Жанр: Электронное издание
coalt2
...наготове.
Он широко улыбнулся при виде Сэма, стоявшего с самым свирепым видом на
нижней ступеньке. Крепкие ноги широко расставлены, кулачки уперты в бедра.
- Ну, сэр?
- Ну, Сэм, немедленно сунь кулаки обратно в карманы и прекрати звать меня
"сэр". И знай, что твоя мать плакала, потому что за завтраком ей не подали
хлеба.
- Подали, дядя Найт.
- Но это был очень черствый хлеб. Мой повар Катберт, сам знаешь, не
пожелал испечь свежий, поскольку один маленький мальчик не знает, что хлеб
должен попадать в живот, а не на перила лестницы.
Сэм хохотал так безудержно, что и в самом деле схватился за перила, боясь
упасть. Лили тоже рассмеялась - ясный, чистый звук, мгновенно распалил в
Найте такое отчаянное желание, что ему захотелось завыть.
- Ну и выдумщик вы, сэр, - пролепетал Сем между приступами смеха.
- Помни, мальчик, со мной связываться опасно. А, вот и Тео. Прекрасно
выглядишь, парень. И Лора Бет пришла. Ну как ты, малышка?
- Я хочу еще ванну, - объявила девочка. - И поиграть с полотенцем!
- Лора Бет? - охнул ужаснувшийся Тео.
- Прятки, - презрительно пояснил Сэм.
- Может, через несколько дней, - весело пообещал Найт. - Сначала я должен
оправиться от того потрясения. Ты едва меня не утопила.
Лора Бет хихикнула, и Найт подавил желание подхватить ее на руки и
расцеловать в румяные щечки. Вместо этого он широко улыбнулся Сэму, с
надеждой уставившемуся на него, и мягко сказал:
- Нет, Сэм, сегодня мы поедем вдвоем. Подбери нижнюю губу и не дуйся.
Мальчики не дуются. На следующей неделе все вместе отправимся на пикник в
Ричмонд, идет?
- Что такое Ричмонд? - спросила Лора Бет.
- Глупая гусыня, это красивое место, куда можно ездить на пикник.
- Превосходное описание, Тео, - похвалила Лили.
- Ну, Тео, едем. Насколько я слышал, мама сказала тебе, что твой долг
составить мне сегодня компанию. Сэм, Лора Бет, слушайтесь маму и не сожгите
дом...
- И его ублитателей, - добавила Лора Бет.
- Обитателей, - поправил Тео.
- Совершенно верно, - заключил Найт. - Увидимся за ужином. Лили.
- Если хотите.
- Хочу, и очень.
Лили кивнула Чарли, первому лакею, и тот немедленно наполнил ее бокал
сладким бордо.
- Лучшее вино, которое я когда-либо пробовала, - улыбнулась она хозяину.
Найт выглядел исключительно красивым в черном вечернем костюме. С того
самого момента, как она увидела Найта в спальне, она впервые осознала, что
перед ней мужчина, и чрезвычайно привлекательный. Главное, что Лили никак не
могла забыть этот эпизод и с этого момента не могла считать его всего лишь
дядей детей, их защитником и опекуном.
- Мой отец был большим ценителем вин, - пояснил Найт. - И передал мне
частицу своих знаний. Я рад, что вам понравился мой выбор. Кстати, вы
сегодня прелестны.
- Спасибо, - смущенно, недоверчиво пролепетала Лили.
И при этом совсем не притворялась. В словах не было игры, и Найт вновь
поразился, какой изысканно восхитительной она должна казаться любому
мужчине. Сама же Лили посчитала, что ей просто льстят, желая успокоить. Эта
мысль почему-то приводила Найта в замешательство. Говоря по правде, при виде
входившей в комнату Лили его охватило неизменное возбуждение, смешанное с
желанием. Платье ее по лондонским стандартам было совсем скромным, но нежный
персиковый цвет придавал коже мягкое свечение, волосы казались еще более
блестящими, и Найту стоило лишь взглянуть на нее, чтобы все тело
конвульсивно сжалось.
- Вы, кажется, не собираетесь носить траур по Трису, - резко заметил он.
