Жанр: Электронное издание
Glushkov1
... Бифштексу и
Сиплому. - Сойдите с дороги!!! Быстро с дороги!!!
- Расслабься, Эрик, - посмеялся над моим паникерством Покрышка. - Твоих братков
стреножили, а уж этого-то недоноска...
- Это не недоносок! - почти захлебываясь от предчувствия беды проорал ему я. - Это!..
Это!..
Кто это был из двух финнов-близнецов, я поначалу так и не рассмотрел. Припав к
рулю, он метеором вылетел из-за поворота и через секунду поравнялся с намеревавшимися
выбить его из седла байкерами.
В руках финна уже находился его скорострельный "скорпион", который он недолго
думая и разрядил в выскочивших ему наперерез Сиплого и Бифштекса, а после чего не
снижая скорости промчался дальше.
- Ублюдок!!! - взревел Покрышка, видя, как поток свинца отбросил тела его друзей на
обочину. - Мразь!!! Поганая сволочь!!! Ну держись: кем бы ты ни был-от меня не уйдешь!
Прыжком оседлав "харлей", он выхватил из-за пояса старенький "браунинг" и
сорвался в погоню, обдав меня и Кеннета ошметками мокрой земли.
- Покрышка, стоять! Отставить! - чуть ли не сорвав голос, заорал я, но он, конечно же,
и не подумал мне подчиниться. - Кеннет, верни своего бойца! Верни ради него же!
Однако Кеннет и сам был бы рад кинуться вдогонку мерзавцу, но, как назло,
подраненная рука не позволяла ему управлять байком.
- Покрышка догонит и прикончит негодяя! - с яростным блеском в глазах бросил он
мне. - От него не скроешьс я- он мой лучший загонщик!
Может, это и вправду было так, но только увлеченный погоней Покрышка из-за шума
собственного двигателя уже никого и ничего не слышал. Как, впрочем, и мы с Кеннетом...
В глубине души я как раз и опасался чего-то подобного, но для Кеннета появление
второй "иерихонды" безумного братца не менее безумного финна стало и вовсе
неожиданностью.
Тот вынырнул из травы таким же образом - молниеносно и неотвратимо. Треск его
"эндуро" разорвал воздух именно в тот момент, когда Покрышка выехал на дорогу и начал
набирать скорость в надежде догнать первого близнеца.
Старый байкер находился спиной к приближающемуся финну, и тот даже не стал
тратить на него патроны. Забросив "скорпион" в притороченную к "иерихонде" кобуру, он
выхватил из находившихся там же ножен кавалерийскую саблю, тяжелую и отточенную до
бритвенной остроты...
Скорее всего Покрышка так и не понял, что его убило. До нас с Кеннетом долетел
глухой звук удара, и через миг мы с содроганием увидели, как повязанная банданой голова
нашего друга, разбрасывая вокруг себя кровавые брызги, описала в воздухе дугу и
шлепнулась в придорожную пыль. Тело его еще некоторое время продержалось в седле и
даже проехало по инерции несколько метров. А затем мотоцикл завалился набок, сминая на
обочине желтеющую траву...
Когда я выскочил на дорогу с пистолетами в руках, стрелять было уже не в кого. Но
треск "иерихонд" раздавался где-то поблизости, не приближаясь и не отдаляясь - очевидно,
Ярво и Самми остановились и решали, как им поступить. Я был полностью уверен: они
заметили и меня, и Оборотня, и захваченный нами "хантер" с байками в кузове.
Страх близости грозного противника вцепился в меня изнутри, но он не мог и близко
сравниться с тем страхом, который испытывал сейчас Кеннет О'Доннел. Ранение и гибель
четырех его людей сразу, причем гибель последних из них настолько молниеносная, что не
позволила им оказать даже маломальское сопротивление, вогнала вожака мотобанды в
настоящий шоковый паралич. Он не мигая глядел на то место, где придавленное мотоциклом
лежало обезглавленное тело его лучшего друга; рот его то открывался, то закрывался, как у
вытащенной на берег рыбы, а с губ слетало лишь какое-тоне-вразумительное сипение.
