Жанр: Политика
Бандиты в белых воротничках
...нной
взятки. Как предположили сыщики, указанную сумму глава Фонда российскоэллинского
духовного единства
ждал от фирмы “Марго”, с которой фонд имел весьма запутанные хозяйственные
отношения. О помещениях,
которые занимал фонд и которые он сдавал в субаренду, – разговор особый. Пока же
скажем, что сыщиков
очень заинтересовала находка в столе президента фонда.
А нашли там оперативники 15 заявлений на имя президента России с просьбой о
предоставлении гражданства.
Правда странно? Пишут президенту России – но отдают почему-то не представителям
консульств и органов
внутренних дел, не в Комиссию по гражданству присылают – а некоему президенту
некоего фонда. Позже
контролеры из президентской администрации обнаружили еще 300 таких же –
однотипных – заявлений. В
некоторых было прямо сказано: заявитель надеется на быстрое рассмотрение своего
дела благодаря своему
участию в деятельности трапезниковского фонда. Выяснилось также, что эта гора
заявлений была передана
Трапезникову несколькими увесистыми пачками в течение двух-трех дней. То есть
все они явно из одного
источника.
Почему же люди обращались за помощью именно к г-ну Трапезникову? Неужели они
имели основания на
что-то рассчитывать? Оказывается, имели. Среди пресловутых именных указиков мы
нашли забавный
документ. Указ, которым удовлетворяются ходатайства о предоставлении гражданства
34 жителей ближнего
зарубежья. Из них 21 человек родились и живут в Грузии – точнее, в Абхазии, а
еще один ходатай родился в
Грузии и живет в Греции. Не странно ли, что в условиях многотысячных очередей
этнических россиян за
получением права вновь стать российскими гражданами, таковыми, без всякой
очереди, становились
коренные абхазы и греки?
К разгадке можно приблизиться, заметив любопытное совпадение: большинство
гуманитарных программ
Фонда российско-эллинского (другими словами – русско-греческого) духовного
единства были связаны
именно с Абхазией. И еще раз вспомним, что г-н Трапезников был правой рукой г-на
Микитаева – нашего
главного специалиста по гражданству – в общественной организации, главной целью
которой является
“помощь соотечественникам за рубежом”.
Итак, соотечественникам действительно помогали. Весь вопрос – насколько
бескорыстно? Весной того же
95-го года в Комиссию по правам человека поступили жалобы, где фигурирует одна и
та же сумма – 500
долларов. Авторы писем неудачно попытались получить гражданство без очереди и в
виде исключения.
Основной поток жалоб, видимо, пошел после того, как некое звено из
посреднической цепи выпало, и люди,
отдавшие деньги, оказались без искомого гражданства. Этот период как раз
приходится на время ареста г-на
Трапезникова...
Когда вся эта история всплыла на поверхность (признаюсь, что не без участия
автора этих строк), Микитаеву
пришлось покинуть свое теплое кресло на Старой площади. А вот у Трапезникова
дела шли гораздо лучше.
Возбужденное в его отношении уголовное дело то закрывалось, то открывалось
опять. Но бизнес шел
своим чередом.
ТЕ ЖЕ ПЛЮС ВЕТЕРАНЫ
Вернемся к занимаемым его фондом помещениям. Речь идет о просторных апартаментах
бывшего
Института марксизма-ленинизма, расположенного на улице Вильгельма Пика, 4. В
свое время
Госкомимущество – через арбитражный суд – пыталось расторгнуть с фондом договор
об аренде этих
помещений (видимо, и туда поступали сигналы о том, что помещения активно сдаются
в субаренду –
фирмочкам типа “Марго”). Но не довело свое начинание до логического конца.
В период парламентских выборов 96-го года г-н Микитаев – еще работая в
президентской администрации –
сколотил небольшой предвыборный блок и очень надеялся въехать в новый кабинет –
в Охотном ряду. Но
сперва постоянное местожительства понадобилось его предвыборному штабу,
сформированному на базе
упомянутого Конгресса гражданского согласия.
