Жанр: Электронное издание
151_91
...мышлений Киркегора становится проблема мгновения
в философии Платона, где мгновение выступает как "некая чудесная
сущность", которая лежит между "движением и покоем, не пребывая ни в
каком времени" "\ Понимая человека как синтез временного и вечного,
Киркегор пытается найти в бесконечной последовательности времени некую
точку опоры, что приводит его к центральному для христианства понятию
"полнота времени" '". Однако полнота времени есть "мгновение
как вечность", где все временное является одновременно будущим и прошедшим.
Так мгновение оказывается двузначностью, "в которой время и
вечность касаются друг друга, и вместе с тем полагается понятие временности"
"*. Снятие Киркегором противопоставления между прошедшим и
будущим в мгновении также способствует преодолению объективной концепции
времени. О мгновении говорит и Ясперс, однако для него концепция
мгновения - лишь одна из многих теорий времени.
Таковы основные идеи, объединяющие Киркегора, Ясперса и Хайдеггер
а. Из них вытекают некоторые более частные категории, сходная трактовк
а которых характерна для всех трех мыслителей.
"Страх" - "Грех" - "Вина" - "Смерть", - вот те категории, которые в
философии Киркегора получают измерение, делающее для определенного
этапа эволюции Хайдеггера столь же привлекательными, как несколько
ранее таковой явилась категория жизни. Важными оказались размышления
Киркегора о безосновном страхе, что перенимается Хайдеггером в
1924-1926 гг. ^". Правда, у Киркегора безосновность страха тесно связана
с его пониманием первородного греха, что дальнейшего развития у Хай-
деггера не получает, однако он позитивно воспринимает саму безосновность,
помогающую ему использовать страх как экзистенциал, не связанный
с субъект-объектным разделением. Так удается сохранить интенцион
альность этого феномена человеческой жизни, но избежать ее объектной
направленности.
Страх ведет человека, по Киркегору, к осознанию греха и вины. Эти понятия
становятся для Хайдеггера не менее важными "', поскольку его поиски
направлены на выявление человеческого бытия как временного. А
именно временностью объясняет Киркегор тот фундаментальный факт,
что грех нам явлен, что мы знаем о нем. Сама же временность сознается в
"' Киркегор 1843,109.
^ Киркегор 1844,179-180.
*" Ibid., 185.
^Ibid., 184,
""В "Бытии и времени" см.: 30; 40; 68 b. Ср. также о сходстве понятия
страха у Рильке и Хайдеггера.
"' Ср. Хайдеггер 1927, 58-60.
полной мере, когда мы соотносим свою греховность с первородным грехом.
Получают отклик и размышления Киркегора о склонности человека к неподлинному
существованию "".
Dasein
Казалось бы, в этот ряд можно было бы поместить и термин "Dasein",
как он употребляется у Ясперса и Киркегора. В "Психологии мировоззрений"
Ясперс использует этот термин наряду с терминами "человек", "экзистенция",
"жизнь" и не проводит между ними четкой границы, однако
уже в тот период, используя это понятие, он желает подчеркнуть, что человек
как психофизическая тотальность - нечто, что находится в простр
анстве и времени. Иными словами, человеческое существование (Dasein)
уже "имеется", уже живет как некое "здесь"-бытие, (da-sein). Живой
человек уже является частью мира как еще более объемлющего "здесь".
