Жанр: Религия
Папство. Век двадцатый.
...жал под своим личным и неослабным
контролем. После смерти в 1944 г. статс-секретаря кардинала Мальони он
оставил этот пост вакантным, фактически сам занимая эту должность.
Помощниками и ближайшими его сотрудниками были монсиньоры Доменико Тардини и
Джованни Баттиста Монтини, занимавшие посты заместителей статс-секретаря:
первый-ординарных дел (внутрицерковных), а второй - экстраординарных
(политических). Оба они никакой самостоятельностью в своих действиях не
обладали, являясь лишь исполнителями воли папы.
Тардини слыл ультраконсерватором. Это был доверенный человек не только
Пия XII, но и тогдашнего "ватиканского Пентагона" - пяти куриальных
кардиналов-Джузеппе Пиццардо, Альфредо Оттавиани, Никола Канали, Клементе
Микара и Джузеппе Пьяцца. Всем им было в 50-х годах далеко за 70 лет. Они
возглавляли важнейшие департаменты курии, являясь решительными сторонниками
"атлантического курса" Пия XII.
Иной фигурой был Монтини. Своей неуемной энергией, работоспособностью,
знанием иностранных языков он походил на самого Пачелли. В политических
делах фронтальным атакам он предпочитал лавирование, приспособление,
компромисс. Соперничая с Тардини в борьбе за место престолонаследника,
Монтини превратился в главу "прогрессивной" группировки в Ватикане, в
которую входили прелаты, обойденные или обиженные "Пентагоном" и Пием XII.
Стремясь преградить Монтини путь к папскому престолу, "Пентагон" убедил Пия
XII избавиться от своего помощника. В 1954 г. Монтини был назначен
архиепископом Милана, но, хотя этот пост почти автоматически вел к
возведению в кардинальское звание, Монтини так и не дождался от Пия XII
кардинальской шапки, впрочем, как и Тардини, которого Пачелли считал
человеком надежным, но тупым и ограниченным. На место Монтини был назначен
молодой прелат Делл'Аква.
Пий XII трудился на своем посту в поте лица. "До последней
минуты,-пишет Т. Бреза,-он держал в руках кормило своего всевластия.
Кормило, вожжи и все нити. Люди, работавшие с ним, изнемогали под бременем
множества дел. Он один был неутомим. Когда к нему являлись монсиньоры
Тардини или Делл'Аква, следом за ними везли тележки, нагруженные папками с
делами. Пий XII хотел обо всем знать. Хотел все сам решать". Г. Бреза.
Бронзовые врата.
Поборник науки?
Львиная доля времени Пия XII уходила на сочинение бесчисленных
энциклик, аллокуций (выступлений перед кардиналами), речей и заявлений на
самые разнообразные темы:
политические, научные, богословские, моральные и пр.
Папа работал по следующей методе. Например, ему предстояло принять
астрономов, или акушеров, или нумизматов, или пчеловодов, или
спортсменов-теннисистов. Пий XII приказывал своим секретарям раздобыть
соответствующую литературу по нужной тематике, обкладывался книгами и,
подобрав нужные ему факты (папа свободно читал на многих языках), сочинял
очередной опус на одном из известных ему языков, перемежая факты цитатами из
писаний "отцов церкви" и Библии. Свое "сочинение" папа сам печатал на
портативной машинке или диктовал своей экономке и секретарше Паскуалине.
Затем выучивал написанное наизусть и был готов к очередному выступлению. За
время своего понтификата он написал и наговорил свыше 20 пухлых томов.
Кардинал Спеллман не без основания называл его "папой-рекордсменом" по
количеству выступлений и энциклик.
Отношение церкви к современной науке Пий XII изложил в энциклике
"Humani generis" ("Род человеческий") (1950).
Энциклика начинается с традиционного для теологов утверждения, что
"человеческий интеллект не может постичь бога и отношения между богом и
человеком, ибо этому мешают его воображение и низменные страсти, порожденные
первородным грехом".
"Некоторые ученые мужи,- писал далее Пий XII в той же энциклике,-не
соблюдая осторожности и такта, признают и защищают как источник всех вещей
эволюционную систему, хотя она не полностью (?) доказана и в области самого
естествознания, и с дерзостью защищают монистическую и пантеистическую
гипотезу Вселенной, якобы находящейся в непрерывном развитии". И чтобы
припугнуть этих столь глубоко заблуждающихся "овечек", папа римский
предупреждал их, что они льют воду на коммунистическую мельницу. Ведь "этими
гипотезами пользуются представители коммунизма для защиты и пропаганды
своего диалектического материализма и для того, чтобы лишить людей понятия о
боге".
