Жанр: Научная фантастика
Экипаж черного корабля
...тырех
посланников "Крикливого аиста".
Между прочим, офицеры других отделов, не занятых в отражении атаки, тоже не сидели
сложа руки. Зная азимут, с которого явились "гости", можно было вплотную заняться
определением местоположения выпустившей их пушки. Конечно, на первый взгляд это легко,
однако обнаруженные снаряды могли иметь активно-реактивные ускорители, а потому, исходя
только из законов баллистики, вычислить место запуска не получалось. Кроме того, в
подвижной крепости покуда не знали, какое устройство произвело стрельбу, там даже не
ведали, к чьим вооруженным силам относится враг.
Самым лучшим средством для поражения скоростных целей у "Ящера" значились ЭМСУ.
Сложность заключалась в том, что разогнанный электромагнитами снаряд должен попасть
непосредственно в мишень: он имел слишком малые размеры и не вмещал внутрь необходимое
количество взрывчатки. Прохождение даже в метре от цели ничего не давало. Поскольку сейчас
оптические свойства верхних слоев атмосферы, мягко говоря, ухудшились, применять
телескопические прицелы стало нельзя, разве что на совершенно малой дистанции. Еще одним
способом наводки значилась радиолокация. Но ведь даже сантиметровый диапазон излучения
не давал достаточной точности для лобового столкновения, сейчас целями являлись не танки,
практически статичные объекты, а достаточно быстрые вещи, не равные, но все же сравнимые
по скорости с посланцами ЭМСУ. Однако у канониров, заведующих электромагнитными
снарядными ускорителями, имелся выход: они могли опереться на тепловую систему
наведения. За счет изменения естественных природных факторов - теперь вокруг было
постоянно холодно, а пробивающий пылевую подушку гига-калибр раскалялся сильнее, чем
обычно - инфракрасные "глаза" подвижной крепости получили преимущество над
телескопами и антеннами. Триумф среднечастотных технологий!
56. ПРИКИДКИ
Основной экипаж "боевой горы" ведать не ведал о том, что их жизнь в эти секунды висит
на волоске, и дело не только в присущей всем событиям, происходящим последнее время на
"Ящере", коалиционной секретности. Просто все вершилось невероятно быстро. Правда, на
палубах гига-танка взревели сирены, но кто мог сразу догадаться, что они значат?
Приближающиеся гига-снаряды - не слишком яркие метки на экранах кругового обзора -
даже здесь, в индикаторе, внушали опасения своей скоростью, а там, в разряженном
пространстве, вверху, они каждую секунду нарезали почти километр. Но ведь поскольку
"птенчики" "Крикливого аиста" в данный момент вошли в нисходящую часть своей
траектории, в ближайшее время они обещали ускориться гравитацией. Значит, в том, что
львиная часть экипажа, даже занимая места по тревоге, не представляла происходящего в
реальности, не было ничего удивительного. За последние дни команда "Сонного ящера"
несколько отдохнула от боев с технологически "продвинутым" противником, а значит,
сегодняшний аврал снова отдавал привкусом новизны. Тем более сирена взревела не сразу при
засечке гига-калибров, а через некоторое время, когда стало окончательно понятно, кто
является целью.
Между прочим, цифровые машины высчитали, что восьмидесятитонные бомбы не упадут
точно на "Ящер", а, так сказать, должны равномерно распределиться по округе. Это давало
"Ящеру" шанс уцелеть даже при достижении ими конечных пунктов своего маршрута.
Разумеется, шанс - это только вероятность, но все-таки. Однако офицеры "купола" не имели
технических устройств, способных определить начинку спешащей к ним смерти, хуже того, они
даже не знали ее массы. В предельно худшем варианте это могли оказаться термоядерные
боеголовки, причем неизвестного типа, а следовательно - мощности! Почему бы, собственно,
нет? Хотя то, что посылок четыре, несколько успокаивало: атомные бомбы - все же
достаточно дорогое удовольствие, и бросать их гроздьями позволительно не всем. Это, конечно,
если не брать в расчет того соображения, что "Ящер" сам по себе - еще более дорогущая
штука; ущерб же, который он способен нанести, может быть вообще чудовищным. Так что, по
сути, задача по его уничтожению достойна некоторого перехлеста. Тем более, кое-что он
наверняка способен перехватить.
