Жанр: Философия
Новейший философский словарь: 3-е изд
...с" и
"О разуме". Согласно Аристотелю, Л. стремился сблизить и примирить утверждения
элеатов о невозможности движения материальных тел с чувственным опытом. Допускал
существование небытия, т.е. пустоты. Атомизм Л. был настолько созвучен учению
Демокрита, что уже в античности их взгляды излагались в общем сочинении. Л.
полагал, что множества атомов порождают вихри и затем - миры. Более крупные
атомы собираются в середине космоса и формируют плоскую землю. Этот процесс -
равно как и образование небесных светил из воспламенившихся атомов - закономерен
и необходим.
А.А. Грицанов
ЛЕГО (лат. lego - собирать, конструировать) - игровой феномен (а именно - тип
детского конструктора), выражающий переориентацию современной культуры с
презумпции конструирования как воспроизведения канона на презумпцию
конструирования как свободного варьирования предметности. Для западной культуры
классического типа было характерно понимание игры как ролевой или как игры по
правилам (см. Игра), а детского конструктора - как средства обучения канону
(конструкторы типа Меккано, мозаики-паззлы, наборы технических модулей и т.п.),
- в данном случае складывание картинки из кубиков, несущих ее фрагменты на своих
плоскостях, или моделирование из технических деталей изображенных на схемеинструкции
автомобиля или аэроплана, семантически являются деятельностью по
алгоритму, а сам процесс конструирования гештальтно воспроизводит классическое
понимание ремесленного производства как процесса воплощения в материале образца,
аналогичного абсолютному образцу - идее, эйдосу предмета - в классическом
платонизме (см. Гилеморфизм, Эйдос, Платон). В отличие от этого, современная
культура характеризуется видением производства как квазидеятельности по созданию
гиперреальности (см. Симуляция, Гиперреальность): постмодерн ориентирован не на
произведение в традиционном его понимании, а на конструкцию как свободное и
подвижное соединение разнородных элементов в единое целое, причем в
принципиально произвольном порядке (см. Конструкция, Интертекстуальность), -
символом культуры постмодерна становится коллаж, понятый в предельно широком
значении этого термина (см. Коллаж). В свою очередь, акценты в восприятии
феномена игры современная культура расставляет таким образом, что на передний
план выдвигается не игра по правилам (game), но свободная игра-play, правила
которой конституируются в процессе разворачивания последней. Соответственно
этому, конструирование как феномен детской игры осмысливается современной
культурой как свободное моделирование предметности - вне нормативных канонов и
жестких правил: free style как базовый стиль Л. не только позволяет, но и
предполагает произвольное варьирование элементов, исключая инструкцию как
таковую, - последняя обретает специфический статус инициирующего призыва к
вольному фантазированию, предлагая картинки слонов с открывающимися в боку
дверцами или человечков с растущими на головах цветущими кустами, которые
воспринимаются не как образцы для подражания, но именно как констатация отмены
канона и разрешение свободного творчества. Конструкции, составленные ребенком,
каждый раз получаются разными, хотя создаются из одних и тех же блоков, - данная
фигура гештальтно изоморфна такой фигуре постмодернистского философствования,
как интерпретация смыслогенеза, предполагающая безгранично релятивные варианты
семантико-аксиологической центрации текста (как вербального, так и
невербального) в условиях отказа от идеи референции: смысл конституируется не в
процессе понимания (см. Понимание, Герменевтика), но в процессе его
конструирования (см. Означивание, Деконструкция, Пустой знак,
Интертекстуальность). Вместе с тем, наряду с базовым free style, Л. предлагает и
тематические серии (мир средневекового рыцарства, мир вестерна, мир пиратов,
первобытный мир туземцев, мир современного города, космические миры и многие
другие), что в сочетании с презумпцией free style предполагает возможность
конструирования как конституирования новых миров (см. Возможные миры) хаос
деталей, исходно принадлежащих к различным и, более того, разнородным сериям,
может быть организован в семантически принципиально новое игровое пространство,
организованное по правилам, принимаемым в режиме ad-hoc гипотезы и не
являющимися каноническими, ибо с тем же успехом игровому пространству могут быть
заданы и совершенно иные правила и характеристики (по принципу, аналогичному
античному принципу исономии: не более так, чем иначе - см. Античная философия).
