Купить
 
 
Жанр: Электронное издание

1_1

страница №8

Аминь.
ПОСЛАНИЕ СТАРЦА ПСКОВСКОГО ЕЛЕАЗАРОВА
МОНАСТЫРЯ ФИЛОФЕЯ ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ
ДЬЯКУ МИХАИЛУ ГРИГОРЬЕВИЧУ МИСЮРЮ,
В ЕМ ЖЕ НА ЗВЕЗДОЧЕТЦЫ И НА ЛАТЫНИя1
"Государя великого князя дьяку Михаилу Григорьевичу, Елизарьева монастыря твой нищий богомолец старец Филофей Бога молит и челом бьет. Присла ты, государь мой, ко мне грамоту,
а в ней писано, чтобы мне внутренний твой список истолковати.
И тебе, государю моему, ведомо, что я человек сельский, учился буквам, а елинских борозстей не текохя2, а риторских астрономий не читал, ни с мудрыми философами в беседе не бывал. Учуся буквам благодатного закона, дабы мою грешную душу очистити от грехов. :
Девятьдесят лет како греческое царство разорися и не созиждется, сия вся случися грех ради наших. Пожене они предаша православную греческую веру в латинство: латыне глаголют, наше царство римское недвижимо пребывает, аще быхом не праве веровали не бы снабделя3 господь нас. Не подобает нам внимати прелестем их. Воистину они суть еретицы, своею волею отпадше от православныа хрестианскиа веры: Быша с нами в единстве 780 лет, егдая4 отпадоши от правыа веры 735 лет, и во апполинариеву ересья5 впадше. :
Немного слов скажем о нынешнем православном царствии пресветлейшего и высокостолпнейшего града нашего иже во всей поднебесной единого христианского царя и браздодержателя святых божьих престол святые вселенские апостольские церкви иже вместо римской и константинопольской иже есть в богоспасенном граде Москве: иже едина во вселенной паче солнца светится: яко вси христианские царства придоша в конец и снидошасяя6 во едино царство нашего государя, по пророческим книгам, то есть росейское царство, два убо рима падоша, а третий стоит, а четвертому не быти. : Яко все христианские царства потопишася от неверных токмо единого государя нашего царство благодатию христовой стоит. Подобает царствующему держати сие с великим опасением и к богу обращением, и не уповати на злато
и богатство исчезновенное, но уповати на все дающего Бога.
А звезды, яко же прежде рекохти, не помогают ничем, ни придадут, ни отнимут:".

ПЕРВОЕ ПОСЛАНИЕ ИВАНА ГРОЗНОГО
КНЯЗЮ АНДРЕЮ КУРБСКОМУ 1.