Расправившись таким образом оптом со сторонниками эволюционизма,
монизма и пантеизма, Пий XII обрушивается на тех церковников, которые "пали
так низко", что "серьезно предлагают не только усовершенствовать, но
полностью изменить теологию, преподаваемую в церковных школах и одобренную
церковной иерархией, утверждая, что это позволит с большим успехом
распространять идею царства Христова во всем мире среди людей любой культуры
и любой политической окраски".
Столь опасные для церкви реформаторы требуют, подчеркивал папа,
заменить дословное понимание "священного писания" и комментариев к нему,
выработанных церковью, пониманием символическим с целью сделать Библию
приемлемой для всех и избежать трудностей, с которыми сталкиваются
сторонники дословного толкования "писания".
Папа осудил этих смутьянов, ибо они, отвергая дословное понимание
Библии, подрывают основу веры в бога. Ведь, идя по этому пути, можно
объявить символическими все догматы церкви и прийти в конечном итоге к
отрицанию необходимости самой церкви.
Чтобы воспринять Библию текстуально, поучал заблудших овечек Пий XII,
одного разума недостаточно. Необходима "философия", традиционная
католическая философия, наиболее авторитетным представителем которой он
считал средневекового богослова Фому Аквинского. Как известно, Фома отрицал
идею развития Вселенной, считая, что она подрывает основной догмат веры о
сотворении мира богом и тем самым "делает менее очевидным бытие самого
бога". Аквинат утверждал также, что после шести дней творения бог не создал
абсолютно ничего нового. Одно из двух, предупреждал свою паству Пий XII, или
следовать Фоме Аквинскому, для которого не только бог, но и черти -
"реальная сущность", или "скатиться" к диалектическому материализму, то есть
стать на точку зрения коммунистов, и, таким образом, совсем погибнуть для
церкви.
Многие требуют, чтобы церковь учитывала достижения науки. "Это
похвально,- говорил папа римский,-но только в том случае, когда речь идет о
фактах, действительно доказанных; когда же речь идет о гипотезах, даже в
какой-то степени научно обоснованных, но которые... прямо или косвенно
противоречат церковным доктринам, их нельзя принять никоим образом".
Итак, если наука права, а религия ошибается, то тем хуже для науки, ее
следует отвергнуть. Такова была "логика" Пия XII, выдававшего себя за
великого "поборника" науки.
Как уже было сказано, папа осуждал "слишком вольное" истолкование
Библии, то есть критическое отношение к текстам, которые составляют ее Фабрикант "святых".
При Пии XII особенно активно действовала конгрегация обрядов,
основанная Сикстом V в 1588 г. для наведения порядка в сонме католических
"святых" и "блаженных". За время существования церкви было провозглашено
свыше 20 тыс. "святых" и 200 тыс. "блаженных". Учреждение конгрегации
обрядов последовало в ответ на критику протестантов, обвинявших папство в
причислении к лику святых всякого рода мифических персонажей или просто
людей недостойных этого звания. В XVIII в. в ответ на новую волну критики,
на этот раз со стороны просветителей и энциклопедистов, папа Бенедикт XIV
(1740- 1758) установил следующие правила процесса возведения в ранг "святых"
и "блаженных":
каждый кандидат в "блаженные" должен иметь на своем счету минимум два
доказанных чуда, а кандидат в "святые" - четыре;
кроме этого кандидаты обязаны были обладать христианскими добродетелями
в "героической степени". Конгрегация обрядов заводит на каждого кандидата
соответствующее досье, собирает "доказательства" его чудотворной
деятельности и оформляет дело.
Процедура производства "святых" называется канонизацией, а "блаженных"
- беатификацией. Важную роль в процессах канонизации и беатификации играют
юристы, представляющие своих клиентов - религиозные организации, выдвигающие
кандидатов в "святые" и "блаженные". Таких юристов называют "адвокатами
святых". В их задачу входит убедить префекта конгрегации обрядов в том, что
кандидаты в "святые" действительно соответствуют установленным каноническим
правом требованиям.
