Жанр: Электронное издание
deaver2
...кий перезаряжал пистолеты и продолжал стрелять. Десять
выстрелов, двадцать выстрелов... Стивен не
мог не восхищаться его техникой. Этот Белл отслеживал, сколько выстрелов сделано
из каждого пистолета, и поочередно
перезаряжал их, ни на секунду не оставаясь с разряженным оружием.
Ему удалось всадить пулю в стену в дюйме от лица Стивена. Тот ответил,
также едва не попав в цель.
Затем прополз еще два фута вперед.
Приподняв голову, Белл увидел, что Стивену удалось добраться до двери в
комнату. Их взгляды встретились, и
каким бы фальшивым солдатом ни был Стивен Колл, он достаточно побывал в боевой
обстановке, чтобы понять: последняя
рациональная нить в рассудке темноволосого полицейского лопнула, и он
превратился в самого опасного врага, опытного
бойца, не обращающего больше внимания на собственную безопасность. Вскочив на
ноги, Белл побежал вперед, стреляя из
обоих пистолетов.
"Вот почему на Тихом океане использовали оружие калибра 45, мой
мальчик. Только такой большой пулей можно
было остановить сумасшедших маленьких япошек. Бросаясь в атаку, они не думали о
смерти; они просто не хотели
останавливаться".
Нагнув голову, Стивен бросил шоковую гранату, взрыватель которой был
поставлен на односекундную задержку, и
закрыл глаза. Граната разорвалась с оглушительным грохотом. Полицейский,
вскрикнув, упал на колени, закрывая руками
лицо.
По ожесточенному сопротивлению охранников и этого Белла Стивен
рассудил, что в комнате находится или Жена,
или Друг. Он также предположил, что этот человек постарается спрятаться под
кроватью или в шкафу.
Он ошибся.
Заглянув в дверь, Стивен увидел несущегося на него человека,
замахнувшегося настольной лампой и издавшего
крик ярости и ужаса.
Пять выстрелов в упор. Попадания в грудь и голову. Тело, развернувшись
в воздухе, отлетело назад.
"Отличная работа, солдат".
На лестнице послышался топот ног. Женский голос. Другие голоса. Времени
на то, чтобы добить Белла, найти
другую цель, нет.
"Солдат, отступать!"
Подбежав к двери, Стивен высунул голову, призывая на помощь других
пожарных.
Человек пять осторожно подбежали к нему.
Стивен указал внутрь дома.
- Взорвалась труба газопровода. Надо срочно эвакуировать всех из
здания!
И выбежал в переулок, скользнув между пожарными машинами, каретами
скорой помощи и полицейскими
патрулями.
Задыхающийся, на грани срыва.
Но удовлетворенный. Теперь его работа выполнена уже на две трети.
Амелия Сакс первой откликнулась на взрыв направленного заряда и крики.
Затем со второго этажа донесся голос Роланда Белла:
- На помощь! На помощь! Все вниз!
И звуки перестрелки. Десять отрывистых выстрелов, еще десять. Сакс не
имела понятия, как Танцору удалось
проникнуть в дом, и это не имело для нее значения. Она хотела только отчетливо
увидеть цель в течение двух секунд, чтобы
всадить в нее половину обоймы девятимиллиметровых пуль с полым наконечником.
Сжимая в руке "Глок", Сакс побежала по коридору третьего этажа. От нее
не отставали Селитто, Деллрей и
молодой полицейский в форме, с чьими способностями молодая женщина, к сожалению,
еще не успела познакомиться.
Джоди трусливо забился в угол, с ужасом сознавая, что он предал очень опасного
человека, который в этот момент с
оружием в руках находится всего в тридцати футах.
Выскочив на лестницу. Сакс поморщилась от боли в коленях. Опять артрит!
Она едва добежала до второго этажа.
В наушниках не переставая звучал настойчивый призыв Белла о помощи.
Войдя в темный коридор. Сакс прижала пистолет к телу, чтобы его нельзя
было выбить у нее из руки (только в
кино полицейские и гангстеры, заходя за угол, держат пистолет в вытянутой руке).
Она быстро заглядывала в каждую
комнату, мимо которой проходила, пригибаясь низко, ниже уровня груди, где могло
бы ее ждать дуло пистолета.