А поэтому проблема, стоящая перед противовоздушной обороной гига-машины, имела
критическую важность - нужно было постараться перехватить все.
57. ЩИТ
Расположенный в передней части подвижной крепости ЭМСУ сбил две цели. В общей
сложности он сделал четыре выстрела, но оба первых промазал: все-таки дымо-пылевая взвесь
несколько меняла условия прицеливания. Гига-танку повезло, что еще оставалось время учесть
поправки. Поэтому, истратив на первую цель три снаряда, следующую ускоритель сбил сразу.
Между прочим, он не умел стрелять очередями, поскольку, даже несмотря на охладители,
требовалось время для приведения ствола в готовность. Масса, разогнанная электромагнитами,
была абсолютно мизерна по сравнению с восьмидесятитонными тяжестями пикирующих на
"боевую гору" посланников "Крикливого аиста", однако разрыв их вдребезги после
однократного попадания демонстрировал философски настроенным мозгам существование
иного пути развития вооружений, альтернативного гигантизму.
Еще один снаряд удалось поразить встречным выстрелом гига-калибра. Два выпущенных
"Сонным ящером" пятидесятитонных монстра лишь вместе обогнали по весу чудище,
посланное "Аистом". В отличие от зарядов ЭМСУ они не таранили противника в лоб - их
неповоротливые туши не смогли бы это сделать, даже если бы имели корректирующие полет
рули, - они просто создали перед носом врага огромное, ширящееся облако осколков самого
разного размера. Некоторые достигали двух-четырех тонн, состояли из высококачественной
стали и имели режущие кромки, способные в мгновение ока напилить фарш из "Циклопа".
Однако хотя эпоха парящих в стратосфере тяжелых танков еще не наступила, многослойная
защита посланцев "Аиста" по толщине превосходила танковую, ведь, разгоняясь до километра
в секунду, "птенчики" обязаны были выскочить из тридцатиметровых стволов целехонькими, а
не сплюснутыми давлением. Среди канониров ходили слухи, что те "толстокожие" посланцы,
которые имели неисправный детонатор, промахиваясь, могли провалиться в почву метров на
сто, так что они являлись прекрасным оружием против врытых в Гею оперативных штабов и
подземных заводов. И все же проскочить невредимым сквозь осколочную завесу снаряду с
"Крикливого" не посчастливилось: как только один из раскаленных поражающих элементов
достиг взрывчатого наполнителя, восьмидесятитонное чудовище само превратилось в облако
парящих в небе железяк. Некоторые из них - не самые крупные - достигли своей цели и
немножечко постучали по корпусу "Ящера". Он им не открыл, а тем, что крупнее, пыхнул
навстречу активной броней.
Так что из четырех снарядов "Аиста" не подвергся атаке только один. Однако он
промазал. Разумеется, его близкий взрыв ощутили внутри "Ящера", кроме того, он сдул со
скалы и покалечил двух передовых наблюдателей Лумиса. Скала отстояла от эпицентра на два с
половиной километра.
58.ДУЭЛЯНТЫ
Размещение "Ящера" в пересеченной гористой местности, безусловно, маскировало его от
разведывательных средств эйрарбаков и, конечно, от родной брашской армии. Однако на
каждый плюс всегда имеется минус. Нахождение гига-танка в ущелье мешало и его
собственным локаторам получать информацию с максимально возможной дальности. Особенно
плохо наличие гор сказывалось на "загоризонтнике". Это же касалось пассивных средств
наблюдения - на "боевой горе" их имелось довольно много. Например, специальные
инфразвуковые датчики, торчащие наподобие усов из макушки великанской божьей коровки,
теоретически были способны распознать выстрел гига-пушки за две тысячи километров.