Присутствующий в Dasein "мир" служит важным противовесом для ориент
ации на теоретическое как для Ясперса, так и для Киркегора. Дост
аточно отчетливо это заметно у последнего, когда он использует конструкцию
"da sein", показывая ограниченность "cogito" Декарта: "Абстрактный
мыслитель, пожалуй, существует (da ist), однако то, что он существует,
- это скорее сатира на него. Он доказывает свое бытие (Dasein) мысля
- это странное противоречие, потому что в той же степени, в какой он
абстрактно мыслит, он абстрагируется именно от того, что он здесь есть
(da ist). Тем самым бытие абстрактного мыслителя оказывается предпосылкой,
от которой он хочет отвлечься..." "'
Весьма примечательно формулирует Киркегор итог своего размышления:
"Следовательно заключать от мышления к бытию (Dasein) - это противоречие"
"'. Таким образом, для Киркегора Dasein оказывается удачной
категорией для борьбы против Декарта: для Ясперс Декарт более не является
столь сильным внутренним вызовом как для Кьеркегора, но акцент на
"уже существовании" и неотделимости человека от его мира сохраняются
и для него.
Подчеркнуть изначальную включенность человека в мир важно и Хай-
деггеру. Однако в лекциях з.с. 1919-1920 гг. и л.с. 1920 г. ему для этих целей
вполне достаточно "фактической жизни". Здесь мы вплотную подходим
к вопросу: каким идеям Хайдеггер в наибольшей степени обязан
именно Ясперсу?
"' Ср.: Киркегор 1849, 298-304; Хайдеггер 1927, 27, 38, 68 с.
"' Киркегор 1844, III.
"" КиркегорН^, 112.
56 Снова Ясперс и Хайдеггер
Фактичность
Вспомним, что такая важная для хайдеггеровских лекций з.с. 19191920
гг. операциональная категория, как "фактический", в лекциях военно-экстренного
семестра не используется вообще "". Хайдеггер часто
говорит о переживании-окружающего-мира-в-самом-окружающем-мире
(Umwelterlebnis), "жизни самой по себе и для себя". Основной пафос заключ
ается в том, что прежде чем переживание становится объектом науки
и любого вообще теоретического рассмотрения оно уже живет в мире,
включено в мир-вокруг (Urnwelt). Поскольку это заключение принципи-
ально и претендует на новизну"', возникает вопрос: какие новые категории
могут быть использованы для характеристики этого бытия-в-мире?
Какие смежные понятия позволят сделать более ясным "мировой" характер
переживания и, в более общем плане - жизни?
Традиционно, синонимом к "миру" является "действительность" (Wirklichkeit).
Может быть, если в лекциях з.с. 1919-1920 гг. заменить выражение
"фактическая жизнь" на ".действительная жизнь", то общий смысл
не пострадает? Однако "действительность" уже приобрела в историкофилософской
традиции определенную физиономию и не вполне годится
на эту роль. Можно ли бы мы тогда сказать: ".решьиая жизнь" в
"реальном мире"? Но и "реальность" (RealitSt) создает опасную близость к
тем самым проблемам имманентной философии и "реализма" "^ которые
Хайдеггеру здесь не очень нужны. Хайдеггер мог бы, далее, говорить о
"конкретной жизни". Рискнем предположить, что этот вариант оказыв
ается для него не приемлемым потому, что "конкретное" также слишком
тесно связано с философской традицией и тянет за собой оппозицию
"конкретное" - "абстрактное".
Понять, почему Хайдеггер использует именно те выражения, а не другие,
гадать, какими еще выражениями он мог бы воспользоваться - чрезвыч
айно сложно. Приведем еще один пример, иллюстрирующий эти
сложности: что было бы неприемлемого для Хайдеггера в выражении "lalsachliches
Leben"? ^". Ведь оно настолько близко по смыслу к "faktisches
"" Понятие "операциональных" (или: "оперативных") понятий было введено
О. Финком. Финк обратил внимание на о, что некоторые понятия
феноменологии Гуссерля являются в его текстах "функциональными", так
сказать "оперативными": они (как, например, "Konstitution", "Leistung", "Ероche")
не всегда тематизируются автором. Это характерно и для хайдеггеровского
термина "фактичный" / "фактический": Хайдеггер впервые "тематизирует"
его летом 1920 г.
"' Является ли такое понимание по-настоящему новым? Об этом можно
спорить (ср. 70).
"'Ср. 17.
