Жанр: Научная фантастика
Экипаж черного корабля
... его немножечко, но
весьма болезненно били и даже чуточку резали. А однажды ему просто взяли и скрутили
мизинец. Теперь он болтался на руке независимым предметом, но явно имел связь с остальным
организмом - очень активно излучал болевые импульсы. После столь убедительных доводов
Мурашу-Дид полностью дезориентировался.
- Кого это - вас?! - спросили из коридорных окрестностей "купола" почему-то
женским голосом.
Комитетчику подсказывали, относительно разборчиво шепча на браши в покуда не
отшибленное правое ухо, и тут же тыкали ножичком сквозь неоднократно проткнутые
многослойные штаны прямо в промежность. Вообще-то теперь "баки" могли и не унижаться до
разговора на его языке. После первичного инерционного отмалчивания он резко и достаточно
связно заговорил на эйрарбакском, ведь когда-то в далеком ордене Честного Меча его этому
учили: какой из тебя расовый наблюдатель без освоения языка враждебной, приговоренной
эволюцией расы? Но, возможно, сейчас имперский спецназ не желал рисковать, опасаясь
слишком свободного, обнажающего планы перевода? Все могло быть.
- Они всего лишь хотят покинуть "Ящер" живыми! - прокричал по шпаргалке
Мурашу-Дид. Кричал он громко потому, что те, с кем он говорил, предположительно стояли за
железными выступами стен. - Пропустите их! Как только мы выполним их очень скромные
требования, они уйдут!
- Кто ты такой, предатель? - заинтересовались оттуда, с окрестностей "штаба-купола".
- Отвечай, - процедил в ухо эрэнкашнику прячущийся за его туловищем северный
абориген. Можно было радоваться, этого маленького он боялся не так сильно, как того первого,
большого, хотя вовсе не он сделал из его пальца шуруп.
- Я Мурашу-Дид, председатель РНК!
- А чего это ты с врагами в обнимку? - Там засмеялись, и, кстати, опять женские
голоса.
- Да я... - хотел сказать комитетчик самостоятельно, но, снова чувствуя лезвие между
ног, замолк, слушая суфлера рядом. - Меня отпустят в обмен на небольшое количество
продовольствия. Я заложник.
- Ты заложник, "верный друг"? - хохотнули впереди. - Просто заложник? А зачем ты
довел врагов сюда?
Такие вопросы Мурашу-Диду не нравились, а тон еще более, тем паче оскорбительное
"тыканье". Во всех прошлых случаях получалось проще: он представлялся, их подпускали
ближе, возле уха шипели иглометы, рвались где-то гранаты - и все. Конечно, в первый раз это
его ошарашило, но потом выработалось привыкание. Он даже стал надеяться, что когда-нибудь
все кончится и его за хорошее поведение отпустят. А кто в родном гига-танке узнает о его
походе? Ведь все те, кто видел, однозначно мертвы. Сейчас творилось что-то не то. Могло
кончиться плохо. Эти люди позади - переразвитые приматы, - они очень нервные: могут
запросто сломать ему не только палец, но и руку - и главное, ни за что, просто из-за
несговорчивости собственной бортовой полиции.
- Позовите какого-нибудь офицера! - внешне уверенно приказал Мурашу-Дид. -
Лучше генерал-канонира Тутора-Рора!
- Генерал Тутор под арестом! - прокричали оттуда. "Под арестом? - удивился
старший эрэнкашник. - Кто же его арестовал?" - хотел спросить он, но внезапно подумал,
что все правильно и именно так следовало сделать давно.
- Ну, кто там есть из старших?! - совсем уверенно, жестко, как в былые времена,
спросил Мурашу. - Давайте его сюда!
- Самая старшая на борту и всюду - Великая Мать!
- Кто? - искренне не понял комитетчик.
- Ее волей и силой погубивший всех РНК от власти отстранен! - сообщили из
преддверия "купола" другим, но внезапно знакомым голосом.
"Улла Ююл!" - неожиданно узнал Мурашу. Он хотел даже гаркнуть, почему она
оставила вверенный пост - присмотр за командиром "горы", но неожиданно внешние
обстоятельства изменились.
- Смерть предателям! - завизжали спереди.
