Жанр: Психология
Черепахи до самого низа ПРЕДПОСЫЛКИ ЛИЧНОЙ ГЕНИАЛЬНОСТИ
...именили этот материал на
практике и замечательно провели время. Мы говорили об изменении личной истории.
Вы все знаете формат изменения личной истории. Первый вопрос: "Что вы
хотите изменить?" "Я хочу изменить X". Вы
якорите это кинестетическое ощущение. "Когда последний раз у вас был этот опыт?"
Вы видите физиологическое изменение
и якорите его. Вы держите кинестетику неизменной, и это ведет человека назад
через личную историю к "первоначальной
ситуации". Это всегда миф, но человеку нужен этот миф, потому что он живет в
соответствии с ним. Потом вы добавляете
ресурсы, пока не увидите физиологических изменений. И тогда вы знаете, что
процесс окончен. Вы выводите клиента
обратно в настоящий момент, позволяя изменить личную историю на пути назад, и
вот он здесь, правильно? (смех) И теперь
вы делаете проверку. Вот так, более или менее, я это делаю. И наблюдая и слушая
Джуди, я понимаю, что она тоже, более
или менее, делает это так. А вот что сделал Боб. Он кибернетизировал этот
формат. И это - вызов для тех из вас, кто имеет
некоторые навыки в технологии. Конечно, когда я применяю технику изменения
личной истории в этом формате, который я
очень свободно описал, я очень доволен тем, что делаю. Но обратите внимание, с
точки зрения первого внимания, с точки
зрения моделирования, наша работа неадекватна. В чем разница? Теперь я расскажу,
как это делает Боб. Он спрашивает:
"Что вы хотите изменить?" И якорит это. Пока все то же самое. Потом он
возвращает человека в ситуацию возникновения
поведения, которое он хочет изменить. Теперь Боб делает так, чтобы клиент
повторно испытал все это, останавливает его...
Теперь, здесь есть предположение, правильно? Что это поведение образовывает
петли с некоторым другим аспектом
окружения. Человеком, объектом, чем угодно. Если это - фобия, то с фобическим
стимулом. Итак, первое действие -
повторное проживание этой ситуации из позиции, которую занимал сам человек, его
собственный личный референтный
индекс, его собственная позиция восприятия. Например, вы возвращаете человека
назад к тому времени, когда, скажем, он
был ребенком, и взрослый сильно его отругал, и это был травмирующий опыт, и
теперь этот человек никогда не возражает
другим людям, потому что это почти фобический опыт. Когда человек возвращается в
ту ситуацию, Боб говорит: "Вы туда
вернулись?" И клиент говорит: "О, да!"
И теперь он предъявляет кусок поведения с позиции восприятия другого
человека, его референтный индекс.
Женщина: С какой позиции восприятия?
Джон: Того взрослого, который отругал ребенка. Взрослый, ругающий его, в
противоположность ребенку, которого
ругают. Он становится на "контекстную сторону" в этой ситуации. Я вижу и могу
физиологически идентифицировать, когда
человек это сделал. Я не комментирую это. Это - обязательная часть петли, дуга в
экологическом фрагменте работы по
изменению личной истории. Это должна быть часть петли. Я идентифицирую это
физиологически. Я сижу и наблюдаю, как
это происходит и еще раз поражаюсь элегантности невербальной коммуникации, и не
называю это. Теперь Боб настаивает,
чтобы человек явным образом прошёл через обе позиции. Сначала он принимает
позицию, которую выбирает естественно -
он оценивает из этой позиции восприятия эту ситуацию, скажем, из перспективы
взрослого, вовлеченного в первоначальную
ситуацию. И затем он делает так, что человек переключается в позицию ребенка и
замечает, на что это было похоже. Человек
знает эту позицию слишком хорошо, это его фобия. Если здесь есть важные другие
люди... Он становится и в их позиции
тоже. Если таких людей нет, он переходит в мета-позицию, просто стоит в стороне
вместе с Бобом и наблюдает этот танец.
Джуди: Боб Дилтс приблизился к адекватному описанию первого внимания, в
которое он включил контекст, рассматривая
целостную петлю в формате изменения личной истории.
Так что описания создают новости, но только если мы достаточно долго можем
не оценивать, чтобы их получить. У
американских индейцев есть поговорка, прекрасно это иллюстрирующая: Не судите
соседа, пока не прошли милю в его
мокасинах. Не оценивайте, пока, через многократные описания, не получили новых
различий. Много раз мы принимаем
новые или другие перспективы - как в магическом круге. Но новое описание
предлагает больше чем новую перспективу.
