Жанр: Электронное издание
sleeping
...му в лексиконе
человечества нет названия. Бормотал
Сосновский еще о том, что с помощью Демона человек приобретает неограниченные
возможности, становится неуязвимым
властелином топологии Вселенной, что у него две программы - разрушения и
созидания... Продолжать?
Помолчали. Куттер продолжал пожирать расстояние до тверского тайм-фага
в своем воздушно-транспортном
коридоре.
- Красиво придумано, - подал голос Лапарра. - "Корректор вакуума"...
"Властелин топологии". - Он хмыкнул. - Что
еще наговорил стажер?
- Понравилось? Еще он бормотал о "генераторах нереальных ситуаций", о
каком-то "инспекторе", ждущем гостей,
об энерголиниях... - Игнат замолчал и вдруг хлопнул себя по лбу. - Я, кажется,
знаю, как быстро определить
местонахождение Демона!
Ромашин - отец с интересом взглянул на него.
- Раньше не знал?
Игнат не обратил внимания на реплику.
- Что такое Демон? Зона поглощения энергии. Так? Но ведь над Землей с
высоты от полукилометра и выше
простирается сеть энерголиний, над городами гуще, над остальными районами реже.
И там, где появляется Демон...
- На распределительных станциях происходит утечка! - подхватил Лапарра.
- Как в Хьюстоне! Жаль, что никто не
подумал об этом раньше. Проверишь все случаи утечки, немедленно.
Директор УАСС промолчал, но, по-моему, он был не особенно доволен
прозорливостью сына, и я его понял: эту
догадливость следовало проявить еще в начале расследования.
Через несколько минут лифт мчал нас в кабинет директора УАСС,
запрятанный в недрах гигантского здания
центра оперативного управления.
Игнат оставил группу еще в зале тайм-фага вместе с Лапаррой. В кабинет
мы входили уже вдвоем с Ромашиным.
Он предложил сесть, и мы посмотрели друг другу в глаза.
- Давай-ка начистоту, - предложил я, удовлетворившись осмотром. - Что
мне докладывать совету?
- Тебе решать, - ответил Филипп. - Никакой тайны из работы по Демону мы
не делаем. Много необычного,
непонятного, следы Демона, например, сам же видел, или "раздвоение" Зо Ли. Не
домыслы - факты! Кто этот второй? Сам
Зо Ли, получивший "неограниченные возможности" от Демона? Во время последнего
Демон-пришествия мы снова
наткнулись на двух Зо Ли, и оба ушли! От оперативников-профессионалов! А
"дерево"? Или депрессия ландшафта под
Новгородом? Прямая деформация континуума! О такой только спецы по математике
многомерных пространств мечтали! А
Демон это делает шутя. Никаких научных предпосылок, кроме идеи Басилашвили, что
Демон оперирует двенадцатимерным
пространством, а то, что мы видим, - остаточный эффект его действий.
- Идея достаточно бредовая, чтобы оказаться истинной. Наша Вселенная
тоже, по расчетам космологов; рождалась
двенадцатимерной, и лишь потом девять измерений скомпактифицировались, то есть
свернулись в "линии", осталось
только три плюс время. Что касается захвата Зо Ли, то вы плохо готовили захват,
вот он и ушел. Хорошо, буду решать сам,
уговорил, только дай мне подробный отчет обо всех событиях, придется знакомиться
с Демоном детально. Не люблю
выносить суждения, основанные на испуге ответственных лиц.
Ромашин испытующе посмотрел мне в глаза.
- Не побоюсь признаться, что боюсь Демона. Извини за тавтологию. Эта
штука таит в себе исполинский заряд
неизвестной опасности! "Спящий джинна... А если так оно и есть? "Джинн" из
чужого мира, способный изменять
реальность нашего?!
- Не боюсь, что боюсь... Я, кажется, тоже начинаю бояться - вашей
растерянности в первую очередь и не
оперативности аварийно-спасательной службы - во вторую. Кстати, вчера в сводке я
прочитал о каких-то неполадках в
работе системы СПАС, разобрались, в чем дело?