"^ В пользу этого говорило бы еще и то обстоятельство, что иногда эти два
термина - используются как синонимы. Ср. Poggeler 1963 ['1990], 27:
"...обсуждается теперь фактическая жизнь, жизнь в своей конкретности (Tatsachlichkeit)"
(приводилось нами ранее, ср. 49 б, Слл).
Leben", что переводе их и развести-то непросто: "фактичная" (или:
"фактическая") жизнь в обоих случаях.
Ряды терминов "Tatsache-tatsachlich-Tatsachlichkeit" и "Faktum-faktischFaktizitat"
действительно синонимичны - об этом впервые подробно говорит
Кизиль в статье "Происхождение понятийного поля фактичность (Faktizitat) в
ранних работах Хайдеггера". "...Представляется, - отмечает Кизиль, - что
Tatsachlichkeit и Faktizitat принадлежат главным образом к становлению философского
языка, и более родное лT немецкого "Tatsachlich" должно бы
быть более употребимым" . Во второй половине XIX века слово "Faktizitat"
встречается в основном спорадически. У Дильтея - впервые в книге "Пережив
ание и поэзия" (написана в 1867, опубликована в 1905), а потом во "Введении
в науки о духе" (1883), где Дильтей говорит о "фактичности (Faktizitat),
истории, то есть живой изначальной реальности", которая никогда не дается в
представлении в адекватном выражении. Однако в этой книге Дильтей значительно
чаще использует родственное по смыслу слово "Tatsachlichkeit"
(Dilthey 1883). Кизиль также указывает на то, что термин "Tatsachlichkeit" в
начале XX в. часто используется у Наторпа и, ссылаясь на В. Вукиевича, приводит
аналогичные места у Гуссерля. Да и сам Хайдеггер использует его своей
работе о суждении в психологизме (Heidegger 1914, 144), где "Tatsachlichkeit"
означает всего лишь "факт как факт". Но в конце XIX в. неожиданно популярным
становится термин "Faktizitat", который используется в противоположность
над-временной логичности (Logizitat). Фактичность ("Faktizitat") имеет
временной характер, а значит - случайна, индивидуальна, конкретна и неповторим
а. Хайдеггер впервые использует этот термин как философскую категорию,
замечает Кизиль, в "Феноменологии созерцания и выражения" - "в нач
але лекции в неокантианском смысле, а в конце - уже в своем собственном".
Кизиль не делает однозначного вывода о том, в какой мере "Tatsachlichkeit"
может оставаться синонимичным с "Faktizitat" у Хайдеггера.
Потому следует привести не только те места лекций Хайдеггера, где он
разводит "Faktische" и "TatsSchliche", но и высказать предположение, почему
предпочтение отдается в конечном счете все-таки термину "faktisch"
"' Ведь одно дело - пояснять какую-либо категорию с помощью
дополнительного термина и совершенно другое - использовать его в качестве
основного. По-видимому, "tatsachlich" в несколько большей степени,
чем "faktisch" ассоциируется с сознанием "', а значит в большей
степени близко смысловому контексту теоретического отношения. Это, в
свою очередь, означает, что использование этого термина в большей степени
предполагает парадигму объективно-теоретического исследования, и
объект исследования будет подразумеваться как только лишь объектив"*
Kisie! 1987, 92. Здесь и далее до конца абзаца я опираюсь на изложение
Кизиля.
"' Кизиль, правда, отмечает одно важное обстоятельство: в философском
словаре Круга (1832-1838 rr.) "Faktum" и "factisch" определенным образом
связаны с историей. CM.: Kisiel 1987, 93.
"' В предшествующей Хайдеггеру немецкой традиции проблематика "фактов
сознания" (Tatsachen des BcwuBtseins) наиболее активно разрабатывалась
И. Г. Фихте и В.Дильтеем.