- Я иду первым, - крикнул Деллрей, скрываясь в коридоре с огромным
"Зиг-Зауэром" в руке.
- Прикройте нас сзади, - не обращая внимания на звания, приказала Сакс
Селитто и молодому полицейскому.
- Слушаюсь, мэм, - ответил тот. - Прикрываю. Сзади.
Селитто учащенно дышал, качая головой.
В наушниках слышался треск электрических разрядов, но никаких голосов.
Сакс выдернула шнур из рации, чтобы
ее ничто не отвлекало, и осторожно пошла дальше.
Она едва не наткнулась на трупы двух федеральных офицеров, лежащие на
полу.
Воздух был насыщен запахом взрывчатки, и Сакс посмотрела на заднюю
дверь. Направленный заряд, заложенный
Танцором, прорезал толстую сталь словно бумагу.
- О господи, - пробормотал Селитто.
Профессионал, он не мог позволить себе склониться над убитыми, но как
человек он не смог удержаться от взгляда
на их изуродованные тела.
Подойдя к следующей комнате. Сакс застыла у двери. Во взорванном проеме
появились два бойца Хауманна.
- Прикройте! - бросила молодая женщина, и прежде чем кто-либо успел ее
остановить, быстро прыгнула через
порог.
Вскинув "Глок", она осмотрела комнату.
Ничего.
В том числе и запаха бездымного пороха. В этом помещении не стреляли.
Назад в коридор и к следующей двери.
Сакс указала на себя, а затем на дверь. Ребята из 32-Е кивнули. Молодая
женщина стремительно ворвалась в
комнату, готовая стрелять. Спецназовцы не отставали от нее. Она застыла, увидев
направленный в грудь пистолет.
- О боже, - пробормотал Роланд Белл, опуская оружие. Его лицо было
покрыто копотью, волосы взъерошены. Пули
в двух местах пробили его куртку и завязли в бронежилете.
Только потом Сакс увидела страшную картину на полу.
- Нет, только не это...
- В здании чисто, - крикнул кто-то из коридора. - Видели, как он ушел
отсюда. На нем была форма пожарного. Он
исчез, затерялся в толпе.
Амелия Сакс, уже криминалист, а не боец спецназа, ощущала едкий запах
пороховой гари, видела пятна крови,
упавший стул, указывающий на вероятное место борьбы и, следовательно, бывший
наиболее вероятным местом для сбора
микроскопических улик. Гильзы, как она сразу же отметила, были от пистолета
калибра 7, 62 мм.
По положению трупа она определила, что жертва пыталась ударить убийцу,
скорее всего, настольной лампой.
Место преступления могло рассказать многое другое, и по этой причине Сакс должна
была помочь Перси Клэй встать и
увести ее от тела убитого друга. Но она не могла. Она стояла, застыв на месте,
глядя на невысокую женщину с плоским
некрасивым лицом, обнимающую окровавленную голову Бритта Хейла и тихо
причитающую:
- Нет-нет, нет-нет...
Лицо Перси превратилось в безжизненную маску. Ее глаза оставались
сухими.
Наконец Сакс кивнула Роланду Беллу. Тот, взяв Перси под руку, вывел ее
в коридор, по-прежнему настороженный,
по-прежнему держащий оружие наготове.
До охраняемого дома двести тридцать ярдов. Он целился в оптический
прицел "Редфилд", не замечая ничего кроме
волосков перекрестия, не обращая внимания на слепящие красные и синие огни машин
чрезвычайных служб.
Сбросив пожарную робу, Стивен снова превратился в великовозрастного
студента. Он достал "Модель 40" из-под
бака с водой, куда спрятал ее утром. Патрон был дослан в ствол, курок взведен.
Но сейчас Стивен охотился не на Жену.
Ему не был нужен и Джоди, жалкий предатель Джоди.
Он ждал Линкольна-Червя. Человека, снова оказавшегося умнее его.
Кто он? Который из них?
Мерзость. Линкольн... царь червей.
"Кто ты? Ты сейчас стоишь передо мной? В толпе, окружившей дымящееся
здание?"
Быть может, это тот жирный полицейский, потеющий словно боров?
Высокий тощий негр в зеленом костюме? Его лицо показалось Стивену
знакомым. Где он его уже видел?