- Возьми себя в руки! - вернувшись к джипу, крикнул ему я. - Живо садись на
переднее сиденье! Сваливаем!
- Но... Покрышка... Сиплый... - едва-едва выдавил он из себя.
- Их больше нет! А если не поторопимся и мы, то через минуту не будет и нас!
Шевелись!
Кеннет словно лунатик побрел к "хантеру" и влез на командирское сиденье. Я же не
мешкая запрыгнул на водительское, желая только одного - чтобы двигатель побывавшего
вверх тормашками "хантера" завелся без проблем. О валявшихся на земле передних дверцах
я даже и не вспомнил, да и времени навешивать их абсолютно не было...
Трудяга-"хантер" не подкачал - стартер взвыл лишь на пару секунд, а затем ровное
урчание уцелевшего при ударе двигателя еще раз доказало, что разработанный специально
для Братства Охотников джип по праву считается лучшим автомобилем в Святой Европе.
- Они где-то впереди. Возьми ствол на изготовку и следи за дорогой. Как только
увидишь кого-нибудь из них - стреляй не задумываясь!-наказал я Кеннету.
- Кто они такие? - спросил он более твердым, но все равно еще подрагивающим
голосом.
- Мои бывшие бойцы, мои некогда лучшие загонщики, Кеннет. И поверь-мне страшно
не меньше, чем тебе, потому что зги дьяволы не успокоятся, пока не сотрут нас в порошок. И
они, в отличие от этих, - я указал на заднее сиденье, где уже начинали ворочаться
очнувшиеся Ганс и Энрико, - никогда не отступят и не побегут!
- Будь они трижды прокляты! - только и сумел выговорить Оборотень.
Не успели мы еще выбраться из этой густой, скрывающей нашего врага травы, как тот
решился на повторную атаку.
Ярво и Самми выскочили из-за поворота и, держа "скорпионы" на изготовку,
помчались навстречу нам, приближаясь с невероятной быстротой.
- Стреляй, мать твою! - гаркнул я на Кеннета, а сам при этом, не отрывая правой руки
от руля, левой вытащил "глок" и, выставив его наружу, немедля открыл огонь по
мотоциклистам.
И тут, очевидно, нам подыграла моя репутация хорошего стрелка, поскольку финны
при одном только виде моего пистолета вжались в сиденья и завалили тела на правую
сторону банков, стараясь любой ценой уйти с линии огня.
Но попасть из прыгающего на ухабах джипа по виляющим из стороны в сторону целям
задача сложная даже для меня, а потому Эрику Хенриксону, несмотря на весь его
профессионализм, суждено было облажаться. Да и очередь Кеннета тоже лишь слегка
покосила верхушки кустарника над головами Ярвр и Самми.
В последний момент, когда до нашей встречи с финнами оставалась какая-то секунда, я
попытался сбить их бампером и выкинуть с дороги, но им-повезло - братья успели-таки
проскочить мимо, едва не зацепив своими коленями за наше левое крыло.
Теперь враг находился у нас за спиной, а потому должен был поступить так же, как и
мы при охоте за Гансом и Энрико- то есть прострелить нам колеса, ну а там как повезет.
Только я не собирался дожидаться, пока это случится, и решил попробовать
придуманную мной прямо на ходу уловку. Рассчитана она была на то, что финны в пылу
азарта постараются во что бы то ни стало не отцепиться от нас, как бы быстро мы ни
удирали. И конечно же, снова пришлось уповать на свои опытные руки и натренированный
глаз...
- Эрик, это бесполезно, нам не уйти! Мы чересчур тяжелы и неповоротливы, -
обреченно проговорил Кеннет, наблюдая, как я вжимаю педаль газа в пол и набираю
максимальную скорость, благо ровный и прямой участок дороги позволял это сделать.
- А мы и не убегаем, - бросил я в ответ, чувствуя, как оборотистый движок "хантера"
разгоняет нас все сильнее и сильнее. - Но вот они должны в это уверовать не хуже, чем в
Божьи заповеди...
