Жанр: Электронное издание
И.В. Власова
ИСТОРИЯ СЕЛЬСКИХ ПОСЕЛЕНИЙ
ЦЕНТРАЛЬНЫХ РАЙОНОВ РУССКОГО СЕВЕРА
(Х11-ХХ вв.)*
Одним из важных компонентов любого типа сельского расселения
являются поселения. Анализ их развития, наряду с характеристикой
живущего в них населения, способствует выявлению историко-культурных
ареалов на территории расселения русского народа. В этногр
афической науке принято рассматривать сельские поселения с нескольких
сторон: 1) расположение на местности (тип заселения), 2) соци
ально-экономические разновидности (типы поселений), 3) планировки
(формы поселений), 4) их группировка относительно друг
друга (тип расселения).
Особой спецификой отличались сельские поселения Русского
Севера, представление о чем дает рассмотрение селений в одном из регионов
- в его центральных районах. В административном отношении
эти районы составили с конца XVIII в. Вологодскую губернию, а в
наши дни с некоторыми изменениями - Вологодскую область. Матери
алы, обобщенные в статье, относятся ко всем землям, исторически
связанным с Вологдой и тяготеющим к ней. Поставленная проблема
рассмотрена на протяжении длительного времени - с начала освоения
Севера славянами и по XX в.
Картина сельского расселения в севернорусских областях довольно
однородна, поэтому исследование конкретной истории сельских
поселений (в данном случае в Вологодской земле) важно для
понимания процесса заселения всего Севера, а также происхождения
поселенческой культуры этого региона. Кроме того, такое изучение
помогает установить характер связей в развитии русской народной
культуры: местное - региональное - общерусское.
Для изучения севернорусской поселенческой культуры были
использованы разнообразные источники - материалы центральных и
местных архивов, данные различных исторических дисциплин (истории,
археологии, этнографии), полевые материалы этнографического
обследования районов Вологодского края и соседних с ним областей.
Типы заселения
На всем Русском Севере селения расположены преимущественно
по берегам рек и озер. Прибрежное заселение с очаговым размещением
населения по рекам и озерам, безлюдьем речных водоразР
абота выполнена при финансовой поддержке РГНФ. проект ь 95-06-171-39.
c И.В. Власова
делов, возникшее еще в период продвижения славян по северным рек
ам, остается основным и до настоящего времени. В различных
районах Севера в зависимости от местных природных условий такой
тип заселения приобрел специфические черты. Так, по берегам
крупных рек селения могли располагаться сплошной цепочкой.
В бассейнах мелких рек, не имевших или терявших свое транспортное
значение, селения с течением времени могли "уходить" в сторону от
рек. С проложением сухопутных дорог селения возникали на пересечениях
рек с дорогами. При озерном заселении под деревни обычно
занимались наволоки, перешейки между озерами, или "сельги" - озерные
возвышенности. Уже ранние письменные источники фиксировали
такой тип заселения на Русском Севере: "...жилища же их по рекам", -
писали летописи. В писцовой книге архирейского дома Вологды
XVII в. отмечалось: "...починок из той же деревни на наволоках да на
наволоке ж на речке Задорке". Голландский путешественник и
художник Корнелий де-Бруин, приехавший на Русский Север в начале
XVIII в., отметил своеобразное расположение селений у водных
систем. По его описанию, местность между Вологдой и Архангельском,
"кроме красоты рек", была богата "чудесными видами и приятными
местоположениями... так что поискать подобных в целой России", а
г. Вологда, "как известно, составляет украшение этой страны" с се
"21 каменной церковью, 43 - деревянными, З-мя мужскими монастырями
и одним женским, с лавками и торжищем,..'",
О прибрежном расположении деревень есть свидетельства в
фольклорных произведениях^, В народной песне из Белозерья говорилось:
Захотелось мне проведать, Разливалась, растекалась
Где любезная живет... Быстра реченька по ней...
