Жанр: Электронное издание
Meleshk1
...ъяснений,
основанных на объективном наблюдении, привел к изменению самого понятия теории. В прошлом
теория традиционно имела философский характер. Главной ее проблемой было достижение
"достойной жизни". Позднее теория приобрела по преимуществу историческую окраску, и ее целью
стал анализ происхождения и развития политических идей прошлого. Бихевиоралистская же теория
была ориентирована на эмпирическое применение и видела свою задачу в том, чтобы помочь нам
объяснить, понимать и даже, насколько это возможно, предсказывать политическое поведение
людей и функционирование политических институтов" . Таким образом, бихевиористы выступали
за конструирование эмпирически ориентированных объяснительных теорий "среднего уровня".
Необходимость проверки гипотезы с помощью исследования всех случаев или их репрезентативного
количества обусловило использование бихевиоралистами количественных методов анализа, таких
как статистические методы, моделирование, опросные методы, метод наблюдения и т.п. Во многом
благодаря бихевиоралистам эти методы получили широкое применение в рамках политической
науки. Постепенно их применение стало рассматриваться представителями данного научного
подхода как одна из основных проблем науки. Появились специальные учебные курсы, пособия и
т.п.
Особую роль в развитии этих начинаний играли Мичиганский и Чикагский университеты США.
Так, например, при Институте социальных исследований Мичиганского университета еще в 1947 г.
была организована летняя школа, где молодых специалистов в области политических и других
социальных наук обучали применению эмпирических методов. В 1961 г. был создан
Межуниверситетский консорциум политических и социальных исследований (ICPSR) - партнерское
объединение нескольких университетов, при котором действовал быстро разраставшийся архив
доступных для количественной обработки результатов опросов общественного мнения и других
данных. Этот архив стал важным источником информации при подготовке диссертаций, статей и
монографий. Консорциум проводил собственные летние курсы по обучению количественным
методам исследования.
Особые требования, предъявляемые к теории и ко всему исследовательскому процессу, обусловили
повышенное внимание бихевиоралистов к процедурным вопросам (последовательность процедур,
строгость правил операционализации, поиска показателей, выбора методов исследования,
формулирования гипотезы и т.п.). Представители этого направления выступали за строгость
исследовательских процедур в целях обеспечения научности полученных результатов, а также
объективности процесса исследования . Как отмечает Д. Истон, "многие бихевиоралисты полагали,
что в процессе исследования можно в значительной мере абстрагироваться от ценностей как самого
ученого, так и общества в целом. Считалось, что этические оценки и эмпирические объяснения
опираются на разные типы суждений, которые следует четко различать и отделять друг от друга в
аналитическом плане. Бихевиоралисты принимали исходное предположение позитивизма..., что
исследовательская деятельность может быть свободной от ценностей или нейтральной в ценностном
отношении.... В результате нравственные оценки отошли далеко на задний план среди
исследовательских приоритетов политологии" .
По мнению В. Райкера (следует отметить, что он не являлся сторонником бихевиорализма), большой
заслугой этого направления являлось отсутствие антропоморфизма, потому что он описывал только
внешне наблюдаемые действия, а не мысли и мотивы: "Его привлекательность для политологов,
вероятно, состояла в декларируемой свободе от ценностей. Он помогал ученым удержаться от
бессознательного объяснения своих собственных "склонностей" и своих собственных
интерпретаций ценностей наблюдаемыми объектами" .
Вместе с тем, бихевиорализм был несвободен от некоторых недостатков и спорных моментов.
Чаще всего это методологическое направление подвергали критике за следующие типические
особенности, которые выделяет Д. Истон:
I. попытку дистанцироваться от политической реальности и абстрагироваться от
"особой ответственности" по практическому применению знаний, которую накладывают
занятия профессиональной наукой;
II. концепцию научности процедуры и методов, которая уводила исследователя от
изучения самого индивида, мотивов и механизма его выбора ("внутреннего" поведения) к
исследованию условий, которые влияют на действия ("внешнее" поведение людей). Это
могло привести к тому, что политическая наука превратится в "бессубъектную и
нечеловеческую" дисциплину, в рамках которой изучение человеческих намерений и
целей занимает достаточно скромное место;
III. "наивное предположение, что одна только бихевиоральная политическая наука
свободна от идеологических посылок";
IV. некритическое восприятие "классической" позитивистской интерпретации природы
научного познания, несмотря на то, что, начиная с 19 века, не раз раздавались
критические высказывания в адрес этого научного направления и высказывалась мысль о
наличии существенных особенностей гуманитарного знания;
V. неспособность к изучению ценностных аспектов политических отношений
VI. индифферентное отношение к возникающей фрагментации знания, несмотря на
необходимость его использования для решения комплекса социальных проблем .