Новая перспектива статична, а мы настаиваем на динамических репрезентациях.
Недостаточно просто занять позицию
другого человека или другой живой системы. Вы должны внести в нее типичные для
нее движения. Через движения мы
создаем танец, динамику и развиваем двойное описание. Немного ходим в чужих
мокасинах, прежде чем оценивать.
Часто мы с Джоном говорили о состояниях, из которых можно получить новые
различия, и в которых можно создавать
новое описание мира. Например, при изучении нового языка (новое описание)
полезно переходить в чистое состояние,
которое и защищает, и поддерживает это новое описание. С этой целью на семинаре
мы предлагаем вам входить в состояние
"остановки мира", где речь и сфокусированное зрение (два важных фильтра,
стабилизирующие привычные описания мира)
приостанавливаются. Так вы можете получить новые различия. Это - специальное
состояние для разрушения стабильности
мира. Контекстные маркеры, внешние и внутренние сигналы, которые позволяют нам
знать, что состояние адекватно и
возникло в правильном контексте, и концепция страховки, способ узнать, не
требует ли мир нашего внимания, в то время как
мы входим в новую схему в нашей решетке, позволяют нам выполнять эти требования.
Это дает нам свободу изменять
состояния при необходимости. Восприятие различий также требует отложить на время
оценки или суждения о новостях, пока
не возникнет динамическое и достаточно прочное описание, предлагающее нам
существенные новые различия. Это приводит
нас к вопросу о значении стабильности и энтропии в модели. Где нам нужна
стабильность, а где мы хотим переживать
неожиданности и новые различия? Когда мы сканируем контекст в поисках различий,
мы не хотим оценивать новости на
периферии, где соприкасаемся с миром. Если мы помещаем фильтры в это
взаимодействие, то вряд ли получим какую-то
информацию, ведущую к новому описанию.
Это - вопрос не о наличии фильтров; наша неврология сама по себе
гарантирует их наличие. Вопрос следующий: можем
ли мы на время убирать некоторые фильтры, поддерживать существующие различия и
получать новые различия? Например,
если мы ищем новые различия, стабильность во взаимодействии с миром для этого не
подходит, здесь мы хотим
неожиданностей, гибкости и новостей. Помещение фильтров в других позициях по
направлению к первому вниманию может
тоже дорого нам обойтись - настолько, насколько мы можем оценивать новые
различия и отбрасывать их прежде, чем они
достигнут нашего внимания. С другой стороны, мы не хотим получать новости все
время. Так что мы предлагаем в этой
модели поместить стабильность в структуру модели, а энтропию в ее содержание - в
частности, в новые различия.
Важно снова напомнить, что эти модели или репрезентации ограничены, это
дуги более обширных петель. Итак, как мы
можем далее обеспечить, что наши репрезентации ведут нас назад в реальный мир и
исследуют различия, которые могут
создавать различия. Если мы периодически не делаем перепросмотра или не
подавляем наши фильтры, мы становимся
жертвами веры в свои репрезентации, уверенности, что наши модели - и есть мир.
Только возвращая эти репрезентации в
мир, мы приближаемся к некоторой мудрости, повторно связывая их с контекстом.
Мы можем предложить еще две возможности. Первое: играйте на ваших
слабостях. Второе: ищите контрпримеры. Если я
уже могу делать что-то успешно, что бы это ни было, то хочу развить те места,
где я слаб. И в тех местах, где я успешен, я
хочу оставаться открытым к тем случаям, где я реагировал так же как прежде,
когда был успешен, но результат оказался
противоположным. Это и есть места, где лежат новости.
Каждый эстетический акт возникает из навыка. Создание такой модели требует
хорошо развитых навыков. Один из
источников таких навыков - технология НЛП. Она может служить мостом между вашей
нынешней личной организацией и
сбалансированной, эстетически гармоничной структурой, в которой вы можете жить
со страстью и равновесием. В этом
смысле она - дополнение индустриальной технологии, которая создала мост от нашей
мечты летать, оставаясь на Земле, до
реальных полетов к звездам. Если наша геометрическая метафора показала основные
вопросы нашей модели и переменные,
необходимые для таких изменений, то она выполнила свое предназначение. Мы
рекомендуем использовать ее как временную
помощь в создании вашей собственной личной метафоры.
Розали: Можно вернуться к вопросу о мета-позиции?