Та привольна сторона. С крутым бережком ровна...
или в народном стихе:
Село искони Росляковым зовут...
Вон Белое озеро плещет вдали...
В вологодских землях много рек и озер, по большей части судоходных.
Почти все реки принадлежат к бассейну Северной Двины,
частично к бассейну Печоры, Мезени, Волги. Из озер самые значительные
в западных районах - Онежское, Белое, Воже. Кроме них,
множество мелких озер - Кумозеро, Сабженское, Катромское, Перешное,
Верхопуйское, Сондожское, Глубокое, Гладкое, Ромашевское
и др. В центре земель - значительное Кубенское озеро около Вологды,
Шичигинское и Кочеватое в Тотемском крае; на востоке - Сондорское
в Сольвычегодском и Яренском уездах.
Деревни и города довольно часто располагались в устьях рек,
отчего получали и свои названия: Устюг (в устье Юга), Устюжна
(в устье Ижмы), с. Устье (Устьянский край), с. Устье-Вологодское и
Устье-Кубинское (верховья Сухоны и Кубенского озера), Усть-Вага
(на Bare) и др.
При речном и озерном заселении деревни обычно ставились на
высоких берегах, чтобы избежать разливов, к ним примыкали поля и
далее - леса, как например, Ферапонтова Слобода на Ферапонтове
озере в бывшем Кирилловском уезде, или Верховажье (быв. Вольский
уезд), возникшие сначала на "угоре" и постепенно "спускавшиеся" в
лощину ближе к реке^, или с. Никольское Кадниковского у. на
р. Уфтюге, а недалеко от него находилось Кубенское оз., а также
с. Старое Кадниковского у. на правом берегу р. Кубины в окружении
лесов*. Или с. Липин Бор на Кубенском озере среди лесов^:
Уютный древний Липин Бор,
Где только ветер, снежный ветер
Заводит с хвоей вечный спор...
В других местах этого уезда - по Сухоне - также предпочитали
селиться по побережьям, к селениям "тянули" поля и сенокосы, а
вокруг них был лес^. Вообще в уезде не селились в низинах, деревни
находились на возвышенных берегах и отделялись друг от друга
полями^. В Покровской волости Грязовецкого у. все селения распол
агались на высокой горе, ибо у ее подножия находилось болото".
О таком расположении селений в д. Село Тотемского у. сложили
поговорку: "Что ни гора, там изба, что ни горушка, там и деревушка"^.
Село Карьеполь в верховьях Кулоя "примыкало" к реке; с трех сторон
его были распаханные поля, с четвертой - ручей Телячий (впадал в
Кулой)^. По Сухоне близ с. Шуйского деревни размещались по обоим
берегам реки, между деревнями находились пожни и поля. На реке
было много островов, на них ставились деревни, и "дома в них словно
наклонялись над водой" ^.
В восточных землях селения по Кичменьге, Югу возникали на
небольших возвышенностях- "слудках", у подножия которых текли
реки, и каждое селение "проглядывалось" с соседних слудок. За деревнями
в долинах рек и урочищах располагались угодья, окруженные
лесами. Такое расположение имело, например, с. Устье-Алексеевское:
на двух холмах в долине Юга при впадении в него Варжи^. Деревни на
Кокшеньге "густо сидели" на холмистых берегах, сообщение между
ними шло по рекам". Такое расположение селений отмечалось как
обычное, принятое жителями Кокшеньги, и нашло отражение в свадебном
фольклоре. Запорученная невеста из с. Кокшеньги в причете
говорит о своей деревне'^:
Стоит наша-то деревня
На красе, на угорышке,
На припеке-то солнечном...
и осуждает деревню жениха:
И деревня неславная,
Не на красе-то поставлена,
Не на красе и угорышке,
Не на припеке-то солнечном;
Стоит в длину-то от солнышка,
К западу-то от месяца,
В стороне от добрых людей.