И верный друг Честного Меча почувствовал ужасающую боль, оставляющую далеко на
задворках полуоторванный левый мизинец: похоже, в него одновременно втыкались сотни
боевых иголок. И мир для него исчез.
96. ПЕРЕБОР
И хаос лестниц, и чудо ориентации: скорее всего обычно здесь пользуются лифтами.
Точнее, пользовались раньше, до того как пиротехник Забат синхронизировал скоротечность
предназначения "крепышей". И там, позади, отмеченный кровью след, может быть, сотня или
чуть менее трупов - недосуг считать в задыхающейся суете бегства, даже автосчетчик в голове
дает сбои. И далеко не все, меньшая часть тех, кто замер, остановил жизненные функции
организма, имели шанс и намерения преградить дорогу группе Лумиса - большинство просто
оказались не в том месте и не в то время: внутри "свиноматки" явно не слишком много
вариантов попасть из одной точки в другую, так что, когда продираешься сквозь какой-то из
узлов коммуникации, не встретить кого-нибудь просто невозможно. У этих
встречных-поперечных свои меркантильные цели, связанные с аварийным статусом
гига-машины? К делу это не относится: задача Лумиса - нанести брашской "свинье"
максимально возможный ущерб, а подвластные ей людишки - достаточно слабое, удобное для
истребления звено. Расовые особенности не дают каких-то заметных отличий в сопротивлении
игольчатым зарядам, а методика слома шеи инженерным работникам на порядок проще того же
действия в отношении друзей Меча. Вопреки этому система уничтожения "свиноматки"
изнутри посредством технодиверсий - дело новое, еще не отработанное: попробуй разберись
сгоряча, какая из попавшихся на пути кабельно-волноводных скруток предельно важна? В
отряде Лумиса Диностарио явно прощупывается дефицит по линии инженерного звена. А
сейчас устранять этот дисбаланс несколько поздно.
Но все имеет конец, даже Трехсолнцевая вселенная в целом, а уж тем более хаос лестниц
присыпанной искусственной лавиной гига-машины. И может быть, где-то внутри опытный дядя
- Лумис, съевший в сражениях не существующее на Гее животное - собаку, удивляется.
Вполне вероятно, те, где-то за черной пеленой вращающиеся плазменные шары действительно
боги. И сейчас они улыбаются, подбадривая любимчика миллионоруким сплетением
протуберанцев. Откуда Лумису Диностарио знать, как проведено воздействие? Он не обладает
телепатией и не может охватить сторонним взглядом хаос, стимулированный в "Сонном
ящере" вторжением отряда. Как он может догадаться, что старые и совсем молодые, только
сейчас заявившие о себе группировки сводят дебеты с кредитами, стараясь действовать с
перехлестом, ибо в их шатком положении лучше пережать, чем недожать.
И потому, когда он видит над собой распахнутые настежь створки...
Нет, не к солнечному свету и не к колющей звездами ласковости ночи - к черному
провалу придвинутого вплотную пыльного неба. Однако к другому вроде и не стремились. А
распахнутые и сосущие внутрь "свиньи" радиоактивный холод энтропии створки - это
застопоренные подорванными гранатными связками ворота для выпуска наружу "тянитолкаев".
Ясно и понятно, кто позаботился о том, чтоб они долгое время не могли быть закрыты.
Но здесь, наверху, еще сюрпризы - два танка марки "Циклоп-10". Похоже, это из тех,
вызванных генералом Тутором-Рором, уроженцем Южного полушария, на свое счастье,
незнакомым с северянином Лумисом. Эти двухсоттонные многогусеничные монстры
действительно удивляют своей проходимостью: они добрались сюда через местность, которую
даже мстители-пехотинцы одолели в тяжелейшем броске.
В пыльной разрытости местного хаоса боевые машины пытаются слепить прожекторами.
Это уже слишком. Лумис понимает, что зря мучил себя последние минуты, дыша сквозь
респиратор, нужно было наслаждаться полной грудью - больше возможности не представится.
Он поднимает бессильный маленький трофей. В игломете еще имеется обойма с газом и
иглами. Последние нужно куда-то выпустить. Лумис Диностарио ищет поблизости уязвимую и
близкую цель. Позже, в не очень отдаленном грядущем, будет не так обидно лежать под
гусеничным ковром.