Кроме того, среди недостатков данного подхода необходимо отметить отсутствие системного
взгляда на политические процессы и игнорирование историко-культурного контекста. Как отмечал
французский исследователь Эрме, характеризуя бихевиоральную стадию развития политической
науки, "спровадив книги Токвиля, Вебера и представителей немецкой школы начала века в Пантеон
"замечательных трудов", политическая социология давным-давно возвела внимание к
фундаментальным механизмам постоянной переклички прошлого и настоящего в ранг бесполезной
эрудиции. Историческая макросоциология до самого последнего времени была не в моде - может
быть потому, что она мало пригодна для новых технологий изучения поведения, основанных на
непосредственном наблюдении, и пользующихся неплохим спросом".
Отмеченные недостатки бихевиорализма, его неспособность дать ответы на многие вопросы
политической жизни, предсказать некоторые политические события (например, события 60-х гг.)
вызвали кризис этого направления и породили, по меткому замечанию Д. Истона, так называемую
"постбихевиоральную революцию". "Постбихевиоральная революция" ознаменовалась
возникновением некоторых новых методологических направлений, представители которых
пытались преодолеть недостатки бихевиорализма и дать ответы на назревшие вопросы, оставаясь в
то же время в рамках критериев научности. Среди таких подходов Д. Истон особо выделяет
веберианский интенционализм, теорию рационального выбора и теорию государства-актора.
В то же время часть исследователей продолжила работу в бихевиоральной традиции, пытаясь
адаптировать основные положения этого методологического подхода к велению времени. В
настоящее время "постбихевиоральному бихевиорализму" присущи следующие характерные
черты:
I. признание значения не только тех теорий, которые имеют эмпирическое
происхождение, но и остальных при сохранении принципа верификации
II. отказ от принципа полной верификации, признание значимости частичной
верификации
III. отсутствие абсолютизации технических приемов, признание возможности
использования качественных методов анализа и исторического подхода
IV. признание неизбежности и значимости ценностного подхода (возможности оценки
изучаемого явления)
4.Структурно-функциональный анализ.
Другой попыткой преодолеть недостатки бихевиорализма стало развитие структурнофункционального
подхода.
Как и бихевиорализм, структурно-функциональный подход пришел в политическую науку извне, из
другой области знания, из социологии. Сторонники структурно-функционального анализа
представляют общество как систему, включающую в себя устойчивые элементы, а также способы
связей между этими элементами. Эти элементы, а также способы связи между ними образуют
структуру системы. Каждый из элементов выполняет определенную функцию, которая является
важной для поддержания системы в целостности.
Согласно структурно-функциональному подходу, общество можно представить как совокупность
крупных элементов (подсистем), а также как совокупность отдельных позиций, занимаемых
индивидами, и ролей, соответствующих этим позициям. Состояние и поведение крупных элементов
и индивидов объясняется, в первую очередь, потребностями в выполнении функций и ролей.
Поэтому главной задачей исследования, по мнению, представителей данного подхода, является
выявление элементов системы, их функций и способов связи между ними.
Основателем структурно-функционального анализа считают Т. Парсонса, положившего начало
системному взгляду на политический процесс. Т. Парсонс делит общество на четыре крупных
элемента (подсистемы): экономическую, политическую, нормативную и культурную. Каждая
подсистема выполняет определенную функцию, важную для поддержания целостности системы.
Экономическая подсистема выполняет функцию адаптации к внешней по отношению к обществу
среде; политическая выполняет функцию достижения общих для общества целей ("получения
удовлетворения от внешний объектов"); нормативная - функцию интеграции, поддержания
гармоничных отношений и равновесия между элементами; культурная - воспроизводства
социальной структуры, снятия напряжения и разрешения социальных конфликтов. В свою очередь
каждая из подсистем может быть также представлена как система с соответствующими
характеристиками.
Как известно из курса политологии, структурно-функциональный подход явился основой для
создания теории политических систем, уделявший большое внимание факторам, которые
обуславливают стабильность политической системы. На этой методологической основе возникла и
теория политической модернизации.
Основные заслуги данного методологического подхода заключаются в следующем. Появление
теорий политической системы, теории модернизации и структурно-функционального подхода в
целом сделало возможным появление теории, основанной на вычленении универсальных
компонентов политического процесса. Структурный функционализм способствовал включению в
сферу анализа политического процесса макропоказателей и макроструктур и созданию
исследовательского инструмента, пригодного для научного кросснационального сравнения.