Собственно, табличка конгресса и прежде висела у входа в бывшие пенаты
марксизма-ленинизма, г-н
Микитаев решил закрепиться на этой территории де-юре – то есть всерьез и
надолго. Потому и написал на
фирменном бланке президентской администрации соответствующее заявление в
Госкомимущество. Однако
к тому времени кресло под г-ном Микитаевым уже шаталось. И чуткий к политической
конъюнктуре
Альфред Кох (в то время заместитель главы ГКИ Сергея Беляева) ответил вежливым
отказом:
“Уважаемый Абдулах Касбулатович!
Рассмотрев Ваше обращение о предоставлении Конгрессу гражданского согласия
России комплекса
зданий по адресу: ул. Вильгельма Пика, д. 4, сообщаю, что в соответствии с
распоряжением
Президента Российской Федерации № 280-рп от 06.06.94 указанный комплекс зданий
предназначен для
размещения Московской федерации профсоюзов и Московского областного совета
профсоюзов.
Кроме того, в данном комплексе размещены Международный фонд российско-эллинского
единства,
Российский институт социальных и национальных проблем, а также Государственная
общественнополитическая
библиотека, центр хранения современной документации, редакция
журнала “Кентавр” и
Государственная архивная служба России.
Учитывая, что указанный комплекс зданий находится под обязательствами и
распоряжением
Президента Российской Федерации, определено его дальнейшее использование,
удовлетворить Вашу
просьбу не представляется возможным”.
Не правда ли, замечательный образец чиновничьего эзоповского языка. Неясно
главное: если это здание
предназначено профсоюзам, то почему в нем сидят совсем другие, в основном
малоизвестные структуры?
Например, трапезниковский фонд?
Оказывается, 29 января 1992 года этому фонду распоряжением федерального
правительства было выделено
в аренду аж 3700 квадратных метров в этом здании. Уже через три недели президент
это распоряжение
отменил. Говорят, по настоянию Станкевича, опасавшегося за сохранность
находящейся там же
колоссальной библиотеки (более трех миллионов томов). Опасался он не напрасно.
Из библиотеки за эти
годы украли около 50 центнеров книг. К этому были причастны и сотрудники фонда.
Впрочем, это уже другая
история.
Как бы то ни было, решение Бориса Ельцина было проигнорировано, и фонд
Трапезникова продолжал
оккупировать 3,7 тысячи квадратных метров, активно сдавая их в субаренду.
Впрочем, не исключено, что
официально субаренда и не оформлялась, но факт, что на территории фонда можно
было обнаружить десятка
полтора самых разных организаций.
Бывший сотрудник президентской администрации Анатолий Мостовой (многие годы
занимавшийся
разоблачением Микитаева, Трапезникова и их команды) подсчитал, что при
минимальной ставке арендной
платы в данном районе – 250 долларов в год за один квадратный метр – за семь лет
фонд вполне мог
заработать 6,5 миллиона долларов. При том, что сам за аренду ежемесячно платил
менее ста долларов
рублями. Зачем государство сделало г-ну Трапезникову такой щедрый подарок – для
всех и по сей день
остается загадкой.
В конце концов арбитражный суд принял решение о выселении фонда. Но тут у него
появились влиятельные
защитники. 15 июля 1998 года в Мингосимущество обратился экс-премьер Виктор
Черномырдин: “Прошу
Вашего содействия согласно закону “О благотворительности и благотворительных
организациях”
передать фонду и его ветеранским организациям в безвозмездное пользование
(раньше-то хоть какую-то
плату просили. – А.М.) помещения по адресу: ул. Вильгельма Пика, дом 4, корп. 2,
3, 5”. О каких
ветеранских организациях говорил Виктор Степанович, что он имел в виду – история
умалчивает. Но
руководитель Мингосимущества его понял.