Из подъехавшей на огромной скорости машины без специальных знаков вышли
люди в штатском.
Возможно, Линкольн один из них.
Из дома вышла рыжеволосая женщина-полицейский. Она была в резиновых
перчатках. "Красавица, значит, ты из
экспертно-криминалистического отдела? Что ж, я позаботился о своих гильзах и
пулях, дорогая, - мысленно произнес
Стивен, наводя перекрестие прицела на ее шею. - А для того, чтобы проследить мое
оружие, тебе придется слетать в
Сингапур".
По его оценкам, у него будет время только на один выстрел, после чего
откроется пальба, и ему придется срочно
уходить.
Кто ты?
Линкольн, Линкольн?
Но Стивен не мог найти ответ на свой вопрос.
Вдруг распахнулась входная дверь, и на пороге неуверенно застыл Джоди.
Прищурившись, он оглянулся по
сторонам и шагнул вперед, но тотчас же отпрянул назад, прижимаясь спиной к
стене.
Ты...
Опять эти электрические разряды. Даже на таком расстоянии.
Стивен навел перекрестие маленькому бродяге на грудь.
Солдат, чего ты ждешь, стреляй! Эту цель необходимо уничтожить; Джоди
может тебя опознать".
"Сэр, я оцениваю удаление до цели и поправку на боковой ветер".
Стивен усилил давление на спусковой курок.
Джоди...
"Солдат, он тебя предал. Убей его".
"Слушаюсь, сэр. Он труп. Холодный кусок мяса. Сэр, стервятники уже
слетаются".
"Солдат, наставление снайпера корпуса морской пехоты требует
постепенного увеличения давления на спусковой
курок, чтобы стрелок точно не знал, когда произойдет выстрел. Это так, солдат?"
"Так точно, сэр".
"В таком случае почему, мать твою, ты так не делаешь?"
Стивен надавил сильнее.
Медленно, очень медленно...
Но винтовка не стреляла. Стивен перевел прицел на голову Джоди, и как
раз в этот момент тот, озиравшийся по
сторонам, увидел его на крыше.
Он слишком долго ждал.
"Стреляй, солдат, стреляй же!"
Едва уловимая пауза...
И тут Стивен дернул за спусковой курок, словно школьник, стреляющий в
тире из пневматической винтовки.
В тот же момент Джоди отпрянул в сторону, расталкивая полицейских.
"Солдат, мать твою, как ты мог
промахнуться с такого расстояния? Продолжать огонь!"
"Слушаюсь, сэр!"
Стивен сделал еще два выстрела, но Джоди и все остальные уже успели
укрыться.
И тут началась ответная стрельба. Десять, двадцать, тридцать стволов. В
основном, пистолеты, но также несколько
пистолетов-пулеметов, выплевывающих пули с такой частотой, что выстрелы
сливались в тарахтение двигателя без
глушителя.
Ударяясь в башню лифта у Стивена над головой, пули осыпали его дождем
осколков кирпича и бетона, а также
острыми кусками своих латунных оболочек, впиваясь ему в руки.
Стивен упал на спину, защищая лицо руками. Почувствовав порезы, он
увидел на рубероиде крыши капельки
крови.
"Почему я ждал? Почему? Я мог бы пристрелить его и спокойно скрыться".
Почему?
Над кварталом разнесся гул вертолета. Зазвучали новые сирены.
"Отступать, солдат. Срочно отступать!"
Взглянув на спрятавшегося за машиной Джоди, Стивен бросил "Модель 40" в
чемодан, закинул рюкзак на плечо и
соскользнул по пожарной лестнице в переулок.
Вторая трагедия.
Переодевшись, Перси Клэй вышла в коридор и тут же наткнулась на
массивного Роланда Белла. Тот крепко ее
обнял.
Второй из трех. Это уже не уход механика, не неприятности с компанией.
Погиб ее лучший друг.
О Бритт...
Перси мысленно представила себе, как он, раскрыв рот в беззвучном
крике, бросился навстречу зловещему убийце.