Лили побледнела, но сдержанно, спокойно ответила:
- Нет. Не было времени, и не стоило тратить деньги, которых у нас и так
мало.
Подбородок упрямо поднялся - единственный признак неповиновения... или
вызова?
- Простите, - поспешно извинился Найт. - Это, в сущности, не мое дело. Но
вернемся к нашему Тео. Великолепный наездник! Ему необходима более резвая
лошадь, чем бедный старый Бруно. Думаю, Викет как раз подойдет ему.
- Найт, пожалуйста, вы не должны давать ему одного из лучших коней. В
самом деле...
- Помолчите, Лили, и попробуйте лучше жареную треску в устричном соусе.
Помните, я всегда делаю, что мне заблагорассудится... Ну а из "Таттерсолз"
... да, кстати, Тео превосходно разбирается в лошадях - мы сразу отправились
к переплетчику. Лично я был за то, чтобы бросить эту обветшавшую рухлядь в
Темзу, но Тео... у Тео начался очередной приступ угрызений совести.
- Денег у него хватило?
Найт было решил солгать, но не смог. Тео совсем не мог врать и, конечно,
проговорится Лили.
- Нет, - небрежно бросил он, - и тут началось самое интересное.
Он помедлил, вспоминая, как мгновенно изменилось лицо мальчика. Любой
мог, конечно, прочесть на нем досаду, огорчение, но все затмевал страх -
смертельный страх, и это потрясло Найта, как ни одна неприятность за всю его
сознательную жизнь.
Мальчик глубоко вздохнул и заявил добродушному мистеру Миллигану:
- Сэр, у меня с собой всего пять шиллингов. Могу я заплатить остальное на
следующей неделе?
Если мистер Миллиган и удивился отсутствию денег у мальчика, явившегося
вместе с чрезвычайно богатым пэром королевства, он ничем не показал этого.
- У моей матери не очень много...
- Тео!
Тихий, но твердый голос Найта заставил мальчика немедленно замолчать.
- Я хотел кое-что предложить тебе. Сейчас мы оставим книгу у мистера
Миллигана, поедем в Гайд-парк и все обсудим. Если решишь принять это
предложение, обещаю, что богатым не станешь, но в деньгах нуждаться не
будешь.
- О, сэр, я сделаю все....
Найт подцепил на вилку большой кусок куропатки в хлебном соусе, одно из
своих любимых блюд, и широко улыбнулся Лили.
- На следующей неделе Тео вернет мне долг в пять шиллингов из жалованья,
не сомневайтесь. Он, моя дорогая Лили, отныне мой библиотекарь и библиограф.
Библиотека в крайне запущенном состоянии. Трамп поможет ему, если
понадобится. Тео будет работать не больше двух часов в день, пять дней в
неделю.
- Но...
Найт повелительно вытянул руку:
- Это касается только меня и Тео, Лили. Я не собираюсь изводить его
тяжелой работой и доводить до изнеможения. Поэтому помолчите. Здесь вы не
судья. Лучше попробуйте жареной трески. Одно из лучших произведений
Катберта.
Лили послушно начала есть. Найт исподтишка наблюдал за ней, замечая, как
трепещут мышцы на шее, когда она глотает, как остаются на губах капли вина,
когда она подносит к губам бокал из тонкого хрусталя, и, немного помедлив,
резко спросил:
- Почему вы плакали? - Лили вскинула глаза. - Почему? - повторил он.
Лили попыталась принять печальный вид, но усомнилась, что ей это удалось.
Возможно, она выглядит попросту жалкой дурочкой.
- Вы были великолепны. Я не могла вынести такого великодушия...
- Интересно! Значит, по-вашему, я должен жестоко обращаться с вами и
детьми? Угрожать выпороть Сэма? Отрезать волосы Лоры Бет? Может, тогда вы
засмеетесь вместо того, чтобы рыдать?
Лили против воли расхохоталась:
- Какой вздор! Я ничего подобного не имела в виду. Просто все это так
неожиданно! И гораздо больше того, чем мы заслуживаем.
- И все сразу свалилось на ваши головы, правда?