С XVI в. Ватикан остерегался возводить в сонм святых римских пап.
Исключение было сделано только для Пия V. Пий XII не посчитался с этой
традицией. Он возвел в святые Пия X, Иннокентия I провозгласил блаженным и
начал процесс перевода из блаженных в святые Григория Х и процесс
беатификации Пия IX. Некоторые прелаты из его окружения утверждали, что он
вынашивал идею заставить кардиналов провозгласить его самого святым, причем
при жизни!
Тень сестры Паскуалины.
Внешне Пий XII вполне отвечал требованиям, предъявляемым к "святым". Он
был сухопарым, крайне умерен в еде, не пил и не курил. Никто никогда его не
видел улыбающимся, тем более смеющимся. Любимым его времяпрепровождением
были прогулки по парку в загородной резиденции Кастель Гандольфо. За любовь
к прогулкам, которые он обычно совершал в одиночестве, его прозвали "Джонни
Уокером". Так называется известная марка виски. На этикетках, украшающих
бутылки с этим напитком, изображен шагающий размашистым шагом человек.
"Уокер"-по-английски ходок.
Каких-либо пороков или слабостей за Пием XII тоже не числилось, если не
считать его симпатии к своей экономке-немецкой монахине Паскуалине Ленерт.
Он познакомился с ней в начале 1917 г. в одном из швейцарских санаториев в
Раршахе, где она работала медсестрой и где будущий папа проходил курс
лечения после автомобильной катастрофы.
Паскуалина, которая была на 18 лет моложе Эудженио Пачелли, так
пришлась ему по душе, что он с разрешения Бенедикта XV взял ее с собой в
качестве домоправительницы в Мюнхен, куда был послан нунцием. Назначив
Пачелли статс-секретарем, Пий XI разрешил ему поселить Паскуалину в своих
апартаментах на первом этаже апостолического дворца. Она сопровождала
Пачелли даже на конклав, став, таким образом, первой женщиной,
присутствовавшей на этом форуме. С избранием Эудженио Пачелли папой она
поселилась вместе с ним в его покоях на третьем этаже апостолического
дворца.
Невысокая, хорошо сложенная, с правильными чертами лица и твердым,
проницательным взглядом-такова была Паскуалина Ленерт, по описаниям видевших
ее журналистов. Она, пишет Т. Бреза, "следила за кухней и гардеробом папы.
Особенно заботилась о гардеробе. Прошло время осыпанных табачным пеплом
сутан папы Сарто-Пия Х и плохо сшитых одежд папы Ратти-Пия XI, не
выносившего примерок. Да, да, теперь наступило время изящества и стычек на
публичных аудиенциях с верующими, слишком неосмотрительными в излиянии
чувств, после которых на белой сутане нередко оставались пятна от слюны,
пота либо и того хуже-от губной помады, если уста, целующие папские одежды,
были накрашены. Всего этого терпеть не могла сестра Паскуалина". Т. Бреза.
Бронзовые врата.
Когда папа возвращался к себе после аудиенций, Паскуалина
дезинфицировала спиртом его руки. Когда Пий XII заболевал, он только от нее
принимал лекарства. Она будила его утром и сопровождала в опочивальню
вечером. Паскуалина была не только идеальной экономкой, но и прекрасным
секретарем. Пий XII диктовал ей (она хорошо печатала на машинке) самые
важные и часто секретные документы. Влияние этой женщины на папу было
огромно. Ее рекомендациям папа подчинялся беспрекословно. Ходили слухи, что
многие прелаты делали в курии карьеру благодаря ее покровительству. Ее
боялись и передней пресмыкались. Злые да язык чиновники курии называли ее
"единственным мужчиной в Ватикане".
Наряду с Паскуалиной Ленерт неограниченным доверием Пия XII пользовался
также его личный врач Рикардо Галеацци-Лизи-дядя инженера Галеацци,
гражданского губернатора Ватикана. Оба эти деятеля, как выяснилось
впоследствии, были тесно связаны с американским кардиналом Спеллманом.