В этом отношении Л. моделирует творчество не только как продуктивную
деятельность без алгоритма, но и более фундаментально - как конституирование из
хаоса все новых и новых вариантов космического устройства игрового пространства:
мировое древо каждый раз вырастает заново, задавая принципиально новые версии
мироустройства (см. Космос, Хаос). Ребенок обучается не канону, но, напротив,
презумпции относительности последнего и способам вариативного конституирования
различных канонов. В этом отношении Л. как феномен современной культуры выражает
такие фундаментальные презумпции постмодерна, как презумпция "заката
метанарраций" (см. Закат метанарраций) и презумпция принципиальной плюральности
картины мира (см. Постмодернистская чувствительность), и может быть рассмотрен
как вызванная постмодернистским поворотом современной культуры трансформация
процесса социализации (см. Социализация).
В.А. Можейко
ЛЕ ГОФФ (Le Goff) Жак (р. в 1924) - французский историк-мидиевист, со второй
половины 1980-х - глава школы "Анналов". Основные сочинения: "Купцы и банкиры
средневековья" (1956), "Средневековые интеллектуалы" (1957), "Цивилизация
средневекового Запада" (1965), "За новое изучение средневековья" (1977),
"Рождение чистилища" (1981), "Средневековый мир воображения" (1985), "История и
память" (1986), "Кошелек и жизнь: экономика и религия в средневековье" (1986),
"Аппетит к истории" (1987), "Человек Средневековья" (коллективный труд, под ред.
Л., 1987) и др. Профессор Школы высших исследований в области социальных наук
(Париж), ее президент (1972-1977, третий после Февра и Броделя). Член
редакционной коллегии "Анналов" (с 1969). Разделяя базовые эпистемологические
ценности школы "Анналов", Л. в своем творчестве уделил особое внимание изучению
истории ментальностей. По Л., ментальности - это не четко сформулированные и не
вполне (иногда совсем не) осознаваемые стереотипные процедуры мышления, а также
лишенные логики умственные образы, которые присущи конкретной эпохе или
определенной социальной группе. Ментальности как способы ориентации в социальном
и природном мире выступают своебычными автоматизмами. Согласно Л., данные
совокупности шаблонов и ценностей, как правило, не артикулируются проводниками
официальной морали и идеологии - они имплицитно обусловливают поведение людей,
не будучи конституированы в системный нравственный или мировоззренческий кодекс.
(Культура тем самым трактуется Л. не как система духовных достижений
индивидуального творчества, а как способ духовного существования людей, как
система мировосприятия и совокупность картин мира, явно или латентно
присутствующие в сознании индивидов и продуцирующие программы и модели поведения
последних.) С точки зрения Л., эти традиционно консервативные и (по сути своей)
внеличные установки сознания имеют тем более принудительный характер, поскольку
не осознаются индивидами. Реконструкция эволюции ментальностей являет собой в
таком контексте историю различных "замедлений в истории". Социальная история
идей в ракурсе схемы Л. - высокопротиворечивый процесс: с одной стороны, будучи
выработаны интеллектуальной элитой, они, внедряясь в массы и взаимодействуя с
ментальными установками среды, существенно трансформируются - иногда до
неузнаваемости. С другой стороны, по наблюдениям Л., культурные традиции народа
и фольклорное творчество в исторической ретроспективе блокируются "ученой
культурой" и письменной традицией, что существенно осложняет процедуры
адекватной реконструкции народной культуры ушедших эпох. В целом, по схеме Л.,
историческая реальность "представляет собой единство материальных условий и мира
воображения, в которых живут члены всякого общества: земля и небо, лес, поляна,
сухопутные и морские дороги, множественность социальных времен, грезы о конце
света и о потустороннем существовании...". Концепция тотальной истории в
качестве собственного предметного поля должна, с точки зрения Л., включать в
себя "не только то, что другие традиции мысли именуют культурой и цивилизацией",
она подразумевает также изучение "материальной культуры - техники, экономики,
повседневной жизни... равно как и интеллектуальной и художественной культуры, не
устанавливая между ними ни отношений детерминизма, ни даже иерархии". В
особенности важно,- утверждает Л. - избегать понятий "базиса" и "надстройки",
которые "насилуют постижение исторических структур и их взаимодействие".