ное, т.е. независимое от возможного отношения к нему ^ Поэтому, Хай-
деггер использует термин "Tatsachliche", когда говорит о "предшествующей
фактичности" как о синониме исторических фактов только, не
имеющих необходимого отношения к миру Я "', или о "Что, не соотнесенном
с Как его "воспроизведения"" "". Однако, определенный способ
осуществления отнесенности (Volizug des Bezugs) - или, что в данном
случае то же самое: определенное Как его воспроизведения - необходи.и
для того, чтобы история была историей. Потому для всех случаев, где это
имеет место, Хайдеггер резервирует термин "faktisch": "фактически жить"
в прошедшем означает, что прошедшее каким-то образом пронизывает
содержание жизненного опыта "".
Итак, новый опыт мира и истории требует нового языка, и Хайдеггеру
необходима "незаезженная" терминология. За "Tatsache" остается закрепленным
"предметное содержание научно-исторического познания", соответствующее
теоретическому принятию-к-сведению, а для более подлинного
отношения к "объекту" требуется другая категория. Только осозн
ав всю важность стоящей перед Хайдеггером задачи, мы поймем и то,
каким подарком мог стать для него термин "faktische" (фактический), часто
и без видимой системы используемый Ясперсом "'.
Фактическое встречается в "Психологии мировоззрений" в разных контекст
ах: "Фактическая индивидуальная экзистенция, осознанная индивидуалистическ
ая экзистенция отдельного [человека] (Einzelexistenz)" (242), или:
"продолжаю фактически жить во времени" (384). Отчетливый антиинтеллекту
алистический заряд имеет "фактическое" когда говорят о том, что человек
интеллектуально может сменить многие позиции, каждый раз высказывая их
как свои и даже их объясняя, и в то же время "человек фактически остался в
той же самой экзистенциальной сфере..." (312); "Установки и образы мира
изолируют то, что фактически существует неразрывно" (219). Противоположностью
фактическому являются метафизические схемы и конструкции: часто
"вместо того чтобы воспринимать и созерцательно жить, мы лишь апперципируем
по схемам, а фактически не видим больше ничего" (147). Фактическое
выступает в качестве синонима к подвижности, течению жизни: "Живой человек
всегда может удостовериться в своей жизни в фактическом настоящем
(faktischer Gegenwart), но делая это он движется дальше" (328) и часто используется
в одном контексте с "конкретным и живым" (147). Еще более определенно
оно отождествляется с жизнью в следующем пассаже: "Если бы
наше конечное существование (Dasein) было бы лишь рассудком, а не самой
"" О том же, насколько это неприемлемо для Хайдеггера, можно судить по
разбору различных случаев употребления понятия "история" в "Феноменологии
созерцания и выражения" (см. особ. разбор случаев 1 и II).
"' Heidegger 1920,43
"" Heidegger 1920,45.
"ш Heidegger 1920,46.
^' Предположение о том, что именно изучение "Психологии мировоззрений"
Ясперса способствует появлению термина "фактический" (faktisch) в
языке Хайдеггера высказывает также и Кизиль: "В следующем семестре
(после Военно-экстренного. - И.М.), очевидно, после изучения книги Ясперса
"Психология мировоззрений" Хайдеггер говорит о "ситуативном Я", а в следующем
семестре (л.с. 1920 г. - //..V/.) - о фактическом жизненном опыте".
CM.: Kisiel 1987,95.
жизнью, т.е. бесконечным, то наше фактическое, живое возвышение к бесконечному
было бы невозможно" (75).
"Фактическое" как термин было несомненно знакомо Хайдеггеру еще от
Ласка ^", у которого оно также имело антирационалистический оттенок.
Но, по-видимому, потребовалась достаточно энергичная апробация фактического
как характеристики человеческой жизни Ясперсом и даже само
использование новаторского словосочетания "фактическая жизнь" ^",
чтобы Хайдеггер осознал перспективы, открывающиеся для него этим выр
ажением.
