c87_147

страница №3

... живых существ функционально к
максимизации включающей генетической годности. С помо
щью этой модели реконструируются биопопуляционные взаимо
действия и социальные структуры в животном мире. Рекон
струкция по модели оптимизации и максимизации облегчает
изучение сложных взаимодействий. Она может заменить эм
пирическое исследование. Значительно снижая расходы на ин
дуктивное наблюдение и экспериментальное моделирование, она
сокращает затраты на экспериментальное исследование. Од
нако теоретико-оптимизационная реконструкция остается объяс110

ненцем типа "как если бы", поскольку она представляет собой
перенос человеческой рациональности на онтологически отлич
ную область. Мы пытаемся так понять социальных насекомых
и их разделение труда, как будто они рационально максимизи
руют их включающую генетическую годность.

Прежде всего встает непроясненный вопрос, каков онтологи
ческий статус принципа экономии: является ли он физическиэнергетическим
принципом или духовно-рациональным, кото
рый нельзя переносить на инстинктивное поведение. Самуэльсон
придерживается взгляда, что принцип максимизации и в био
логии должен пониматься чисто механистически. Он критикует
максимизационные модели биологии за то, что проблемы макси
мизации формулируются слишком финалистически и что слиш
ком часто употребляются телеологические понятия. Проблемы
максимизации должны были бы формулироваться не с помощью
телеологических метафор преднамеренности, как будто природа
что-то такое максимизирует. Скорее максимизации должны по
ниматься чисто физикалистски, как взаимодействия между си
стемами, при которых возникают схемы, ех post осмысливаемые
как проблемы максимизации. По Самуэльсону, для такого си
стемного анализа не нужна никакая "предсуществующая" про
блема, якобы "требующая" решения (Samuelson, 1978, р. 183).
Как экономист, Самуэльсон критикует биологию за то, что она в
своих максимизационных анализах рассуждает все еще слишком
телеологически. С его точки зрения, принцип максимизацииминимиз
ации есть применение ньютоновской механики. Движе
ние в природе следует принципу наименьшего действия Мопертюи.
Так же механически, по "принципу наименьшего действия
Мопертюи-Эйлера-Лагранжа-Якоби" должны, согласно Самуэльсону,
объясняться проблемы максимизации в социобиологии,
например взаимодействия между популяциями на опре
деленной территории.** Однако сомнительно, чтобы достиже*"Если
уж уравнения биологического поведения дают максимизи
рующие решения некоей определимой проблемы, то это не означает, что
какой-то ум должен заранее что-то знать об этой проблеме (включая и
знание о самом ее существовании или несуществовании). Яблоки падают
в Линкольншире, минимизируя гамильтоновский интеграл действия и
минимизируя выражение наименьшего действия Мопертюи-ЭйлераЛ
агранжа-Якоби. То же самое они делали и до Ньютона. Но яблоки
не знают, что они это делают" (Samuelaon, 1978, р. 182).

111

Нил социобиологии в области объяснений могли быть получены
с помощью чисто механистических моделей. Ведь в моделях,
использующих антропоморфные категории, по большей части со
держатся моменты рационального предвидения и предвосхище
ния, без которых принцип максимизации теряет свою объясни
тельную и предсказательную силу. В отличие от вопроса, ка
ким оптимальным путем должно двигаться яблоко, желающее
попасть с дерева на землю, вопрос о том, какую стратегию раз
множения должны были бы "применить" эгоистические гены в
определенных популяциях и средах, вряд ли может решаться с
помощью принципа механической оптимизации, как взаимодей
ствие между энергетическими системами. Системы уравнений
стали бы слишком сложными. Понятно, что социобиология не
очень склонна к самоосмыслению по модели механики, как этого
требует от нее экономист Самуэльсон.

Вопрос об онтологическом статусе принципа экономии и
оптимизации не может быть здесь прояснен окончательно. С
проблемой же непроясненного онтологического статуса принципа
оптимизации в живой природе связано столь же важное эпистемологическое
и теоретико-научное возражение против оптими
зационных моделей, гласящее, что реконструкции или объясне
ния оптимизации типа "как если бы" носят целиком характер
объяснений ad hoe. Они постольку приближаются к объясне
ниям ad hoe, поскольку связь объяснений определяется более
или менее "ad hoe" и произвольно. Сложность ситуации, пе
ред которой оказывается экономический ген, неизбежно должна
в теоретико-оптимизирующей реконструкции столь сильно упро
щаться, что описание ситуации как исходных условий объясне
ния обладает лишь отдаленным сходством с действительностью.