97. НУТРО "ГОРЫ"
- Ну-ка, кто у нас лучше всех читает на браши? - все еще тяжело дыша после бега,
спросил Фейн. Они отступали перед преследующими их по пятам республиканцами. Им еще
повезло, что их не положили всех еще там, возле размещенного внутри огромного механизма
командного пункта. Они не смогли туда прорваться, то есть не выполнили задание. Но еще
оставалась надежда на другие группы. Как им помочь? Только отвлекая на себя превосходящие
силы врагов. Так что, по сути, надо радоваться, если преследователи наступают на пятки. И не
важно, что сами настигающие меняются. Поначалу это были женщины, чему все очень
удивились. Странно, но именно у вооруженных дамочек хватило смелости не поддаться на
трюк с захваченным другом Меча: до сего момента против мужчин он всегда срабатывал. Но от
"боевых подруг" удалось оторваться быстро, все-таки в беге они - не очень. Однако в
настоящий момент на остатки группы Фейна наседали новые отряды. И нельзя позволить взять
себя в кольцо, точнее, в шар, ведь они воевали в трехмерном мире - бесконечная брашская
машинерия расстилалась во всех измерениях. Сейчас они очутились в новом отсеке, созданном
для неизвестных гиганто-технократических целей.
- Что в этих баках? - задумался бывший командир разведывательной, а ныне ударной
группы Фейн.
- Ясно, нечто опасное, - предположил остановившийся рядом с начальником рядовой
боец отряда Кадидо. - Смотрите, сколько значков.
- Вижу, - с некоторой досадой кивнул Фейн. - Даже надпись "Осторожно!" могу
прочесть. Но что здесь конкретно? Взрывчато ли? И как поджечь его эффективней? Позови-ка
сюда Асси. Он у нас человек армейский, а их когда-то против брашей готовили.
- Он еще и минометчик, - добавил известную всем истину Кадидо, поворачиваясь
кругом.
- "Газ для летающих машин", - уверенно прочел мгновенно явившийся Асси, проведя
конусом света по надписи. - Для "тянитолкаев", как я понимаю.
- Он хорошо горит? - отрешенно, будто не собирался тут же использовать ответ по
назначению, поинтересовался Фейн.
- Когда заправлен в дирижабли - плохо. Что-то там еще добавляется в смесь. Какая-то
разбавка, предотвращающая горение.
- А сейчас, в емкостях, она есть? - с надеждой ребенка, наблюдающего новенькую
пачку бенгальских огней, спросил Фейн.
- Кажется, нет. - Асси пытался почесать каску вместо затылка. - Не знаю, я ведь не
химик-физик какой-нибудь.
- Придется проверить, - вздохнул в предчувствии большого фейерверка командир
группы. - Дай-ка гранату.
- Кончились, командир, - развел руками бывший минометчик Асси.
- Да? - немного удивился Фейн, до сего момента уверенный, что только он прикончил
все боеприпасы.
В этот момент из темноты выскочил еще один бледный, почти севший фонарик.
- Командир Фейн, в ту дверь, что мы закрыли позади, уже ломятся, - доложил тонущий
в сумраке Жэре.
- Граната есть? - поинтересовался Фейн совершенно спокойно. Он уже догадывался об
ответе.
- У кого-нибудь осталась граната?! - гаркнул Жэре в темноту, плюя на ненужную более
маскировку. - А детонатор?! - добавил он, когда эхо затихло. Судя по звуку, помещение
имело солидные размеры: не верилось, что оно может располагаться внутри подвижного
технического устройства.
- И где это вы все успели их растратить? - едва слышно прокомментировал
молчание-ответ Фейн.
- Так ведь сколько гадов положили, - негромко оправдался за соратников бывший
минометчик Асси.
- Понимаю, - кивнул Фейн и вновь скомандовал в голос. - Все ко мне!
И когда полумрак вокруг ощетинился задраенными в респираторные маски лицами,
пояснил цель сборища:
- Назначаю старшим группы славного минометчика Асси. Я остаюсь, попробую
изобрести что-нибудь для поджога этого добра. - Он скользнул фонариком по надписям. -
Надеюсь, там, в баках, достаточно для достойного пожара, хоть у брашей уже и нет
дирижаблей-геликоптеров?
Кто-то, скрытый противогазом и тьмой, попытался что-то сказать, но Фейн вскинул руку,
призывая к молчанию.