Возникновение этого подхода благоприятствовало также значительному расширению сферы
сравнительных исследований, в которую была включена в частности большая группа стран Азии,
Африки и Латинской Америки (страны "третьего мира"). Кроме того, его появление благоприятно
сказалось на развитии исследований неформальных механизмов функционирования государства и
других политических институтов.
Вместе с тем, структурно-функциональный подход был несвободен от некоторых недостатков,
среди которых необходимо выделить следующие:
I. недостаточно внимания уделялось микроуровню анализа политических процессов;
II. политическое поведение людей рассматривалось как производное от их
функционального статуса, недооценивалась самостоятельность и активность
политических акторов, а также влияние социальных факторов;
III. недостаточное внимание уделялось изучению причин и механизма конфликтов, что
послужило причиной неспособности объяснить конфликтные политические процессы
(например, войны и социально-политические конфликты 60-х гг.)
Вместе с тем, наличие несомненных достоинств структурного функционализма обусловило то, что
данный методологический подход, несмотря на пережитый им в 60-70 гг. кризис, и по сей день
широко применяется при анализе политического процесса. Как показывает практика, наилучшие
результаты дает его применение в совокупности с элементами других методологических подходов.
5. Теория рационального выбора.
Основной разгар кризиса бихевиоризма, структурно-функционального анализа и других основных
методологических направлений пришелся на 60-70-е годы. Эти годы были насыщены попытками
найти новую методологическую основу для дальнейших исследований. Ученые пытались это
сделать разными путями:
I. обновить "классические" методологические подходы (возникновение
постбихевиорильных методологических направлений, неоинституционализма и др.);
II. создать систему теорий "среднего уровня" и попытаться использовать эти теории в
качестве методологической основы;
III. попытаться создать эквивалент общей теории путем обращения к классическим
политическим теориям;
IV. обратиться к марксизму и создать на базе этого различного рода технократические
теории.
Эти годы характеризуются появлением ряда методологических теорий, претендующих на место
"большой теории". Одной из таких теорий, одним из таких методологических направлений стала
теория рационального выбора.
Теория рационального выбора была призвана преодолеть недостатки бихевиоризма, структурнофункционального
анализа и институционализма, создав теорию политического поведения, в которой
человек бы выступал независимым, активным политическим актором, теорию, которая позволяла бы
посмотреть на поведение человека "изнутри", учитывая характер его установок, выбор
оптимального поведения и т.п.
В политическую науку теория рационального выбора пришла из экономической науки. "Отцамиоснователями"
теории рационального выбора считаются Э. Даунс (сформулировал основные
положения теории в своем труде труд "Экономическая теория демократии"), Д. Блэк (ввел в
политическую науку понятие предпочтений, описал механизм их трансляции в результаты
деятельности), Г. Симон (обосновал концепцию ограниченной рациональности и
продемонстрировал возможности применения парадигмы рационального выбора), а также Л.
Шаплей, М. Шубик, В. Райкера, M. Олсон, Дж. Бьюкенен, Г. Таллок (разрабатывали "теорию игр").
Прошло примерно десять лет, прежде чем теория рационального выбора получила широкое
распространение в политической науке.
Сторонники теории рационального выбора исходят из следующих методологических посылок:
Во-первых, методологический индивидуализм, то есть признание того, что социальные и
политические структуры, политика и общество в целом вторичны по отношению к индивиду.
Именно индивид производит своей деятельностью институты и отношения. Поэтому интересы
индивида определяются им самим, также как и порядок предпочтений.
Во-вторых, эгоизм индивида, то есть его стремление максимизировать собственную выгоду. Это не
означает, что человек обязательно будет вести себя как эгоист, но если даже он будет вести себя как
альтруист, то этот способ, скорее всего, является для него более выгодным, чем другие. Это
относится не только к поведению отдельного индивида, но и к его поведению в группе, когда он не
связан особыми личными привязанностями.
Сторонники теории рационального выбора считают, что избиратель решает, прийти ли ему на
избирательные участки или нет, в зависимости от того, как он оценивает выгоду от своего голоса,
голосует также исходя из рациональных соображений пользы. Он может манипулировать своими
политическими установками, если видит, что может не получить выигрыша. Политические партии
на выборах также пытаются максимизировать свою выгоду, заручившись поддержкой как можно
большего количества избирателей. Депутаты образуют комитеты, руководствуясь необходимостью
провести тот или иной законопроект, своих людей в правительство и т.п. Бюрократия в своей
деятельности руководствуется стремлением увеличить свою организацию и ее бюджет и т.д.