Пытаясь его остановить, пораженный тем, что кто-то действительно хочет убить
его, убить Перси. Переполненный не
столько страхом, сколько негодованием. Жизнь Бритта была такой размеренной. Даже
риск был строго рассчитан. Полет
вверх ногами на высоте пятьдесят футов, штопор, пике. Зрителям все казалось
невозможным. Но он знал, что делал. Если у
него и возникали мысли о преждевременной гибели, то причина этого могла быть
только в лопнувшей тяге или
засорившемся топливопроводе, или каком-то неопытном новичке, случайно залетевшем
в район полетов.
Знаменитый автор Эрнст Ганн, писавший об авиации, как-то сказал, что
судьба - это охотник. Перси всегда считала,
что он имел в виду силы природы или стечение обстоятельств - одновременный отказ
словно сговорившихся узлов и
механизмов, в результате чего самолет падает на землю. Но судьба оказалась
гораздо сложнее. Такой же сложной, как
человеческий мозг. Такой же сложной, как зло.
Трагедии приходят по три... Какая будет последней? Гибель самой Перси?
Гибель компании? Чья-то еще?
Прижимаясь к широкой груди Роланда Белла, Перси дрожала от ярости,
проклиная судьбу. Вспоминая: она, Эд и
Хейл, словно пьяные от недосыпу, стоят в залитом светом ангаре рядом с "Чарли
Джульетт", полные надежды, что именно
они получат контракт компании "Ю. Эс. Хелскэр", и, ежась от ночной сырости,
обдумывают, как лучше подготовить
самолет к вылету.
Темно. Туман. Аэродром пустынен. Последние кадры фильма "Касабланка".
Слышится визг тормозов.
Мужчина вытаскивает большие брезентовые мешки из машины, бросает их в
кабину "Бичкрафта" и запускает
мотор. Характерное завывание поршневого двигателя.
Кажется, Эд говорит: "Что он делает? Аэродром ведь закрыт! "
Судьба.
Пожелавшая, чтобы они оказались в аэропорту в ту ночь.
Именно в ту ночь, когда Филипп Хансен решил избавиться от обличающих
его улик.
А Хансен оказался человеком, готовым пойти на убийство ради того, чтобы
сохранить свой вылет в тайне.
Судьба...
Вдруг Перси вздрогнула. В дверь охраняемого дома постучали.
На пороге стояли двое. Белл их узнал. Это были сотрудники управления
защиты свидетелей полиции Нью-Йорка.
- Мы приехали, чтобы отвести вас на базу Шорхэм в Лонг-Айленде, миссис
Клэй.
- Нет-нет, - воскликнула Перси, - это ошибка! Я должна ехать в аэропорт
"Мамаронек".
- Перси, - начал Роланд Белл.
- Должна!
- Ничего не знаю, мэм, - настаивал один из полицейских. - У нас есть
приказ доставить вас в Шорхэм и держать вас
там под охраной до предварительного слушания в суде, назначенного на
понедельник.
- Нет-нет. Позвоните Линкольну Райму. Он все знает.
- Видите ли... - полицейские переглянулись.
- Пожалуйста, - взмолилась Перси, - позвоните ему. Он вам все скажет.
- Миссис Клэй, видите ли, именно мистер Райм настоял на вашем переезде.
Будьте добры, пройдите с нами. Не
беспокойтесь. Мы не дадим вас в обиду, мэм.
Глава двадцать седьмая
Час 28-й из 45
- Зрелище не из приятных, - предупредил молодую женщину Том.
Из-за двери донесся раздраженный голос Райма:
- Я хочу виски, и немедленно.
- Что происходит? Помощник поморщился.
- О, иногда он бывает просто невыносим. Сейчас он пытается заставить
одного из полицейских налить ему виски.
Якобы в качестве обезболивающего. По его словам, так прописал врач. Ты в это
можешь поверить? О, когда он выпьет, он
становится невозможным!
Из комнаты донесся бешеный рев.
Сакс понимала, что Райм не швыряется чем под руку попало только потому,
что не может этого физически.
Она взялась за дверную ручку.
- Вы бы лучше немного подождали, - еще раз предостерег ее Том.
- Ждать нельзя.
- Черт побери! - бушевал Райм. - Отдайте мне мою бутылку, мать вашу!
Сакс открыла дверь.
- Потом не говорите, что я вас не предупреждал, - шепнул ей вдогонку
Том.