Братья тем временем шустро развернулись и в предвкушении скорой победы ринулись
за нами, привстав на подножках байков, словно древние кочевники на стременах. Скорость,
которую они, по моим подсчетам, развили, была и вовсе чудовищной - стрелка нашего
спидометра маячила в последней четверти шкалы, а финны нас нагоняли, и нагоняли весьма
стремительно.
- Ну что ж, отморозки: догонялки-догонялками, но пора бы и поменяться водящему! -
процедил я сквозь зубы и уже громче, для Кеннета, добавил: - Держись, старик, как можно
крепче - торможу!
Оборотень во все глаза вылупился на меня и впился обеими руками в поручень на
панели (эх, как бы оказались сейчас кстати срезанные байкерами при извлечении Ганса и
Энри-ко ремни безопасности!), а я, сделав резкий мобилизующий выдох, с силой рванул
рычаг ручного тормоза и тут же вывернул рулевое колесо влево до отказа...
Будь мы не так загружены и находись на более жесткой дороге, то это развернуло бы
"хантер" на сто восемьдесят градусов, но в нашем случае он совершил лишь четверть
оборота, перекрыл проселок поперек и, пройдя немного юзом, замер как вкопанный...
Краем глаза я успел заметить, как Кеннет не смог-таки удержаться больной рукой и
выпал через отсутствующую дверцу по правую сторону от джипа. Но теперь мне было не до
него - дождавшись, пока "хантер" погасит инерцию, я схватил лежавший на коленях
пистолет, выпрыгнул наружу и, прочно зажав тот в обеих руках, принял удобную позу для
стрельбы.
Ярво и Самми раскусили мой маневр, однако ничего изменить уже не могли - для них
сейчас резкое торможение было не менее опасным, чем столкновение с напрочь
перекрывшим дорогу автомобилем.
Мчавшегося впереди Самми я и выбрал как первоочередную мишень. На этот раз его
судорожные виляния из стороны в сторону ничего не дали - я находился в жесткой
устойчивой позиции, из которой стрелку моей квалификации мазать было очень и очень
непростительно. Все, что от меня требовалось, так это просто предугадать его действия и,
дав небольшое опережение, спокойно спустить курок...
Один из легендарных Охотников был сбит "влет", словно глупый голубь камнем юного
забияки. Получив пулю в грудь, он выпустил руль, и его мотоцикл, рухнув на левый бок,
заскользил в тучах пыли прямо мне навстречу, волоча за собой обмякшее тело уже мертвого
седока.
Мне показалось, что я расслышал отчаянный крик Ярво, хотя кто знает, может, это был
всего лишь отзвук мотора его байка. Однако инстинктивное желание выжить перебороло не
менее мощный позыв расквитаться со мной немедля, и он, стараясь уйти с линии огня и
избежать столкновения, резко свернул на правую обочину, хотя его "иерихонда" все еще ни
на йоту не снизила скорость.
Я отскочил с дороги волочившегося на боку мотоцикла с подмятым под него телом
Самми. Тот, находясь уже "на излете", ударился в колесо "хантера" и остановился, едва не
подлетев джипу под брюхо.
Этот вынужденный финт и сэкономил мне вторую пулю, поскольку, когда я снова
собрался взять на мушку Ярво, мое участие в судьбе этого несчастного уже не
потребовалось.
В отличие от брата, ему не повезло еще больше. Попав на скорости передним колесом
по придорожной кочке, байк Ярво перевернулся и взмыл в воздух, уже в полете сбрасывая с
себя наездника. Энергии последующего удара байка о землю хватило на то, чтобы еще
несколько раз крутануться вокруг своей оси. При каждом касании земли он терял то крыло,
то бензобак, то глушитель, которые отрывались от него с легкостью засохшей грязи.
Ярво был опытным мотоциклистом и не раз на моей памяти попадал во всевозможные
аварии (правда, разумеется, не в такие серьезные), а потому, находясь в полете, постарался
как можно лучше сгруппироваться, дабы хоть немного обезопасить свое малоприятное
приземление.
И все равно участь финна оказалась печальной. Ярво удалось совершить всего один
перекат через спину, а затем его просто закрутило и поволокло по обочине, раздирая в
клочья комбинезон, ломая конечности и выворачивая суставы.
