Жанр: Религия
Папство. Век двадцатый.
... в то время как другие терпят
недостаток в самом необходимом...". Следовательно, "общее благо требует
иногда экспроприации".
Павел VI, с одной стороны, призывает к немедленным действиям, с другой
- к постепенности в осуществлении аграрной реформы и индустриализации, чтобы
"не нарушалось резко социальное равновесие". Осуждая "революционное
восстание" под предлогом, что оно порождает якобы лишь новые
"несправедливости", Павел VI делает при этом существенную оговорку. Он
допускает законность революционных действий "против явной и продолжительной
тирании, грубо посягающей на основные права человеческой личности и вредящей
в опасной мере общему благу страны". Оговорка эта имеет принципиальное
значение: впервые глава католической церкви признал законность
революционного свержения тиранических режимов. Это положение имеет прямое
отношение к Латинской Америке, где такого рода режимы существуют во многих
странах.
Энциклика осуждала национализм, расизм, призывала католиков
сотрудничать со всеми людьми доброй воли без каких-либо исключений. Вместе с
тем она вновь осуждала "материалистическую и атеистическую философию".
"Пусть нас поймут правильно,-заключал Павел VI,-теперешняя ситуация
должна рассматриваться со смелой решительностью;
со связанными с ней несправедливостями следует бороться и побеждать их.
Развитие требует смелых, глубоко обновляющих старый уклад жизни
преобразований. Назревшие реформы необходимо начать безотлагательно".
Адресата энциклики легко было распознать:
это были правящие классы Латинской Америки, а точнее,
латиноамериканская олигархия, которую Павел VI призывал "выпустить пар из
котла", если она хочет спасти себя от революции. Во многом энциклика
"Популорум прогрессио" напоминала программу "Союза ради прогресса",
выдвинутую правящими кругами США в противовес кубинской революции, а также
избирательную платформу чилийской демохристианской партии, обещавшую
осуществить "революцию в условиях свободы".
И все же эта энциклика Павла VI произвела в католических кругах
впечатление разорвавшейся бомбы. Интегристы встретили ее в штыки. Обновленцы
же не скрывали своего восторга. Еще больший энтузиазм она вызвала среди так
называемых левых католиков.
Коммунистические партии католических стран Западной Европы и Латинской
Америки отнеслись к энциклике "Популорум прогрессио" с глубоким пониманием.
Политбюро ЦК Французской коммунистической партии приняло по поводу нее
специальное постановление, в котором отмечалось, в частности, что энциклика
открывает новые "возможности сотрудничества между коммунистами и
христианами, сотрудничества, к которому Французская коммунистическая партия
неутомимо призывает уже в течение 30 лет". Положительные стороны энциклики
были отмечены и в журнале "Проблемы мира и социализма". Полный текст
энциклики был опубликован в печати революционной Кубы и многих других стран.
В странах Латинской Америки революционно настроенные служители церкви
взяли на вооружение энциклику "Развитие народов" в своей борьбе с
реакционной частью духовенства.
Один из них, панамский священник Карлос Перес Эррера, организовал в
Панаме движение "Популорум прогрессио". В декларации этого движения
разоблачалась преступная деятельность империализма США в странах Латинской
Америки и подчеркивалось, что "реакционное насилие может быть преодолено
только революционным насилием". Декларация призывала католиков к
сотрудничеству со всеми антиимпериалистическими народными движениями. "Это
сотрудничество,- указывалось в декларации,-должно проходить в атмосфере
великодушия, доверия, лояльности и надежды. Таков должен быть подлинный
смысл диалога между христианами и марксистами, верующими и неверующими,
официально предпринятого католической церковью, начиная со Второго
Ватиканского собора".
В других странах Латинской Америки возникали и действовали подобные же
группы радикально настроенных священников, деятельность которых вызывала
немалое беспокойство как в правительственных сферах этих стран, так и в
связанных с ними империалистических кругах. Именно в этих последних все чаще
задавался вопрос: не выпустил ли Павел VI, утвердив решения Второго
Ватиканского собора и опубликовав энциклику "Популорум прогрессио", из
бутылки революционного джина, который вместо того, чтобы отдалить, приблизит
триумф коммунизма?