"Царево государево послание во все его Российское царство об измене клятвопреступников - князя Андрея Курбского с товарищами.
Бог наш троица, всегда бывший и ныне сущий, отец сын и святой дух, не имеющий ни начала, ни конца, которым мы живем
и движемся, которым цари царствуют
и властители пишут правду; богом нашим Иисусом Христом дана была единородного слова божия победоносная непобедимая хоругвья2 - крест честной первому во благочестие царю Константину и всем православным царям оберегателям православных. И после того как исполнилась воля провидения и божественные слуги божьего слова, как орлы, облетели всю вселенную, искра благочестия дошла и до Российского царства. По божьему изволению начало самодержавия истинно православного Российского царства - от великого царя Владимира, просветившего вся русскую землю святым крещением, и от великого царя Владимира Мономаха, который получил от греков достойнейшую честь, и от храброго великого государя Александра Невского, одержавшего победу над безбожными немцами, и от достойного хвалы великого государя Дмитрия, одержавшего за Доном великую победу над безбожными агарянами (татарами), вплоть до отмстителя за несправедливости, деда нашего, великого князя Ивана, и до приобретателя исконных прародительских земель, блаженной памяти отца нашего великого государя Василия, и до нас, смиренных, скипетродержателей Российского царства. Мы же хвалим бога за премногую милость к нам, что не допустил он десницы нашей обагриться единоплеменной кровью ибо мы не отняли ни у кого царства, но божию изволению и по благославлению своих прародителей и родителей, как родились на царстве, так и были воспитаны и выросли, и божьим повелением воцарились, и взяли все родительским благословением, а не похитили чужое. :
:ты бежал не от смерти, а желая мимотекущей славы и богатства. Если же ты, по твоим словам, праведен и благочестив, зачем ты убоялся мученической смерти, которая не есть смерть, но приобретение? В конце концов все равно умрешь. Если же ты убоялся смертного приговора из-за лжи и клеветы твоих друзей, слуг сатаны, то это показывает только ваши всегдашние изменнические умыслы! :
Писание твое принято и прочитано внимательно. Змеиный яд у тебя под языком и поэтому, хоть письмо твое и наполнено медом и сотами, но на вкус оно горше полыни; как сказал пророк: "Уста их мягче елея, но в них - стрелы". Так ли обучен ты, христианин, служить христианскому государю? Так ли следует воздавать честь владыке, от бога данному, как делаешь ты, изрыгая бесовский яд?:
Выя1 ведь еще с юности, подобно псам, поколебали мое благочестие и державу, полученную мною от бога и от моих прародителей, взяли под свою власть. А это ли совесть прокаженная - держать свое царство в руке и не давать господствовать своим рабам? Это ли противно разуму - не хотеть быть под властью своих рабов?
И это ли православие пресветлое - быть под властью и повелением рабов?
Так обстоит дело с мирскими делами; в духовных же и церковных делах, если я совершил небольшой грех, то только из-за вашего же соблазна и измены; кроме того, и я - человек; нет ведь человека без греха, один бог безгрешен; это ты только считаешь себя человеком, равным ангелу. А о безбожных народах что
и говорить! Там ведь у них цари своими царствами не владеют,
а как им укажут их подданные, так и управляют. А русские самодержцы изначала сами владеют своим государством, а не их бояре и вельможи! А это ты в своей злобе не мог понять, считая благочестием, когда самодержавие находится под властью известного попая2 под вашим злодейским поведением. А это по твоему нечестие, когда мы сами обладаем властью, данной нам от бога, и не хотим быть под властью попа и под вашим злодейским повелением: Когда же божьей милостью, заступничеством пречистой богородицы, молитвами всех святых и родительским благословением я не дал вам, злодеям, погубить себя - это значит, по-твоему, что я выступил против православия? Сколько зла я тогда от вас претерпел. :
:А когда ты писал: за что я перебил сильных в Израилея1
и данных богом воевод различным смертям предал и их святую и победоносную кровь в церквях божьих пролил, обагрил церковные пороги кровью мучеников и придумал неслыханное мучения, казни и гонения для своих доброжелателей, полагающих за нас душу, облыгая православных и обвиняя их в изменах, чародействе и других неподобающих поступках, то ты писал и говорил ложь. :
Крови же в церкви мы никакой не проливали. Не знаем, что это за победоносная и святая кровь,- в нынешнее время о такой у нас ничего не было слышно. А церковные пороги, и не только пороги, но и помост и преддверия, мы, как только избавились от вашей бесовской власти, принялись украшать всяким добром, на сколько хватает у нас сил и у наших подданных усердия,- это могут видеть и иноплеменники. :
Мук, гонений и различных казней мы не для кого не придумывали, и если же ты говоришь об изменениях и чародеях, так ведь таких собак везде казнят. :
:Что же касается мирских людей, бывших под нашей властью, то мы наказали их по их изменам: сначала никого не казнили смертной казнью, но всем, кто не был с ними заодно, повелели
с ними не общаться, в чем была взята присяга: но те, кого ты называешь мучениками, и их сообщники презрели наш приказ
и нарушили присягу, и не только не отстали от изменников, но стали им помогать еще больше и всячески старались вернуть их на первое место, чтобы устраивать против нас еще более коварные заговоры и так как тут обнаружилась неутолимая злоба и непокорство, то виновные получили наказание, достойное их вины.