Отказывая моделям жесткого экономического детерминизма в праве на истинность, Л.
выражает явное предпочтение полифакторным подходам исторического объяснения,
преодолевая пагубный волюнтаристский потенциал человекоцентрированных
методологических схем: "Я неизменно предпочитал человеческие существа
абстракциям, но историк не в состоянии их понять иначе, чем в недрах
исторических систем, в которых они жили. Вся история заключается в этом
взаимодействии структур с людьми во времени". Так, в частности, Л. осуществляет
анализ эволюции феномена социального времени в средние века. Эмоционально
подавляющий человека догмат о Вечности вкупе с доминированием естественноприродных
ритмов сельскохозяйственной деятельности продуцировали безразличие
средневековых людей ко времени повседневности. Диктуя все основные ритмы
последнего (включая санкционирование периодов для сексуальных контактов между
индивидами), церковь использовала контроль над времясчислением в качестве
инструмента социального контроля. В этом же контексте осуществлялось осуждение
ростовщичества как сферы извлечения дохода: полагание времени достоянием Бога не
допускало таких деяний. Тем самым монополия на времясчисление обусловливала
возможность контроля как производственной, так и семейной жизни верующих.
Напротив, ереси, проповедовавшие скорое второе пришествие Иисуса Христа, по Л.,
"торопили время", "вырывая" его у церкви, и таким образом выступали
разновидностью социальной борьбы в обществе. Неудивительно поэтому, согласно Л.,
что обитатели городов, купцы и предприниматели в качестве одного из ведущих
репертуаров пафосного провозглашения собственной автономии считали легитимацию
собственного времени в противовес времени церкви: башенные механические часы на
рубеже 13-14 вв. стали атрибутами городов Европы. Историческая концепция Л. не
только сыграла заметную роль в модернизации "Анналов" Школы в конце 20 ст., но и
(наряду с более "экономически мотивированной" моделью понимания и реконструкции
истории, принадлежащей Броделю) выступила удачной альтернативой одномерным
объяснениям истории ортодоксального марксистского толка.
А.А. Грицанов
ЛЕЙБНИЦ (Leibniz) Готфрид Вильгельм (1646- 1716) - немецкий философ, математик,
физик, юрист, историк, языковед. Основные философские сочинения: "Рассуждения о
метафизике" (1685), "Новая система природы" (1695), "Новые опыты о человеческом
разуме" (1704), "Теодицея" (1710), "Монадология" (1714). Л. завершает развитие
рационалистически ориентированной философии 17 в. Отстаивая собственную позицию
в споре об источниках познания (полемика рационалистов и эмпиристов), о
категории субстанции (монизм Спинозы или дуализм Декарта), Л. предлагает
оригинальную, синтетическую философскую систему. Утверждая суверенитет
метафизики по отношению к теологии и математике (их различают метод и предмет),
Л. тем не менее требует от суждений философов строгости и обоснованности научных
выводов естествознания. Принято выделять две составляющие программы Л.:
рационалистический метод и учение о Боге и субстанции. Если Декарт формулирует
основное положение рационалистического метода - возможность установить ясные,
несомненные, интуитивные утверждения, то Л. исследует их логическую природу.