В последнем высказывании видно, что нахождение такой деревни
воспринималось как "неправильное", ибо для поселений крестьяне выбир
али места очень обдуманно и учитывали все местные природные
ресурсы. Как сказано у поэта А. Романова в стихотворении "Русские
деревни", северного крестьянина привлекало многое в окружающей
среде ^:
Сколько их на Руси поставлено
Деревенек и сел бревенчатых...
То речушки со щючьими плесами,
То леса их к себе привадили...
И в озерах ржаных да клеверных
Чередуются, будто пристани...
В озерно-речном крае на Каргополыцине деревни строились по
берегам рек и озер, "отодвигая лес вглубь пространства и очищая
землю под угодья". У одного только Мошинского озера в конце XIX в.
было 84 деревни'^. По высоким берегам Вожеозера, заросшим лесом, и
порожистым рекам Вожегодского края деревни возникали в "красивых
боровых местах"^. В Череповецком уезде, где также много рек и озер,
для жительства выбирали возвышенные места^. Озерное заселение
было характерно для всей западной части губернии. В восточной -
мало озер, и такое заселение было редким. Лишь в Сольвычегодском
уезде на солонцах р. Усолки и Соляном озере издавна возникали
промысловые деревни в окружении лесов и болот. Но чаще селения в
устюжско-сольвычегодских местах располагались на высоких (гористых)
берегах рек Сухоны, Юга, Сысолы, Вычегды, Выми'^
Возвышенности (валы) по берегам оказывались иногда местом
древних городищ, принадлежавших еще дославянскому населению. На
них возникали деревни, в названиях которых отразилось их расположение:
д. Городище на Ваге, там же два Городища в Верховской вол.;
Городище Гледен в Великом Устюге с насыпью и валом и "Старой
осыпью"; д. Большое Городище в Палемской вол. Устюжского у.;
д. Городище на Сямжене в Кадниковском у. Городищ и деревень с
таким названием было много в районах Устюжны Железнопольской,
Великого Устюга, Каргополя и в других местах.
Первоначальный речной тип заселения, став основным, не был
единственным на Севере. С прокладыванием грунтовых дорог, что на
Севере происходило поздно (чаще в XIX в.), многие реки теряли свое
транспортно-экономическое значение, и селения ориентировались на
дороги-тракты. Притрактовое заселение развилось в густо населенных
и экономически значимых местах. На Вологодской земле это было по
трактам Вологда- Череповец- Санкт-Петербург, Вологда- Архангельск,
Вологда - Ярославль - Москва, С.-Петербург- Онежское оз. -
Вытегра - Каргополь - Архангельск. Такими были деревни Благове1'
щенской вол. Вологодского у. на тракте в Петербург; часть деревень в
уезде примыкала к "Большой дороге"; то же было и в Вольском у. -
в деревнях по Вели^.
Притрактовыми были, судя по архивным данным, многие деревни
в центральных и восточных районах губернии уже в XVIII в., как
например, с. Кичменьгско-Городецкое на тракте Устюг-Никольск, или
Городок Рахлей на дороге Лальск-Устюг. По сухопутным дорогам
располагались многие деревни Устюжского у. В Вологодском у. приход
Рабанга тянулся на 12 км по реке, а его центральное селение
находилось на почтовом тракте. По мелким проселочным дорогам,
соединяющим селения, возникали отдельные деревни, например в
Огибаловской вол. Кадниковского у.: "деревни по проселку", а рядом с
ними - поля и сенокосы. Между Лальском и Усть-Сысольском было
156 деревень, часть которых располагалась на торговом тракте на
Вятку^.
Довольно поздно возникло на Севере водораздельное заселение.