"Простая теория относительно явлений, сложных по своей при
роде, по-видимому, неизбежно является ложной, во всяком слу
чае она такова без специальной оговорки ceteris paribus, развер
нутая формулировка которой сделала бы уже теорию совсем не
простой" (Hayek, 1972, 8. 16). Для реконструкции генетического
отбора как процесса, оптимизирующего выживание генов, дей
ствительны те же критические соображения, что и в отношении
экономических моделей максимизации. Эти модели, если они
претендуют на отражение действительности, требуют такого зна
ния, каким мы не располагаем. Для того чтобы оптимизацион
ная модель правильно описывала действительность, необходимо
выполнение следующих условий.

112

Во-первых, должна быть правильно описана исходная ситу
ация.

Во-вторых, должны быть известны число и вид, "набор" воз
можных стратегий.

В-третьих, должен быть хорошо определен критерий оптими
зации, т. е. величина, которая должна быть максимизирована.

В-четвертых, должны быть точно определены ограничиваю
щие побочные условия.**

Эти условия выполняются лишь для "хорошо структуриро
ванных", четко отграниченных проблем теории решений, таких
как оптимизация в технических науках. Уже для сложных хо
зяйственных взаимосвязей, как например при руководстве пред
приятием, максимизационная модель, вследствие неуверенности
в отношении стратегий других, а также сложности условий среды
и побочных воздействий стратегий в будущем, не может дать од
нозначного решения или указания для действия (Alchian, 1950;
Koslowskl, 1982, S. 230 f.). Оптимизационная модель - это ско
рее модель техники, а не экономики. Поэтому она и в экономике
и в теории решений часто заменяется "моделями удовлетворяю
щих результатов" (satisficing-Modelle) (Simon, 1978). Эти модели
реалистичнее и выносливее. Они требуют, чтобы был достигнут
заранее определенный удовлетворяющий, а не оптимальный уро
вень целевой величины.

Для реконструкции биологических популяций по правилам
генной оптимизации еще существеннее идущее от теории ре
шений возражение относительно отграничения исходных ситу
аций и вызванных действиями последствий. Ведь в селекци
онных моделях не дано рациональное предвидение, ситуация
решения (Entscheidungssituation) гена отграничена снаружи на
блюдателем, а побочные условия и стратегии не даны или фик
сированы, а также реконструируются наблюдателем. К этим воз
ражениям со стороны теории решений и экономики добавляются
возражения в узком смысле биологические. Оптимизационные
аргументы в биологии исходят из того, что, если определенный
фенотип оптимально приспособлен, возникает и пригодный, соот
ветствующий ему генотип, что, однако, не доказано. Ибо некото
рые оптимальные решения представляют собой смеси фенотипов,
которые динамически возможны лишь при крайне ограничен*К
критике оптимизационных моделей см.: Cater, Witeon, 1978,
р. 297; Lewontln, 1979, р. 8-9.

ИЗ

ных генетических условиях. Левонтин (Lewontin, 1979, р. 12)
весьма убедительно заключает: динамика естественного отбора
не включает в себя рациональное предвидение и нет такого те
оретического принципа, который обосновывал бы оптимизацию
как следствие отбора. Оптимизационные аргументы, - если мы
не хотим, чтобы они превратились в недопустимый перенос в те
орию естественного отбора антропоморфных рассуждений, - мо
гут применяться в биологии лишь с величайшей осторожностью.
Селекционные и оптимизационные аргументы не могут действо
вать одновременно. Или действует селекционная модель - и
тогда нельзя исходить из оптимизации при почти полном пред
видении, или же действует оптимизационная модель - и тогда
гены должны мыслиться как интенциональные и предвидящие,
а природа как телеологически ведущая к оптимумам. В после
довательной теоретико-оптимизирующей модели селекция обес
печивала бы лишь осуществление равновесия между оптимиза
ционными стратегиями видов таким же образом, как, согласно
теории всеобщего рыночного равновесия в экономике, действует
рынок, обеспечивая равновесие между своекорыстными страте
гиями рациональных хозяйственных субъектов.