Вопрос не в том, что звук в воздухе распространяется медленнее, чем снаряд: в
технологической войне любая информация не становится лишней. Просто сейчас подвинутые
вплотную скальные выступы затеняли, многократно переотражали и гасили звуковые
колебания. Так что размещение "Сонного ящера" в ущелье лишний раз доказывало известную
истину - "боевые горы" совершенно не предназначены для сражений в горах, возведенных
природой, так же, впрочем, как обычные танки малоперспективны в битвах на городских
улицах. Однако надо помнить, что генерал-канонир Тутор для того и загнал подвижную
крепость в предгорья, чтобы навек избавиться от технически развитых конкурентов. Сейчас,
"засветившись", "Ящер" в полной мере должен был ощутить все минусы своего положения.
Тем не менее даже теперь, в столь тяжелых условиях, офицеры разведки и чудесная
аппаратура гига-танка "высасывали" из далекого окружающего мира огромное количество
данных. Так, например, точно и очень быстро установили, что обстрел "Ящера" произвела
"боевая гора". Теперь для экстраполяции даже не требовался никакой аналитический отдел:
зная, что такие штуки имеются только у одной армии мира, любой понимал - сделали это
свои. Давние мрачные предсказания Тутора-Рора о том, что после "дезертирства" "Сонный
ящер" станет приоритетной целью, затмив собой танковые полчища Империи, сбывались.
Опознать врага точно, как конкретную гига-машину, не удалось, однако это случилось все-таки
не из-за топографических и метеорологических условий или недостатков оборудования:
пропустив сквозь сито цифровых устройств невидимый дождь радиошумов, пронизывающий
"Ящер" извне, растасовав амплитудные и фазовые всплески, разуплотнив спектральную гряду,
техномаги отдела разведки сумели определить все частотные индивидуальности чужих
загоризонтных локаторов. Однако это походило на то, когда полицейские, найдя на месте
убийства четкие отпечатки пальцев преступника и любуясь их ярким, увеличенным
изображением, по-прежнему не могут опознать убийцу - его нет в картотеке. Здесь случилось
то же самое.
Если в сведениях, касающихся эйрарбакских вооруженных сил, в базе данных подвижной
крепости наблюдался явный перебор, то касательно брашских средств ведения войны в системе
имелись огромные лакуны. Дело было в секретности. "А вдруг "боевая гора" будет захвачена, а
сведения, хранящиеся в ее сейфах, расшифрованы? - прикидывали таинственные стратеги
Мозгового Центра Брашпутиды. - Тогда враг выяснит не только устройство гига-танка, но и
вообще все!" Поэтому сейчас в "Сонном ящере" просто не знали, с чем идентифицировать
полученные данные. Вот если бы он имел сношение с родным ШОНО или ШВЗС, тогда бы по
переданным им диаграммам ему сообщили, что обстреляла его "боевая гора" "Крикливый
аист", выпущенная столько-то циклов назад с гига-верфи такой-то, экипаж ее столько-то
человек, а командует ею такой-то броне-генерал, кавалер ордена Тяжелой, а также Легкой
Гусеницы. Но "Сонный ящер" не мог получить никаких сведений от бывшего командования и
потому вынужденно мучился от своей неполноценности. Так что и с этой точки зрения его
противник - "Крикливый аист" находился в лучшем положении.
Еще, разумеется, он имел фору потому, что обладал возможностью маневрировать, ведь,
несмотря на свое приближение к горам, он все-таки не собирался втискиваться в ущелья.