Остановиться ему удалось уже за "хантером". Бедолага пропахал последние метры
лицом вниз и замер, но всего на мгновение, после чего-вот это самообладание! - несмотря на
то, что весь был переломан и покалечен, предпринял попытку подняться. Однако сделать
этого Ярво не смог, и все, что у него получилось, так это лишь перевернуться с живота на
спину.
- Самми!!! - услыхаля сдавленный вопль Ярво, зовущего во всю оставшуюся мощь
отбитых легких лежащего возле моих ног бездыханного брата. - Самми, помоги мне!
Пока я раздумывал над тем, стоит ли добивать еще живого финна или сжалиться да
оставить его на милость судьбы (какой из него теперь, к чертовой матери, Охотник - если
даже выживет и сможет когда-либо ходить, то очень и очень не скоро), выбор за меня
осуществил Кеннет. Издав какой-то невероятный клич, сочетавший в себе и боль, и горе
потерявшего товарищей, и некое злорадство нечаянного победителя, бородач-ирландец
вскочил с земли, воткнул в свой "хеклер-кох" новый магазин и метнулся к корчившемуся
невдалеке Ярво...
От головы Охотника осталось лишь кровавое месиво - ослепленный ненавистью
Оборотень выпустил в нее всю обойму, а после чего продолжал еще некоторое время стоять
над обезглавленным телом и щелкать курком разряженного пистолета-пулемета...
- Ну что, отвел душу? - приблизившись к нему, поинтересовался я.
- Вполне! - буркнул тот и плюнул на труп финна. - Тоже мне Дьявол - лишь куча
дерьма и осталась...
- Весьма сочувствую по поводу твоих друзей, - пряча пистолет в кобуру,
пособолезновал я вожаку байкеров, - но времени хоронить их у нас нет. Каждая минута на
вес золота... Возвращаемся в лагерь - я хочу потолковать со своими бывшими братьями.
Он не стал спорить со мной по этому поводу:
- Да, разумеется... Вернусь потом и все сделаю как надо... Если, конечно, найду к тому
времени их останки...
Ганс и Энрико явно догадались о том, что произошло, а потому вели себя довольно
смирно - лежали да посматривали искоса то на меня, то на перепачканного своей и чужой
кровью Кеннета. Один раз Ганс было призывно замычал, видимо, желая о чем-то поговорить,
однако я отказал ему в этом:
- Потерпи чуть-чуть, мой бывший верный боец. Отдохни пока, соберись с мыслями -
нам еще о многом предстоит побеседовать сегодня...
Ярость Кеннета О'Доннела постепенно сменилась подавленностью, и он, держась за
простреленное плечо, молча откинулся на спинку сиденья, тупо глядя перед собой на дорогу.
- Как хоть его звали-то? - спросил я байкера, дабы не дать тому погрузиться в
невеселые мысли и вследствие этого совсем упасть духом.
- Кого ? - не понял он и посмотрел на меня.
- Покрышку, - пояснил я. - Я ведь так и не узнал его настоящего имени...
- Это, вероятно, звучит нелепо, - лицо Кеннета перекосила кислая ухмылка, - но никто
из нас его не знал. Нет, я, конечно же, спрашивал у него, и не раз, но старый хитрец только
посмеивался: а чем, дескать, меня не устраивает это прозвище? Так и не открылся никому...
Мне будет не хватать этого парня и его постоянной табачной вони. Он любил говаривать,
что пришел, к нам из ниоткуда и вот теперь, получается, что ушел в Великое Никуда...
Вечный скиталец...
- И он здорово нам помог, - добавил я. - Боюсь, что без него мы бы с Кэтрин сами уже
отошли в небытие, а то и того хуже - развлекали бы сейчас Главный магистрат. И как бы
наивно это ни звучало, но надеюсь, что дух его будет оберегать нас и далее.
- В отличие от тебя я полностью уверен в этом, - проговорил Кеннет и прикрыл лицо
от хлестнувшей в проем дверцы еловой ветки. - О, гляди-ка-уже и дома!..
Джип выезжал на берег приютившего нашу группу лесного озера...
