Жанр: Электронное издание
Глава 5.
Теории тоталитарного общества
5.1. Общее теоретическое введение
Тоталитарное общество, так же как и все остальные типы обществ
и их теоретические реконструкции, рассматриваемые в
данной книге, имеет вполне конкретный исторический коррелят.
Речь идет об обществах, оформившихся в первой половине
XX в. в Германии, СССР, Италии, Испании и некоторых других
европейских странах. Они отличаются друг от друга культурноидеологическими
системами (нацизм на расистской основе - в
Германии; коммунизм - в СССР; фашизм - в Италии), принцип
ами функционирования экономики, типами государства, но,
безусловно, схожи в типах сформировавшихся систем социальной
коммуникации и базовых социальных институтов, в той
социальной практике, которая и позволяет объединять их в
единую социологическую модель.
Тоталитарное общество возникает тогда и там, когда и где
задачи и проблемы экономической модернизации и социальной
стабильности не удается решить в рамках буржуазнодемокр
атического порядка. Становлению тоталитарных обществ
во всех указанных странах предшествовал экономический и
социальный кризис, а экономическая, политическая, социальная и
культурная элита продемонстрировала неспособность вывести
общество из этих кризисов. В самом общем виде кризис, о котором
идет речь, - это кризисное становление массового обществ
а в условиях оформления организованного капитализма.
Возникая на базе массового общества, будучи одним из возможных
вариантов его развития, тоталитарное общество является
сугубо явлением XX столетия и может быть понято только
исходя из его реалий. Поэтому любые попытки установить аналогии
между тоталитарными обществами XX в. и утопическими
построениями Платона, Т. Мора, Т. Кампанеллы или теориями
Г. Бабефа, Ж.-Ж. Руссо и другими представляются социологически
необоснованными.
Становление массового общества, как это уже было показа160
но выше, - это оформление систем массового производства и
массового потребления; становление массового среднего класс
а; массовой культуры с ее принципами всеобщей стандартизации;
окончательный уход в прошлое всех сословных принципов
социального неравенства. Организованный капитализм внес в
этот процесс свою лепту - становление массового рабочего
класса, массовых форм социальной борьбы и социального сопротивления,
становление социального государства.
Одной из значимых составляющих кризисного развития этих
процессов стала критика буржуазной культуры и буржуазного
стиля жизни как такового, нашедшая свое выражение в декад
ансе и нигилизме, с одной стороны, и широчайшем распростр
анении идеологий национализма, нацизма, фашизма, коммунизм
а - с другой. При всем этическом и социальном различии
этих идеологий, все они содержат радикальную критику
буржуазно-демократического порядка, буржуазной культуры, а
также (и это главное) содержат свой собственный проект соци-
ально-экономического переустройства общества. При этом речь
идет о специфическом типе социального проектирования.
Социальные проекты, разрабатывавшиеся в рамках тоталит
арных идеологий, не просто отрицали капиталистическое буржу
азно-либеральное устройство общества - они предлагали новое
устройство, которое основывается на иных идеях и ценностях,
на иных принципах социального взаимодействия, предпол
агает формирование иного (нового) типа личности и новой
коллективной идентичности.
Сочетание такого достаточно разработанного проекта будущего
социального порядка, всегда отличного от буржуазнодемокр
атического и, как правило, предлагающего развернутую
критику буржуазно-либерального устройства - фундаментальн
ая черта всех идеологий, на основе которых осуществлялось
формирование тоталитарного общества^. Достаточно указать на
концепцию "нового порядка" германского нацизма, "корпоративного
государства" итальянского фашизма или коммунистического
социального проекта в СССР.
^См.: Орлов Б. С. Европейская культура и тоталитаризм. - М., 1998.