Понятно, что с его стороны, судя по выкраденным когда-то у Эйрарбии картам, не значилось
подходящих для этого мест, а, кроме того, "Аист", несмотря на несколько меньшую, чем у
"Ящера", массу, имел худшую проходимость, насколько это слово вообще приложимо к
"боевым горам". За счет способности менять местоположение капитан "Крикливого" надеялся
выиграть пушечную дуэль, причем не тратя атомные боеголовки, даже если "Ящер" решится их
использовать. Именно по этой причине, сделав первый залп из всех четырех стволов, он вместо
продолжения обстрела тут же начал двигаться. Кавалер обеих Гусениц, генерал-канонир
Летер-Гуг разумно считал, что вряд ли поразит "дезертира" первым залпом. Он даже уверился,
что захваченная эйрарбакским спецназом "гора" давно поменяла дислокацию, ведь с того
времени, как разведывательные станции засекли работу локатора "Ящера", миновали почти
сутки - именно столько "Аист" потратил на подход к линии открытия огня.
Самое интересное, что в своем планировании, может, из-за торопливости, а скорее из-за
азарта опытный командир "Крикливого" вовсе выбросил из рассмотрения третью сторону,
участвующую в этих разборках субконтинентального уровня. Точнее, поначалу при внедрении
в еще не контролируемую брашами зону проблема наличия эйрарбаков была для генерала
Летера-Гуга основной головной болью. Но, поскольку гига-танк вклинился в новые области, а
серьезного противодействия так и не возникло, генерал-канонир убрал этот вопрос в
перспективное будущее. Возможно, он ошибался, но ведь все мы в сложных случаях, когда
область неизвестности велика, все равно так или иначе производим выбор.
59. ЗАБЫВЧИВОСТЬ
В своих отбрасываниях прочь из рассмотрения не проявившихся покуда факторов
командир "Крикливого аиста" непроизвольно опирался на всегдашнее авось, хотя, допустимо,
он питал надежду на милость спрятавшихся в искусственной ночи богов? И то и другое было
одно и то же, разница в понятиях проходила только в его голове, кроме того, вовсе не следовало
забывать, что "Аист" на вражеской территории, и здесь действуют местные боги. Вообще-то
было известно, что и та и другая расы являются солнцепоклонниками (причем во
множественном числе!), поклоняются они одним и тем же светилам, да так, что даже градация
рангов богов совпадает, более того, ад у обоих народов размещен на одной и той же луне.
Однако, если бы вы указали на какой-то из этих казусов рядовому представителю любой из
наций, вас бы приняли за сумасшедшего, обвинили в святотатстве и - это уж всегда
пожалуйста - в агитации со шпионской подоплекой. Тем не менее, глядя объективно, можно
все-таки констатировать явное двуличие хитрых небесных властителей Геи. Вот они и
поступали в соответствии со своей двойственной природой.
Фактором, исключенным из рассмотрения командным центром "Крикливого аиста",
являлись несколько преждевременно списанные в утиль вооруженные силы Эйрарбии. К
примеру, начальники гига-машины знать не знали о так называемых "рельсовых метателях". С
их стороны это являлось очень большим упущением, впрочем, как и всего разведывательного
ведомства Республики. А ведь "рельсовые метатели" уже напомнили о себе. Именно один из
них намедни запустил "атмосферную глушилку", обесточившую на время сенсоры "Ящера".
Браши почему-то уверовались, что это сделал обычный "большой ствол", но они ошибались.
60. НЕРАВЕНСТВО
Несмотря на равенство званий обоих командиров "гор", дилеммы, возникшие перед
командиром "Сонного ящера", переплевывали те, что стояли в очередности решения у
"Крикливого аиста". Тот действовал, выполняя направленный свыше приказ, причем вполне
однозначный и четкий - диапазон альтернатив генерал-канонира Тутора был много шире.