Не доезжая до лагеря порядка полукилометра, я остановился и отправил Оборотня туда
пешком, дабы не вгонять никого в панику внезапным появлением перед ними неопознанного
"хантера". Когда же тот удалился, я развернулся к взиравшим на меня пленникам и,
поглядев в глаза сначала старшему, а затем младшему, произнес:
- Ну что, преданные служители Господа! добро пожаловать в отступническое логово!
Если думаете, что молитва оградит ваши души от скверны - молитесь. Однако смею
заверить - к нам Всевышний заглядывает редко, да и ненадолго...
25
"- Ну, чего же вам надо? Говорите прямо. Или вы онемели?
Выходи, кто хочет, я жду. Я не для того прожил столько лет на
земле, чтобы какой-нибудь пьяный индюк становился у меня поперек
дороги. Вы знаете наш обычай. Вы считаете себя джентльменами
удачи. Ну что же, выходите, я готов. Пусть тот, у кого хватит
духу, вынет свой кортик, и я, хоть и на костыле, увижу, какого
цвета у него потроха, прежде, чем погаснет эта трубка!"
Р. Л. Стивенсон. "Остров Сокровищ"
- Ты в порядке ? - поинтересовалась Кэтрин после того, как обработала брату плечо.
- Вроде бы да, - ответил я. - Как видишь, единственный, вернувшийся таковым.
- А что с ногой?
- Вот черт! - Я с удивлением уставился на разорванную левую штанину и
находившуюся под дырой большую кровоточащую ссадину, которую, видимо, нанес мне
колесом байк Самми, когда едва не залетел под брюхо "хантеру". Надо же, а я только
заметил это...
- Дай, осмотрю, - Кэтрин опустилась на колени и принялась за свою привычную
работу. - Кеннет сказал, что ты спас ему жизнь. Спасибо тебе от него, но в первую очередь
от меня.
- Учитывая, сколько раз он и его ребята делали это для нас, - поморщившись от
попавшего в рану йода, сказал я, - можно было и не благодарить... Кстати, тебе предстоит
сегодня еще поработать...
Ей не понравилось то, о чем я поведал, сильно не понравилось.
- Мы уподобимся нашим врагам, - огорченно произнесла девушка, - и это прискорбно,
однако, раз нет другого выхода... Делай как считаешь нужным, я помогу чем смогу. И,
Эрик... только не мальчишку, хорошо?
- Начну со старшего, а там как пойдет...
Как я и распорядился, байкеры развели Ганса и Энрико по разные концы лагеря. Их
привязали к деревьям и только после этого вытащили изо ртов кляпы.
- Предупреждаю вас всех! - выговорил Ганс после того, как выплюнул обрывки
тряпки. - Покушение на жизнь Охотника карается!..
И заткнулся, потому что заметил меня и других бывших сослуживцев.
- Серьезно? - усмехнулся Михаил. - Ну спасибо, что просветил, а то я, батенька, даже
не знал...
- А вас, каиново отродье, предупреждаю отдельно: внемлите Гласу Господнему и
покайтесь, пока еще есть...
Теперь усмехнулись и мы - настолько из уст Ганса все это звучало нелепо и
напыщенно.
- Перестань, Ганс, - попросил я. - Знаю - ты выполняешь приказ Бернарда, однако не
утруждайся. Будь таким, каким мы привыкли тебя видеть, а не этим лицемерным занудой...
Я подошел поближе и присел перед ним на корточки.
Лицо моего бывшего бойца скривилось презрением, но он продолжал смотреть мне
прямо в глаза, словно бы играя со мной в детские "гляделки".
- Чего ты хочешь от нас? - уже чуть свободнее спросил Ганс.
- Успокойся: подпись твоя под контрактом на душу мне не нужна, - ответил я
дружественным тоном, будто все еще являлся его командиром, а он получал от меня
очередной приказ. - А нужно всего ничего: подробное расположение отрядов Охотников на
границе и план действий на эти дни, Скажите это - останетесь жить...
- А ты сказал бы на моем месте? -с издевкой поинтересовался он. - Я в отличие от вас
еще верен присяге!