Первичные истины выражают аналитические суждения, в которых предикат раскрывает
признаки, уже заключенные в понятии субъекта. Иначе, они отвечают требованиям
законов логики: закон тождества, закон противоречия, закон исключенного
третьего. В качестве априорных принципов метода Л. выдвигает положения о
непротиворечивости всякого возможного бытия и о возможности бесчисленного
множества непротиворечивых миров. Возможное - это то, что логически
непротиворечиво, тождественно-истинные утверждения; это область вечных истин или
истин разума, логических сущностей; возможное противополагается действительному,
случайному в сфере индивидуального чувственного опыта. Л., однако, критикует
окказионализм Мальбранша. По Л., закон достаточного основания (согласно которому
существование и изменение всякой вещи, истинность или ложность утверждения могут
иметь место только на определенном основании), а также принцип каузальности в
естествознании и принцип предустановленной гармонии в онтологии позволяют
сделать опыт источником необходимых положений - законов (так как случайное,
фактическое с точки зрения относительной истины, логически необходимо с точки
зрения абсолютной - "бесконечного интеллекта", гносеологического и
онтологического основания). Два других методологических постулата утверждают,
что существование данного мира имеет достаточное основание и таковым выступает
оптимальность, полнота, совершенство его устройства. Сущность мира исчерпывается
принципом предустановленной гармонии - в нем нет случайных элементов и
присутствует всеобщая их взаимосвязь и согласованность. Иначе, предустановленная
гармония обозначает соответствие истин разума истинам факта. Совершенство,
разумность выражаются в ряде законов, которым подчиняется мир и познание. Л.
утверждает всеобщий характер различения и принцип тождественности неразличимых,
принцип дискретности и непрерывности, принцип минимума и максимума.
Субстанциальное единство мира на уровне истин разума, т.е. порядок и полнота
иерархии идеального мира, обозначается категорией Бога. В понимании Л., Бог -
актуальная бесконечность человеческого духа, полная реализация чистого познания,
которое не осуществимо для индивида. Учением, дополняющим положения метафизики
божественного, выступает монадология - плюралистическая онтологическая
концепция, описывающая разнообразие действительного мира. Монады - простые,
неделимые, непространственные субстанции. Они выступают в качестве исходного
начала всего сущего; обладают способностью беспрерывного действия. Они не могут
изменяться, вступая во взаимодействие, но имеют внутренний импульс к действию,
подобно живым организмам. Единство и согласованность монад обеспечены
предустановленной гармонией. Монады проявляют себя в перцепции - смене
восприятий - и аппетиции - стремлении монады к новым восприятиям. Л. различает
три вида монад: простые, отличающиеся смутными представлениями; души, обладающие
ощущением и сложными представлениями; духи или разумные существа. Бог -
творческая монада, обладающая свойством актуального абсолютного мышления.
Материя - сложная субстанция, в основе которой лежит простая - монада, поэтому
Л. относит материю к миру явлений. Мыслитель различает первую и вторую материи.
Одна характеризуется простыми качествами - протяженность, непроницаемость,
масса, другая - обладает силой, производной от первичной силы простой
субстанции. Л. отрицает абсолютный характер пространства и времени, а
следовательно, и пустое пространство. Они являются атрибутами мира явлений. Л.
настаивает на различении монадологии и атомизма. Прототипом монады выступает
биологическая клетка, а не точка геометрического пространства. В контексте
принципиального для 17 в. противостояния эмпиризма и рационализма Л. полагает,
что врожденные идеи и принципы могут существовать и существуют в потенциальном,
неосознанном виде (врождены привычки, "природная логика", способности и
склонности, "преформация"). Внешнее воздействие на душу - монаду инспирирует
выявление изначальных потенций разума. Далее, к аргументам против концепции
"пустого" сознания - tabula rasa Л. добавляет факты рефлексии (некоторые
продукты деятельности разума могут существовать независимо от чувственности),
подвижности внимания и существования психически бессознательного в виде
бесконечно малых перцепций. Излагая свой взгляд на проблему первичных качеств
(простых идей), Л. утверждает, что идеи первичных качеств формируются в нашем
сознании при непрерывном участии деятельности разума, тогда как в рефлексии,
наоборот, процесс образования простых идей не обходится без соучастия
чувственности. Л. затрагивает роль языка в познании. Толкуя его как один из
главных инструментов мышления, он полагает, что развитие языка не происходило
исключительно дедуктивно, - сначала возникли слова-универсалии, а затем слова,
имеющие частные значения, - но и индуктивно, то есть в обратном направлении. В
теории науки Л. указывает на ошибочность отрицания роли аксиоматик в ней. Он
отстаивает значимость соблюдения законов формальной логики в естественно-научном
исследовании. Истину Л. понимал как соответствие между идеями и как соответствие
простых идей адекватно воспринимаемым фактам. Он ввел различение истин на истины
разума и истины факта: первые отличает необходимость, вторые - случайность. Как
следствие, Л. первым обратил внимание на необходимость разработки теории
вероятностей и теории игр, комбинаторику. Значительны достижения Л. и в логике.