Дело не в том, что ни тот ни другой не представляли будущих последствий своих решений, в
этом они отличались от любого другого млекопитающего Геи только масштабностью
имеющихся в их распоряжении сил. Однако что следовало теперь делать командиру "Ящера",
которого втягивали в драку с родной армией? Если бы его гига-танк обстреляли эйрарбаки, все
оказалось бы ясно и просто: ответный удар дубиной помощней. И если бы дилемма обрывалась
на этом, так же как у зудящего в ухо Мурашу-Дида, который, дергая генерала за лацкан,
приказным тоном советовал:
- Пальните в них чем-нибудь, Тутор! А то в следующий раз они нас точно накроют.
- Конечно, - кивнул генерал-канонир с бравой убежденностью. - Но вы ведь
понимаете, мы давно не стреляли. Пусть канониры проверят орудия, а то в этой суете сколько
мы уже не проводили регламента. Не хватало, чтобы у нас в башне взорвался собственный
заряд.
- Что ж так долго-то? - с подозрением посетовал эрэнкашник. - Они ведь могут и
атомной шугануть?
- Вполне согласен, друг Меча, - пожал плечами Тутор-Pop, - но тщательность
проверки нам все же не помешает. Вы, кстати, не желаете подняться в какую-нибудь башню?
- Увольте, генерал, здесь как-то спокойнее - больше железа над головой. И вас, между
прочим, я тоже не отпущу.
И тогда Тутор снова расставил дилеммы на место и посмотрел на них долгим внутренним
взором, он все еще не имел понятия, какая из них лучше.
- Может, пошлем им радиограмму? - без надежды предложил Тутор дремлющему в
соседнем боевом кресле эрэнкашнику. - Скажем, что возвращаемся под родимое крылышко?
- Вы в своем уме, генерал? - подозрительно сверкнул в его сторону откупоренным
глазом Мурашу-Дид. - Первое, что они сделают, - это пришлют сюда "тянитолкай" с
"пятерней" друзей Честного Меча. Хотите с ними встретиться? То-то и оно. Так что надо
поскорее смахнуть прочь, подальше к Оторванной Голове, напавшую на нас "гору" - и дело в
шляпе. Давайте, вы ведь это умеете - на Берегу Вдвойне Теплого Утра было куда хуже.
- Само собой, - почесал подбородок командир "Сонного ящера".
61. ЖЕЛЕЗНЫЙ РЕЗЕРВ
"Рельсовые метатели" были промежуточным вариантом решения когда-то вставшей перед
Империей задачи сотворить нечто равное чудовищным гига-танкам Брашской Республики,
тогда еще ФСБ (Федерального Союза Брашей). Из-за распыления сил на сотни одновременно
требуемых вооруженными силами проектов, из-за приоритета тому, что можно сделать сейчас,
в ближайшее время, пусть через цикл-два, Эйрарбия так и не смогла повторить
технологический подвиг Подводного Мозгового Центра и его многочисленных наземно
помещенных филиалов. Появление "боевых гор" стало невероятным скачком вперед в создании
оружия. Кроме того, скачком резким, ведь брашские разработчики не решали проблему
постепенно, начав с неких "маленьких", стотысячетонных машин, чтобы, постепенно
набравшись опыта, довести их функциональность до нужного предела. Они, вложив время и
чудовищные средства, создали задуманных монстров примерно в том виде, что и планировали.
То, что гига-машины оказались сделаны хорошо, более всего доказывал их практически
неизменный вид за почти двадцать циклов эксплуатации в тяжелейших условиях локальных и
тотальных войн. По всей видимости, действительно впихнуть в танк меньших масштабов все,
что втиснуто в "боевую гору", оказалось принципиально невозможным. Ведь требовалось
иметь пусковую платформу для гига-калибров, но одновременно с этим уникальную защиту,
чего стоила только многометровая броня. А еще это было подвижное хранилище для целого
легиона танков, быстроходный паром, техно-разведывательный центр, спрятанный от атомных
ударов штаб и многое-многое другое.
Однако в Эйрарбии, в период, когда разведка только донесла, пока еще неточно, а в виде
слухов, о планах Брашпутиды, посчитали фантастическую программу выдумкой. Потом, когда
подвижные крепости явились во всей красе, стали срочно догонять. Но...