:Писал ты, что я растлен умом хуже язычника. Я же ставлю тебя самого судьей между мной и тобой: вы ли растлены разумом или я, который хотел над вами господствовать, а когда вы не захотели быть под моей властью, разгневался на вас? Или растлены вы, которые не только не захотели повиноваться мне и слушаться меня, но сами мной владели, захватили мою власть и правили как хотели, а меня устранили от власти: на словах я был государь, а на деле нисколько не властвовал. Сколько напастей я от вас испытал, сколько оскорблений, сколько обид и упреков!
И за что? В чем была моя вина перед вами с самого начала? Чем и кого я оскорбил?: А чем лучше меня был Курлятев? Его дочерям покупают всякие украшения и желают им здоровья, а моим шлют проклятья и желают им смерти.я1 Много такого было. Сколько мне от вас бед,- не исписать. :

КРАТКИЙ ОТВЕТ КНЯЗЯ АНДРЕЯ КУРБСКОГО
НА ВЕСЬМА ПРОСТРАННОЕ ПОСЛАНИЕ
ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ МОСКОВСКОГОя2

Широковещательное и многошумящее твое письмо получил,
и размыслил и понял, что оно от неукротимого гнева с ядовитыми словами отрыгано, что не только царю, столь великому и во всей вселенной прославляемому, но и простому и убогому воину не прилично; а больше всего из Священного писания нахватано
с яростью и лютостью не строками и не отдельными стихами, как обычно (поступают) знающие и умеющие, если им случается писать, в кратких словах большой смысл заключая, но сверх меры,
с избытком, крикливо целыми книгами и паремиями целыми
и посланиями. Тут же о постелях, о телогреях и другие бесчисленные воистину глупых баб сказки; и так варварски, что не только ученым и знающим мужам, но и необразованным и детям удивительно и смеху достойно, особенно в чужой земле, где есть люди, не только в грамматике и риторике, но и в диалектических
и философских учениях искусные. :
И уже не понимаю, чего от нас хочешь. Уже не только единоплеменных князей из рода великого Владимира различными смертями уморил - движимого и недвижимого имущества их, которого еще твой дед и отец не разграбили, последних рубах, скажу с дерзновением твоему прегордому царскому величеству, не оставил (как положено) по евангельскому слову. :
Царю пресветлому, в православии богом прославленному, ныне же из-за грехов наших против бога и прославия обратившемуся. Умный поймет, что совесть у него прокаженная и что такого не сыщешь и среди безбожных народов. Не позволял я себе говорить об этом; из-за изгнания горького из земли твоей и из-за многих горестей теперь постараюсь кратко сказать тебе.
За что, о царь, сильных во Израилея1 побил и воевод, богом данных тебе, различным смертям предал? За что победоносную
и святую кровь их в церквях божьих, во владыческих торжествах пролил и их мученическую кровью обагрил церковные пороги?
И на доброжелателей твоих, душу за тебя полагающих, неслыханные мучения и гонения и смерть замыслил и, обвинив без вины прославных в измене, чародействе и в ином неподобном, тщетно пытался белое за черное и сладкое за горькое выдать! В чем провинились перед тобою, о царь, чем прогневали тебя, христианский заступник? Не могущественные ли царства разорили и мужественных и храбрых, тех, у кого предки наши в рабстве были, во всем тебе подвластными сделали? Не их ли усилиями неприступные немецкие города были даны тебе богом?
То ли нам, бедным, воздал, всячески губя нас? Или думаешь, что ты бессмертен, царь? Или скверной ересью увлечен так, что не хочешь уже предстать перед неподкупным судьей, богоначальным Иисусом, которй будет судить мир по правде, и являешься прегордым мучителем и истязаешь людей, не доказав их вины. Он есть - Христос мой, сидящий на престоле херувимском по правую руку от вышнего судии,- судья между мной и тобою. :
ВОЗРОЖДЕНИЕ. реформация
никколо МАКИАВЕЛЛИ
ГОСУДАРЬ (1513)я1
О ТЕХ, КТО ПРИОБРЕТАЕТ ВЛАСТЬ ЗЛОДЕЯНИЯМИ