- Да. Жаль, что я промочила слезами ваш галстук.
- Вы прощены. И вот еще что. Мальчикам необходим наставник. Я решил
записать их в Итон не раньше следующего семестра. Тот гувернер, о котором я
говорю, - третий сын священника в моем приходе, младший брат Тилни Джонса.
Он только что закончил Оксфорд и несколько месяцев будет свободен. Он сможет
гулять и заниматься гимнастикой с мальчиками. Тео, насколько я заметил
сегодня, слишком бледен и, когда он не со мной...
- Вы решили?
Найт прервал цветистый монолог и удивленно взглянул на прелестную
собеседницу. Она тоже была бледной, но не от недостатка свежего воздуха, а
от гнева на столь высокомерное своеволие. Помедлив, он продолжал мягко, со
спокойствием человека, привыкшего к повиновению, строя при этом фразы с
легкостью опытного дипломата.
- Собственно говоря, если вы одобрите наставника, он сможет прийти уже в
следующий понедельник. Если же нет, мы просто забудем об атом. Кроме того,
необходимо переделать второй этаж, чтобы у детей была своя детская. Только
не упоминайте этого позорного слова в присутствии мальчиков. Но им нужны
свои комнаты, где они могли бы делать, что пожелают. Мы поговорим с
архитектором и...
- Почему вы делаете все это? Я не понимаю. Он увидел, как она смущена, и
сообразил, в чем дело. Собственно говоря, его удивление по поводу
собственного поведения было куда более сильным.
- Я не Уродина Арнольд, Лили, - тихо сказал Найт, - и не собираюсь
совратить вас прямо на лестнице. Кроме того, у меня нет намерений заручиться
вашей благосклонностью в постели только на том основании, что я проявил
милосердие к детям Триса.
- Но почему?
- Знаете, по правде говоря, я сам не имею ни малейшего понятия. Ну а
теперь хотите десерт? Может, сливовый пудинг? - Лили медленно покачала
головой. - Тогда перейдем в гостиную. Я бы попросил вас поиграть для меня,
если можно. Вы ведь играете, не так ли?
- Я давно не подходила к пианино. И боюсь...
- Но не настолько, чтобы спотыкаться на каждой клавише.
- Вы оптимист, сэр.
- Кстати, насчет архитектора... если вам удобно, он придет завтра.
Лили наклонилась вперед, и Найт заметил, что ее правая рука, сжатая в
кулак, легла на стол рядом с тарелкой:
- Я не хочу чтобы... вы портили себе жизнь из-за нас, по крайней мере,
больше, чем сейчас. Не стоит рушить стены и устраивать новые комнаты. Я
постараюсь держать детей подальше от вас. И еще... я не желаю, чтобы вы
считали, будто обязаны...
- Вижу, вы стараетесь отказаться от всего, Лили. Но знаете, когда-то на
третьем этаже была детская, а потом там устроили комнаты для слуг. Я не могу
их срывать с насиженного места. Значит, остаются второй этаж и несколько
свободных спален. Так что придется обойтись тем, что есть. Не беспокойтесь,
перестройка только повысит ценность дома, если в будущем какой-нибудь
шалопай из моих наследников решится его продать. К слову говоря, я не
чувствую себя обязанным делать что-то, просто поступаю, как считаю нужным.
Надеюсь, теперь все выяснено?
Вместо ответа Лили вопросительно взглянула на него:
- Не хотите еще немного сливового пудинга, милорд?
- Найт, пожалуйста, и никакого пудинга. Я желаю только одного -
погрузиться в волны звуков и услышать, как вы совершаете путешествие в мир
Бетховена.
Лили и вправду давно не занималась музыкой, но все же играла достаточно
хорошо, чтобы Найт полностью расслабился и отдохнул. Он даже не
переворачивал страницы нот, а просто сел напротив и наблюдал за лицом Лили
во время игры. Как Найт хотел, чтобы она была старой клячей! Как жаждал,
чтобы у нее оказался характер базарной торговки! Как мечтал, чтобы дети
оказались мерзкими гнусными негодниками!
Ему еще далеко не сорок. Осталось тринадцать лет. И тут возникла Лили.