В 30-е годы Галеацци-Лизи был всего лишь второразрядным окулистом, к
услугам которого неоднократно прибегал страдавший близорукостью кардинал
Пачелли. Во время конклава 1938 г., избравшего его папой, Пачелли, выходя из
Сикстинской капеллы, поскользнулся и, падая, повредил себе руку. Для лечения
руки он пригласил Галеацци-Лизи, которого вскоре назначил своим личным
врачом. Прошло некоторое время, и Галеацци-Лизи стал своим человеком в
папских покоях. Он пичкал папу различными "омолаживающими" гормональными
препаратами, в эффективность которых Пий XII слепо верил. Папа назначил
своего личного эскулапа членом Папской академии наук, возвел его в графское
достоинство, осыпал орденами и прочими милостями. Ловкий лекарь между тем
использовал свое положение любимца "наместника бога" для приумножения
состояния. Он играл на бирже, занимался спекуляциями и в тайне вел дневник о
болезнях своего высокопоставленного пациента, надеясь, когда пробьет час,
сбыть его за кругленькую сумму.
Они умирают, как все.
Как ни заботились о Пии XII сестра Паскуалина, Галеацци-Лизи и другие,
настал час, когда и в его организме появились серьезные трещины,
предвестники неизбежного, неотвратимого финала. В декабре 1952 г. папа
заболел довольно редкой болезнью кишечника, известной под названием "спазма
привратника" (pylorospasmus). Его консультировали лучшие специалисты Италии
и других стран, его смотрели десятки, даже сотни невропатологов,
эндокринологов, хирургов. Но болезнь не отступала. Папа необычайно похудел,
у него появились все признаки физического истощения.
На протяжении 1953 г. и почти всего 1954 г. состояние Пия XII вызывало
опасения врачей. Все это время папу лечили крупнейшие светила медицинской
науки Запада. Их усилия наконец увенчались успехом: папа почувствовал
заметное облегчение, у него появился аппетит, он стал поправляться.
Некоторое время спустя итальянский журнал "Оджи" со слов чиновников
статс-секретариата опубликовал сенсационное сообщение:
с 7 на 8 декабря под утро к папе явился Иисус Христос и дал ему силы
побороть болезнь. Благодаря этому "чуду" папа выздоровел.
Потом услужливые журналисты стали уверять, что еще на конклаве Пачелли
явился "дух" Пия Х и сказал ему: "Мужайся, сын мой". Кардинал Федерико
Тедескини публично заявил, что в 1950 г. папа целых четыре раза видел на
небе деву Марию, причем во время этого явления солнце "вращалось". К слову
сказать, Пий XII объявил богородицу "царицей небес" и настоял на принятии
догмата о ее телесном вознесении. Приближенные папы в газетах и журналах
описывали подробности этих "чудес", как бы подтверждая тем самым все эти
сверхъестественные явления. А как же реагировал на это "просвещенный"
понтифик? Он молчал, что, естественно, воспринималось верующими как
подтверждение происшедших "чудес". Да, Пачелли умел молчать весьма
"красноречиво". После смерти Пия XII о его "видениях" просто забыли.
В XX ,в. люди не склонны верить подобным побасенкам.
Совсем иного рода "чудеса" происходили в ближайшем окружении Пия XII. В
1957 г. оба Галеацци, личный врач папы и губернатор Ватикана, оказались
замешаны в скандальном деле - убийстве девицы легкого поведения Монтези. В
ее убийстве был обвинен некий самозваный маркиз Монтанья, которому сдавал
внаем свой загородный дом доктор Галеацци-Лизи. На суде выяснилось, что в
оргиях на этой даче участвовали вместе с Монтези, Монтаньей, его любовницей
Марией Калио оба Галеацци, а также ватиканские прелаты Анджелини и
Бернардини. Несмотря на то, что это дело получило широкую огласку и,
несомненно, нанесло ущерб моральному престижу церкви, папа не нашел нужным
прореагировать на него.
Между тем время брало свое. Папа все реже и реже уделял аудиенции
кардиналам и другим сановникам церкви. Однако паломников он продолжал
принимать. По этому поводу в кулуарах апостолического дворца шутили, что
кардиналу было бы легче получить доступ к папе, переоденься он футболистом.