:Есть еще два способа сделаться государем - несводимые ни к милости судьбы, ни к доблести: Я разумею случаи, когда частный человек достигает верховной власти путем преступлений либо в силу благоволения к нему сограждан. :Самое: главное для государя - вести себя с подданными так, чтобы никакое событие - ни дурное, ни хорошее - не заставляло его изменить своего обращения с ними, так как, случись тяжелое время, зло делать поздно, а добро бесполезно, ибо его сочтут вынужденным и не воздадут за него благодарность.
О ГРАЖДАНСКОМ ЕДИНОВЛАСТИИ
:Единовластие учреждается либо знатью, либо народом, в зависимости от того, кому первому представится удобный случай.
:С людьми знатными надлежит поступать так, как поступают они. :Если государь пришел к власти с помощью народа, он должен стараться удержать его дружбу, что совсем не трудно, ибо народ требует только, чтобы его не угнетали. :Государю надлежит быть в дружбе с народом, иначе в трудное время он будет свергнут.
О ЩЕДРОСТИ И БЕРЕЖЛИВОСТИ
:Ничто другое не истощает себя так, как щедрость: выказывая ее, одновременно теряешь самую возможность ее выказывать и либо впадаешь в бедность, возбуждающую презрение, либо, желая избежать бедности, разоряешь других, чем навлекаешь на себя ненависть. Между тем презрение и ненависть подданных - это то самое, чего государь должен более всего опасаться, щедрость же ведет к тому и другому. Поэтому больше мудрости в том, чтобы, слывя скупым, стяжать худую славу без ненависти, чем
в том, чтобы, желая прослыть щедрым и оттого поневоле разоряя других, стяжать худую славу и ненависть разом.
О ЖЕСТОКОСТИ И МИЛОСЕРДИИ И О ТОМ,
ЧТО ЛУЧШЕ: ВНУШАТЬ ЛЮБОВЬ ИЛИ СТРАХ
:Говорят, что лучше всего, когда боятся и любят одновременно; однако любовь плохо уживается со страхом, поэтому если уж приходится выбирать, то надежнее выбрать страх. :Однако государь должен внушать страх таким образом, чтобы, если не приобрести любви, то хотя бы избежать ненависти, ибо вполне возможно внушать страх без ненависти. :Скажу, что любят государей по собственному усмотрению, а боятся - по усмотрению государей, поэтому мудрому правителю лучше расчитывать на то, что зависит от него, а не от кого-то другого; важно лишь ни в коем случае не навлекать на себя ненависти подданных, как о том сказано выше.
О ТОМ, КАК ГОСУДАРИ ДОЛЖНЫ ДЕРЖАТЬ СЛОВО
:Надо знать, что с врагом можно бороться двумя способами: во-первых, законами, во-вторых, силой. Первый способ присущ человеку, второй - зверю; но так как первое часто недостаточно, то приходится прибегать и ко второму. Отсюда следует, что государь должен усвоить то, что заключено в природе и человека, и зверя. :
Итак, из всех зверей пусть государь уподобится двум: льву
и лисе. Лев боится капканов, а лиса - волков, следовательно, надо быть подобным лисе, чтобы уметь обойти капканы, и льву, чтобы отпугнуть волков. Тот, кто всегда подобен льву, может не заметить капкана. Из чего следует, что разумный правитель не может
и не должен оставаться верным своему обещанию, если это вредит его интересам и если отпали причины, побудившие его дать обещание. :Иначе говоря, надо являтся в глазах людей сострадательным, верным слову, милостивым, искренним, благочестивым -
и быть таковым в самом деле, но внутренне надо сохранить готовность проявить и противоположные качества, если это окажется необходимо.
О ТОМ, КАКИМ ОБРАЗОМ ИЗБЕГАТЬ
НЕНАВИСТИ И ПРЕЗРЕНИЯ
:Государь: должен следить за тем, чтобы не совершить ничего, что могло бы вызвать ненависть или презрение подданых. Если в этом он преуспеет, то свое дело он сделал, и прочие его пороки не представят для него никакой опасности. Ненависть государи возбуждают хищничеством и посягательством на добро и женщин своих подданных. Ибо большая часть людей довольна жизнью, пока не задеты их честь или имущество; так что недовольным может оказаться лишь небольшое число честолюбцев, на которых нетрудно найти управу. :Из всех способов предотвратить заговор самый верный - не быть ненавистным народу. :
КАК НАДЛЕЖИТ ПОСТУПАТЬ ГОСУДАРЮ,
ЧТОБЫ ЕГО ПОЧИТАЛИ
Ничто не может внушить к государю такого почтения, как военные предприятия и необычайные поступки. :Но самое главное для государя - постараться всеми своими поступками создать себе славу великого человека, наделенного умом выдающимся.