Оптимизационные модели применимы лишь в ограничен
ных проблемных областях. Когда исходное состояние, побоч
ные условия, возможные стратегии и целевая функция хорошо
определены, можно предсказать оптимальную стратегию. Од
нако нельзя указать оптимальных решений для всеобщей вза
имосвязи природы. Поэтому лежащая в основе социобиологии
теория эгоистического гена неприменима как теория сверхвидовой
всеобщей эволюции живого. Вопрос о том, является ли
действительность природы результатом оптимизирующего пове
дения генов, это вопрос, выходящий за пределы опыта и не
доступный ни для какой фальсификации. Неясен уже крите
рий оптимизации. Что, собственно, оптимизируется: состояние
частиц хромосом, как у Докинса, или целых цепочек ДНК?**
Максимизируется сегодняшнее или вневременное состояние ге
нов? Из-за недостающего знания и экспоненциально возраста
ющей сложности больших систем мы можем указать оптимумы
лишь для региональных совокупностей, так называемые локаль
ные оптимумы. Возникновение целого вида не может быть пред*Ср.:
"Что это в конце концов значит: отбор является максимизи
рующим?" (Alexander, 1974, р. 374).

114

ставлено как оптимизация. С теоретико-оптимизационной точки
зрения оно остается неопределимым. Можно сказать лишь так:
если при данной среде и данных побочных условиях популяции
или индивиды стремятся обеспечить выживание своих генов, то
они должны были бы вести себя так-то и так-то. Как получа
ется, что индивид фенотипически и генотипически оказывается
в такой-то ситуации решения; это не может снова описываться
или теоретически реконструироваться как результат предшеству
ющих оптимизаций. Теоретико-оптимизирующее описание, или
реконструкция, эволюции какого-либо вида неполно вследствие
нехватки у нас необходимой информации или впадает в бес
конечный регресс реконструкций настоящего через реконструк
ции прошлого.** Как эвристическая модель для реконструк
ции частных моделей теоретико-оптимизирующая реконструк
ция может иметь смысл, если она не забывает о своем модель
ном характере. "Экономика выживания наряду с экономиками
действия и мышления означает... истолкование процесса отбора
как постоянную ставку на те органические черты, у которых от
носительно большая вероятность выживания в данной среде. По
хоже, что для более плодотворного дескриптивного исследования
дала толчок некая тавтология. "У чего большая вероятность вы
жить, выживет с большой вероятностью" - это тавтология. Но
она направила исследовательское внимание на вопрос: почему
в терминах известной физики и химии... такая-то черта орга
низма имеет большую вероятность выживания в такой-то среде,
чем какая-то другая черта" (Marshak, 1974, р. 380).

Если же понимать совокупный процесс эволюции вида как
оптимизирующее приспособление, то это предполагает наличие
трансцендентального априори, предшествующего всякому опыту
и эмпирической проверке и согласно которому адаптация ведет
к оптимумам. Тем самым предполагается такая целесообраз
ность природы, телеологизм которой выходит за рамки телео**
Здесь налицо недопустимая тотализация и универсализация эм
пирической исследовательской модели, ее превращение в спекулятив
ный принпип целостности. Согласно Крингсу (Krings, 1984), такой пе
реход от частной эмпирической теории к универсальному принципу, т. е.
pars pro tote, является логической ошибкой и знаменует собой тот пункт,
в котором эмпирическое исследование эволюции превращается в эволю
ционную метафизику, а естественнонаучная теория без всякой рефлек
сии переходит на территорию философии.