Оно было вызвано достаточно большой населенностью и нехваткой
земли. Для Вологодской губ. такое заселение характерно в ее южных и
юго-восточных пределах, по границе с костромскими и вятскими район
ами. Там в поздно осваиваемых водоразделах волжско-двинских рек в
конце XIX - начале XX в. возникали селения по "волокам" (лесным
суходолам). Они получили названия типа д. Наволок, д. Подволочье
(Устюжский у.)^. Заселенность водоразделов была характерна для
Харинской вол. Тотемского у., ряда волостей Никольского у., где
деревни возникали около сухих оврагов (логов)". Благодаря такому
заселению юго-восточных районов в начале XX в., плотность населения
там достигла 35 человек на кв. км, что не характерно для Север
а^.
В более раннее время появлялись редкие деревни на водоразделах
(на лесных волоках и суходолах), когда крестьяне ощущали нехватку
земельных угодий. Так, еще в XVII в. в переписи крестьян вотчины
вологодского архирейского дома отмечены "д. Скрябине на суходоле",
"починок в поверстном лесу", "д. Ильинская на суходоле", "починок в
четвертном лесу из той же деревни на суходоле", "починок вновь на
Леже на поверстном лесу"^. В поздних описаниях такие деревни отмечены
в Устюжском у. и назывались они "при колодцах"^. К XX в. в
некоторых местах водоразделы были освоены: на юге Рослятинской
вол. Тотемского у. возникли селения в "Тургиевском волоке" (от
р. Юзы к Унже-Ветлуге) протяженностью в 70 км; здесь было сплошное
заселение волока^.
Заселением сухих гористых мест на водоразделах отличались некоторые
поселения, принадлежавшие нерусским народам, особенно в
местах, где в древности шло совместное освоение земель ими и русскими
и где постепенно создалось довольно плотное заселение. Так, на
северо-западных окраинах Севера деревни карел и русских
различались по местоположению: русские селились у воды, карелы же
предпочитали ставить дома вдали от нее^. Наоборот, на северовосточных
окраинах, где долго оставались неосвоенные земли и было
редкое заселение, коми, как и русские, предпочитали занимать под
деревни берега Вычегды, Печоры, Лузы, Башки, Мезени^.
Своеобразным было заселение у старообрядцев. Так, в Лежской
вол. Вологодского у. Буйско-Грязовецкий тракт по "волоку" на водор
азделе был занят раскольниками: они заселили лесные поляны и
жили без связи с миром^.
В целом, территорию Вологодской губ. по типам заселения можно
представить в следующем виде. Юго-запад губерний в XIX в. был уже
мало лесистым, селения "не тянулись длинными нитями" по рекам,
а были "разбросаны" по всем направлениям; вместо волоков везде
"виднелись пашни", т.к. леса были уже значительно истреблены; болотистые
места без леса осушены; здесь "густое население", и деревни
часты. На северо-востоке и востоке население к XIX в. по-прежнему
занимало речные берега и много гористых мест, частично суходолов.
Самое высокое место из них - на Сухоне около Устюга - "Опока",
а также холмистые места по Пушме и Вохме. Население здесь было
редким, "деревни прерывистые", между ними- волоки. Средняя часть
губернии представляла собой типичное речное заселение со
множеством выселков. Во всей губернии речное заселение охватило в
XIX в. 80% деревень^.
Освоенные речные долины и водоразделы постепенно становились
территорией целых волостей-общин (а в настоящее время они
примерно совпадают с бывшими сельсоветами). Названия многих из
них произошли от местных гидронимов: Верхне- и НижнеВ
аржинский, Шарденгский, Луженгский, Марденгский (в Устюгском
районе). Но водораздельное заселение в целом в крае оставалось в
XIX в. незначительным, большинство междуречий по-прежнему были
мало освоенными. Деревни при колодцах насчитывали по всей
губернии 24% от общего числа селений, хотя в сравнении с другими
северными губерниями этот показатель был выше: в Олонецкой губ. -
15%, в Архангельской- почти не было^. В целом же северное
заселение оставалось таким, как описано в стихотворении поэта из
Каргополя Ив. Боголюбова (1924 г.)^;
Всюду лес необозримый,
Снег, поля и снова лес...