В 1958 г. Пий XII, как всегда, проводил лето в Кастель Гандольфо. Он давал
аудиенции, приветствовал с балкона дворца туристов и паломников, всегда
толпившихся в большом дворе Кастель Гандольфо. В четверг, 2 октября, папа
произнес получасовую речь по-латыни перед американскими семинаристами,
посетившими его во главе с кардиналом Спеллманом. В субботу он обратился с
приветствием к участникам конгресса по пластической хирургии. В воскресенье
папа выступил с длинной речью, обращенной к Международному конгрессу
нотариусов. Проговорив перед ними минут сорок по-французски, папа вдруг
почувствовал недомогание, что заметили сопровождавшие его прелаты. Но Пий
XII отказался лечь в постель, он совершил обычную прогулку, после чего
работал в своем кабинете. Преодолеть его "святое упрямство" было невозможно.
И все же, опасаясь осложнений, сестра Паскуалина вызвала из Рима в Кастель
Гандольфо Галеацци-Лизи и знаменитого кардиолога профессора Гасбарини из
Венеции.
В понедельник, в 5 часов утра, Пий XII проснулся от сильной головной
боли, а затем потерял сознание. Врачи установили, что у папы "спазмы сосудов
головного мозга на почве атеросклероза".
О резком ухудшении состояния здоровья папы были оповещены его
родственники князья Пачелли, а также куриальные кардиналы и руководители
статс-сеиретариата, которые поспешили прибыть к его изголовью. Телеграммами
были вызваны в Рим декан кардинальской коллегии Эудженио Тиссеран,
находившийся во Франции, и кардинал Спеллман, возвращавшийся пароходом в
Нью-Йорк. Оба вскоре появились на вилле Кастель Гандольфо.
В четыре часа дня к папе вернулось сознание. Он стал узнавать
присутствующих и разговаривать с ними. Порывался встать, хотел даже выйти на
балкон, показаться собравшимся у дворца журналистам и зевакам. Врачи с
трудом удержали его в постели.
Узнав о болезни папы, в Кастель Гандольфо стали прибывать дипломаты,
министры и прочие высокопоставленные лица, расписывавшиеся в специальной
книге. Армия журналистов, радио, теле- и фотокорреспондентов росла во дворе
Кастель Гандольфо как на дрожжах. Все они осаждали папский дворец, требуя
подробной информации о состоянии здоровья "наместника бога".
В среду, в 7.30 утра, у Пия XII произошел новый, еще более серьезный
мозговой спазм. Тревога за жизнь Пия XII во дворце и за его пределами
заметно возросла. Ватиканский радиокомментатор иезуит Франческо Пелегрино
установил свой микрофон у дверей папской опочивальни и на протяжении всего
дня говорил неустанно, передавая собравшейся во дворе журналистской братии
разного рода прогнозы и детали о состоянии больного. Вдруг журналистов как
ветром сдуло. А час спустя экстренные выпуски газет сообщили о смерти папы.
Вскоре, однако, выяснилось, что это сообщение было результатом досадного
недоразумения. Оказывается, желая опередить своих конкурентов, корреспондент
газеты "Темпо" договорился (разумеется, за соответствующее вознаграждение) с
одним из прелатов, имевшим доступ в папские покои, о том, что последний
просигнализирует о смерти папы, открыв в условленном окне форточку. Форточка
действительно открылась, но это сделал другой прелат, который просто хотел
проветрить помещение. Таким образом, свершилось еще одно "чудо", связанное с
именем Пия XII: для всего мира он умирал дважды.
Итак, когда появилось первое сообщение о смерти папы, жизнь еще не
покинула его тело, хотя никто уже не надеялся на выздоровление. Об этом
свидетельствовали баулы с траурными аксессуарами, срочно доставленные в
Кастель Гандольфо из Ватикана, в том числе и три традиционных гроба, которые
были привезены и выгружены на глазах вновь вернувшихся на свой пост
журналистов.
В ночь с 8 на 9 октября неизбежное свершилось: Пий XII скончался в
82-летнем возрасте после 19-летнего пребывания на папском престоле. Тотчас
были направлены оповещения об этом печальном событии всем кардиналам,
которые немедленно выехали в Рим для участия в конклаве.
Когда врачи констатировали смерть папы, оказалось, что никто из
кардиналов не имеет права произнести традиционную фразу: "Папа действительно
умер". Пий XII умер, не назначив камерленго. Избрать последнего мог лишь
конклав, а конклав мог быть созван только после того, как камерленго
засвидетельствует смерть папы. Получался заколдованный круг. Чтобы как-то
выйти из него, кардинал Тиссеран, декан конклава, в явное нарушение
инструкции по захоронению пап, за что ему грозило отлучение от церкви, взял
на себя обязанности камерленго и провозгласил Пия XII умершим. Таким
образом, Ватикан вошел в фазу "вакантного престола". В этот период в
Ватикане действует только комиссия куриальных кардиналов, в обязанности
которой входит организация похорон папы, опечатание его бумаг и покоев,
оглашение его завещания, обеспечение сохранности имущества Ватикана и,
наконец, созыв конклава для избрания нового папы.