- Я знал, что ты так ответишь, - разочарованно вздохнул я, - и это похвально для
Охотника. Однако и ты пойми - нам очень нужна эта информация. Не хотелось тебя пытать,
но, видимо, придется...
- Пытай, - хмыкнул он. - Не знаю, как Энрико, но от меня тебе ничего не добиться.
- Эрик, да чего ты стелешься перед эти козлом! - протолкавшийся ко мне Помойка
уселся рядом. - Дозволь, я отделаю его как следует! Уж поверь- я вышибу из него кулаками
больше, чем любой инквизитор со своими причиндалами!
Несмотря на то, что положение Ганса являлось незавидным, он не смог удержать в себе
презрительный смешок:
- Ты, грязная дешевка, хочешь сказать, что заставишь меня бояться твоих жалких
кулачков?!
За Помойку ответил державший больную руку на перевязи Оборотень:
- Ты зря скалишься, Охотник. Мой боец хоть и паршиво стреляет, но на кулаках уроет
любого, не сомневайся!
- А такого толстяка, как ты, и подавно! - добавил довольный такой рекомендацией
Помойка. - Зарос жиром в своем Ватикане! Да тебе только доходяг по притонам собирать,
кабан неповоротливый!
- Не хочешь посмотреть, как кабан отхватит тебе яйца? - Ганс был не тем, кто оставил
бы такое без внимания.
- С превеликим удовольствием докажу тебе обратное! - огрызнулся Помойка...
Байкеры оживленно загалдели: еще бы - сейчас у них на глазах может произойти
редчайшее и интереснейшее событие - их собрат и Охотник вызывали друг друга на
поединок.
Я напрягся - ситуация явно выходила из-под контроля. Вознамерившись прострелить
Гансу некоторые мягкие места (разумеется, с последующей обработкой ранений Кэтрин), я
было подготовился к этому психологически, но тут этот проклятый Помойка взбаламутил и
без того озлобленную потерей товарищей общественность.
Кеннет поманил меня рукой, приглашая отойти в сторону. Я подчинился и удалился с
ним к берегу озера.
- Эрик, мои люди расстроены гибелью Покрышки и остальных, - вполголоса обратился
он ко мне. - Дозволь им в качестве утешения немного отвести душу и посмотреть, как
Помойка накостыляет этому увальню, раз ты все равно собрался попытать его маленько...
Ганс и впрямь был довольно упитан, однако я-то прекрасно знал, что скрывает его
неуклюжая внешность, о чем и предупредил своего друга-ирландца.
- Ну что ж, - ответил тот, - тем будет интересней. Помойка тоже превосходный
кулачник. Когда мы делим стоянки с другими бродягами, то часто устраиваем поединки "
один на один", делая ставки деньгами или горючкой. Так вот, я всегда ставлю на него и еще
ни разу не проиграл.
- Ну смотри, Помойка - твой человек, - дал я согласие. - Но все же советую и ему, и
тебе подумать - Ганс не кулачник, он убийца...
Мотобандиты встретили наше решение одобрительным гулом. Осознание того, что
сейчас один из них поквитается за смерть всеми уважаемого старшины и трех товарищей,
сильно приподняло дух девяти оставшимся в строю байкерам.
Мои же соратники по отступничеству отнеслись к этому прохладно. Лишь Вацлав с
иронией полюбопытствовал:
- А что будет причитаться Гансу за победу? Отпустишь его?
- Хоть ты не капай на мозги, - огрызнулся я. - Без тебя тошно...
Помойка представлял собой довольно габаритного парня и почти на голову
превосходил Ганса в росте, хотя по весу оба были приблизительно равны. Ганс невозмутимо
пронаблюдал, как под восторженные, возгласы байкер оголился по пояс и якобы для
пробуждения ярости нанес себе несколько чувствительных пощечин. Сам же освобожденный
от пут Охотник скинул плащ, закатал рукава куртки, встряхнул после этого затекшими
кистями и промолвил:
- Ну что, сучий потрох, готов? Тогда прошу, не стесняйся...