Он стремился синтезировать логику и математику в единую дисциплину, реализуя две
идеи. Во-первых, идею истолкования мышления как оперирования знаками, которое
должно приобрести вид исчисления - точного описания элементов мышления,
позволяющее сконструировать упорядоченную его аксиоматику. Во-вторых, идею
всестороннего применения логических исчислений. Л. является автором современной
формулировки закона тождества, закона достаточного основания, оригинальной
логической символики. Введенные Л. философские постулаты: а) непрерывность
разнообразных форм и состояний мира ввиду его завершенности и его завершенности
ввиду его непрерывности; б) существование универсума в виде неразрывной
лестницы, благодаря чему все живые существа призваны постоянно
трансформироваться из одной формы в другую; в) существование предустановленной
гармонии, позволяющей всем фрагментам сущего вступать между собой в телесные и
внетелесные гармонии, резонансы, лады, а также обретать единые тональности -
сыграли значимую роль в эволюции западноевропейского интеллектуализма.
Распространению идей Л. в Германии способствовал его ученик Вольф. Многие идеи
были восприняты немецкой трансцендентально-критической философией и
персонализмом, а также оказали существенное содержательное влияние на
формирование философской парадигмы современного постмодернизма. (См. также
Монада, Складка.)
М.В. Подручный
ЛЕНИН (Ульянов) Владимир Ильич (1870-1924) - теоретик большевизма, создатель
большевистской партии и организатор Октябрьского большевистского (1917)
переворота в России. Юрист. В 1891 сдал экстерном экзамены за юридический
факультет Петербургского университета. Как профессиональный политик и мыслитель,
спорадически касавшийся собственно философских проблем, Л. являет собой
представителя того направления общественной мысли России, которое связывало как
постановку философских проблем, так и процедуры их разрешения с задачами
российского освободительного движения. Философским изысканиям изначально
придавался прагматический социальный характер. Являясь безусловным сторонником
идей революционизма и позитивности социального насилия, Л. как марксист, в
первую очередь, выступал теоретиком и приверженцем учения о классовой борьбе и
диктатуре пролетариата. При этом особый акцент Л. делал на признании гражданской
войны в качестве необходимого и неизбежного этапа разрешения классовых
противоречий в обществе. По сути, классовая борьба трактовалась Л. лишь как
эмбриональная стадия гражданской войны. Круг философских интересов Л. был
сосредоточен на проблемах философии истории, рассматриваемых с ортодоксальных
марксистских позиций. В тех случаях, когда в сфере внимания Л. оказывались
гносеологические вопросы, он придавал им статус интеллектуального орудия во
внутрипартийной (или даже внутрифракционной) борьбе. Последняя, как правило,
характеризовалась Л. как форма разрешения антагонистического классового
противоречия. Гносеология для Л. являлась по сути чисто "партийной" дисциплиной:
"Я вообще стараюсь читать Гегеля материалистически, т.е. выкидываю большей
частью боженьку, абсолют, чистую идею". Хотя необходимо отдать должное тому
факту, что Л. одним из первых обратил внимание на революционные процессы,
происходившие в естествознании рубежа 19-20 вв.: "кризис физики",
"неисчерпаемость электрона" ("Материализм и эмпириокритицизм", 1909). Выступая
последовательным сторонником целостного, тотального мировоззрения и
миропонимания (в том числе и профессиональных), Л. считал, что любая философская
школа, допускающая позитивный характер существования религии, в принципе, не
является научной ("О значении воинствующего материализма", 1922). Будучи
приверженцем функционирования большевистской партии на харизматическивождистских
принципах при соблюдении жесткого кадрового отбора, Л.