- Нет, - помолчав, ответил Филипп. - Неполадок никаких нет, просто на
аварийных частотах кто-то регулярно
подает не пеленгующиеся сигналы. Один такой сигнал мы ухитрились поймать сегодня
из района Торжка во время прихода
Демона.
- А говоришь - не пеленгующиеся.
- Точного пеленга взять не удалось, хотя наблюдение велась с трех
спутников связи. Разброс координат - сто
километров.
Я представил, что может натворить Демон в энергоузлах Европейской зоны.
- Где ожидать Демона в следующий раз?
- Если верить прогнозу, то в районе Рыбинского озера, но я не верю в
прогноз.
- Плохо! - Я встал, времени у меня оставалось совсем мало, ждали
десятки других неотложных дел. - В тех местах
множество памятников культуры, нельзя допустить их разрушения, как Торжка!
Нельзя допустить гибели людей!
Запрашивайте любую помощь, делайте что хотите, но остановите Демона, кем бы он
ни был!
Я не ждал ответа. Как сказал Джордж Герберт двести с лишним лет назад:
"Самый короткий ответ - ответ
действием". Я не мог упрекнуть службу УАСС в бездействии, но ее директор должен
знать йену минутам.
ИГНАТ РОМАШИН
Всю дорогу до Симуширского медцентра Дениз молчала, держалась
отчужденно, так что я терялся в догадках: чем
провинился, за что впал в немилость? Но, стоя на пятачке такси возле тайм-фага
Симушир-2, она вдруг взяла мою руку, на
мгновение прижалась к ней щекой, и я понял, что она просто волнуется за брата.
Симуширский центр нервных заболеваний представлял собой несколько
ажурных ветвящихся башен, собранных из
отдельных модульных блоков лечебных и процедурных палат, кабинетов и залов
отдыха. Он был построен, насколько я
помнил, около река назад, но изменений претерпел мало - так удачно вписали
строители комплекс зданий в ландшафт
острова. Со стороны платформы такси башни казались игрушечными, лучи полуденного
солнца высекали в их гранях искры
алмазного огня.
Оглянувшись на бухту Броутона с неправдоподобно голубой водой, мы
направились к первой из башен.
Витольд Сосновский лежал в сто седьмой палате на десятом этаже. Он уже
пришел в себя, но врачи продолжали
держать его в "саркофаге" оксигенной барокамеры, откуда он мог разговаривать с
посетителями через видео. Лицо его
казалось бледным, даже учитывая то, что он был блондином.
- Привет, - сказал я, увидев на экране голову стажера, когда старший
врач после короткого осмотра панели
медицинского комбайна включил связь с барокамерой. - Как дела?
- Голова пока цела, - скривил губы в усмешке стажер. - Говорят, через
месяц буду как живой. Кто это с тобой? А-а,
Дениз, целую в носик, не смотри сентябрем, все будет в порядке.
Дениз отвела в сторону покрасневшие глаза.
- Тебе не больно?
- Ну что ты? Мягко, тепло, уютно... щекотно - кожа новая растет... вот
разве что кончиков пальцев не чувствую
пока. Но врачи обещают - пройдет.
Правильно, парень, ей незачем знать всю правду. Эх, если бы ты еще
научился уважать дисциплину! Едва ли после
этого случая тебя оставят в управлении. Лапарра уже небось и рапорт подписал об
отчислении.
Я знал, что у Витольда паралич периферийных нервных путей, приведший к
мышечному тремору - постоянному
дрожанию, и что он испытывает чудовищные внутренние боли от спастических
сокращений гладких мышечных волокон
внутренних сосудов. Все это наделал Демон, его способность выкачивать энергию из
любого энергоносителя, в том числе и
из тела человека. То же самое, что и со стажером, произошло с людьми Шерстова,
когда Демон вырвался на волю, только
помощь к ним пришла слишком поздно. Но главное, что тело стажера тоже претерпело
изменения, трансформировалось:
руки сохранились, но кости в них потяжелели, стали толще, кожный покров ног стал
прозрачным, а пальцы на них срослись
в подобие плавников. Кроме того, в груди появились "лишние органы", назначение
которых было пока тайной для медиков
и биологов. Витольд Сосновский превратился в химеру, не человека, но жил. И была
у меня, как и у врачей, надежда, что
все еще изменится, и тело стажера примет прежний вид, ведь до сих пор следы
Демона исчезали, раны от его ударовпоявлений
затягивались, хотя и медленно, как трансформированный лес, например...