Джон: Понимаете, для любого редактирования или любого организационного
изменения, условие корректности состоит в
том, что вы занимаете по крайней мере три позиции восприятия: ваш собственный
референтный индекс, позицию самого
важного лица в этом контексте и мета-позицию. Вы можете захотеть охватить все
живые системы. Вы могли бы захотеть,
чтобы второе внимание выбрало какое-то подмножество. Вы могли бы преднамеренно
попросить о позиции восприятия
самой важной неживой системы. Очень много возможностей. Это - ваша личная
эстетика. Упоминая и изолируя переменную,
я оставляю решения за вами. И я хотел бы, чтобы вы сыграли разные вариации этой
темы. Это, по существу, позиция
редактора.
Розали: Почему вы ограничиваете позиции живыми организмами?
Джон: Потому что я делаю глубокое различие между живыми и неживыми
системами.
Розали: Я могу рассказать вам историю?
Джон: А у меня есть выбор? (смех)
Розали: Недавно в одном из воображаемых путешествий, я выполняла одну
технику гештальта.
Джон: Управляемое воображение, формат управляемого воображения.
Розали: Да, формат управляемого воображения. Моя проблема была в том, что
меня покинули. Я чувствовала себя просто
выброшенной на свалку. Я играла саму себя, и это было не слишком приятно. Потом
я перевоплотилась в того, кто меня
покинул, и это тоже было не слишком приятно. Ничто, казалось, не помогало. Все
было паршиво, дом был паршивый, там
были какие-то газеты, там было грязно, мне там ничего не нравилось. И вот, я по
очереди становилась каждым живым
существом, которое там было, и ничего не менялось. Наконец, я сказала: "Хорошо,
что еще тут осталось, что я еще не
играла? Я могу стать унитазом, почему бы и нет". И все равно ничего не
изменилось. Я попробовала стать домом. И когда я
стала домом, это был грязный, отвратительный дом, но в нем было одно грязное
окно. И внезапно, когда я была домом, я
поняла, что через это окно проникает солнечный свет. И как этот дом, я могла
греться в лучах солнца, проникающих через
окно. И потом я пролетела сквозь это окно, (это было ночью), как птица. И как
будто была ночь, и было темно, но это было
как вход в свет. И это произошло через позицию дома, неодушевленного объекта. А
ведь до этого я перепробовала все живые
системы. И я прошла через полностью трансформирующий опыт, и потом я никогда не
воспринимала тот болезненный опыт
как прежде.
Джон: Минимальное требование - чтобы вы идентифицировались с каждой живой
системой и затем перешли в метапозицию.
Я не слышал, чтобы вы перешли в мета-позицию, это раз. Во-вторых, я,
конечно, оставил бы себе пути к
отступлению. Чтобы, если бы я сыграл каждую живую систему в этом контексте, и
это ни к чему бы не привело, я бы все
равно знал, что делать - что-нибудь другое. Я только исследую, каков минимум. В
том, что вы сделали есть некоторая
эстетика. И я хочу прокомментировать еще кое-что. Как вы узнали, что получили
то, в чем нуждались? Вы понимаете, что
это - эпистемологический вопрос?
Розали: Я это...
Джон: ...Почувствовала.
Розали: ...Почувствовала.
Джон: Правильно. Теперь, предостережение для организма, переживающего
изменение. Ваши чувства - важная часть
всего, что вы делаете. Не замечать и не использовать их как интегрированную
часть вашего опыта, значит тратить впустую
огромный внутренний ресурс. Вы можете закончить такой диссоциацией, которая
становится все более обычной в
технической культуре, когда люди становятся пустыми, теряют душу. Однако,
кинестетика - не единственная
репрезентативная система. Она может быть ведущей системой, или ведущей в
определенном контексте, но мне кажется
также, что условие корректности - иметь, по крайней мере, три описания и, как
минимум, идентифицироваться с живыми
системами. Классы пониманий, о которых мы говорили утром, горизонтальные
понимания (репрезентации во всех
репрезентативных системах) и вертикальные понимания (связи с контекстом) - также
условия корректности действий в мире.