трансформировал учение Маркса о диктатуре пролетариата в идею диктатуры партии -
организации революционеров-профессионалов - от имени пролетариата. Апологетика
этого тезиса достигала у Л. степени социального расизма. Осознав в процессе
катастрофического провала преобразований в русле "военного коммунизма" полную
непригодность классического марксизма в деле создания реально функционирующей
экономической системы социалистического типа, Л. отметил: "В работах Маркса вряд
ли вообще можно найти хотя бы одно слово об экономике социализма - за
исключением таких бесполезных лозунгов, как "каждый - по способности, каждому -
по потребностям!". В ходе разработки сценариев реализации большевистских
программ в рамках экономической и политической практики Л. выступал приверженцем
волюнтаристских, насильственных методов управления обществом, сочетавших
открытый вооруженный и идеологический террор с культивированием и эксплуатацией
массового энтузиазма населения при помощи популистских методов. По меткому
выражению Бердяева, "Л. не верил в человека. Но он бесконечно верил в
общественную муштровку человека". В контексте историко-философского процесса
приходится однозначно констатировать, что как интеллектуальная, так и
практическая деятельность Л. в России объективно привела к формированию
догматизированной, жестко ограниченной рамками ортодоксально трактуемого
марксизма философской традиции, постепенно эволюционировавшей в разновидность
насаждаемой тоталитарным режимом ангажированной социальной мифологии. (См.
Ленинизм, Марксизм-ленинизм.)
А.А. Грицанов
ЛЕНИНИЗМ - идейное течение социологии, политологии и общественной практики 20
в., характерное для официальных идеологических систем государств
социалистического типа, а также для оппозиционно-радикальных движений,
ориентированных на силовые процедуры захвата политической власти. Смысловым
ядром Л. выступают сценарии и репертуары установления контроля над ключевыми
структурами государственной организации общества в момент наиболее значимого
противоборства разно-векторных политических сил (см., например, работы Ленина
"Марксизм и восстание", "Советы постороннего" и т.п.). В философской ипостаси Л.
сводит глубину теоретических дискуссий к чисто политическим измерениям данных
вопросов. Так, полемика Ленина против Богданова в главе 6 книги "Материализм и
эмпириокритицизм" являет собой типичный случай Л. Гносеологический анализ
Богдановым соотношения и субординации элементов системы "общественное бытие -
общественное сознание" ("может ли быть общественное бытие без и вне
общественного сознания" - по Богданову) Ленин свел к чисто идеологическому
ракурсу проблемы, обвиняя Богданова в идеализме, несовместимом с материализмом
диалектического толка, с социал-демократизмом и с преданностью идеалам
освобождения России.
А.А. Грицанов
ЛЕССИНГ (Lessing) Готхольд Эфраим (1729-1781) - немецкий философ-просветитель,
писатель, критик, основатель национального немецкого театра. Общим направлением
эстетики Л., статус которой в культуре Германии аналогичен высокому статусу
эстетики Дидро во французской культуре, стало требование реализма, отказ от
подражания чужим образцам, отражение жизни своей страны. Но самым важным в
интеллектуальной реформе Л. явилось его новое понимание литературы и искусства
вообще. В своей знаменитой "Гамбургской драматургии" (1767- 1768) Л. обосновал
право третьего сословия быть предметом художественного изображения. Такими стали
его драмы: "Сарра Сампсон", "Эмилия Галотти", "Линна фон Барнхельм". Вершиной
драматического творчества Л. стала драма "Натан мудрый", главным героем которой
явился даже не немец, а еврей, отрицающий все положительные религии и
проповедующий свободу совести и братской любви к людям. Театр был главной сферой
деятельности Л., но и в других областях искусства он стал подлинным
реформатором. В своем эстетическом трактате "Лаокоон, или о границах живописи и
поэзии" Л. выступил ярким противником классицизма и феодально-придворной поэзии,
сторонником реалистического изображения действительности. Л. не изложил своих
философских взглядов в целостном и систематическом виде, уделяя главное внимание
все же сфере искусства: его художественные произведения и литературная критика
позволяли ему высказывать свои довольно радикальные взгляды. Судя по
сохранившимся фрагментам, философское мировоззре
...Поділитися у соцмережах