Как признался мне позже Кеннет О'Доннел, он пожалел о том, что не прислушался к
моему предупреждению, ибо банде его светило в тот вечер лишиться еще одного члена...
Весь поединок байкера и пленного Охотника занял от силы минуты полторы. Помойка
и впрямь обладал недюжинной мощью и сокрушительным ударом, однако, как и всем
людям, проводящим полжизни в седле - неважно - живого коня или Стального Жеребца, -
ему недоставало гибкости и подвижности. Их он старался компенсировать бешеным напором
и прямо-таки звериной агрессией. От чего в конечном счете и пострадал...
Шутя уклонившись от нескольких яростных атак, Ганс дождался очередной, совершил
нырок под правую руку противника, после чего коротким боковым своей левой ткнул того в
челюсть.
Не ожидавший от "неповоротливого кабана" такой прыти, шокированный ударом,
Помойка на мгновение оторопел и, как говорил наш семинарский инструктор по кулачному
бою, - "потерялся". Чем и воспользовался более искушенный, как выяснилось, в этом деле
брат Ганс.
Коварный и жутко болезненный удар Ганса голенью по бедру Помойки уронил того на
правое колено, а последовавший за этим круговой той же ногой в голову и вовсе заставил
байкера без сознания рухнуть на землю.
Но разошедшийся не на шутку Ганс и не подумал останавливаться на достигнутом.
Ботинком перевернув лежащего на боку соперника животом вниз, он резво оседлал его
спину и занес над затылком байкера локоть, намереваясь проломить тому основание черепа -
прием, который бывший наш собрат демонстрировал нам в практическом применении
множество раз.
Однако отправить Помойку вслед за Покрышкой в Великое Никуда Охотнику не
удалось. Стоявший до этого в охранении и подошедший лишь к началу схватки Саймон
среагировал без колебаний (мы же, завороженные боем, поначалу и вовсе не поняли, что
байкеру вот-вот вышибут душу). Он растолкал столпившихся у арены и молнией метнулся к
уже начавшему смертельное движение Гансу, а затем столкнул того со спины поверженного
противника наземь.
- Куда вы пялитесь? - в сердцах бросил после этого нам Саймон. - Он же его убивает!
- А, вот и ты! - Лежавший на траве Ганс приподнялся и сел, отряхивая с себя сухие
еловые иголки. - Не сказать, что рад тебя видеть, но все равно здравствуй...
И два некогда закадычных приятеля смерили друг друга недобрыми взглядами.
- Никак не ожидал я, Саймон, что ты вступишься за этого... - Ганс указал глазами в
моем направлении, но добавлять, кем он меня считает, не стал. Впрочем, это и так было
понятно. - Ну русский и поляк ладно - они всегда за своего благодетеля горой вставали, - но
ты!
- Не тебе, Ганс, и даже не мне судить Эрика, - ответил Саймон. - То, что он сделал, так
это не переступил через определенную черту, и по-человечески его понять можно. К тому
же, Ганс, ты наверняка ничего не знаешь об истинных подробностях смерти Проклятого...
- Все, что я знаю - Эрик размяк, нарушил Устав, присягу и убил своих братьев!
По-моему, вполне достаточно. И это я должен по-человечески понимать? - Ганс мрачно
усмехнулся и поднялся с земли. Вслед за ним, тряся головой и качаясь из стороны в сторону
встал Помойка. Хорек и Муха тут же подхватили его и увели прочь с импровизированной
арены. Ганс проводил их довольной ухмылкой.
- Ну что, есть еще желающие? - Он обвел взглядом притихших байкеров. Таковых не
вызвалось. - Я так и знал - обыкновенные трусливые засранцы!
- Побил какого-то храбреца и доволен? - укоризненно покачал головой Саймон. - И
тебе не совестно?
- Если бы не ты, вообще бы убил, - буркнул Ганс. - С вами, сволочами, иначе нельзя!
А что, хочешь продолжить? Ну так давай вспомним прошлое!
И глаза Ганса превратились в узкие щелки, а ухмылка на этот раз появилась не
снисходительная, а скорее настороженно-выжидающая.
- Почему бы
...Закладка в соц.сетях