Джуди: В нашем обществе чувства рассматриваются как непроизвольная
репрезентативная система. Поэтому в нем так
много внимания уделяется кинестетике. В другой культуре, где кинестетика
считается управляемой, люди были бы удивлены
этим. Они были бы очарованы зрительными образами, которые в нашей культуре
основаны на чувствах, потому что в их
культурах непроизвольной считается визуальная система. Так что я предполагаю,
что есть особенности... Помните, что мы
сказали в день первый: генетика устанавливает диапазон, в пределах которого
организм может развиваться. Мы принимаем
это как данность. Особенности фенотипа, то есть, его личная организация,
являются искажением в пределах диапазона,
установленного генетикой. И один из самых мощных источников искажения -
общество. Вот прекрасный пример искажения
в культуре нашей социальной системы: кинестетические репрезентации, чувства,
считаются ненамеренными. Мне кажется,
что если вы хотите использовать диапазон человеческих возможностей в
противоположность "личным альтернативам" или
даже культурным альтернативам, вы можете повторно сбалансировать их так, как мы
здесь предлагаем.
Женщина: Визуально, аудиально...
Джон: Абсолютно, все репрезентации. Все это - ваши союзники, все это - ваши
активы.
Женщина: Я работаю в развивающем детском саду с детьми. И они часто делают
то, что я называю "сдвигами эго" и
изменениями. Часть нашей работы, которая мне действительно сейчас интересна -
исследование того, как общество влияет на
детскую потребность играть разные роли. Мы обнаружили, что в игре дети
используют вещи для такой проекции, о которой
вы говорили, чтобы интегрировать тот опыт, который они должны некоторым способом
репрезентировать или проявлять в
окружении. И некоторые дети предпочитают входить в чувства. Другие действительно
нуждаются в вербальной
интерпретации своих переживаний. И это - реальная проблема. Если мы собираемся
начинать обучать детей в более и более
младшем возрасте, то должны брать на себя ответственность за то, какие
особенности и предубеждения передаем им
относительно интерпретации чувств и организации внутренних состояний.
Джуди: Да. Это, конечно, эволюция. Мы говорили об этом вчера. Мы получаем
технологию, и затем поджидаем мудрость,
чтобы поймать ее в технологию. И затем у нас есть мудрость, она дает вам новое
пространство для создания новой
технологии, и затем мы поджидаем... Это непрерывная эволюция, и вы не знаете,
чего не знаете.
Джон: Однажды ко мне приехал близкий друг... , с дочерью. Тогда ей было
года четыре. Он был впечатлен тем, что я все
время музицировал, даже когда мы сидели и разговаривали... И он сказал: "То, что
ты делаешь, этот твой новый демон
музыки, перкуссии, ритма... , мне это нравится. Это добавляет тебе новое
измерение. Я поражен. И думаю о своем ребенке. Я
первый раз вижу, что ты музицируешь. И я предполагаю, что в каком то смысле ты
бы хотел, чтобы ты начал заниматься
музыкой раньше". И мой друг сказал: "Я хочу, чтобы моя дочь училась музыке,
кажется, это ей подойдет. Моя проблема, вопервых,
образовательная система. Если я отдам ребенка в руки стандартного
учителя музыки, бог знает, что может
случиться. И еще, что мне выбрать? Барабан? Или калимбу (африканский аналог
фортепиано)? Может быть, мне выбрать
какую-то флейту или струнный инструмент? Моя проблема в том, что, если я выберу
что-то одно, это исключит все
остальное... "
Вы сталкиваетесь с широким диапазоном альтернатив. Особенно в
технологическом обществе, где нет разделенной всеми
культуры. В традиционной культуре пути уже проторены, объявлены, и все племя
поощряет детей двигаться по этим разным,
но относительно четким путям. Но в нашем обществе мы переполнены выборами.
Помните книгу Фромма Бегство от
свободы? Так что у моего друга теперь есть проблема. Как взять на себя свою
ответственность родителя: защитить дух этого
ребенка и в то же время предоставить ему некоторые классы обучающего опыта.
Теперь каждый решает сам... Мне кажется,
что худшее решение - вообще ничего не делать. Так ребенок не получит вообще
никакого опыта. Так вы отнимете у
организма глубокий обучающий опыт. Однако, есть кое-что получше, чем просто
действовать наугад. Вы можете, например,
вовлечь ребенка во множество событий так, чтобы ему это показалось просто
случаем. Сделайте так, чтобы пришел дядя
Джон. Вот он сидит и играет на калимбе. Пришла тетя Джуди и танцует. Сделайте
так, чтобы пришел дядя Титос и играл бы
на барабане или Сонни играл бы на трубе.
Джуди: И она выберет.