- Ничего, крепись, варяг, - сказал я. - За битого двух небитых дают.
Поправляйся, пока мы будем ловить твоего
обидчика.
- Он снова ушел?
- О работе постарайтесь говорить поменьше, - быстро сказал врач,
следивший за приборами комбайна.
Я кивнул, отвечая обоим сразу. Покосился на молчаливую Дениз.
- Вит, вспомни, пожалуйста, ты бредил каким-то "инспектором" и "спящим
Джинном"...
- Это не бред, - тихо сказал Витольд. - Не могу вспомнить, как это
было. Помню густой цветной туман,
головокружение, словно я повис над бездной, - а потом сразу все понял! Словно
меня включили в память машины. Но, к
сожалению, многое забылось, а то, что помню, сам не понимаю... отрывки в
памяти... Демон - это... мне послышалось
"спящий Джинн". В детстве я сказки любил... волшебные - о джиннах тоже, вот и
выплыло - "Джинн". Он может
выполнить практически любое желание, с его помощью можно изменить реальность
событий в любом районе Вселенной,
повернуть историю вспять, создать новую историю, стать властелином судеб любого
народа, человечества в целом, - не
смешно?
- Не смешно, - сказал я. Никогда не думал, что волшебные сказки о
джиннах могут обернуться жуткой реальностью
в нашем далеком от сказок веке. Конечно, кое-какие чудеса из арсенала сказочных
джиннов мы можем делать и сами с
помощью мыслесвязи и роботов, но изменять реальность мира!..
- Демон - артефакт из другой Вселенной, с двенадцатимерным
пространством, его специально оставили, спрятали в
скалах Луны, зачем - не знаю, здесь провал в памяти. Помню еще, что управлять им
невероятно трудно, наша физика на
него почти не действует, лишь биополе эмоционального взрыва, причем в такой
концентрации, какой люди создать не в
силах. Нужен эмоциональный трансформатор... - Витольд виновато поморгал. - Что
он такое, я тоже забыл, хоть плачь. И
еще помню, что Демон "спит", он не включен, просто питается во сне...
- Заканчивайте, - сказал врач. - Он начинает волноваться.
Сосновский задумался.
- Пожалуй, остальное помню менее отчетливо. Да, еще "инспектор"... он
как-то связан с Демоном, кажется,
прилетел за ним, если можно говорить "прилетел", и хочет включить, но ему кто-то
мешает, причем не только люди.
- Зо Ли?
- Кроме него, еще кто-то, не земляне, это точно. Может быть, мне
действительно все пригрезилось? Ведь все
знания я получил мгновенно, как удар по голове!
- Удар, - пробормотал я. Все-таки чудо, что стажер остался жив после
объятий Демона. - Кто тебе разрешил снова
ввязываться в драку? Кто разрешил вообще выходить из модуля? Выздоровеешь, еще
получишь за геройство! Ну пока, мы
тебя будем навещать.
- Приходите чаще, а то сбегу.
Врач встал и проводил нас до двери палаты. Дениз так больше и не
проронила ни слова. Лишь прощаясь у таймфага
Симушир-2, снова молча прижалась щекой к моей ладони. Милый мой ребенок,
знала бы ты, как оглушающе
действует на меня твоя крохотная ласка!..
С Симушира я направился в Торжок, где продолжали работать бригады
экспертов техцентра, историков и
реставраторов, строителей и ремонтников. Басилашвили и Лилов еще утром
направились туда и теперь должны были
поделиться своими соображениями о последнем Демон-пришествии. Но, размышляя о
Демоне, я не мог даже и
представить, какой сюрприз ждет меня в Торжке.