115

логик аристотелевской онтологии естественных видов. Для того
чтобы приспособление могло мыслиться как основной фактор со
отношения организма и среды, ведущий к локальным оптиму
мам, должны предполагаться преемственность и верность дей
ствительности, ибо иначе постоянство наблюдаемых явлений и
форм или даже видов вовсе не было бы возможным даже в ограни
ченных временных масштабах. Когда процессы приспособления
мыслятся без преемственности формы, это означает, что имеются
лишь состояния общего хода движения материи, только поток
совокупной действительности, но нет явлений верности форме и
различимости организма и среды.*R

Для оптимизационного аргумента верно то же, что и для те
ории естественного отбора Дарвина: в том и другом случае речь
идет в первую очередь об отношении организма к своему окруже
нию. В том и другом случае подчеркивается внешний аспект при
способления организма к данным условиям - ceteris paribus, но
не имеется возможности реконструировать а целом внутренний
аспект генезиса вида и генезис того, что называется "окружение"
(setting), в котором вид или индивид находится; можно все это
лишь брать в качестве предпосылки (ср.: Peters, 1972, 8. 349).
Принцип отбора как принцип объяснения генезиса совокупной
действительности живого также исходит из трансцендентальной
предпосылки, согласно которой возникновение видов через от
бор можно предполагать и там, где процессы отбора уже не могут
быть реконструированы. Отталкиваясь от наблюдаемых и рекон
струируемых явлений отбора, делают вывод, что все сущее возни
кло как продукт аналогичных явлений отбора. Это индуктивное
умозаключение возможно лишь при том априорном допущении,
что всякий отбор действует в направлении сохранения адапта
ций. Поэтому неокантианцы истолковали теорию естественного
отбора как эмпирический пример применения трансценденталь*
" Преемственность и квазинезависимость - это самые фундамен
тальные черты эволюционного процесса... Преемственность означает,
что небольшие изменения в какой-либо характерной черте должны при
водить лишь к небольшим изменениям в экологических отношениях...
Квазинезависимость означает, что существует большое разнообразие
альтернативных путей, по которым может изменяться данная черта,
причем некоторые из них позволяют отбору воздействовать на эту черту,
не изменяя компенсирующим образом другие особенности организма"
(Lewontin, 1978, р. 169). Из критического изложения Левонтином ада
птационного принципа следует, что от понятия вида нельзя отказаться.

не

кого принципа целесообразности, который был определен Кан
том как "целесообразность самой по себе случайной связи много
образного". "Естественный отбор объясняет механическим обра
зом существование целесообразных форм. Принцип селекции
оценивает все процессы с точки зрения полезности в смысле при
годности для сохранения. Поэтому, когда Дарвина называют "ве
личайшим телеологом", это совершенно верно" (Fellmann, 1977,
S. 294). Поскольку с точки зрения теории отбора, как и теории
оптимизации, реконструкции возникновения какого-либо орга
низма возможны лишь как частичные, а не глобальные рекон
струкции истории, то сомнительно, что с точки зрения теории от
бора объясняется сверхвидовая эволюция, выходящая за рамки
вида, и что от понятия вида можно отказаться.** Теория от
бора, правда, указывает - выражаясь в теоретико-игровых тер
минах - на "оперативные" правила игры и на успешные игро
вые стратегии эволюции. Но ее способность "объяснить" и ре
конструировать первоначальное оснащение (endowment) и "status
quo пункт" (ср.: Luce, Raiffa, 1957, р. 124 f.) играющих друг
против друга видов весьма проблематична. Встает также вопрос,
не превышает ли эволюционная теория при экстраполяции се
лекционного принципа на всю действительность свой кредитный
счет допустимых объяснений, когда она выдает чек на объяс
нение всей действительности, хотя этот чек обеспечен лишь на
сумму объяснений частных взаимосвязей.

3.3. Лучший из возможных миров и невозможность
его тотальной реконструкции

Социобиология претендует на "реконструкцию" теории всеобщей
действительности с помощью теории эволюции социального по
ведения в рамках общей теории эволюции. Согласно Уилсону и
Ламсдену (Wagon, 1980, 8. 18; Lumsden, Wilson, 1981, р. 346),
достоинство научной теории заключается в том, что она сво
дит возможно большее число явлений к простым взаимосвязям

**Согласно Левонтину (Lewontin, 1978, р. 159), приспосабливание
де улучшает шансы на выживание организма, а только компенсирует
изменения среды и действует так, что организм идет в ногу с этими из
менениями. Однако вряд ли сверхвидовую эволюцию можно объяснить
через приспосабливание путем подлаживания к изменениям среды.