Войдя в комнату, она остановилась в дверях. Ей открылось впечатляющее
зрелище. Волосы Райма были
растрепаны, на подбородке повисла слюна, глаза налились кровью.
На полу валялась бутылка виски. Судя по всему, криминалист попытался
схватить ее зубами, но уронил со стола.
Увидев Сакс, Райм приказал ей:
- Подними бутылку.
- Райм, у нас полно работы.
- Под-ни-ми бу-тыл-ку!
Подняв бутылку, молодая женщина поставила ее на полку.
- Ты прекрасно поняла, что я имел в виду! - взбесился он. - Я хочу
выпить!
- Судя по твоему голосу, ты и так уже достаточно выпил.
- Налей мне стакан, черт побери. Том! Проклятие, иди сюда... Трус
чертов.
- Райм, - оборвала его Сакс, - нам необходимо исследовать улики.
- К черту улики!
- Сколько ты выпил?
- Танцор забрался в дом, так? Лиса в курятнике. Лиса в курятнике.
- Я насобирала целый пылесос микроскопических улик. У меня есть пуля, у
меня есть образцы его крови...
- Крови? Что ж, это справедливо. Нашей Танцор пролил предостаточно.
- Слушай, у меня столько улик, ты должен радоваться, как маленький
ребенок в свой день рождения, - отрезала
Сакс. - Прекрати жалеть себя и принимайся за работу.
Райм молчал. Проследив за его взглядом. Сакс увидела, что он смотрит
мимо нее, в сторону двери. Обернувшись,
она увидела там Перси Клэй.
Тотчас же потупившись, Райм продолжал хранить молчание.
"Ну да, - со злостью подумала Сакс, - хочет сохранить лицо перед своей
новой возлюбленной!"
Войдя в комнату. Перси критическим взглядом посмотрела на Райма.
- Линкольн, что здесь происходит? - послышался голос Селитто.
По-видимому, он приехал вместе с Перси.
- Три трупа, Лон. Он убил еще троих. Лиса в курятнике.
- Линкольн, - пробормотал Селитто, - прекрати. Не заводись.
А вот этого говорить было не надо. Райм изобразил изумление.
- Я не завожусь. Разве похоже, что я завожусь? Ну? Разве я завожусь?
Разве я завожусь, мать вашу?
- У нас...
- Все, кончено! Закрыто, завершено. Уходим в горы. Амелия, ты к нам
присоединишься? Настоятельно
рекомендую, - наконец он заметил Перси. - А вы что здесь делаете? Вы должны быть
в Лонг-Айленде.
- Я хотела поговорить с вами.
Помолчав, Райм вдруг сказал:
- Налейте хоть вы мне виски.
Бросив взгляд на Сакс, Перси взяла с полки бутылку виски и налила себе
и Райму. Сакс сверкнула глазами, но
Перси, заметив это, никак не отреагировала.
- Вот классная женщина, - заметил Райм. - Я убил ее друга, а она
несмотря на это не отказывается выпить со мной.
А ты, Сакс, отказалась.
- Райм, прекрати паясничать, - взорвалась Сакс. - Где Мел?
- Я отправил его домой. Ему здесь больше нечего делать... Мы аккуратно
упаковываем миссис Клэй и отправляем
ее в Лонг-Айленд, где она будет в безопасности.
- Что? - спросила Сакс.
- Делаем то, что нужно было сделать с самого начала. Наливай еще.
Перси опять потянулась за бутылкой, но Сакс ее остановила.
- С него уже хватит.
- Не слушай ее, - пробормотал Райм. - Она на меня злится. Я не делаю
то, что она от меня хочет, и она на меня
злится.
"О, Райм, благодарю тебя! Давай трясти своим грязным бельем на людях,
хорошо?"
Сакс смерила его ледяным взглядом, но он даже не заметил этого,
полностью поглощенный Перси Клэй.
- Вы дали мне слово, - сказала та. - И вдруг приезжают полицейские,
которые хотят отвезти меня в Лонг-Айленд. А
я-то думала, что вам можно верить.
- Если вы будете мне верить, вы умрете.
- Вы предупреждали нас о том, что будет риск, - настаивала Перси.
- Ну да, но вам не известно, что я знал, как именно Танцор проникнет в
дом.