27 августа и.о. министра Газизуллин отвечал:
“Общественные объединения в перечень указанных организаций (кому можно
безвозмездно передавать
госсобственность. – А.М.) не входят. Однако Международный фонд духовного
единства российских
народов, осуществляя благотворительную деятельность, имеет в своем составе
воскресную школу (еще
один веский аргумент! – А.М.). Мингосимущество России считает возможным
поддержать
предложение о размещении фонда на условиях безвозмездного пользования и
представляет на
рассмотрение проект распоряжения правительства РФ”.
Ларчик открывался просто. Черномырдин и его блок “Наш дом Россия” начали
готовиться к очередным
выборам. А для работы избирательного штаба и его многочисленных помощников и
консультантов нужно
много-много помещений в столице. Желательно бесплатных. Логика нормальная – той
же логикой в свое
время руководствовался и г-н Микитаев. А то обстоятельство, что госказна не
досчитается еще нескольких
миллионов долларов, вряд ли кого-нибудь смущает. Не те люди...
ПОД КРЫШЕЙ ФОНДА СВОЕГО
(Продолжение)
ВНАЧАЛЕ ИСЧЕЗАЮТ ДЕНЬГИ. ПОТОМ – ЛЮДИ
Считается, что пик активности фондостроителей – и связанных с их деятельностью
разборок и уголовных
процессов – пришелся на середину 90-х. В последнее время, говорят эксперты,
данный вид бизнеса
находится под особым присмотром компетентных органов, перестал быть таким
льготным, как прежде, – и,
соответственно, привлекательным для всевозможных “крыш”. А значит, эта страница
в новейшей истории
российской преступности окончательно закрыта.
Но криминальная хроника свидетельствует, что слухи о кончине махинаторов от
благотворительности
несколько преувеличены. Возьмем навскидку лишь несколько месяцев 1997–1998 годов
– и обнаружим,
что “инвалидный” бизнес идет своим чередом.
Октябрь 1997-го. Помощник председателя Международного общества глухих 32-летний
Левони Джикия
проводил вечер в кругу друзей в клубе глухонемых на Новопесчаной улице столицы.
Около полуночи, когда
г-н Джикия собирался уезжать, к нему на улице подошел неизвестный и после
короткого разговора трижды
выстрелил – практически в упор. Пули попали в плечо и в грудь. Преступник
скрылся. Друзья попытались
доставить раненого бизнесмена в Институт Склифосовского, но по дороге их
задержала милиция, которой
показалась подозрительной “БМВ-520”, с огромной скоростью несущаяся по Садовому
кольцу (любопытно,
что сами члены Международного общества глухонемых к стражам порядка в связи с
инцидентом не
обращались). Милиционеры вызвали “Скорую” – однако Левони скончался до приезда
врачей. Кстати, этот
человек был довольно известным в криминальных кругах – под кличкой Лео.
После этого убийства криминологи вспомнили, что в 1995–96 годах от пуль бандитов
погибли председатель
Московского правления ВОГ (Всероссийского общества глухонемых) Владимир Орлов,
председатель
Московского общества глухих Игорь Абрамов, вице-президент сотрудничавшей с ВОГ
фирмы “Открытый
мир” Магомед Мусаев, бывший председатель правления ВОГ Валерий Кораблинов.
“Глухонемой” бизнес
строился в основном на таможенных льготах. За время существования льгот через
ВОГ и связанные с ним
коммерческие структуры было пропущено товаров как минимум на 180 млн.
долларов...
Ноябрь 1997-го. В Санкт-Петербурге разразился скандал в связи с сообщением об
итогах проверки
сотрудниками Контрольно-ревизионного управления Минфина деятельности фонда
“Санкт-Петербург-2004”.
Как следует из названия, фонд был создан для сбора средств на организацию
Олимпиады-2004 в городе на
Неве. Правда, очень скоро стало известно, что Олимпийские игры пройдут в Афинах,
а вовсе не в северной
столице России. Однако начались другие игры – с собранными деньгами. Тем более
что “саккумулировать”
удалось немало – 74 миллиарда рублей и еще полмиллиона долларов. Скидывались
все: распорядители
бюджета, частные спонсоры, банки.
