
нужна... ну, и так, проверить кое-что. Проводку.
- Прово-одку... - протянул Михаил Альбертович. - А-а...
Андрей, перебив его, быстро сказал:
- Телефон тоже. Щелкает что-то. Обрыв где-то, наверное.
- Вот как, - Андрей почти воочию увидел, как взметнулись вверх густые брови
бывшего эсэнэса. - Хорошо, понял. Когда надо? - в голосе собеседника исчезли все веселые
нотки, осталась лишь деловая сосредоточенность.
- Ну, как обычно - вчера. Но до завтрашнего утра я могу подождать.
- Понял. Сейчас переключу тебя на Ирочку, продиктуй адрес, какую дверь хочешь,
замки... И постарайся ее больше не пугать.
На следующий день Юльке почему-то снова не нужно было ехать к первой паре. Но,
узнав, что через полчаса приедут ставить дверь, она как-то странно насупилась и сказала:
- Из ванной меня никто выгонять не будет? - и в ответ на заверения Андрея, что, мол,
зачем рабочим ванная, если они будут ставить дверь в прихожей, ехидно проговорила:
- Откуда я знаю? Руки помыть, например... Ладно, если ты так, то я пойду мыться.
Андрей проводил ее недоуменным взглядом, крикнул вслед:
- Руки можно и на кухне помыть!
Парни Михаила Альбертовича появились минут через двадцать. В прихожей сразу стало
не протолкнуться, а в глазах зарябило от темно-синих спецовок, украшенных аляповатой
эмблемой: "Гардиан. Охранные системы".
Установщики деловито пожали руку, деловито расставили на полу целую гору странного
вида приборов.
Один, не моргнув глазом, моментально взялся измерять дверь, второй, судя по
намечающейся лысине и замшевой куртке поверх комбинезона, - бригадир, спросил:
- 380 вольт у вас есть?
- Зачем? - опешил Андрей.
- Для сварки. Нету?
- Вроде бы нету.
- Гм, придется с лестничной клетки кидать...
Минут через сорок квартира напоминала разворошенный муравейник. Андрей даже
позавидовал Юльке, которая спокойно нежится сейчас в ванной и не видит весь этот бардак. На
полу змеился толстенный кабель, в комнатах возились синие спецовки, ловко цепляя к нему то
один, то другой прибор. Обмерщик уже по пятому разу невозмутимо проверял высоту косяка,
глубину дверного проема. Бригадир что-то подкручивал на панелях, время от времени ругался
по сотовому телефону с неким Максимом.
Через сорок минут он удовлетворенно отключил последний прибор, подошел к Андрею:
- Ну, можете спать спокойно. Ничего нет - ни одного микрофона, ничего... А если и
было то, что мы не смогли найти, - оно сдохло. Карен, - бригадир кивнул в сторону
грустного армянина, - прошелся по стенам высокочастотной.
- Спасибо, - искренне сказал Андрей. - Еще немного и я бы настоящим параноиком
стал. А телефон?
- С телефоном хуже. Падает мощность сигнала, где-то явно есть дополнительный
слушатель. Кто он - сказать точно не можем, глушат весьма грамотно, но уже по одному
этому факту ясно: люди там серьезные. Так что я не советовал бы вам вести по домашнему
телефону конфиденциальные беседы. Сотовый тоже можем проверить, но это - отдельный
прейскурант.
- Хорошо, я созвонюсь с Михалальбертычем. Сколько я вам должен?
-Вечером приедут ставить дверь - привезут счет. Начальство сказало, что вы проходите
по особой ставке, поэтому, сколько точно - не знаю, если хотите, позвоните в контору.
Бригадир кивнул своим, спецы сноровисто рассовали аппаратуру по коробкам.
- Аккуратней с проводом, - сказал он напоследок. - 380 вольт - не шутка. Надо бы
отключить, да сварщикам понадобится. Давайте-ка вытащим в коридор, чтоб в комнате не
мешался.
Андрей едва успел попрощаться, как в ванной щелкнула задвижка. Юлькин голос
поинтересовался:
- Ушли?
- Да. Выходи.