Лицом к лицу с революцией
В августе 1968 г. в столице Колумбии Боготе должен был состояться
очередной международный евхаристический конгресс, а в Медельине, тоже
колумбийском городе, вторая конференция Латиноамериканского епископального
совета (СЕЛАМ), объединяющего национальные епископские конференции этого
континента. В печати широко дебатировались проекты документов,
подготовленные для конференции в Медельине: их содержание было нацелено
прежде всего против олигархии и империализма.
В начале мая 1968 г. Павел VI объявил, что намерен посетить Колумбию в
дни, когда там будет заседать евхаристический конгресс и конференция СЕЛАМ.
Известие о предстоящем визите главы католической церкви в Латинскую Америку
еще более всколыхнуло и без того бурные церковные воды этого континента.
Теперь в центре полемических схваток стояла фигура папы римского. К нему
взывали, апеллировали, обращались за поддержкой представители враждующих
между собой католических течений и группировок. Кого он поддержит, на чью
сторону встанет, пойдет ли он дальше своей энциклики "Популорум прогрессио"
или забуксует на ней, повернет ли вправо или влево, призовет ли к революции
или осудит ее? Ответы на эти вопросы мог дать только сам папа.
Левые католики, "мятежные" церковники надеялись, что Павел VI поддержит
их точку зрения, осудит насилие эксплуататоров. Реакционеры, консерваторы
рассчитывали, что папа предаст анафеме бунтовщиков в рясах, встанет на
сторону "добропорядочных" католиков.
Колумбийские власти провели основательную подготовку, чтобы достойным
образом встретить необычного визитера. В столице заново покрасили фасады
домов, выстроили триумфальные арки, починили мостовые. Все это обошлось
налогоплательщикам в 10 млн. долларов. Из столицы были удалены женщины
легкого поведения и вывезены тысячи беспризорных детей и нищих. Богота была
разукрашена плакатами американских компаний и торговых фирм,
приветствовавших высокопоставленных гостей: "Паломники, вас приветствует
ЭССО!", ""Крейслер" приветствует приезд святого отца!", "Хозяева похоронных
компаний выражают радость по поводу международного евхаристического
конгресса!" и т. п. ЭССО - американская нефтяная компания, продающая бензин
Латинской Америке. "Крейслер" - американская автомобильная компания.
В столицу со всей страны были стянуты полицейские силы и войска общим
числом в 35 тыс. человек. Генерал колумбийской армии Хаиме Фахардо Пннсон
был назначен губернатором с неограниченными полномочиями евхаристической
территории, которая стала походить, по свидетельству иностранных
журналистов, на осажденный противником военный лагерь. Все помещения
конгресса подверглись окуриванию, чтобы очистить их от насекомых и
предотвратить возникновение инфекций. Вокруг папского трона в лагере, где
должен был проходить евхаристический конгресс, поставили стеклянный щит,
предохраняющий от сильных порывов ветра. Злые языки утверждали, что это был
пуленепробиваемый щит... Информация о работе конгресса и о деятельности папы
должна была передаваться по телевидению через американский спутник связи. В
Боготу на конгресс прибыло около 400 тыс. паломников и 2 тыс. журналистов из
многих стран мира.
22 августа 1968 г. рано утром белый самолет папы Павла VI приземлился
на столичном аэродроме "Эльдорадо". Папу встретили президент Колумбии,
министры, церковные иерархи и, разумеется, толпы народа.
Папа вышел из самолета, пал ниц, поцеловал землю, поднялся и сказал в
микрофон:
"Провидение оказало нам честь быть первым понтификом, прибывшим на эту
благородную землю, на этот христианский континент, где был воздвигнут крест
на андских высотах и на перекрестках старых дорог чибча и майа, инков,
ацтеков и гуарани".
Дальше все пошло по тщательно разработанному сценарию. Газеты сообщали,
что папа обменялся рукопожатием с популярным тореадором Маноло Мартинесом,
затем посетил дом бедняка, у которого выпил чашку кофе, и о тому подобных
"сенсациях".