Это Север мой родимый
С серым пологом небес.
Тип северного заселения не изменился до настоящего времени.
По-прежнему северные деревни тяготеют к озерно-речным системам,
а водоразделы остаются редко заселенными.
Типы поселений
В социально-экономическом отношении северные селения были
представлены несколькими разновидностями, развитие каждой из которых
было обусловлено определенным составом населения, его хозяйственной
деятельностью, а следовательно - определенными функциями.
На основной земледельческой территории Севера развились
такие типы селений, как деревня, село, починок, выставка, слобода,
погост. Самыми распространенными из них стали деревни, по времени
возникновения не первоначальные, но ставшие самыми устойчивыми
очагами земледелия^. Многовековой процесс привел северные
деревни к тому виду, какой обнаруживают описания XIX в. От селений
в 1-3 двора, представлявших с XIV в. комплекс жилых строений и хозяйственных
угодий и ставших тогда в результате смены огневого
земледелия пашенным самыми распространенными в лесной полосе
Восточной Европы, через общинное землепользование в его "долевой"
стадии XVI-XVII вв., с ростом населения и освоенностью земель в
XVIII в. к территориально-соседскому общинному пользованию. Развитие
типов селений не прекращалось и далее, и даже XIX в. не раз
вносил существенные изменения в их статус. Если в первой половине
века поземельные крестьянские общины на Севере повсеместно переходили
к переделам земли, постепенно ограничивая захватное обычное
право пользования ею, наступая на свободное крестьянское распоряжение
землями, то во второй его половине и особенно в конце века
после реформы 1861 г. наметилась тенденция разложения общинного
землепользования и даже попытки ликвидации его, а крестьянство
получило право выкупа своих наделов и покупки незанятых казенных
земель. Такое положение не могло не повлиять на развитие деревни
как типа сельского поселения. Прежде всего, менялись размеры деревень,
их населенность, обеспечение землей, а в связи с этим хозяйственные
занятия жителей и выполнение тем или иным селением его
функций.
По многочисленным описаниям XIX в., выявляется "лицо" (соци
ально-экономическое положение) северной деревни того периода.
С ростом населения за столетия до XIX в. деревни перестали быть
селениями в 1-3 двора, хотя и оставались, в сравнении с поселениями
России, в среднем малодворными. Их малодворность в вологодских
землях, например, оставалась там же, где это являлось характерной
чертой и до XIX в. Так, в северо-восточных районах, в бывшем
Сольвычегодском у., малонаселенность деревень (до 50 чел. на деревню)
при их разбросанности по уезду объяснялась тем, что они
возникали путем свободной заимки пригодных для земледелия
участков, расположенных оазисно в речных долинах среди лесов.
Многолюдные селения здесь при неблагоприятных природно-климатических
условиях и небольшом количестве удобной земли не смогли
бы существовать^. В соседних Усть-Сысольском и Яренском уездах
селения были многолюдны, но располагались на большом расстоянии
друг от друга^.
Такими же мелкими, как в Сольвычегодском у., оставались многие
деревни Устюжского у.: до 43,7% их было в 1-5 дворов с населением в
21-50 чел. в середине XIX в. Эта цифра несколько снижается во второй
половине века, когда последствия реформы 1861 г. привели к укрупнению
деревень, и доля малодворных селений стала равняться 20%^.
В отдельных же волостях, в силу неблагоприятных условий, размеры
деревень оставались небольшими: в Городецко-Николаевской вол. уезд
а число дворов в деревнях редко достигало 20, большинство их остав
алось в 6-7 дворов^.
В центральных районах губернии в конце XIX - начале XX в. по
водным и сухопутным дорогам, с большим плотным заселением и
экономическим развитием, деревни становились многодворными - по
40-60 дворов в Лежской вол. Вологодского у.^ Такими же крупными
стали деревни у больших озер: в Вытегорском у. по Онежскому озеру -
по 51-100 жителей в деревне, хотя большинство их во всем уезде
состояло из 6-10 дворов^. Численность населения в них увеличивалась,
а самих деревень становилось меньше, т.к. они "стали скученнее"^.