Основу "нового порядка" должна была образовывать принципи
ально иная система ценностей, главным компонентом которой
становится коллективизм и единство (расовое, пролетарское),
противопоставляемое буржуазному индивидуализму и
ценности отдельной человеческой личности. Именно такая нов
ая система ценностей составляет основу новых принципов солид
арности и взаимодействия, основу индивидуальной и групповой
идентичности. Отрицая значимость автономного личностного,
индивидуального начала в качестве основы идентичности,
утилитарно-контрактной основы человеческих отношений,
этот "новый порядок" предлагает в качестве таких оснований
расовое или классовое, пролетарское единство. Центральным
понятием, например, нацистской пропаганды стало понятие народн
ая община (Volksgemeinshaft). Народная община - это новое
сообщество (практически воплощенное в нацистском движении
предтоталитарного периода), которое должно было базиров
аться на абсолютном равенстве всех немцев, равенстве не
в правах, а по крови, а также на их отличии от всех других народов,
полагаемом в качестве абсолютного.
Такой подход влечет совершенно определенные трансформ
ации социальной структуры, всей системы социальных институтов
и институтов гражданского общества. В результате в качестве
основного и главного социального института начинает
выступать государство. Именно государство призвано воплощ
ать собою тотальное социальное единство, единую тотальную
идентичность, стать главным механизмом социальной солидарности
и организации социальной жизни.
Неудивительно поэтому, что политический анализ тоталитаризм
а является наиболее распространенным в современной научной
литературе^. Соответственно, очень часто приходится
встречать определение и рассмотрение тоталитаризма как системы
"насильственного политического господства", характеризующейся
полным подчинением общества, его экономической,
социальной, идеологической, духовной и даже бытовой жизни
власти господствующей элиты, организованной в целостный
^См., например: Тоталитаризм: что это такое? - М.: ИНИОН, 1994. Ч. 1 - 2.
военно-бюрократический аппарат, возглавляемый лидером"^.
Тоталитаризм - больше, чем система "насильственного политического
господства". Тоталитаризм не результат насилия
над массами, и ситуация совсем не такова, что в один прекрасный
день народ просыпается с неизвестно откуда взявшимся
"вождем нации". Скорее тоталитаризм является результатом
прорыва к власти масс, возглавляемых вождистской партией
или движением. Это массы и массовые движения приводят
своих "вождей" к власти, и результатом становится не просто
установление террористического режима, а тоталитарная
трансформация всего общества. Повсюду радикальным образом
разрушаются все социальные, культурные, политические и правовые
традиции, созидается новая система ценностей и идеалов,
разрабатываются новые конституционные и правовые системы,
новая культура, "новое общество", "новый порядок".
Тоталитарное общество является результатом выбора, который
делают массы в условиях политической демократии в
пользу специфической формы организации массового обществ
а. Поэтому для понимания того, что такое тоталитарное общество,
важным является не только понимание функционирования
механизмов политического контроля и подавления, но и поним
ание того, что это общество имеет массовую природу, формирует
специфическую идентичность и возможно только при условии
наличия специфической культурно-идеологической традиции^.
Тоталитаризм - это тип социальной системы, это совокупность
специфических социальных институтов, нормативных систем,
форм социального взаимодействия и идентичностей. Тоталитаризм
- это тип общества, а не управления, и именно как специфический
тип общества он будет исследоваться в данной главе.
^См.: Давыдов Ю. Н. Тоталитаризм // Современная западная социология.
- М., 1990. С. 351.
^В этом плане работа Н. Бердяева "Истоки и смысл русского коммунизм
а" или работа О. Шпенглера "Пруссачество и социализм" не менее
значимы, чем анализ функционирования партийно-государственной
машины нацистской Германии или большевистской России в 30-е -
50-е годы.
Осмысление тоталитарных обществ и построение социологической
теории тоталитарного общества как устойчивого социального
образования и устойчивой социальной практики оказалось
делом чрезвычайной сложности и продолжает привлекать вним
ание исследователей и в настоящее время. Это осмысление
осуществлялось и продолжает осуществляться специалистами
самых различных специальностей: социологами, историками,
экономистами, философами, политологами, а также писателями,
искусствоведами, журналистами, политиками. Все они внесли
свою лепту в создание общего видения того, что представляет
собою тоталитарное общество, все они разработали концепции,
предложенные в самых различных стилистических
формах - художественных или идеологических манифестах,
литературных произведениях, романах-утопиях и антиутопиях,
философских, социально-идеологических построениях и исторических
теориях.