Ситуация
Ситуация становится еще одним изобретением Ясперса, важным для
Хайдеггера и его концепции времени. Ситуация у Ясперса - одна из первых
категорий, обозначающих то, как живущее телесное бытие, называемое
человеком "бывает" в мире. Изначально человек (Dasein) - гомогенн
ая и невыделенная часть реального объективного мира, "дитя природы"
'**. На этом уровне ситуация бытия человека в мире характеризуется
отсутствием всякой проблематичности, всякого вопрошания: человек
есть лишь событие, случай объективной природы, а не творец собственной
судьбы. Человек окружен вещами, необходимыми для его физического
благополучия, людьми, разделяющими его интересы, а также законами,
обычаями, институциями и проч., становящимися "второй природой". Человеческое
бытие (Dasein) исключительно ситуативно. Dasein существует
"здесь", однако в качестве такой невыделенной части всеобщего "здесь",
Dasein обладает определенной исключительностью: во-первых, ему присуще
определенное "внутреннее беспокойство", отличающее способ его
бытия от любого другого сущего; во-вторых, Dasein является центром созн
ания, благодаря которому может сделать для себя доступным факт своего
"бытия-здесь", "довести до вопроса" изначально заключенную в нем нест
абильность. Когда неартикулированное внутреннее беспокойство превр
ащается в отчетливое сознание, "ситуация" человека в мире меняется.
Однако, по Ясперсу, как Dasein человек всегда находится в той или иной
ситуации. "Пограничная ситуация", в которой человек может оказываться,
есть, конечно, предел, однако предел все той же ситуации.
Хайдеггер же, напротив, предпочитает говорить о "ситуации" не как связ
анной с фактическим (т.е., в конечном счете, неподлинным) модусом бытия
человека, но как о том, что знаменует собой переход в подлинность. У
Хайдеггера, далее, ситуация становится важным элементом не только его
отношения к традиции (истории), но и основой всякой вообще интерпрет
ации: тематический предмет интерпретации только тогда может говорить
сам за себя, когда та или иная герменевтическая ситуация будет в
достаточной мере очерчена и сделана доступной. Усвоение прошлого, истории,
всегда определяется тем, в какой мере "понимающим образом" освоено
"живое настоящее", обладающее той самой силой, которая и может
^ Указанием на это обстоятельство я обязан работе: Kisie! 1992 b.
'"Jaspers 1919,309.
^ Напомним, что как и у Хайдеггера, у Ясперса "Dasein" также указывает
на то, что человек "уже есть" в мире, всегда уже "здесь".
"раскрыть" прошлое. Радикально понимать, что означало прошедшее в
его ситуации означает не "принятие к сведению", не констатацию, но изн
ачальное повторение того прошедшего для своей и в смысле своей ситу
ации (иначе: мы только тогда вполне понимаем, - в том числе историю,
- когда понимаем себя).
Глава третья. Второй опыт феноменологии религии.
57 Место лекционных курсов 1920-1921 гг. в философии религии
Хайдеггера
Прежде чем приступить к рассмотрению хайдеггеровских курсов по феноменологии
религии, следует кратко очертить то место, которое заним
ают лекционные курсы 1920-1921 гг. в его философии. В разработке
Хайдеггером проблем религиозного можно условно выделить четыре период
а.
Во время первого Хайдеггер подходит к проблемам религиозного с традиционных
теологических позиций (габилитация о Дунсе Скотте; матери
алы к лекциям по Мейстеру Экхарту).
Второй (лекции 1920-1921 гг.), интересующий нас здесь в наибольшей
степени, примечателен тем, что Хайдеггер открывает для себя опыт пережив
ания времени и истории в раннем христианстве. В 20-х годах философ
высказывает много интересных идей: о том, как следует трактовать
"кризис", какова роль ситуации в нашем обращении к пошлому. В это
время Хайдеггер находится еще только на подступах к онтологической
проблематике, которая получит у него наиболее завершенную форму в
"Бытии и времени" - в этом заключается еще одна важная особенность
этого периода.