Не дожидаясь решения Международного олимпийского комитета о месте проведения
будущих игр,
фондостроители истратили 9,5 миллиарда – почти 15 процентов от собранной суммы.
Из них 5 миллиардов
якобы ушло только на издание так называемой “Заявочной книги”, которую должен
был представить каждый
город-кандидат, 2 миллиона долларов – на оказание неких “консультационных услуг”
со стороны некой
швейцарской фирмы, и так далее. В итоге фонд был распущен, а материалы проверки
переданы в питерское
ГУВД.
Февраль 1998-го. Во всероссийский розыск объявлен соучредитель Фонда
президентских программ (еще
один президентский фонд!) Владимир Сеземов. Как и фонд “Россияне”, эта
общественная организация была
учреждена по указу Бориса Ельцина. Г-н Сеземов, начинавший свой бизнес в
подмосковной Коломне, в
середине 90-х стал представителем упомянутого фонда на Мальте. Купив там
оффшорную компанию
“Palmentet Real Escape Ink.”, предприниматель с помощью этой структуры стал
активно переводить деньги
фонда и своих собственных фирм за границу, а потом и сам окончательно покинул
родину.
Как раз в то время, когда его бизнесом заинтересовалась налоговая полиция.
Налоговики выяснили, что г-н
Сеземов задолжал бюджету более миллиарда рублей. В итоге против соучредителя
президентского фонда
было возбуждено уголовное дело сразу по трем статьям: неуплата налогов,
мошенничество и незаконная
банковская деятельность. К поискам мальтийского беглеца подключился Интерпол.
Май 1998-го. Подобно г-ну Сеземову, в неизвестном направлении отбыл глава
Приморского
продовольственного благотворительного фонда (Владивосток) Игорь Чернозатонский.
Эта организация была
создана, как говорилось в уставных документах, с исключительно благими целями –
для помощи
малоимущим. Правда, основным занятием благотворителей стало привлечение вкладов
населения. Свои
сбережения вложили туда – дабы приумножить – десятки тысяч приморцев.
Десятки миллиардов рублей исчезли вместе с руководством фонда. Только после
этого люди поняли, что
под красивой вывеской спряталась обычная финансовая пирамида типа “МММ”. Краевая
прокуратура начала
расследование этой истории. Но то ли среди прокуроров обманутых вкладчиков не
оказалось, то ли им
хозяева фонда предусмотрительно компенсировали убытки – в общем, дело
практически не расследовалось.
Депутаты Думы Приморского края были вынуждены обратиться в Генпрокуратуру с
призывом взять это
дело под свой собственный контроль...
Обратите внимание: везде, где возникают криминальные скандалы в связи с
деятельностью
фондостроителей, фигурируют умопомрачительные суммы – миллиарды и миллиарды
рублей. То есть
миллионы долларов. Таких денег лишается государство, сплошь и рядом закрывающее
глаза на откровенное
воровство под видом благотворительности. С помощью таких денег вполне можно было
бы помочь всем
нашим сирым и убогим, однако... Однако сама технология расходования средств из
государственной казны
такова, что не предполагает их использования по прямому назначению. Впрочем, об
этом парадоксе мы еще
поговорим.
СОЦСТРАХ НА КОММЕРЧЕСКИХ РЕЛЬСАХ
Когда воруют благотворительные взносы и транжирят накопленную на льготах прибыль
хозяева частных
фондов – это еще можно как-то понять и объяснить. В конце концов, это проблема
тех, кто этим фондам
доверил свои средства. Иное дело – фонды государственные. В которые каждый
работающий россиянин
обязан отстегивать часть своей зарплаты – и которые, в свою очередь, обязаны
помогать малоимущим.
Казалось бы, уж здесь воровства быть не может – потому что не может быть
никогда. Отнюдь. И в этих,
казалось бы, казенных учреждениях руководители ведут себя как хозяева – нет, не
как рачительные хозяева,
но как конкистадоры, добравшиеся до сокровищ аборигенов...