Меня встретил Аристарх, обычно наглухо застегнутый в кольчугу
самоконтроля, но сейчас я с удивлением отметил,
что он волнуется. Оказывается, железный Видов тоже может волноваться! Отрадная
весть. Однако что за причина заставила
его взволноваться?
Вместо ответа Аристарх усадил меня в триер, целое стадо которых
осаждало "дерево" в центре города, и мы
поднялись над Торжком на полукилометровую высоту.
Я не поверил глазам: разрушенные корпуса музеев и старинных зданий
вокруг "скульптуры дерева"... стояли на
месте, сияя золочеными куполами, металлом крыш и стеклянными витражами окон.
Будто и не лежали никогда грудами
кирпича и черепицы, обломками бетонных перекрытий, клубками арматуры и
деревянной щепы!
Я зажмурился, помотал головой и сказал слабым голосом:
- Это сон! Не буди меня, Аристарх!
- Не сон, - разжал челюсти оперативник. - Это все произошло полчаса
назад, я еще никому не успел сообщить,
кроме Первицкого. Я работал в группе Лилова, и вдруг внутри, в голове, раздался
голос. Не помню точно, что он говорил,
но смысл был такой: "Уходите! Уходите далеко, мошкара... не мешайте!" Сначала
все подумали - чья-то шутка, а потом
стало страшно, знаешь, такой чужой страх, темный, внушенный... Все и отбежали от
развалин. Не успели прийти в себя -
здания вдруг словно из-под земли выскочили! Вспышка зеленого света - и они уже
стоят! Мы сразу-то к ним не пошли,
ребята Лилова опытные, замерили параметры среды - ничего, даже радиационный фон
в норме...
Я выхватил из рук Видова бинокль и принялся жадно разглядывать город
под триером. Музей золотошвейного
мастерства, музей льна, Борисоглебский монастырь... церковь Вознесенеия...
Спасо-Преображенский собор... все на месте!
Целы и невредимы! О великий космос, неужели такое возможно?!
- Но главное там, внутри, - бубнил Видов за спиной. - Здания целы
только снаружи, внутри все чужое!
У меня в душе все оборвалось, родник пробившейся радости мгновенно
пересох.
- Как чужое?!
- Вот так, сейчас убедишься.
Триер рухнул вниз, и спустя несколько минут мы вышли на площади перед
Спасо-Преображенским собором.
Собор был оцеплен сотрудниками отделения охраны правопорядка области,
машинами спецслужб и научных
институтов. Новость уже облетела Торжок, и любопытных хватало, к тому же начали
прибывать люди из соседних поселков
и городов.
Мы прошли сквозь оцепление, воспользовавшись удостоверениями
безопасников, и у громадной, обитой
железными полосами дубовой двери в собор встретили Лилова.
- Желаете полюбоваться? - хмуро спросил он на ходу. - Ну любуйтесь,
любуйтесь, потом поговорим.
Я с невольным трепетом переступил порог входа и через пять шагов
вынужден был остановиться: дальше пути не
было. Вместо трансепта - зала с мраморным полом, иконами, расписанными ликами
святых и увешанными иконами,
сводчатым потолком и витражами, хорами и аналоем, в нескольких метрах от входа
простиралась гладкая черная
поверхность, из которой вырастали слабо светящиеся колонны, чрезвычайно похожие
на худые человеческие руки,
начинавшиеся у пола от локтя и сжатые вверху в кулаки. Потолок этого зала был
куполообразным, черным, с узором из
светящихся извилистых линий, напоминавших корневую систему дерева; узор
постепенно менялся, жил. Если судить по
количеству и высоте колонн, то изнутри здание собора должно было иметь гораздо
больший объем, чем казался снаружи.
В гулком пространстве невероятного зала раздавались человеческие
голоса, шаги, позвякивание, тихое гудение -
люди, оправившись от потрясения, начали методическое обследование феномена, и
эти обыденные звуки вернули меня к
действительности.