Куриальные кардиналы - пресловутый ватиканский "Пентагон"-не знали, где
хранится завещание папы, но предполагали, что оно находится среди бумаг в
его покоях в Кастель Гандольфо. А там хранились особо важные документы,
приготовленные статс-секретариатом для просмотра и визирования папой. За их
прочтение без санкции папы грозило отлучение от церкви.
Кардинал Тиссеран не устрашился и этого, он собрал все документы,
прочитал и опечатал их. В особой шкатулке, на которой красовалась надпись:
"Секретные документы св. канцелярии" (то есть инквизиции), Тиссеран
обнаружил завещание, вернее, черновик завещания покойного папы,
собственноручно написанный Пием XII на обороте большого конверта. Этот
странный документ, весьма краткий, был составлен папой в мае 1956 г., то
есть за два года до смерти. Трудно сказать, чего в нем больше - смирения,
высокомерия или лицемерия. Судите сами:
"Смилуйся надо мной, господи, по бесконечному милосердию твоему.
Те слова, которые я, сознавая, что я недостоин и не заслуживаю,
высказал в момент, когда выражал согласие на избрание меня верховным
пастырем, я повторяю еще более убежденно теперь, когда сознание недостатков,
ошибок и упущений, совершенных в течение моего столь долгого понтификата в
ответственную и трудную эпоху, позволяет мне видеть еще яснее, насколько я
не соответствовал и не дорос до своей роли.
Обращаюсь со смирением ко всем, кого я, возможно, оскорбил, обидел или
огорчил словом или делом, с просьбой о прощении. Прошу тех, в чьи
обязанности это входит, не заниматься и не заботиться о воздвижении
памятника в мою честь; достаточно, если мои бренные останки будут просто
похоронены в освященной земле, тем более милой моему сердцу, чем скромнее
она будет. Мне незачем просить о молениях за упокой моей души; я знаю, как
многочисленны те, что, согласно обычаям апостольской столицы и благодаря
набожности верующих, посвящаются каждому умершему папе. Мне незачем даже
оставлять духовное завещание, как это делали многие достойные прелаты, ибо
многочисленные документы и речи, опубликованные и произнесенные мною во
время моего понтификата, могут достаточно подробно познакомить каждого
желающего с моими мыслями по самым различным вопросам религии и морали.
Установив это, назначаю своим всеобщим наследником святую апостольскую
столицу, которая была мне возлюбленной матерью". Г. Бреза. Бронзовые врата.
Прошло пять дней, прежде чем останки папы перевезли из Кастель Гандольфо в
Рим. Эта церемония состоялась 13 октября 1958 г. Сперва гроб с папой
доставили в Латеранскую базилику, епископом которой он являлся. Там в
присутствии необычайно большого числа теле- и кинооператоров был совершен
первый обряд отпевания. Потом гроб перевезли в собор св. Петра и установили
на специальном постаменте в капелле Святых таинств таким образом, чтобы
стопы лапы находились у самой решетки капеллы и приходящие проститься с ним
могли бы их при желании целовать.
Тем временем действия Тиссерана вызвали недовольство кардинала
Оттавиани, главы конгрегации священной канцелярии, претендовавшего, как и
Тиссеран, на пост папы и считавшего, что декан кардинальской коллегии
присвоил себе слишком большие полномочия. Так как распри между Тиссераном и
Оттавиани угрожали расколоть конклав еще до его созыва, то присутствовавшие
в Риме кардиналы решили собраться на "малый конклав" и избрали исполняющим
обязанности камерленто главу конгрегации таинств Бенедикта Алоизи Мазеллу, а
секретарем кардинальской коллегии - монсиньора Альберто ди Жорио,
возглавлявшего финансовое управление Ватикана. Им были подчинены все
ватиканские учреждения и ведомства до избрания преемника Пия XII. На долю
"малого к
...Поділитися у соцмережах