- Что?
Сакс, нахмурившись, вся превратилась в слух.
- Я знал, что Танцор нападет на охраняемый дом. Знал, что он будет в
форме пожарного. Даже знал, мать вашу, что
он взорвет дверь черного хода направленным зарядом. Готов поспорить, мерзавец
использовал "Экьюреси 521" или
"Экьюреси 522" с дистанционным взрывателем "Инстадет". Я прав?
- Ну...
- Я прав?
- "Экьюреси 521", - подтвердила Сакс.
- Вот видишь? Я все предугадал. Понял, что Танцор придет, за пять минут
до того, как это произошло. Но не смог
позвонить, мать вашу, и предупредить! Не смог... снять... трубку, мать ее, и
сказать, что будет. И из-за меня погиб ваш друг.
Сакс захлестнула волна сострадания. Она ощущала боль Райма как свою
собственную, но не имела понятия, какие
слова утешения подобрать.
По подбородку Райма текла слюна. Том шагнул было к нему с полотенцем в
руке, но криминалист яростно тряхнул
головой, останавливая его.
- О, я стал излишне самонадеянным, - кивнул он в сторону компьютера. -
Возомнил себя совершенно нормальным
человеком. Ношусь в своем инвалидном кресле словно автогонщик, зажигаю свет,
меняю пластинки... Вздор!
Закрыв глаза, Райм вжался затылком в подголовник.
К всеобщему изумлению комната огласилась раскатами пронзительного
смеха.
Перси Клэй снова наполнила свой стакан, затем плеснула немного Райму.
- Вздор, это точно. Все то, что вы говорите. Потрясенный криминалист
открыл глаза. Перси снова рассмеялась.
- Не надо, - неуверенно попытался остановить ее Райм.
- Да? Что не надо? - Перси прищурилась. - Вы сказали, человек погиб изза...
технической неисправности?
Сакс поняла, что Райм ждал от летчицы чего-то другого. Застигнутый
врасплох, он не сразу нашелся, что сказать.
- Да. Именно это я и сказал. Я не смог снять трубку и...
- И что с того? - оборвала его Перси. - Разве это дает вам право
закатывать истерики? Отказываться от своего слова?
- залпом выпив виски, она измученно вздохнула: - Ради бога... Вы хоть
представляете, чем я зарабатываю на жизнь?
К своему изумлению Сакс увидела, что Райм совершенно успокоился. Он
начал было что-то говорить, но Перси
снова остановила его.
- Только подумайте, - ее речь опять стала по-южному протяжной. - Я сижу
в алюминиевой трубе, летящей со
скоростью четыреста узлов на высоте шесть миль над землей. Температура за бортом
минус шестьдесят градусов, скорость
ветра достигает ста миль в час. Я уж не говорю о молниях, обледенении, воздушных
ямах. Господи Иисусе, да я живу
только благодаря машинам, - она снова рассмеялась. - И чем это отличается от
вас?
- Вы ничего не поняли! - запальчиво воскликнул Райм.
- Вы не ответили на мой вопрос. Чем? - не отставала от него Перси. -
Чем это отличается?
- Вы можете ходить, звонить по телефону...
- Ходить? Я нахожусь на высоте пятьдесят тысяч футов. Если я открою
дверь кабины, через несколько секунд у
меня закипит кровь.
Сакс показалось, что впервые за время ее знакомства с Раймом он
встретил достойного противника. Криминалист
молчал.
- Прошу прощения, если ошибаюсь, но я не вижу между нами никакой
разницы, - продолжала Перси. - Мы оба
являемся продуктами науки двадцатого века. Черт побери, если бы у меня были
крылья, я бы летала сама. Но у меня их нет
и никогда не будет. Поэтому мы вынуждены... вынуждены полагаться на машины.
- Ладно... - дьявольски усмехнулся Райм. "Ну же, Райм! - мысленно
взмолилась Сакс. - Покажи ей!" Как ей
хотелось, чтобы он одержал верх, заслав эту женщину в Лонг-Айленд, навсегда от
нее избавился.
- Если я ошибусь, погибнут люди, - наконец сказал криминалист.
- Да? А что произойдет, если у меня на самолете выйдет система
антиобледенения? Забарахлит авиагоризонт? Если
при заходе на посадку в сопло двигателя залетит голубь? Гибель... неизбежна.