Найт нахмурился. Она была замужем за Трисом и овдовела лишь два месяца
назад. Она скорбит по усопшему мужу. Что за идиотские мысли лезут в голову!
Он резко встал, едва дождавшись конца третьей части сонаты до-мажор.
- Я ухожу, Лили. Спасибо за игру. Увидимся завтра.
"Днем. Только днем. В полумраке, при свете свечи, я сгораю от желания
овладеть тобой".
Лили поднялась, но ничего не успела сказать. Найт исчез. Девушка
озабоченно покачала головой. Она, кажется, ничем его не обидела. Неужели так
отвратительно играла?
Выйдя из гостиной, девушка поднялась наверх. Всего девять вечера. Есть
еще время поиграть с Тео и Сэмом. Лора Бет давно уже спит, как всегда
раскинувшись посреди кровати.
Через два дня Найт Уинтроп, восьмой виконт Каслроз, стал официальным
опекуном троих детей двоюродного брата.
Глава 7
Бой никогда не был в Лондоне, но сразу же почувствовал себя как дома.
Главное, здесь все говорили по-английски. Какое счастье слышать родную речь
после Франции и Брюсселя, где целый день в ушах звенит от жеманного
сюсюканья этих лягушатников.
Монк, уроженец Лондона, повел его по всем знакомым портовым притонам, где
приятели жадно вдыхали вонь кривых переулков и удушливые запахи грязных
кабаков, казавшиеся им истинной амброзией.
- Наконец-то, Бой, - выдохнул Монк, сделав огромный глоток теплого эля. -
Мы найдем чертова лорда и эту крошку, подстилку Триса, не сомневайся.
Поверь, все это легче легкого, сущие пустяки. Зато, малыш, я покажу тебе
настоящую жизнь!
- Угу, - согласился Бой, пытаясь говорить членораздельно. - Я люблю
Лондон.
- Давненько я не был здесь, - пробормотал Монк, плотоядно подмигивая
грудастой служанке. - Давненько.
- Ч-чудесный г-горд, Лондн.
- О, да. А в девяносто втором был еще лучше. Тогда я был совсем
постреленком, и стражники сцапали меня, стоило мне только запустить лапу в
карман какого-то купчишки. Я, конечно, смылся. Мать к тому времени отдала
концы. Я остался совсем один и через два года нашел тебя в Ливерпуле,
помнишь? Потом мы отправились во Францию с тем, что успели стянуть у леди
Кактаме в Дувре.
Эль лился рекой, истории следовали одна за другой, и вскоре приятели
дружно храпели, положив головы на стол и ни на что не обращая внимания.
Бой хотел увидеть все достопримечательности, особенно лондонский Тауар, и
Монк, чувствуя себя вершителем судеб, полный великодушия и благородства,
повел приятеля к тому месту, где прелестная леди Джейн Грей когда-то лишилась головы. Зато оба
старательно избегали Боу-стрит .
Джулиан Сен-Клер, граф Марч, уселся рядом с Найтом в читальной комнате
Уайт-клуба и без предисловий заявил:
- По городу пошли слухи, Найт. Самые неприятные. Возможно, все из-за
того, что мы так громко высмеивали тебя и совсем не обращали внимания на тех
дураков, которые вертятся рядом. Кроме того, нескольким таким
посчастливилось видеть тебя в Пантеон-Базар.
Найт, отложив "Gazette", внимательно посмотрел на друга:
- Понимаю. Пожалуйста, продолжай, Джулиан.
- Мне отвратительно повторять это, но все считают Лили твоей любовницей,
а малышку Лору Бет, естественно, твоей дочерью, К сожалению, у нее волосы
почти такие же черные, как у тебя.
- Не замечал, но, по-видимому, ты прав, - кивнул Найт с ошеломленной
улыбкой. - Однако глаза у нее темно-синие, совсем непохожие на мои.
- По-моему, сплетники не смеют утверждать, что все дети - твои. Ведь
старшему уже девять, не так ли? Ты должен был обладать необыкновенной
мужской силой к семнадцати годам, чтобы стать его отцом.