Джон: ...И вам останется всего лишь читать бессознательные реакции второго
внимания, чтобы обнаружить, каковы
естественные склонности ребенка. Организм сам покажет вам свою склонность. И при
этом вы не сталкиваете ребенка с
необходимостью принимать сознательные решения. Ребенок еще не умеет принимать
такие решения. Но вы вовлекаете
ребенка в широкий диапазон опытов в этой области и читаете его бессознательные
физиологические реакции. И здесь
действительно начинается ваша ответственность. Потому что вы должны найти когото,
кто может научить ребенка, не ранив
при этом его дух. Возможно это - вы. Возможно это - сам ребенок.
И реальная ответственность - сделать следующий шаг, научиться поддерживать
равновесие. Если ребенок в какой-то
момент создал демона для калимбы... Прежде всего, вы превращаете это в честную
игру. Если ребенок решил это делать, как
только он в это вовлекся, я установил бы некоторые стандарты качества. Чтобы он
не мог оставить это, пока не приобретет
каких-то минимальных навыков. Я не собираюсь говорить об этом ребенку, потому
что это значит вызвать бунт на корабле.
Но я буду, конечно, соответственно управлять контекстом, чтобы возникали
непредвиденные обстоятельства, не
позволяющие ему бросить непрерывные занятия, пока не появится какое-то
минимальное качество. А потом я говорю: "Он -
слишком развит в балете" или "Он - слишком развит в игре на калимбе" или на
более высоком логическом уровне "Он -
слишком развит когнитивно, он превратился в книжного червя". "Что я должен
сбалансировать?" И теперь я снова управляю
контекстом, чтобы создать доступ к новым событиям, которые смещены мной
преднамеренно, без сознательного восприятия
со стороны ребенка, и предлагают ему выборы в пределах класса опыта. И это
повторно его сбалансирует.
Женщина: Здесь начинается целостность.
Джон: Да, и один аспект целостности - признать, что вы тоже находитесь в
этой петле, а не за ее пределами. Вы можете
манипулировать контекстом скрыто, но на некотором уровне репрезентации, ребенок
точно знает, что вы делаете. И то, что
он не может этого вербализовать, не имеет никакого отношения к его оценке
ситуации. В конечном счете, отчасти это
похоже на то, как вчера ваша нянька играла роль вашего диспетчера в первой
стадии упражнения. А затем вы заняли эту
функцию, и ваш напарник сдвинул логический уровень в отношениях с вами. Вы -
родитель, взрослый, вы взяли с собой эти
удивительные маленькие организмы, и в то же время учитесь у них. И вы должны
занимать некоторые позиции в личной
организации, дающие ребенку возможность получить последовательный, целостный
опыт. Как только ребенок сможет
справляться с этой функцией сам, вы двигаетесь на один логический уровень вверх.
Последнее очень трудно дается многим людям, особенно в общении с
подростками. Подростки очень и очень хорошо
знают, какую кнопку нужно нажать... , кнопку предыдущего поколения. Мне нравится
некоторая, по крайней мере,
визуальная часть движения панков. Она замечательна. Но больше всего я люблю
наблюдать реакции, которые панки
вызывают у других людей. Каждое поколение говорит: "О, в их возрасте мы такими
не были". Ерунда! Помните Элвиса?
Поколение моих родителей, они действительно сходили по нему с ума, правильно?Обед
Джон: Мы с Джудит Энн чуть не разругались за обедом, обсуждая, что еще нам
нужно сделать, так что я собираюсь
немного ускорить темп. Для этого мне нужна ваша помощь. Мы хотим сделать здесь
еще миллион вещей, прежде чем
успокоимся, и их нужно делать в петле с вами, итак...
Джон: ...Пришло время обратной связи по поводу упражнения.
Женщина: Я замечательно провела время. Обнаружила, что трудности в одном
состоянии демона происходили из-за того,
что первое внимание пыталось делать то, за что отвечали демон и диспетчер...
Джон: Баланс.
Джуди: Очень хорошо.
Джон: На самом деле баланс и заключается в распределении функций.
Женщина: Стратегией, которая сработала для меня в этом упражнении, была
"остановка мира", когда мое зрение
расширилось отсюда сюда, и в этот момент я все поняла.
Джон: Браво. Прекрасное соединение двух техник.
Джуди: Все мы имеем такие моменты в жизни, когда чувствуем себя
компетентными, уверенными, успешными людьми. А
в другие моменты мы опускаем руки и говорим: "Я ничего не могу сделать. Почему я
не могу ничего сделать?" Каждый раз,
когда что-то становится "слишком сложным" или "слишком запутанным", это значит,
что вы действуете слишком
сознательно, слишком из первого внимания. Это хороший индикатор, что здесь не
повредила бы некоторая
перебалансировка. Ведь что при этом происходит? Компоненты не отсортированы, ни
по функциям, ни по логическим
уровням.