Она снова появилась, как и в прошлый раз, - обернутая в банное полотенце. Андрей
отвел глаза. Либо она совсем его больше не стеснялась, либо, наоборот - старалась опередить
Анюту в неосознанном женском соперничестве. Второе вероятнее - сегодня край полотенца
был подвернут значительно выше колен. Юлька была босиком, холодный линолеум в прихожей
хватал за пальцы, особенно после душа, так что ей приходилось поджимать то одну, то другую
ножку.
- Обедать пойдем?
- А ты что сегодня в Академию не поедешь?
- Да ну ее! Анька приедет - даст лекции переписать. Пойдем?
- Может, подождем...
- Кого, Аньку?
В Юлькиных глазах запрыгали злые огоньки. Андрей недоуменно ответил:
- Ну, да...
Она топнула ножкой.
- Ты только о ней и думаешь?! Вот вчера красивой назвал! А я?
- И ты тоже очень красивая...
- "Тоже"!! - судя по тону, Юлька разозлилась не на шутку. - Я тоже!! Да я красивей
ее в десять раз!
- Вы обе очень красивые, - твердо сказал Андрей. - Зачем ты так?
- Обе?! - она шагнула вперед, стукнула его кулачком по груди. - Анька тебе больше
нравится, да? Отвечай!
От неожиданности Андрей отшатнулся, ударился ногой о стул, забытый в прихожей
грустным Кареном, сел и с несколько ошалелым видом посмотрел на Юльку.
Раскрасневшаяся, со злыми глазами, в которых предательски блестели слезы, она,
казалось, уже не соображала, что говорит.
- Нет, ты скажи!! Анька тебе всегда нравилась! А на меня ты даже и не посмотрел ни
разу! Почему, скажи? Я что - уродина какая-нибудь!! У меня что-нибудь не на месте?! - она
потянулась к узлу полотенца на шее, попыталась распутать его.
Андрей хотел ее успокоить, перехватил руки, развел в стороны.
Это разъярило Юльку окончательно.
С криком: "Я тебя убью!" она вырвалась, схватила с тумбочки металлическую расческу,
которой так любила прихорашиваться по утрам, и попыталась наброситься на него.
Он едва успел остановить ее, ухватить за запястье кулачок с расческой, отвести в сторону.
И только потом он похолодел от внезапно пришедшей мысли:
"Она же всерьез мне угрожает! Ревнующая женщина на самом деле готова убить!
Господи, Удача!! Нет!! Не надо!!"
Андрей с ужасом понял, что где-то внизу, у Юльки под ногами валяется фазовый провод.
Где-то там торчит оголенный кусок со срезанной изоляцией. Ждет своего часа.
Юлька прыгнула на него снова, несколько раз стукнула кулачком по плечу, хотела дать
пощечину, но Андрей оттолкнул ее. Посмотрел вниз: провод был совсем рядом!
Он хотел предупредить ее, протянул руку, но из мгновенно пересохшего горла вырвалось
только:
- А... ва... на...
Наверное, вдобавок он еще и мертвенно побледнел потому, что Юлька, разом позабыв
буйствовать, кинулась к нему на шею.
- Ой, прости... Я тебя ударила. Больно, да? Прости, я не хотела.
Андрей не отвечал. Он завороженно смотрел на оголенный провод. Рядом, буквально в
двух сантиметрах, приплясывала босая Юлькина ножка с накрашенными ногтями. На лодыжке
еще оставались влажные капельки.
Он почти наяву представил, как Юлька наступает мокрой ногой на провод, вздрагивает,
кричит, пытается сделать шаг назад, но ее держит крепко. Она бьется, как пойманная рыбка,
плачет, мычит, тянет руки к Андрею в немом призыве "помоги"...
"Нет!! Пожалуйста! Только не ее! Она не хочет мне зла! Не хочет!"
- Извини меня, пожалуйста! Я глупая, я не хотела...
Юлька бросилась к нему на шею. Андрей попытался остановить ее, оттолкнуть снова, но,
проскользнув между ладонями, она, плача, попыталась обнять его. Не удержалась - резкое
движение немного качнуло ее в сторону - и... наступила ногой на провод.