В Вольском уезде деревни оставались небольшими; крупными счит
ались те, в которых насчитывалось до 60 дворов^. Вожегодские
деревни в начале XX в. и до 20-х его годов сохраняли в среднем до
30 дворов; более мелких (хутор Федоровский - 3, д. Караваевская - 10,
д. Горка- II) или крупных деревень (д. Тинготома- 80, д. Тарасовск
ая- 61, д. Нижняя- 66) на Вожеге к тому времени было гораздо
меньше^. Из 909-ти белозерских деревень в середине XIX в. 88 имело
более 10 дворов, 3/4 деревень - по 1-3 (в среднем - 5 дворов на
деревню). В Кирилловском у. из 1325 селений три имело более 50 дворов,
351 - по 10, 971 - менее 10, в среднем- по 8 дворов на деревню.
В Устюженском у. из 780 деревень в пяти было более, чем по
50 дворов в каждой, в 233 - более 10, в 1/3 деревень - по 1-3 (среднее -
9 дворов на деревню). В Череповецком у. из 920 селений в 11-ти было
11 дворов, в остальных - менее 10 (в среднем - примерно 5 дворов на
деревню)^.
В середине XIX в. вологодские деревни в целом по дворности были
следующими. Всего в губернии было 126928 дворов. Деревень с количеством
дворов менее 10-ти- 7390, 10-20-ти- 3428, 20-30-ти- 1002,
зо^О-ка - 272, 40-50-ти - 89, 50-60-ти - 35, 60-70-ти - 26, 70-80-ти - 9,
80-90-та- 10,90-100- 1, 100-110-ти -5, 110-120-3, 120-130-4, 130140-
3, 150-160- 1, 160-170- 2, 180-190- 1, 190-200- 1,
220-230 дворов - Г". По всей губернии в первой половине XIX в.
селения в 1-5 дворов составляли 34,35% их общего числа, в 6-1028,29%,
в 1 1-20-24,94, более 20-ти дворов - 12,42%. Преобладающим
типом селений были деревни: в губернии их было 97,2%, сел - 2,34%,
остальных - 0,45%^.
К концу XIX в. укрупнение селений шло повсеместно, малодворность
их стала относительной, кроме мелких деревень и поселков,
пристаней, мельниц и т.п. Многие старые села и деревни (выполняющие
функции сел) насчитывали по нескольку сотен жителей. Такие
селения, в которых жило 500 и более человек, были распространены в
уездах неравномерно, и их образование зависело от общей населенности
и размещения населения в губернии. В Вологодском у. два селения
имели около 1000 человек: с. Кубенское- 1008, с. Коровничье
(Прилуки)- 840. В Грязовецком у., в с. Старо-Никольское - 713 человек,
в д. Вочтога - 579; в Кадниковском у., в с. Устье - 598, в Никольском
у., в д. Нигино - 573, в починке Макаров в осваиваемых землях -
563, в д. Рослятино - 505 человек; в Тотемском у. таких сел, деревень и
слобод, в основном древнего происхождения, было 10; в УстьСысольском
- 27; в Устюжском - на фабрике Сумкина - 861 человек, в
д. Милетино- 630, д. Красавино- 531; в Яренском у. таких селений
было \1".
Сравнение вологодских деревень начала XX в. между собой обнаружив
ает следующее. В юго-восточных раинах они мельче, чем в
центре губернии. Так, никольские деревни были в среднем по 17 дворов,
тотемские - по 18,5, вельские - по 19^. Ко времени революции на
Вожеге деревни были уже довольно крупными: центральная д. Бекетовск
ая имела 300 дворов (сейчас 126), д. Баркановская- более 40
(теперь - 13), д. Вершина - 27 (теперь - 11)^.