117

эстетически удовлетворительным образом. Опыт естествознания
якобы показал, что наилучшим способом это можно сделать, если
рассматривать реальный мир в матрице возможных миров (Lulusden,
Wilson, 1981, р. 2). К этой программе возможных миров
присоединяется и Докинс, реконструируя свои эволюционно ста
бильные стратегии по модели лучшего из всех возможных спо
собов поведения. Против монистической теории совокупной дей
ствительности как результата единого эволюционного процесса и
как реконструкции по модели возможных миров можно выдви
нуть два возражения.

Во-первых, не имеет смысла говорить о возможных мирах,
когда речь идет об объяснении per definitionero одноразового про
цесса - эволюции как истории Вселенной. При ответе на вопрос,
как можно реконструировать этот одноразовый процесс, недопу
стимо ссылаться на возможные миры и моделирование путей раз
вития или частичных процессов развития, поскольку они как раз
не совпадают с предметом нашего интереса. Айген и Винклер
(Eigen, Winkler, 1975, S. 195) соглашаются с тем, что "лишь
отдельные отобранные исходные события могут быть проверены
экспериментально, но отнюдь не историческая цепь событий эво
люции". В конечном итоге во всех селекционных, оптимизацион
ных и теоретико-игровых объяснениях общее развитие действи
тельного мира остается необъяснимым. Вычленение предшеству
ющих условий в объяснительных моделях, при котором устра
няются не относящиеся к делу факторы или в предварительном
порядке предполагаются какие-то условия, неприемлемо для ис
следования целого и совокупности процессов. Когда объяснению
подлежит совокупная система мира, никакое "окружение" не мо
жет уже быть устранено как не относящееся к делу. Попытка
же восстановить предшествующие условия объяснения, опреде
ляя систему как целое, приводит к регрессу в бесконечность.

Во-вторых, исходить из возможных или даже из лучшего из
всех возможных миров как эвристической модели имеет смысл
только для частичных миров, соотнесенных с другими частич
ными мирами. Лишь для божественного сознания мир и эволю
ция являются случайными или возможными и эволюция могла
бы пойти по-другому. Для конечного же сознания эволюция и
мир как целое таковы, каковы они есть. Лишь относительно
частичных миров конечное сознание может сказать, что они по
отношению к таким-то и таким-то целям оптимальны. Только
абсолютное и бесконечное сознание было бы в состоянии заявить,

118

что этот мир является лучшим среди других, мыслимых или воз
можных. Применение оптимизационного аргумента к эволюци
онной теории (эволюция в целом - результат оптимизирующих
генов) ведет или к сверхтелеологизму генов как вечных конеч
ных причин, или к теодицее, интерпретирующей эволюцию как
развитие лучшего из возможных миров.*" Обе позиции несовме
стимы с каузально-механической теорией эволюции. Проблема
реконструкции социобиологического поведения с помощью воз
можных оптимальных стратегий еще раз показывает несовмести
мость селекционных и оптимизационных аргументов до тех пор,
пока не доказана теорема, что отбор ведет к оптимальности или
что отбирается оптимальность. Объяснения типа "как если бы"
и реконструкции в согласии с оптимизационными аргументами,
как у Докинса, - это не объяснения в строгом смысле слова, а
похожие на правду истории о том, что должны делать гены, если
они хотят обеспечить свое выживание. Как такие истории они
имеют эвристическую ценность. Трудности же "тотальной рекон
струкции" совокупной действительности свидетельствуют о том,
что теория всей действительности не может мыслиться как экс
траполяция частных моделей, но для нее должны действовать и
приниматься во внимание другие критерии истинности и другие
ходы мысли.

t. Природная экономика против общественной экономики

В разделе 2 "Социобиология как биоэкономия" было показано,
как биология и экономическая наука сходятся в своем стрем
лении построить единое дескриптивное и нормативное объясне
ние поведения. Выживание генов и максимизация включающей
генетической годности понимаются в социобиологии и биоэкономии
как единая и последняя цель поведения всего живого.

Было, однако, выяснено, что социобиологи не считают неогра
ниченно действующим "категорический императив" социобиологии:
"Максимизируй свою включающую генетическую год
ность". Одобряются или принимаются не все действия, служа*"Ср.
также критику Гизелином (Ghiselin, 1974, р. 131) Г. Р. Уоллес
а за его веру в гармонию, в то, что естественный отбор всегда препят
ствует развитию неадаптивных свойств.