Все эти многоплановые и многостилевые произведения следует
разделить, по крайней мере, на две большие группы теорий.
Первые фактически способствовали появлению идеологий
тоталитаризма, вторые - осуществляли его социальную критику
и реконструировали социологическое содержание. Мы сосредоточим
свои усилия на анализе собственно социологических
теорий тоталитарного общества. При этом главным образом
будут анализироваться социальные проекты, связанные с нацизмом,
и социологические теории, объектом исследования которых
стал нацизм как наиболее последовательное воплощение
тоталитаризма.
Этот анализ будет складываться из двух частей. Первая
часть - анализ того комплекса идей, которые легли в основу
соответствующих целостных проектов, составивших проективную
базу тоталитарных обществ. В качестве наиболее полных и
репрезентативных теорий или конструкций, воплотивших в себе
всю гамму идей, проложивших дорогу нацизму и тоталитаризму,
будут проанализированы и представлены теория "немецкого
социализма" одного из крупнейших социологов конца
XIX - первой трети XX века Вернера Зомбарта, и теория "рабо164
чего государства" Эрнста Юнгера.
Вторая часть - это социологические теории тоталитарного
общества, разработанные в 40-х - 50-х годах XX века на основе
анализа реальной социальной практики тоталитарных обществ.
Это теории тоталитаризма Х. Арендт и К. Мангейма.
5.2. Идеологические проекты тоталитарного общества
5.2.1. Общая характеристика
К идеологическим проектам тоталитарного общества относятся
различного рода теоретические построения, которые фактически
выступили в качестве предваряющего обоснования возможной
или становящейся практики реального тоталитаризма.
В рамках подобных построений были разработаны идеологии и
социальные проекты, без рассмотрения которых невозможно
адекватное понимание, описание и реконструкция природы тот
алитарного общества. К числу теоретиков, оказавших влияние
и отчасти даже способствовавших становлению тоталитарного
общества следует отнести О. Шпенглера, К. Шмитта, Э. Юнгер
а, В. Зомбарта и других. Этим теоретикам принадлежит сомнительн
ая "честь" создания - в некоторых случаях, возможно,
непроизвольного - проективных моделей тоталитаризма и разр
аботки идей, заложивших идеологические основания тоталит
аризма. Именно через рассмотрение такого рода построений
раскрывается проективный характер самого тоталитаризма, а
также то специфическое умонастроение, которое составило
благодатную почву тоталитарных идеологий.
Свою лепту в создание и формирование самых страшных тот
алитарных идеологий XX столетия внес и целый комплекс научно-соци
альных идей и концепций, широко распространенных
в социологии, психологии, философии, политической экономии
конца XIX - начала XX века. К их числу следует отнести, прежде
всего, вульгаризированные версии неоромантизма, расово-
антропологические теории, традиционалистскую критику капит
ализма и буржуазной культуры, а также многие версии социализм
а. Все вместе эти амальгамы теоретической мысли и различных
идеологем породили чудовищную смесь, ставшую ос165
новой тоталитарных идеологий. Эта чудовищная смесь выстроил
ась в совершенно определенную систему идей, основу
которой составила критика процесса модернизации, капитализм
а и буржуазной культуры, осуществляемая с различных позиций
и по самым различным поводам.
Антикапитализм и антибуржуазность как идеологический
тезис, как социальное чувство, как общее умонастроение включ
али в себя критику и отрицание политической демократии,
либерализма, индивидуализма, буржуазной культуры и провозгл
ашение непригодности этих принципов и практик для "своей"
страны, "своего" народа, выдвижение идеи своей культурной,
национальной или расовой специфичности. Утверждение
какого-то "особого" специфического характера народа, его
специфической "судьбы" и специфического "духа" стало формой
отрицания универсальных закономерностей развития, процессов
модернизации и средством обоснования претензий на
исключительность.
В рамках антикапиталистических, антибуржуазных умонастроений
возможно выделить два типа критики - традиционалистскую
и модернистскую. Само это разделение имеет аналитический
характер, поскольку в реальности обе позиции переплет
аются и в том или ином сочетании вместе присутствуют в
любом соответствующем теоретическом или идеологическом
построении.