В третьих, рациональность индивидов, то есть их способность располагать свои предпочтения в
соответствии со своей максимальной выгодой. Как писал Э. Даунс, "каждый раз, когда мы говорим
о рациональном поведении, мы имеем в виду рациональное поведение, изначально направленное к
эгоистическим целям" . При этом индивид соотносит ожидаемые результаты и затраты и, стремясь
максимизировать результат, пытается одновременно минимизировать затраты. Так как для
рационализации поведения и оценки соотношения выгод и затрат требуется обладание значительной
информацией, а ее получение связано с повышением общих затрат, то говорят об "ограниченной
рациональности" индивида. Эта ограниченная рациональность в большей степени связана с самой
процедурой принятия решения, нежели с сущностью самого решения.
В четвертых, обмен деятельностью. Индивиды в обществе действуют не одни, существует
взаимозависимость выборов людей. Поведение каждого индивида осуществляется в определенных
институциональных условиях, то есть под влиянием действия институтов. Сами эти
институциональные условия создаются людьми, но исходным при этом является согласие людей на
осуществление обмена деятельностью. В процессе деятельности индивиды скорее не
приспосабливаются к институтам, а пытаются их изменить в соответствии со своими интересами.
Институты же в свою очередь могут изменить порядок предпочтений, но это означает лишь то, что
измененный порядок оказался выгодным для политических акторов при данных условиях.
Чаще всего политический процесс в рамках парадигмы рационального выбора описывается в виде
теории общественного выбора, либо в виде теории игр.
Сторонники теории общественного выбора исходят из того, что и в группе индивид ведет себя
эгоистично и рационально. Он не станет добровольно прилагать особых усилий для достижения
общих целей, а будет пытаться пользоваться общественными благами бесплатно (феномен "зайца" в
общественном транспорте). Это происходит, потому что природа коллективных благ включает в
себя такие характеристики, как неисключаемость (то есть никто не может быть отстранен от
пользования общественными благами) и неконкурентность (потребление этого блага большим
количеством людей не приводит к снижению его полезности).
Сторонники теории игр исходят из того, что политическая борьба за выигрыш, а также допущения
теории рационального выбора об универсальности таких качеств политических акторов, как эгоизм
и рациональность, делают политический процесс подобным игре с нулевой или ненулевой суммой.
Как известно из курса общей политологии, теория игр описывает взаимодействие акторов путем
определенного набора сценариев игр. Целью такого анализа является поиск таких условий игры, при
которых участники выбирают определенные стратегии поведения, например, выгодные сразу всем
участникам .
Данный методологический подход несвободен от некоторых недостатков. Одним из таких
недостатков является недостаточный учет социальных и культурно-исторических факторов,
влияющих на поведение индивида. Авторы данного учебного пособия далеки от того, чтобы
согласиться с исследователями, считающими, что политическое поведения индивида является во
многом функцией социальной структуры или с теми, кто утверждает, что политическое поведение
акторов несравнимо в принципе, потому что оно происходит в рамках неповторимых национальных
условий и т.п. Однако очевидно, что в модели рационального выбора не учитывается влияние
социокультурной среды на предпочтения, мотивацию и стратегию поведения политических акторов,
не учитывается влияние специфики политического дискурса.
Другой недостаток связан с допущением сторонников теории рационального выбора относительно
рациональности поведения. Дело не только в том, что индивиды могут вести себя как альтруисты, и
не только в том, что они могут обладать ограниченной информацией, несовершенными качествами.
Эти нюансы, как было показано выше, объясняются самой теорией рационального выбора. Речь
идет, в первую очередь, о том, что часто люди действуют иррационально под влиянием
краткосрочных факторов, под влиянием аффекта, руководствуясь, например, сиюминутными
порывами.
Как верно отмечает Д. Истон, расширительное толкование рациональности, предложенное
сторонниками рассматриваемой теории, ведет к размыванию этого понятия. Более плодотворным
для решения задач, которые ставят представители теории рационального выбора, было бы
выделение типов политического поведения в зависимости от его мотивации. В частности от
рационального и эгоистического поведения значительно отличается "общественноориентированное"
в интересах "социальной солидарности" .
Кроме того, теорию рационального выбора часто критикуют за некоторые технические
противоречия, вытекающие из основных положений, а также за ограниченность объяснительных
возможностей (например, применимость предложенной ее сторонниками модели партийного
соревнования только к странам с двухпартийной системой). Однако значительная часть подобной
критики либо проистекает из неправильного токования работ представителей данной теории, либо
опровергается самими представителями теории рационального выбора (например, с помощью
концепции "ограниченной" рациональности).