Государя уважают также, когда он открыто заявляет себя врагом или другом, то есть когда он без колебаний выступает за одного против другого - это всегда лучше, чем стоять в стороне. :
Здесь уместно заметить, что лучше избегать союза с теми, что сильнее тебя, если к этому не понуждает необходимость. : Ибо в случае победы сильного союзника ты у него в руках, государи же должны остерегаться попадать в зависимость к другим государям. :
Государь должен также выказывать себя покровителем дарований, привечать одаренных людей, оказывать почет тем, кто отличился в каком-либо ремесле или искусстве. Он должен побуждать граждан спокойно предаваться торговле, земледелию и ремеслам, чтобы они благоустраивали свои владения, не боясь, что эти владения у них отнимут, другие - открывали торговлю, не опасаясь, что их разорят налогами; более того, он должен располагать наградами для тех, кто заботится об украшении города или государства. Он должен также занимать народ празднествами
и зрелищами в подходящее для этого время года. :Государь должен: при этом твердо блюсти свое достоинство и величие, каковые должны присутствовать в каждом его поступке.
КАКОВА ВЛАСТЬ СУДЬБЫ НАД ДЕЛАМИ ЛЮДЕЙ
И КАК МОЖНО ЕЙ ПРОТИВОСТОЯТЬ
Я знаю, сколь часто утверждалось раньше и утверждается ныне, что всем в мире правят судьба и Бог. :
И однако, ради того, чтобы не утратить свободу воли, я предположу, что, может быть, судьба распоряжается лишь половиной всех наших дел, другую же половину, или около того, она предоставляет самим людям. Я уподобил бы судьбу бурной реке, которая, разбушевавшись, затопляет берега, валит деревья, крушит жилища, вымывает и намывает землю: все бегут от нее прочь, все отступают перед ее напором, бессильные его сдержать. Но хотя бы и так,- разве это мешает людям принять меры предосторожности в спокойное время, то есть возвести заграждения и плотины так, чтобы, выйдя из берегов, река либо устремилась в каналы, либо остановила свой безудержный и опасный бег?
То же и судьба: она являет свое всесилие там, где препятствием ей не служит доблесть, и устремляет свой напор туда, где не встречает возведенных против нее заграждений. :