119

щие этой цели, не все генномаксимизирующие стратегии, как
например каннибализм.

4.1. Бытие и должевствовавие, объясвевие и оправдавие

Эти ограничения действенности генетического императива пока
зывают, что и в социобиологии обнаруживается различие между
контекстом объяснения и контекстом оправдания и что биологистский
монизм не может быть последовательно проведен ею
самой. Различие между бытием и долженствованием, между
биологической и этической аргументацией выступает в ней са
мой, ставя монизм теории под вопрос. Объяснение эволюци
онного процесса не тождественно его оправданию (ср.: Nagel,
1980; Singer, 1982; Vossenkuhl, 1983; Wickler, 1983). Из по
нимания эволюции мы не можем заключить, что ей и следует
быть, если возможен другой ход эволюционных изменений и он
может подвергнуться воздействию человека. А в том, что мы
можем, познав эволюционный процесс, направить его по дру
гому пути, убеждены все приверженцы социобиологии, хотя эта
возможность рефлексии и переориентации эволюции предпола
гает нечто вроде свободы теории и ее трудно представить себе
в рамках строго детерминистской модели. Как объяснить, что
по Уилсону (Wilson, 1980, 8. 196) род человеческий обладает
способностью изменять собственную природу? Почему языковая
коммуникация должна освобождать человека от принуждений,
налагаемых дарвиновскими принципами (Eigen, Winkler, 1975,
S. 288), если законы эволюции - строго действующие законы?
Освобождение и самопреобразование в соответствии с собствен
ным целеполаганием не имеют смысла в строго детерминистской
или стохастической системе. Тот факт, что люди могут обладать
знанием о самих себе и о том процессе, в который они и их окру
жение включены, не поддается детерминистскому объяснению,
поскольку это знание предполагает и одновременно имеет след
ствием дистанцирование и независимость от этой детерминации.
Внесение в систему теории, удвоение действительности через ее
понятийное представление и отрицание и обратные воздействия
этой картины действительности на формирование действительно
сти не могут быть адекватно постигнуты с помощью механикоселекционных
теорий. Как будет показано ниже, определение
отношения сферы духа к сфере природы требует более сложной

120

теории, чем теория каузально-механической эволюции. Соотно
шение теории и действительности, познания и практики показы
вает, что строго монистическая теория совокупной действитель
ности возможна не как детерминистско-механистическая, а лишь
как теория абсолютного духа, как у Гегеля. Монизм мыслим
лишь как монизм духа, в котором природа мыслится как другое
самого духа, а дух понимается спекулятивно как нечто, пере
крывающее противоположность природы и мышления.** Что же
касается детерминистско-механистических теорий, то они, на
против, неизбежно всегда впадают в картезианский дуализм res
extensa и гез cogltans (протяженной вещи и мыслящей вещи. -
Прим, ред.), материи и мысли, который делает невозможным
последовательный монизм.

Также и согласно социобиологии этика несводима полностью
к биологии. Принципы этики не могут отождествляться с прин
ципами приспособления и оптимизации, принципы культурносоци
альной эволюции не могут приравниваться к принципам
природной эволюции. Суть дела с учетом социально-экономиче
ского развития можно также представить следующим образом.
Социальные стратегии и институты, возникшие путем социаль
ной и биологической эволюции и селекции, не обязательно ведут
к социальному оптимуму и к максимальному развертыванию че
ловеческих потенций. Эволюционные изменения так же легко
порождают социально нежелаемые состояния и социальные ди
леммы (Buchanan, 1975, р. 167; Vanberg, 1983).

4.2. Дилемма заключенных и рациональвое предвидение как
специфическое отличие общественной экономики от природной

Типичной подобной дилеммой является ситуация, известная как
дилемма заключенных (prisoner's dilemma). Результат соци
ального взаимодействия, возникающий в социальной коопера
ции тогда, когда все или некоторые предвидят общее благо,
выгоднее для всех, чем тот случай, когда каждый действую
щий индивид следует своему узкому интересу, представляюще
муся ему вначале его собственным интересом. Дилемма за
ключенных иллюстрируется следующей историей. О двух за"К
вопросу о гегелевском монизме абсолютного духа см.: Henrich,
1980.

...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5

Закладка в соц.сетях