Андрей зажмурился. Наверное, надо было взять себя в руки, дернуть провод или найти
какую-нибудь деревяшку, столкнуть Юльку с оголенной смерти. Но он просто не мог заставить
себя открыть глаза. Не хотел видеть ее такой.
Мягкие губы коснулись его лица, мокрая от слез щека прижалась к подбородку.
- Ну, прости меня... Пожалуйста. Я не хотела... "Она жива?"
Андрей посмотрел - Юлька стояла на проводе обеими ногами. И ничего не происходило.
- Ты не обижаешься?
За спиной, на лестничной клетке что-то стукнуло. Напряженные нервы не выдержали,
Андрей вздрогнул, обернулся.
И успел поймать момент, когда вывалившаяся из фазовой розетки вилка скатилась со
щитка на каменный пол. Стукнуло еще раз.
Петр Дмитриевич как-то сказал, что после Восьмой точки Андрей по всей вероятности
сможет иногда подчинять случайности своим желаниям.
"Гм... Похоже, в этот раз аналитики полковника не ошиблись".
Андрей встал, схватил в охапку ошеломленную Юльку, притянул к себе, крепко
поцеловал в губы, но не остановился, продолжал - лицо, шею, руки. От неожиданности она не
сопротивлялась, лишь изредка хихикала: "Щекотно!"
Он прижал ее к себе, как котенка, и вошел в дом. Видимо, Юльке было уютно у него на
руках, она даже не шевелилась.
- Господи, - сказал Андрей тихо, - я чуть тебя не потерял...
Юлька не поняла, да ей и не хотелось, она просто обняло его, пробормотала:
- Я здесь, здесь... Он улыбнулся.
- Ты не представляешь себе, как это здорово!
Юля старательно делала вид, что ничего особенного не произошло. На кухне она
поставила чайник, не глядя в его сторону, включила телевизор. Зазвучала пафосная, немного
тревожная музыка, тройка белоснежных лошадей промчалась через весь экран куда-то вдаль.
- О! Новости! - Андрей развернулся на стуле. - Ну, и что у нас плохого?
Миловидная дикторша, щеголяя царственной осанкой и безупречным макияжем,
произнесла:
- На телеканале "Россия" информационный выпуск с последними новостями к этому
часу. В студии Мария Кашемирова, здравствуйте. Главная новость дня: сегодня, в одиннадцать
часов утра Российское Космическое Агентство провело совместно с корпорацией "Энергия" и
центром имени Хруничева пресс-конференцию для журналистов.
Кадр сменился, на экране рассаживались за длинным столом вальяжные, явно привыкшие
руководить люди. Направленная на них батарея фото- и телекамер, десятки микрофонов у
стола, их нисколько не смущали.
Андрей на мгновение отвлекся, налил себе кофе, а когда снова обернулся к телевизору,
один из "руководителей" как раз отвечал на вопрос:
- ...нет, мы не считаем это преждевременным. Благодаря личному распоряжению
президента за последние два года космическая отрасль получила достаточное финансирование,
мы смогли развернуть некоторые замороженные программы. В том числе - и лунную.
Наработки советских времен никуда не девались, они просто ждали своего часа. Недавно
американцы объявили, что повторно высадятся на Луне в районе 2008-2015 года. Рад сообщить,
что мы сделаем это намного раньше. Проект уже перешел из стадии проектирования в стадию
реального воплощения.
Поднялся один из журналистов. Камера выхватила его лицо, самоуверенное и даже
несколько нагловатое. Сейчас, правда, на нем читалась растерянность.
- Если я правильно вас понял, российская лунная программа идет уже давно. Почему не
было никаких сообщений раньше?
- Мы специально ждали момента, когда будем на сто процентов уверены в успешной
реализации. Было бы преждевременно сообщать о наших разработках, не убедившись в
политической и финансовой воле правительства довести проект до конца; в том, что у наших
партнеров - корпорации "Энергия" и центра имени Хруничева - не заморожены
необходимые мощности и наличествует нужная инфраструктура.
- И на какой же год планируется первый запуск?
В зале повисла тишина. Представитель РКА посовещался с соседями, кивнул и ответил:
- Через три месяца ракета-носитель выводится на стартовый стол. Предварительная дата
запуска - семнадцатое декабря.