- Некогда пререкаться, - махнул он ладонью в сердцах. - Помогите-ка крутануть вот
этот вентиль - и шагом марш отсюда. Очень советую поторопиться. Командуйте, Асси, если
не хотите, чтобы мы полегли здесь все разом. Уповаю на Гиганта Эрр, что надписи не врут и
эта штука загорится, - весело предположил самоустранившийся от командования начальник
группы, упираясь в огромный вентиль.
Затем он остался колдовать с пыхнувшей на волю газовой струей, а отряд кинулся дальше,
вверх по бесконечности коридоров. Они успели отбежать достаточно, когда издали явилось
убедительное доказательство удачного эксперимента по добыванию огня посредством
высечения искр.
Теперь тыл у них был надежно прикрыт разгорающимся пожаром.
98. КТО НЕ УСПЕЛ - TОT...
- Поздравляю, Тит, - спокойно и приглушенно из-за респиратора констатировал
Лумис. - Мне рассказывали, что когда-то ты очень боялся танков.
- Это было страшно давно, командор, в другой эпохе, - улыбнулся во весь рот шутник
Тит, предварительно стянув прочь противогазную маску и подсвечивая собственное лицо
фонариком. И то, и другое - очень нужная мера, ибо в ином случае снятый с предохранителя
трофейный игломет Лумиса уже издырявил бы его тело остатками находящегося в обойме
запаса.
- Как вы умудрились их захватить? - поинтересовался Лумис, используя время для
успокоения сердца - оно ведь все еще гонит адреналин.
- Рад бы доложить, что с большими трудностями, командор Лумис, - пожал плечами
Тит, - но скорее всего они понятия не имели о нашем нападении.
- Одел бы ты противогаз, герой, я уже вволю нагляделся на твою радостную физию, -
искренне посоветовал Лумис, чувствуя, что собственные, стянутые недавно надетым назад
респиратором губы пытаются растянуться в улыбочке.
- Полезайте в танк, командор. Милости просим, - предложил продолжающий
радоваться жизни Тит. - Я думаю, там, внутри радиация будет пожиже.
- Правильная мысль, - кивнул Лумис и махнул сгрудившимся позади и все еще
подпирающим тылы подчиненным: как мало их осталось. - Наверное, мы все не уместимся
внутрь? - поинтересовался он у разведчика, хотя и сам догадывался об ответе.
- Попробуем, командор, мы ведь не собираемся на этих штуках воевать, - поиграл
конусом света Тит. - К тому же, кроме вас, никто пока оттуда не вернулся.
Вот она, та штука, которая гасит внутри респиратора зарождающуюся улыбочку. Но
неужели могло случиться по-другому?
- Всем в танки! - скомандовал Лумис Диностарио налившимся сталью голосом. - Кто
не поместился - на танки! Так мы все равно выйдем из зоны заражения быстрее.
- А как же?.. - несмело возразил все-таки напяливший противогазную маску Тит.
- Если Карбан с отрядом доберется до цели, - придвигаясь и снижая тембр, пояснил
ему Лумис Диностарио, - нас не спасут даже "Циклопы".
- Значит?.. - продолжает тормозить понимание Тит.
- Все на броню! - рубанул воздух голосом Лумис. - Предупредить и собрать всех по
периметру! - Он знал, что можно дать Карбану, Фейну и остальным застрявшим в "свинье"
еще время - еще и еще - стоять и ждать дополнительные рентгены. Но кто проведет грань
между минутой, двумя, пятнадцатью или часом? Где, на каком этапе время выйдет насовсем?
Если бы Карбан находился в безвоздушном пространстве, можно было бы мерить по запасу
воздуха, а так... Он может выйти в любой момент, а может и никогда. Прожженный боями и
жизнью Лумис Диностарио знал, что чудеса если и случаются, то единожды. Одно случилось,
следовательно, шансов повторения... И нужно стискивать зубы, потому что твоя удача
оплачена сполна, и не тобой - нет. Общей равномерной статистикой, чудеса в которой -
локальные всплески, лишь подтверждающие устоявшуюся мрачность модели. Где-то там,
внутри оставленного позади чудовища, за везение Лумиса плачено кровью других. И тех,
других, - гораздо больше. Сейчас нужно увезти из зоны заражения оставшихся, сохранить
ядро отряда, дабы их удаль не обратилась в скором времени в печальное повторение судьбы
Ругана. И еще, всех их надо убрать из зоны возможного повторения катаклизма. И как можно
быстрее, ибо... Кто знает, вдруг именно в эту секунду умные пальцы Карбана соединяют в цепь
какие-то запретные провода управления реактором. Или кто-то из группы Фейна, а может, и он
сам, если хоть чуточку удачи распределилось на его долю, отпихивает прочь последнюю
стальную створку, хранящую тысячетонную пороховую сухость. И взводится, легко и
привычно оттесняя в сторону инстинкт жизни, электрический детонатор. И даже можно
обойтись им одним, без присовокупления взрывной начинки.