"А Лили тогда было всего десять, - подумал Найт, но ничего не сказал
вслух, не желая, чтобы Джулиан узнал, как его кузен, женившись на
пятнадцатилетней девочке, немедленно наградил ее ребенком".
Он попытался вслушаться в то, что говорил друг. Конечно, до самого Найта
доносились какие-то слухи, некоторые знакомые холодно кивали при встрече, но
он ни на что не обращал внимания. Какая бессмыслица! Никто из них не сделал
ничего плохого, и он не давал себе труда задуматься над всей этой чушью.
Однако, если Джулиан настолько встревожен, чтобы рассказать обо всем другу,
значит, дело плохо. Хуже, чем плохо, невыносимо. Найт тихо выругался.
- Согласен, - кивнул Джулиан. - Все твои друзья и я тоже пытались
рассказать правду, но это похоже на катящееся по склону колесо, и крупица
истины мгновенно обрастает всякими домыслами. К несчастью, обществу просто
нечем сейчас пощекотать себе нервы, никакого более пикантного скандала не
случилось, и тут подвернулся ты. - Он усмехнулся:
- Никогда не видел свою жену в таком гневе. Она едва не убила леди
Грегорсон вчера, на музыкальном вечере - отвратительно тоскливая штука,
кстати говоря. Какое-то визгливое сопрано из Милана.
- Придется, видимо, отправить Лили И детей в Каслроз. Меня назначили их
опекуном, так что Уродина Арнольд может забыть о своих сластолюбивых
замыслах. - Я видел объявление в "Gazette". Это еще больше подлило масла в
огонь.
Граф, которому было известно о появлении Арнольда, спросил, слегка
нахмурившись:
- Надеюсь, этот тип умеет читать?
- Джулиан, тебе пора узнать, что дорогой Арнольд - настоящий сквайр, а
его жена, к величайшему сожалению, - моя кузина. Конечно, спасибо за
предупреждение, но...
- Но, - подхватил Джулиан, - ты уже знал о болтливых языках.
- Да, только это значительно хуже, чем можно было ожидать. Я не возил
Лили ни на балы, ни на рауты, ни на музыкальные вечера только потому, что
она в трауре по мужу и не любит оставлять детей одних. - Найт широко
улыбнулся. - Кроме того. Лили боится, что Сэм заткнет все дымоходы и мы,
кашляя и задыхаясь, вырвемся на улицу в холод и мрак в одних ночных
сорочках.
- Но ты не носишь ночной сорочки.
- Значит, сгорю со стыда и приведу в смущение окружающих.
- Лили прелестна. Будь она некрасивой, сплетники, возможно, внимания бы
на все это не обратили.
- Знаю. - Найт немного помолчал, задумчиво сложив пальцы домиком. - Самое
странное в том, что она даже не сознает, насколько красива. Это приводит в
замешательство любого, особенно мужчину, много лет вращавшегося в светском
обществе. Я считал, что знаком с каждым трюком, каждым фокусом, каждым
заговором, на которые способны лишь изобретательные умы маменек, желающих
сбыть с рук дочек-невест. Да что я говорю, тебе самому все известно, ты
столько же времени варился в этом котле.
- Верно, но не совсем. Ты действительно вынужден отослать их в Каслроз?
- Что же еще делать, черт возьми? Джулиан начал внимательно изучать
аккуратно подстриженный ноготь.
- Думаю, ты мог бы жениться на Лили. Не ожидавший такого удара, Найт
остался сидеть с открытым ртом, глядя на друга с таким видом, будто тот
внезапно лишился разума, а заодно слуха и зубов.
- Мне еще нет сорока, - произнес наконец Найт, медленно и раздельно. -
Мне двадцать семь. Остается еще тринадцать лет свободы, прежде чем я
совершу... этот... поступок.
- Это называется женитьбой, Найт, - преспокойно пояснил граф. -
Всего-навсего предположение, старина. Ни к чему говорить так, словно
беседуешь с полоумным.
- Я нанял учителя для мальчиков. - Найт, снова помолчав, с сожалением
добавил:
- Собственно, Джон Джонс - да-да его действительно так зовут - должен
прийти и встретиться с Лили в понедельник.