Андрей застыл на месте, чашка кофе чуть не выпала из рук. Юлька захлопала было в
ладоши, но, увидев его застывшее лицо, перестала. Спросила:
- Ты чего нахмурился? Это же здорово: мы полетим на Луну!
Заставив себя улыбнуться, Андрей кивнул: да-да, конечно, здорово.
"Только для тебя, как и для всех, "мы" - это вообще Россия, вы и представить себе не
можете, что для кого-то это выглядит совсем иначе..."
В комнате на столе проснулся телефон. Неуверенно звякнул и разразился тревожной
трелью.
4
- Я понимаю, что как инициатор и исполнитель проекта "Везунчик" несу определенную
ответственность. В том числе и за его успешное завершение. Но не слишком ли большие
затраты потребовал проект? Прямые и косвенные расходы уже составили почти половину
резервного фонда спецопераций. Теперь, с этим полетом, мы вынуждены сотрудничать с РКА,
делится с ними информацией... Правда, нам сильно помогли американцы, заявив, что через
несколько лет отправят на Луну робота, а потом и людей. В правительстве созрела идея
обогнать штатовцев...
- Пусть правительство вас не беспокоит...
- Меня беспокоит ситуация, когда проект выходит из-под нашего и вообще чьего-либо
контроля. Слишком много людей получат доступ к информации, как бы мы не пытались ее
закрыть.
- Вы для этого потребовали внепланового заседания, Петр Дмитриевич?
- Не только, хотя согласитесь, это не пустой вопрос. Проблемы с финансированием,
вовлечение в проект целых производств, выход на общегосударственный уровень ставят перед
нами... впрочем, не буду говорить за всех, но передо мной - точно... вопрос: стоит ли даже
самый могущественный Везунчик подобных затрат? Способен ли он оправдать такие
расходы, даже если все пойдет по нашему плану и не произойдет никаких накладок и срывов?
Вопрос повис в тишине. Но лишь на секунду, потом все заговорили разом.
- Гм, ну, если подходить с этой стороны...
- То есть вы считаете, Петр Дмитриевич, что мы немного увлеклись?
- Никто точно не может сказать, что получит ваш Везунчик там на Луне...
- ...в Девятой точке, товарищ генерал.
- Да! В Девятой точке. Пускай он действительно станет сильнее и удачливей, чем
сейчас. И что? Из ваших докладов, полковник, я заключил, что сейчас парень практически
неуязвим лично. Прекрасно! Но это же и есть конечная цель проекта. Мы все ее знаем. Зачем
лезть в новые, действительно гигантские затраты, чтобы Везунчик стал неуязвим
окончательно? По-моему, вы очень вовремя обозначили проблему, Петр Дмитриевич. Не пора
ли нам остановится?
- Нет. Товарищ генерал, не пора.
- У вас есть какие-то реальные причины это утверждать?
- Есть. Мало кто сомневается, что Везунчик достигнет Луны и вернется, так?
- В принципе, да, но причем здесь это?
- Так вот в прошлом году президент Буш пообещал к 2015 году построить на Луне
постоянную базу. Кто может дать гарантию, что американцы к тому времени не
инициируют собственный проект, подобный нашему "Везунчику"? Не поздно ли будет кусать
локти десять лет спустя?
- Да, об этом мы, честно говоря, не думали... Вы правы, с этих позиций все
представляется несколько иначе.
- По вашему виду, Лев Николаевич, понятно, что у вас припасено что-то еще.
- Так точно, товарищ генерал. Мы действительно не знаем наверняка, что там, на
Луне. Но... это знает сам Везунчик!
- У вас есть доказательства?
- Да. Прошу прощения у Петра Дмитриевича, но мы со своей стороны, негласно,
конечно, ведем запись в квартире Везунчика.
- И вы мне не сообщили!! Лев Николаевич, это переходит...
- Извините, товарищ полковник, таковы правила. Ваш источник, конечно, хорош, слов
нет, вряд ли возможно быть ближе к объекту. Подставили вы его Везунчику просто
виртуозно. Но это, как раз, и создает основную проблему. Чтобы не раскрыть себя, источник,
вынужден быть осторожным, предпочитая иногда вообще не вести документированную
запись, положившись лишь на свою память. Ведь так?