Управление по борьбе с экономическими преступлениями (УЭП) ГУВД Москвы
столкнулось с весьма
необычной структурой, почему-то именуемой “холдингом”. Сотрудничество с этой
организацией было
заведомо убыточным, многие ее кредиторы оказались на грани банкротства. Однако
ни в суд, ни в милицию
никто не обращался. Более того, количество клиентов холдинга постоянно росло.
Причем в их числе
оказались солидные ведомства и крупные банки.
Ничего противозаконного в том, как работали со своими клиентами строительное ТОО
“БалчугДевелопмент”
и банк “Балчуг” (входящие в одноименный холдинг), на первый взгляд
не было. Банки и
предприятия, у которых появлялись “свободные” накопления, оформляли с ТОО самые
обычные договоры
на строительные или ремонтные работы. Рассчитывались предоплатой, через банк
“Балчуг”, в виде кредитов
под залог будущего строительства.
Но оказалось, что экскаваторы и подъемные краны работали только на бумаге.
Дальше нулевого цикла ни
одно из указанных в договорах зданий не поднималось. Однако “неудачливые”
кредиторы обманутыми себя
вовсе не считали и отношений с холдингом не прерывали.
Одним из самых щедрых его клиентов стал Фонд социального страхования России –
видимо, у него было
слишком много “свободных” средств. Все предприятия обязаны отчислять из своего
фонда заработной
платы 5,4 процента в ФССР. Эти деньги должны расходоваться на оплату больничных
листов, декретных
отпусков, помощь жертвам катастроф. Но выходит, слишком мало у нас в стране
больных, слишком мало
погорельцев.
Только в 1994–1995 годах руководимый Юрием Шатыренко ФССР перекачал в “БалчугДевелопмент”
в
виде ссуд и кредитов около 107 млрд. рублей. Деньги, которые, по идее, должны
направляться на
внутреннюю гуманитарную помощь, активно вкладывались в капитальное
строительство. А также ремонт
квартир якобы для малообеспеченных семей. Но почему-то квартиры подбирались
такой площади и в таких
местах, что были не по карману даже очень богатым людям.
Фактически это были те же многомиллиардные кредиты и ссуды, что давали “Балчугу”
банки, но –
замаскированные под программу по улучшению жилищных условий. Например, целых 7
млрд. рублей было
уплачено за ремонт и передачу на баланс фонда всего восьми квартир на Страстном
бульваре. Деньги
“испарились”, рабочие в указанные в договорах здания так и не пришли. То же
самое произошло с ремонтом
офиса, на который перечислили 11 млн. долларов.
В аналогичных комбинациях в 1992–1995 годах приняли участие 11 банков.
Соответствующими их статусу
были и капиталовложения. По самым скромным подсчетам, “Балчуг” собрал у своих
клиентов в общей
сложности около 60 млн. долларов.
Самый щедрый “взнос” – 42 млн. долларов – сделали новые хозяева Братского
алюминиевого завода – после
денежной приватизации БрАЗ, как и другие производители “крылатого металла”,
считается одной из “вотчин”
небезызвестных братьев Черных.
И что самое любопытное, все эти вливания никак не отразились на финансовом
состоянии ТОО “БалчугДевелопмент”
и банка “Балчуг”. Обе организации к концу 1996 года...
обанкротились.
Для чего же строились все эти воздушные замки и куда все-таки исчезли изъятые из
касс предприятий и
банков миллиарды? Ответ на второй вопрос был неоригинален. Как минимум 31 млн.
долларов по всем
правилам валютных операций был переведен в зарубежные оффшорные зоны (в основном
на Кипр).
Переводы оформлялись как проплата по договорам на приобретение за рубежом
продовольствия и
ширпотреба. Надо ли говорить, что ни того, ни другого в большинстве случаев
“Балчуг” не дождался.