Это нельзя было решить нахрапом. Противодействие или аналог хотелось создать быстро
- у Грапуприса Тридцать Первого, последнего императора эйрарбаков, слюни текли при виде
достижений конкурентов по геополитике. Поэтому проблему осваивали не в комплексе, а
частями. Именно таким "полурешением" и стали "рельсовые метатели".
Они представляли собой чудовищную одноствольную пушку, способную задираться в
зенит и крутиться по оси. Калибр ее совсем чуточку перехлестывал- один метр, длина ствола
дотягивала до тридцати двух (в основном не так из-за необходимости, как из желания хоть в
чем-то переплюнуть брашских гениев). Эта штука абсолютно не бронировалась; не имела своих
собственных средств разведки, точнее, они располагались в отдельных гусеничных машинах,
так же как и в привычных танковых войсках. Вес ее равнялся сорока тысячам тонн; количество
обслуживающего персонала достигало восьми тысяч человек, в этом параметре она почти
равнялась "боевой горе"; а перемещалось это орудие по рельсам, за что и получило свое
прозвище. Рельсы укладывались параллельно, в несколько сотен рядов, так как общее
количество колес обозначалось четырехзначной цифрой. В итоге здесь удалось обойтись без
впихивания в корпус термоядерного двигателя - "обычного", атомного, вполне хватало.
Однако подвижность комплекса оставляла желать лучшего.
По первоначальному, впоследствии не утвержденному проекту по всей прибрежной части
континента требовалось проложить трассы для движения. Даже император Грапуприс,
страстный любитель гигантомании, и тот почувствовал подводные камни этой задумки. Дело
даже не в том, что недовершенная разработка пыталась подмять под себя всю, далеко не хилую
металлургическую промышленность Империи. Монарх не любил столь глубокие обобщения,
так что в этом смысле проект проходил на ура. Однако даже он, несмотря на не оправдавшуюся
позднее веру в огромную длительность своего существования на этом свете, понял, что не
сможет дотянуть даже до четвертинки проекта. Помимо того, любой обученный в академии
маршал или генерал, а уж тем более офицер-практик видел уязвимость проекта с тактической
точки зрения. Стоит повредить даже не пушку, а сам путь, и...
Институт, разработавший "рельсовый метатель", разогнали, администрацию отправили на
лопаточную досыпку линий береговой обороны, их выявленных родственников, как повелось,
отрядили в энергопоселения выращивать тото-мак, однако, лишний раз доказывая бренность
материи и неугасимость мысли, проект "метателей" все продолжал и продолжал жить какой-то
своей жизнью, иногда потусторонней - в чертежах и расчетах, а иногда вполне зримо - в
металле и облаченных в военную форму людях. В конце концов этот чудо-проект выродился в
эдакий гибрид подвижности и стационара.
"Метатель" по-прежнему перемешался по рельсам, однако они имели всего
семикилометровую протяженность (в далеком, нереализовавшемся, как выяснилось, будущем
отрезок планировалось довести до пятнадцати км). Всем было понятно, что систему можно
поразить одним десятимегатонным зарядом, взорванным посередине участка многорядной
дороги. Тем не менее суперпушка избегала этого, маскируясь морфологией через отнесение
себя к полустационарным комплексам. Штат обслуживания увеличили еще на три тысячи
человек - чем, между прочим, сразу обскакали по общему количеству "экипажа" любую из
"боевых гор". Но эти люди не носили иглометы и не водили танки: они занимались тем, что
разбирали рельсы с одной стороны семикилометровой дороги и свозили их на другую, где
браво и отработанно наращивали длину. Таким образом, средняя скорость передвижения
"рельсового метателя" на слабо пересеченной и даже лесистой местности в рекордные месяцы
смогли довести до двух километров в неделю.