- Значит, он будет сопровождать их в Каслроз?
- Видимо, да.
Но Джулиан понимал, что этому, еще ненанятому наставнику, никогда не
доверят заботу о Лили и детях, если, конечно, это будет зависеть от Найта, а
тот наверняка скажет свое веское слово. Какая непредсказуемая и забавная
ситуация... если бы не эти сплетники! Но Джулиан был уверен, что, встретив
Лили, Найт забудет о своих непоколебимых принципах. Он подробно рассказывал
обо всем происходящем жене. Кейт каждый раз заливалась смехом и как-то раз
пригрозила даже написать о нем пьесу: "Достойный конец для того, кто слишком
много протестует!"
- Этот новый учитель, должно быть, влюбится по уши, как только ее увидит!
- заметил Джулиан.
Найт выглядел чрезвычайно мрачным. Наконец он, немного подумав, вздохнул:
- Конечно, влюбится, даже если он глух, слеп, нем и лишен мозгов, чего,
конечно, не может быть. - Он снова вздохнул:
- Скажи, ты когда-нибудь слышал о женщинах-гувернантках?
Джулиан невольно рассмеялся:
- Тогда ты попадешь в беду, старина. Она влюбится в тебя!
- Ох, иди к дьяволу, Сен-Клер!
Джулиан сразу же поднялся, но Найт остановил его:
- Спасибо, что рассказал. Я что-нибудь придумаю. Нужно защитить Лили и
детей.
Джулиан, склонив голову набок, весело смотрел на друга.
Как ни странно, именно на следующий день, когда вся компания отправилась
в Ричмонд на пикник, Найт решил, что Лили и дети должны уехать в Каслроз и
чем скорее, тем лучше. Для всех.
Погода для позднего октября стояла необычайно теплая, солнце ярко сияло,
и только слабый ветерок шевелил волосы. Дети были в превосходном настроении.
После долгих споров Найт позволил всем ехать верхом. Лили настояла, что
возьмет в седло Лору Бет с Царицей Екатериной, лакей Чарли и Люси, помощница
Катберта, должны были следовать за ними в экипаже вместе с припасами для
пикника.
Найт взял напрокат пони для Сама и купил резвую гнедую кобылку для Лили.
Он не сказал ей, что купил лошадку для .нее, просто пожал плечами, когда она
увидела кобылку в конюшне и засыпала его вопросами. Пусть считает, что
гнедая тоже взята напрокат вместе с пони, это его не касается.
- О, она прелестна! Ее зовут Вайолет? Какая ты красавица, девочка моя!
Нет, у меня с собой нет морковки, но в следующий раз я обязательно принесу.
- Лили повернулась к Найту, едва не приплясывая от возбуждения:
- Что делает эта прекрасная леди в вашей конюшне, милорд?
Значит, она поняла, что кобылка не взята напрокат. Но Найт ничего не
сказал. Не настолько он глуп, чтобы лезть с ненужнымм признаниями. Он с
неосознанным голодом взглянул на Лили. Ее амазонка была явно не новой, но
хорошо сшитой и из дорогой ткани цвета лазури; покрой подчеркивал высокую
полную грудь и тонкую талию, хотя фасон был достаточно строгим, если не
считать маленькой шляпки со страусовым пером, кокетливо сидевшей на макушке.
Через руку Лили был переброшен красивый подбитый горностаем плащ, который
она уже надевала на прогулку с детьми.
Сэму понравился пони, хотя при виде Викета, "взрослой" лошади Тео,
мальчик порывался запротестовать, объяснить, что он уже не маленький. Лора
Бет просто улыбалась всем, не вынимая пальца изо рта. Когда пришло время
садиться на лошадей, девочка протянула ручонки Найту. Тот в замешательстве
смотрел на нее.
- Я хочу с тобой, - пояснила Лора Бет столь ангельски невинным голосом,
что сопротивляться и спорить было попросту невозможно.
Лили нерешительно засмеялась, не глядя на Найта:
- Ты, моя дорогая маленькая липучка, поедешь со мной. Боишься, что я
уроню тебя, Лора Бет?