Правда, для проформы некоторые договоры были частично исполнены, но общая сумма
импортированного
товара не превышает 90 тыс. долларов.
Характерно, что “Балчуг” никаких мер для розыска и возврата “уплывших” капиталов
не предпринимал.
Абсурд? Напротив. Столичные сыщики выяснили, что это была тонкая и хорошо
продуманная игра.
Наши комбинаторы изобрели оригинальную схему, позволявшую без проволочек и на
вполне законных
основаниях перевести деньги клиентов за границу, преобразовать их в валютные
счета, а при желании и
обналичить. Проще говоря, чиновник или банкир, заключая договор на
строительство, в реальности заключал
негласный договор на валютную обналичку капиталов своего учреждения за рубежом.
За эти услуги, по
оперативным данным, взимались “комиссионные”:
“Балчуг-Девелопмент” имел с этих операций 10 процентов, а холдингу отходили еще
12.
Немудрено, что внешне убыточные операции на благосостоянии руководства холдинга
никак не отразились.
Следователи получили информацию от зарубежных коллег об активной закупке
недвижимости в Чехии и
Бельгии. Стало известно и о строительстве под Москвой (в частности, в
Нарофоминском районе) пяти
элитных поселков с ультрасовременными коттеджами. Все они оформлялись на
знакомых гендиректора ТОО
“Балчуг-Девелопмент” г-на Романова (оказавшегося в итоге под следствием), а
потом потихоньку
переходили в собственность больших и нужных людей.
Однако вся эта недвижимость, конфискованные кредитные карточки с немалыми
валютными средствами и
иномарки, по предположению следствия, являлись лишь побочным продуктом
глобальной операции холдинга
по изъятию из денежного обращения страны нескольких сотен миллиардов рублей.
Столичным борцам с экономическими преступлениями совместно со следственным
комитетом ГУВД
Москвы удалось эту грандиозную аферу распутать и добиться ареста г-на Романова и
главы Фонда
социального страхования г-на Шатыренко.
Кстати, последний привлек внимание спецслужб прежде всего своей склонностью к
роскоши и мотовству.
Имея скромную зарплату чиновника, он, по оперативным данным, только на
празднование своего 50-летия в
элитном поселке “Голубая речка” (один из тех, что возвел г-н Романов) потратил
50 тысяч долларов.
Если верить информации, собранной сотрудниками УЭПа, распорядитель российского
соцстраха – владелец
2,5 га земли в самых престижных местах Подмосковья, нескольких коттеджей в
Нарофоминском районе,
дома в Барвихе – а ко всему этому пяти многокомнатных квартир в Москве и
роскошного “Крайслера”.
Только на одной из многочисленных квартир г-на Шатыренко правоохранители при
обыске обнаружили 24
тысячи долларов наличными и аудиоаппаратуру примерно на такую же сумму.
Дело потихоньку двигалось к обвинительному заключению. И все было бы хорошо,
если бы не вмешались
судьи, которые решили продемонстрировать свою независимость.
Об этом инциденте я узнал почти случайно. Мне как-то довелось просматривать в
канцелярии Тверского суда
папочку, где были отмечены все случаи отпуска подследственных под залог. Сразу
бросалось в глаза, что
статьи УК, по которым проходили 70 счастливчиков, в первом полугодии 1997 года
покинувших стены
Бутырки до приговора, одни и те же. Это, как правило, мелкие хулиганы и
наркоманы, задержанные с
небольшой дозой наркотиков.
Из общего списка выделялись четыре уголовных дела, возбужденных по статьям о
крупных хищениях.
Каково же было мое удивление, когда я обнаружил, что двое из этой четверки
счастливчиков – те самые
комбинаторы, которых так долго пытались изобличить московские сыщики. Выложив за
свою свободу
соответственно 110 и 200 млн. рублей (рекорд 1997 года), из узилища вышли
гендиректор ТОО “БалчугДевелопмент”
Вячеслав Романов и бывший глава Фонда социального страхования
России Юрий Шатыренко.