Аристарх повернул ко мне мертвенно-бледное в фосфорном свете колонн
лицо:
- Почти то же самое и в остальных зданиях, можем посмотреть.
Я верил и так.
И не верил одновременно! Выйдя из "собора", окинул его стены взглядом -
русская готика, красиво, и
величественно, и целесообразно... Великий космос! Неужели Демон "проснулся",
включил программу созидания и
вернулся, чтобы как-то компенсировать содеянное?! Невероятно! Почему же он не
воссоздал первоначальный облик зданий
полностью? "Забыл", какие были внутри? Маловероятно... Но если не он, то кто?..
- Оставайся здесь, - приказал я Аристарху, - держи меня в курсе
событий. Впрочем, это нерационально, оставь
кого-нибудь из наших, ты мне будешь нужен. Кстати, увидишь Лилова или
Басилашвили, передай, что я жду их в
управлении к трем.
Мы сели в триер и с высоты еще раз полюбовались на "дерево",
невозмутимо высившееся в центре города, вернее,
слепленное из почвы центрального района, на воссозданный неизвестным
благодетелем облик Торжка. В пустом объеме
головы ворочался один вопрос, ставший громоздким и тяжелым: кто?
В управление прибыли в восьмом часу утра. Лапарру снова заперли в
клинике центра, и отделом правил
Первицкий, нисколько не изменивший в условиях умственной, физической и
психологической гонки кроткому и
непоколебимому простодушию.
- Где пропадаешь? - встретил он меня вопросом, когда я ввалился в
кабинет. - Тебя ищут, по крайней мере, два
десятка человек, в том числе три женщины.
Шутил Первицкий редко, да и не всегда удачно, поэтому я воспринял его
слова всерьез. Одна из женщин, наверное,
мама (тут я почувствовал прилив раскаяния), вторая - Люция (еще один укол
раскаяния - забыл начисто, как она там, на
Ховенвипе?), а третья?
- Заведующая большим ТФ-телескопом в Двингелоо, - сказал Первицкий,
изучая меня голубыми глазами
провидца.
- Зачем я ей понадобился?
- Вчера вечером после событий в Торжке Лапарра просил астрономический
центр дать на время один из больших
ТФ-телескопов для просвечивания атмосферы над Европой и пеленгации необычных ТФсигналов,
мешающих работе
СПАС-центра. Заказ был на твое имя, вот заведующая и звонила, чтобы получить
задание.
- Надеюсь, ты с ней справился сам?
- Не мог же я заставить такую женщину ждать. Твою мысль насчет
энергоутечек проверил, занимался я сам. В
общем, ты прав - во всех посещенных Демоном районах Земли на энергоузлах
отмечались утечки энергии в воздушных
линиях. Я дал распоряжение по всем энергосистемам сообщать об утечках
немедленно.
Я кивнул, наклонился над его плечом и бегло прочитал бегущие по панели
стола световые строки бланксообщений:
все они касались операции "Демон" - отец полностью переключил отдел
на эту операцию.
- Ого! Когда ты все это получил?
- Только что, еще не ввел в сумматор. Сообщения были важными, с далеко
идущими выводами. В одном
говорилось, что Люция Чикобава расшифровала еще два уцелевших в архиве
лаборатории документа. Первый был отчетом
группы Т-2 об испытаниях образцов металлов. То есть эти образцы совали Демону и
смотрели, что получится. Получались
интересные вещи: в металлах с атомным весом ниже свинца начиналась цепная
реакция распада, а металлы тяжелее свинца
превращались в элементы с атомными номерами от 114 до 126, то есть до магия
включительно! Во втором документе с
жутким хладнокровием перечислялись результаты опытов над людьми: все те, кого
пропускали через Демона, становились
чудовищами, изменялись внешне до неузнаваемости, у них вырастали другие органы,
гипертрофировались отдельные
способности, исчезали руки или ноги, и только головы не изменялись, оставались
человеческими...
Я машинально вытер вспотевшие ладони и расстегнул ворот куртки.