Лопнет топливопровод, откажет
гидравлическая система, механик забудет заменить перегоревший предохранитель...
Сложная система выйдет из строя. В
вашем случае остается надежда, что раненых удастся спасти. Но когда мой самолет
ударится о землю на скорости триста
миль в час, не останется ничего.
Казалось, Райм совершенно успокоился. Он озирался по сторонам, словно
ища какую-нибудь улику, которая
поможет бесспорно опровергнуть аргументы Перси.
- Итак, - спокойно заявила летчица, - насколько я понимаю, Амелия Сакс
принесла улики, собранные в охраняемом
доме. Я предлагаю немедленно прекратить кривлянья и приступить к их анализу.
Потому что сейчас я направляюсь в
"Мамаронек", чтобы закончить подготовку самолета к вылету. Сегодня вечером я
поднимаюсь в воздух. Спрашиваю вас
прямо: вы отпускаете меня в аэропорт, как мы договаривались? Или мне придется
связываться со своим адвокатом?
Райм по-прежнему молчал.
Пауза затянулась.
- Том! - вдруг раскатился по комнате зычный баритон Райма. Сакс
испуганно вздрогнула. - Том! Иди сюда!
Помощник подозрительно заглянул в дверь.
- Я тут насвинячил. Видишь, уронил стакан. Растрепал волосы. Ты бы не
мог меня причесать? Пожалуйста.
- Линкольн, вы над нами издеваетесь? - недоверчиво спросил Том.
- Да, и Мел Купер, Лон, ты не мог бы пригласить его сюда? Наверное, он
воспринял мои слова всерьез. Но я
пошутил. Мел чертовски хороший ученый, но ему незнакомо чувство юмора. Нужно
скорее вернуть его.
Амелии Сакс захотелось бежать отсюда сломя голову. Выбежать из комнаты,
вскочить в машину и пронестись по
дорогам Нью-Джерси или округа Нассо со скоростью 120 миль в час. Она больше ни
секунды не могла оставаться в одном
помещении с этой женщиной.
- Хорошо, Перси, - продолжал Райм, - возьмите с собой Роланда Белла, а
я позабочусь, чтобы вас прикрывали
ребята Боу Хауманна. Возвращайтесь в аэропорт. Делайте то, что вам нужно.
- Спасибо, Линкольн, - кивнула та, награждая его улыбкой.
И у Амелии Сакс мелькнула мысль, не предназначалась ли речь Перси Клэй
отчасти и для нее, чтобы показать, кто
одержал безоговорочную победу. Что ж. Сакс сознавала, что в некоторых
состязаниях ей суждено терпеть неудачу. Чемпион
по стрельбе, полицейский, отмеченный наградами, настоящий демон за рулем и
весьма неплохой эксперт-криминалист,
Сакс имела открытое ранимое сердце. Ее отец понимал это; он сам был неисправимым
романтиком. Несколько лет назад,
после неудачной связи, он сказал своей дочери:
- Эми, нужно придумать бронежилет и для души. Ей-богу, уже давно пора.
"Прощай, Райм, - мысленно произнесла Сакс. - Прощай".
И как он ответил на это молчаливое прощание? Мимолетным взглядом и
грубым замечанием:
- Сакс, тащи свои улики. Времени у нас в обрез.
Час 29-й из 45
Задача криминалиста состоит в однозначном определении улики. Необходимо
установить связь микроскопических
частиц с единственным источником происхождения, исключив все остальные.
В настоящий момент Линкольн Райм разглядывал самую однозначно
определенную улику - кровь Танцора. Тест
фрагментарного полиморфизма ДНК позволил установить практически однозначно: эта
кровь принадлежит ему и никому
другому.
Однако сейчас эта улика мало что могла дать криминалисту. В
компьютеризированном архиве ДНК хранилась
информация о генотипах осужденных, но он был очень небольшим, в основном в него
были занесены данные о массовых
насильниках, а также садистах. Райм не удивился, когда на запрос о наличии в
архиве крови Танцора пришел
отрицательный ответ.
И все же криминалист испытывал какое-то странное удовлетворение по
поводу того, что теперь в
...Закладка в соц.сетях