Третий находится под знаком онтологической проблематики "Бытия и
времени". Кроме самого "Бытия и времени" к этому периоду следует отнести
также и лекцию Хайдеггера "Феноменология и теология" "'. Труды
мыслителя, относящиеся именно к этому этапу его мысли (также как и к
четвертому) привлекали к себе наибольшее внимание теологов и философов.
Неоднократно ставился вопрос: в какой мере религиозно или а-религиозно
творчество Хайдеггера. По этому поводу высказывались самые
различные точки зрения. Одни (А. де Вэланс) полагали, что идеи Хайдеггер
а совершенно несовместимы с христианским миросозерцанием ^'.
Другие (Р. Бультман) считали философию Хайдеггера религиозно ней-
тральной, признавая, что отдельные ее элементы, как, например, экзистенци
альная аналитика Dasein оказываются в большей степени пригод^Эт
а лекция была прочитана Хайдеггером несколько раз в 1927-1928 гг.
Далее цитируется как Heidegger 1927.
^'Ср.: Waelhens A. de La philosophic de Martin Heidegger. Louvain, 1942,
359 ff.
ными для истолкования библейского послания, нежели язык традиционной
онтологии '". Третьи (среди них наиболее известен Д. Макквари) рассм
атривали философию Хайдеггера как религиозную по своей природе и
считали, что она могла бы стать основой для современной теологии
Причиной для выделения этого этапа является то, что теология (а значит
и проблема религиозного в целом) оказывается у Хайдеггера 1927-1929 гг.
целиком подчинена его более обширному замыслу фундаментальной онтологии.
Схема взаимоотношения целей и задач философии и частных наук, как ее
представлял себе Хайдеггер в 1927 г. могла бы быть изображена следующим
образом:
I. частные науки;
II. региональные онтологии;
III. фундаментальная онтология;
IV. мета-онтология.
От нашего знакомства с множеством частных наук, существующих отдельно и
обособленно друг от друга (1), мы продвигаемся к осознанию того, что все они
анализируют различные регионы бытия, а значит совокупность предметов их
исследования может быть представлена как система регионшьных. онтологий
(II). Однако продвинуться к некой мета-онтологии (IV), т.е. к прояснению
смысла самого бытия (главная задача "Бытия и времени") мы можем только
через фундаментальную онтологию, которая должна эксплицировать смысл
нашего вопрошания о бытии.
Вопрос о смысле бытия, подлинная задача философии, радикально отличает
последнюю от всех других наук: "Теология есть позитивная наука и, будучи
таковой, абсолютно отлична от философии" "'. И если нельзя сказать, что философия
необходима для веры, то в ней несомненно испытывает потребность
"наука о вере как позитивная наука" "ш. Философия же может быть "тем, что
она есть" и вне выполняемой ее по отношению к теологии функции "'. Речь
как будто бы идет лишь об иерархии наук, однако это самым прямым образом
затрагивает то, что следует понимать под подлинной религиозностью и подлинным
Богом. Перед Хайдеггером тут же встают серьезные обвинения в безбожии
и атеизме .
^" В этом духе неоднократно высказывался и сам Хайдеггер:
"Онтологическая интерпретация Dasein не позволяет сделать ни позитивного,
ни негативного заключения о возможном бытии Бога". CM.: Heidegger 1929,
159. Подробнее см.: Лезов 1996, 325, Слл.
"'Ср.: Macquarrie 1955; Haeffner 1981. Подробнее о диалоге между теолог
ами, хайдеггерианцами и самими Хайдеггером см.: Williams 1977, 7-47.
^ Heidegger 1927 с, 49; 61 ff.
"шlbid.,61.
"' Ibid., 66.