- То же самое чувствовал и я, - тихо сказал Первицкий. - Думал, что
достаточно закален всем тем, с чем мы
встречались, но ошибался...
- Стажер, - сказал я хрипло и откашлялся. - Стажер тоже
трансформировался после попадания в Демона, я был у
него... калека на всю жизнь...
- Подожди отпевать, - нахмурился Анатолий. - Медицина еще не сказала
своего слова, да и у нас есть шанс
договориться с Демоном.
- Не знаю, уж больно велик к нему счет. - Я прочитал второе сообщение.
Оно касалось работы "Аида" и новой
находки Дугласа. Под бункером, где томился Демон, нашли узкий естественный орт,
совершенно сухой, а в нем склад
страшных предметов с зашифрованными описаниями. Расшифровкой еще только начали
заниматься, но и так было
понятно, что эти предметы тоже когда-то побывали в пасти Демона, изменив свою
форму и свойства.
- Молоток Дуглас, - сказал я, пряча мокрый платок. - Да и Люция
молодец. Тебе звонил Аристарх?
- Звонил. Не увлекайся физикой и оккультными науками. Конечно,
интересно было бы посмотреть на все эти
церкви и монастыри изнутри, но у нас своя частная и очень важная задача -
поймать Демона, остановить его
разрушительный путь. Так ведь?
Слова Анатолия несколько остудили мой эмоциональный костер, он был
прав: следами Демона занимаются те
люди, для которых это работа, для нас же главным было решить свою задачу -
поймать и обезвредить Демона, а потом уж
ахать и удивляться - ах, как необычно! ах, как интересно!... и страшно! Правда,
совсем не удивляться было просто не в моих
силах.
- Директору я новости передал, - продолжал Первицкий, - и знаешь, что
он сказал?
- Посмотрел на тебя недовольно и буркнул: "Это можно было предвидеть".
- Ты подслушивал.
Я пожал плечами.
- Яблочко от яблони... я его знаю, как себя. К тому же он знает о
Демоне что-то еще или догадывается, интуиция у
него будь здоров.
Помолчали. Я вспоминал то чудовищное "дерево", то виноватое лицо
Витольда, то странное внутреннее убранство
собора, и одна мысль не давала покоя: воссоздавал памятники архитектуры некто
абсолютно чужой всему земному. Чужой!
Но не Демон. Все факты - против его внезапной "доброты". Не мог он сам
"проснуться" и начать действовать. Пусть он не
кибер в нашем понимании, а нечто более сложное, живое, джинн, в самом деле
способный творить чудеса в
двенадцатимерном пространстве, - почему бы не принять сообщение стажера за
истину? - но у него должен быть хозяин,
тот, кто может им управлять. Зо Ли? Непохоже, не верю. Но тогда остается тот
самый третий, двойник Зо Ли, "инспектор" -
по терминологии стажера... и кто-то еще... Кто?
- Пора переходить на режим "спрута", - напомнил Первицкий. - Банк
данных по Демону готов к подключению
через Умника.
Я кивнул, очень давно ожидая этого момента. "Спрут" - это система
компьютерной связи, включаемая в случае
необходимости в конечной фазе любой спасательной операции. В отделе безопасности
подключение "спрута" означало
исключительную важность операции и гарантировало наивысшую оперативность.
Умником же мы называли большой
компьютер отдела, работающий в режиме разделения времени на любое количество
абонентов.
- Оповести директора и все группы, участвующие в деле, что сегодня с
десяти утра мы включаем "спрут". Кстати,
что с Лапаррой? Откуда у него головные боли? Я спрашивал - молчит.
- Самое обыкновенное нервное истощение, заработанное им еще во время
орилоухской экспедиции. Не первой -
второй.
Об орилоухских экспедициях разведки-контакта я знал мало, поэтому
продолжать тему не стал, достаточно и
констатации факта: головные боли Яна имеют под собой реальную основу. Хотя,
конечно, интересно было бы узнать, что
там случилось на Орилоухе, нервное истощение люди получают не за здорово живешь.