23 августа Павел VI встретился под Боготой с крестьянами на поле,
названном именем св. Иосифа-церковного покровителя рабочих. На поле
собралось несколько десятков тысяч колумбийских крестьян. Присутствовали
также крестьянские делегации из других латиноамериканских республик. Поле
было украшено гигантских размеров полотнищем с лозунгом: "Земля должна
принадлежать тем, кто ее обрабатывает!"
Чтобы этот "крамольный" лозунг был правильно понят крестьянами, им
раздавалась брошюра священника Сальседо, в которой автор писал: "Основной
задачей народных масс является не превращать человека в собственника вещей,
а пробудить в нем способность производить их. Изменение социальных структур
должно в первую очередь произойти в умах людей".
А что же сказал собравшимся крестьянам и всем внимавшим его словам
народам Латинской Америки Павел VI?
В речи, которую он произнес по-испански, Павел VI признал, что
крестьяне живут в нищете, что они осознали свои нужды и свои страдания и как
многие другие в этом мире отказываются вечно терпеть такие условия жизни и
ищут средства, чтобы их изменить. Церковь готова защищать их права. Но...
"Разрешите мне, любимейшие братья, возвестить, что вам даровано блаженство
евангельской бедности. Стараясь всеми средствами обеспечить вам более
обильный и легкий хлеб, мы одновременно напоминаем вам, что человек живет не
хлебом единым. Мы все нуждаемся в другом виде хлеба - в хлебе духовном, это
значит в религии, в вере, в божественном милосердии.
И скажем более: то, что вы живете в условиях нужды, поможет вам легче
достигнуть царствия небесного, то есть высших и вечных благ, если вы эти
условия будете сносить с терпением и верой во Христа".
Павел VI, по-видимому, решил напомнить своей беспокойной
латиноамериканской пастве несколько старых, но по-прежнему полезных для
церковной иерархии истин, которые эксплуататорские классы всегда особенно
ценили.
"Разрешите призвать вас,-продолжал далее папа,-не доверять ни насилию,
ни революции. И насилие, и революция противоречат христианскому духу и могут
задержать, а не ускорить социальный прогресс, к которому вы законно
стремитесь...
Старайтесь объединиться и организоваться под знаком креста и быть
способными модернизировать методы вашего сельского труда. Любите ваши поля и
уважайте экономическую и гражданскую функцию земледельцев, которыми вы сами
являетесь".
Французский журналист Алэн Гербран, слушавший эту речь папы, писал в
своем комментарии: "Из уст своего верховного пастыря стадо овечек узнало,
что их нищета - это богатство, их агония-блаженство, их возмущение -
греховно и не должно превратиться в насилие и что другое насилие (которому
они подвергаются со стороны эксплуататоров) никогда не существовало, ибо о
нем не было ничего сказано.
И народ аплодировал...
И чибчи и кечуа, ацтеки и гуарани разойдутся и пойдут по своим древним
дорогам, уставленным крестами, чтобы унести домой, подальше от глаз святого
отца, своего последнего ребенка, имя которому Надежда".
Выступая в тот же день перед студентами, служащими, рабочими, папа
римский вновь показал, что он приехал в Латинскую Америку не "разжигать
пожар" социальной борьбы, а тушить его традиционными для церкви средствами.
"Многие, в особенности среди молодых,- сказал Павел VI,-настаивают на
необходимости незамедлительно изменить социальные структуры, которые, как
они утверждают, препятствуют установлению подлинной справедливости для
отдельных лиц и общностей. Некоторые из них приходят к выводу, что основная
проблема Латинской Америки не может быть решена без применения насилия".
Свою точку зрения на этот счет верховный глава католической церкви
выразил в следующих словах: "Резкие или насильственные изменения структур не
будут соответствовать достоинству народа, которое требует, чтобы необходимые
преобразования совершались сперва внутри человека". И только когда
эксплуататоры внутренне изменятся к лучшему, можно будет осуществить
"постепенные и всеми воспринимаемые реформы". Причем, как пояснил далее
Павел VI, "идеально было бы, чтобы эти реформы осуществлялись сверху -
нынешними правящими классами". В связи с этим папа римский предупреждал их:
"Не забывайте, что некоторые великие исторические кризисы могли бы
обрести иную ориентацию, если бы вовремя были проведены (опять-таки
правящими классами. - И. Г.)... необходимые реформы, могущие
воспрепятствовать возникновению безрассудных мятежей".