Несмотря на отмеченные недостатки, теория рационального выбора обладает рядом достоинств,
которые и обуславливают ее большую популярность. Первое несомненное достоинство заключается
в том, что здесь используются стандартные методы научного исследования. Аналитик формулирует
гипотезы или теоремы на основе общей теории. Методика анализа, применяемая сторонниками
теории рационального выбора, предлагает конструирование теорем, включающих альтернативные
гипотезы относительно намерений политических субъектов. Потом исследователь подвергает эти
гипотезы или теоремы эмпирическому тестированию. Если реальность не опровергает теоремы, эта
теорема или гипотеза считается релевантной. Если результаты тестирования неудачны,
исследователь делает соответствующие выводы и повторяет процедуру заново. Использование этой
методики позволяет исследователю сделать вывод о том, какие действия людей, институциональные
структуры и результаты обмена деятельностью будут наиболее вероятными при определенных
условиях. Таким образом, теория рационального выбора решает задачу верификации теоретических
положений путем тестирования предположений ученых относительно намерений политических
субъектов.
Как справедливо отмечает известный политолог К. фон Бойме, успех теории рационального выбора
в политической науке можно в целом объяснить следующими причинами:
I. "неопозитивистские требования к использованию в политической науке дедуктивных
методов легче всего удовлетворить при помощи формальных моделей, на использовании
которых основывается данный методологический подход
II. подход с позиций теории рационального выбора может быть применен при анализе
любого типа поведения - от поступков самого эгоистичного рационалиста до
беспредельно альтруистической деятельности матери Терезы, максимизировавшей
стратегию помощи обездоленным
III. направления политической науки, находящиеся на среднем между микро- и
макротеориями уровне, вынуждены признать возможность подхода, основанного на
анализе деятельности (политических субъектов - Е.М., О.Т.) акторов. Актор в концепции
рационального выбора представляет собой конструкцию, позволяющую избежать вопроса
о реальном единстве личности
IV. теория рационального выбора способствует использованию качественных и
комулятивных (смешанных - Е.М., О.Т.) подходов в политической науке
V. подход с позиций теории рационального выбора выступил в качестве своего рода
противовеса засилью поведенческих исследований в предшествующие десятилетия. Его
легко совместить с многоуровневым анализом (особенно при изучении реалий стран
Европейского союза) и с ... неоинституционализмом, получившим распространение в 80е
годы" .
Теория рационального выбора имеет достаточно широкую область применения. Она используется
для анализа поведения избирателей, парламентской деятельности и формирования коалиций,
международных отношений и т.д., широко применяется при моделировании политических
процессов.
6.Дискурсивный подход.
Понятие дискурс весьма многозначно (от лат. - discursus - рассуждение, довод, аргумент), часто
оно употребляется как синоним слова "текст". Причем под текстом порой понимался не только
специфический продукт речевой деятельности, но и самый широкий спектр явлений действительности,
особым образом структурированный и несущий смысловую нагрузку.
В науке существует множество определений понятий "дискурс", "политический дискурс". При их
многообразии можно выделить два основных подхода.
Первый подход более широкий, и здесь под дискурсом понимаются фрагменты
действительности, обладающие временной протяженностью, логикой и представляющие законченное
сочинение, сформированное на основе организации смыслов (законченное "произведение", например, в
виде текста) с использованием смыслового кода (словаря и т.п.).
Представители другого, более узкого подхода трактуют дискурс как особый вид коммуникации:
"Дискурс есть коммуникативное событие, происходящее между говорящим, слушающим
(наблюдателем и др.) в процессе коммуникативного действия в определенном временном,
пространственном и проч. контексте. Это коммуникативное действие может быть речевым,
письменным, иметь вербальные и невербальные составляющие" .
Если применить этот подход к анализу социальных и политических явлений, то дискурс будет
определять не межперсональный диалог как "речевое событие", а "социальный диалог,
происходящий посредством и через общественные институты между индивидами, группами и
также и между самими социальными институтами, задействованными в этом диалоге" .
В целом представители теории дискурса выделяют два аспекта этого явления:
I. дискурс - рамка, "порождающая система" (Дж. Поккок, К. Скиннер). Для обозначения
этого явления часто используются термины "язык", "идеология"; именно в этом значении
говорят о дискурсе либерализма, консерватизма и т.п.
II. конкретный дискурс - дискурс-произведение, обладающая определенным сюжетом,
например, дискурс выборов Президента РФ 2000 г.
В прикладном, "техническом" смысле дискурс обозначает письменное, речевое или образное
проявление какого-либо объекта (широкая трактовка дискурса), или коммуникации (узкая
трактовка). В этом случае производится анализ речей, текстов, интервью, бесед, дебатов и т.д.
Теория
...Закладка в соц.сетях