"Рельсовых метателей" у Империи Эйрарбаков было немного, но с началом войны
каждый из них получил задачу как можно скорее выдвинуться к линии фронта.
Рабочие-путейцы, таскающие на плечах стекломильметоловые шпалы, проявляли отменный
энтузиазм, потому как это было все-таки лучше, чем умирать от отравляющих газов где-нибудь
в прибрежных окопах. И потому "метатели" "шли" на фронт относительно быстро.
Ну, а стратеги Брашской Республики о них ведать не ведали.
62. СОВЕТЧИКИ
И снова требовалось обводить вокруг пальца весь мир, напускать тени, чтобы сражаться с
многогранной реальностью. И, конечно, он понимал, что половинчатость решений все равно
будет трактоваться ближними, а тем паче, дальними однозначно против него. Но что тут можно
было поделать? И ведь нельзя тянуть, по сути, ненужный регламент в бесконечность: рано или
поздно это должно наскучить верному другу Меча. Хуже того, в любой момент оттуда, из-за
горной гряды, огибая ее в умноженной вдвое выси, могли прилететь новые "подарки" от
незнакомой, но, не исключено, построенной на одной с "Ящером" верфи "горы". Пока они
прозевали лишь четвертую часть залпа - благо броня у "Сони" крепка и еще имеются области,
обвешанные "кольчугой", и, помимо того, повезло, что эта четвертинка оказалась всего лишь
восьмидесятитонным пороховым чудищем, а не маленьким, обтекаемым цилиндром,
снаряженным уранидами.
"Что можно сделать?" - бесшумно спрашивал Тутор-Рор выдуманного собеседника.
Обычно это был Арта-Лал, сгинувший в сутолоке мятежа начальник технической разведки.
"Понимаю вас, - заговорило вышедшее из головы генерала отражение вице-полковника,
уже давно имеющее к оригиналу весьма условное отношение, - вы хотите показать этой
"горе", что способны расколоть ее, как орех, и в то же время..."
"Вот именно! - поймал мысль собеседника Тутор-Pop и внезапно вскинул палец.
(Сидящие ближе офицеры дежурной смены вздрогнули и сделали вид, что поправляют
наушники.) - Поймут ли они такой знак?"
"Вообще-то вероятность невелика, - почесал лоб Арта-Лал, невзначай снимая маску и
превращаясь из исчезнувшего вице-полковника в отсутствующего в данную минуту здесь, но
где-то уверенно дрыхнущего после смены майора-целевика Эпика-Цуца. - Каждое действие
можно трактовать с миллиона точек зрения".
"И что же тогда?" - не понял смутный образ командир гига-танка.
"Считаю мнение ошибочным, - совсем незнакомым голосом пробасила неожиданно
подросшая и ставшая плечистей фигура. - И вы, Тутор, и ваш любезный противник..."
"Любезный?" - переспрашивал генерал, на самом деле желая узнать вовсе не это -
просто опознать собеседника.
"Я Псаммет-Сас, - двинул огромными скулами герой Третьей войны за Острова. - У
вас плохо с памятью, канонир? И я говорю, это очень любезнейший противник. Он мог
прихлопнуть вашего "Соню" хорошим водородным зарядом, но не сделал этого".
"Да, да, конечно", - согласился Тутор-Pop, внезапно узнавая черты незнакомого лица.
"Так вот, мальчик, - ткнулся во втянувшего шею генерала огромный палец. -
Безусловно, ваше положение уникально: воюем со всем миром и одновременно воевать не
желаем. Но я уже сказал, психология твоего противника похожа, ведь он тоже сидит в
замкнутом пространстве, отделенном от мира броней".
"Значит, он меня поймет?" - спрашивал Тутор, восхищенно всматриваясь в легендарное
лицо и вдруг, сквозь слезящиеся глаза опознавая в нем сияние аварийной лампы.
- С вами что-то не так? - в раздражении резал его глазами верный дру
...Закладка в соц.сетях