Традиционалистская критика буржуазного общества опирал
ась на специфическую понятийность, созданную в рамках расово-
антропологических теорий и вульгарного неоромантизма,
а также "психологии народов" В. Вундта. Например, посредством
использования таких понятий как "раса", "народный дух",
"народный инстинкт", апелляции к ценностям народной традиции,
народного характера, общего происхождения и родства,
апелляции к "земле" и "ландшафту", "душе народа" обосновыв
алась идея специфического характера и исторической судьбы
немецкого народа, его, якобы, несовместимость с либерализмом,
демократией, буржуазностью.
Второй тип критики капитализма - это тип критики, который
с большими оговорками можно назвать "модернистской"
критикой. "Модернистской" она является потому, что апеллирует
к новой, еще не ставшей реальности будущего и использует
новую понятийность. Она апеллирует к "новому классу",
"новой культуре", "новому искусству". Основу, ядро этой "модернистской"
критики составила теория социализма, апелляция
к социалистическим идеям при одновременной критике марксизм
а и научного социализма. Речь идет о создании специфической
концепции социализма, отличной от социализма утопического,
марксистского и анархо-синдикалистского, - создании
"прусского" социализма, как его называет О. Шпенглер. Специфик
а этой концепции социализма состоит в увязывании соци
алистической идеи с государством, репрезентирующим "целостность
немецкого народа", его "дух". Именно эта идея
"прусского социализма" и послужила прототипом националсоци
ализма. "Немецкий, точнее прусский, инстинкт говорил:
власть принадлежит целому. Отдельное лицо ему служит. Целое
суверенно. ... Каждому отводится предназначенное ему место.
Приказывают и повинуются. Все это, начиная с XVIII века,
и есть авторитарный социализм, по своему существу чуждый
либерализму и антидемократичный"^. "Социализм... - пишет
далее Шпенглер, - означает политический, социальный, хозяй-
ственный инстинкт реалистически настроенных народов, ступень
нашей цивилизации... Но в этом инстинкте, всецело напр
авленном на внешнюю жизнь, продолжает жить старая фаустовск
ая воля к власти, к бесконечности; она проявляется в
страстном стремлении к неограниченному мировому господству
в военном, хозяйственном, интеллектуальном смысле, обн
аруживается в факте мировой войны и в идее мировой революции,
в намерении при помощи фаустовской техники слить в
единое целое человеческий муравейник. Таким образом, современный
империализм хочет овладеть всей планетой... Это созн
ание, становящееся все более и более ясным, я назвал современным
социализмом"^.
Антибуржуазность, идея собственного национального свое^Шпенглер
О. Пруссачество и социализм. - М., 2002. С. 26.
^Там же. С. 39 - 40.
образия и концепция немецкого социализма породили не только
исторические работы О. Шпенглера, но и вполне разработ
анные и четкие социальные проекты будущего общества. К их
числу вполне возможно отнести два, очень различных как по стилю,
так и по содержанию проекта - Э. Юнгера и В. Зомбарта.
5.2.2. Теория тоталитаризма Эрнста Юнгера
Едва ли у кого с большей силой и определенностью, чем у Эрнст
а Юнгера, проявляется критика всех базисных принципов,
которыми структурируется буржуазное капиталистическое общество.
Мало кто с такой определенностью и полнотой отстаив
ает тезис о национальной специфике немецкого народа: "Нет,
немец не был добрым бюргером... Повсюду, где мысль была
наиболее глубокой и смелой, чувство наиболее живым, битва -
наиболее беспощадной, нельзя не заметить бунта против ценностей,
которые поднимал на своем щите Разум, громко заявивший
о своей независимости. ... Никогда не была более
скудной пища для свободного развития героя. ...Немец не знал,
какое применение найти той свободе, которую всеми способами -
как мечом, так и уговорами - пытались ему навязать и котор
ая была учреждена провозглашением всеобщих прав человека:
эта свобода была для него орудием, не имевшим связи с наиболее
глубинными его органами"^.