24 августа Павел VI произнес речь перед участниками епископской
конференции в Медельине. На этот раз папа обрушился с критикой на церковных
"мятежников", бросающих вызов церковному руководству и отвергающих основные
положения католической "вечной философии". Он осудил сторонников "модных
философских течений", по его мнению поверхностных и ограниченных, которые
пытаются соблазнить верующих историзмом, релятивизмом, субъективизмом и
неопозитивизмом. С возмущением говорил папа и о тех, кто "вносит в область
веры дух подрывной критики и ложных убеждений".
Павел VI отверг, как ошибочные и вредные, требования оппозиционных
теологов разрешить в церкви свободу мнений, секуляризировать церковь.
Досталось от папы и тем церковникам, которые отвергают иерархическую
церковь, "организованную и дисциплинированную", и отдают предпочтение церкви
харизматической и духовной как якобы более способной интерпретировать
христианскую доктрину для современного человека и реагировать на острые и
неотложные проблемы нашего времени.
В этом выступлении Павел VI вновь осудил тех, кто пытается совместить
католическую веру с революцией. Папа сказал: "Мы должны поддерживать всякое
честное усилие, способствующее... возвышению бедных и всех, кто живет в
недостойных человеческих и социальных условиях. Мы не можем
солидаризироваться с системами и структурами, покрывающими и потворствующими
недостойному и угнетающему неравенству между классами и гражданами одной и
той же страны и не осуществляющими эффективных мер для улучшения нетерпимых
условий, от которых часто страдает наименее обеспеченная часть населения.
Однако мы вновь повторяем, что силу нашего милосердия составляет не
ненависть и не насилие. Среди различных путей, ведущих к справедливому
социальному возрождению, мы не можем выбрать ни атеистический марксизм, ни
систематический мятеж, ни тем более-путь крови или анархии... Не будем же во
имя исправления ошибок прошлого и излечения современных недугов совершать
новые ошибки, ибо они будут против Евангелия, против духа церкви, против
собственных интересов народа, против счастливого знамения этого часа, часа
справедливости, ведущего к братству и миру, подлинному миру, который
рождается в верующих и братских сердцах, миру между социальными классами в
духе справедливости и сотрудничества, миру международному в духе гуманизма,
освященного Евангелием, миру Латинской Америки, вашему миру. Аминь!"
Все эти утверждения Павла VI соответствовали традиционной церковной
социальной доктрине, неутомимым глашатаем которой был Пий XII.
Итак, в своих 19 выступлениях в Колумбии Павел VI предпочел не выходить
за рамки традиционной позиции церкви по отношению к революции. Он открыто и
недвусмысленно осудил тех многочисленных священников, которые,
воодушевленные решениями собора и энцикликой "Популорум прогрессио",
требовали осуществления структурных реформ и отказывались уповать в этом
деле на милосердие божье. Папа, по существу, осудил любой вид борьбы против
социальной несправедливости. И хотя решения конференции СЕЛАМ в Медельине
были менее категоричны в этом отношении, совершенно очевидно, что они не
оправдали надежд латиноамериканских обновленцев.
Что можно сказать о колумбийском визите Павла VI, глядя на него с
позиций сегодняшнего дня?
За истекшие 10 лет потоки крови были пролиты в странах Латинской
Америки, применение насилия стало фактом политической жизни многих
латиноамериканских стран. Но кто и против кого применяет насилие в Латинской
Америке?