РАССУЖДЕНИЯ
О ПЕРВОЙ ДЕКАДЕ ТИТА ЛИВИЯ (1519)я1
:Глава II
КАКИЕ БЫВАЮТ РЕСПУБЛИКИ
И КАКОГО РОДА БЫЛА РЕСПУБЛИКА РИМСКАЯ
:Желая рассмотреть, каковы были учреждения города Рима
и какие условия привели его к совершенству, я замечу, как все, писавшие о республиках, что есть три рода правительств, а именно Монархия, Аристократия и Народное Правление; из этих трех видов правления должны какое-нибудь выбрать те, кому приходится устраивать правление в городе, давая предпочтение правлению, которое покажется для них удобнее. Иные, и притом, по мнению многих, более мудрые, думают, будто видов правления шесть, из коих три дурны во всех отношениях, а три другие сами по себе хороши, но так как их трудно поддерживать, то и они также становятся пагубны. Хороши три, уже названные нами: три других вытекают из них и дурны; и каждый из них так похож на соответствующий ему хороший, что они легко переходят один в другой. Монархия легко обращается в тиранию; Аристократия часто переходит в правление небольшого меньшинства (олигархия); Народное Правление без труда превращается в совершенную распущенность. Таким образом, законодатель, учреждающий в городе одно из этих трех правлений, водворяет его ненадолго, потому что у него нет средства предупредить переход из хорошего в дурное, так как здесь добро и зло слишком близки друг к другу.
Эти разные виды правления развились между людьми случайно, ибо в начале мира, когда жители были малочисленны, они жили рассеянно, подобно животным; впоследствии, когда поколение их размножилось, они соединились и, чтобы лучше защищаться, избрали из своей среды самого сильного и самого храброго, сделали его своим начальником и стали повиноваться ему. Отсюда возникло познание разницы между полезным и добрым, вредным и подлым, потому что в людях стало возбуждаться негодование и сострадание при виде человека, наносящего вред своему благодетелю; они стали порицать неблагодарных и уважать чувствительных к благодеянию и, видя, что, им самим может быть нанесена подобная же обида, решились во избежание такого зла установить законы, учредить наказания для их нарушителей, отсюда явилось понятие справедливости и правосудия. Вследствие этого понятия, когда приходилось избирать начальника, люди стали отдавать предпочтение уже не самому храброму, а самому мудрому и справедливому. Но так как впоследствии вожди сделались наследственными, а не избираемыми, то тотчас же начали вырождаться; покинув добродетели своих предков, они стали думать, что дело государя только затмевать прочих пышностью, сладострастием и другими подобными качествами. Таким образом, государи сделались ненавистны и потому трусливы, а от страха перешли к угнетению, и возникла тирания. Отсюда явились падение государей, замыслы и заговоры против них, устраиваемые не трусами и малодушными, а теми, которые великодушием, благородством
и знатностью возвышались над прочими и не могли переносить преступного существования этих государей. Руководимая ими толпа вооружалась против государя и, убив его, подчинялась своим вождям как избавителям. Последние, ненавидя имя монарха, учреждали из себя правительство и, вначале, помня пример прошлой тирании, управляли сообразно постановленным ими законам, подчиняя свои выгоды общей пользе и с равным старанием занимаясь общественными и своими частными делами. Но, наконец, правление переходило к их сыновьям, не знавшим превратностей судьбы, не испытавшим несчастий и не желавшим довольствоваться гражданским равенством; предавшись алчности, честолюбию, похищению чужих жен, они обращали аристократическое правление в Олигархию, попирая права граждан; таким образом, в скором времени их постигала участь тирана; наскучив их правлением, толпа обращалась в орудие всякого, кто предлагал ей избавить ее от этих правителей; и вскоре являлся человек, который при помощи толпы низвергал их. Но память государя
и испытанных от него обид была еще свежа; поэтому, разрушив владычество олигархов и не желая восстанавливать монархию, люди вводили у себя народное правление, учредив у себя такой порядок, чтобы ни аристократы, ни монарх не имели и в нем никакой власти. Так как всякий государственный порядок пользуется вначале уважением, то народное правление могло некоторое время существовать, впрочем недолго, пока не угасло основавшее его поколение; затем быстро водворялась полная распущенность, где ни частные, ни общественные люди не внушали никому никакого почтения, так что всякий жил по-своему и все наносили друг другу тысячи обид. Тогда, побуждаемые необходимостью или советом какого-нибудь умного человека, люди во избежание такого беспорядка опять обращались к монархии и от нее снова постепенно возвращались к распущенности тем же путем и по тем же причинам.
Таков круг, в котором вращались и вращаются к тому, из чего вышли, потому что в них редко сохраняется столько жизненной силы, чтобы пройти, не погибнув, несколько раз этот круг. :
Итак, я говорю, что все эти виды правления представляют неудобства - первые три потому, что не могут долго существовать,
а три остальные потому, что сами по себе дурны. Мудрые законодатели, зная эти недостатки, избегали следовать исключительно какому бы то ни было из этих порядков, предпочитая смешанный, который казался им прочнее и крепче, потому что, существуя вместе, Монархия, Аристократия и Демократия могли бы удобнее наблюдать друг за другом.
Из законодателей Ликург больше всего прославился подобными учреждениями; он учредил своими законами в Спарте порядок, в котором и Царь, и Аристократы, и Народ получили каждый свою часть, так что государство его просуществовало более восьмисот лет, к великой славе его, в полном спокойствии. :