В своем кабинете я первым делом позвонил Яну, однако дома он так и не
появлялся, вероятно, врачи взялись за
него всерьез. Затем я облачился в компенсационный костюм спасателя, интуитивно
ощущая, что скоро он мне понадобится
со всей его встроенной микротехникой, и, наконец, нахлобучил элегантный эмкан
"спрута" с усами антенн и микрофонов,
именуемый на жаргоне безопасников "боссом". Связь с Умником через "босса" была
мысленной, а с подчиненными и
начальниками - посредством многодиапазонной рации. При включении "босса" каналы
связи всех служб УАСС
становились моими информаторами и исполнителями и я превращался в самого
могущественного человека на Земле.
Будь я помоложе и менее опытный, я почувствовал бы, наверное, гордость
и удовлетворение, но в данный момент я
ощущал лишь желание поскорее покончить с Демоном, по возможности не совершив
больших ошибок и не нарушив
хлопотливой жизни Земли.
Прежде чем включить координирующую сеть УАСС, я позвонил Лилову.
Эксперт техцентра сидел вместе с
Басилашвили уже в своей лаборатории и был хмур и неразговорчив.
- Можете забирать еще десять Д-индикаторов, - сказал он. - Или они уже
не нужны?
- Еще как нужны, - успокоил я его. - Как вам события в Торжке?
- Еще не решили как, мы такие же смертные, как и все.
- Может ли воскрешение разрушенных зданий быть делом Демона?
- Насколько я знаю, раньше Демон оставлял только следы разрушений. Мое
мнение - в Торжке поработал кто-то
другой.
- Если верить стажеру, у Демона всего две программы - разрушения и
созидания. Лилов поджал губы.
- Всего... у каждого из нас тоже только две программы, добра и зла.
Если верить стажеру, то Демон-Джинн "спит".
- И я того же мнения, - кивнул Басилашвили. - Демон сдеформировал
пространство, локально изменил топологию
мира, превратив часть ландшафта в "скульптуру дерева". Но Торжок чинил не он.
Другое дело, что он может помнить все
детали разрушенных им построек. Тогда у нас есть шанс при захвате Демона
воссоздать первоначальный облик города.
Я понял мысль физика сразу, идея была неплохой. Но до ее реализации
было еще далеко. Главное, наши мнения
сходились: "ремонтировал" Торжок действительно кто-то другой.
- Если хотите, можете выслушать несколько соображений частного порядка,
- продолжал Басилашвили, оценив
мою мимику.
- Давайте свои соображения, - без особого энтузиазма согласился я.
Соображений хватало, не хватало уверенности
в их истинности.
- Нет сомнений, что объект "Зеро", найденный в горных породах Луны, и
Демон - одно и то же. Нет сомнений и в
том, что возраст Демона в таком случае сравним с возрастом Луны, то есть Демон -
очевидец рождения Солнечной системы.
Я, как и вы, считаю, что нет также причин подвергать сомнению сведения стажера,
хотя его впечатления наверняка
субъективны. Пусть Демон - "спящий джинн", "живое автоматическое устройство",
"робот", оставленный кем-то у Солнца,
способный мгновенно, с нашей точки зрения, выполнять любые материальные
преобразования, решать любые не
парадоксальные задачи. Не это суть главное. Главное, что он может это делать!
Если бы он не "спал", он давно изменил бы
реальность нашего уголка Вселенной, а пока что он оставляет только следы,
исчезающие после его насыщения через двоетрое
суток. За таким объектом рано или поздно должны были вернуться хозяева, вот
и появляются на сцене "инспектор",
двойники, исчезающие невероятным способом незнакомцы. Убежден, Демона спрятали
на Луне специально.
- Почему? - тупо спросил я, с усилием переваривая идею физика.
- Потому что он был законсервирован в шаровом коконе, пока на него не
наткнулись добытчики. Бодрствуя, он
поглотил бы в поисках энергии все вещество Солнечной системы еще до рождения
планет из пр
...Закладка в соц.сетях