Взять, к примеру, Чили. В 1970 г. там мирным путем, с соблюдением всех
конституционных и правовых норм победил на выборах демократический блок
Народного единства, в который входили коммунисты, социалисты, левые католики
и радикалы. К власти пришло правительство Сальвадора Альенде, осуществившее,
опять-таки при строгом соблюдении существующих законов и в условиях
политического плюрализма, ряд социальных преобразований. Это правительство
было свергнуто военно-фашистской хунтой, президент Альенде и его сотрудники
убиты. От фашистского террора погибло свыше 20 тыс. чилийских демократов,
десятки тысяч были брошены в тюрьмы, концлагеря, подверглись чудовищным
пыткам и издевательствам. В Гватемале после свержения в 1953 г.
демократически избранного правительства президента Арбенса погибло от
террора незаконно правящих в стране ультрареакционных клик свыше 30 тыс.
демократов. Разгул террора продолжается уже несколько лет в Уругвае и других
странах Латинской Америки. Причем повсеместно жертвами террора становятся
наряду с коммунистами и другими демократами священники, обвиненные в
"подрывных действиях". Сам Павел VI вынужден был неоднократно осуждать эти
акты политического варварства, выступать в защиту жертв фашистского террора.
Эти факты убедительно показывают, что виновниками бедствий, жертвами
которых являются сегодня народы Чили и других стран, являются вовсе не
сторонники социальных преобразований, осужденные Павлом VI в 1968 г., а
олигархия и империализм. Это в их интересах действуют военно-фашистские
режимы в странах Латинской Америки, действуют, не оглядываясь на осуждение
папой насилия, на его призывы к "миру между социальными классами в духе
справедливости и сотрудничества".
Кто они, нынешние хозяева Ватикана?
Что же представляет собой Ватикан сегодняшнего дня? Во многом ли
изменились его порядки со времен Пия XII, кто ближайшие сотрудники нынешнего
понтифика, чем живет и дышит римская курия 70-х годов XX в.?
Жизнь и деятельность обитателей Ватикана в наше время удержать в
секрете невозможно. Дела ватиканские широко освещаются буржуазной печатью,
которая в погоне за сенсацией срывает все и всяческие "священные" покровы
даже со своих собственных кумиров.
В 1974 г. западногерманский журнал "Шпигель" опубликовал серию статей
под названием "За кулисами Ватикана". С тех пор мало что изменилось за
Бронзовыми вратами. Последуем же за журналистами "Шпигеля" в апостолический
дворец и посмотрим, что там происходит.
Утром папу Павла VI никто не будит. В половине седьмого он уже на
ногах, часто после лишь пятичасового сна. Спустя час он уже служит мессу в
часовне, расположенной в его покоях.
За завтраком папа знакомится с новостями: на столе, рядом со столовым
прибором, лежат газеты "Стампа", "Коррьере делла сера" и "Монд",
приготовленные его камердинером Франко Гецци.
Вместе с папой завтракают его секретари Макки и Босси. Павел VI
обменивается с ними несколькими фразами о наиболее интересных статьях в
газетах. Перед тем как спуститься в свои служебные апартаменты,
расположенные этажом ниже, он слушает передачу последних известий по радио.
Самое позднее в 10 часов папа уже сидит за огромным письменным столом в
своем кабинете, именуемом со времени Пия XI "личной библиотекой". В этом
обставленном вполне по-светски помещении с тремя окнами, выходящими на
площадь св. Петра, глава католической церкви принимает каждое утро первых
посетителей-чиновников ватиканского статс-секретариата.
Дважды в неделю-по понедельникам и пятницам-на прием к папе является
глава статс-секретариата кардинал Жан Вийо. Он самое важное после папы лицо
в Ватикане. Премьер-министр и министр иностранных дел Ватикана, член
важнейших конгрегаций и, кроме того, камерленго святой римской церкви,
который после смерти папы и до избрания его преемника является хозяином
курии, кардинал Жан Вийо олицетворяет могущество и влияние Ватикана. Он и
внешне весьма импозантен: высок ростом, чрезвычайно любезен.
Несомненно, это одна из самых ярких фигур курии.
Статс-секретариат - административный орган Ватикана, наиболее близко
стоящий к папе. Без согласия статс-секретариата в Ватикане не может быть
принято ни одно важное решение. В то время как руководящие служащие других
органов римской курии обязаны после пяти лет пребывания в должности подавать
в отставку, к чиновникам статс-еекретариата это не относится.