Глава III


Вследствие чего были учреждены
в Риме народные трибуны, способствующие усовершенствованию республики
Как доказывают все рассуждавшие о гражданском быте и как свидетельствуют примеры всей истории, учредителю и законодателю республики необходимо предполагать всех людей злыми
и всегда склонными обнаруживать свою испорченность, как скоро тому представится удобный случай.
:Люди поступают хорошо только по необходимости; но, как скоро им предоставляется выбор и как скоро они могут действовать по произволу, немедленно возникают всевозможные смуты
и беспорядки. Вот почему и говорят, что голод и нужда делают людей искусными, а законы - добрыми. Где дело хорошо само по себе, без всякого закона, там закон не нужен; но как скоро нет доброго расположения, необходим закон. :

Глава IV


раздор между народом и сенатом римским
послужил в пользу свободы и могущества
этой республики
:Ни в коем случае нельзя основательно назвать государство неустроенным, если мы видим в нем столько примеров добродетели, ибо добрые деяния происходят от доброго воспитания, доброе воспитания - от хороших законов, а хорошие законы - от тех самых смут, которые многие безрассудно осуждают.Если хорошо вникнуть в результат этих смут, то мы увидим, что они никогда не вызывали насилий и изгнаний в ущерб общему благу,
а всегда устанавливали законы и порядки для пользы общественной свободы. :

Глава V


КОМУ НАДЕЖНЕЕ ПОРУЧИТЬ ОХРАНЕНИе СВОБОДЫ -
НАРОДУ ИЛИ АРИСТОКРАТИИ И КТО ИМЕЕТ БОЛЕЕ ПОВОДОВ ВОЗБУЖДАТЬ СМУТЫ - ТЕ ЛИ, КТО ЖЕЛАЕТ ПРИОБРЕТАТЬ,
ИЛИ ТЕ, КТО ЖЕЛАЕТ СОХРАНЯТЬ
Мудрые учредители республик обращали прежде всего внимание на ограждение свободы, и, смотря по тому, насколько они достигали этого, государство дольше или меньше существовало свободным. В каждой республике есть знать и простонародье, и многие сомневались, кто из них сумеет лучше охранить свободу.
В древности Лакедемоняне, а в наше время Венецианцы, вручили ее знати, но Римляне вверили ее простому Народу.
:Вверять охранение свободы должно тем, кто менее алчен
и менее помышляет о ее захвате. Без сомнения, рассматривая
в этом отношении знать и простонародье, мы убеждаемся,

Список страниц

Закладка в соц.сетях

Купить

☏ Заказ рекламы: +380504468872

© Ассоциация электронных библиотек Украины

☝ Все материалы сайта (включая статьи, изображения, рекламные объявления и пр.) предназначены только для предварительного ознакомления. Все права на публикации, представленные на сайте принадлежат их законным владельцам. Просим Вас не сохранять копии информации.