^ Лишь значительно позднее Хайдеггер скажет: "Лучше проглотить дешевый
упрек в атеизме, который - если он подразумевается в оптическом смысле
- даже полностью оправдан. Только не является ли оптическая вера в Бога в
своей основе безбожием? А подлинный метафизик религиознее, чем все прочие
верующие, сторонники "церкви"? Не есть ли он даже более религиозен,
чем "теологи" любого вероисповедания?". Цит. по: Poggeler 1996, 24. Есть
основания полагать, что по крайней мере вплоть до начала 30-х гг. Хайдеггер
придерживается своего критического отношения к традиционной теологии.
Существенно отличается подход Хайдеггера к проблемам религиозного
во время столь же условно выделяемого нами четвертого этапа, в котором
в свою очередь могут быть выделены разные фазы: 30-е годы, характеризующиеся
интенсивными занятиями Гсльдерлином, ^" а также несколько
более поздняя концепция "четверицы" "".
58 "Введение в феноменологию религии"
58 а Форма.чьное указание
Лекционные курсы 1920-1921 гг. занимают в становлении Хайдеггера
особое место. Во-первых, проблема религиозного здесь еще рассматрив
ается в контексте феноменологической парадигмы. Во-вторых, именно в
эти годы закладываются основы той проблематики бытия, которая получит
свое наиболее полное развитие только в 1926 г. В определенном
смысле предпосылки для этого были созданы еще в предыдущие годы.
Уже тогда Хайдеггер настаивал на том, что человеческая жизнь не позволяет
рассматривать себя в качестве объекта. Само по себе это не было новым:
Гуссерль также протестовал против объективации и натурализации
сознания. Сходные идеи можно найти в других философских концепциях
того времени, например, в философии диалога. Однако Хайдеггеру это позволило
выявить особый характер "данности" жизни самой себе.
Но не является ли опасным также и утверждение, что человека нельзя
понимать как объект или предмет? Не есть ли человек тогда - сплошной
ряд событий, совокупность одних только органических и психических
процессов? Очевидно, что понимать человеческую жизнь (или Dasein) как
чисто событийное, "процессуальное" сущее столь же недопустимо. Dasein
должно иметь некий смысл, тенденцию к наделению смыслом. Этот
смысл не может быть, далее, "общим" смыслом - смыслом "вообще" - но
должен быть получен из нашего собственного живого настоящего, из нашей
повседневной, фактичной жизни.
Можно спросить и о том, какие сущностные характеристики могут быть
присущи этой самой нашей фактической жизни. Является ли такой характеристикой,
например, "историческое"? Если это так, то историческое
должно само быть обнаружено в фактической жизни. Но - опять уже известное
нам методическое размышление - когда мы начинаем задаваться
этим вопросом, о смысле исторического нам еще ничего не известно.
Иначе мы искали бы его, уже имея определенное предпонимание исторического
как такового.
"Мартин Хайдеггер предложил мне тогда (з.с. 1933/34 г. - ИМ.) заниматься
под его руководством, - вспоминает Генрих Бур, - условием было, что я сдел
аю выбор в пользу философии, против теологии... Однако в конце 1935 г.,
когда я вновь приехал к нему в гости, он сказал мне: "Вы правы, оставайтесь
при своей теологии"". CM.: Buhr 1977, 54.
^Ср.: Гайденко 1997; Kovacs 1990, 162 ff, а также краткую характеристику
в31.
"^ Ср.: Vycinas 1961.
Следовательно, начало нашего поиска истории в повседневной жизни
позволяет лишь чисто формшьно указать, каким-то образом обозначить
наличие искомого смысла, не определяя на этом этапе его ни содержательно,
ни каким-либо иным образом. В этой связи одной из центральных
категорий лекций по феноменологии религии становится понятие
"формального указания", разработка которого Хайдеггером основывается
на гуссерлевском различении между генерализацией и формализацией "'.
Эта проблема становится актуальной для Гуссерля поскольку его концепция
феноменологи
...Закладка в соц.сетях