И Лумис Диностарио полез на броню: какая же она все-таки холодная, несмотря на
реакторную тягу танковых внутренностей.
И очень скоро места распределены, и нужно, хотя, наверное, и нельзя, двигаться прочь.
99. ТОРМОЖЕНИЕ
И в ШОНО и ШВЗС были в полном недоумении. Новые наступательные планы не то
чтобы трещали по швам, но начинали выглядеть как-то неустойчиво. Один исчезнувший с
Восточного плацдарма гига-танк внезапно обнаружился на Северном, причем полностью
подтвердилось предположение о его "угоне" эйрарбаками. Другой, посланный решать
определенную задачу, перестал отзываться на какие-либо запросы и ведет непрерывный
обстрел одних и тех же координат термоядерными зарядами разнообразной мощности.
Абсолютно непонятно, что он там обнаружил. Срочно посланные ШВЗС в указанном
"направлении "тянитолкаи"-разведчики не вернулись, впрочем, так же как и дирижабль,
отправленный для выяснения к "Крикливому аисту". Возникает впечатление, что этой
подвижной крепостью командуют безумцы или подростки, которые дорвались до "ядерных"
кнопок. Напрашивается предположение, будто экипаж "горы" подвергся обработке
каким-нибудь психотропным химическим соединением, попавшим внутрь танка снаружи или,
что еще более настораживает, изнутри. Во втором случае это могли быть заранее заложенные
бинарные химические мины. Версия ставила под вопрос лояльность промышленности, органов
снабжения фронтов и еще кучи ведомств. Это давало пищу для ума и огромное поле
деятельности для РНК. Конечно, считалось нереальным отозвать с плацдармов все "боевые
горы" на предмет их тщательного досмотра, однако Расовый Комитет настоял, что они по
крайней мере должны находиться относительно близко к берегу, чтобы прибывающие для
проверки дополнительные силы друзей Честного Меча смогли безопасно "работать" на уже
отвоеванной территории. Это вынуждало ШВЗС пересматривать сроки по проникновению в
глубь эйрарбакской территории. Некоторые обладающие личной смелостью тактики в штабе
даже утверждали, что опережение в темпе, достигнутое и удерживаемое с первых дней
высадки, может быть потеряно. И тогда все планы, да и целесообразность самого вторжения
придется пересматривать. РНК взял на заметку всех указанных смельчаков. Действительно, в
условиях казусов, творящихся на фронте, их беспечное поведение выглядело более чем
странно.
100. МАСШТАБЫ
И если глянуть вскользь...
Сплошной ковер хаоса, распадающийся на частицы этого же хаоса. Маленькие
векторы-точки чьих-то метаний, сталкивающиеся с такими же, руководимыми бешенством,
случайности слепыми нажимами. Временные, спутавшиеся клубками размытые линии судеб;
чья-то тупая, дрожащая пьянь ножниц, кромсающая, рвущая с надрывом там и тут.
Микрошажки - один вперед, два назад - по захлопывающейся игровой доске. Ссыпающиеся
жменей многогранные кубики с таинством закодированной пентаграммы знаков - и не успеть
разглядеть - вновь толкутся в закупоренном стакане будущего. И что есть вся эта...
Нет, не жизнь! Берем объемней! Что есть это бытие? Пена? Взбитые сливки и
разлохмаченная муть, все вперемежку? Бестолковость брызг на истосковавшееся небытием
всеохватное множество?
Но если всмотреться серьезней...
Сдвиг фокуса. Размыкание хаоса в составляющие. Хм! Структурные звенья?
Голографическое дробление большого в малом и...