- Нет, мама, но Найт мой любимый дядя, лучше его на свете не бывает.
- Я твой единственный дядя.
Однако Лору Бет не так-то легко было сбить с толку, она лишь с удвоенным
усердием принялась сосать палец.
Лили задохнулась от возмущения:
- Нельзя беспокоить дядю Найта, дорогая. Он и так достаточно добр, что
везет нас на пикник. Не нужно приставать к нему по пустякам. Немедленно иди
сюда.
И тут Найт услышал собственные слова:
- Я ничуть не возражаю. Передайте ее мне, Лили.
Лили уставилась на него. Вид у Найта был почему-то испуганным,
по-видимому он сам не ожидал от себя подобного. Она немного помедлила,
ожидая, что он возьмет обратно свое предложение, но Найт молчал.
- Вы уверены, милорд?
- Меня зовут Найт, Лили, и да, я уверен. Дайте-ка мне эту пуговку.
- Что такое пуговка? - осведомилась Лора Бет.
- Крошечная, но очень важная штучка, - пояснил Найт, слегка щелкнув ее по
носу.
- Девчонки, - фыркнул Сэм, пока Чарли подсаживал его на пони, толстую
маленькую гнедую лошадку по кличке Дерби.
Тео, добродушно улыбнувшись, обратился к Найту:
- Если вы устанете от нее, сэр, я ее возьму. Она ведь всего-навсего
маленькая девочка.
- Ничего, Тео, я справлюсь. Подхватив Лору Бет, Найт легко вскочил в
седло и усадил ее перед собой:
- Вперед, о воины!
Не успели они завернуть за угол Оксфорд-стрит, как Найт натянул поводья,
пропуская ландо, в котором сидели безупречно одетая, похожая на ледяную
статую, графиня Бормейн и миссис Фрейзер, злоязычная ведьма, ухитрившаяся
пробраться в высшие круги общества, возможно, по мнению Найта, посредством
шантажа или еще каких-нибудь гнусных махинаций.
- О, взгляните, миледи, - услышал Найт пронзительно резкий голос миссис
Фрейзер, - клянусь, это он вместе со своей дорогой семейкой. Приветствую
вас, лорд Каслроз!
Найту ничего не оставалось, кроме как поклониться и придержать лошадь.
Лили и мальчики последовали его примеру. Он невольно сжал Лору Бет, и та
охнула.
- Тише, малышка, - прошептал Найт и бессознательно поцеловал ее в
макушку.
- Как мило, - проверещала миссис Фрейзер, - а вот и очаровательная вдова!
Она живет с вами, не так ли, милорд? И, насколько я понимаю, без компаньонки
или женщины немного постарше?
- Миссис Фрейзер, леди Бормейн, могу я представить вам миссис Уинтроп,
вдову моего кузена, и ее детей?
Обе дамы перевели взгляд с Найта на Лили, жадно разглядывая прелестное
личико, дорогой плащ с горностаевой опушкой - без сомнения, подарок виконта
любовнице, породистую лошадь, на которой она сидела.
- Это превосходит все мыслимые границы, - громко заявила миссис Фрейзер,
прикрываясь затянутой в перчатку рукой.
- Какой позор, - таким же громким шепотом ответила графиня.
- Одевать свою тварь, как благородную леди! Кучер, сочувственно глядя на
Найта, хлестнул лошадей. Найт был в таком бешенстве, что не мог расцепить
челюсти из боязни сказать все, что думает о сплетницах.
- Мне больно!
- Прости, Лора Бет, - механически пробормотал он, чуть разжимая руки.
- По-моему, - объявил Тео, глядя вслед удалявшемуся экипажу, - они очень
грубые. И что такое "тварь"? Я не понимаю, кузен Найт.
- Забудь о них, Тео. Глупые, злобные ведьмы, и нам до них нет дела.
Найт осмелился взглянуть на Лили. Она была бледнее белого меха, которым
был подбит плащ. Лили, по-видимому, тоже была вне себя - он заметил, как на
шее бешено бьется жилка, поводья зажаты в кулачках.
- Мне очень жаль, - прос
...Поділитися у соцмережах