Немцам, по мнению Юнгера, присуще свое, отличное от либер
ального, понимание свободы: "То качество, которое прежде
всех остальных считают присущим немцу, а именно порядок, -
всегда будут ценить слишком низко, если не смогут усмотреть
в нем отражение свободы в зеркале стали... как свобода, так и
порядок соотносятся не с обществом, а с государством, и обр
азцом всякой организации является организация войска, а не
общественный договор... Эпоха третьего сословия никогда не
понимала удивительной власти этого единства^.
Юнгер подвергает критике буржуазный индивидуализм,
^Юнгер Э. Рабочий. Господство и гештальт. - Санкт-Петербург. С. 61 -
62.
Там же. С. 64.
буржуазное государство как государство, основой которого является
общественный договор; общество, состоящее из классов
и, в особенности, "третье сословие" и его деятельность. По его
мнению, должно быть создано "новое общество", новая "проникнут
ая отвагой жизнь" и необходимо найти в себе смелость и
отвагу, чтобы к ней подготовиться. Главным средством этой
подготовки должна стать тотальная критика и отрицание ценностей
и идеалов духа Просвещения и разрушение того типа
человека, который был создан "бюргерской эпохой". Нигилизм
по отношению к капиталистическому миру и буржуазной культуре
есть кредо и основа позиции Э. Юнгера.
Буржуазная эпоха, по мнению Юнгера, уже почти ушла в
прошлое. На смену ей пришел новый мир - мир труда, мир машин,
мир рабочих. Суть новой эпохи, по мнению Юнгера, в
том, что к власти приходит новое - четвертое сословие, отождествляемое
с рабочими. Рабочее сословие начинает атаку на
общество как сферу "общественного договора" с целью изменения
последнего, что должно вылиться в захват власти. Но
прежде следует подвергнуть резкой критике и пересмотреть
весь комплекс бюргерских представлений об обществе, госуд
арстве, индивиде, свободе, системе закономерностей, наблюд
аемых в обществе, следует пересмотреть весь бюргерский
идеальный образ социального мира. Он начинает с того, что
подвергает самой резкой критике "экономическую утопию"
либерального сознания, объясняющую все общественные процессы
и взаимодействия экономическими причинами.
Бюргерский "разумно-добродетельный идеальный образ мир
а", пишет Юнгер, совпадает с экономической мировой утопией,
в которой постановка любого вопроса отсылает к экономическим
притязаниям, а результатом является господство ловкого
дельца, чье искусство состоит в ведении переговоров и посредничестве.
В рамках этого "мира эксплуататоров и эксплуатируемых
невозможна никакая величина, которая не определял
ась бы экономической инстанцией"^. Этой экономической
утопией создан образец, в соответствии с которым притязания и
^Там же. С. 81.
единичного человека, и массы на свободу трактуются как "экономические
притязания в экономическом мире". Также чисто
экономически трактуется и прогресс, на который ссылаются
участники экономической борьбы, выставляя именно себя носителями
процветания.
По мнению Юнгера, господство экономической утопии
должно быть отброшено, экономика - это не та власть, которая
может предоставить свободу, а "экономическое чутье" не может
пробиться к "элементам свободы". Но дело не в экономическом
нейтралитете, не в том, чтобы "отвратить дух" от какой
бы то ни было экономической борьбы, а напротив, в том, чтобы
сообщить этой борьбе предельную остроту. Однако это происходит
не в силу того, что экономика определяет правила борьбы,
а благодаря тому, что "высший закон борьбы" главенствует
и над экономикой. Необходимо покончить с легендой об "экономическом
качестве как основном качестве рабочего", он
должен провозгласить свою независимость от экономического
мира. Сутью восстания рабочего должна стать не экономическ
ая свобода и не экономическая власть, а власть вообще.
Для этого недостаточно одной только борьбы за свободу, котор
ая вырастает из фактической эксплуатации. Рабочий должен
осознать свое абсолютное превосходство и благодаря этому постичь
себя в своей собственной форме, которая уже не является
отражением бюргерского сознания, а опирается на его собственное
самосознание.