Обратное отражение! Ситуационное повторение микробных слепков в великанских
моделях! Связь! Необъяснимая?! Только потому, что цепочка взаимодействия слишком длинна,
растянута, спутана в бесконечность взаимопроникновений, но...
Явная! И не поспоришь, природные законы отъюстированы не нами. Друг другом! И
подогнаны крепче древних стен, возведенных без вмешательства цемента. Но тогда все на
местах. Объяснимо? Лишь в приблизительной степени, как и любое знание! Это тоже закон.
Обозреваем окрест в новой, меняющей ракурсы шкале...
Северный материк - Эйрарбия. Общее торможение наступательных прорывов
пришельцев. Еще не откат, но... По шкале вниз! Ядерные хлопки на севере. Нащупывается
связь с забравшейся в горные выси покалеченной гига-машиной. Еще глубже: знакомое,
маленькое, почти виртуальное лилипутство мстителей. Можно еще! Временной срез: рваные,
истерзанные и растянутые в предел нити судеб. Опостылевшее влияние личности на историю!
Марево. Беспредельно много взаимно дергающихся уздечек. Трудно улавливаемые
закономерности. Тут почти не пахнет наукой, а мы ведь...
Теперь объектив вниз! Четкий тягловый канат, влияющий на ситуацию. Шатаются кресла
под броне-маршалами, дрогнул трон морского генералиссимуса. Щупаем! Дышит! Это не
главный пункт - отражение! Коммутационное переключение в следующий кабель! Вот оно,
сильнейшее влияние. Двести с мелочью кобальтовых бомб, полыхнувших в Южном полушарии
только в первой фазе встречного превентивно-ответного нападения. Естественно, столь
истребительный смерч в тылах обязан воздействовать на мощь наступательного напора.
Конечно, инерция есть инерция - тоже закон, между прочим. И все же, когда на первые
топчущие врага шеренги прекращают давить сзади или, еще хуже, выдергивают кого-то для
помощи в другие места, то...
Напор должен ослабеть только поэтому. Так, может, нащупанная ранее
взаимопроницаемость - блеф? Лишь огромное влияет на великанское, а лилипуты давятся
невзначай? Хм! Допустим. Но...
Оттуда, сверху, спущены неохватные канаты, толще самих марионеток. Неужели?..
Камеру в зенит! Ого! А выше? Вперед, к краю шкалы масштабности! Да, несутся по
несусветной орбите, превосходящей длительностью возведенные в степень детство, юность и
зрелость газовых гигантов, сцепленные узами братства звездные сообщества. Что-то кипит в их
нутрах - последние гигатонны не глядя выгребаемых со дна запасов. Плещет бессмысленным
жаром мимо планетных теней, уносится прочь, в пустую непреодолимую протяженность. Не
греет, сеет мимо, разбегаясь неоседающим, меркнущим в раздувании туманом фотонных
капель. Растягиваются сломанными эспандерами непонятные волновые качества; толкаются за
шкалу зрения - прочь за красное, раздражающее своей безысходностью. И тогда, только если
в наушниках поначалу писк, короткие импульсные трели, а потом дующиеся, не дожить до
спада (успеешь поседеть, обвить стол разросшейся в бороду щетиной, оттачивая проводимость
ушных раковин), осциллографовые горбы. Дальше - хуже: брошенные, выпотрошенные
шахтные галереи, откачанный воздух и пятнадцатитонная болванка (точный молекулярный вес
по формуляру) на цепи (лучше золото, серебро - и то и другое нереакционно, немагнитно). И
фиксация дрожания, отсев встречной фазой сдвигов коры за десять тысяч километров,
планетарных парадов за миллионы. И снова кладем жизнь в шпалы для торжества истины. Если
повезет, за два-три шпально-рельсовых пролета, отточенная болванка шевельнется на микрон.
Не от солнечной вспышки вблизи - в астрономической единице! Нет. От гравитационного
всплеска - за мегапарсеки! Может быть, это сигнал? Сообщение о подрыве "Лилипута-один"
где-то там? Точнее, подтверждение уловленного нейронной сетью сейчас? Спорно?
Но мы ждем!
23
Фeдор Березин: "Экипаж черного корабля"
Библиотека Альдебаран: http://lib.aldebaran.ru
Закладка в соц.сетях