Роберт: Вы говорили о не перекрывающихся состояниях демона, и что должен
быть диспетчер, который должен
убедиться, что они не перекрываются.
Джуди: Да, что они уважают контекст.
Роберт: И я подумал об этом в терминах музыки: пение. Я подумал, что есть
одно состояние демона для ритма и другое
состояние демона для мелодии, и еще одно для слов и так далее.
Джуди: Разукрупнение по логическим уровням.
Роберт: Разукрупнение по логическим уровням. И мне показалось, что у меня
был диспетчер, который должен убедиться,
что они не перекрываются, и затем, казалось, над ним должен быть синтезатор,
чтобы я смог петь.
Джуди: ...Где они все сливаются, как партии барабана создают песню.
Роберт: ...Где они все ткут свои отдельные нити. Я имею в виду, что могу
просто создавать ритм, но хочу установить
некоторую синтезирующую часть. Это действительно создает для меня большие
различия, потому что я никогда не думал об
этом прежде. И мне понадобилось сделать много работы, я очистил это, я очистил
этот более высокий уровень и затем
собрал их всех вместе. Так что у меня есть диспетчер, а над ним - синтезатор.
Джуди: И именно в этом смысле, как я сказала ранее, это становится менее
сложным.
Роберт: ...Менее сложным, потому что...
Джон: Хорошо, чтобы петь, вам нужно просто пойти на этот логический
уровень. Если вы хотите теперь потренировать
одну из подпеременных пения, вам нужно пойти глубже. Но вам не придется
справляться сразу с несколькими переменными,
потому что...
Джуди: Все это разные единицы, правильно?
Роберт: Синтезатор я поместил выше диспетчера.
Джон: И если мы поместим здесь синтезатор, который охватывает все это,
тогда ваше первое внимание... Мы используем
метафору, что идентичность "я" - это функция, которая идет вниз в подпетли. Вы
никогда не пройдете мимо этого, когда
поете. И понятие не перекрывающихся демонов все равно учитывается. Ни один демон
внутри этой области действия не
накладывается на другого. Они используются одновременно, одновременно,
параллельно. И вы держите демонов отдельно
еще и в том смысле, что когда поете, не едите. Пример Антонио действительно
параллелен тому, о чем говорит Роберт. У
него был похожий вопрос, и я сказал: "Смотрите, подумайте об этом так. Когда вы
в первый раз начинаете играть в футбол,
вы тренируетесь отдавать пас, тренируетесь бить по воротам, тренируетесь играть
в команде, тренируетесь в спринте,
тренируетесь в беге". Это подкомпоненты. Возможно, Антонио всегда был хорошим
спринтером. Возможно, у него всегда
было хорошее периферийное зрение, он научился этому с детства. Но ему нужно было
больше работать над некоторыми
другими аспектами. Когда он играет в футбол, точно так же, как когда вы поете,
он никогда не спускается до этих
переменных. В некотором смысле, это - признак, что вы можете использовать
технологию НЛП: заякорить состояния A, Б, В,
Г, а потом соединить их. Но с другой стороны, не стоит соединять пение и еду.
Джуди: Гадость какая. (смех)
Джон: Это совсем невкусно.
Джуди: Отвратительно! Это меня просто душит. (стонет)
Джон: Эй, Томас, подтвердилась ли та сплетня, которую вы рассказали мне
вчера вечером?
Томас: Кажется, да. О том...
Джон: ...О том самолете...
Томас: ...Когда Горбачев, Рейган и Маркос летят в одном самолете? Нет, это
конечно не правда, когда Горбачев, Рейган и
Маркос летят в одном самолете, и самолет начинает падать. Они обыскали весь
самолет и нашли только один парашют. И
решили проголосовать, кому его отдать. И вот, все втроем проголосовали, а когда
подсчитали голоса, оказалось пятнадцатьноль
в пользу Маркоса. (смех)
Джуди: Нет, это просто анекдот.
Джон: И это не правда. Итак, есть важный вопрос - когда нужно соединять то,
что мы называем частями или демонами, а
когда вы отделяете их друг от друга. И мне кажется, что если эти нанесены на
карту в этой структуре, такие решения
принимать нетрудно. Я хочу вернуться к проблеме Джорджа и рассортировать ее. Как
сказала Джуди, это звучит как
логиче
...Поділитися у соцмережах