Резкой критике и пересмотру следует также подвергнуть
"бюргерское" представление об обществе, поскольку в бюргерскую
эпоху само слово "общество" приобрело особое значение,
смысл которого состоит в отрицании государства как высшего
орудия власти. Утратившее свою сущность государство - это и
есть общество. Государство утрачивает свою сущность, поскольку
общество подгоняет его под свои мерки и становится
на его место, замещает его. Этот процесс обусловлен "бюргерским"
понятием свободы, превращающим все социальные отношения
взаимозависимости и взаимной ответственности в договорные
отношения, в которые можно изначально не вступать
или произвольно расторгнуть.
В самом тесном отношении с "договорным" обществом находится,
в конечном счете, индивид, "эта чарующая и абстр
актная фигура, драгоценнейшее открытие бюргерской чувствительности
и в то же время неисчерпаемый предмет ее художественного
воображения"^. Юнгер фиксирует "закат индивид
а", "исчезновение индивида". Это "исчезновение индивида"
является "железным законом", хотя и воспринимается всеми
как трагедия. На место буржуазного индивида приходит человек
массы, с его "бесхарактерностью", "самоотрицанием", "неопределенностью
характера", "мнимыми нападками на себя".
Масса и единичный человек составляют единство, которое порожд
ает "ошеломляющую" двойственность образа общества:
зрелище самой пестрой и запутанной анархии в сочетании с
трезво регламентированным демократическим порядком. Единичный
человек уже не обличен достоинством личности, он
уже не является и индивидом, равно как масса не есть сумма
индивидов, их исчислимое множество. В массу "начинает проник
ать иная структура. Масса предстает в виде каких-то потоков...
напоминает движение муравьиных колонн, подчиненное
... автоматической дисциплине"^.
Сегодня, как указывает Юнгер, задача нации, так же как и
единичного человека, состоит в том, чтобы отказаться от индивиду
ального образца и постичь себя как представителя гешт
альта рабочего. Этот императив предполагает "уничтожение
поверхностного либерального слоя", которое, по сути, лишь
ускоряет его самоуничтожение, а также превращение национ
альной сферы в стихийное пространство, в котором обретается
"новое сознание власти и свободы" и в котором говорят на
ином языке, нежели язык XIX века.
Рабочий, как подчеркивает Э. Юнгер, способен на совершенно
иную свободу, нежели свобода бюргерская, и притязания,
которые он готов заявить, намного более обширны, более
значительны, более ужасающи, чем притязания какого бы то ни
было сословия. Высшее притязание, какое только способен вы^Т
ам же. С. 74.
^Там же. С. 166.
двинуть рабочий, состоит не в том, чтобы стать опорой нового
общества, а в том, чтобы стать опорой нового государства. И в
этом отношении "восход рабочего равнозначен новому восходу
Германии"^.
Концепция массового общества Э. Юнгера
Юнгер разрабатывает концепцию "нового порядка", полагая в
качестве его основы онтологию труда: "не может быть ничего,
что не было бы постигнуто как работа. Темп работы - это удар
кулака, биение мыслей и сердца, работа - это жизнь днем и ночью,
наука, любовь, искусство, вера, культ, война; работа - это
колебания атома и сила, которая движет звездами и солнечными
системами"^. Общество, социальная тотальность, которая
возникает на основе тотального характера работы, носит не
конструктивный, а органический характер. Мы принадлежим,
пишет Э. Юнгер, к той или иной органической конструкции не
в силу индивидуального волевого решения, то есть не через
осуществление акта бюргерской свободы, а благодаря фактической
вовлеченности в нее, которая определяется специальным
характером работы.
Тотальность труда, или тотальность работы означает, что
труд, трудовая функция человека становится главным и единственным
основанием включения человека в социальное целое, в
тотальность, в общество. Уходят в прошлое все системы соци-
альной дифференциации - и классовые, и сословные. Старое
разделение индивидов по классам, кастам или даже по профессиям
стало затруднительным, пишет Юнгер. Весь этот порядок
ушел в прошлое: "Всюду, где мы стремимся обрести порядок
сообразно этической, социальной или политической классифик
ации и найти свое место в нем, мы находимся не на решающих
фронтовых позициях, а пребываем в одной из провинци
...Закладка в соц.сетях