В последние годы штат статс-секретариата значительно расширился: число
его сотрудников возросло до 140. Всего же в Ватикане работает около 3 тыс.
человек, в том числе 253 женщины. Служебные помещения ведомства Вийо
разбросаны по всему папскому дворцу.
Карьера Жана Вийо, родившегося в 1905 г. в провинции Овернь (Франция),
круто пошла в гору, когда в 44 года он стал секретарем конференции епископов
Франции. В Ватикане обратили внимание на удивительную способность этого
молодого прелата приспосабливаться к быстро меняющимся условиям. Став
архиепископом Лиона и первым епископом Галии, он занимал то прогрессивную,
то консервативную позицию, в зависимости от того, какой политической линии
придерживалось центральное церковное руководство. В 1965 г. Павел VI сделал
его кардиналом, в 1967 г. он стал префектом конгрегации по делам
духовенства. Вийо получал один пост за другим. Сейчас в Ватикане очень
немного учреждений, в которых Вийо не был бы председателем или по крайней
мере членом. В курии он фигура популярная, считается превосходным хозяином
дома, любит вкусную еду, хорошие вина и ценит остроумную беседу.
Но хотя Вийо и первый человек в Ватикане после папы, однако в курии
есть еще более могущественная личность - это заместитель
Вийо на посту статс-секретаря 53-летний Джованни Бенелли. В 1977 г.
возведен в кардиналы и назначен архиепископом Флоренции. Через его руки
проходит вся почта, адресованная папе; он посредничает между папой и теми,
кто хотел бы получить аудиенцию. К нему являются члены дипломатического
корпуса, равно как и ватиканские дипломаты, когда они приезжают в Рим для
доклада, служащие римской курии и политические деятели иностранных
государств.
Бенелли ведет переписку с папскими нунциями, он подготавливает
назначения ватиканских дипломатов и важнейших служащих курии. Ни один
епископ ни в одной стране мира не будет утвержден без предварительного
одобрения его кандидатуры Бенелли. Бенелли подчинена шифровальная и вся
информационная служба Ватикана. Лишь немногие члены курии могут позволить
себе выступать с речами, давать интервью или публиковать статьи, не получив
одобрения Бенелли.
Бенелли стал священником в 1943 г., затем окончил папскую
дипломатическую школу. Монтини, служивший тогда заместителем статс-секретаря
при Пии XII, сделал 25-летнего Бенелли своим личным секретарем. В 29 лет
Бенелли был послан в нунциатуру в Дублин, в последующие 15 лет был
сотрудником папских миссий в Париже, Рио-де-Жанейро и Мадриде. В испанской
столице он навлек на себя гнев франкистских властей, так как симпатизировал
католическим противникам Франко. Из Мадрида он вернулся в Париж в качестве
наблюдателя Ватикана при ЮНЕСКО. В 46 лет Бенелли стал заместителем
статс-секретаря Ватикана.
Бенелли знает в Ватикане все, или почти все. Главы конгрегаций беседуют
с папой раз в месяц, государственный секретарь,- как правило, дважды в
неделю, а Бенелли-ежедневно, как только возникает потребность. Кроме того,
он имеет прямую телефонную связь с понтификом, не подключенную к общей сети.
По требованию Бенелли в статс-секретариате все засекречено. Его
сотрудники не имеют даже права говорить, в какой канцелярии они работают и
какие функции выполняют. Нарушение секретности считается тяжелым проступком,
а виновник предстает перед "специальной комиссией", которая налагает
соответствующее наказание. Поэтому за стены Ватикана проникает очень немного
сведений о повседневной деятельности статс-секретариата.
Стремление делать из всего тайну проявляется и в отношении Бенелли к
печати. По его указанию ведется контроль за высказываниями по церковным,
главным образом ватиканским, проблемам в 60 газетах и журналах мира и
издается закрытый пресс-бюллетень, в котором перепечатываются в основном
дружественные по отношению к римской курии и консервативные статьи. Особенно
зорко следит Бенелли за выступлениями в печати других учреждений курии.
Коммюнике конгрегаций,
...Поділитися у соцмережах