Между прочим, правоохранители тех стран, где осели деньги российского соцстраха,
отпуская до суда
грабителя или мошенника, берут такой залог, чтобы в случае бегства этого
человека был бы адекватно
возмещен причиненный им ущерб. У нас все наоборот: разве можно сопоставить 110миллиардное
хищение
с 200-миллионным залогом?
Как бы там ни было, Юрия Шатыренко отпустили. В связи с плохим самочувствием:
адвокаты раздобыли
справку о том, что десять лет назад у него обнаружили злокачественную опухоль и
удалили почку. В день,
когда выпускали Шатыренко, к дому правосудия подкатила карета “Скорой помощи”:
прямо из суда его
отвезли в ЦКБ. Но уже через два дня “тяжелого” больного выписали. За нарушение
режима. Как сообщил
следователю ГУВД Москвы главврач Николаев, в десять вечера “пациент самовольно
покинул территорию
больницы... не ночевал... вернулся утром в состоянии алкогольного опьянения”. В
ту теплую апрельскую
ночь “больной” бурно отмечал свое освобождение...
Кстати, решение об изменении меры пресечения экс-шефу Фонда соцстраха принимала
сама председатель
суда Ольга Сергеева. Возможно, рядовые служители Фемиды брать на себя такую
ответственность
отказались.
Надо ли говорить, что после выхода на волю наших комбинаторов расследование их
авантюр сильно
затормозилось.
Между тем компетентные органы выяснили, что махинация с “Балчугом” – не первая и
не последняя афера в
тот период, когда российским соцстрахом руководил Юрий Шатыренко.
Сорока одного миллиарда рублей ФССР лишился благодаря сотрудничеству с неким
АОЗТ “Бразкомпани”.
Деньги были перечислены на поставку продовольственных наборов для нуждающихся
ветеранов Великой
Отечественной войны. Надо ли говорить, что вожделенные наборы так и не попали в
холодильники наших
дедушек. “Бразкомпани” отработала свои обязательства лишь на четверть. Глава
фирмы, бывший советский
гражданин Медведковский (он уехал на ПМЖ “в страну диких обезьян”, но там у него
бизнес не сложился,
оказавшись в долгах как в шелках, он вернулся на родину), аналогичным образом
“кинул” и крупный банк, и
милицию, и несколько коммерческих фирм. Но финансисты МВД свои деньги все-таки
вызволили, а глава
ФССР г-н Шатыренко даже и не пытался – как и в случае с “Балчугом” – качать
права. Об этой авантюре
стало известно лишь при новом руководстве фонда.
Но и это не все. 269 миллиардов рублей Фонд соцстраха потерял на операциях с
фондом “Реформа” – точнее,
с одноименным банком, учрежденным как бы при фонде. “Реформу” возглавляли весьма
известные люди –
председателем был академик Станислав Шаталин, а генеральным директором – экскандидат
в президенты
России Мартин Шаккум.
Хотя для Юрия Шатыренко, если судить по другим финансовым махинациям в тот
период, когда он стоял у
руля российского соцстраха, – громкие имена вряд ли имели какое-то значение. Он
действовал, как
говорится, невзирая на лица. В данном случае – Фонд соцстраха зачем-то покупал у
банка “Реформа” его
ничем не обеспеченные векселя. Причем всего-навсего под один процент годовых. Но
и при таких условиях
они в срок не погашались – а фонд, вместо того чтобы судиться, покупал все новые
и новые. Какую выгоду
от этого имело малоимущее население страны, которому предназначались деньги
фонда, – сказать трудно.
Ладно бы они вкладывались в реформы – так ведь не в реформы, а в “Реформу”. Но
вот то, что для г-на
Шатыренко его труд принес определенные плоды, уже очевидно. Как только его со
скандалом удалили из
ФССР, он, не долго думая, пошел работать в фонд Шаталина – Шаккума. Так
приватизаторы из
...Закладка в соц.сетях