- Да, к сожалению. Тем более что три дня назад Везунчик, видимо, перепуганный
недавним близким знакомством с генералом Ветрогоновом, установил в квартире железную
дверь. Скачки напряжения от сварочных аппаратов пожгли всю нашу подслушку. Ставить
новую - уже нет времени. Хорошо хоть в ванной удалось сохранить пару устройств, хотя
уровень записи через вентиляцию, как вы знаете, оставляет желать лучшего.
- Вот видите. Так что наша подстраховка вряд ли окажется излишней. Ваш источник
передал содержание разговора, произошедшего вчера вечером?
-Да, но я, честно говоря, не очень понимаю, к чему вы клоните... Она... э-э... источник
утром сделал контрольный звонок, кратенько отчитался, но ничего такого...
- Значит или не запомнил, или не обратил внимания. Если вы, товарищ генерал, не
против, я хотел бы предоставить запись.
- Я не возражаю. А вы, Сергей Ильич?
- Нет, конечно. Интересно послушать.
- Хорошо. Аппаратная? Полковник Дорохов у телефона. Капитан, поставьте нам,
пожалуйста, запись № 3412 от девятнадцатого сентября.
"Тишина. Короткий щелчок, потом едва слышное шипение.
- ...чем будете кормить?
- Садись - узнаешь.
- Ну, уж нет! Сначала скажите. Не понравится - буду капризничать и воротить нос.
- Ой-ой! Напугал. Не хочешь - сами съедим, а ты ходи голодным.
- Эх, всегда так. Никакого в тебе, Ань, сочувствия. Легкий, застольный треп
продолжался минут пять, на лицах собравшихся в кабинете все заметнее проявлялось
недоумение. Полковник, прослушавший в свое время не одну подобную запись, про себя
отметил, что обычно бойкая на язык Юля сегодня казалась молчаливой, сдержанной, словно
бы между ней и остальными пролегла какая-то дистанция. Андрей тоже старался напрямую
к ней не обращаться.
Наконец в разговоре произошла пауза, звякнули тарелки, донесся шум бьющей из крана
воды - кто-то мыл посуду. Ближе к микрофону что-то зашуршало, через мгновение чиркнуло
колесико зажигалки.
- Опять куришь?
- Ань, смилуйся, сигаретка после ужина - самое то! Мечта курильщика!
- Ну, хоть форточку открой!
Едва слышно щелкнули запоры, громыхнула фрамуга. Сразу же усилился доносящийся с
улицы обычный городской шум. Сделав пару затяжек, Андрей сказал:
- Девчонки, у меня к вам серьезный разговор.
- Что случилось?
- У меня очень важная программа на новой работе, со следующей недели я буду очень
редко появляться дома. А в декабре мне придется уехать. Надолго. Возможно, на всю зиму.
- На всю зиму... а как же мы...
- А что - "вы"? Пообещаете не баловаться и хорошо учиться...
Натужно веселые нотки в голосе Андрея никого не обманули.
- Ты нас выгонишь?
- Господи, Юлька!! Как тебе такое в голову могло прийти?! Конечно, нет. Наоборот,
оставлю квартиру на ваше попечение, вы обе очень хозяйственные и аккуратные, я буду
спокоен.
Голоса девушек звучали подавлено - новость явно их не обрадовала. Более-менее
успокоив подруг, что никто никуда не собирается их выгонять, Андрей долго объяснял, как
нужно себя вести в его отсутствие:
- ...временную регистрацию мы с вами сделали, приглашение задним числом я написал,
так что с этим - никаких проблем. За квартиру и электричество я заплачу на полгода
вперед, если вдруг кто будет приходить из Мосэнерго или из ДЭЗа...
- Лев Николаевич, все это, конечно, очень интересно, но у нас мало времени, нельзя ли
перейти к главному?
- Сейчас, товарищ генерал, сейчас одна из девушек задаст нужный вопрос.
- ...а ты далеко уезжаешь? Мне... нам нельзя будет туда? Хотя бы ненадолго...
- Нет, Ань, прости, нельзя. Вот когда я буду готовиться, мы
...Закладка в соц.сетях