В течение XIX в. деревни оставались преобладающим типом селений.
Из 12314 селений в Вологодской губ. в 1859 г. 11210 были деревнями^.
К концу XIX в. положение не изменилось, за исключением
юго-восточных районов, где в послереформенное время началось
новое освоение земель, продолжавшееся и в начале XX в., и где стали
возникать починки и выселки. Особенно это характерно для Никольского
у., в котором соотношение старых деревень и новых починков
составило: 50,4 и 38,2%^.
В XIX в. шло не только укрупнение северных деревень, но и менялся
характер деревенского землепользования в связи с общими
изменениями в землевладении и в сословной структуре государства.
Существование деревень государственных, экономических (бывших
монастырских и церковных), удельных (бывших дворцовых), различных
владельческих (дворянских, купеческих и даже деревень у мещан и
крестьян) в первой половине XIX в. - свидетельство наличия разного
вида землевладения, а в связи с этим и разнообразия в сословном составе
населения. Крестьяне всех этих деревень еще не стали единым
сословием государственных крестьян, к чему привело лишь послереформенное
развитие второй половины XIX в. Для поземельных
отношений стало характерным разграничение надельного землепользов
ания крестьян и казенного землевладения и почти повсеместное
прекращение обычно-правовых крестьянских норм в землепользов
ании. В земеледельческом отношении деревни к тому времени стали
сплошной зоной трехпольного пашенного земледелия с сохранением
лишь отдельных элементов подсеки или перелога, с порайонной
специализацией в хозяйстве (определенным соотношением земледелия,
животноводства, промыслов и др. занятий). Очень метко подмечены
характерные черты северной деревни и ее жителей у поэта А. Ром
анова":
... мудрое терпенье...
.. .строгую красу...
...ржаные реки...
...клеверный уют...
...век от века...
Умельцы здесь живут...
В то время, северные деревни были различны. Прежде всего, эти
различия определялись степенью зажиточности, хозяйственным
направлением (земледельческим или промысловым), а следовательно
теми функциями, которые выполняли деревни как типы поселений.
Так, богатые земледельческие деревни, а часть их была центрами
производства товарного хлеба еще в XVII в. и продолжала в какой-то
степени быть таковыми и в XIX в., нередко по своим функциям
приближались к селам - волостным и торговым центрам, где
проходили крупные торгово-ярморочные мероприятия и сделки, и
которые посещались не только местными купцами и торговцами, но и
приезжими, и даже иностранными. О такой деревне говорится в кокшенгской
свадебной народной песне^:
Она (деревня. - И.В.) стоит по-посадному,
Слывет по-базарному.
Как в нашей-то деревне
Три города славные:
Треть Москвы,
Да треть Вологды,
Да уголок славного Питера.
Такой же крупной деревней с функциями торгового и волостного
села была д. Бекетовская на Вожеозере, в которой "жили побогаче",
находилось два торговых дома, проходила ярмарка в "торговых пал
атках" на берегу Вожеги^.
От обычных земледельческих деревень сильно отличались
промысловые деревни. Еще в Х11-Х111 вв. в начале заселения Севера
возник тип промыслово-торгового поселения - новгородские
фактории - Тотьма, Нюксеница, Брусенец, немного позднее
Тарножский Городок. У промысловых деревень в вологодских землях
можно отметить их специфические черты. Если обычно на Севере
промысловые деревни были охотничье-рыболовческими становищами
с небольшим количеством дворов и населения в них, то у вологодских
была и еще одна направленность в хозяйстве. Это были деревни
солеваров, возникшие здесь в древности и обслуживающие
соледобывающий промысел, В Сольвычегодском у. у Соляного оз. с
XVI в. были заведены солеварницы вотчинниками Строгановыми^.
Такое же селение находилось в Леденгском Усолье (Тотемский у.),
возникшее в XVII в. и бывшее во в
...Закладка в соц.сетях
